Текст книги "Учитель Особого Назначения. Пенталогия (СИ)"

Автор книги: Илья Савич

Соавторы: Виктор Молотов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 85 (всего у книги 91 страниц)

– Н‑на каникулах? – забеспокоился Антон. – Да как обычно… Ничего такого!

Нервно ответил, забегал глазами. Источник тоже зашатался так, словно его застали за ночным жором во время строгой диеты.

Точно врёт.

– А если без звезды? – добавил я.

Источник Антона сейчас находился в очень опасном состоянии, особенно учитывая дар Пожирателя. И мне это сильно не понравилось. По большей части потому, что держался парень за счёт печати, которую я наложил на него ещё в прошлом семестре. И потому, что пришлось ждать так долго, пока он достигнет того состояния, когда можно исправить ситуацию с наименьшими рисками.

Но ещё и потому, что какие‑то хреновы деятели похерили кучу моих стараний и подвергли Антона громадному риску!

– Отец допустил меня до клановых тренировок, – тихо произнёс Антон. – Мастера рода занимались моим развитием, чтобы поскорее достичь ранга.

– И что за муд… мастера у вас такие распрекрасные? – процедил я.

Антон не ответил, но его Источник выглядел очень многословно. Он походил на незавершённый конструктор. Ему раскрыли энергетические слои и, насколько я понял, хотели в таком состоянии провести Антона через несколько особых техник и тренировок, чтобы напитать Источник силой.

Что‑то вроде упражнений под кучей датчиков и сенсоров, которые считывают каждый показатель организма. Только вот на магию липучку не шлёпнешь. Приходится пробираться в саму сущность.

Опасная техника. Что‑то подобное я уже встречал, но немного в других видах. Сама техника требует очень высокого контроля и целую прорву специалистов, которые должны наблюдать за магом, чтобы тому не разорвало магическую систему ко всем чертям.

И при этом они открыли Пожирателя! Да если бы не печать, дар бы вырвался на свободу. Антон был в очень уязвимом состоянии каждое мгновение.

Источник Антона в итоге закрыли, но не до конца. Поэтому я и назвал это незавершённым конструктором. Такую технику развития можно сравнить с хирургической операцией, даже нейрохирургической. А эти деятели накинули на Источник шов – и всё на этом. Почему‑то они не додумались, что Пожиратель будет его разъедать и «порез» откроется.

Шов как раз почти разошёлся, и Пожиратель вот‑вот вырвется на свободу. Как и прорва энергии, которая таится в ядре Источника.

– Ранга ты так и не достиг. Почему тренировки не завершили? – спросил я.

Если бы они дошли до цели, всё было бы в порядке. Укреплённый Источник имеет более быструю регенерацию, а печать удержала бы Пожирателя от лишних движений.

– Я отказался, – хрипло ответил Антон.

– Отказался? – удивился я. – Почему?

И тут парень взглянул мне прямо в глаза с какой‑то глубинной яростью.

– Потому что я ушёл из рода! Вот почему!

Твою ж… Похоже, дело серьёзнее, чем я думал. Что там у Свиридовых произошло, пока меня не было?

Глава 15

– В смысле, ушёл из рода? – удивился я. – Это как?

– А вот так! – буркнул Антон. – Послал всех ко всем чертям и свалил! Не нужен мне титул графа, наследство и прочая хрень. Сам справлюсь!

– Так, спокойно, Антон, – произнёс я. – Давай‑ка объясни мне всё поподробнее.

И Антон даже не рассказал, а скорее выпалил всё, будто накопившуюся злость. Поведал, как он прошёл обряд у мастеров рода – та самая операция, после которой у него остался шов. Как, претерпевая дикую и непрекращающуюся боль, проходил тренировку за тренировкой.

Причём успешно! Успешнее, чем его братья и сёстры, на которых возлагали куда большие надежды.

Но перед последним, заключительным этапом, Аскольд вызвал его к себе на аудиенцию.

– Он предложил мне стать полноценным членом рода, – хмуро произнёс Антон.

– И зачем же? – процедил я с холодной сталью в голосе.

Оказалось, у Свиридовых такая традиция – наследниками могут считаться те отпрыски, что прошли инициацию и достигли первого ранга. А для бастарда это и вовсе был самый быстрый путь стать признанным. Но были и другие условия.

