Текст книги "Учитель Особого Назначения. Пенталогия (СИ)"

Автор книги: Илья Савич

Соавторы: Виктор Молотов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 81 (всего у книги 91 страниц)

Венедикт ответил на рукопожатие и молчаливо кивнул.

Затем я забрал Данилу, и мы покинули кабинет под милые прощания близняшек‑баронесс.

Уже на улице парень всё продолжал с интересом рассматривать свой браслет. Пока он это делал, я с некоторой гордостью заметил, что Даня не испугался той силы, что таилась в громовых камнях. Скорее он хотел её укротить.

Но всё же я запечатал часть силы духа молнии от беды подальше.

– А вы мне поможете, Сергей Викторович? – спросил он, будто прочитав мои мысли.

– Конечно, помогу, – потрепал его по остывшей макушке. – Только это… сначала сходи к парикмахеру, хорошо? От тебя палёным волосом попахивает.

Я показательно поморщился, а Даня нахмурился и провёл ладонью по волосам.

– По‑моему, проще всё тут сбрить, – отмахнулся парень. – Хорошо хоть брови не пострадали!

– Ага, – кивнул я с улыбкой.

И не случайно не пострадали, между прочим! Просто меня, если честно, немного замучила совесть, что я пошёл таким длинным путём в «опознании» артефакта. Пришлось даже привлечь призраков.

Поэтому я оставил парню хотя бы брови. Да и нужно было баронессам помочь всё‑таки. Перверс‑то хрен с ним. Пережив… кхм, точнее, перенесёт без проблем.

А вот близняшки – другое дело. Я постарался поддержать их так, чтобы взрыв молнии прошёл для них безболезненно. Но при этом каждый получил свой урок.

Во‑первых, когда имеешь дело с артефактом, нужно быть настороже!

А во‑вторых – читай правило номер один!

Надеюсь, они все это уяснили…

━─━────༺༻────━─━

Даню я отправил в общагу. Только попросил, чтобы парень не пытался проводить эксперименты без моего присмотра в своей комнате. Не хотелось бы ремонтировать ещё одно здание за свой счёт.

Сам же я получил сообщение от директора. Он просил меня зайти к нему в кабинет. Интересно, и что же там такое случилось? Только недавно ведь виделись…

Однако, когда я залез в мессенджер, то увидел страшное! В родительском чате моих бесят висело больше тысячи непрочитанных сообщений!

– Ух! – буркнул я и почувствовал, как мурашки пробегают по спине.

Было такое ощущение, что стоит нажать на иконку, и я окунусь в глубочайший тёмный омут. В самое жерло Хаоса!

И всё же я решил почитать, что они там писали в моё отсутствие…

@МашаСавельева:  «Эй, вы слышали? Слышали⁈ Сергей Викторович с нашими детьми пропал! И мужья! Боги, я так волнуюсь!»

@ОстровскийЮрийТим:  «Не волнуйтесь, дамочка. Они всего лишь попали в разлом! К тому же вместе со Ставровым там был граф Краснов. Так что проблем быть не должно».

@РыжовРуслан:  «Да, да, подтверждаю! К тому же там Колесников, Фадеев, Калугин, Воробьёв… короче, куча боевых магов. Так что беспокоиться не стоит».

@СабуроваЗарина:  «И котик! Точнее, Дракотик. Мне дочка тут подсказывает, что один Тедди способен со всем справиться!»

@Анфисочка:  «Это который такой милый, да? Видела фотку! Он такой ми‑и‑илы‑ый!»

Так. Значит, тут куча волнений насчёт нашей пропажи, но родителей успешно успокоили. Ну, спасибо хоть на этом!

Я пролистнул на пару сотен сообщений вниз и остановился.

@СветаЮ:  «Поисковые группы ничего не нашли. Я волнуюсь, уже столько времени прошло!»

@ОстровскийЮрийТим:  «В разломе время может искажаться!»

@МашаСавельева:  «Что, правда? И что же это получается? Они могут к нам вернуться через год?»

@МашаСавельева:  «а то и два?»

@МашаСавельева:  «а то и больше?!!»

@Самсоныч:  «Нет, обычно разница не такая большая. Так что волноваться не стоит. Думаю, они скоро найдут дорогу домой!»

