Текст книги "Невинный маг"

Автор книги: Карен Миллер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 29 страниц)

– Тебе, наверное, что-то нужно от меня?

– Да, – с улыбкой подтвердил Гар. – Хочу пообедать с тобой.

– Со мной?

– С тобой. Ну, если хочешь, можешь пригласить к столу еще свою болонку.

Фейн прищурилась.

– А с чего это вдруг тебе пришла в голову такая идея?

– Что странного в том, что мне захотелось пообедать с собственной сестрой? – промолвил Гар, стараясь сохранить невозмутимый вид, хотя его так и подмывало отшлепать Фейн.

– Конечно, в этом нет ничего странного, – поспешно сказала королева. – Как это мило с твоей стороны, Гар. Вы можете устроить пикник. Я распоряжусь, чтобы вам собрали корзинку с провизией. Возьмете холодного цыпленка и…

– Дорогая, – перебил ее король, – вы совсем забыли о таинственном подземелье. Дурм уже дрожит от нетерпения, мечтая быстрее проникнуть в это загадочное помещение.

Дана засмеялась.

– Ах да, конечно.

Не обращая внимания на устремленный на него недоверчивый взгляд Фейн, Гар подошел к самому краю дыры и заглянул в глубину.

– Комната похожа на кабинет или библиотеку, – задумчиво промолвил он. – Но кому понадобилось устраивать библиотеку под землей, поблизости от кухни?

– Ты исследовал королевский архив, – сказал Борн. – Может быть, тебе попадались упоминания об этом подземном помещении?

– Нет, я не встречал подобных упоминаний.

– А вы не находите странным, что ни во дворике, ни внизу, в комнате, нет никаких следов обвала, осыпи или разрушений? – спросила Фейн.

– Да, я тоже это заметила, – сказала Дана.

Подняв небольшой камень, она бросила его в дыру в земле. Через мгновение раздался треск, и блеснула голубоватая вспышка. От камня не осталось и следа.

– Защитный экран! – воскликнул Дурм. – В комнате установлена защита!

Ошеломленный Борн взглянул на Главного Мага.

– Зачем устанавливать в библиотеке защитный экран? – пробормотал он.

– Очевидно, это не обычная библиотека, – сказала Фейн. – Неужели вы еще не догадались, что именно мы обнаружили?

Гар вздохнул, поняв ее намек.

– Нет, Фейн, этого не может быть.

– Почему?

Гар растерялся, не зная, что ответить. Фейн была ребенком, обладавшим буйной фантазией, и принцу не хотелось обижать ее.

– Легенда, на которую ты намекаешь, Фейн, красивая сказка, не более того, – осторожно сказал он. – Все это необоснованные слухи. Нет никаких доказательств того, что так называемая утраченная библиотека Барлы существует на самом деле.

– Я знаю, почему ты так говоришь. Даже если бы такие доказательства были, это не помогло бы тебе, – язвительным тоном заявила Фейн. – Зачем тебе тайные магические тексты? Ты все равно не можешь воспользоваться ими.

Гар изо всех сил старался сохранить самообладание. Ему следует вести себя как взрослому, разговаривающему с капризным ребенком.

– Фейн, я знаю, что для тебя значат эти слухи и домыслы. Тебе хочется, чтобы они оказались правдой. Я сам рассказывал тебе на ночь легенды, когда ты была маленькой. Но пойми, доказательств их подлинности нет. Документы эпохи Великого Бегства и Пришествия не сохранились. Мы ничего не знаем о том, оставила ли Барла библиотеку с магическими текстами.

Лицо принцессы вспыхнуло от гнева.

– А это разве не доказательство? – с негодованием спросила она, показывая на дыру в земле.

– Это подземелье, о котором мы ничего не знаем.

– Н не узнаем, – резко заявил Дурм, которому надоели препирательства брата и сестры, – пока не спустимся туда и не осмотрим все самым тщательным образом.

Борн кивнул.

– Верно, – согласился он и обратился к Дане: – Дорогая, у тебя прекрасное чутье. Не поможешь ли ты найти вход в эту таинственную библиотеку?

– Попытаюсь, хотя не обещаю, что мне это удастся.

Внимательно оглядевшись, королева вытянула вперед руку ладонью вверх, закрыла глаза и что-то прошептала. Воздух над ее ладонью задрожал, сгустился, и в нем образовался маленький, оранжевый, похожий на шарик, сгусток энергии.

