Текст книги "Твои границы (СИ)"
Автор книги: Lina Mur
сообщить о нарушении
Текущая страница: 21 (всего у книги 35 страниц)
Роко приоткрывает рот, и его тёмно-шоколадные глаза округляются.
– Что? – спрашиваю его, вопросительно выгибая бровь.
– Чувак, ты странный. Реально, ты очень странный. Любой другой перестал бы с нами общаться и выбросил мою сестру на улицу. Так что делаю вывод, ты хочешь её нагнуть, – Роко начинает улыбаться, как идиот.
– Закроем эту тему. Мы говорим о твоей сестре, Роко, – отрезаю я.
– О-о-о, да брось, Мигель. Если ты её трахнешь, и она тебя не убьёт, отвечаю, я тебе памятник поставлю.
– Так, если у тебя нет других тем, чтобы обсудить их, то я вернусь в больницу, – убираю стаканчик и сэндвич в пакет.
– Ладно-ладно, молчу. Просто хотел сказать, что я не против ваших отношений.
– Мне твоё разрешение не нужно, Роко, – злобно смотрю на него.
– Тебе нет, а Рэй да. А также разрешение папочки, так как он её опекун. Он решает, за кого она выйдет замуж и с кем будет встречаться. Но папа тоже в курсе ваших отношений, так что он вроде как тоже согласен. Но… хм, Мигель, ты же понимаешь, что у этих отношений точно нет будущего?
– С чего ты взял? Я так же мог бы сказать о твоих отношениях с Дроном, – прищуриваюсь я.
– Эй, не путай, Мигель. Дрон из моего дерьмового мира, он в курсе обо всём и знает, на что идёт. А ты нет. Да и Рэй, поверь мне, она бросит тебя и сделает это самым хреновым образом. Она сначала разрушит тебя, выпьет всю твою кровь, а потом кинет, потому что не готова к ответственности, Мигель. Я буду только счастлив, если моя сестра очухается и поймёт, что у неё есть будущее с тобой. Но вот проблема в том, что она не захочет увидеть этого. Она испугается, накрутит себя и выкинет какое-нибудь дерьмо, а потом спрячется. Я знаю её, Мигель. Просто… это… не дай разбить ей своё сердце, вот и всё. Не позволяй ей забраться под кожу, иначе будет такой пиздец, о котором ты даже не хотел бы слышать.
– Спасибо, конечно, но прошу больше не лезть в мои отношения, не давать мне советов и не планировать жизнь за других людей. Ты не знаешь Раэлию и не хочешь её узнать, потому что у тебя своя жизнь, и я не осуждаю тебя. Но Раэлия теперь моя проблема, и я прекрасно представляю, на что иду, – твёрдо произношу.
– Хм, окей, – Роко прыскает от смеха и поднимает руки. – Окей. Только вот ты точно уверен, куда идёшь? Рэй рассказала тебе, кто мы такие, чем занимаемся, и чем тебе придётся заниматься, а?
– Я догадался. Раэлия рассказала мне то, что пока считала нужным. Она защищает меня от вашего мира, но я уже одной ногой там, так что подожду, узнаю всё и решу.
– Ошибаешься, Мигель. В твоём мире люди живут по написанным в конституции законам. В нашем мире законы разительно отличаются, мы не живём по тем правилам, что ты. У нас их нет. У нас всё абсолютно иначе. У нас свой кодекс, свои традиции, даже свой язык, как и сказки, книги и песни. Всё другое. Это параллельный мир, в который людям путь заказан. И это плохой мир, жестокий и полный крови. Тебе придётся убивать, носить всегда оружие и бояться, что в любой момент придут за кем-то из твоей семьи. Ты готов на такую жертву? Поверь мне, врагов у нас много, и они убивают, а не играют в убийства. Они могут забрать твою мать или сестру, или ребёнка и убить их, а тебе отправить кусочки. У нас творится дерьмо. И если ты входишь в наш мир, то отрекаешься от своего, и никак иначе. К нам идут те, кому нечего терять. А у тебя есть что терять, поэтому тщательно всё обдумай, Мигель, прежде чем узнавать. Узнав всё, ты уже будешь одним из нас и хрен вернёшься обратно. Сечёшь?
– Я не подозревал, что всё так серьёзно, – хмурюсь, обдумывая слова Роко.
Это всё не игра. Моя семья может быть в опасности. И это крайне нечестно. Я только нашёл женщину, с которой мне интересно, и мне нельзя быть с ней, и быть собой. Это просто чушь собачья. Если всё сделать разумно, то никакой опасности не будет.