– Отец сказал, что, когда я достигну первого ранга, то смогу взять титул. Но для этого я должен забыть про Алису. Сказал, что он уже нашёл мне отличную партию, которая укрепит отношения с дружественной семьёй.

– Тебе ещё и восемнадцати нет! – охренел я. – Он чего, совсем с ума сошёл⁈

Если честно, я слышал про подобные пережитки прошлого в среде аристократов. Но думал, они остались только у самых высокопоставленных семей, в чьих жилах протекала кровь великих князей прошлого или даже императорская. Но чтобы полубандитский клан такой фигнёй занимался? Капец, блин.

– Это была бы помолвка, – буркнул пацан. – Отцу нужно закрепить отношения с каким‑то кланом, который вроде с нами… то есть с ними… – как‑то очень горько поправился парень. – Но всё смотрит в сторону противников. Короче, политика. Вот он решил убить двух зайцев одним выстрелом…

– Избавить сына от «порочной» привязанности и поправить дела рода по внешним связям, – нахмурился я.

Антон кивнул.

– Короче, я отказался, – продолжил он. – Сказал, что на фиг мне не нужен такой титул. И отец разозлился, приказал завершить мою тренировку. Мастера провели ещё один обряд и отпустили в академию.

– Завершить, говоришь? – задумался я вслух.

– Ну да, – нахмурился Антон. – Там какая‑то жутко секретная техника, куча народу сразу работало. Как закончили, сказали, что всё. Мол, иди куда хочешь.

– И на какие шиши ты сейчас живёшь? – спросил я.

– Да… это… – почесал он затылок. – Устроился в городе в пекарню одну. Она в последнее время популярной стала и как раз новых работников набирала.

– Пекарня? – заинтересовался я.

– Ага, – кивнул Антон. – Там начали делать шоколадные пончики. «Супершоколад» называется.

– Это как? – заинтересовался я ещё сильнее.

– Ну, там шоколадное тесто с шоколадной начинкой, с шоколадной глазурью, с шоколадной посыпкой. Хит сезона, – пожал он плечами. – Я разнорабочий – и в самой пекарне дежурю, и на кассе, и заказы бегаю раздавать. Платят нормально.

– Антон, мы сейчас с тобой кое‑что закончим, – сглотнул я слюну. – А потом ты мне скажешь адрес!

– Лады, – нахмурился парень. – А что мы закончим?

– По‑настоящему завершим твою тренировку, пацан, – улыбнулся я. – И наконец‑то прорвёмся к первому рангу!

Я положил руку на его плечо, и взгляд Антона резко изменился – стал удивлённым и даже слегка испуганным.

– Что это? Что происходит⁈

– Помнишь печать, которую я поставил тебе на Источник? – спросил я.

– Утяжелитель? – нахмурился он, коснувшись груди.

Примерно так я описал ему печать, которая задерживала развитие магии.

– Ага, – кивнул я. – Пришло время от него избавиться.

– Правда⁈ Наконец‑ай!!! – вскрикнул Антон, когда мои магические потоки начали расплетать, печать, словно очень сложный витиеватый узел.

– Сосредоточься, – сказал я. – Я сейчас буду понемногу освобождать твою силу, и ты должен контролировать её на каждом этапе.

– Х… хорошо… – стиснул он зубы.

Я распустил первый, внешний уровень плетений печати. Антон скривился, даже зажмурил глаза от боли, но сосредоточился и справился с нахлынувшей волной энергии.

Пожиратель уже начал вырываться. Швы, которые оставили мастера рода Свиридовых, один за другим расходились, открывая зарождающееся ядро Источника. Даже запечатанный, Пожиратель питался внешней энергией швов и ослаблял Источник, чтобы вырваться на свободу.

Это была главная ошибка мастеров. Они думали, что зашить «порез» достаточно. Швы должны были срастись, и даже следа от техники не осталось бы. Не будь у Антона Пожирателя, конечно.

Пожиратель – необычный дар, даже среди особенных. Его нельзя приручить, с ним нельзя «дружить», он не будет преданным. Его можно только подчинить, как вожак подчиняет дикую стаю зверей. И при этом придётся каждое мгновение доказывать этому засранцу, что ты здесь главный.

