Текст книги "Учитель Особого Назначения. Пенталогия (СИ)"

Автор книги: Илья Савич

Соавторы: Виктор Молотов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 91 страниц)

И тут Лена вдруг сбросила улыбку, которую так безуспешно пыталась натянуть, и стрельнула в библиотекаршу пронзительным взглядом. Инга тоже переменилась, поджала губы и глотнула из бокала.

Да что между ними произошло-то⁈ Это как-то связано с заклинаниями?

– Сергей, – серьёзным тоном обратилась Лена. – Большое спасибо за угощение, всё очень вкусно. Но мы здесь собрались по другой причине, насколько я помню.

– Да, точно, – слегка улыбнулась Инга. – Давайте уже составим ваш учебный план. Вы же за тем позвали нас обеих?

Умная женщина! Обожаю умных женщин.

Лена не подала виду, однако её Источник немного вспыхнул от ярости. Но она выдохнула и сказала:

– Нам нужны учебники по ОМБ, методички, – тут она бросила взгляд в сторону Инги, – постановление департамента образования и…

– И ещё немного этого замечательного напитка! – вставила Инга, опустошив бокал. Затем она посмотрела на Лену и добавила: – Или много.

– Или много… – вздохнула Лена.

Вот так, благодаря врождённому обаянию, кулинарному мастерству, нескольким занимательным историям и двум красивым девушкам я решил проблему с учебным планированием.

Но что же произошло между Леной и Ингой? Чую, там какая-то мутная история. И каким-то образом она связана с заклинаниями.

━─━────༺༻────━─━

Прикиньте, оказывается, новые учебники и новая программа обучения между собой не согласуются ни по хронологии, ни по темам в некоторых случаях. Я-то думал, всё просто. Есть учебник, в нём темы, иди по нему, и так до конца года.

Оказывается, ни фига не так!

Темы по программе в учебнике скачут с пятой страницы на двести восьмую, потом на тридцать пятую, затем на трёхсотую… Ну короче, логика понятна. Точнее, её отсутствие.

Но это ещё ладно, с этим можно работать. А как быть с темами, которых в учебнике нет?

Скажете, такого не может быть?

А может! Представьте себе, может! Я сам охренел, когда узнал. Либо в департаменте сидит какой-то извращённый вражеский диверсант, который поставил целью задолбать учителей и тем самым лишить нашу державу образования, либо там криворукие полоумные кретины, которые «2+2» на калькуляторе проверяют.

Но учебный план – это клёвая вещь! Правда, учителям приходится изгаляться, чтобы подстроиться под идиотские нормы, зато потом работать очень удобно. Несколько часов над бумагами, документами, учебниками, которыми мы с Леной и Ингой реально обложились со всех сторон, и у меня в компьютере теперь есть удобный документ! Что-то вроде шпаргалки получилось, и теперь в течение всего триместра я могу подглядывать, чем занять спиногрызов на занятиях. Если не будет идей поинтереснее, я даже буду этому следовать.

Так что на следующее утро я лёгкой походкой отправился к директору. И на подходе к администрации уловил знакомые голоса внутри здания.

«Вот! Здесь всё готово, комар носа не подточит.» – ворчал завуч по учебно-воспитательной работе собственной персоной.

«Спасибо, дядь… в смысле, Соломон Адамович», – проблеял Аркаша.

Голос бедолаги до сих пор дрожал. Неужели он такой впечатлительный? Ну подумаешь, едва не снесли мягкое место. До свадьбы стопудово зажило бы! А вот насчёт женитьбы ему переживать стоит. Кто ж на такого дядиного племяшку позарится?

«Н-но можно вопрос?» – парню явно пришлось набраться храбрости, чтобы сказать это.

«Чего тебе?»

«Вы уверены, что ему можно доверять? Вдруг он подсунул что-то…»

«Я никому не доверяю, дурень! – прервал Аркашу дядя. – А он у меня на коротком поводке. Если посмеет нагадить, загоню обратно в будку. С решётками, хе-хех… Так что он ничего такого не подсунет, будь уверен».

Хм, интересно. Я так полагаю, они говорят об учебном плане. Аркаша ведь пришёл со мной в один день и тоже не мог успеть всё подготовить.

Вот прохиндей! Да за него всю работу сделали, а он на всём готовеньком, значит, отчитываться идёт.

Я для этого хотя бы старался!

«Всё, иди! – бросил Адамыч. – И не смей опозориться снова!»

«Это всё Ставров! – выпалил Аркаша. – Кто он вообще такой⁈ Откуда взялся⁈»

«Иди! – уже рявкнул завуч. – С ним разберёмся, не волнуйся».

С Адамычем мы пересеклись на лестничной площадке. Засранец старался делать вид, что меня нет.

Что ж, тогда мановением потока магии парик с его макушки снёс явно какой-то дух!

Группа учеников, которые проходили мимо, громко захихикали, Адамыч замер, тявкнул от неожиданности.