– Это очень серьёзно, Мигель. Очень. Если тебе прикажут что-то сделать, то ты будешь обязан это сделать, нравится тебе или нет. Хочешь ты или нет. Вот возьми нас с Дроном. Из-за этого дерьма со свиданиями и фейковыми отношениями с тобой нас всех наказали. Но если Рэй просто выбросили на улицу, то меня наказали серьёзнее. Отец действует через Дрона, зная, что это убьёт меня. К слову, об этом. Я поэтому здесь, – Роко прочищает горло и становится напряжённее.
– Дрон пострадал? – шёпотом спрашиваю.
– Пока нет, но явно пострадает сегодня. Наказание отца – это бой насмерть сегодня вечером. Дрон будет драться. Он хороший боец. Дрон – элита моего клуба, но он никогда не убивает. Никогда. Это его пунктик, который даже в контракт внесён, и отец знал об этом. Видишь? Дрону придётся выполнить приказ отца, иначе его просто убьют, а вместе с ним и я сдохну, потому что потерять его не смогу. Мне даже думать об этом страшно. Так устроен наш мир.
– Но это же чудовищно. Получается, что никто из вас не может выбирать свою судьбу?
– Не можем. У нас есть приказы, и мы их выполняем.
– И приказы отдаёт твой отец?
– Верно.
– Почему он настолько жесток к своим детям? Я этого не понимаю, Роко. Почему он так ненавидит вас? За что? Что ему сделала ваша мать? И почему он мстит вам из-за неё?
Роко моментально бледнеет и прочищает горло, но через пару мгновений берёт себя в руки.
– Зришь в корень, но я сам не знаю. Может быть, потому, что она изменяла ему. Может быть, потому, что воровала у него. Не знаю. Причин много, – пожимает он плечами. – Да и это уже не важно для нас. Мы просто пытаемся выжить и следовать правилам. Поэтому у меня есть к тебе одна просьба.
– Роко…
– Не надо, Мигель, – Роко качает головой и слабо улыбается. – Не надо пытаться вытащить нас из дерьма. Оно наше, понимаешь? Мы можем уйти только в гроб. С этим тебе придётся смириться. Нас не вылечить, и мы не хотим этого, потому что иначе нас убьют. А умирать никто не хочет.
Тяжело вздыхаю, прекрасно понимая, что он имеет в виду. Для меня это дико, неправильно, плохо, но для них… другой мир, другие взгляды и законы, по которым они обязаны жить.
– Так что за просьба? – меняю тему, чтобы дальше не давить на Роко. Он взрослый человек и сам выбирает, как ему жить.
– Сегодня Дрон дерётся, и мне нужен якорь. Я уже готов сойти с ума, если честно, – лицо Роко мрачнеет и темнеет от переживаний. – Дрон постоянно тренируется, мы ругаемся, сегодня, вообще, не разговаривали друг с другом. Он орёт на меня, считая, что я отупел и не осознаю, что ему предстоит сделать. А я всё прекрасно осознаю. Я хотел его поддержать, но получил в ответ средний палец и молчание. Не знаю, что мне делать, но с этим мы разберёмся, если Дрон выживет сегодня. Я не знаю, с кем он будет драться. Имя противника отец держит в секрете, и я уверен, что это будет какой-нибудь мудак, который сможет сломать Дрона. Мне просто страшно.
– Роко…
– Подожди. Это не всё.
Я киваю, позволяя ему говорить.
– Мне нужен якорь, как я и сказал. Раньше моим якорем была Рэй, потом Дрон, и рядом со мной больше нет этих двоих. Мне нужен кто-то близкий, чтобы я не сорвался и не сошёл с ума от страха. Я могу. Поэтому прошу тебя прийти сегодня на бой.
– Прости? – не веря своим ушам, переспрашиваю его.
– Да, я понимаю, что это дерьмо тебе не близко, но ты мне… ну типа друг. Друзей у меня нет и никогда не было. Была Рэй, затем Дрон. Но с Рэй мне общаться запрещено, а Дрон… он будет на арене. Причём на самой низшей и дерьмовой арене для скота. Поэтому я тебя очень прошу прийти в клуб и просто побыть там. Тебе не нужно будет, вообще, подходить ко мне. Просто тот факт, что рядом есть тот, кто на моей стороне, знает и понимает меня, может мысленно поддержать меня, даст мне немного спокойствия. Пожалуйста, Мигель. Тебе ничего не будет грозить, я клянусь.