Поэтому Пожиратель почувствовал слабость хозяина и начал пожирать швы, чтобы напитаться силой.

Второй уровень плетений тоже был распущен, но на этот раз Антон не издал ни звука. Он полностью сосредоточился на том, чтобы контролировать потоки магии внутри себя.

– Молодец, молодец… – прошептал я тихо. – Так держать, шкет.

И распутал третий уровень печати.

– Агрх‑х‑х…– зашипел Антон.

Он едва удерживал взбесившийся дар, с трудом справлялся с бурными потоками магии, которые хлынули по каналам, словно вода из шланга, который пережали и резко освободили.

– Держись, парень, держись! – старался я его подбодрить. – Помни, ради чего ты это делаешь! Помнишь? Скажи!

– Алиса! – прорычал он сквозь зубы.

Да, женщины делают из мужчин героев!

Антон пошёл наперекор собственному отцу. Он упорно двигался к цели, чтобы получить первый ранг, ведь это позволит смело смотреть в глаза полковнику Рыжову и заявить о своих правах.

И скоро он достигнет желаемого!

Мастера рода Свиридовых хорошо знали своё дело. Они выполнили его почти идеально. Но они не знали о нюансах, связанных с даром Пожирателя, и о том, что на Источнике стоит моя печать. Они думали, что завершить тренировку очередным этапом достаточно.

Но оказались неправы и подвергли пацана большому риску.

Но ничего, мы это сейчас исправим.

– Так, Антон, сосредоточься, – предупредил я. – Сейчас печать полностью разрушится, и ты должен всеми силами удерживать магическую систему под контролем. От этого зависит всё! Понял?

Пацан закивал, но не смог ничего ответить словами.

Небольшое усилие – и вот, печать спала. Но Антон теперь так сосредоточился, что ни один мускул на его лице не дрогнул. Только вот со лба ручьями потёк пот, что говорило об огромных усилиях, которые ему приходилось прикладывать.

Моя идея была проста. Если разрушить печать, Антон наконец‑то высвободит всю свою силу. Этого будет достаточно, чтобы преодолеть первый ранг. И он уже достаточно натренирован, чтобы перескочить эту преграду.

Хотелось бы чуть повременить и сделать это без оглядки на чужие косяки, но имеем что имеем.

Источник раскрылся. Пожиратель выбрался на свободу и начал беситься. Но парень уверенно держал всю свою магическую систему под строжайшим контролем, и норовистому дару ничего не удалось.

И в это время Антон начал формировать первый ранг. Я слегка поддерживал его, но по большей части парень справлялся самостоятельно. Он доказывал, что способен справляться с собственным даром. Для меня было важно это понимать.

Пожиратель рвал и метал, рычал, всё пытался сожрать Источник, хотел вырваться на свободу. Но быстро начал подчиняться своему хозяину, который не давал ему этого сделать.

– Хм‑м‑м‑м. – замычал Антон.

И всё же он находился на пределе.

– Ещё чуть‑чуть. Совсем немного, – прошептал я.

Затем ослабил хватку, оставив контроль полностью на попечение парня. Он доказал, что способен справиться, а значит, я могу сделать кое‑что интересное.

Я нырнул в Источник своими магическими потоками, чтобы сделать слабость Антона его же силой.

Последствия той опасной техники не прошли даром. И чтобы не просто их устранить, но сделать лучше, чем было, потребовалось моё вмешательство. Мне пришлось насильно слить между собой разрез на Источнике, а затем превратить рубец в укреплённую часть будущего ядра, которая затем начала расходиться узором по всему формирующемуся ядру.

Это тоже походило на хирургическую операцию. Но я лишь подтолкнул магическую систему Антона, чтобы она сама закрыла свои бреши, укрепилась и заложила более крепкую основу для будущего развития. Такое ядро Источника будет особенно крепким и поможет Антону лучше контролировать Пожирателя.

И вот оно сформировалось. Внешняя оболочка первого ранга тоже замкнулась. А Пожиратель успокоился и снова нырнул в недра Источника, как усмирённый зверь.

Антон с удивлением открыл глаза, похлопал ими в мою сторону…

А затем закатил зрачки и начал падать в обморок.

