Текст книги "Процветай (ЛП)"

Автор книги: Криста Ритчи

Соавторы: Бекка Ритчи
сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 28 страниц)

31. Лили Кэллоуэй

.

0 лет: 08 месяцев

Апрель

Нетнетнет.

Я смотрю на камеру в руках Райка, который уже эмоционально истощен из-за Ло. Мне хочется отмотать время вспять, вернуться на диван с нашими комиксами и притвориться, что всё это было кошмаром.

Вместо этого Райк нажимает кнопку Play на камере. Боже мой. Мои глаза расширяются. Мы с Ло в книжном магазине – в тот день, когда люди, все в целом, начали меня пугать. Я наблюдаю за тем, как затаскиваю Ло в уборную, а затем закрываю дверь перед камерой.

Тревожный жар пробегает по моей коже. На видео я говорю: – Могу я сделать тебе минет?

Я могу всё объяснить. Моя рука взлетает в воздух, я собираюсь выплеснуть все оправдания, которые на удивление правдивы.

– У меня был плохой день, – начинаю я.

– Ш-ш-ш, – говорит Ло, хмурясь и свирепо смотря в камеру. Уверена, этот взгляд предназначен для Скотта. И пока мы просто смотрим на дверь в видео, начинают воспроизводиться звуковые эффекты... женские и мужские стоны. Они так и не показали, как Ло отверг меня? Или как я забрала свои слова обратно? Я ещё больше хмурюсь.

– Что это? – спрашивает Ло, его рука проскальзывает в мою, прежде чем я успеваю начать грызть ногти. – Это что, блять, какая-то шутка?

– Это вы нам скажите, – опровергает Райк. – Вы трахаетесь в общественном туалете в середине дня.

Моё сердце падает в пятки. Вот как бы они отреагировали, если бы узнали, что мы делали это много раз до того, как камеры начали вторгаться в наше личное пространство?

– Нет, – медленно произносит Ло. – Мы не трахались в туалете. Мы не трахаемся нигде, кроме нашей спальни, – я молчу, потому что я не такая хорошая лгунья, как он. Это факт. – Наверное, кто-то подделал видео.

– То есть ты не просила сделать Лорену минет? – спрашивает меня Роуз, положив руки на бедра.

– Я... – мои локти горят. – Ну да, но... – бормочу я.

– А потом я сказал ей нет, – добавляет Ло.

Мы не лжем – вот что странно.

– А что вы на самом деле делали тридцать минут в уборной? – непринужденно спрашивает Коннор.

Я немного расслабляюсь, не чувствуя надобности обороняться от него.

Ло говорит: – Я подбадривал Лили.

– Мне это было нужно, – говорю я и улыбаюсь Ло, и он гладит меня по спине. Потом тут сразу вспоминаю свое прежнее заявление. Я и подумать не могла, что он может начать врать мне после реабилитации. Делаю шаг от него, и его рука падает. – Мы всё ещё в ссоре.

Он тяжело сглатывает.

– Я снова начну принимать Антабус, Лил.

– Хорошо, – говорю я, кивая. Мне до боли хочется шагнуть в его объятия, чтобы он обнял меня, а я его. Нигде я не чувствую себя лучше, чем в его объятиях. Но мне нужно сделать то, что лучше для него. Никакого поощрения зависимости. Поэтому я смогу продержаться день или около того. Поворачиваюсь к Райку. – Перемотай вперед до конца. Когда мы выйдем из туалета, уверена, что буду выглядеть разочарованной.

Райк ускоряет запись, и когда он нажимает воспроизведение, я вижу, как выхожу из уборной, переплетя свои пальцы с пальцами Ло. Мои волосы идеально лежат, но губы лишь слегка изогнуты книзу.

– Ах-ха! – я показываю на камеру. – Я выгляжу очень расстроенной.

Роуз с недоверием подходит к экрану. Я ожидаю, что её выражение лица наполнится пониманием. Но оно не меняется.

– Это ты так выглядишь, когда разочарована? – спрашивает Райк. – Ты вспотела, и лицо у тебя красное.

– Там было жарко, – защищаюсь я.

– Это правда, – соглашается Ло, его голос звучит мягко. Он знает, что у нас нет никаких доказательств в нашу пользу. Они просто должны нам поверить. А может, и не стоит. Мы всё равно от них кое-что скрываем.