– Я не поддерживаю места, где всё пропитано жестокостью, Роко. И я не хожу по таким местам, но понимаю твой страх. Спасибо, что поделился им со мной. У меня тоже нет друзей, лишь моя семья, и мне приятно думать, что мы могли бы и, правда, стать друзьями. Ты и Дрон нравитесь мне. И я приду. Скажи мне, куда идти и во сколько. Я поддержу тебя, – заверяю его.
– Спасибо, Мигель. Спасибо, – Роко внезапно обнимает меня, и я улыбаюсь, похлопывая его по спине. Наверное, со стороны мы смотримся комично, Роко огромный мужчина, а я худее его.
– Вот, – Роко достаёт из кармана джинсов два билета и протягивает их мне. – Там указан адрес, время и места в зале.
– Здесь два билета, – замечаю я, разглядывая чёрную бумагу с изящными серебристыми словами, но при этом шрифт очень дерзкий. Хотя билет больше похож на приглашение какого-то высококлассного мероприятия.
– Рэй точно проберётся туда, – фыркает Роко. – Она любит Дрона. А я не хочу, чтобы она пострадала или я, или Дрон. Поэтому пусть идёт с тобой. Так тебе будет самому проще находиться там. Передай ей, что она должна сделать всё, чтобы её не узнали. Она это прекрасно умеет делать. Это не впервые, когда ей придётся менять внешность. Я лишь хочу быть осмотрительным во всём.
– А это будет безопасно для Раэлии? – с сомнением спрашиваю я.
– Если она не будет выделяться, то да. Она знает, что стоит на кону, плюс ещё ты. Она вряд ли будет высовываться. Рэй порой ведёт себя неосмотрительно и глупо, но в такие моменты она собрана и хитра. Она умна на самом деле, просто зачастую это ей невыгодно, и тогда она ведёт себя, как ребёнок.
– Хорошо, значит, мы приедем. Мне ещё что-нибудь нужно знать перед тем, как я пойду туда?
– Нет, Рэй всё знает. Если что, она тебе всё расскажет. После боя уводи её, напомнив, что будет, если она подойдёт ко мне или Дрону. Пусть головой думает.
– Понятно. Хорошо.
– Спасибо, Мигель. Что ж, я пошёл. Надо как-то к Дрону подмазаться, а то он и так весь на нервах, хотя бы отсосу ему, чтобы снять напряжение, – смеётся Роко.
Это была лишняя информация для меня.
– Лучше молча, обними его. Вместо того чтобы поучать, пытаться говорить с ним. Обними его и скажи, что ты рядом. И всё. Больше никаких слов, никаких «но» или «ты бы мог». Ничего. Сделай это и увидишь, что он сам признается тебе в своей слабости. Вы почему-то считаете слабостью нормальный страх смерти. У вас искажены понятия в этом мире, но Дрон более раним и чувствителен, чем вы с Раэлией. Хотя они похожи с Раэлией. На них нельзя давить. Их нельзя постоянно продавливать и требовать делать так, как ты хочешь. Их нужно аккуратно подталкивать самих туда, где им будет комфортно, и создать им мир, в котором они будут именно рядом с тобой в безопасности. Дрон сейчас не чувствует себя рядом с тобой в безопасности, Роко. Он чувствует, что ты сам нервничаешь, напряжён, и это лишь усиливает его страх. А при жутком страхе думать разумно невозможно. Страх ведёт сознанием. Но когда человек начинает чувствовать себя в безопасности хотя бы в объятиях партнёра, то страх ослабевает и приходит уверенность в своих силах. Появляется причина, чтобы выиграть даже у самого себя.
Роко поверхностно вздыхает и несколько раз кивает мне, быстро вытирая нос. Я замечаю, как блестят его глаза, словно он расчувствовался, и это показывает мне, насколько, вообще, они все незнакомы с чувствами и их проявлением даже рядом с теми, кто им дорог.
– Я никогда не знал, что такое безопасность, как и Дрон, как и Рэй. Мы всегда живём в напряжении и страхе. И я же… я давил на Дрона. Говорил, как ему лучше драться, какой удар отработать, хотя я не его тренер. Я просто его парень и босс. Я лез к нему, и он психанул. Ты прав, Мигель. Чёрт, почему ты не любишь мужчин, а? Думаю, мы были бы не против замутить с тобой, был бы у нас третьим. Уж мы-то с Дроном точно показали бы тебе, что такое настоящий секс.
