Текст книги "Учитель Особого Назначения. Пенталогия (СИ)"

Автор книги: Илья Савич

Соавторы: Виктор Молотов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 83 (всего у книги 91 страниц)

Глава 11

– Хм‑хм‑хм… М‑да‑а‑а! Слушай, Ставр, где ты такую замечательную штуковину откопал?

Верблюд внимательно изучил моё кольцо и смотрел на меня сверкающими, горящими глазами.

Мы сидели в беседке на заднем дворе моего дома. Внутри вовсю шла подготовка к празднику, я же здесь занимался мясной кулинарией и готовился снабжать праздничный стол всевозможными поджаристыми блюдами.

Ну и заодно решал вопрос насчёт своего артефакта с самым лучшим артефактором из всех, кого я знаю.

– Да так, в одной пещере нашёл, – улыбнулся я.

И при этом сказал чистейшую правду!

– А где такая пещера находится? Подскажи адресок, а! – хмыкнул Верблюд.

– Боюсь, она уже разрушена, – опечалил я боевого товарища. – Но она принадлежала дракону.

– Да ладно!!! – ахнул он. – Врёшь!

– Нисколько!

– Эх, обидно! – протянул Гога, откусывая смачный кусок жаренного на углях мяса.

В мангале потрескивали искры, шипел капающий на угли сок. Ароматы притянули Теодрира, который строил из себя охотника и прятался в тени, выжидая момент для броска.

– Эх, хорошо ты готовишь, Ставр! – заявил Гога, проглотив очередной кусок. – Почти так же хорошо, как я.

– Да ладно! – хмыкнул я и откинулся на спинку стула.

– Мрявв‑в‑в!!! – рыкнул Дракотяра с резким и действительно хищным броском.

Он целился прямо на стол, где раскинулись широкие тарелки с готовым шашлыком, рёбрышками, грудкой и прочими вкусностями, но…

– Мрев⁈ – взвизгнул Тео, когда вдруг траектория броска резко изменилась и он угодил в ближайшие кусты.

– Ты уже ел, Дракотяра! – заявил я. – Жди праздничного стола!

– Мря‑а‑а‑в! – ответили мне страдальческим визгом кусты.

Верблюд хмыкнул, глядя на всё это, откусил ещё шашлыка и незаметно (как ему казалось) швырнул несколько кусков мяса, пока совершенно не специально отвернулся.

А затем я спросил:

– Если я ПОЧТИ так же хорош, почему же, Гога, ты не готовишь сам?

Кусты начали вообще не палевно чавкать и радостно махать хвостом.

– Хе‑хе! – хмыкнул Гога в ответ. – Скажем так, Ставр… ты единственный, кому я могу доверить жарку мяса. И тот небольшой разрыв между нами… в мою пользу, конечно! Вполне компенсируется тем фактом, что мне не приходится прикладывать никаких усилий.

– Хитрый прожорливый засранец! – заявил я.

– Спасибо за комплимент! – Гога сверкнул зубами и принялся уничтожать очередную порцию мяса.

Было не так‑то просто раздобыть такие запасы перед Новым годом, между прочим.

– Ну так что, справишься? – я сменил тон на серьёзный, потому что решил вернуться к теме.

– А ты размер точно не перепутал? – снова переспросил Гога. Он задавал мне этот вопрос уже трижды. – А то знаешь, если ошибёшься, переделать уже не смогу!

– Точно‑точно! – кивнул я.

Чтобы узнать размер, мне пришлось использовать магию. А потом придумывать, как сопоставить её с нормами, которые имелись в сфере украшений.

Кивнув, Гога достал из рюкзака самое ценное, что там было – небольшой чемоданчик.

Это была такая портативная лаборатория для артефактора. Жутко дорогая, потому что могла соперничать с самыми продвинутыми цехами по функционалу. Верблюд сам её сделал и вызывал зависть всех цветов каждый раз, когда доставал с виду неприметный чемоданчик в присутствии других мастеров.

Лаборатория выдвигалась во все стороны и имела кучу инструментов для работы над артефактами прямо в дороге. Как‑то раз он смастерил артефакт седьмого уровня прямо под огнём вражеских магов, пока мы вытаскивали одного имперского диверсанта из окружения.

Жаркий был денёк…

Особенно после того, как этот самый артефакт полетел в сторону врагов.