Некоторое время он висел, словно застыв в нерешительности, а потом двинулся вперед.

– Быстро за ним! – вскричал король.

Шарик привел их через безлюдную кухню и пыльные коридоры к шаткой, ведущей вниз лестнице. Дурм мановением руки создал волшебный огонь, чтобы освещать путь себе и своим спутникам. Спустившись, они оказались глубоко под землей, в холодном подвале, предназначенном для хранения мяса. На стенах здесь виднелись крюки, на которых когда-то висели туши.

Огненный шарик скользнул к дальней стене подвала и исчез в щели между кирпичами.

– Все пропало! – испуганно крикнула Фейн и бросилась вперед.

Остальные последовали за ней. Дурм внимательно осмотрел стену.

– Здесь есть потайная дверь, – сказал он и обратился к принцессе, своей ученице: – Попробуйте открыть ее.

– Но я… – начала было Фейн, но, взглянув на Гара, осеклась. – Хорошо, я попробую.

Положив ладони на каменную стену, она закрыла глаза, и ее губы беззвучно зашевелились. В душе наблюдавшего за ней Гара заворочалась зависть. «Неужели я и в пятьдесят лет не перестану завидовать сестре», – с горечью подумал он.

Борн, как будто прочитав мысли сына, положил ему ладонь на плечо, стараясь утешить. Гар улыбнулся отцу.

– Думаю, я смогу это сделать, – пробормотала Фейн.

– Пожалейте ее, Дурм, – взмолилась Дана. – Девочка еще не оправилась после своего первого обряда заклинания погоды. Новое магическое действие может убить ее…

– Со мной все в порядке, мама, – открыв глаза, заявила Фейн. – Не беспокойся. Это не отнимет много сил. – Она три раза ударила по стене и произнесла волшебное слово: – Импассата!

Камни дрогнули, и дверь открылась. За ней было темно.

– Отличная работа, – похвалил Дурм ученицу и повернулся к королю: – Позволь мне, Борн, войти первым. Это может быть небезопасно.

– Хорошо, – сказал король, – веди нас.

И Главный Маг, держа волшебный огонь в руках, двинулся вперед, в неизвестность.

Глава двадцать пятая

За дверью находился узкий, затянутый паутиной коридор, в котором стоял спертый воздух. Королевская семья, чихая и отдуваясь, следовала за Дурмом. От волшебного огня на стены и потолок падали пляшущие тени.

– А вот и наш поводырь, – сказал Главный Маг.

В глубине коридора тускло светился огненный шарик.

– Что он там обнаружил? – спросила Фейн.

Щелкнув пальцами, Дурм придал больше яркости волшебному огню, который держал в руке.

– Дверь, – ответил он принцессе. – Мы у цели.

Они осторожно подошли к массивной деревянной двери, расположенной в конце коридора. Резной узор на ней был им незнаком. В центре располагалась печать, оттиснутая на темно-красном воске и переливающаяся зеленовато-золотистым блеском.

– Очень мощная защита от проникновения, – сказал Дурм и выразительно посмотрел на Дану.

Королева взмахом руки направила огненный шарик к двери. Он двинулся вперед, но, коснувшись резной деревянной поверхности, рассыпался, полыхнув яркими искрами.

Борн и Дурм тревожно переглянулись.

– Отступите! – приказал король жене и детям, и те безропотно подчинились.

Вытянув руки, но не дотрагиваясь до двери, Главный Маг и король стали обследовать ее.

– Гениальная придумка, – пробормотал Дурм. – Чувствуешь руку настоящего мастера?

– Да, сделано на славу. Но защитные силы уже слабеют.

– Верно, – согласился Главный Маг. – Можно попробовать сломить их. Но это будет непросто.

Они отошли от двери.

– Ты узнал печать? – мрачно спросил Борн своего друга.

– Я ее узнала! – заявила Фейн, выступая вперед. – Это печать Барлы. – Она бросила на брата уничтожающий взгляд. – Я была права. Это утраченная библиотека Барлы.

– Мы этого еще не знаем, – сказал король.

– И никогда не узнаем, если не войдем внутрь, – заявила Фейн. – Я могу сломать эту печать.

– Нет! – в один голос закричали Борн и Дурм.

– Помолчите, – продолжал король. – Мне надо подумать.

– Вообще-то Фейн права, Борн, – после паузы сказал Дурм. – Нам надо посмотреть, что там за дверью.