– Роко, тебе надо научиться рот вовремя закрывать, – морщусь, и меня передёргивает от странного чувства неприязни. Я не против геев, но быть третьим? Боже, это же просто вульгарно и невоспитанно такое предлагать мне.
– Ты охуенный, Мигель, – хохоча, Роко хлопает меня по спине и уходит, но через пару шагов оборачивается. – До встречи, мой милый друг!
Приложив два пальца ко лбу, он отдаёт мне честь.
– Идиот, – закатывая глаза, я начинаю улыбаться.
Меня снова ждёт интересная ночка. Я понятия не имею, на что сейчас подписался, и чем мне это грозит.
Глава 30
Рэй
За всё в этом мире нужно платить. Говорят, что цена слишком высока, но это ложь. Нет ничего, за что мы не могли бы заплатить. От нас никогда не требуется нечто неземное. Всё в пределах нашей жизни. Кто-то платит здоровьем, а оно у нас есть. Кто-то платит деньгами, их можно заработать. Кто-то платит жизнью, она тоже у нас имеется. Любая цена – это та, которую мы готовы заплатить, и никак не выше. Эта цена, которую мы определяем сами. Скорее, это даже не оплата, а обмен одной услуги на другую. Мы не подписываем контракты, чтобы потом подать в суд на нерадивого заказчика. Да и, вероятно, никакой цены и нет. Раньше я думала, что всё имеет свою цену. Но сейчас из-за Мигеля и его доводов, а также его видения этого мира, не считаю, что мы обязаны платить какую-то цену за нечто хорошее. Почему? Разве никто из нас не заслуживает быть просто счастливыми или жить в мире? Разве никто из нас не заслуживает доверия или любви? Неужели, есть какой-то кредит на всё это? Нет. Даже в моём мире его нет. Каждый день – это и есть твой баланс, с которого ты можешь что-то брать и класть туда что-то, а на следующий день использовать то, что уже накопила или жалеть, оттого что потратила. Почему мы так зациклились на цифрах за нашу жизнь?
Чёртовы шторы и чёртов Мигель. Не понимаю, как он догадался, что я сменила шторы на алые? У него что, глаза на заднице, которая до сих пор дома? Охренеть просто. Такую крутую шутку обосрал. И поэтому мне пришлось купить скучные тёмно-серые шторы, но я собираюсь обклеить их стразами, вот тогда будет улётно. Мигель точно не останется равнодушным.
Не могу успокоиться. Мне нравится изводить Мигеля и смотреть на то, как странно он на всё реагирует. А то, как он взбесился из-за того, как я тянула его за волосы? Ёбаный Иисус, это было просто охуительно горячо. Он такой… такой оху… фиолетовый мужик. И я хихикаю, как дура, блять, уже полдня. Но пора собираться. Сегодня у Дрона состоится бой, и я буду там, нравится это кому-то или нет. Мне придётся тайно проникнуть в клуб и так, чтобы папочка меня не заметил. Так что я всё же нарушила приказ Мигеля, вышла на улицу и купила всё необходимое. Я столько раз в жизни переодевалась, что у меня даже проблем с этим нет. Но вот незадача, нужно как-то уложить Мигеля спать и тихо свалить, а потом вернуться, чтобы он не заметил моего отсутствия, и притвориться, что я была рядом всю ночь. Конечно, мне не хочется причинять ему боль, но другого выхода нет. Придётся дать ему лошадиную дозу снотворного. Так что помимо моей экипировки для этого вечера, я заезжаю в хороший ресторан, в которой меня пускают, так как не во всех приличных местах мне рады из-за отречения семьи от меня, но ещё остались нормальные места.
Поправляю платье и улыбаюсь своему отражению. Я делаю это ради спокойствия Мигеля, и всё. Только ради него. Я бы с радостью взяла его с собой, но опасаюсь, что Мигель привлечёт слишком много внимания, и это выдаст моё присутствие в клубе. Да и Мигель вряд ли будет рад находиться там. Выхода другого нет. Но я не могу оставить брата и Дрона одних разбираться с этим дерьмом. Это будет не просто бой, это будет месиво. Я до сих пор не нашла имени противника Дрона. Меня это пугает, а также тот факт, что Дрону придётся убить. Ох, это для него будет адом. Думаю, что после победы Дрона, Роко будет тяжело возвращать его в нормальное состояние. Дрон готов драться, но не насмерть. Это для него то же самое, как для меня встретить тех, кто уничтожил всё хорошее в моей памяти. Встретиться лицом к лицу со своим безумным страхом.