– Тогда готовь мясо, Ставр! – заявил Гога, взглянув на меня через забавную линзу, в которой его глаз выглядел огромным. – Ща всё сделаем по красоте!

━─━────༺༻────━─━

– Гирлянды! Гирлянды забыли!!! – обеспокоенно воскликнул Даня.

– Ничего мы не забыли, – заявил я. – Просто у нас будут необычные гирлянды. Магические!

А затем щёлкнул пальцем, и весь дом осветился разноцветными, сияющими и мигающими огоньками магии.

– Ваа‑а‑ау‑у‑у‑у! – заворожённо протянул Даня. – Класс, Сергей Викторович! А меня так делать научите⁈

– Вообще‑то это я сделала! – буркнула Настя. – Праздничное заклинание.

– Научи, а⁈ – кинулся уже к ней Даня.

Настя с прищуром на него посмотрела, выдержала паузу, а затем усмехнулась:

– Ну, посмотрим… Если ты будешь хорошо себя вести!

Даня был не похож сам на себя. Он как будто вернулся в детство, в самые яркие и откровенные его краски и испытывал живые, неприкрытые эмоции. Я даже поверить не мог, что тот хмурый, израненный душой и телом пацан теперь мог так широко улыбаться, так громко смеяться, с хохотом играться с Теодриром.

И так искренне восхищаться сверкающими огоньками магической гирлянды.

Мы собрались небольшой компанией у меня дома. На первом этаже, который ещё не до конца отстроили. Но здесь уже стояла большая кухня, широкий мягкий диван и стол, который ломился от праздничных блюд.

Мы поставили ёлку, которую Дракотяра сразу же едва не сшиб. Поэтому пришлось огораживать её барьерами военного назначения. Всё‑таки монстрёнок восьмого ранга с энергией Хаоса мог даже не заметить обычную защиту.

Лена увлечённо хозяйничала над столом. Она всё суетилась, правила расстановку и доносила новые блюда, пока я почти насильно не посадил её рядом с собой и наказал оставить суету и наслаждаться праздником.

Лена приготовила шикарную лазанью. Ароматную и такую аппетитную, с сырной запечённой шапкой, что Гога даже начал посматривать в её сторону и метался между горой мяса, которую я ему приготовил, и этой самой лазаньей.

Судя по хищной ухмылке, в итоге он выбрал, эм… не выбирать и есть всё!

В этом мы с ним были очень похожи. Но всё же расходились во мнении, кто же готовит мясо лучше.

Замечу, я за его готовкой не охотился, хех!

Хотя от фирменного кебаба Гоги сейчас не отказался бы…

– Так‑так‑так, ребятки! Тут глинтвейн стынет! Наполняем бокалы! – напомнила Лена. – На самом вкусном виноградном соке с пряностями! Смелее, смелее!

Даня и Настя первыми зачерпнули тёплый ароматный напиток в большие праздничные кружки и пригубили его.

– Ух, как вкусно!! – заявил пацан.

– Да‑а‑а, шикос! – довольно протянула старшекурсница.

– А есть чего‑нибудь покрепче? – спросил Верблюд.

– В здоровом теле – здоровый дух! – объявил я. – Так что ешь, пей безалкогольный глинтвейн и жуй мясо, дружище!

– Дядя Верблюд, – вдруг обратился к нему Даня.

– Чего, пацан? – хмыкнул тот, следуя моему совету и накидывая на тарелку новых вкусностей.

– А дайте поглядеть, что у вас там в рюкзаке, а? – сверкнул ухмылкой пацан.

– Э‑э, нет, – замотал головой Гога.

– Мряв‑в‑в‑в!!! – присоединился к Даниле Теодрир, который уже давно положил глаз на здоровенный рюкзак с кучей лямок, петличек и прочих звенящих, висящих, блестящих и так манящих вещичек.

– Ну пожалуйста! – не унимался Даня. – Я осторожно!

– Мрявк!! – подтвердил Дракотяра.

– Если будешь хорошо себя вести, – повторил Гога за Настей.

Вообще‑то хорошо, что он не давал свой рюкзак никому, кроме, наверное, меня и ещё парочки бойцов из спецотряда. Помимо дикой стоимости содержимого, арсенал всех хранящихся внутри артефактов, который он постоянно таскал с собой, мог сокрушить пару небольших стран. Причём одновременно.

Ну или стереть с лица земли пару крупных армий вероятного противника с кучей высокоранговых магов во главе.