Я подхватил парня и аккуратно усадил его в своё кресло. Простое перенапряжение, причём и магической, и нервной системы. Он вытерпел много боли, контролировал каждый узел, каждый канал, не давая Пожирателю выбраться наружу. Но справился.

Антон отдал всего себя и достиг цели!

Он большой молодец, и теперь пускай отдыхает.

А я вернулся в зал для тренировок, где остальные бесята продолжали бороться со стихийными камерами.

━─━────༺༻────━─━

Итак, итоги первого урока на развитие оказались вполне себе приемлемые.

Первым из камеры выбрался Тихомир. Собственно, примерно этого я и ожидал. Он никогда не паниковал, не волновался излишне и почти ко всему относился спокойно. А именно спокойствие и требовалось в данной ситуации.

Тихомир очень наблюдательный. Он заметил, что в один конкретный угол сектора беснующаяся стихия практически не бьёт. Поэтому уселся там и сосредоточился, понемногу покоряя чужеродную магию. А когда выбрался, под удивлённые взгляды остальных одноклассников побрёл в сторону недостроенной комнаты отдыха. Пока что там стоял только один диван, и Тихомир с чувством выполненного долга плюхнулся на него, чтобы заняться своим любимым делом – спать.

Собственно, там я его и застал, когда вернулся из своего кабинета.

Затем, тоже ожидаемо, справился Андрей Самсонов. У парня и так всё было хорошо с контролем, а семейные мастера наверняка преподали ему немало полезных уроков.

Которые, между прочим, мне не пришлось исправлять!

Кхм…

Потом выбралась Алиса. Но если она поначалу справлялась не очень хорошо, то потом, когда увидела, что из кабинета вернулся один я, без Антона, то в кратчайшие сроки подчинила себе чужеродные водные потоки. А затем на них же, под напором, взлетела на второй этаж и побежала в кабинет. Меня аж будто дождём окатило мимоходом.

А что, кто сказал, что только женщины делают мужиков героями, но не наоборот, хе‑хе?

Но больше никто не справился. К тому же урок уже заканчивался, и бесятам уже следовало отправляться на очередное занятие.

– Так, ребята! – объявил я, отключив все камеры. – На сегодня хватит. Мы закончили пораньше на десять минут. Плюс десять минут перерыв. Так что у вас целых двадцать минут на то, чтобы сгонять в общежитие, принять душ, переодеться и с чистой совестью и чистым телом грызть гранит науки на грядущих уроках!

– Сколько⁈ – возмутилась Анжела. – Всего двадцать минут! Да как я успею‑то⁈

– Сергей Викторович, – прервал её Даня.

– Да? – ответил я.

– Можно мне продолжить после занятий?

– И мне! – тут же вклинился Ярослав.

Парни яростно переглянулись, как самые настоящие соперники. Но быстро уставились на меня, чтобы не видеть друг друга, надо понимать.

– И мне! – отозвался Андрей.

– И мне!.. Я тоже!.. И я!.. – начали откликаться бесята.

– А можно не надо⁈ – подскочил Саня. – Я тут летал от всех четырёх стихий! На сегодня мне хватит!

– Ладно, – пожал я плечами. – Все желающие могут после занятий прийти сюда. Я всё устрою.

Вообще‑то внеурочная секция ещё не начала работать полностью. Нужно было оборудовать здание нормальным водопроводом, электричеством, обставить мебелью и всё такое. Да и бумажки, как всегда, занимали кучу времени. Ведь нельзя учить детей в здании, которое по документам заброшено, прикиньте⁈

Но всё же занятия неофициально я уже могу проводить. К тому же скоро наступит время вступительных экзаменов для остальных учеников академии.

Как сообщила Лена, желающих оказалось много, но не так чтобы уж очень. Слухи о тех тренировках, которые я заставил пройти ребят для прохождения в секцию по ОМБ на каникулах, быстро разошлись по всей академии. Так что репутация сыграла мне на руку, и не придётся возиться с парой сотен страждущих студентов.

Вроде как несколько десятков набралось или вроде того. Смелые ребята!

Скоро они об этом пожалеют, хе‑хе…

Когда бесята разошлись, я увидел Полину Сабурову, которая ждала меня у выхода.

– Полина, что‑то случилось? – спросил я.