Король потер виски.

– Скажи, Дурм, что все это, по-твоему, значит?

– Если это действительно утраченная библиотека Барлы, значит, мы нашли нить, которая свяжет нас с нашими предками. Когда-то мы, доранцы, были гордым, могущественным народом воинственных магов. А кто мы теперь? Для каких целей мы используем свой магический дар? Для создания светильников, книгопечатания, слесарного дела? – Дурм презрительно усмехнулся. – Мы умеем, не притрагиваясь к предметам, открывать двери, закрывать окна, стирать одежду, выращивать цветы. Мы растрачиваем свой талант на обустройство быта, на облегчение повседневного труда. И лишь заклинание погоды стоит особняком. А ведь наши предки умели с помощью заклинаний и магических действий творить настоящие чудеса.

Борн задумчиво кивнул.

– Мой друг, это как раз и пугает меня.

– Пугает? – с недоумением переспросил Дурм. – Но почему?

– Неужели ты не понимаешь? Жестокость войны заставила Барлу и наших предков бежать из родных мест. Мы с тобой не знаем, что ждет нас за этой дверью. Мир длится уже шесть столетий. Неужели ты не боишься, что на нас снова нахлынут неисчислимые беды?

Дурм нахмурился.

– Честно говоря, я не верю, что за этой дверью хранятся тексты с магическими заклинаниями. Боюсь, они навсегда утрачены. Но если это все же действительно библиотека Барды, неужели ты допустишь, чтобы хранящиеся в ней знания остались недоступны нам?

– Ради блага королевства я бы со спокойной совестью сжег ее, – твердо сказал Борн.

Видя, что отец и его лучший друг сцепились не на шутку, Гар сдержанно кашлянул.

– А как же наша история? – спросил он.

– Наша история, Гар, это кровь, ужас и изгнание! – заявил Борн. – Отчаяние привело нас на эту землю и заставило завоевать живущий на ней народ. Наше благополучие зиждется на великой жертве Барлы и доброй воле олков, готовых жить с нами бок о бок. Союз двух наших народов основан на взаимном доверии и обязательствах. Я не хочу, чтобы на этой земле поселилось отчаяние и нарушило мир.

– Но, папа, мы все поддерживаем мир и желаем процветания нашему королевству, – возразила Фейн. – Сейчас речь идет о другом. Мы хотим посмотреть, что там за дверью!

– Борн, друг мой, – промолвил Дурм, – никто не сомневается в том, что ты любишь королевство и населяющие его народы. Думаю, что и ты не ставишь под сомнение мою любовь к тебе. Давай прекратим этот бессмысленный спор и попытаемся установить истину. Если тебе не понравится то, что находится за дверью, мы все уничтожим.

– Ты действительно сделаешь это? – спросил король.

Дурм кивнул.

– Я выполню любой твой приказ. Ты – мой король. Я готов отдать свою жизнь за тебя и королевство. – Главный Маг положил королю ладонь на плечо. – Скажи, Борн, я когда-нибудь подводил тебя?

Борн покачал головой.

– Нет.

– В таком случае доверься мне.

Король растерянно взглянул на жену. Королева была необычно бледна.

– Думаю, мы должны проникнуть в комнату, – решительно сказала она. – Бездействие может обернуться катастрофой. А что, если подземелье обнаружит кто-нибудь менее щепетильный, чем мы?

Борн тяжело вздохнул.

– Ну, хорошо, – согласился он.

Все, кроме Главного Мага, отошли от двери. Дурм застыл, вытянув вперед руки и закрыв глаза. Через некоторое время он взмахнул руками и начертал указательным пальцем в воздухе волшебный знак, огненные контуры которого сразу же возникли перед взором застывших зрителей. Три раза Дурм производил эти действия, пока мерцание печати не погасло.

– Я снял всего лишь внешнюю линию защиты, – предупредил Дурм. – Но основная зашита осталась нетронутой.

Главный Маг снова поднял руки и, расправив плечи, сосредоточился. Он тяжело дышал, время от времени из его груди вырывались стоны.

– Не двигайся с места, – приказала Дана, видя, что ее дочь готова броситься на помощь своему наставнику.

– Но я не могу оставаться безучастной, видя, как ему тяжело! – воскликнула принцесса.

– Успокойся, дорогая, – сказал Борн, взяв дочь под руку. – Не отвлекай своего учителя. Он рискует собственной жизнью ради нас.