И ещё несколько сообщений вниз…

@Анфисочка:  «Ой, девочки, а вы видели нового учителя на замену?»

@ВасилисаПрекрасная:  «Да, да, Громова Роберта. Да, он тоже боевой маг, как и Сергей Викторович!»

@МашаСавельева:  «А наших детей до сих пор нет!»

@МашаСавельева:  «И не надо меня успокаивать, господа Островский и Самсонов! Я тут на одном валидоле живу!»

Ох… Мария Ивановна, извините…

Что‑то мне совестно стало. Уж кого‑кого не хотел беспокоить, так это маму Сани Савельева.

Я пропускал ленту, потому что не мог прочитать столько сообщений. Но задержался на радостных возгласах.

@МашаСавельева:  «Вернулись! Они вернулись! Сергей Викторович обо всём позаботился. Я знала, знала!»

@ТатьянаВаликова:  «Эх, две недели учёбы пропущено. Как мой мальчик это нагонит?»

@МельниковаЛина:  «Мальчик? У меня муж с боем отпросился на неделю, а на работе не появлялся целый месяц! Вот уж где беда… А Катя уже позвонила, она будто в летнем лагере побывала!»

@МашаСавельева:  «Ага! Саша тоже с улыбкой до ушей! Спросил, можно ли в следующие каникулы опять!.. Ну уж нет!!»

Я наконец‑то закрыл ленту и постучал в дверь кабинета Василия Павловича.

– Да, да, войдите! – раздался его голос.

Внутри меня встретил уже знакомый аромат кофе и травяных чаёв.

И уже привычно взволнованный директор.

– Сергей Викторович, рад, что вы прибыли так быстро! Благодарю. Присаживайтесь.

Судя по виду, разговор нас ожидал серьёзный. Я сел на диван и даже не стал отказываться от чая. Тем более, что Палыч действительно вкусно его готовил.

Ему явно требовалось время, чтобы собраться с мыслями.

– В общем, Сергей Викторович, у нас возникла небольшая проблема, – произнёс он серьёзным голосом. И вид у него изменился – будто перестал играть простачка. – Только что пришло сообщение из Министерства. Вас вызывают для дачи показаний. Завтра же утром вы должны отбыть в город.

Вообще‑то практика вполне себе логичная. Я, как руководитель секции, отвечал за всю группу. И должен был дать подробный отчёт. Только вот…

– Только вот, – произнёс Василий Павлович, глотнув чаю, – очень странное это дело! Обычно они ограничиваются письменными отчётами. Но вас требуют прямо, так сказать, ко двору…

Он с задумчивым видом глотнул чаю. И во взгляде промелькнула та сталь, которую Палыч всё это время старался прятать ото всех.

━─━────༺༻────━─━

На следующее утро…

– Такси покинуло территорию академии, – раздался из динамика голос Громова.

– Ну наконец‑то, – процедил сквозь зубы Соломон Адамович Вельцин. – Роберт Демьянович, вы уверены, что он уехал?

– Да, уверен, Соломон Адамович, – раздался в ответ раздражённый голос. – Я проследил за ним несколько километров. Ставров проглотил наживку.

– Отлично, – ухмыльнулся Вельцин. – Тогда готовьтесь. Скоро мы начнём ваш открытый урок, и на этот раз Ставров не сможет нам помешать.

Соломон Адамович сбросил вызов и ухмыльнулся, глядя в собственное отражение в окне.

Наконец‑то он расквитается за всё!

Глава 8

Тренерская комната в спорткомплексе академии.

– Господа, прошу! Здесь мы можем переговорить без лишних ушей.

Соломон Адамович пропустил вперёд графа Константина Аристарховича Белова и барона Всеволода Мирославовича Колесникова.

Оба высокопоставленных аристократа с некоторым скептицизмом прошли в тесную каморку, где сейчас сидел очень крупный мужчина в спортивном костюме.

– Соломон Адамович! – подскочил он, лихорадочно закрывая браузер на служебном компьютере. – Ух, я… я не ожидал, что вы заглянете сюда! Простите!

Соломон скривился и постарался убедить себя, что на экране мелькнул эфир какого‑нибудь турнира по женскому пляжному волейболу. Где‑нибудь, где сейчас зима только на календаре…

– Семён Семёнович, – раздражённо произнёс Соломон. – Прошу, покиньте помещение. Нам нужно переговорить… наедине.

