Текст книги "Сквозь исчезающее небо (ЛП)"

Автор книги: Кэтрин Коулс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 28 страниц)

41

Брейдин

Я натянула через голову огромный свитшот и зарылась в его мягкость. Не имело значения, что вода в душе была обжигающе горячей. И что, хотя на улице уже стемнело, раскаленная за день земля все еще держала градусов двадцать один. Я никак не могла согреться.

Меня снова пробрала дрожь.

– Соберись, – прошептала я.

Со Скайлар все в порядке. Она дома с отцом. В полной безопасности. С Оуэном тоже. Декс временно починил его очки суперклеем и каким-то инструментом, которым пользовался, когда собирал компьютеры. Сейчас мы в порядке. Пока.

Но стоило этой мысли промелькнуть у меня в голове, как перед глазами вспыхнуло лицо Винсента. В ушах снова зазвучали его угрозы. И страх – тот самый страх, который я загнала поглубже, пока мы искали Скайлар, – снова поднялся и закружил внутри. И все это только усиливалось от напоминания: да, Скайлар мы нашли целой и невредимой, а Нова все еще пропала. И мы по-прежнему ничуть не приблизились к тому, чтобы ее найти.

Я вышла из комнаты и в домашних тапочках пошла по коридору на звуки битвы.

– Ни за что, брат. Я тебя сейчас размажу, – радостно крикнул Оуэн.

– Готовься пасть от ледяного меча, – парировал Декс.

Я едва заметно улыбнулась, заворачивая за угол, и увидела их на подушках перед телевизором. Декс принес свою игровую приставку, и теперь им обоим, судя по всему, было по восемь лет. Они синхронно заваливались то в одну сторону, то в другую, азартно поддевая друг друга. Вкладывали в атаки и защиту все силы, размахивали руками и яростно жали на кнопки.

Игра шла в каком-то фэнтезийном мире. Персонаж Декса был похож на тролля, а вот кто был у Оуэна, я так и не поняла. У существа были крылья и меч, весь в шипах.

Вдруг герой Оуэна взмыл в воздух, сделал удар с разворота и тут же пронзил тролля Декса прямо в сердце.

– Да! – завопил Оуэн, вскакивая так же, как только что его персонаж, разве что без удара ногой. – Победа моя!

Он помчался по комнате кругами.

Йети гавкнула и кинулась следом, обожая такие игры.

Декс застонал и рухнул на пол, схватившись руками за грудь.

– Пал от крылатого чудовища в расцвете тролльей жизни.

Оуэн расхохотался и протянул ему руку, помогая подняться.

– Я бы сказал, что в следующий раз тебе повезет, но я вообще никогда не дам тебе выиграть.

Декс молниеносно дернул его к себе, сгреб в шутливый захват и взъерошил волосы.

– Это ты что там говорил про то, что никогда не дашь мне выиграть?

Оуэн захохотал еще громче, пытаясь вырваться.

– Я никогда не сдамся!

Я стояла в проеме и смотрела, как они дурачатся и возятся, и вдруг поняла: у Оуэна этого никогда не было. Такой мужской близости, где можно шутливо бороться и сражаться на полях собственного воображения. Я старалась разделять его увлечения: войны с бластерами, иногда видеоигры. Но это было другое. Иная волна. То, чего я не могла ему дать.

Декс поднял Оуэна в воздух и с нарочито преувеличенным размахом швырнул на диван. Все было так медленно, что я сразу поняла: он предельно осторожен. Но Оуэн заливался смехом, изображая поверженного бойца.

– Победа моя! – крикнул Декс, повторяя его прежние слова.

– Берегись, тролль. Я за тобой еще приду, – пообещал Оуэн.

Декс рассмеялся и наконец заметил меня.

– Принцесса вышла из башни. Или мне лучше сказать – чертовка?

Один уголок моих губ приподнялся.

– Чертовка пришла уложить этого мальчика-летучую мышь спать.