Блин, что‑то я подумал… наверное, стоит оградить рюкзак ещё более сильным барьером, а то Теодрир наверняка не оставит свою затею поиграться с рюкзаком.

Я накинул ещё несколько плетений под недовольный вид Дракотяры, а затем глубоко вздохнул, наслаждаясь ароматами мандаринов, глинтвейна, салатов, мяса и прочих радостей новогоднего праздника.

Эх, как же всё‑таки здесь хорошо!

Я огляделся, пока все занимались своими делами. Наблюдал, как Настя, посмеиваясь, разговаривала с Даней. Как Инга увлечённо слушала рассказы Гоги о его приключениях. Причём засранец почти не маскировал детали и выдавал кучу государственных тайн, просто чтобы произвести впечатление! Хорошо хоть Инга этого не замечала, потому что её интересовали совсем другие подробности.

Гога даже достал из рюкзака один артефакт, который добыл в одном очень опасном разломе. На Ингу это произвело огромное впечатление, и она с жутким интересом принялась изучать невероятную вещичку.

Гога уж было обрадовался, но быстро понял, что весь интерес девушки переключился на символы, которыми был переплетён артефакт. Он с возмущением в глазах посмотрел на меня, но в ответ я лишь пожал плечами.

Не думаю, что у него вообще были шансы завоевать внимание Инги собственной персоной.

Гога осознал всю горечь поражения, но горевал недолго и решил заглушить её мясом, напитками и прочими блюдами.

Я же улыбнулся Лене и откусил лазанью. Как же она была прекрасна!

И лазанья тоже…

Нежная текстура, лёгкий томатный привкус болоньезе, который перекликался со сливочным соусом бешамель. Говяжий фарш таял во рту, мягкие пласты теста помогали всем вкусам играть на одном поле и радовать вкусовые рецепторы. А сырная хрустящая шапка придавала немного подчёркивающего хруста на зубах.

Я запил блюдо горячим глинтвейном и добавил к привкусу лазаньи пряный сладкий вкус напитка. В первые секунды они перемешались, глинтвейн будто усилил остатки лазаньи, прежде чем смыть их и занять своё место.

Ух‑х‑х…

– Понравилось? – нежным голосом спросила Лена.

Она выглядела такой тёплой, уютной и притягательной, что все прочие вкусы мигом выветрились из головы.

– Очень, – улыбнулся я в ответ.

И тут раздался бой новогодних курантов.

ДУМ… ДУМ… ДУМ…

– О‑о, быстрее, быстрее! Наполняем бокалы! – подскочила Настя. – Вот‑вот Новый год наступит!

– Ур‑ра! – воскликнул Даня.

Все засуетились. И только Лена сидела рядом со мной и улыбалась. Мы смотрели друг другу в глаза.

ДУМ… ДУМ… ДУМ…

– Лен, у меня тут для тебя есть кое‑что, – произнёс я, вдруг вспомнив про подарок.

И достал из кармана кольцо, которое когда‑то спасло мою прошлую жизнь. Теперь оно отлично подходило для тонких бархатных пальцев девушки.

ДУМ… ДУМ… ДУМ…

Я взял её руку и надел кольцо.

– Какая… красота… – тихо произнесла Лена.

А затем снова взглянула мне в глаза и явно хотела что‑то сказать, но слова застряли где‑то внутри, и она просто кинулась ко мне в объятья.

И мы слились в поцелуе.

ДУМ… ДУМ… ДУ‑ДУМ!!!

━─━────༺༻────━─━

В комнате играла тихая музыка. Слов я не разбирал, а просто наслаждался моментом и раскинулся в кресле. Лена задремала у меня на плече, и не хотелось её тревожить.

Но всё же она подскочила, когда раздался сигнал дверного звонка.

– Я открою! – слез с дивана Даня.

– Эй, ты просто убегаешь! – возмутилась Настя.

Они играли в какую‑то карточную игру, и, похоже, шкет не вывозил даже с подсказками Теодрира.

Хотя, возможно, в его подсказках дело и было… Дракотяра так‑то не смыслил в картах.

А затем вдруг раздался громкий восторженный голос, который взбудоражил всех:

– Мама!!! – воскликнул Даня.

На пороге стояла закутанная в пуховик женщина.

━  ─  ━  ────  ༺༻────  ━  ─  ━

Уважаемые читатели!

Поздравляем вас с наступающим Новым годом и желаем всего того, чего вы бы сами себе пожелали (хе‑хе, вот теперь придумывайте )!