– О‑о, да‑да! Конечно! – закивал этот неуклюжий физрук.

Уж с чем с чем, но с прозвищем Кабанчик, которым окрестил его Ставров, Соломон не мог не согласиться. Хотя в голову приходило более подходящее – «Боров».

– Как вы просили, всё подготовлено! Стадион в вашем распоряжении! – будто начал оправдываться Семён Семёнович. – Всё на высшем уровне и в кратчайшие сроки! Только‑только вот закончил, и скоро вы во всём…

– Семён Семёнович, – процедил Вельцин. – Мы ждём!

– Да‑да‑да, уже выхожу! Эм, господа…

Стараясь казаться ниже всех в этом помещении (что ему на удивление хорошо удавалось, при его‑то росте), физрук откланялся и на выходе едва не столкнулся с Робертом Громовым, который следовал за их небольшой делегацией молчаливым хмурым хвостом.

Соломон улыбнулся. Было очень приятно повелевать высокоранговыми магами. Чувствовать внутри силу, с которой даже могущественный Источник не может сравниться!

Когда у тебя есть то, что нужно кому‑либо, тебе не обязательно быть всемогущим. Это он уяснил давно.

Да и, помимо магии, есть сила куда более податливая, простая и не менее могущественная.

Белов и Колесников прошагали внутрь и хмуро оглядели тренерскую. Они задержали странный взгляд на Громове и наконец завели разговор:

– Соломон Адамович, – начал Всеволод Мирославович. – Надеюсь, вы ко всему подготовились и это не связано только с этой несуразной жертвой стероидов? Сегодняшнее представление должно пройти без сучка без задоринки!

– И я очень надеюсь, что оно того стоит… – мрачно произнёс Константин Аристархович.

И тут уже самодовольный барон Колесников вдруг начал ластиться к куда более могущественному графу Белову:

– Это несомненно, господин Белов! Ставрова необходимо перетянуть на нашу сторону! Но добровольно он точно не перейдёт. К тому же Ставров уже имеет огромное влияние на графа Краснова!

При упоминании Артёма Ярославовича на лице Белова промелькнул мимолётный оскал. Идея устроить всё это принадлежала именно Колесникову, и он преследовал только личные цели, Соломон был уверен. Всеволод Мирославович желал усилить род своим даровитым сыном и бросал на это все свои силы.

Отцовский запал был так силён, что Колесников смог уговорить даже Белова. Тот отреагировал сразу, как только услышал, что Краснов может усилиться за счёт учителя своих детей.

И этим предрешил исход.

– А то, что творит с детьми!.. – продолжал Всеволод Мирославович. – Послушайте, я видел его учеников в деле. Даже мой сын, очень способный молодой маг, вёл себя более растерянно в разломе, чем эти дети простолюдинов и бастарды обедневших родов. Рядом со Ставровым дети будто раскрываются! Не могу объяснить, каким способом. Но, допустим, Городецкий…

– Городецкий? – фыркнул Белов. – Эта пародия на мага⁈

– Алексей Городецкий, сын этого идиота, вернулся с задания значительно сильнее себя прежнего! – настоял Колесников. – С учётом того, что случилось с его магической системой, это просто чудо, поверьте. Я видел собственными!..

– А вот Фадеев был куда менее лестный по отношению к Ставрову, – заметил Белов.

– Фадеев! Ха! – хмыкнул Колесников. – Поверьте, там дело совсем не в Ставрове…

– Эм, господа, позвольте вас прервать, – самым что ни на есть подобострастным голосом вклинился Соломон.

Ему осточертело слушать про то, какой Ставров удивительный педагог! Этот ублюдок уже не раз порушил все его планы. Пришлось даже задвинуть племянника, чтобы тот не отсвечивал до поры до времени.

А ведь план был такой простой! Поставить грёбаного Аркашу классным руководителем у второго «А» и показать, какой он отличный учитель. Конечно, не без помощи самого Соломона.

Но главное, что оценки детей самых богатых и влиятельных родителей под его руководством совершили бы небывалый рывок. И тем самым Вельцин ещё прочнее смог бы закрепиться среди аристократической и финансовой элит. Среди сильных мира сего!