– Ну ма-ам, – простонал Оуэн.

– Эй, – сказал Декс, ткнув его пальцем в бок. – Чем скорее уснешь, тем скорее получишь реванш.

Оуэн на мгновение задумался, потом кивнул и слез с дивана.

– Пойду зубы чистить.

Я уставилась на Декса, буквально уронив челюсть, пока Оуэн шел в ванную.

– Ты сейчас серьезно? Ты только что отправил моего ребенка готовиться ко сну, и он возразил всего один раз?

Губы Декса дрогнули.

– Похоже, обычно это происходит не так.

Я раздраженно фыркнула.

– Обычно мне приходится выдержать минимум полдюжины раундов. А иногда и целую дюжину. «Мне нужен перекус. Еще одну сказку. Я пить хочу. Кажется, мне опять надо в туалет. А Йети не надо на улицу? По-моему, ей надо».

У Декса вырвался тихий смешок, и он подошел ко мне. Провел пальцем по моей нижней губе, по линии челюсти, а потом по шее – к точке, где бился пульс.

– Тебе просто нужен метод реванша в видеоигре.

У меня перехватило дыхание, когда он коснулся этой точки.

– Буду иметь в виду.

Но Декс не убрал руку. Он продолжал гладить мою шею, водя по месту, которое выдавало меня с головой.

– У тебя тени в глазах, чертовка. Золото в них уже не так горит.

Я сглотнула, зная, что он почувствовал это движение. Мне нужно было рассказать ему о Винсенте. О его угрозах. Обо всем. Я просто не могла подобрать слов.

– Я знаю, сегодняшний день не мог не напомнить тебе о Нове, – мягко сказал Декс.

Он был прав. Дело было и в этом тоже. И вообще во всем. Казалось, весь мир навалился на меня разом.

По его лицу мелькнула боль, а еще что-то другое... страх, может быть.

– У меня есть еще один вариант, который можно попробовать.

– Какой?

Я сразу выпрямилась, но Декс так и не убрал руку с моей шеи.

– У меня есть подруга, у нее свой подкаст. Она рассказывает о нераскрытых делах. Сейчас у нее в работе одно такое дело, но каждую неделю она еще делает короткие обзоры других случаев. И открывает линию для анонимных сообщений – на случай, если кто-то что-то знает, но до сих пор боялся заговорить.

– Да.

Он даже ничего не спросил, а я уже отвечала.

– Чем больше глаз и ушей, тем лучше.

За последний год я уже пыталась выйти на несколько подкастов, но ни один не захотел взять дело Новы.

Губы Декса сжались.

– Это может взбесить неизвестного. Я говорил с одним знакомым профайлером, и Энсон считает, что от злости тот может сорваться, наделать ошибок и тем самым себя выдать.

Сердце у меня забилось быстрее. Он имел в виду, что я могу оказаться под ударом. Что тот, кто меня изводит, способен зайти еще дальше.

– Я должна попробовать, – прошептала я.

– Хорошо, – хрипло ответил Декс, снова проводя большим пальцем по моей шее, там, где бился пульс. – Я позвоню.

Я подтянула колени к груди и крепко их обхватила, пока Декс ставил ноутбук на журнальный столик перед диваном.

– Не могу поверить, что она захотела поговорить прямо сейчас. Разве это не слишком быстро?

От нервов у меня все скручивало внутри. Я ненавидела возвращаться туда. Ненавидела заново через все это проходить. Но Нова того стоила. Каждый раз.

– Ридли сказала, что сейчас как раз идеальный момент. Она ждет, пока придет ответ на запрос по открытым материалам, – объяснил Декс.

Я застыла.

– Подожди. Ридли? Та самая Ридли Сойер? Из подкаста Sounds Like Serial? – пискнула я.

Брови Декса поползли вверх.

– Ты о нем слышала?

– Да его, наверное, знает каждый, кто хоть раз слушал тру-крайм-подкаст. У них миллионы прослушиваний и почти столько же подписчиков.