Пристыженная Фейн умолкла.

Тем временем напряжение нарастало. Оно становилось все более осязаемым. Красная печать на двери начала пульсировать. Дурм задрожал, и вокруг его силуэта возникло яркое сияние. Главный Маг издал вдруг пронзительный крик, и внутренняя линия защиты наконец рухнула.

* * *

Хлынувший из библиотеки воздух имел странный запах. Вдохнув его, Дурм закашлялся. Остальные ахнули в изумлении – помещение оказалось куда более просторным, чем им представлялось, и все оно было заставлено шкафами, наполненными книгами.

У стены стоял массивный письменный стол с тремя выдвижными ящиками и потертый стул с мягким сиденьем. Неужели здесь кто-то жил?

Дурма била нервная дрожь, по спине бежали мурашки. К страху примешивалось ощущение гордости. «Я взломал печать Благословенной Барлы, – с благоговейным ужасом думал он, – величайшего мага в истории Дораны».

Впрочем, он не мог поступить иначе…

– С тобой все в порядке? – раздался рядом с ним встревоженный голос короля.

– Да, Борн, не беспокойся, – отмахнулся от него Дурм.

– Ты не перестаешь удивлять меня, – качая головой, пробормотал Борн. – Тебе удалось преодолеть мощнейшую защиту. – Король понизил голос. – Не думай, что я не доверяю тебе, Дурм. Я всегда относился к тебе с доверием.

Милый добряк Борн! Его всегда одолевали заботы и тревоги, он всегда добросовестно выполнял свой долг и постоянно сомневался в правильности тех или иных решений…

– Я знаю, – сказал Дурм.

У него тоже были свои священные обязанности, которые порой входили в противоречие с тем, что король считал правильным. Главный Маг никогда не позволил бы Борну сжечь библиотеку Барлы, кладезь тайной мудрости, магических знаний.

«Только через мой труп, дружище, тебе удалось бы уничтожить старинные тексты», – с горечью думал Дурм.

– Невероятно! – воскликнула подошедшая к книжным полкам королева и провела рукой по корешкам древних книг. – Ни пылинки! Библиотека находится в прекрасном состоянии. Вот что значит сила наложенного заклятия! Вы ее чувствуете? – Дана взглянула на Главного Мага. – Впрочем, мне кажется, она постепенно слабеет.

Закрыв глаза и вытянув вперед руку, Дурм сосредоточился.

– Да, вы правы, – наконец промолвил он. – Перед уходом я прочитаю заклинание, которое поможет сохранить бесценные тексты.

– Это нужно обязательно сделать, – сказал Гар. – Нам нужно сейчас защитить эти книги от гибели, даже если впоследствии мы примем решение уничтожить их.

Борн, подняв голову, взглянул вверх на зияющую в потолке дыру, через которую в помещение проникали солнечные лучи. Наблюдая за королем, Дурм думал о своих отношениях с ним: «Теперь я нужен ему больше, чем когда-либо раньше. Он хочет, чтобы я облегчил ношу лежащей на нем ответственности и помог принять непростые решения. Болезнь отняла у него много сил, это уже не прежний Борн, он утратил дерзость и неустрашимость. А я сохранил эти качества и многое могу!»

– Через шесть часов я должен отправиться в Палату заклинания погоды, – сказал король. – А пока у нас есть время, чтобы осмотреться здесь.

– Не понимаю, папа, почему мы должны делать это только в твоем присутствии, – заявила несговорчивая Фейн.

– Потому что так мне угодно. Ты не должна пропадать здесь день и ночь, тебе нужно заниматься. Кроме того, шесть часов – это уйма времени. Давай не будем тратить его на бесполезные споры.

– Но, папа, мы не сможем за это время просмотреть каждую книгу, – возразила принцесса. – Их здесь сотни! Почему бы нам не позвать на помощь придворных? Джарралта, например, или…

– Нет, Фейн! – оборвал ее Борн. – О нашей находке никто не должен знать. И это не обсуждается! Я должен сначала убедиться, что библиотека не таит в себе никакой опасности, а потом уже приму решение, что делать дальше.

Фейн передернула хрупкими плечиками.

– Но члены Тайного Совета…

– Они подчиняются мне, а не я им! – заявил король. – Я принимаю решения и отвечаю за них.

– Отец прав, – сказал Гар. – Нам не нужны внутриполитические осложнения.