Мигель приходит домой вовремя, и я проверяю всё, прежде чем выйти в коридор и улыбнуться ему.
– Хорошо выглядишь. Это для меня или ты собралась на очередную ночную охоту? – улыбнувшись, он ставит портфель на тумбу в холле.
Чёрт, он такой… красивый. Раньше я как-то не придавала значения его внешности, считая её слишком слащавой для мужчины. Но нет. Просто я привыкла к мужчинам с грубой внешностью, к сломанным и кривым носам, тонким губам, тёмной коже и татуировкам, пирсингу, вони перегара и дешёвых сигарет. А Мигель чистый, приятно пахнущий, с красивой улыбкой и яркими глазами, ровными и белыми зубами, а его волосы… они мягкие. У Роко короткий ёжик, а Дрон укладывает свои высветленные волосы гелем, и они становятся твёрдыми. Волосы Мигеля настолько приятные, что хочется урчать, как обдолбанной кошке.
– Раэлия? – Мигель машет перед моим лицом ладонью, и я моргаю.
– Да?
– Куда ты собралась? – спрашивает он, окидывая взглядом моё короткое чёрное платье в пайетках с глубоким вырезом.
– Никуда. Я тебя ждала. Заказала ужин, – сразу же отвечаю я.
– Значит, это для меня? – уточняет и приподнимает один уголок губ выше.
Несколько раз киваю. Блять, да что со мной не так-то?
– Ты красивый, – выпаливаю я.
– Спасибо, ты тоже красивая. Я приму душ и можем ужинать. Хорошо? – мягко спрашивает он, целуя меня в лоб.
Ну что за херня-то? У меня губы есть, вообще-то.
Он входит в спальню и сначала кривится, глядя на зеркала, но потом широко улыбается и подходит ко мне.
– Спасибо за шторы и за то, что прислушалась ко мне, учла мои пожелания и сделала то, что порадует меня. Мне так больше нравится, – наклонившись, он легко касается моих губ, и когда я уже готова продолжить, то его уже нет, а я причмокиваю губами, посасывая пустоту. Вот блять.
Дёрнув головой, наблюдаю за тем, как Мигель берёт чистую одежду и, подмигнув мне, скрывается в ванной комнате. Завтра он меня возненавидит, вот зуб даю. Может быть, не стоило сыпать везде снотворное. Я же смешала его с водой, едой и даже в салат добавила, как и в чесночный хлеб. Это не убьёт Мигеля? Чёрт. Почему я раньше не подумала о дозировке? Просто Мигель здоров как бык и питается правильно, поэтому я решила, что ему будет нормально. А если нет? Блять, а если у него сердце остановится? Вот сука!
Хватаю тарелку Мигеля с сочным стейком и картошкой, не зная, что делать дальше. Выбросить? Но я же уже сказала ему про ужин! Это вызовет подозрения у Мигеля, и тогда мне кранты! Блять! Блять! Блять!
– Раэлия?
Вздрагиваю, чуть ли не роняя тарелку на пол, но Мигель ловко подхватывает её.
– Эй, всё в порядке. Тебе не нужно так волноваться. И пахнет изумительно. Я сегодня думал о том, что хотел бы кусок хорошего стейка.
Мигель забирает у меня из рук тарелку со стейком и картошкой и ставит её на стол.
– С тобой всё хорошо? – интересуется он, бросая на меня взгляд.
Утвердительно киваю ему.
Я же не убью его, да? А если убью? Если я…
– Тогда давай поужинаем, а потом можем посмотреть какой-нибудь фильм. И я решил, что дам шанс зеркалам. Полежу под ними и посмотрю на себя. Может быть, это какая-то паранойя?
Сажусь на стул, а Мигель берёт кувшин с водой и наливает себе в стакан воду, хотя я и в вино добавила снотворное. Вот блять. Если сейчас я скажу ему не есть, то он точно возненавидит меня. Что мне делать?
– Как прошёл день? – выдавливаю из себя, наблюдая за Мигелем, готовым съесть, вероятно, последний ужин в своей жизни. Поэтому надо его отвлечь. Он откидывается на спинку стула и улыбается.