Также объявляем, что мы берём небольшой перерыв на праздники. Поэтому следующая глава выйдет 4 января, уже в новом году.

В дальнейшем график публикации глав немного изменится – суббота будет выходным. Надеемся на ваше понимание.

Ещё раз с Новым годом! Вы классные, и спасибо, что вы есть!

Глава 12

Все тут же обернулись в сторону двери. Даже Теодрир с очередным мрявом оторвался от своей разломной игрушки и уставился в сторону неожиданной гостьи.

Я же оторвался от Лены и направился к ней.

Даня не находил себе места, его Источник разве что салюты не пускал. Да и сам парень не скрывал радости. Глаза сверкали, улыбка стояла до ушей. Он был очень рад видеть свою маму. Так рад, что не дал ей скинуть с себя пуховик и кинулся обниматься.

– Привет, сынок, – поздоровалась она мягким голосом и нежно потрепала его по макушке. – Ого! Ты отрастил волосы? Наконец‑то!

– Ну, вообще‑то они были ещё длиннее, – улыбнулся я, – пока он не спалил себе почти всю шевелюру магией. Здравствуйте, меня зовут…

– Мам, мам, это мой учитель, Сергей Викторович Ставров! – воскликнул шкет.

– Приятно познакомиться, – кивнула она и представилась: – Вера Степановна.

– Очень приятно, – я кивнул в ответ и пригласил войти в дом.

Мама Данилы была молодой женщиной лет тридцати пяти, не больше. Тёмные волосы, стриженные под каре, и острый, но заметно уставший взгляд серых глаз. И, что удивительно, она не была магом.

Я мельком проверял её Источник, пока она вешала пуховик, знакомилась с остальными присутствующими и присоединялась к праздничному столу.

Ничего особенного мне не попалось. Точнее, не было Источника магии как такового. Хотя…

Подождите‑ка!

– Вера Степанова! – воскликнула Лена, – не стесняйтесь, кушайте. Вы, видно, очень устали с дороги и наверняка проголодались!

Лена уже примеряла на себя роль хозяйки дома с удивительной лёгкостью, будто давно знала, что так оно и произойдёт.

Хм, меня терзают смутные сомнения, что мой подарок был не таким уж неожиданным…

В общем, когда все перезнакомились и новогодний стол снова зазвенел бокалами, Лена приложила все усилия, чтобы Вера Степановна чувствовала себя как дома, и это отлично получалось. Скоро она вовсю улыбалась, выпила пару бокалов и отогрелась после непростой дороги

Вера Степановна, как она сама поделилась, преодолела очень долгий путь. Хотела сделать сюрприз сыну, поэтому никого не предупредила о своём прибытии. Но в общаге Даню не нашла, а место, где он отмечал Новый год, вообще узнала почти что случайно, когда повстречала Василия Палыча.

– Он был очень… навеселе, – хихикнула Вера Степановна, рассказывая нам эту историю. – Я вообще‑то думала, что он радуется Новому году. Но, кажется, его больше заботил какой‑то плешивый… – она вдруг осмотрела присутствующих и тихо произнесла: – … засранец, простите за выражение. Это прямая цитата!

Значит, это про Соломона. Как по мне, директор ещё вежливо его назвал. Но неужели Палыч так сильно обрадовался нашей победе? Тут должно быть что‑то ещё…

– Да ладно, мам! – отмахнулся Даня. – Мы тут и не такое слышим!

– Даня! – обернулся я. – Ты что такое говоришь⁈

– Да я про старшаков! – оправдывался шкет. – Когда начинается перемена, начинается настоящая жизнь.

Он сделал вид, что произнёс какую‑то великую мудрость и поспешил скрыть взгляд за стаканом ананасового сока.

В общем, с шутками да прибаутками мы провели ещё один небольшой полуночный ужин, и гости начали расходиться. Настя с Ингой отправились к себе, а Веру Степановну с Даней я разместил в гостевой комнате. Лена мне подмигнула и отправилась в спальню на втором этаже.

А Гога изъявил желание ночевать в зале, на диване.

– Нравится мне этот ваш Тедди, – хмыкнул он.

– Мраф! – с горделивым видом отвлёкся тот от вечерних водных процедур.

То бишь от облизывания своей немаленькой тушки, конечно. И делал он это в огромной Дракотячьей лежанке, которую было очень непросто достать и ещё сложнее протолкнуть через дверной проём.