Уголки губ Декса дрогнули.

– Немного фанатеешь?

Щеки у меня вспыхнули.

– Я следила за одним делом, которое она вела несколько лет назад. Пропавшая девушка-подросток в Миннесоте.

Декс сразу посерьезнел.

– Помню то дело.

Счастливого конца там не было, но Ридли помогла семье хотя бы получить ответы.

– А ты ее откуда знаешь? – спросила я.

На губах Декса мелькнула усмешка.

– Я услышал этот подкаст. Понял, что она делает это не ради денег, а чтобы помогать людям. Ну и предложил свои услуги.

У меня отвисла челюсть.

– Ты для нее взламываешь?

– Ни подтверждать, ни опровергать не стану.

Я покачала головой.

– Хакер с золотым сердцем.

– Не порть мне репутацию, – пробормотал Декс.

Раздался сигнал, и на экране появилась женщина. Потрясающе красивая. Светлые волосы были собраны в высокий небрежный пучок, который каким-то чудом выглядел и небрежно, и безупречно. На ней был спортивный топ с перекрещенными бретелями, открывавший загорелую кожу и сильные руки.

Ее глаза вспыхнули, и лицо озарила широкая улыбка.

– Декс.

– Привет, Ридс. Рад тебя видеть, – сказал Декс.

В их тоне было что-то слишком привычное, и меня это неприятно царапнуло.

– И я тебя. Слишком давно не виделись. Тебе надо приехать в Шейди-Коув, раз уж ты снова в Северной Калифорнии.

– Ты сама-то дома бываешь? – парировал Декс.

На ягодных губах Ридли заиграла усмешка.

– Сейчас нет. Но скоро буду.

– Очень скоро, – раздался низкий мужской голос, и в кадр наклонился темноволосый мужчина с щетиной.

Он поставил перед Ридли кружку с чайным пакетиком на нитке и поцеловал ее в макушку.

Ридли подняла на него глаза, и все ее лицо преобразилось, будто он был для нее и солнцем, и луной, и всеми звездами сразу.

– Спасибо, законник.

Она потянула его к себе и быстро поцеловала.

Жесткие черты его лица едва заметно смягчились.

– Задай им жару, хаос.

И он исчез из кадра, отойдя в сторону. Судя по тому, что я успела заметить, они сидели в каком-то фургоне.

Ридли повернулась ко мне, щеки у нее чуть порозовели.

– Простите. И за то, что сразу не представилась. Я Ридли.

– Привет, – пискнула я. – Я Брей.

Декс тихо хмыкнул, и я со всей силы ткнула его локтем в живот.

– Очень приятно познакомиться, Брей. – Лицо Ридли стало серьезным. – Мне ужасно жаль твою подругу. Я сделаю все, что смогу. Я запишу выпуск с разбором дела, как только закончу изучать материалы, которые прислал Декс. Но мне всегда кажется, что очень важно услышать и близких пропавшего. Тогда людям сильнее хочется помочь.

Во рту у меня пересохло, но я все-таки кивнула.

– Да. Это понятно.

Декс взял меня за руку, и его пальцы переплелись с моими. Ридли это заметила. На ее губах мелькнула мягкая улыбка, но вслух она ничего не сказала.

– Если понадобится что-то еще, просто скажи, – предложил Декс.

– Обязательно.

Ридли потянулась к мышке, поводила ею, что-то делая на компьютере.

– Брей, скажи что-нибудь, чтобы я проверила уровень звука.

Я прокашлялась.

– Проверка, раз, два, три. Кажется, именно так делают в кино?

Ридли рассмеялась. Смех у нее был легкий. Естественный. Будто он дается ей без усилий – несмотря на весь ужас, через который она прошла. Я знала, что за ночь до выпускного в колледже она потеряла сестру-близнеца. Это я помнила еще по подкасту.