– Ах ты!.. – обернулся он, но меня уже не было.

Точно злой дух!

━─━────༺༻────━─━

– Отлично, отлично, Сергей Викторович, – улыбался во все тридцать два зуба Василий Палыч. – Отлично исполнено. Признаться, я не ожидал.

– Почему же? – прохладным тоном спросил я. – Быть может потому, что вы мне не всё рассказали о вакансии, господин директор?

Палыч тут же виновато скривился, занервничал.

– Понимаете, Сергей Викторович, – сорвавшимся голосом начал он оправдываться. – Кхм… Я просто должен соблюдать интересы академии, прошу меня понять. Я не мог упустить такой ценный кадр из-за рутинных обязанностей учителя.

Я продолжал сверлить его суровым взглядом.

– Н-но вы справились! – пискнул он, снова сорвав голос. – Отлично справились, должен отметить! Не хуже Елены Алексеевны, а она, поверьте мне, одна из лучших!

Ну тут уж я не мог продолжать над ним издеваться. Тем более, что хотелось посмеяться. Палыч уловил оттепель и немного успокоился, снова заулыбался.

– Вообще должен признаться, – поделился он, – я крайне обнадёжен насчёт вас и вашего коллеги, Аркадия Самуиловича. Два новых сотрудника, а уже показали такие результаты! Его работа, конечно, немного уступает вашей, но сразу видно, что человек он очень способный. У меня большие надежды на вас обоих, Сергей Викторович! Огромные!

Я не стал разочаровывать директора и попрощался. Скоро должен начаться урок у моих оболтусов, так что не стоит опаздывать. А то задержусь на пару минут, и от аудитории ничего не останется.

Но когда я уже потянулся к ручке двери, Палыч меня вдруг окликнул:

– Сергей Викторович!

– Да?

– Слышал, вы с Аркадием Самуиловичем провели совместный урок вчера на стадионе? И насколько мне довелось понять, очень продуктивно. Рад, что вы с ним подружились. Думаю, классам «А» и «Д» стоит почаще работать вместе, как вы на это смотрите?

Директор смотрел на меня чистыми невинными глазами, и я не мог понять, строит ли он из себя дурака или на самом деле за маской простачка скрывается манипулятор, каких поискать.

– Не имею ничего против, Василий Павлович, – кивнул я.

А ведь за Аркашей до сих пор должок по пробиву вышибальным мячом. Не думаю, что его обрадует идея директора, но раз уж против меня затевается какой-то заговор, предпочту держать врагов поближе.

Я вышел из кабинета и направился к лестничной площадке. До начала занятий оставалось пятнадцать минут, а чуйка почему-то гнала меня вперёд, словно морской ветер, наполняющий паруса.

Но тут на пути показалась преграда. Девятиранговая, с убранными в пучок волосами и в белом халате такая.

– Вы!!! – гаркнула она на весь коридор.

И с ускорением помчалась на встречу, только стук каблуков стоял.

– Вы! – повторила она в шаге от меня.

– Агась, – кивнул ей, проходя мимо.

Марина, которую по словам Лены боялся даже директор академии, замерла на месте, не веря собственным глазам. Затем резко развернулась и снова приказным тоном воскликнула:

– А ну стоять! Стоять, я сказала!

Я не обращал внимания и продолжал шагать. На некоторое время воцарилась тишина, хотя из кабинета директора я услышал испуганный шёпот:

– Боги, боги, боги, это же её голос! Только бы не зашла ко мне. Нужно спрятаться… О, точно! Под стол!

Серьёзно? Я даже подумывал вернуться и увидеть это собственными глазами, но Марина Батьковна поняла, что её строгий вид и надрывный голос на меня впечатление не произвели, и снова затопала в мою сторону.

Её Источник странно дрожал, поэтому я не сиганул в ближайшее окно, чтобы отделаться от этой назойливой баб… женщины. Чуйка подсказывала, что стоит выяснить, в чём дело. И как всегда, оказалась права.

– Сергей Викторович! – уже куда мягче воскликнула лекарка. – Остановитесь!

Теперь тон не был приказным, а скорее напоминал мольбу о помощи, потому я остановился.

– Это касается Антона, – тут же выпалила она. – Он в опасности. Что вы с ним сделали!.. А-а-ай!

Я схватил лекарку за талию, распахнул окно и сиганул наружу. Марина от испуга вцепилась в меня и заверещала тоненьким девичьим визгом, когда мы пролетали над корпусами в сторону медицинского корпуса.

Антон не был в опасности. И не должен быть. Но я не учёл одну важную деталь и теперь осознал свою ошибку. Лекарка не может так подробно рассматривать структуру чужой магии. Подумать только, каких дел она могла натворить!

И чтобы разобраться с этим, у меня есть меньше пятнадцати минут. Ох, чую, мои оболтусы сейчас не новенькие учебники листают!