– Они собираются пустить это в эфир? – спрашиваю я.

– Скорее всего, – говорит Коннор, – но это поможет прорекламировать вашу свадьбу, – свадьбу. Я внутренне сжимаюсь. – Плохим вариантом монтажа было бы, если бы ты ускользнула в уборную с другим парнем

– Мы просто беспокоимся о твоем здоровье, – говорит Роуз.

Мне так хочется, чтобы они просто поверили, что у меня всё хорошо. Но только Ло по-настоящему видит мой прогресс. Именно он так тесно связан с моей сексуальной зависимостью. Остальные видят лишь проблески, то тут, то там, и плохие времена, кажется, выделяются гораздо больше, чем хорошие.

– У меня не было секса, Роуз, – говорю я ей, отчаянно надеясь, что она примет эту правду. – Мне уже лучше. Я имею в виду, мне не следовало задавать Ло этот... этот вопрос. Но кроме этого, мне уже лучше.

Я могу прожить день без секса, и меня не мучает тревога или страх. Конечно, иногда я цепляюсь за Ло больше, чем следовало бы. Но это ежедневная борьба.

Даже не знаю, как показать им, что я чувствую.

Ло тянется вниз, и его пальцы касаются моих, безмолвно спрашивая, можно ли ему взять меня за руку.

Я смотрю в его янтарные глаза, в которых выражена тысяча сожалений. Он корит себя за таблетки больше, чем я когда-либо могла бы. В этом видео никто не виноват... кроме, может быть, Скотта Ван Райта.

Я сжимаю его пальцы, и он переплетает их со своими.

– Я думал, вы в ссоре, – говорит нам Райк.

– Всё так, – тихо говорю я, не отрывая взгляда от его глаз. Никто не причинит нам вреда: читаю я в его взгляде. Никто не разлучит нас.

Ни Скотт.

Ни моя сестра.

Ни его брат.

Если кто-то и потопит нас, то это будем мы сами. В этом я уверена.

32. Лорен Хэйл

.

0 лет: 08 месяцев

Апрель

Я стою у основания лестницы, твердый, как мрамор. В гостиной включен телевизор, по которому идет повтор «Принцесс Филадельфии». Эпизод крутится вокруг поездки в Альпы, где мы все играли в веселые игры и терпели не только Скотта, но и Джулиана.

Роуз сидит на диване, положив компьютер на колени, и смотрит телевизор. Она не замечает, что я задерживаюсь.

– Разве ты уже не смотрела эту серию? – спрашиваю я.

Она не оборачивается, чтобы заметить мое присутствие, и это вызывает у меня еще одно чувство раскаяния. Я так и не поговорил с ней о том, что сделал после того, как меня обвинили в том, что я пил. В моей голове крутятся извинения. Но я всегда связываю «прости» с мольбой о прощении. И я не знаю, хочу ли я, чтобы она простила меня.

В воздухе повисает тишина, и я глубоко вздыхаю. Может быть, мне все равно стоит это сказать. Потому что я сожалею. Я действительно имею в виду эти слова.

Прежде чем я успеваю снова открыть рот, она, наконец, отвечает на мой вопрос: – Я составляю список того, сколько экранного времени занимает каждая вещь от Calloway Couture, кто ее носит, а затем сопоставляю цифры с продажами.

– И как идут дела? – интересуюсь я.

– Удивительно, но больше всего продается одежда, которую носит Лили, но у нее и больше всего эфирного времени, так что это, вероятно, немаловажный фактор, – говорит мне Роуз.

Я поднимаю взгляд к телевизору и вижу, как Джулиан закатывает глаза и делает глоток пива. Даже его виртуальное присутствие заставляет мои нервы трепетать, а кожу покрываться мурашками. И все же, я продолжаю терпеть его. Это то, что мы делаем для людей, которые нам небезразличны?

– Как ты можешь терпеть меня рядом? – внезапно спрашиваю я то, что не дает мне покоя.

Роуз поворачивается, чтобы посмотреть поверх дивана, и ее взгляд встречается с моим.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты ненавидишь меня, – говорю я, – но терпишь ради Лили. Наверное, это тяжело, да? – со мной не легче, чем с этим парнем. Это печальная правда, которая рвется наружу.

Она читает между строк, ее глаза перебегают на экран, а затем возвращаются ко мне.