– Да, Сергей Викторович, – немного смущаясь, ответила она. – А не могли бы вы, пожалуйста, провести со мной какие‑нибудь дополнительные занятия?

– Хм‑м… – протянул я. – И зачем тебе это?

– Понимаете, – нахмурилась девушка, – я отстаю от ребят. И оказалось, что на каникулах только я занималась всякой фигнёй!

– Всякой фигнёй? Это чем? – улыбнулся я.

– Ну, мы дачу строили, я помогала родителям, – буркнула девушка.

– Так это совсем не фигня! – помотал я головой.

– Ага. Только вот с развитием мне это не особо помогло, – возразила она. – Я после таких каникул в академию чуть раньше времени не рванула! Каждый день упахивалась!

– Зато физуху ты явно подтянула, – улыбнулся я.

Но вообще‑то Полина была права. Она была простолюдинкой, и семейной помощи в развитии магии ждать ей не следовало. Особого дара у неё не было, как и каких‑то сверхординарных способностей.

Да и сама Полина больше тяготела к ботанике и биологии – у неё по итогам первого триместра оказались одни из лучших оценок на курсе. На самом деле ей развитие Источника в таких темпах не то чтобы нужно… Скорее это поможет открыть некоторые сферы ботаники, слишком опасные для низкоранговых магов. Например, чтобы усмирять разломных растений. Каких‑нибудь Плотоядных Шипастых Лилий, которые очень ценятся у любителей всякой диковинной флоры.

– Хорошо, – кивнул я. – Мне нужно будет кое‑что подготовить. Я сообщу тебе, когда встретимся.

– Спасибо большое! – обрадовалась Полина. – До свидания, Сергей Викторович!

И она побежала на улицу.

Я улыбнулся ей вслед, а затем в кармане завибрировал телефон.

– Хм, – нахмурился я. – Сообщение от Палыча?

━─━────༺༻────━─━

Что может быть хуже педсовета? Только незапланированный внезапный педсовет, на который Палыч настоятельно попросил меня прибыть!

Что ж, если очень просят, я прибуду. И надеюсь, там что‑то жутко интересное.

В преподавательской тем временем собралась большая часть учителей академии. Людмила Ивановна приветливо махнула мне, приглашая сесть на свободное место рядом с собой. Как ни странно, по другую сторону от неё сидел немного хмурый, бледный Венедикт. Кажется, отношения между этими двумя понемногу налаживались.

Однако здесь даже присутствовала Инга, которая не так уж часто была на педсоветах. Я сел между ней и Людмилой Ивановной, поздоровался со всеми и спросил:

– Кто‑нибудь в курсе, что за повод такой срочный?

– Не‑а, – помотала головой Инга.

– Главное, чтобы это не были какие‑нибудь указания от министерства, – пробурчала Людмила Ивановна. – А то введут ещё какую‑нибудь пустую норму или переделают нормативы, поменяв слова местами. А мы потом переделывай все свои документы!

– Нет, вряд ли, – хмуро ответил Венедикт.

– Чего это? – прищурилась Людмила Ивановна.

– Я тестирую новую программу. «Документовед» называется, – важно заявил Венедикт. – Она поможет отслеживать все изменения в документах, которые касаются нашей работы.

– Это как? – удивилась Людмила Ивановна.

– А вот так, – ухмыльнулся он. – Если вносятся какие‑то изменения, вам приходит уведомление и выделяется, где именно и как именно что поменяли. Версия, конечно, пока тестовая, но никаких изменений ещё не было. Я уверен в этом, потому что моя программа…

Но тут его объяснение очень вовремя прервала Лена. Она залетела в кабинет с горящими глазами, в которых читалась страшная интрига, бросила в нашу сторону взволнованный взгляд, а затем села поближе к изголовью стола, а не к нам. Инга держала стул как раз для неё. Но Лена жестом показала, мол, так надо и скоро мы все поймём.

Присутствующие затихли. И через несколько секунд вошли ещё серьёзный, величавый, донельзя официальный Василий Павлович и Соломон Адамович. Такой же серьёзный, только с жутко недовольной рожей, которую очень старательно пытался скрыть.

– Многоуважаемые коллеги! – объявил Василий Павлович. – Прошу вашего внимания! У нас срочные новости.

