Текст книги "Сквозь исчезающее небо (ЛП)"

Автор книги: Кэтрин Коулс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 28 страниц)

27

Брейдин

Heat hit my cheeks hard and fast, and I wanted to crawl into a hole just a little bit. It didn't take a genius to figure out that Kol was the second brother unsure about me. And I had a feeling boobie cookies wouldn't win him over.

Жар мгновенно ударил мне в щеки, и мне захотелось провалиться сквозь землю. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять: Кол – второй брат, который мне не доверяет. И что-то подсказывало мне, что печенье в форме груди его не разжалобит.

– Да? И как мне такое раздобыть? – вмешался Маверик.

– Прости, – легко отозвался Оуэн. – Печенье с сиськами только для мистера Декса.

Маверик повернулся к Дексу, и на его лице расплылась озорная ухмылка.

– Только для тебя, да? Везет же некоторым.

Декс наградил брата таким взглядом, что я бы на месте Маверика уже в штаны наделала. Но тот лишь ухмыльнулся еще шире.

– Я, э-э, люблю печь забавное печенье. Моя подруга Нова называет его комикс-печеньем. Я делаю такое на любой случай, – поспешно вставила я.

Веселый взгляд Маверика снова вернулся ко мне.

– И по какому же случаю были те самые сиськопеченьки?

Лицо у меня горело так, что на нем можно было испечь еще одну порцию.

– В день, когда мы переехали в Старлайт-Гроув, вышла небольшая путаница с домиком, и я застала Декса, когда он выходил из душа.

Уайлдер с трудом сдержал смех.

– То есть он решил, что ты влезла с взломом, твоя собака посчитала его угрозой, и в процессе было утрачено полотенце?

– В общих чертах – да. Кому-нибудь печенье с бигфутом? – Я сунула тарелку в центр стола, отчаянно надеясь сменить тему.

Здоровяк в комбинезоне Carhartt тут же оживился.

– Ты сказала «бигфут»?

Я наконец улыбнулась.

– Да. Еще есть печенье в виде бутылочек острого соуса, перцев и нескольких часов. Уайлдер рассказал мне о некоторых семейных увлечениях.

– Бигфут – это всецело по части Уэйлона, – проворчал Кол.

Я посмотрела на возвышавшегося надо мной мужчину.

– А вы не верите?

– А ты веришь?

Я выпрямилась и расправила плечи.

– Человеческий род произошел от обезьян. Так уж невероятно, что где-то есть вид, который пошел по другому пути? К тому же это просто весело.

Уэйлон откусил печенье и ткнул в меня оставшейся половинкой.

– А она мне нравится.

Кол насмешливо фыркнул.

– Подкупить его за две секунды бигфутом – это надо уметь.

– Слышали про случай в городке в паре километров от Анкориджа? – спросила я.

Уэйлон с жаром закивал.

– То видео было безумное.

– Видео можно подделать, – напомнил нам Декс.

Я метнула в него раздраженный взгляд.

– Не порть людям удовольствие.

Уэйлон расхохотался.

– Так, все, теперь она мне очень нравится.

– Бро, это что, корова? – спросил Оуэн, направляясь к задним дверям.

– Это Тинк, – сообщил ему Уэйлон.

Оуэн покачал головой в изумлении.

– Дерево, растущее прямо из дома, и лохматые коровы на заднем дворе? У вас тут вообще все на максималках.

– Что значит «на максималках»? – непонимающе переспросил Уайлдер.

Один уголок моих губ дернулся вверх.

– Он хочет сказать, что тут круто.

– На максималках, – пробормотал Мав. – Надо мне подтянуть молодежный сленг.

Декс хлопнул его по спине.

– Удачи тебе с этим.

Хлопок москитной двери о косяк мгновенно насторожил всех, кроме меня и Оуэна. Декс среагировал сразу – встал рядом со мной, но так, чтобы оказаться и между мной с Оуэном, и источником звука.

Меня накрыла растерянность, пока в доме гулко раздавались тяжелые шаги. Потом в проеме кухни появился еще один мужчина. Он занимал собой дверной проем еще больше, чем остальные братья Арчер. Плечи у него были шире, а ростом он превосходил всех примерно на пару сантиметров. Но глаза у него были те же ореховые – только, возможно, темнее, с густой зеленью, почти вытеснившей золото.