А там уже выход на императорский дворец, хе‑хе…

Но даже «приукрашенные» результаты меркли по сравнению с тем рывком, что Ставров устроил второму «Д»…

Классу отщепенцев, бастардов и простолюдинов!!! Как же это бесило!

Но ничего. Ничего… Ставров хотел помешать Соломону, но теперь сам исполнит его волю! Ну, а если не исполнит…

Что ж, в таком случае Соломон всё равно окажется в выигрыше!

Беспроигрышный план.

– Господа, – вдруг вклинился Громов, не дав Соломону договорить.

Что он себе позволяет⁈

– Я надеюсь, что наши договорённости в силе? – спросил этот выскочка. – Просто уточняю…

Роберт скривился, когда поймал на себе презрительные взгляды Белова и Колесникова. Они смотрели на него как на отброса. И это наверняка доводило до скрипа в зубах, особенно с учётом того, что как маг он превосходил их обоих.

Соломон видел эту ярость в глазах Громова и ухмылялся про себя. Он прям не мог дождаться, когда увидит такую же бессильную, отчаянную ярость в глазах Сергея Ставрова, когда тот окажется у него на поводке!

– Да, Роберт Демьянович, – ответил за Белова и Колесникова сам Соломон. – Господа держат своё слово! И вы получите все необходимые рекомендации для восстановления своих регалий…. Только вы должны безупречно сыграть свою роль. Не забывайте об этом.

– Не забуду, – кивнул Громов.

– А эти ученики Ставрова не попортят игру? – спросил Всеволод Мирославович. – Они ведь своенравные. И ещё более дикие, чем сам Ставров! И я вообще не уверен, что кто‑то, кроме него, сможет с ними управиться…

– Не волнуйтесь, – мрачно ответил Громов. – Мне удалось наладить хороший контакт с половиной класса, и они убедили остальных, что мне можно доверять. Так что проблем не предвидится.

– Очень на это надеюсь, – процедил Константин Аристархович. – Что ж, раз все приготовления закончены, а наши договорённости в силе… позвольте откланяться.

Он произнёс с таким тоном, будто слишком долго задержался в не слишком подобающей уборной. А затем добавил:

– И поспешите! У меня ещё много дел, и я не хочу задерживаться здесь ни единой лишней минуты.

– Да, да, конечно! – закивал Соломон. – Прощайте. До встречи в ложе.

– Ах да… – остановился у самой двери Белов. – Попечительский совет не должен знать о наших договорённостях, Соломон Адамович. Я надеюсь, вы это отлично уяснили.

– Несомненно, несомненно! – закивал Соломон с такой холуйской улыбкой, какую только мог состроить.

А когда дверь закрылась, он тут же эту улыбку сбросил.

– Ты уверен, что с мелкими ублюдками проблем не будет? – процедил он Громову.

– Да, эти отбросы ничего не подозревают, – хмуро ответил Громов. – Для них я добрый дядя‑боевой маг, который делится байками из разломов. Они от меня в восторге.

– Это очень хорошо… – осклабился Соломон. – Просто замечательно.

━─━────༺༻────━─━

Немного позднее. Смотровая ложа стадиона академии.

Почти весь попечительский совет собрался здесь, в смотровой стадиона. Влиятельные аристократы, богатые меценаты – все те, кому Соломон Адамович помогал, помимо всего прочего, уменьшать налоги за счёт пожертвований, которые были лишь на бумаге. И, конечно же, повышать репутацию за счёт участия в государственной программе.

Но были и другие – родители второго «Д»…

– Откуда они здесь все собрались⁈ – процедил Соломон своему племяннику Аркадию.

– Не знаю…

Тот выглядел мрачно, хмуро и всем видом давал понять, что в обиде на дядю.

– Да не дуйся, – процедил Соломон. – Сейчас нужно поступить так! А когда всё провернём, будет тебе какой‑нибудь класс с богатенькими отпрысками. Первокурсники поступают каждый год, не забывай!

– Хорошо, дядя, – буркнул Аркадий.

И снова Соломон подумал, что Ставров, чтоб его монстры разодрали, был чертовски прав, когда называл его Аркашей.

Аркаша – он Аркаша и есть… До Аркадия Самуиловича ему ещё как…

Но мысль прервал взволнованный директор, который вдруг вошёл в ложу. И настроение Соломона сразу же приподнялось!