– Кстати, Ставр, – протянул мой стародавний соратник, – а этот Даня не сынишка ли старшóго?

– С чего ты взял? – насторожился я.

– Слушай, – хмыкнул он, – конечно, на морду лица он больше похож на свою маму. Но взгляд и его глаза как бы намекают немного…

– Догадался всё‑таки, – хмыкнул я.

– Конечно! Ты за кого меня принимаешь? – наигранно возмутился Верблюд. – Да я как увидел его взгляд, так сразу!..

– Он что, дар гравитации засветил? – ухмыльнулся я.

– Ну да, – почесал затылок Гога.

Он любил повыпендриваться, а я любил его иногда обламывать в этом. Но потом обязательно кормил мясом.

Но на этот раз Гога даже не вспомнил об этой нашей традиции и задумчиво произнёс:

– Тогда понятно, почему ты устроился в эту академию…

– Именно, – кивнул я. – И похоже, не зря.

Невольно я задумался, что забота о Даниле и последняя воля моего лучшего друга уже давно не единственное, что удерживает меня здесь.

– Ну ладно, иди, – Гога похлопал меня по плечу и усмехнулся. – Кажется, тебя наверху ждёт награда за чрезвычайно дорогой подарочек. Ты только шумоизоляцию не забудь поставить!

– Гога… – стальным голосом произнёс я.

– Ладно, ладно! – поднял он руки в примирительном жесте. – Понял. У вас всё серьёзно, и шуточки в эту сторону под запретом!

– Серьёзно. Очень, – ответил я и направился к лестнице.

Но вообще‑то, Верблюд оказался прав. Заклинания для шумоизоляции мне пригодились.

━─━────༺༻────━─━

Утро выдалось замечательным. Я проснулся без будильника даже после праздника – организм сработал как часы.

Но в этот раз мне жутко не хотелось вставать с кровати, потому что голова Лены лежала на моей груди, а мягкое бедро прижимало меня к мягкому матрасу. Нежная бархатистая кожа обволакивала слаще самой дорогой ткани, а цветочный запах волос ласкал нюх.

Не хотелось её будить, поэтому я решил немного переиграть свою утреннюю зарядку. И вместо физических упражнений принялся прогонять по всему телу магические потоки. Физухой займусь потом, тем более что в таком умиротворяющем состоянии сосредоточение особенно лёгкое и подконтрольное.

А сейчас меня особенно интересовал источник Хаоса, так что следовало использовать все преимущества, которые только можно.

Хаос. Энергия, которой я не обладал в полной мере, и в последний раз это стало серьёзной проблемой из‑за странной драконихи, про которую Теодрир отказывался рассказывать подробности даже за дополнительные порции стейков.

А дракониха ведь выжила и сейчас обитала неизвестно где. Поэтому всё, что мне оставалось – это поднять уровень владения Хаосом до такого, чтобы она не могла помешать мне никаким образом.

И только я принялся разбираться во всей этой муторной и совершенно не дисциплинированной энергии, как вдруг понял, что она меня вообще отказалась слушаться!

Это сильно настораживало, поэтому я бросил мыслеобразный клич Теодриру, и тот ответил какой‑то несуразицей. Чем‑то это походило на его поведение во время встречи с драконихой, так что я аккуратно выскользнул из объятий Лены, чтобы проверить своего монстрёнка.

Девушка мило свернулась калачиком и продолжала улыбаться во сне. Я слегка задержал на ней взгляд, затем оделся, вышел из комнаты и уже спускался по лестнице.

Как вдруг снизу раздался крик Данилы:

– Да катись куда хочешь! Ненавижу!

– Сынок, подожди! Давай погово…

Но Веру Степановну прервал громкий грохот двери.

Когда я уже стоял внизу, на меня глядели две ошарашенные пары глаз – вскочившего на диване Верблюда и Теодрира, который вытянул голову из своей огромной лежанки. Он выглядел растрёпанным, словно не спал всю ночь. И перед тем, как прогремела сцена, он явно пытался разодрать новенькую лежанку!

Но ничего не получилось, потому что она была сшита из разломных материалов, хе‑хе…

А у дверей стояла жутко расстроенная Вера Степановна.

– Что произошло? – спросил я.

– Он… он обиделся, – тихо произнесла она.

– Серёж, что случилось? – показалась со второго этажа Лена.