И эти глаза смотрели на меня с подозрением.

Я с трудом сглотнула, решив, что это, должно быть, Орион. Многие бы испугались, когда на них так смотрит мужчина таких размеров, будто они украли у него последнюю сладкую булочку. Но я думала только о том, что рассказал мне Декс. Об истории Ориона и о том, через что ему пришлось пройти.

И вместо немного пугающего мужчины перед собой я увидела мальчика. Того, кто отдал все, чтобы защитить своих братьев.

Я подняла руки, чтобы показать жестами то, что говорила вслух.

– Привет, Орион. Очень приятно познакомиться.

На лице Ориона мелькнуло удивление, но он не сказал ни слова и даже не попытался ответить жестами.

Мои руки опустились.

– Я посмотрела, как показать несколько фраз, но знаю совсем мало. Прости.

Ладонь Декса легла мне на поясницу, и тепло его руки тут же растеклось по телу.

– Уже то, что ты постаралась, очень много значит.

– Именно, – согласился Уайлдер, бросив на Ориона выразительный взгляд.

– А мне кажется ужасно круто, что ты разговариваешь руками. Я тоже хочу научиться. Мама сказала, что мы с ней можем пойти на курсы, – вмешался Оуэн, совершенно не испытывая страха.

Господи, как же я любила своего сына. Он у меня самый лучший.

Взгляд Ориона переместился на Оуэна, и в нем мелькнуло любопытство. Но он по-прежнему ничего не сказал.

Похоже, Оуэна это нисколько не смутило.

– Так, – вмешался Уэйлон, – грудинка готовилась почти сутки, и уже должна дойти. Картофельное пюре и булочки стоят в подогреве. – Он укоризненно посмотрел на Декса. – Если только мистер Чистюля их отсюда не переставил.

Я вскинула голову, вопросительно глядя на Декса.

Он вздохнул.

– Булочки и пюре в духовке – это логично. Я их не трогал.

Уэйлон только недовольно хмыкнул.

– Давайте есть.

Всем понадобилась пара секунд, чтобы рассесться по местам. Кол позвал с улицы Скайлар. Она тут же защебетала с Оуэном о лагере, и напряжение в комнате немного спало. Но я не могла не заметить, что Орион сел прямо напротив меня – так, чтобы ему было проще всего выйти либо через заднюю, либо через переднюю дверь. И я невольно задумалась, случайно ли это.

Скайлар подняла на него взгляд, прервав оживленный разговор с Оуэном.

– А ты можешь научить нас, как заминировать водяной шарик пищевым красителем? У нас в лагере есть одна страшная вредина, ей бы не помешало.

– Даже не думай, – тут же отрезал Кол.

На губах Ориона мелькнула едва заметная тень улыбки, и его руки пришли в движение.

Декс наклонился ко мне ближе.

– Орион сказал ей, что все устроит.

Я с трудом подавила смешок, когда Кол мрачно уставился на брата. Хорошо хоть этот тяжелый взгляд был направлен не на меня.

– Итак, Брей, – сказал Уэйлон, протягивая мне прекрасный салат, который приготовил этот самый хмурый брат. – Ты переехала из Окленда?

Я кивнула, накладывая салат себе и Оуэну.

– Да. Я прожила там чуть больше восьми лет, но выросла в Род-Айленде. На побережье.

– Род-Айленд и Окленд – это уже большая разница. А Окленд и Старлайт-Гроув – тем более, – заметил Уайлдер.

– Это точно, – согласилась я.

– Но Старлайт-Гроув ведь лучше всех, правда? – спросила Скайлар. – У нас есть горы, реки и озера. И стооолько животных.

Я улыбнулась девочке.

– Он определенно с каждым днем нравится мне все больше. А если я еще познакомлюсь с вашими альпаками, то точно выйдет в лидеры.

– У вас есть альпаки? – едва не завопил Оуэн.

Скайлар захихикала.

– После ужина покажу. Мы можем принести им угощение.

– А что альпаки любят из угощений? – с любопытством спросила я.

Скайлар откинулась на спинку стула, перебирая в голове список.

– Они почти как лошади. Любят морковку и яблоки. Но еще обожают бананы, арбуз и тыкву.

– В холодильнике для тебя есть нарезанный арбуз, маленькая принцесса, – сказал ей Уэйлон.