– Ты не Джулиан, – говорит она так, будто я идиот. – Ты даже близко не похож.

– Я довел тебя до слез, – говорю я, мой голос пуст. В ее спальне. Я специально нажал на все ее кнопки.

– Я прощаю тебя, – легко говорит она.

– Как?

Она не из мягких. Роуз держится прямо, несмотря на барьеры высотой в сотни километров.

– Потому что я знаю, что ты никогда не простишь себя, – говорит она. – Твоя вина – достаточное наказание, тебе не кажется?

Может быть. Я не знаю. Но мне кажется, что она слишком хорошо меня знает.

– В любом случае, Дэйзи даже не любит Джулиана. Она с ним только потому, что слишком боится бросить и задеть его чувства. Мы все имеем право не любить его, если все вместе понимаем, что отношения обречены, – она делает паузу. – Но вы с Лили любите друг друга. Не так уж сложно отбросить мои чувства, когда я вижу, как ты делаешь ее счастливой.

Ее честность удивляет меня, и в этот момент я понимаю, что должен ответить ей взаимностью. По крайней мере, она этого заслуживает.

– Несмотря ни на что... – говорю я. Прости меня, Роуз. Слова застревают у меня в горле.

Тем не менее, она понимающе кивает.

– Пока ты сохраняешь мою сестру в безопасности, мы будем квиты.

Это даже не справедливая цена, потому что я бы сделал это, несмотря ни на что. Но я принимаю это.

Я уже собираюсь развернуться и подняться обратно по лестнице, когда она говорит: – Надеюсь, ты знаешь, что я не отношусь к тебе плохо, потому что ты парень... – она делает глубокий, напряженный вдох.

Вчера я подслушал, как Коннор пытался утешить Роуз из-за комментариев в интернете. О тех, кто называет ее мужененавистницей. Она плакала. Я никогда не думал, что она может на что-то обидеться, но они пробили ее железную стену. Думаю, в последнее время эта тема не выходила у нее из головы.

– Просто... – пытается она снова. – ...Я не испытываю ненависти к мужчинам, – её плечи напрягаются, вероятно, при мысли о насмешках.

Роуз всегда была драматичной – она угрожает кастрировать парней, отрезать им яйца. Это часть ее юмора, но в эфире это было воспринято неправильно.

– Я думаю, тебе не нравятся разные люди, – говорю я ей, – как мужчины, так и женщины. Телевизор просто показывает отрывки наших характеров. Я бы не стал беспокоиться по этому поводу.

Она кивает и через минуту снова сосредотачивается на телевизоре. Наш редкий, откровенный момент заканчивается именно так.

33

. Лили Кэллоуэй

.

0 лет: 08 месяцев

Апрель

Ло нашёл самый лучший способ забить на съемки: забаррикадироваться в нашей спальне. Скотт хотел заснять нас на видео, но теперь у него его нет.

Прошло семь дней с начала нашего протеста, и у нас началась лихорадка. Я привыкла жить в доме, но жить в комнате – совсем другое дело. Во-первых, мы с Ло договорились, что будем выходить только в туалет.

Мы ждем, что Скотт извинится за все те гадости, которые он наговорил, а также за то, что изменил видеозапись с нами. Это не то же самое, что передавать мне порно, а Ло бутылку алкоголя. Он активно пытается настроить наших друзей и семью против нас. Это уже новый уровень.

Однако я думаю, что здесь мы скорее умрем от голода. Единственный источник еды – моя младшая сестра, которая тайком приносит нам рогалики и печенье, когда бывает дома, что случается нечасто.

Дэйзи: Я буду через 10 минут. Такси заблудилось.

Я стону, пока Ло отжимается от пола. На этой неделе ему пришлось несколько раз пропустить занятия в спортзале, что помогает ему отвлечься от пьянства и снять стресс.

– Мы будем голодать, – говорю я ему. – Может, я смогу убедить Коннора принести мне «Поп-тартс»¹⁶.

– Без шансов, – говорит Ло, его грудь опускается к земле. – Я написал ему, чтобы он принес мне «Физз», а он начал читать мне лекцию об анатомии и о том, как работает двуногое передвижение. И все это в одном чертовом сообщении. Если бы я не был так раздражен, это произвело бы на меня впечатление.

– Да, но Роуз – моя сестра. Он должен быть добр ко мне.