– Василий Павлович! – осклабился он, раскинув руки. – Вы чуть опоздали!

– Да, едва не опоздал, – буркнул директор в ответ. – Потому что я только недавно получил извещение о проведении открытого урока! Соломон Адамович, я директор, вы не забыли⁈ Я должен был узнать об этом первым!

– Правда? – наигранно удивился Соломон. – Ой, простите великодушно! Возможно, сообщение отправилось с ошибкой или задержкой…. Надо уточнить у Венедикта Давидовича, да! Думаю, это в его программах что‑то не так. Клянусь всеми богами, я сообщил вам об этом решении попечительского совета, как только о нём сам узнал!

Как же было радостно видеть это растерянное, взволнованное и полное страха лицо директора!

– Ну да, – хмыкнул Василий Павлович. – Я спрошу у Венедикта Давидовича, что же это было…

– Спросите, спросите, – ядовито усмехнулся Соломон.

Вот он, трепет перед неминуемой победой!

Соломон еле сдерживал восторг. Он не мог насмотреться на взволнованные, испуганные, бегающие повсюду глаза директора. На недовольные лица родителей второго «Д» – отщепенцев из мира аристократии и тех, кто не достоин даже такого низкого звания.

Хм, ну разве что Анфиса Елизарова имела какой‑никакой вес. Или Арсений Тарасов, который вот‑вот, казалось, начнёт стычку с первым попавшимся магом! Они способны доставить немного проблем.

Но это всё – пыль!

По‑настоящему настроение подпортил вошедший граф Краснов. Даже граф Белов встал с кресла и почтительно поздоровался с ним так, словно они были лучшими друзьями.

Но на самом деле их вражду было видно невооружённым глазом. Ещё немного, и эти двое выпустят свои магические ауры и разорвут к чертям всю ложу.

Что ж, пора начинать! Соломону прямо не терпелось увидеть это представление.

Это его день! Его победа!

Все старания будут вознаграждены! И никакой Ставров не сможет помешать!

Потому что Ставрова здесь нет! Он сейчас мчится в министерство по ложному извещению, ха‑ха!

– Господа, господа, прошу внимания! – объявил Соломон. – Урок вот‑вот начнётся. Господин Громов выводит на стадион детей. Прошу вас всех как можно беспристрастнее оценить его навыки педагога. Вы убедитесь, что даже с таким классом, который смог укротить лишь несравненный Сергей Викторович Ставров… – эту часть было тяжелее всего произнести, но просто необходимо, – Роберт Демьянович Громов справится без проблем!

Соломон достал микрофон и хотел уже дать команду к старту. Набрал в лёгкие воздуха…

– Всем доброе утро! – раздался вдруг до дрожи знакомый голос. – Я не опоздал, да? Фух, кажется, нет!

Соломон медленно обернулся, изо всех сил молясь, чтобы ему просто показалось.

Просто показалось…

Но нет.

Перед ним стоял этот ублюдок. Это исчадие самых ужасных разломов. Этот монстр в человечьем обличии!!!

– Господин Ставров… – процедил Соломон. – Вы… вы как раз вовремя…

Ставров держал на своей самодовольной роже свою треклятую ухмылку. А директор вдруг перестал выглядеть как растерянный и испуганный человечишка.

Соломон с ужасом заметил, КАК они переглянулись, и почувствовал, как победа, которая находилась у него в руках, стремительно обращается прахом.

Глава 9

Ох, ох, ох, ох!

Видел бы Адамыч прямо сейчас своё лицо. Да у него вид такой, будто тазик лимонов проглотил.

Оно того стоило, Хаос его раздери! Все приготовления были не зря.

Я зашёл, а он такой улыба‑а‑е‑ется! Улыбается! А потом, как услышал мой голос, медленно повернулся, и плавно, будто в замедленной съёмке, его грёбаная лыба превратилась в гримасу ужаса и удивления, как будто он увидел призрака Перверса в женских панталонах.

– Добрый день, дамы и господа! – улыбнулся я и поздоровался со всем попечительским советом и родителями моих бесят.

Здесь, конечно, были не все из них. Только те, кто успел отреагировать на столь позднее уведомление от Соломона. Вот же упрямый засранец, а! Сколько ещё раз мне нужно обламывать его планы?