Дурм в душе презирал принца, считая его никчемным калекой, но никогда не показывал своих чувств.

– Иди сюда, дорогая, – позвала дочь королева, – давай начнем с этой полки.

– Поверь мне, дочка, я поступаю правильно, – промолвил Борн и поцеловал принцессу в лоб.

– Ну, хорошо, – наконец сдалась Фейн. – Не будем терять времени.

И все пятеро занялись делом. Открыв одну из книг, Гар пробежал страницу глазами.

– Книга написана на древнем языке, – сказал принц. – На нем говорили в ту эпоху, когда Барла вместе с нашими предками перешла через горы.

Фейн бросила на брата взгляд через плечо.

– Ты можешь прочитать ее? – спросила она.

– Да.

– И о чем же говорится в этой книге?

«Нужно отдать должное калеке, – подумал Дурм. – Он оказался прилежным учеником». У принца были особые способности к языкам и истории, отсутствие магического дара он пытался компенсировать приобретенными знаниями. Родителей радовали успехи сына. Дурму же не было никакого дела до достижений Гара. Как только выяснилось, что мальчик лишен магических способностей, Главный Маг утратил к нему всякий интерес.

Гар долго всматривался в страницу, пытаясь разобрать текст.

– Шрифт очень мелкий, – пробормотал он. – Впервые встречаю такой…

– Значит, ты не можешь его прочесть? – разочарованно промолвила Фейн и отвернулась.

– Мне кажется, что это художественная проза. Любовный роман… – сказал Гар и засмеялся.

– Что?! – изумилась Фейн и, быстро подойдя к брату, вырвала у него из рук книгу. – Этого не может быть! Ты смеешься надо мной! Папа, скажи ему, чтобы он не ерничал!

– Покажите мне книгу, – вмешалась Дана. – Я, конечно, не так хорошо знаю древние языки, как Гар, но думаю, что сумею разобраться в тексте. – Она пробежала глазами несколько страниц. – Да, похоже, это действительно роман. Я их просто обожаю! Эта книга станет для меня настольной. Мне надоела писанина Вев Гертсик – у нее слишком цветистый стиль.

– Прекратите смеяться и поддразнивать друг друга, – нахмурившись, сказал Борн. – Давайте работать серьезно, нам предстоит просмотреть еще уйму книг. Если что-нибудь в книге покажется вам интересным, кладите ее на стол. Позже мы ознакомимся с содержанием более тщательно.

В комнате воцарилась тишина. Все сосредоточенно работали. Гора книг на письменном столе росла.

На лице Дурма сохранялось непроницаемое выражение. Он рылся в книгах, скрывая эмоции. Исторические хроники, волшебные сказки, сборники фольклора… Все это, конечно, представляло определенный интерес, но Дурм искал совсем другие тексты и не сомневался, что они здесь. Никто не стал бы налагать заклятие на библиотеку волшебных сказок и любовных романов.

Положив очередной том на угол уже заваленного книгами стола, Фейн надула губки.

– Мы работаем уже три часа, но до сих пор не нашли ни одного магического трактата, – сказала она.

– Еще рано разочаровываться и опускать руки, дорогая, – попыталась утешить ее королева. – Мы просмотрели только небольшую часть библиотеки.

Фейн, грустно вздохнув, опустилась на стул.

– А что, если мы так и не найдем здесь ничего ценного и полезного?

Гар засмеялся.

– Какая же ты близорукая, сестренка! Все эти книги являются наследием наших предков. Они ценны и полезны для нас.

– Меня не интересуют события, произошедшие поту сторону гор более шести столетий назад. Моя родина – Лур, и меня волнует только то, что происходит здесь. Из наследия предков мне нужны только книги с магическими заклинаниями, и ничего больше. Для меня ценность представляют лишь утраченные знания практической магии. Вам этого не понять. А вот Дурм, я уверена, меня поддерживает!

Она в сердцах дернула за ручку верхнего выдвижного ящика стола и услышала, как в нем что-то покатилось. Сунув руку в ящик, принцесса нащупала гладкий, круглый предмет величиной с апельсин.

– Что там? – спросил Гар.

– Не знаю, – сказала Фейн и, достав из ящика прозрачный шар, взглянула на него. – Чей-то портрет.

Взглянув на шар, Дана поморщилась от отвращения.

– Помилуй нас, Барла! – воскликнула она. – Немедленно положи его обратно в ящик, Фейн!