– Нормально. Никаких прецедентов не было, а также я говорил с психологом, Черити согласилась походить на терапию вместе с родителями. Это хороший знак.
– Ага. А что ещё?
– Ничего особенного. Всё, как обычно. Пахнет так изумительно, Раэлия. Не знаю, как тебе удалось прочитать мои мысли. Ты идеальная женщина. Ты для меня надела платье, и мне это очень нравится. Раньше никто ради меня не наряжался, да я и не ждал этого. Но видеть тебя такой, мне приятно. А ещё ужин. Я могу и привыкнуть к такому отношению.
Да он, блять, издевается надо мной, что ли? Почему он не заткнётся? Почему ему нужно быть таким доверчивым и милым? Боже, я сейчас убью его… Что я буду делать без Мигеля? Я не хочу, чтобы он умирал. Я не могу дать ему такую возможность сбежать от меня.
– Не пей! – ору я.
Мигель поднимает взгляд на меня, возвращая стакан с водой обратно.
– Наконец-то, – его улыбка исчезает, и он складывает руки на груди, недовольно глядя на меня. – Я уж думал, ты, действительно, решила меня убить. Ты в своём уме, Раэлия?
– Чего? – сглатываю, часто моргая.
Как? Как он догадался?
– Я не идиот, Раэлия. Ты не наряжаешься подобным образом, если не собираешься получить какую-то выгоду. Ты ненавидишь всю эту мишуру. И уж точно в таком виде ты играешь какую-то роль, чтобы усыпить внимание человека, точнее, твоих брата и отца. Но я не они. И что ты подсыпала в эту еду, а? Снотворное или слабительное? Как ты решила обезвредить меня, чтобы сбежать и пойти в клуб?
Да это, блять, уже совсем несмешно! Он что, грёбаный иллюзионист? Или как там называют этих мудаков, которые всё знают и читают мысли?
– Снотворное, – бурчу я.
– Потрясающе, – Мигель разочарованно качает головой, и меня убивает его грустный взгляд.
Ну как так можно то, а? Почему теперь я чувствую себя пиздец какой виноватой перед ним? И мне же ещё и плохо от этого. Раньше мне было насрать на подобное, но с Мигелем… что он на хрен сделал со мной?
– Как ты догадался? – тихо спрашиваю его.
– Твой вид, – он кивает в мою сторону. – Далее ты вела себя подозрительно. Твои глаза бегали постоянно, ты сжимала и разжимала кулак, иногда бегала кончиком ногтя по подушечкам пальцев. Что доказывает твои натянутые нервы. А также ты схватила мою тарелку и обдумывала выбросить еду. Ты не выбрасываешь еду. Я видел, как ты бережно относишься к ней. Ты отдаёшь её нуждающимся. Помимо этого, ты налила чёртову воду в вазу, Раэлия. Я не пью воду таким образом, а просто наливаю в стакан.
– Это ваза? – озадаченно смотрю на вытянутый кувшин.
– Да, Раэлия, это ваза для цветов. У неё просто вот такая форма. Она вписывается в мой интерьер, – фыркает Мигель. – И последнее, ты даже себе приборы не положила, что снова доказывает, что ты не собиралась притрагиваться к еде. Ты, что всё отравила здесь? Даже свою еду, на случай если вдруг я заподозрю что-то неладное?
– Угу, – киваю я, виновато кусая губу.
Ну как ему всё это удаётся делать?
– Немного доверия тебе не помешало бы, Раэлия. Почему ты делаешь меня своим врагом? Неужели, я причинил тебя боль или как-то попытался принудить делать то, что ты не хочешь? Боже, это ужасно неприятно, – Мигель опять качает головой и отворачивается от меня.
– Ну прости, – выпаливаю я. – Прости, я просто… Ты же был бы против того, чтобы я шла в клуб. И как ты о нём узнал?
– Ты говорила, а также ко мне приходил Роко и предупредил меня, хотя я уже был в курсе всего. Я знаю тебя, Раэлия, и понимаю, как ты переживаешь за Дрона.
– Блять, – цокаю я.
– Фиолетовый.
– Прости. Я дура, доволен? Я дура, но не хотела причинять тебе вред. Это снотворное, ты бы просто заснул до утра и не заметил бы того, что я свалила, – защищаюсь я.
– А ты дозу рассчитала? Ты подумала о том, что превышение дозы может меня убить? Ты хотя бы на секунду задумалась о том, что твоя выходка могла иметь реальные последствия?