Девушка укуталась в одеяло и беспокойно осматривала всё помещение.

– Кто‑то нарывается на очень жестокую отработку, – ответил я назидательным тоном. – В воспитательных целях, конечно.

– Нет, нет, Сергей Викторович! – тут же заволновалась Вера Степановна. – Пожалуйста, не наказывайте Даню. Он… он вообще‑то прав.

– В каком это смысле? – поднял я бровь.

– Мр‑р‑р‑р! – прорычал Теодрир, будто мне в поддержку.

Он сузил зрачки и ощетинился, отчего выглядел так, словно чует опасность. Но никакой опасности не было – я активно проверял округу своим сенсором магии. И след драконихи я запомнил, так что ей не удалось бы от меня скрыться.

– Вера Степановна, давайте вы сейчас объясните, хорошо? – улыбнулся я, пытаясь её успокоить.

– Сейчас заварю чаю! – воскликнула Лена и скрылась снова на втором этаже, откуда долетело приглушённое: – Только переоденусь!

Через пару минут мы уже сидели за обеденным столом, и комнату наполнял аромат травяного чая с чабрецом. Лена сидела рядом с Верой Степановной и успокаивающе поглаживала её по плечу. У неё удивительным образом получалось располагать к себе людей и окружать их уютом.

А сама Вера Степановна держала в руках горячую чашку, но так и не сделала ни одного глотка.

– Понимаете, я… – произнесла она, – я смогла приехать только на один день. Вечером уже уезжаю.

– Так скоро? – с горечью произнесла Лена.

– Да. Не смогла выбраться на подольше – нужно на работу. Даня, как узнал, страшно обиделся… и убежал.

– Мр‑р‑р‑р! – рассерженно прорычал Теодрир, который выбрался из лежанки.

– Эй, парень, поспокойнее, – произнёс Гога.

Он попытался погладить монстрёнка по макушке, но тот опасно клацнул зубами. Очень доходчиво предупредил, что делать этого не стоит.

– Эй, Тео! – удивился Гога. – Я думал, мы подружились! Ты столько мяса у меня умыкнул, что…

– Оставь его, – вмешался я. – Не стоит пока трогать.

Он понимающе кивнул, а затем подмигнул монстрёнку, мол, не обижается.

С Теодриром явно было что‑то не так. Энергия Хаоса, которая в том числе связывала нас между собой, пульсировала и будто билась в лихорадке. Но сколько я ни спрашивал монстрёнка, что происходит, тот просто не хотел отвечать.

Он отвернулся и вернулся на лежанку. Теперь всё вообще не напоминало ощущения, которые я помню со встречи с драконихой. Тео будто…

В общем, у него будто просто было плохое настроение. Это странно, но анализ магических потоков и чутьё не говорили мне ни о какой опасности. Скорее интуиция подсказывала мне оставить Дракотяру в покое до поры до времени.

– И всё же он неправ, – произнёс я, имея в виду Даню. – Нельзя говорить такие вещи.

Затем я хорошо подумал, дождался, пока Вера Степановна всё‑таки немного успокоится и приступит к чаю. А в это время ещё раз внимательно осмотрел её организм магическим сенсором. Что‑то меня ещё вчера забеспокоило…

Но теперь я понял, в чём дело.

Не так уж она проста.

– Вера Степановна, – произнёс я. – Мы можем поговорить наедине? Как учитель с родителем ученика?

Вера Степановна чуть замешкалась, но кивнула. Лена переглянулась с Гогой и предложила:

– Георгий, вы не против выгулять Тедди вместе со мной? Кажется, ему не хватает свежего воздуха.

– Мрф, – буркнул монстрёнок.

Он вдруг выпрыгнул из лежанки и сел возле выхода.

– Конечно, Елена! – осклабился Гога. – Думаю, нам как раз нужно поделиться впечатлениями о нашем общем друге… – он сверкнул хитрецой во взгляде и добавил: – У меня есть пара историй, которые, бьюсь об заклад, он вам не рассказывал!

На всякий случай накинул на Теодрира заклинание для успокоения. Его должно хватить, пока я разбираюсь с Данилой и его мамой.

И втроём они ушли на задний двор. Лена – с особенным энтузиазмом. И мне оставалось только гадать, чего там этот засранец решил поведать о моей скромной персоне…

Вера Степановна проводила их взглядом и немного взволнованно посмотрела на меня.

– О чём вы хотите поговорить? – тихо произнесла она.