– Все официально. И по звуку ты идеально проходишь, – сказала Ридли. – Готова?

Она встретилась со мной взглядом через камеру и не отвела глаз. Даже когда я не ответила сразу, она продолжала смотреть так же пристально, будто хотела сказать: я рядом, что бы ни было.

– Готова, – хрипло выдавила я.

Декс сжал мою руку, давая понять, что он тоже рядом.

– Ладно. Тогда начнем.

Ридли снова подвинула мышь и щелкнула чем-то на экране.

– Брей, ты дружишь с Новой почти всю жизнь.

Я кивнула, а потом сразу вспомнила, что этого никто не увидит.

– Да. – Я сглотнула. – С детского сада. Но по-настоящему мы сблизились в третьем классе. Один мальчишка задирал и меня, и ее, и мы объединились, чтобы ему отомстить.

Ридли усмехнулась.

– Вот это подруга по мне.

– Она лучшая подруга, о которой только можно мечтать. Нова – как ходячее солнце. Только солнце, охваченное пламенем, потому что в ней столько ярости и силы. Она всегда за тебя. Именно ей звонишь первой, когда случается что-то хорошее или плохое. Она твой главный болельщик и всегда то место, куда можно вернуться и не бояться упасть.

Во взгляде Ридли проступила влага.

– По-моему, это уже не подруга. Это сестра.

Меня затопило теплом от того, что Ридли поняла.

– Так и есть.

И тут у меня перед глазами всплыл Винсент – перекошенное от злости лицо, когда я сказала вслух, как мало его было в жизни собственного сына. Но я не собиралась молчать. Он не получит права отнять у Новы все, чем она была, только потому, что рядом с этим сам выглядит отвратительно.

Я глубоко вдохнула, понимая, что после этого разговора должна рассказать Дексу о той встрече и что нам надо будет что-то решать. Но сначала я должна была быть рядом с Новой так же, как она бесчисленное множество раз была рядом со мной.

– Наша связь – один из самых больших даров, что мне достались в жизни. Когда я забеременела в девятнадцать и рядом не оказалось никого, кто мог бы помочь, Нова встала рядом. Она помогла мне начать все заново. Помогла растить моего прекрасного сына. Она наша семья, и мы сделаем все, чтобы вернуть ее домой.

– Она удивительная женщина, – тихо сказала Ридли.

– Да, – хрипло ответила я.

Потом Ридли стала задавать другие вопросы – мягко, бережно подводя меня: о Нове, о том, сколько времени ее уже нет, о самом исчезновении. А в конце задала последний.

– Если бы ты могла сейчас сказать Нове что-то одно, что бы это было?

– Я люблю тебя, – с трудом выговорила я. – Люблю тебя, скучаю по тебе и ни на день не прекращала искать. Ни на один день. О тебе не забыли.

– Нет, не забыли, – твердо сказала Ридли. – И семья Sounds Like Serial сделает все, чтобы ее имя и лицо увидели как можно больше людей. Мы постараемся помочь тебе найти ответы.

– Спасибо, – прошептала я.

Ридли кивнула и снова что-то нажала на экране.

– Ты отлично справилась. Я знаю, сколько это из тебя вытягивает, так что заставь Декса накормить тебя чем-нибудь вкусным, а потом постарайся этой ночью как можно больше поспать.

– У меня в морозилке есть мороженое, – заверил ее Декс.

– Идеально.

Ридли улыбнулась, потом снова повернулась ко мне.

– Пусть Декс даст тебе мой номер. Пиши или звони в любое время. Я всегда на связи, даже если тебе просто нужно поговорить с тем, кто сам через это прошел.

– Это очень доброта с твоей стороны. Спасибо.

– Хотела бы я сделать больше. Если к тому моменту, как я закончу с этим делом, ничего не сдвинется, я смогу потом приехать к вам. И уже по-настоящему глубоко заняться исчезновением Новы.