Но принцесса не подчинилась ее приказу. Подняв шар на уровень глаз, она вгляделась в лицо, изображенное на портрете в центре прозрачной сферы. Оно было довольно красивым, на Фейн смотрели холодные голубые глаза мужчины с серебристыми волосами, выступающими скулами, орлиным носом и полными чувственными губами.

– Это он, да? – прошептала Фейн. – Морган? То есть Морг? Мне всегда было интересно, как он выглядел.

– Послушайся мать, дитя мое, – сказал король. – Убери портрет. А еще лучше уничтожь его. Этот человек был настоящим чудовищем.

– Нет! – крикнула Фейн, прижав к себе шар. – Это всего лишь портрет, он не может никому причинить вреда. Должно быть, эта вещица принадлежала Барле. Она хранила ее. Барла не держала бы портрет в ящике стола, если бы от него исходила какая-нибудь опасность. – Фейн снова взглянула на высокомерное лицо на портрете. – Морг был настоящим красавцем. Странно, но ни в одной из исторических книг не упоминается об этом.

– Как ты можешь так говорить! – взорвался Борн. – Как ты можешь называть красивым злодея! Барла погибла, спасая королевство от этого изверга. И затем в течение шести столетий короли и королевы Лура жертвовали своей жизнью, проливая по капле собственную кровь, чтобы не дать погибнуть королевству. Вскоре наступит твоя очередь, Фейн, одной вступить в Палату заклинания погоды, и ты на себе узнаешь, как непосильная ноша крушит кости и обескровливает тело. Ты будешь служить Барле, зная о том, что каждый твой неверный шаг может привести страну к катастрофе. И все это происходит по вине Морга! Ты знаешь это и тем не менее называешь его красивым!

Фейн съежилась, видя, что отец вне себя от гнева. Схватив шар, Борн подбросил его к потолку, у которого был установлен магический защитный экран. Шар вспыхнул и исчез. Королева поцеловала мужа, стараясь успокоить его.

– Фейн не хотела обидеть тебя, дорогой, – сказала она. – Она еще ребенок и плохо понимает, что происходит.

– Нет, она давно уже не ребенок! – возразил Борн. – Скоро Фейн станет Заклинательницей Погоды, ее детство миновало. Дурм, что ты скажешь обо всем этом? Я думал, ты научил ее не только в правильном порядке произносить заклинания, но и правильно судить о людях!

Дурм считал необоснованными упреки короля, но прощал ему излишнюю горячность. Боль и страх сделали Борна слишком вспыльчивым. Сцепив руки за спиной, Главный Маг отвесил королю легкий поклон.

– Ты, несомненно, прав. Но не надо забывать, что Морг был не только узурпатором власти и черным магом, который привел страну к расколу и заставил наших предков переселиться сюда, но и возлюбленным Барлы. Ее высочество всего лишь напомнила нам об этом.

Гнев Борна утих так же быстро, как и вспыхнул. Он похлопал принцессу по плечу.

– Прости меня, доченька. Из-за болезни я стал слишком раздражительным. Я знаю, что ты не хотела сказать ничего дурного. Но задумайся над моими словами, и ты поймешь, что я прав.

– Знаю, папа. Я всего лишь хотела сказать, что Барла любила Морга, но вынуждена была бежать от него, спасая свою жизнь. А потом она погибла во имя нас.

– Да, все это очень грустно, – согласился король.

– А как ты думаешь, Морг любил ее? – спросила вдруг Фейн.

Борн пожал плечами.

– Когда-то, может быть, и любил, – вместо него ответила Дана. – Но потом черная магия убила в нем душу. Помни, моя дорогая, что даже самое чистое сердце не может долго противостоять злу. Магия не только творит добрые дела, но и губит людей.

Дурм, закусив губу, отвернулся от них. Вся эта сентиментальная бессмыслица раздражала его. Магия – всего лишь инструмент, и не стоит преувеличивать ее значение. Она служит определенным целям, но сама по себе не наделена такими качествами, как зло или добро.

«Не беспокойся, моя отважная ученица, – мысленно обращался он к Фейн, – я найду тексты с древними заклинаниями и спасу их от огня. Твой отец может принять опрометчивое решение уничтожить их. Но я, Главный Маг королевства, не дам погибнуть наследию наших предков».

Все пятеро вновь занялись поисками, и через час упорство Дурма было вознаграждено.