Да, этот старый лысый хрыч с париком, который сейчас слегка отлип от вспотевшей макушки, не смог нас обдурить. В том числе он не смог обдурить Василия Павловича Чернышевского – самого хитрого человека во всей академии, как бы Соломону ни хотелось казаться крутым манипулятором.

Директор сразу заподозрил неладное, и мы вместе придумали отличнейший план. Сперва я сделал вид, что повёлся на фальшивое извещение и отправился в министерство. Даже пришлось несколько километров терпеливо ждать, пока этот супер‑пупер разведчик Громов наконец‑то отстанет со своей слежкой.

Затем я поблагодарил водителя, сказал ему ехать до города, а сам вышел и начал следить уже за Робертом.

В глазах директора я исполнял чудеса военной, разведывательной и диверсионной подготовки, маскировки и слежки… Но на самом деле спокойно попивал чаёк с пряниками и слушал, чем занимаются Вельцин и Громов.

Но они просто издевались! Такой скучной слежки у меня никогда не было. Всё то время до того, как они собрались в тренерской, Соломон читал какой‑то женский роман про несчастную, но гордую девушку в сложной ситуации и её властного босса, который на бедняжку положил свой тестостероновый глаз. А Роберт… ну просто бродил по академгородку в ожидании, когда начнётся открытый урок.

Но теперь я точно знаю, что Громов всего лишь лживая скотина! Называть моих учеников отбросами⁈ Ну, падла…

Фиг с ним, с Соломоном. Но к тебе, Роберт, они ведь реально хорошо отнеслись. Такого я не прощу.

Однако в деле оказались замешаны не только Вельцин, Громов и Колесников, но и сам граф Белов. Как выяснилось, конкурент Артёма Ярославовича Краснова.

Так что теперь настал момент ответных ударов. Тем более выход из ситуации мы с Палычем всё‑таки придумали, и ещё какой.

Но об этом немного позже…

– Сергей Викторович, вы уже вернулись из министерства? – нахмурился Соломон Адамович. – Я слышал, вас вызвали для дачи показаний.

– О да, об этом… Знаете, там произошла какая‑то ошибка, – махнул я с залихватской улыбкой. – Я позвонил своему знакомому. Ну, вы его знаете – Кондратий Ефимыч. И он мне сказал, что никаких извещений в мой адрес не было, представляете? Хорошо, что я додумался позвонить ему ещё в машине.

– Сергей Викторович, прошу, присаживайтесь, – улыбнулся Артём Ярославович. – Кажется, мы как раз собирались начинать урок.

– Благодарю, Ваше Сиятельство, – кивнул я почтительно и уже направился к свободному креслу, переглянувшись с Василием Павловичем, как вдруг остановился.

– Ну чего ещё⁈ – несдержанно буркнул Соломон.

– Я тут просто подумал… – протянул я с хищным оскалом. – Мне кажется, в этой ситуации есть один очень нечестный момент!

– И какой же? – злобно процедил (пока ещё) завуч.

Он, как ему казалось, незаметно переглядывался с графом Беловым и бароном Колесниковым, которые явно не обрадовались моему появлению. Правда, злоба в первую очередь была направлена именно на Соломона.

– Скажите, пожалуйста, мои бесята знают, что у них сейчас проводится открытый урок? – прямо спросил я.

Я плавно сменил траекторию и подошёл к остеклённому панельному окну с видом на весь стадион. Отсюда открывался замечательный вид на то, как мои бесята стоят в ровной шеренге перед ублюдком Громовым и даже улыбаются в предвкушении. Мне удалось привить им страсть к покорению новых вершин и соревновательный дух. А урок ведь действительно обещал быть интересным… Даже жалко прерывать его.

– А какое это имеет отношение к делу? – скривился Соломон.

– Самое прямое, – осклабился я и выхватил микрофон у Соломона. – Меня слышно? Раз‑два‑три, раз‑два‑три…

По стадиону разнёсся мой голос, и ребята тут же отреагировали. Вскоре они заметили меня в ложе и заулыбались.

Блин, я тоже заулыбался. В груди мгновенно стало теплее.

– Эй, Шалопаи, привет! – воскликнул я.