Господи, какая же она добрая. Потому что я понимала: на самом деле больше всего на свете ей хочется вернуться домой, как только закончится ее нынешнее дело.

Я крепче сжала руку Декса.

– Для меня это значит больше, чем я могу выразить словами.

– Рада помочь.

Ридли глянула через плечо.

– А теперь мне лучше идти, пока Законник не превратился в голодного зверя. Никому этого не надо.

У меня вырвался тихий смешок.

– Хорошего вечера.

– И тебе.

Она перевела взгляд на Декса.

– Береги себя. И не угоди за решетку.

Декс рассмеялся.

– Постараюсь.

Помахав нам, он отключился от видеозвонка и закрыл ноутбук. Потом повернулся ко мне.

– Ну как ты?

– Немного выжата. Но в то же время мне хорошо. Будто я и правда что-то делаю. У ее аудитории совсем другой круг слушателей, не тот, что у других медиа, где уже говорили о Нове. Может, это что-то сдвинет.

– Может, – согласился Декс.

Но губы у него дрогнули, будто он сдерживал улыбку.

– Что?

Его красивый рот наконец растянулся в полной улыбке.

– Ты ревновала. Когда она вышла на связь. Да?

Я фыркнула.

– Она очень красивая. И это ее «слишком давно не виделись». Меня это чуть-чуть задело. Вот и все.

На этот раз Декс рассмеялся уже в голос.

– Ревновала... дважды.

– Ну и ладно, – пробурчала я, хотя он вообще-то был прав.

Декс наклонился и легко коснулся моих губ своими.

– Ты милая, когда ревнуешь.

Я толкнула его.

– Ты ужасно бесишь.

Но стоило мне отдернуть руку, как лицо Декса мгновенно потемнело. Мне понадобилась секунда, чтобы понять это выражение, и еще секунда – чтобы окончательно запутаться, откуда оно взялось. Но Декс перехватил меня за предплечье, останавливая, и уставился на мое запястье.

– Какого. Черта. У тебя. На запястье. Синяки. От пальцев?

42

Декс

Ярость ходила во мне волнами, будто лава, сметавшая все на своем пути. Но я не мог отвести взгляд от следов на запястье Брей. Я видел все как на ладони. Полосы синяков. Кто-то стиснул ее так сильно, что под кожей полопались сосуды.

– Дыши.

Где-то на краю сознания я расслышал голос Брей сквозь пелену ярости, но этого было мало. Совсем мало. Кто-то причинил ей боль. Коснулся ее, желая навредить. И я хотел его убить.

Эта мысль должна была отрезвить меня. Жажда насилия должна была напугать. Но не напугала. Потому что я желал мучительной боли тому, кто это сделал.

– Декс. Я в порядке. Правда. Со мной все хорошо. – Брей взяла мою вторую руку и прижала к своей груди. – Дыши со мной.

Это прикосновение, стук ее сердца под моей ладонью… помогли. Она жива. Дышит. В безопасности.

Я впился взглядом в ее золотистые глаза.

– Кто? – потребовал я.

Брей поморщилась и прикусила нижнюю губу.

– Скажи мне, – выдавил я сквозь зубы.

– Не рычи на меня, – отрезала Брей. – Я ничего не скажу, пока ты не остынешь.

Этот огонь в ней успокаивал сильнее, чем ее прикосновение, сильнее, чем биение ее сердца. Потому что он напоминал, какая Брей сильная.

– Я не на тебя рычу. Я рычу на того ублюдка, который посмел тебя тронуть.

Она тихо выдохнула.

– Уже лучше. Тебе станет легче, если я скажу, что залила ему глаза перцовым спреем и врезала коленом по яйцам?

Я так вскинул брови, что они едва не скрылись в волосах. Неужели к ней полез кто-то из клиентов? Уайлдер бы позвонил мне, случись такое. Хотя, может, он ничего не видел.

– Что, черт возьми, произошло?

Брей пошевелилась, убрала мою руку со своего запястья и натянула рукав так, чтобы синяки скрылись.