Чутье привело его к небольшой нише, расположенной в дальнем углу библиотеки. Приблизившись к ней, он ощутил дрожь во всем теле. Все его чувства обострились. Дурм украдкой оглянулся. Но ни Борн, ни Дана, ни их дети не замечали волнения Главного Мага.

Возможно, так произошло неслучайно. Возможно, только ему, Главному Магу королевства, дано узнать, где находятся тексты с древними заклинаниями. Дурму казалось, что сама Барла манит его, обещая открыть свои тайны.

Неторопливо, стараясь не выдать волнения, Дурм вошел в нишу и мановением руки зажег волшебный огонь, чтобы осветить находившиеся здесь шкафы с книгами. На полках он увидел кожаные корешки переплетенных рукописей и печатных изданий. Маг провел по ним пальцем, и сердце учащенно застучало. Где-то здесь находилось то, что он искал… Дурм не сомневался в этом. Его охватило радостное предчувствие. Протянув руку, он снял с полки небольшой томик и до крови закусил губу. Из груди едва не вырвался торжествующий вопль.

То был рукописный дневник. Чернила выцвели, но буквы все еще можно было разобрать. Дневниковые записи на пожелтевших страницах перемежались с магическими заклинаниями и описаниями забытых древних обрядов.

Дурм сразу же узнал почерк. В руки ему попался дневник самой Барлы. Значит, в тетради содержались ее тайны.

Главный Маг слышал за спиной голоса членов королевской семьи.

– Нам придется до конца жизни рыться в этих книгах, – сказал принц. – Не знаю, плакать мне по этому поводу или смеяться.

«Если бы ты только знал, что я испытываю то же самое чувство, мой мальчик», – с усмешкой подумал Дурм.

– Да, удивительно большое собрание книг, – согласился с сыном король. – Честно говоря, не понимаю, почему Барла и ее последователи взяли с собой такую огромную библиотеку, отправляясь в далекий и опасный путь.

– Неужели ты не понимаешь, отец, что они стремились сохранить для потомков свою цивилизацию? В этих книгах сконцентрированы знания, накопленные за многие века существования доранского народа. Когда я думаю об этом, у меня разрывается сердце.

Борн рассмеялся.

– Ты рассуждаешь, как настоящий историк. И в общем-то ты прав. Чтобы составить подробный каталог и перевести эти тома, нам понадобится много времени. К содержанию этих книг нужно относиться с большой опаской. Они могут таить в себе неведомую угрозу.

– Я все это отлично понимаю, отец.

– И с чего же ты начнешь?

– С чего я начну? Я тебя не совсем понял…

– Да, Хранитель королевской библиотеки, с чего ты собираешься начать?

Лицо принца просияло. Он был в восторге от такого назначения. Увидев выражение радости на лице сына, королева рассмеялась, и Борн тоже улыбнулся, довольный собой. Фейн поджала губы, ей не нравилось решение короля. Теперь заветные древние тексты могли оказаться в руках брата.

– Вы правы, конечно…

– Дурм! – окликнул Борн своего друга. – Нам надо идти. Солнце клонится к закату.

– Ступай один, – бросил Главный Маг через плечо, прижимая дневник к груди, – я пороюсь здесь еще немного.

– Знаю, что ты готов продолжать поиски магических текстов до утра без сна и пищи. Но такое усердие может повредить здоровью. Я не хочу, чтобы ты захворал. Кроме того, мы не должны привлекать внимание к этому месту. Мы придем сюда завтра, обещаю тебе.

Возражать королю – дело неразумное.

– Хорошо.

– Мы должны молчать о своей находке, – продолжал король. – Кроме нас, об этом подземелье знает лишь повар, обнаруживший дыру в земле. Я предупредил его, чтобы он держал язык за зубами, а завтра я сотру воспоминания о дыре в земле из его памяти. Вы все поняли?

Все присутствующие заверили Борна в том, что будут молчать.

Прежде чем выйти из ниши, Дурм спрятал дневник Барлы под своим широким одеянием. Он любил Борна, как брата, но не мог рассказать ему о своей находке. Ему было больно при мысли, что он утаивает что-то от близкого друга, но поступить иначе маг не мог.

– С вами все в порядке, Дурм? – спросила его Фейн, когда они шли по коридору.

Наставник наследницы улыбнулся, ощущая под одеждой прикосновение дневника Барлы к своей коже.

– Конечно, ваше высочество. Не беспокойтесь, – снисходительно поглядывая на ученицу, сказал он.