Я быстро набираю текст.

Лили: Коннор, мне нужна еда. Я умираю. SOS!

Я нажимаю – отправить.

Жаль, что Роуз и Райк объединились, чтобы осудить наш протест. Они считают, что если мы спрячемся в комнате и изолируемся, то это приведет к регрессу. Но мы не занимаемся сексом больше, чем обычно. В основном мы проводим время за просмотром Netflix и чтением комиксов в интернете.

Я открываю ноутбук как раз в тот момент, когда пикает мой телефон.

Коннор: Холодильник заполнен едой. Если у тебя затекли ноги, Лорен может отнести тебя вниз. И вы знаете, как я отношусь к гиперболам.

Фу.

Я закрываю телефон.

– Он в команде РоРа. Миссия провалена, – я сижу на краю кровати, печатая на ноутбуке, а Ло переворачивается на спину, чтобы начать скручивания.

– РоРа? – спрашивает он с ворчанием.

– Да, также известные как злые братья и сестры Роуз и Райк, – говорю я ему. – Им нужно было имя, – я начинаю пролистывать ленту #PoPhilly на Tumblr. Большинство комментариев – это длинные абзацы с описанием того, как они любят реалити-шоу.

Втайне я просто люблю смотреть на гифки. Многие люди создали их из видео, на которых Ло целуется и флиртует со мной. Нас так часто называли ЕИП (единственная истинная пара), что я буквально с трудом сдерживаю слезы счастья.

Я никогда не думала, что мы станем фэндомом. Это не то, к чему я стремилась, и теперь, когда это происходит, это кажется более сюрреалистичным, чем что-либо еще. Должна признаться, я люблю эту сторону поп-культуры гораздо больше, чем папарацци. Может быть, потому, что мы с Ло всегда были фанатами в душе.

Я нажимаю на тег #Caballoway и нахожу гифки с выгнутой бровью Коннора и жестоким взглядом Роуз в ответ. Я мгновенно улыбаюсь.

– Ты в Твиттере? – спрашивает Ло, тяжело выдыхая. Он опускает спину на землю и замирает, едва не коснувшись пола. Когда он поднимается, то смотрит на меня так, словно мы говорили о Твиттере. Так и было. Для меня это вредное место.

– Tumblr, – отвечаю я, мой голос негромкий.

Он замирает на месте.

– Лили, – предупреждающе произносит он мое имя. Tumblr – еще хуже для меня.

– Я смотрю целомудренные картинки, – пролепетала я. – Те, где мы с тобой целуемся.

– Ты даже не можешь смотреть, как мы целуемся, по телевизору, не намокнув, – напоминает он и возвращается к своей тренировке. – Тебе также не стоит смотреть на видеоролики с этим.

– У меня получается лучше, – честно признаюсь я.

– Хорошо, – говорит он, – но что будет, если ты наткнешься на гифки с голыми мужчинами и членами. Ты так долго воздерживалась от порно, Лил. Ты же не хочешь случайно это испортить.

Он совершенно прав. Но я снова смотрю на экран ноутбука и вижу картинку, на которой Коннор обхватывает руками талию Роуз, его глаза горят желанием, обладанием и любовью. Я так тронута тем, что мы все являемся частью фэндома. Будет так грустно покинуть его. Никогда больше не увидеть этого.

– Лил, – Ло сидит, положив руку на согнутое колено. – Дай мне десять минут, я сяду рядом с тобой, и мы сможем посмотреть на них вместе. Я прикрою тебе глаза, если увижу пенисы. Как тебе это?

Я улыбаюсь.

– А если там будут сиськи? Можно я прикрою тебе глаза?

– Конечно, – смеется он, опускаясь на пол. Я захожу на сайт Marvel, в «безопасное место», пока он продолжает свою тренировку.

Через несколько минут дверь распахивается, и Дэйзи незаметно проскальзывает внутрь на ее скейтборде... ну ладно, не так уж незаметно, но это довольно крутой вход.

А ее появление вызывает светлые чувства, как рождественское утро. Я спешу за ней, пока она не умчала далеко.

– Что ты принесла?

Она ухмыляется, ставя ногу на пол и оставляя одну на своей доске.

– Твое любимое, – она трясет бумажным коричневым пакетом «У Лаки».