– Ну… типа да. Я же… я бы не дала тебе съесть всё, отвечаю. Мигель, я же… прости. Я просто хочу пойти туда. Я…
Мигель внезапно встаёт и уходит.
– Мигель!
Ну вот, он теперь обиделся. Это просто нечестно! Я же не хотела его убить на самом деле. Блять, ну почему он всегда и всё замечает, а? Я его так не изучила, как он меня. Да этот мужик опасен, блять!
– Вот, – Мигель бросает на стол два билета в клуб на сегодняшний бой. – Роко пригласил меня и разрешил мне взять тебя с собой. Но вместо того чтобы поговорить со мной, поделиться со мной своими переживаниями, чувствами и намерениями, ты решила меня убить. Спасибо, Раэлия, это было очень мило.
Исподлобья смотрю на Мигеля и самое ужасное, когда на его лице нет эмоций и голос спокоен. Это доказывает, что он пиздец какой злой на меня. Лучше всего, когда он кричит или ругает меня, но не так.
– Поверить не могу, что ты так поступила со мной.
– Ну хватит, – прошу я. – Я виновата, ладно? Прости меня. Я… прости. Я больше так не буду. Я…
– Достаточно, – отрезает Мигель. – Мне всё равно придётся идти в клуб, потому что я обещал быть там ради Роко. Он попросил меня стать его якорем. Ты тоже туда пойдёшь, поэтому одевайся, он сказал, что ты знаешь, как пройти в клуб незамеченной. Но разговаривать с тобой я не хочу.
Мигель разворачивается и уходит на диван, попутно хватая книгу. Ну пиздец. Всё становится ещё хуже и хуже. Откуда я могла знать, что Роко даст Мигелю чёртовы билеты, и тот решит пойти? Роко ублюдок.
– Мигель…
– Молча. Собирайся молча, – обрывает меня Мигель, не поднимая головы. – И выброси всю еду, чтобы никто не отравился. Я бы не хотел, чтобы из-за твоего недоверия кто-то пострадал.
Закатываю глаза и хватаю тарелки с едой. Не думала, что вот так начнётся мой вечер. Я даже сегодня никого не убила, чтобы чувствовать себя такой виноватой, и мне стало безумно стыдно. Убрав на кухне, бросаю взгляд на Мигеля, сидящего на диване и делающего вид, что меня не существует. Как бы к нему подмазаться? Ну я реально виновата.
Нарезаю круги вокруг Мигеля, чтобы найти способ поговорить с ним и снова извиниться, но не получается. Поняв, что я потерпела поражение, бреду в ванную, чтобы одеться и подготовиться к походу в клуб. Роко такой ублюдок.
Через пару часов выхожу из ванной комнаты, а Мигель, как статуя сидит на диване. Он хотя бы читает? Или он уже умер? Так хочется пихнуть его в плечо, чтобы он хоть как-то отреагировал на меня.
– Ну типа я готова, – говорю ему.
Мигель поднимает взгляд, и я жду его реакцию, но ничего не получаю. У него каменное выражение лица, а я, блять, блондинкой стала и, причём темнокожей. Вообще, что ли, ничего?
– Хорошо. Я возьму ключи и поедем.
– А ты пойдёшь так? – спрашиваю, скептически оглядывая его брюки и футболку-поло.
– Лучше молчи, – предупреждает он и проходит мимо меня.
– Но…
– Раэлия, я не готов с тобой разговаривать. Не готов.
– Ладно, не готов. Я тоже не хочу разговаривать с тобой, Мигель, но так пойти ты не можешь. Твоя одежда…
– Ага, я в курсе, что она скучная, серая и безликая. Ты, действительно, хочешь продолжить этот разговор? – спрашивает он, а я делаю глубокий вдох, чтобы не наорать на него за его тупость.
– Да, хочу, – отвечаю, вскидывая подбородок. – Мы идём в бойцовский клуб. Слышал? Это клуб, в котором всякие придурки бьют друг другу морды, и мы будем даже не на втором уровне. Это бой без правил. Бой насмерть. Там будут находиться такие мудаки, которые подсекают всех посторонних и ставят их на счётчик. Они выследят тебя, начнут шантажировать, и мне придётся их убить. А убить их я не могу, потому что тогда у нас с тобой будут реальные проблемы, Мигель. Эти ублюдки все состоят в каких-то… хм, группировках, а там крутятся бабки. Огромные бабки. Это наркотики, оружие и куча другого дерьма. И вот эти отморозки будут там, чтобы увидеть бой своими глазами и сделать ставки. Они уж точно зацепят тебя, обворуют или сделают что-то ещё с тобой, чего бы я ни хотела. Если кто и будет делать это, то только я. Остальных же я убью, Мигель. А если убью, то начнутся тёрки между нашими семьями, и тогда папочка меня прирежет, а тебя возьмёт в оборот. Ты собираешься просто обосрать все мои страдания.