– После смены, когда я садилась в машину, появился Винсент.

Во мне все заледенело.

– Винсент, твой придурок бывший? Этот Винсент?

– Он самый.

– Зачем? – прорычал я.

Брей потянула за нитку на шве дивана.

– Похоже, газета из города, где я выросла, перепечатала мое интервью местной газете. То, где я говорила о Нове. О ее деле. Я сказала, что после того, как все в моей жизни меня бросили, она помогала мне растить Оуэна.

– Как ты сказала и сегодня вечером, – догадался я.

Она кивнула.

– Брат Винсента увидел статью, сложил два и два и сказал их родителям. Фаберы хотят своего внука. Он предложил мне деньги, чтобы я отказалась от опеки над Оуэном. Я отреагировала не очень хорошо.

Ужас разлился внутри, из живота к рукам и ногам.

– Думаешь, он подаст на тебя в суд?

– Не знаю, – прошептала Брей. – Но мне нужно найти адвоката, на всякий случай. Я хотела рассказать тебе, когда вернусь домой, но потом пропала Скай. А потом было интервью с Ридли, и…

– Эй. – Я подхватил Брей на руки и крепко прижал к себе. – Я не злюсь на тебя. Я в бешенстве из-за него. Ты не сделала ничего плохого.

Брей прижалась ко мне, и то, что она оперлась на меня – а она почти никогда не делала этого без сопротивления, – ударило мне прямо в сердце.

– Мне страшно, – прошептала Брей, и ее глаза наполнились слезами. – У них бездонные ресурсы. Денег столько, что не счесть. А вдруг они попытаются отнять у меня Оуэна?

– Он никуда не денется, – процедил я. – Этого не будет.

Пальцы Брей сжали мою футболку.

– Он все, что у меня осталось. Я не могу потерять и его тоже.

Тот самый орган, что держал меня в живых и колотился сейчас рвано и неровно, в этот миг раскололся. Через что ей только не пришлось пройти: ее бросали именно тогда, когда она больше всего нуждалась в помощи, единственную опору у нее отняли, а теперь еще и это… Жизнь, мать ее, была несправедлива.

Но тут вступал я. Я мог восстановить равновесие. По крайней мере, когда дело касалось Винсента. Я вытащу на свет все его грязные тайны. Он даже бумажку от жвачки не сможет бросить так, чтобы я об этом не узнал. И я заставлю его заплатить.

– Ты не потеряешь Оуэна. Мы этого не допустим, – пообещал я.

– Мы? – переспросила Брей, и слова у нее уже начали слипаться.

На сегодня с нее было слишком много. Адреналин наконец начал отпускать.

Я поднялся на ноги, не выпуская Брей из рук, и ее аромат красной смородины окутал меня.

– Мы, Чертовка. Ты в этом не одна. И если ты еще не заметила, не только я за тебя горой. Ты одного за другим покорила всех Арчеров. Мы все на твоей стороне.

– Только не Ориона, – сонно пробормотала Брей, пока я нес ее в спальню.

– Он прислал тебе торт. Для начала это очень даже неплохо.

Губы Брей тронула улыбка, и ее веки дрогнули.

– Торт был очень вкусный.

– Да. – Я осторожно уложил ее на матрас, снял с нее домашние туфли и укрыл одеялом.

– Декс? – пробормотала она.

– Да, Чертовка?

– Побудешь со мной?

Черт бы меня побрал. Раньше она никогда об этом не просила.

– Да. Я останусь. Только дай мне секунду. Проверю двери и выключу свет. Хорошо?

Глаза у нее были закрыты, но между бровями пролегли тонкие складки.

– Ты вернешься?

Как нож прямо в грудь, мать его. И тут я дал обещание, которого давать не следовало. Но все равно дал.

– Я всегда буду возвращаться, Чертовка. Пока ты этого хочешь.

– Ладно, Лютик.