– Сергей Викторович, что вы себе!.. – Соломон кинулся было ко мне, но я остановил его строгим взглядом.

Старикашка замер, оцепенел. От лёгкого веяния моей ауры его пробило на мурашки.

– Сергей Викторови‑и‑ич!!! – воскликнул Саня.

А Громов с яростным взглядом обернулся в сторону ложи и поймал на себе уже мой взгляд.

– Шалопаи, представляете? Тут оказалось, что у вас открытый урок идёт. Помашите своим родителям. Они здесь не все, правда, но пришли вас поддержать!

– Чего? А⁈ Ни фига себе!! – Шалопаи начали переглядываться и перешёптываться, они пытались высмотреть знакомые лица, хотя снаружи могли видеть только меня и Соломона, потому что мы стояли совсем близко к окну.

Громов тем временем занервничал. А ровная шеренга учеников превращалась в хаотичную толпу.

– И дело в том, – продолжил я, чувствуя, как закипают Источники Белова, Колесникова и Адамыча, – что по итогам этого открытого урока Попечительский совет академии примет решение, назначать ли вашим новым классным руководителем Роберта Демьяновича. Классно, правда?

– А⁈ Чего⁈ – громко воскликнул возмущённый Саня.

– Какого ляда!! – тут же поддержал его Боря.

– Да вы чё, совсем охренели⁈ Да ну на фиг! Не верю!!! – загомонили мои родненькие ученики.

– Роберт Демьянович, это что ещё такое? – выступила Анжела.

– Как это понимать⁈ – хором воскликнули Алиса и Стефания.

Со стадиона, так кропотливо подготовленного к открытому уроку, теперь стали доноситься крики возмущения и грохот магических снарядов. Пока что в качестве привлечения внимания, но Влад Воробьёв уже начинал распаляться и скоро грозил устроить нехилое огненное шоу.

– Вы решили сорвать урок! – взорвался Соломон.

Но вдруг он усмехнулся, будто ухватился за нить, которая вела к спасению.

– Господа! – засранец резко обернулся к попечительскому совету. – Вот к чему привело разгильдяйство Василия Павловича Чернышевского! Учителя смеют врываться на официальные мероприятия, на которые прибыли многоуважаемые гости… – он нарочито почтительно поклонился аристократам, и те отреагировали на лесть, горделиво приподняв подбородки. – Это просто немыслимое неуважение, которое может допустить лишь никчёмный директор!

Конечно, можно было поставить всё на самотек. И тогда моё мнение никак бы не повлияло на поведение бесят. Но зачем?

Ведь, по сути, Громов обманывал моих учеников. И я не позволю ему и дальше водить их за нос.

Поэтому с усмешкой слушал Адамыча и краем глаза смотрел, как там чувствует себя Громов.

А этот засранец оказался крепким орешком. Пока мои Шалопаи кричали, бесились и угрожали закидать смотровую ложу огненными шарами, ледяными копьями и прочими магическими приблудами, он их пытался успокоить и уверял, что ничего страшного не происходит.

Источник его находился в ярости, но внешне Роберт был спокоен и вёл себя как нельзя лучше.

Вообще‑то он и правда неплохо справился бы, не пытайся он меня облапошить. Стадион был разделён на этапы‑станции. Интересная идея, между прочим. На каждой из таких станций ученики проходили бы сдачу норматива, например оказание первой помощи, подачу сигнала спасения и всё в таком духе. А затем бежали бы к следующему этапу. И так, пока не пробегут весь круг по стадиону.

Просто и со вкусом, я бы сказал. И соревновательный момент, опять же – все видят соперников, их время. И хотят не только выполнить норматив, но обогнать остальных.

– Отнюдь! – выступил Василий Палыч. – Дело в том, господа, что я обладаю намного большим количеством информации насчёт второго «Д» класса и уверен…

– То есть вы игнорируете запросы попечительского совета⁈ Людей, которые обеспечивают львиную долю финансирования академии⁈ – снова воскликнул Соломон, пытаясь держать себя на плаву.

Но это, признаться, не очень‑то удавалось. Граф Белов сидел рядом с Красновым с невозмутимым видом. Колесников, который заварил всю эту кашу, и вовсе весь нервничал. Его Источник метался из стороны в сторону, а глаза бегали от Белова к Соломону, очень быстро старались пробежать мимо меня, и так по кругу.