– Спасибо, дедуля Уэй-Уэй, – отозвалась она, потянувшись за булочкой.

– А чем ты занималась в Окленде? – вмешался Кол.

Его вопрос прозвучал не так, как у Уэйлона или Уайлдера. У них это был обычный разговор. У него – почти допрос. Но если так он перестанет давить на Декса, я это переживу.

Я приподняла тарелку, чтобы Уэйлон положил мне грудинки.

– Я работала в небольшой бухгалтерской фирме. Сначала секретарем, потом офис-менеджером. Так я и научилась вести бухгалтерию.

Уайлдер отломил кусок булочки.

– И слава богу, что научилась, потому что я больше никогда не хочу видеть QuickBooks.

Уголок моих губ дрогнул.

– А мне не сложно. Мне даже нравится. Там всегда есть точный ответ, без всякой неопределенности.

Уайлдер задумчиво прожевал.

– Понимаю.

Маверик покачал головой.

– Нет уж. Все самое интересное как раз в этой неопределенности.

Кол хмыкнул.

– Кто бы сомневался, что ты так скажешь.

– Прости, мистер черное-и-белое, но некоторые из нас любят жить по-настоящему, – парировал Маверик.

– Под «жить по-настоящему» ты имеешь в виду каждый раз чуть не свернуть себе шею? – тут же отозвался Кол.

Маверик пожал плечами.

– Зато я хотя бы живу.

В этих словах было что-то еще. Укол. И я почувствовала, что это удар ниже пояса.

Кол застыл на месте, так сильно стиснув челюсть, что на щеках проступили ямки.

Черт. Это могло плохо закончиться. И я выпалила первое, что пришло в голову.

– Я слышала, вы тут устраиваете соревнования по острым соусам.

28

Декс

На кухне сразу стало тихо, но мне пришлось сдерживать смех. Брей провела с моей семьей меньше часа, а уже безошибочно чуяла, когда все вот-вот сорвется в опасную зону.

– Что? – не отступала она. – Разве это неправда?

Уайлдер поставил на стол свое корневое пиво.

– Правда. Но я бы не советовал тебе в это ввязываться, если у тебя не железный желудок.

Брей отодвинула стул и подошла туда, где оставила свою сумку с маленьким бигфутом в углу. Господи. Они с Уэйлоном точно были созданы друг для друга.

Она вернулась к столу и начала выставлять по центру бутылочки с острым соусом.

– Я провела небольшое расследование и нашла кое-что интересное. Мой подарок всей компании. Вы знали, что в двух городках отсюда есть маленький магазин деликатесов с целой стеной острых соусов?

С самого своего прихода Орион почти не сводил с нее глаз. И смотрел он не с интересом. Он высматривал улики. Хотел доказать, что она – тот самый враг, которого он так надеялся обнаружить.

Это бесило меня до чертиков.

Словно почувствовав мой тяжелый взгляд, он на миг посмотрел на меня. Я с трудом подавил желание оскалиться или показать ему средний палец. Но его внимание уже снова вернулось к женщине рядом со мной.

– Ну что скажете? – спросила Брей. – Устроим соревнование по острым соусам?

Маверик восторженно присвистнул.

– Маленькая оторва, ты выйдешь за меня? Я был покорен еще на печенье с сиськами, а теперь добила острым соусом.

Брей рассмеялась.

– Я и так знаю, что за тобой мне не угнаться.

– Черт, – пробормотал Мав. – Мало того что разбивает сердца, так еще и с характером. Мое почтение.

Я перевел мрачный взгляд с Ориона на Маверика.

Он вскинул обе руки в знак капитуляции.

– Ладно, ладно. Никаких взглядов, никаких рук.

– А как насчет просто помолчать? – предложил я.

– Это почти ругательство, – сообщила Скайлар. – Нехорошо говорить людям, чтобы они замолчали.

У меня дернулись губы.

– Принято, маленькая принцесса.

Скайлар повернулась к Брей и понизила голос до нарочито заговорщицкого шепота.

– Надери им задницы. Они вечно хвастаются, сколько перца могут выдержать.

Брей снова села на стул и, перегнувшись через Оуэна, ответила ей таким же шепотом:

– Сегодня я представляю силу девчонок.