Все затихли, навострили уши. Директор жестом уступил место Соломону, и тот встал, гордо выпятив грудь. Затем прочистил горло и объявил:

– Коллеги, должен сообщить вам, что в связи с некоторыми обстоятельствами я покидаю свой пост и ухожу из академии!

Эм… Чего⁈

У нас что, получилось?

И почему Лена так нетерпеливо ёрзает? Это ещё не все новости?

Глава 16

После заявления Соломона в преподавательской на несколько секунд повисла тишина. Но её нарушил короткий обрывистый возглас:

– Ха‑ха! Наконец‑то! Ой…

Соломон с тихой яростью, с ненавистью посмотрел на Людмилу Ивановну, которая явно ничуть не сожалела о содеянном и лишь встретила его лисьим взглядом. Поэтому Соломон промолчал и постарался сделать вид, что ничего не произошло.

– Кхм, – продолжил он. – Да, я покидаю стены академии. Но не волнуйтесь, на моё место приняли…

Он замолчал, будто не в силах произнести имя преемника. И потому речь подхватил Василий Павлович:

– Не волнуйтесь, дорогие коллеги! – радостно воскликнул он. – Господин Вельцин не оставляет нас без должного присмотра. С сегодняшнего дня заведующим по учебной части нашей академии назначается Елена Алексеевна! Встречайте, друзья, встречайте!

Палыч захлопал в ладоши и жестом пригласил Лену выйти к ним. Девушка аж подскочила от радости и мигом встала рядом с директором.

Она очень широко улыбалась, явно гордилась новой должностью. И только я поднял руки, чтобы похлопать, рядом со мной раздались громкие аплодисменты.

– Ай молодец, девчонка! – с огоньками в глазах воскликнула Людмила Ивановна.

И следом за нами уже захлопали остальные.

– Благодарю вас, благодарю, дорогие коллеги! – взяла слово Лена. – Очень надеюсь на вашу поддержку и плодотворную работу. Будьте уверены, я стану достойной заменой Соломону Адамовичу!

– Надеюсь, будет совсем не так, – прошептала Инга слева от меня.

Лена церемонно поклонилась, Вельцин нехотя ответил подобающим поклоном и вкрадчиво, с ядом в голосе произнёс:

– Да, я передаю дела в достойные руки…

– Вот и замечательно! – вскинул руки Василий Павлович, подавая знак заканчивать рукоплескания. – В связи с этим, коллеги, после уроков попрошу вас немного задержаться. Господин Вельцин организовывает небольшой фуршет в честь своего ухода, поэтому…

– Да, да, кстати об этом, – прервал его Адамович. – Как говорится, делу время, а потехе час. Коллеги, позволю себе напоминание, ведь вы должны спешить на занятия. Перерыв вот‑вот закончится! Я на этом тоже вынужден откланяться. Елена Алексеевна, вас жду в моём… – он осёкся и поправился: – Кхм, в вашем кабинете. Прошу не задерживаться, вам предстоит принять очень много дел.

– Да‑да, конечно, Соломон Адамович! – отозвалась Лена.

Вельцин скупо кивнул и в последний раз обратился к учителям, старательно избегая встречаться со мной взглядом:

– Всех за всё благодарю. Было очень приятно с вами работать!

Он слегка поклонился и поспешил к выходу, как вдруг дверь распахнулась, и в аудиторию завалились Роберт и… Аркаша?

Почему они вместе?

– Ох, мы опоздали! – слишком уж наигранно воскликнул Громов прямо в лицо бывшего завуча. – Господин Вельцин, приношу свои извинения!

Тот успел лишь скривиться в ответ.

– Да‑да, Соломон Адамович, – процедил имя своего дяди Аркадий. – Но мы были заняты, я помогал Роберту Демьяновичу. Вы сами понимаете – ученики важнее, чем…

– Да, да, я понимаю, – буркнул Вельцин, окинув племянничка яростным взглядом.

Аркаша в ответ только ухмыльнулся.

– Позвольте пожелать вам всего наилучшего, – схватил Роберт руку Адамыча.

Причём сжал кисть с такой силой, что я даже услышал хруст костей. А глаза Вельцина так расширились, что немой крик всё равно будто прозвенел в моих ушах.