– Ты лучшая, – между сохранением нашего секрета и контрабандой еды Дэйзи показала свою преданность команде ЛиЛо (так нас теперь называют в интернете).

Ло вскакивает и забирает у Дэйзи сумку.

– Спасибо, Дэйз.

– Всегда рада помочь, – говорит она, вставая на свой скейтборд. Она катается по комнате. – Должна предупредить вас, что Роуз бросает на меня неодобрительные взгляды. Мне кажется, она догадывается, что я тайком таскаю еду.

– Держись, – подбадриваю я, когда Ло передает мне коробку с картошкой фри.

– У нее такие глаза, знаете ли, – говорит нам Дэйзи. – Они немного пугающие.

– Вот каково это – быть превращенным в камень, – говорит Ло. Он садится за стол и разворачивает бургер.

– ЛИЛИ! ЛО! – кричит Райк снизу. – Я поднимаюсь! Вам обоим лучше быть одетыми!

Черт. Блять. Черт.

– Прячься, – шиплю я Дэйзи. Я не хочу, чтобы у нее были серьезные проблемы с Роуз или Райком. Мы оба одновременно смотрим на кровать, и Дэйзи ложится на скейтборд и закатывается под нее, скрываясь из виду.

Я запихиваю в рот картошку фри и нахожу бластер Nerf на тумбочке.

Ло щелкает пальцами.

– Не-а, – он неодобрительно качает головой.

Я проглатываю картошку и говорю: – Он враг, Ло.

Дверь распахивается прежде, чем он успевает ответить, и я выстреливаю стрелы Nerf в грудь Райка. Он не дрогнул даже после пятого выстрела.

– Какого черта, Лили? – рычит он и бросается ко мне, вырывая пластиковую игрушку из моих рук.

Я смотрю на Ло, а у него такое выражение лица, будто Я же тебе говорил.

Ущерб не нанесен. Ясно.

Я опускаюсь на кровать и немного застываю, вспомнив, что Дэйзи прячется под матрасом и пружинами.

Райк сужает глаза, глядя на пистолет Nerf.

– Где ты его взяла?

– У нас оно было, – бодро вру я.

– Если бы у тебя было это, ты бы пристрелила меня несколько недель назад.

Это правда.

– Он трансгрессировал в нашу комнату.

Его брови сходятся на переносице.

– Что? – он поворачивается к Ло. – Она вообще говорит по-английски?

Ло вытирает рот салфеткой, все еще сосредоточившись на еде.

– Это термин из Гарри Поттера.

– Черт возьми, вы оба ведете себя нелепо. Прекратите этот глупый протест и спуститесь... – его голос прерывается, когда он замечает, что ест Ло. Пакет «У Лаки», виновато стоит рядом с ни в чем не повинной лампой. И тут лицо Райка мрачнеет. – Кэллоуэй!

– Да? – спрашиваю я.

Он закатывает глаза.

– Не ты, – он обводит взглядом комнату. – Дэйзи! – он распахивает дверцу шкафа, ища ее между моими рубашками и футболками Ло.

– Ты должен направить свой гнев на Скотта, – возражает Ло, отхлебывая газировку «Fizzle». – Как только он извинится, мы вернемся вниз к камерам.

Райк не слушает. Он сосредоточен на поисках моей энергичной белокурой сестры.

– Дэйзи! – и тут он упирается рукой в матрас, собираясь засунуть голову под кровать.

– Подожди! – кричу я. Но уже слишком поздно.

Он хватает ее за лодыжку и выкатывает из-под кровати.

Она широко улыбается, ее светлые волосы спутаны и наполовину свисают на лицо.

– Привет, – говорит она, глядя на Райка.

Он окидывает ее долгим взглядом, который трудно не заметить.

– Перестань приносить им еду и... игрушки, – он бросает бластер Nerf на кровать.

Дэйзи переворачивается, прислоняясь спиной к скейтборду.

– Им было скучно, – возражает она, как будто это имеет значение. Так оно и есть.

– Хорошо.

Она скользит от него, отталкиваясь руками, словно плывет по воде на спине.

Райк ставит ногу между ее ног, не давая скейтборду покатиться. Моя сестра вдыхает чуть глубже, чем раньше. Это выглядит очень сексуально. Правда? Я смотрю на Ло, и его взгляд может прожечь дырку во лбу брата.

Райк не отступает, ожидая, пока Дэйзи заговорит.