Она протянула кулак, и Скай с широкой улыбкой стукнулась с ней.

Я откинулся на спинку стула, глядя на Брей, когда она выпрямилась.

– Ты и правда думаешь, что справишься со всеми за этим столом?

По ее лицу скользнула хитрая улыбка.

– О, я вас всех уделаю.

Мав снова восторженно загудел.

– Так, народ, начинаем. Что ты принесла нам в дар, маленькая оторва?

Брей провела рукой над бутылочками, будто демонстрировала призы в телеигре.

– Представляю вам коллекцию «сожги себе рот» от Five Fire Farms из-под залива. Один из моих личных фаворитов. Я была очень рада увидеть его здесь.

Во мне шевельнулось смутное понимание.

– Ты любишь острый соус.

Ее чертовски идеальные губы едва заметно дрогнули.

– Можно сказать, у меня к нему слабость.

– Господи. Она крутая. Горячая. И любит есть огонь. – Мав уронил голову на стол. – Все, я пропал. Никто уже не сможет с ней сравниться.

Брей рассмеялась, и этот звук скользнул по мне, как призрачное прикосновение кончиков пальцев. Мне хотелось податься ему навстречу. Уткнуться лицом в этот смех.

– Почему мне кажется, что без женского внимания ты никогда не остаешься? – поддела его Брей.

Маверик выпрямился и поиграл бровями.

– Кто, я? Я вообще-то на сто процентов одинокий парень.

Уайлдер фыркнул.

– Расскажи это женщинам, которые вечно допытываются у меня, когда ты снова появишься в баре.

– Эй, – парировал он. – Я не виноват, что дамы хотят того, чего не могут получить.

– Хватит, – буркнул Уэйлон. – Я хочу попробовать эти Five Fire Farms. – Он потянулся к бутылочке с одним перчиком на этикетке. – Начнем с легкого.

Бутылочка пошла по кругу, минуя детей. Каждый из нас добавил немного соуса к грудинке или картошке и принялся есть.

– Ух, – выдохнул Уайлдер. – Даже слабый вариант дает жару.

– Ну что, шеф, сдаешь позиции? – поддела его Брей.

– Еще чего, – тут же отозвался Уайлдер и потянулся за соусом с двумя перчиками.

Вот тут я уже насторожился. Жар начал разливаться по рту и по животу. Но когда я посмотрел на Брей, она ела так, будто у нее в тарелке было мороженое. Она откинула за плечо прядь светлых волос, и мне до боли захотелось пропустить ее сквозь пальцы. Сжать волнистые локоны, запрокинуть ей голову и впиться в ее рот. А заодно расстегнуть каждую чертову пуговицу на ее бледно-розовом сарафане.

– Я его почти не чувствую, – легко сказала Брей. – А ты, Кол?

Мой брат скривился, глядя на нее.

– Еще как чувствую.

Она пожала плечами.

– Тогда давай посмотрим, что там под номером три.

Она щедро плеснула несколько капель на ложку картофельного пюре и проглотила.

– Вот. Теперь уже интересно.

Кол выхватил у нее бутылочку и налил себе на картошку вдвое больше, будто хотел что-то доказать. Когда он проглотил, у него на лбу выступил пот, а глаза расширились.

Маверик расхохотался.

– Кто-то много говорит, а на деле не вывозит.

– Помни, папочка, – начала Скайлар, – проиграть девочке – это не страшно. Мы все равны.

Уайлдер хмыкнул.

– Да, ничего страшного – проиграть кому-то, кто раза в три меньше тебя.

Орион выхватил бутылочку и тоже попробовал. Реакцию он сдержал лучше, но щеки у него стали ярко-красными, и он задышал часто, как Люси в жаркий летний день. Он потянулся к воде.

– Я бы не советовала, – предупредила Брей. – Говорят, от воды только хуже.

Орион метнул в нее тяжелый взгляд, потом перегнулся через стол, схватил молоко Скайлар и отпил прямо из стакана, вызвав у племянницы смешок.

– Если Риону понадобилось молоко, я пас, – заявил Уайлдер и дважды стукнул по столу.

Скай радостно вскрикнула.

– Один выбыл, мисс Брей!

Уайлдер покачал головой.

– Это было больно, маленькая принцесса.

Она только ухмыльнулась.

– Иногда девчонки должны держаться вместе.