И тут все ее тело обмякло, дыхание стало глубже. Она уснула.

Я не мог сдвинуться с места. По крайней мере, сначала. Потому что уйти от нее казалось предательством. Даже если я знал, что вернусь.

Мысль об этом ублюдке наконец сдвинула меня с места. Я двигался так быстро и тихо, как только мог: проверил все двери, окна и сигнализацию, потом выключил свет и направился за тем оружием, которое мне было нужно.

Я схватил ноутбук с журнального столика и широким шагом вернулся в спальню. Брей лежала, свернувшись на боку, и от ее глубокого дыхания чуть колыхались пряди волос, упавшие на лицо. Я осторожно сел на кровать, стараясь ее не разбудить.

Едва устроившись, я достал из кармана телефон. Открыл общий чат с братьями и начал печатать.

Я: Как вы смотрите на миссию возмездия?

Маверик изменил название чата на «Пятьдесят оттенков расправы».

Маверик: Выезжаем на рассвете. Кого мочим?

Я покачал головой. Хотелось рассмеяться, но не вышло. Маверику не нужно было знать почему, только – кого. Он доверял мне и знал: просто так я о помощи не попрошу. И такое доверие было настоящим даром.

Кол: Верни как было. Что случилось, Декс?

Маверик: Сам и верни, дедуля. Хотя погоди, у тебя до сих пор почта на AOL и счета ты оплачиваешь по обычной почте.

Уайлдер: Мав, сейчас не время.

Уайлдер изменил название чата на «Острый соус и жаркие сплетни».

Уайлдер: Что происходит?

Я: Бывший Брей, этот козел, сегодня заявился в Boot. Оставил у нее синяки на руке и хочет забрать Оуэна. Я хочу закопать его живьем.

Орион: Имя.

Вот же черт. Если Орион включился, значит, Винсент уже покойник. Но мне было глубоко плевать. Он заслужил все, что вот-вот на него обрушится.

Я: Винсент Фабер. Богатенькая семейка из Род-Айленда.

Кол: Хочешь, я за ним послежу? Я завтра свободен. Пока Скайлар в лагере, смогу заняться этим вплотную.

Маверик: Ты отпускаешь ее обратно?

Кол: Уэйлон и Блейз тоже идут туда вожатыми.

Уайлдер: Господи Иисусе. Они даже не представляют, что их ждет.

Кол: Так что, проследить?

Кол держал слово и правда был готов прикрыть Брей, и, черт возьми, как же приятно было это знать. Как и то, что все братья на ее стороне.

Я: Пожалуйста. Присылай все. Я пока пойду по цифровому следу. Посмотрю, что смогу нарыть. Но Брей нужен адвокат. Кто-нибудь знает хорошего?

Орион: Возможно. Дай мне день.

Маверик: Прости, ТЫ знаешь кого-то? Ты же никогда не выезжаешь с ранчо «Витый Дуб» и вообще не разговариваешь.

Орион отправил Маву эмодзи со средним пальцем.

Маверик: Ну вот, уже и спросить нельзя. Мне просто было любопытно.

Я: Ты хотел сказать, ты просто козел. Спасибо, Рион. Сообщи, что узнаешь.

Уайлдер: Ты ведь собираешься его закопать, да?

Я: Я собираюсь уничтожить все хорошее, что есть в его жизни, и вытащить на свет каждый его грязный секрет. А когда он уже будет сдохший и закопанный, я еще и подпалю его чертову могилу.

Маверик: Боже, как же я люблю, когда тебя накрывает жажда мести.

Маверик снова изменил название чата на «Пятьдесят оттенков расправы».

Кол: МАВЕРИК.

Маверик: Все, бывайте, сучки. Пойду испорчу жизнь одному козлу.

И уж испортить жизнь он умел. Как и остальные мои братья – каждый по-своему.

К концу этого дня Винсент Фабер больше никогда не будет дышать спокойно.

И поделом.