– У меня есть теория, – говорит Дэйзи, – что если оставить двух людей, которых очень, очень сильно тянет друг к другу, одних в комнате, без всякого дела, то они займутся сексом. Много, очень много раз.

Я краснею, гадая, говорит ли она о нас или о ней и Райке.

Мы ждем в неловком молчании, пока Райк ответит.

Он говорит: – Если эта теория верна, то ты, должно быть, действительно считаешь своего парня чертовски уродливым.

– А кто сказал, что у меня не было с ним секса?

Его взгляд может убить.

– Ему двадцать три, Дэйз. Если ты с ним трахаешься, он отправится в тюрьму.

Она поднимает руку в защиту и садится на скейтборд. В результате нога Райка оказывается ближе к ее промежности, но она хватается за его лодыжку, чтобы он не двигался. – Я не... я бы не стала так поступать с кем-то, – она смотрит на меня в поисках поддержки.

– Она просто хорошо к нам относится, – говорю я. – Не набрасывайся на нее, Райк, – мои глаза загораются. – Янеэтоимелаввиду.

Ло стонет позади меня.

– Спасибо за испорченный аппетит, Лил.

Да, я тоже не хочу думать о том, что Райк, сами знаете что, делает у рта Дэйзи.

Дэйзи тяжело дышит и говорит прямо: – Я просто подумала, что если им станет скучно, то они наверняка захотят заняться сексом.

Ло хрипло кашляет, и я подхожу к нему, чтобы погладить по спине. Он делает большой глоток содовой, прежде чем сказать: – Пожалуйста, не говори о моей сексуальной жизни, Дэйзи.

Она вздыхает и в расстройстве упирается лбом в ногу Райка. Он все еще возвышается над ней.

– Я просто пыталась помочь.

– Ни хрена ты не помогаешь, – грубо говорит Райк, хотя его рука лежит на ее голове, физически они ближе, чем я видела их раньше. Похоже, их дружба сделала несколько дополнительных шагов. Надеюсь, не слишком далеко.

– Эй, – встреваю я. – Она очень помогает. Если бы у меня не было бластера Nerf, я бы, наверное, набросилась на Ло. Секс-кризис предотвращен.

Райк отходит от Дэйзи и поворачивается ко мне.

– Если у тебя проблемы с самоконтролем, может, тебе не стоит запираться в комнате со своим парнем, – он показывает на игрушечный бластер на кровати. – Но это твое гребаное решение? Правда?

– Выглядит веселее, чем «раком», – говорит Дэйзи с однобокой улыбкой.

– Нет, – говорит Райк, опровергая это одним словом.

Я бы согласилась с ним. Nerf-бластеры не так забавны, как «раком».

Ло потирает переносицу и затем встает из-за стола.

– Ладно, – он хватает с кровати бластер Nerf и пихает его в грудь Райку. – Возьми его. Возьми Дэйзи, – он берет Дэйзи за запястье, поднимает ее на ноги и отдает ей скейтборд. Затем он возвращается ко мне на середину комнаты. – Мы будем протестовать наедине.

Райк не выглядит счастливым.

– Я же говорила тебе, – говорит Дэйзи, задыхаясь, – я пыталась удержать их от...

Райк быстро притягивает ее к своей груди и закрывает ей рот рукой. Я вижу, что она улыбается под его ладонью.

– Ты действительно выйдешь, если Скотт извинится? – спрашивает он.

– Да, – отвечает Ло.

– Я приведу его сюда в течение часа, – провозглашает Райк, и к словам прилагается обещание. – Это дерьмо закончится сегодня, – он отпускает Дэйзи, его глаза скользят по ее чертам. – Я не знаю, что за стиль «раком» ты изображаешь, но это неправильно, – он гладит ее по голове, прежде чем выйти.

Ло кричит в ответ: – Неуместно, брат!

Дэйзи смотрит вслед уходящему Райку, а затем пристраивается рядом со мной и толкает меня бедром.

– Прости.

Я качаю головой и обнимаю ее сбоку.

– Ты была доблестным солдатом. Лучшим.

Когда она улыбается, улыбка получается лучезарной и красивой, и я удивляюсь, как я столько лет избегала отношений с ней. Дэйзи – один из самых душевных людей, и, возможно, если бы я открылась чуть раньше, я бы почувствовала эту радость с самого начала.