– Я знал Макара, – произнёс я.

Так звали отца Данилы и моего лучшего друга. Настоящее имя, а не то, что числилось в документах. Даже в спецотряде не все знали его.

В глазах Веры Степановны отобразилось удивление и даже некоторый испуг. Я понял, что она тоже знает это имя, что стало для меня определённым маркером. Макар даже в юности относился к конспирации серьёзно и не стал бы раскрывать свою личность человеку, которому не доверяет.

– Это… это невозможно! Он же!.. – выдохнула Вера Степановна. Но тут до неё дошло окончательно, и глаза совсем уж расширились. – То есть вы⁈..

– Да, мы тоже из спецотряда, – кивнул я.

Раз уж Макар рассказал своё имя, наверняка он раскрыл и этот секрет. Вообще‑то к государственным тайнам он относился серьёзно, но с людьми, которым доверял, язык у моего дражайшего друга становился как помело.

Затем испуг на лице Веры Степановны плавно перетёк в какое‑то умиротворяющее спокойствие. Она улыбнулась и сделала ещё один глоток чая.

– Тогда это очень хорошо, Сергей Викторович. Я рада, что вы присматриваете за ним. Это же он попросил вас об этом, верно?

Я кивнул и ещё раз проверил её магическим сканером, чтобы убедиться в своих догадках.

– Неужели вы не можете отпроситься ещё на пару дней? – спросил я.

Вера Степановна вдруг взглянула на меня очень тяжёлым, даже железным взглядом, от которого мне стало немного не по себе.

– Нет, Сергей Викторович, я не могу отпроситься. Моя работа, она… Неважно. Я не могу отпроситься, от этого зависит наша семья. От этого зависит Данила в первую очередь.

– Не понимаю, – нахмурился я. – Разве Макар не оставил вам достаточное обеспечение?

Да, все денежные потоки шли через Данилу, но, судя по всему, у Веры Степановны был к ним доступ. Я не сильно рылся во всех схемах, тем более что все они были жутко зашифрованы. И понял это уже в академии, когда пришлось зарыться во всё поглубже, потому что приближались даты отчётов перед налоговой. Хорошо хоть Даню к тому времени уже нашёл – это сильно упростило дело.

Ох уж эта налоговая.

– Сергей Викторович! – воскликнула она несколько резко. Кажется, я задел за живое. – Послушайте, вы бы стали надеяться на помощь, которую вы не можете никак контролировать? И которая может оборваться в любой момент, потому что человек, от которого она зависит, работает на очень опасной работе и рискует своей жизнью каждый день?

Она смотрела на меня очень серьёзными, печальными и невероятно решительными глазами.

И самое главное, что она уже оказалась права. Не успей Макар передать мне управление собственными финансами, система могла бы рухнуть.

– Да, он помогал как мог, – чуть спокойнее продолжила Вера. – Но Макар очень редко появлялся в нашей жизни. Наш роман был ярким, я ни о чём не жалею! Но он оказался таким же ярким, как и коротким. Тогда мы были слишком юными и не совсем отдавали себе отчёт в своих действиях. У Данилы есть только я. Только я! Понимаете⁈

Теперь на её глазах начала проступать влага. Я же мог только молчать и слушать. Значит, это правда, и у Дани нет больше родственников, кроме мамы.

Мамы, которая не обладает магией, и потому не знает, как управляться с одарённым ребёнком.

– Я стараюсь делать всё, на что способна. Всё! Простите… – она вдруг встала. – Мне нужно в уборную.

– Да‑да, конечно, – произнёс я с комом в горле.

Вера Степановна удалилась, а я встал с дивана и направился на выход. Кажется, меня ждал очень серьёзный разговор с Данилой.

━─━────༺༻────━─━

Найти Данилу было несложно. Он вовсю выплёскивал злость и ярость на полигоне. Треск и вспышки молний переплетались с искривлениями пространства и вмятинами на изрытой ямами земле.

Покрытые защитными заклинаниями манекены скрипели под напором его атак, пока один из них вдруг не разлетелся на щепки.

– Что ж, шкет, – хмыкнул я. – Ты хорошо поднаторел!

Сломать этот манекен было очень непросто, ведь заклинания устанавливал я. И то, что маг на первом ранге развития смог это сделать, очень многое говорило о пацане.

– Сергей Викторович⁈ – выпалил он, тяжело дыша.