Мы с Уэйлоном этот раунд пережили, но когда Мав попробовал соус с тремя перчиками, он пулей вылетел из-за стола и рванул к раковине. Сунув голову под кран, он пытался промыть рот.

– Что это вообще было? – выдавил он. – Три перца, выращенных в аду?

Брей рассмеялась и протянула ладонь Скайлар. Та с восторгом хлопнула по ней.

– Бро, это уже немного позорно, – сообщил Оуэн Маву.

На губах Ориона снова мелькнула тень улыбки – первая крошечная трещина в его броне.

– Господи, какие же эти дети безжалостные, – пробормотал Мав.

– Попробуй-ка пожить с одним из них, – тут же бросил Кол.

– Переходим к четвертому, – объявил Уэйлон, схватил бутылочку и попробовал соус.

Он издал какой-то невнятный звук, после чего дважды стукнул по столу.

– Это мой предел, – прохрипел он.

Я усмехнулся и взял бутылочку. Я подумал, не попытаться ли обойти Брей, но рот все еще горел после прошлого раунда, а мне слишком нравилось смотреть, как она разделывает всех под орех. Я дважды постучал по столу и передал бутылочку ей.

– Для меня уже перебор.

Брей вопросительно приподняла бровь.

– Ты уверен, Лютик?

– Мне больше нравилось «Мальчик-птичий-помет», – вмешался Уайлдер.

Брей усмехнулась.

– Он может быть и тем, и другим.

Я откинулся на спинку стула.

– Завтра мой желудок скажет мне спасибо за это решение.

На этот раз Брей капнула несколько капель на картошку и отправила в рот приличный кусок. Теперь щеки у нее порозовели, но пот не выступил, и за напитком она даже не потянулась. Просто протянула бутылочку через стол Ориону.

Он долго смотрел на нее, потом взял бутылочку и щедро плеснул несколько капель на мясо. Откусил. В ту же секунду, как грудинка коснулась его языка, глаза у него стали размером с блюдца. Орион молнией вскочил со стула, метнулся к мусорному ведру и выплюнул кусок.

– Нарушение правил! – заорал Мав. – Дисквалификация.

Брей ухмыльнулась, пока Скайлар восторженно визжала.

– Ну что, Кол? Как думаешь, тебе по силам? – спросила Брей.

Он мрачно уставился на нее, и от этого ее улыбка стала только шире. Кол схватил бутылочку с того места, где сидел Орион, и капнул две капли на картошку. Поднес вилку ко рту, но замер, и рука у него дрогнула.

Наконец он уронил вилку на тарелку.

– Че... – Он осекся на полуслове. – Не могу.

Скайлар вскочила со стула и заплясала по комнате.

– Девчонки рулят, мальчишки слюни пускают! Девчонки рулят, мальчишки слюни пускают!

Оуэн широко улыбнулся Брей.

– Вот это мощно, бро.

Брей нарочито откинула волосы за плечо, и до меня донесся легкий запах красной смородины.

– Вот мой трофей.

Я потянулся к ней, не в силах удержаться, хотя прекрасно знал, что этого делать не стоит. Но в ней все притягивало меня. Этот запах. То, как вспыхивали ее глаза, когда она побеждала. Как изгибались ее губы в этой дразнящей улыбке. Моя рука скользнула под волну ее волос, и я сжал ее шею сзади, наслаждаясь шелковистой кожей и тем, как подушечки моих пальцев едва задели жилку у нее на шее.

– Ты молодец, Чертовка.

Золотистые глаза встретились с моими, сверкнув чем-то, чему я не мог найти названия.

– Спасибо, Лютик. Мне нравится твоя семья.

– Ты просто обязана рассказать, откуда взялся этот Лютик, – сказал Уайлдер, изо всех сил стараясь не расхохотаться.

Я попытался посмотреть на Брей сердито, но это больше походило на дрожащую улыбку.

– Спасибо тебе за это.

Брей просияла, глядя на меня снизу вверх, и ответила Уайлдеру:

– Когда мы познакомились, он был таким солнышком, что никакое другое имя просто не подходило.

Кол издал звук, похожий одновременно на фырканье и смешок.

– Эй, – бросил я ему. – Ты тут самый мрачный засранец, так что тебе точно не с чего судить.