– Н… н‑не стоит извинений, – натужно прохрипел Адамыч и поспешил покинуть кабинет.

Роберт и Аркаша переглянулись и победно ухмыльнулись друг другу.

Кажется, эта парочка спелась. И Аркаша, как ни странно, решил остаться в академии… Я думал, он поскачет следом за дядей.

– Хмпф! – хмыкнул Сёма, когда Вельцин уже ушёл и звук его шагов затих. – Тоже мне!.. Понимаете ли…

Кабанчик слишком уж наигранно и показушно усмехнулся в сторону ушедшего Вельцина, но так и не смог придумать, как закончить колкость. Бросив это дело, он вдруг устремил свой взор в сторону Лены, шустро подскочил к ней и подобострастно заулыбался.

– Леноч… Кхм, Елена Алексеевна! Очень! Очень рад вашему назначению!

Лена невольно хотела попятиться от него и поджала губы, но…

– Да‑да, мы все очень рады! – я хлопнул по могучему плечу, отчего Кабанчик нервно хрюкнул. – Семён Семёнович, разве у вас нет занятий?

– А? Ой, точно! – опомнился он. – Да‑да‑да, пожалуй, я удалюсь. Ещё раз поздравляю, Елена Алексеевна!

И Сёма стремительно удалился из кабинета. Лена с облегчением вздохнула, проводив его взглядом, и улыбнулась мне.

– Мне всё ещё не верится, Серёж! – пропищала она счастливым голосом. – Это правда? Правда? Я теперь завуч⁈

– Правда, – нежно произнёс я. – И ты этого заслуживаешь, как никто другой, Лен.

Тут её с поздравлениями волной подхватили другие коллеги. Инга начала поздравлять особенно радостно. Она к тому же более всех радовалась, что Адамыч наконец‑то уйдёт, так что её можно понять.

А рядом со мной вдруг встал Василий Павлович.

– Сергей Викторович, – произнёс он слишком уж подозрительным тоном. – Это очень хорошо, что вы здесь. Нам как раз нужно обсудить некоторые моменты насчёт вашей внеурочной программы. Подписать пару договоров и…

– Ой, скоро же занятия! – прервал его я. – Господин директор, мне нужно…

– У вас нет занятий, Сергей Викторович, – хитро улыбнулся Палыч. – Вы что ж, забыли? Это ведь я составляю расписание!

Зараза!

– У вас целых два окна, – продолжил он. – Мы как раз успеем всё решить… Впритык, конечно, придётся поднапрячься. Но поверьте мне, без вас никуда!

– Эх‑х‑х… ладно, – вздохнул я недовольно. – Пойдёмте. Быстрее начнём, быстрее закончим.

Мне кажется или директор будто за что‑то мне мстит? Вот же хитрый жук!

Я всегда подозревал, что он хитрее и смышлёнее Соломона. И вот, пожалуйста – Соломон низложен, Палыч скоро получит лучшего завуча из всех возможных, а я по собственной инициативе уже восстанавливаю один из старых корпусов и организовываю масштабную программу по подготовке первоклассных магов.

Хорошо, что мы на одной стороне.

━─━────༺༻────━─━

В кабинете заведующего по учебной части, немногим позднее…

Лена немного нервничала… Хотя ну что там уж таить. Она очень нервничала!

Такое повышение свалилось на неё слишком неожиданно. И хотя она этого желала всей душой, кажется, оказалась не совсем готовой к подобной ответственности.

Ко всему прочему, ей ещё придётся несколько дней вплотную общаться с Соломоном Адамовичем Вельциным. Прежде чем приступить к своим обязанностям завуча…

«Завуча»…

От этой мысли всё же стало теплее на душе, и лёгкая улыбка сама по себе появилась на её лице.

– Елена Алексеевна… Елена Алексеевна, вы меня слышите?

– А? Д‑да, Соломон Адамович, – отозвалась Лена, которая ненадолго погрузилась в размышления.

Вельцин улыбнулся своими тонкими бледными губами, отчего разум будто окатило холодной водой.

– Вот в этой папке все журналы для заполнения, – он указал на полку в шкафу, заставленную кучей папок, подписанных от руки ровным, даже каллиграфическим почерком.