Даня меня заметил только сейчас. Небольшая разминка смогла немного остудить его пыл и лишила немалых запасов выносливости. Но расслабляться ему не стоило, потому что я скинул куртку и встал по центру боевой площадки.

– Ну что, давай устроим спарринг.

Даня слегка замешкался, но затем с яростью кинулся в бой.

БА‑БАБАХ!

Удар за ударом он наносил по мне, проявляя чудеса выучки. Он был действительно талантливым бойцом. Эти приёмы я показывал только Коляну, и Даня явно многому научился у него за время совместных тренировок.

Двойка, уклон со сближением, боковой справа. А когда он промазал (точнее, я увернулся), Даня ударил с разворота второй рукой.

Будь это спарринг с равным, он наверняка потряс бы своего соперника. Но до меня ему далеко, так что вместо этого я сделал подсечку, и шкет плюхнулся плашмя на землю.

– Ай‑й! – заскрипел он зубами, но тут же подскочил на ноги. – Теперь с магией! – потребовал шкет.

– Ну давай, – хмыкнул я. – Покажи мне свой самый сильный удар.

И он показал. Да красиво так – глаз не оторвать! Сначала нагонял электрические разряды с серией быстрых ударов руками, затем шарахнул здоровенными молниями эффектными вывертами с ног. И завершил всё сконцентрированным ударом с вертухи, при этом отвлекая внимание вспышками молний, за которыми скрывались магические искривления гравитации.

Я не стал уклоняться или сбивать атаку. Вместо этого принял всю яростную мощь в глухой блок.

ТРЕССКК!!!

Вспышка раздалась во все стороны, а затем гравитация ударила, словно молотом. У меня даже предплечья чуть зачесались! Молодец какой, а!

Даня отпрянул, чтобы разорвать дистанцию и тяжело задышал. Его Источник наконец‑то успокоился, и шкет явно был готов к разговору.

– Лады, неплохо, – хмыкнул я. – На этом закончим.

– Ха‑а… ха… хорошо, – кивнул Даня.

– Тоже посмотрел «Несокрушимого»? – усмехнулся я.

Это был фильм про бойца, который бился в боях без правил в самых жестоких тюрьмах мира. Главный герой выписывал такие красивые и сложные удары, что загляденье. И Даня явно почерпнул оттуда несколько движений.

– Крутейший фильм! – осклабился Даня.

– Ага, классный, – согласился я. – Только вот не стоит учиться дракам по боевикам. Твоя акробатика в реальном бою привела бы к быстрому поражению.

– Ну… да, – почесал он затылок. – Но выглядело очень круто!

– Ты должен вернуться и извиниться перед мамой.

Я резко сменил тему, и шкет тут же приутих. Поэтому я подошёл к нему, положил руку на плечо и тихо произнёс.

– Слушай, я понимаю, как ты расстроен. Но вместо того, чтобы провести время с ней, ты его тратишь на пустые обиды.

– Но почему она⁈.. – выпалил Даня, но договорить не смог и спрятал взгляд. – Я так старался! Я никогда не говорил ей о бедах, защищал! Даже когда меня в той грёбаной академии закинули в карцер, я ничего не сказал, чтобы не волновалась! Я улыбался, смеялся в трубку и говорил, что всё в порядке! А мне не было в порядке!!!

Даня крикнул и снова тяжело задышал. Глаза парня налились слезами.

– Мне было хреново без неё… Никто не знал, что со мной делать, Сергей Викторович. Я боялся, что наврежу ей, как вредил всем вокруг. Но наконец‑то я контролирую свою силу, а она пришла всего на один грёбаный день!!!

Данила сжал кулаки добела и стиснул зубы. Я выдержал небольшую паузу, чтобы он немного пришёл в себя, а затем продолжил:

– Даня, тебе ведь непросто было обуздать свою силу, верно?

– При чём тут… – бросил он хмурый взгляд на меня.

– Верно? – не дал я сойти с темы.

– Угу…

– Но вместе мы справились. Тебе помогали друзья, я помогал. И ты научился. Верно?

– Да.

– Так вот твоя мама тоже учится быть матерью. Она живёт свою первую жизнь, Даня. И совершает ошибки. У неё нет тех, кто смог бы помочь и подсказать, каково это – быть матерью, особенно такого одарённого шкета, как ты. У твоей мамы, Даня, есть только ты. Так позволь ей совершать ошибки и помоги. Ты уже взрослый парень. И можешь это сделать.