– «Засранец» тоже считается ругательством, дядя Декс, – тут же вставила Скай.

Я покачал головой.

– Принято, маленькая принцесса.

Мав откинулся на спинку стула.

– А мне Лютик нравится.

– Даже не думай, – предупредил я, потом повернулся к Брей. – Ты вообще понимаешь, что натворила?

Она лишь пожала плечами.

– Мне ни капли не жаль. Ты это заслужил.

Я не смог сдержать смех. И, обведя взглядом стол, понял, что она добилась большего, чем я мог представить. Кол смотрел на нее с неохотным уважением. Орион – уже не с ненавистью. А Уэйлон? Тот пропал окончательно.

Для начала этого было более чем достаточно.

– Ладно, – сказал Уэйлон, раскатывая по кухонному столу карту там, где еще недавно стоял ужин. Скайлар вызвалась показать Оуэну животных, чтобы взрослые могли спокойно обсудить то, что было нужно.

Я помог Уэйлону расправить края, прижав их бутылками острого соуса после недавней битвы.

– Какая потрясающая карта, – почти благоговейно сказала Брей, проводя пальцами над бумагой. – Это настоящее произведение искусства.

В воздухе что-то изменилось, и я сразу понял, откуда дует ветер.

– Ее сделал Орион, – сказал я ей.

Он работал в бесконечном множестве стилей и техник, но всегда создавал то, от чего захватывало дух. Эта карта особенно. Акварель и тушь сплелись здесь воедино. Акварелью были написаны горы, реки и леса, а тушью – дороги, тропы и отметки.

Брей подняла взгляд на моего среднего брата.

– Это невероятно. Не могу поверить, что ты все это сделал.

Она хорошо с ним держалась. Не давила, не вынуждала отвечать, но все равно включала его в разговор. Немногие люди, с которыми Ориону приходилось сталкиваться вне семьи, вели себя нормально. Одни засыпали его вопросами, будто могли вынудить заговорить. Другие смотрели с жалостью. Кто-то считал его глупым. А некоторые едва ли не кричали на него, словно он плохо слышал.

Брей обращалась с ним так же, как со всеми. Не подыгрывала, не уступала ему победу в состязании с острым соусом, которую он сам бы возненавидел. Но и не лезла напролом. Просто позволяла ему быть собой.

Орион сглотнул, кадык дернулся, и он поднял руки, чтобы показать жестами.

– Он говорит спасибо, – перевел я.

Брей просияла так, будто одновременно выиграла в лотерею и удостоилась визита королевской особы.

– Пожалуйста.

Ее взгляд тут же опустился к карте, и лицо стало серьезным.

– Вот отсюда начинался маршрут, по которому мы пошли. – Ее тонкий палец скользнул по линии. – А вот здесь я сошла с тропы. Здесь исчезла Нова.

Последние слова налились тяжестью. Виной.

Я не смог удержаться и не прикоснуться к ней, хотя знал, что не должен. Положил руку ей на плечо и сжал, чувствуя, как жар ее кожи вспыхнул у меня под ладонью. Обжигающий – под стать этой чертовке.

– Это не твоя вина.

– Может, да. Может, нет. Итог от этого не меняется.

Мне ненавистно было видеть, как она тащит на себе этот груз. Потому что от такой тяжести человек может пойти ко дну.

Кол прокашлялся.

– Когда это случилось, они подключили поисково-спасательную службу?

Брей кивнула.

– Да. Но только почти через двое суток. И еще шел дождь.

Кол тихо выругался.

– Идиоты, – проворчал Уайлдер.

И я понимал почему. Чем старее место происшествия, тем меньше шанс, что след, оставленный человеком, остался нетронутым. А значит, идти по нему куда труднее.

Брей поджала губы.

– Когда я тренировала Йети для поиска, я поняла, насколько губительной оказалась эта задержка. Но тогда я еще не осознавала, как много мы потеряли.

– Это не единственный наш ресурс, – заверил я ее. – Давай объясню, что мы будем делать и как за это возьмемся.

В глазах Ориона вспыхнул свет. На миг его ореховая радужка, темнее нашей, стала светлее. Я знал, что он не хочет, чтобы я рассказывал хоть что-то о том, как мы работаем. Но все равно продолжил.

– Уэйлон и Кол отвечают за поиск следов. По крайней мере, в реальном мире, – объяснил я. – Они свое дело знают.