– А разве всё это не перевели в цифровой формат? – удивилась Лена.

– Мою работу ещё никто не переводил, – процедил Вельцин. – Ах да! Ещё нужны сводные отчёты на основе данных от всего педагогического состава. Вот их нужно запрашивать через академическую сеть.

Соломон нахмурился, будто о чём‑то задумался. А затем продолжил:

– Эта часть да, оцифрована. Но самое сложное – добиться, чтобы каждый из учителей сделал свою работу вовремя и правильно. И не забыл передать вам все данные, конечно. Иначе вам придётся сводить всё в одну таблицу в последний момент. Удачи на этом поприще, Елена Алексеевна, вы будете удивлены безалаберностью многих… коллег.

– С‑спасибо, – тихо произнесла Лена.

Соломон Адамович замолчал и ещё более задумчиво окинул взглядом свой рабочий кабинет. Свой бывший рабочий кабинет, если точнее. Он задержал взгляд на картине, которая висела над небольшим кожаным мягким диванчиком.

На этой картине был изображён древний витязь, свергающий трёхглавого дракона – чудище, к счастью, бывшее лишь легендой Древних.

Соломон как‑то странно нахмурился. Лена заметила это и вдруг почувствовала, как понемногу проникается теплотой к нему. Всё‑таки как бы ни был противен Вельцин и сколько козней ни устраивал всем вокруг, для него это место было чем‑то важным. По крайней мере, Лене так показалось.

– Соломон Адамович, можно вопрос? – решилась Лена.

– Да? – всё так же задумчиво отозвался он.

– Вам очень нравится эта картина? Если хотите, можете её забрать. Не думаю, что Василий Павлович будет…

– Нет‑нет‑нет, – замотал головой Соломон. – Она висела здесь ещё до моего прихода. Так что пускай останется в академии.

Вдруг он улыбнулся и посмотрел на неё. И хотя сперва Лена почувствовала, как по спине пробежали мурашки, всё же приняла эту улыбку за проявление некой доброты.

Сейчас Соломон Адамович показался ей немного с другой стороны – как ответственный и где‑то даже честный человек.

Вообще‑то она думала, что он покинет академию как можно скорее. Но вместо этого Вельцин сам вызвался передать рабочие дела подобающим образом своей преемнице. И это несмотря на то, что свой пост он покинул не по собственному желанию и уж точно рад был видеть на своём месте Лену.

– Хорошо, Соломон Адамович, – улыбнулась Лена. – Давайте приступим. Наверное, стоит начать…

Она задумалась, оглядывая рабочее пространство. На самом деле у Соломона здесь осталось очень много дел! Поэтому она искренне благодарна ему за то, что он решил остаться. В одиночку разбираться со всей этой галиматьёй было бы очень и очень сложно. Уже сейчас мозг хотел взорваться, как только она думала, сколько работы предстоит.

Скорее всего, придётся просить Ингу заняться обстановкой учебного корпуса «номер 13». Лена точно не успеет справиться со всеми делами сразу.

– Вот эти документы! – она указала на целый шкаф, который выглядел самым сложным. И чуть наклонилась, чтобы прочитать название на ближайшем корешке. – «Финансы и…»

– Нет, нет, Елена Алексеевна, – прервал её Соломон Адамович.

Он это сделал слишком уж резко и даже сменил тон. Но Лена откинула подозрения, промелькнувшие где‑то в глубине мыслей, и последовала за ним к другой полке.

– К этому мы с вами приступим в самом конце, – пояснил Соломон Адамович. – Здесь, понимаете ли, как в головоломке. Нужно начать с простого, чтобы прийти к сложному. Тем более что вы там ничего не поймёте, если приступим прямо сейчас. Так что сначала мы с вами изучим структуру всей отчётности, ознакомимся с программами, списками и прочее, и прочее. И только затем приступим к тому шкафу!

Он привёл её к тяжёлому, мягкому, обитому кожей креслу за тяжёлым письменным столом стоимостью, наверное, как вся учебная аудитория, где она работала с учениками.

– Присаживайтесь, Елена Алексеевна, – учтиво произнёс бывший завуч. – И привыкайте! Работа завуча – это не только пугать учителей одним своим видом. Этот стол и этот стул станут вашими самыми близкими друзьями.