Члены попечительского совета, всякие графья, бароны и прочие шишки слушали это всё с таким видом, словно смотрели реалити‑шоу. А вот родители моих бесят не на шутку завелись.

– Вы что, совсем охренели⁈ – подскочил Тарасов.

– Да! Что за беспредел⁈ – прорычал Свиридов.

– Поддерживаю! – вдруг присоединился к нему Рыжов. – Самый настоящий беспредел!

Вот уж невидаль! Они так, глядишь, и помирятс…

А, нет. Как только заметили друг друга, демонстративно отстранились.

– Господа! Господа! – громогласно объявил директор, успокаивая всех.

Сейчас мне нужно отдать лавры ему – пусть укрепит позиции. И от меня хоть немного отстанут…

А то нашли моду – за учителем гоняться! Нет уж. Пусть с попечительским советом имеет дело Палыч. Я лучше буду детей учить.

– Не волнуйтесь, – продолжил он. – Мы совместно с Сергеем Викторовичем разработали компромиссное решение, которое, уверен, удовлетворит всех здесь присутствующих!

Снаружи раздавались крики и грохот магии. Я продолжал следить за Громовым, и он действовал вполне неплохо. Роберт, конечно, растерялся. В подобных случаях, будь на месте учеников солдаты, он спокойно применил бы физическое насилие или пригрозил губой.

Но здесь приходилось действовать намного деликатнее, поэтому он перехватывал снаряды, гонялся за шилоприводным Савельевым и терпеливо уговаривал бесят не беситься. Не особо успешно, правда…

Но никак не хотел срывать свою маску ублюдка. И это меня настораживало.

– И какое же это решение? – спросил Артём Ярославович, чем заставил всех собравшихся угомониться окончательно.

Константин Аристархович Белов не смог скрыть всплеск своего Источника в этот момент. Авторитет Краснова давил на его самолюбие, но лицо он держал, словно профессиональный игрок в покер.

– Сергей Викторович, – произнёс Краснов, обратившись ко мне, – пожалуйста, успокойте детей.

– Ладно, – ухмыльнулся я и пожал плечами.

Затем снова подключил громкоговоритель и воскликнул:

– Шалопаи! – в тот же миг грохот утих. – Спокойствие, только спокойствие! Сейчас всё решим.

Все присутствующие в смотровой ложе переглянулись и с удивлением отметили, как быстро я приструнил бесят. Источник Громова ещё раз шелохнулся от негодования, однако он так и не сорвался. Умный засранец! Понял, куда ветер дует.

Но если не остановить ребят сейчас, они разнесут к хренам весь стадион. Это не сделает ситуацию лучше.

– Василий Палыч, прошу, продолжайте, – кивнул Артём Ярославович.

Директор почтительно кивнул.

– Совместно с Сергеем Викторовичем мы разработали программу дополнительного образования в рамках нашей Академии Общемагического Образования. И господин Ставров вызвался курировать её в качестве главного педагога.

– Дополнительное образование? – нахмурился Арсений Тарасов.

– Да, – теперь уже выступил я. – В академии много даровитых юных магов, и я не могу пройти мимо них. У меня уже есть опыт работы с детьми из других классов, даже других курсов. И вполне успешный. Теперь мы решили систематизировать эту практику.

– Если так, – возразил вдруг Колесников, – к вам могут хлынуть ученики со всей академии! А если вы будете обучать всех, Сергей Викторович, вы не обучите никого должным образом!

– О, не волнуйтесь! – улыбнулся директор. – Вход в программу дополнительного образования не свободный.

– Деньги? – взволновалась мама Полины Сабуровой.

– Нет‑нет, – замотал головой Василий Павлович. – Дети должны будут пройти отбор, чтобы доказать свою решимость.

Мы вкратце описали идею. Я буду возглавлять несколько учителей в рамках внеурочных занятий с отдельной программой. Вход в программу через мой личный отбор, и это не требует дополнительной платы от родителей. То есть обучаться могут как простолюдины, так и родовитые отпрыски.

Попечительский совет внимательно выслушал нас и решил это обсудить. Они переговаривались не как на заседании, но между собой. Перешёптывались, спорили, даже ругались.