– Я знал свое дело раньше, – проворчал Уэйлон. – А этот молокосос меня уже обошел.

Я не упустил гордость, мелькнувшую на лице Кола после его слов. У каждого из нас с Уэйлоном была своя особая связь, и для Кола все сводилось к природе и умению ее читать.

Маверик хлопнул меня по плечу.

– А этот ботан следы ищет только в интернете.

– Продолжишь звать меня ботаном – узнаешь, как далеко тянется интернет, – предупредил я.

Мав лишь ухмыльнулся.

– Я подключаю взгляд медика и помогаю Ориону с географическим профилированием.

Лицо Брей оживилось.

– Я читала об этом. Можно изучать районы похожих преступлений и вычислять, где преступник, скорее всего, живет или работает. Проблема только в том, что у нас одно преступление. Я не нашла ничего, что могла бы уверенно с ним связать.

В комнате повисла тишина.

Она напряглась. Пальцы вцепились в край стола, костяшки побелели.

– О чем вы мне не говорите?

Кол шагнул вперед.

– Я попросил начальника добавить дело Новы к моей нагрузке. Оно достаточно близко к территории национального леса, так что основания у нас есть.

Глаза Брей заблестели, но она все равно заставила себя выдержать взгляд Кола.

– Спасибо.

– Если случилось что-то неслучайное, мы должны понять, что именно.

– И вы что-то нашли? – нажала Брей.

Кол сжал ладонью шею сзади.

– Когда я разбирал ее дело и искал похожие обстоятельства, то обнаружил несколько случаев, которые можно считать сходными.

Брей задышала чаще.

– Ты думаешь, кто-то похищает людей.

Кол повел плечом и тут же опустил его.

– Не знаю.

– А я составляю профиль жертв, – тихо сказал Уайлдер. – Смотрю, что у них могло быть общего.

Взгляд Брей остановился на мне.

– Я показала тебе похожие случаи, которые нашла. Ты их посвятишь в детали?

Я кивнул.

– Прослежу, чтобы у них было все, что нужно.

Она обвела взглядом комнату.

– У каждого из вас тут, похоже, своя давно отведенная роль. Будто вы уже не в первый раз за такое беретесь.

Никто не сказал ни слова. Потому что этого мы не могли ей дать. Пока не могли.

Ее взгляд опустился.

– Понятно. Запретная тема.

– Тебе нужно принять одну вещь. – Голос Кола звучал тихо, но в нем чувствовалась жесткость. – Ты можешь не получить тот исход, на который надеешься.

Моя рука сжалась в кулак. Я едва удержался, чтобы не врезать брату прямо там. Ей не нужно было еще раз напоминать об этом.

Брей теребила нитки браслета дружбы на запястье.

– Я бы знала, если бы ее больше не было. Я бы это почувствовала.

Кол покачал головой.

– Иногда разум играет с нами злые шутки, а надежда умеет бессовестно врать. Прежде чем мы пойдем дальше, ты должна понять, что точно хочешь узнать правду. Какой бы она ни оказалась.

Брей вскинула подбородок, и по ее лицу скользнул вызов.

– Я уже иду по этой дороге. Теперь вам осталось решить, поможете вы мне или нет.

Чертовка до мозга костей.

Он коротко кивнул.

– Мы поможем. Верно, парни?

Уэйлон похлопал себя по животу.

– Меня она покорила печеньем в форме бигфута.

– А меня – тем, как она словесно размазала Миллера, – с улыбкой сказал Уайлдер.

– А меня – тем, какая она сногсшибательная и опасная, – добавил Мав и тут же отскочил, когда я попытался врезать ему в живот.

Я выпрямился и посмотрел на Брей сверху вниз. Она зацепила меня еще тогда, в баре, когда при полном зале назвала меня Мальчиком-Птичий-Помет.

– Ты знаешь, я на твоей стороне.

Мы все повернулись к Ориону. Челюсть у него застыла, как гранит, на скуле дергалась мышца. Наконец он поднял руки.

– Надеюсь, это не окажется грандиозной чертовой ошибкой.

Я тоже на это надеялся. Потому что все могло пойти наперекосяк бесконечным числом способов. И если так и случится, этот груз ляжет на меня. Еще один провал в общую кучу.