Мигель задумывается, почёсывая подбородок. Он не сказал фиолетовый, круто!
С надеждой смотрю на него, когда он выпрямляется.
– Фиолетовый, – чётко произносит он.
Закатываю глаза и цокаю.
– Прости. Реально прости, Мигель. Хватит дуться на меня. Ну я обосрала всё, ничего же плохого не случилось. Я бы не дала тебе сдохнуть, отвечаю. Я типа беспокоюсь о тебе, поэтому…
– Боже, лучше бы тебе ничего не говорить, Раэлия. Всё, что вылетает из твоего рта уже оскорбление. Я не дуюсь на тебя, мне обидно, понимаешь? Мне обидно, оттого что ты решила навредить мне. Мне обидно, оттого что ты собралась поступить со мной подло. Я бы с тобой так никогда не поступил.
– Ты лучше меня, – пожимаю плечами и облокачиваюсь о стену. – Ты намного лучше меня. И ещё раз прости. Прости, Мигель, но надо решить всё здесь, пока мы не поехали. В клубе нам нельзя разделяться. Тебе нельзя отходить от меня или долго смотреть на кого-то. Там мы должны быть командой, окей? Потом будешь дуться на меня хоть всю жизнь, а я буду извиняться. Но сейчас, пожалуйста, сделай так, как я говорю тебе. Пожалуйста. Видишь, я даже волшебные слова вспомнила. Пожалуйста.
Мигель качает головой и вздыхает.
– Хорошо. И как я должен выглядеть?
Радостно хлопаю в ладоши и, оттолкнув его, направляюсь в спальню.
– Располагайся поудобнее, красавчик, сейчас я из тебя сделаю мудака, – смеюсь я.
– Фиолетовый, – бубнит Мигель.
Мой энтузиазм быстро испаряется, когда я открываю шкаф с вещами Мигеля. Блять, ну почему у него нет ничего нормального, а? Всё такое светлое, цветное и даже трусы у него белые. Да, я рассматривала его трусы, чтобы определить размер его члена. Но эта хрень не сработала. Я, конечно, чувствовала, что у Мигеля есть что-то между ног, но мне так интересно, какая у него длина и толщина и всё остальное. Роко говорил, что лучше толстый, чем длинный. Хотя с геями эта хрень не работает. Блять, о чём я думаю?
– Нашла! – вытаскиваю из кучи домашней одежды тёмно-синие потёртые старые джинсы.
– Это подарок сестры, и я собирался их выбросить. Не мой цвет, да и вид у них…
– О-о-о, просто молчи. Надевай. И я тебе дам свою футболку. Кеды у тебя есть. Хотя бы так.
– Но…
– Мигель, одевайся уже.
Он хватает джинсы и выходит из спальни. Какая неженка. А я бы не прочь поглазеть. Но вместо этого копаюсь в своих вещах и нахожу футболку Дрона с черепами. Как хорошо, что я постоянно ворую одежду Роко и Дрона, а они делают вид, что всё окей.
Мигель возвращается в спальню, и я сглатываю, глядя на его поджарый торс. Охрененный живот. Просто охрененный.
– Иди так, – улыбаюсь я. – Охуенный вид.
– Фиолетовый, – рявкает Мигель и выхватывает из моих рук футболку. Он быстро натягивает её, а я обиженно выпячиваю губу.
– Ладно. Надень кеды, и немного подпортим тебе причёску.
– Не прикасайся к моим волосам. Не смей, Раэлия. Мои волосы…
– Идеальные. Никто не носит такие причёски в моём мире. Так что иди за мной. Живо, – приказываю я и направляюсь в ванную комнату.
Открываю баночку с гелем, беру его и растираю между пальцами. Волосы у Мигеля в разы длиннее, чем у Роко, они достают до ворота футболки и такие мягкие. Я разбрасываю его пряди в разные стороны, а Мигель угрюмо наблюдает за мной. Пара прядей, легко завиваясь, падает ему на глаза. Блять, до чего же он охуенно выглядит вот так. Он реально секси.