Глава 9

Марина вновь запищала, пока пикировали прямо в закрытые створки, но перед самым приземлением они отворились, повинуясь моим потокам магии.

Мы влетели прямо в окно палаты, где был Антон.

Парень лежал без сознания, хотя должен был очнуться ещё пару часов назад.

– Что вы с ним сделали⁈ – рыкнул я на обескураженную лекарку.

Её волосы встрепенулись, а вид был рассеянный. Неужели на них всех оказывает такое впечатление обычный прыжок? Ну, подумаешь, чуть выше и чуть дальше прыгнул. Некоторые маги вообще летать умеют!

– Стандартный комплекс, – заикаясь, начала оправдываться Марина. – Витамины, капельница, капсулы для стабилизации Источника, и ещё несколько…

– Капсулы чего? – прервал её я.

– Для стабилизации Источника! – опомнившись, лекарка начала уже защищаться, и голос её стал твёрже. Она вдруг решила наступать: – Сергей Викторович, я вам говорила, чтобы вы пришли ко мне после занятий! Мальчик находился в странном…

– А я вам сказал: дать ему отоспаться и накормить утром, – ответил я уже ровным тоном.

Меня редко удаётся разозлить, но у лекарки это отлично получилось!

Марина пыталась перекинуть вину на меня, но этого не выйдет. Хотя отчасти она всё же была права – не стоило доверять своего ученика непонятно кому. Девятый ранг Источника ещё не говорит о благоразумии человека.

– Вон! – велел я.

– Это моя больница! – возразила Марина.

– Вон, я сказал!

Получилось жёстко и громко. Наверняка меня услышали и в коридоре, но сюсюкаться тут я не собирался. Марина не понимала спокойных обращений и реагировала только на повышенный тон.

Серьёзность моих намерений Марина поняла быстро. И, видимо, отлично понимала, что ничем не сможет помочь Антону, поэтому молча покинула палату.

Я же присел на кровать, проверил пульс Антона, открыл его веки, посмотрел реакцию на свет. Ну, ничего особо страшного пока не произошло.

Я оголил его грудь и коснулся горячей кожи. У парня начался жар. И немудрено – его Источник снова взбесился, будто сейчас происходило второе пробуждение дара. Но на самом деле внутри Источника баламутило воду нечто, непонятное даже мне.

У меня есть несколько предположений, но самое вероятное – у пацана какой-то особенный дар. У магов в этом мире чаще всего открывается предрасположенность к стихии. Огонь, вода, воздух, земля и молния. Некоторые имеют способности к двум или нескольким стихиям. Уникумы вроде Сани могут освоить все пять стихий, но такое происходит нечасто.

Однако есть особенные дары. Та же Марина, например, обладает даром исцеления. Маги-лекари крайне редки и невероятно ценны. Особенно высокоранговые, поэтому я и удивился наличию Марины в этой академии.

Такие, как она, и вовсе ни в каких учреждениях не засиживаются. Чаще всего их берёт под колпак Министерство здравоохранения на пару с Министерством безопасности. Лекарей охраняют лучшие боевые маги, их обучают всем возможным техникам, известным в Российской империи, и предоставляют широкое поле для практики, гоняя по земному шару, чтобы повышать ранг Источника и набирать опыт.

Всё настолько серьёзно, что дворянские семьи обязали выдать государству все свои тайные родовые техники, касающиеся лекарской магии. А каждого одарённого целителя обязали регистрировать в особом списке и по достижении пятнадцати лет отдавать на попечение имперских наставников.

Естественно, такие меры вызвали бурю негодования, и находились те, кто пытался скрыть техники или одарённых. Но все быстро уяснили, что делать этого не надо, когда одну очень влиятельную дворянскую семью, решившую, что её новые законы не касаются, лишили всех привилегий.

Главу семьи упекли под стражу до конца дней, у остальных отобрали всё имущество, финансы и лишили дворянского титула. Особенно ретивых членов рода, которые пытались поднять бунт, публично казнили в назидание другим.

Поэтому тот факт, что Марина работает здесь, тем более в качестве штатного сотрудника, вызывает кучу вопросов. Которые, собственно, меня не касаются, так что пускай Палыч разбирается с этим сам.

Меня же волновало, что сейчас внутри Антона, скорее всего, тоже зарождался особенный дар. Я ещё не наблюдал этот процесс на таком этапе.

Весело, однако. Получается, парень с запоздалым пробуждением теперь получил шанс реализовать всё своё преимущество, ведь я провёл инициацию без отсечений. Какой же потенциал у него – даже страшно подумать. По меркам этого мира, он может войти в число сильнейших магов. Если выживет.

Когда я закончил успокаивать Источник Антона и вышел из палаты, в коридоре уже столпились медицинские работники во главе с Мариной. Она выглядела рассерженной, скрестила на груди руки и уставилась на меня колючим взглядом.

– К вечеру должен очнуться, – заключил я. – Не смейте трогать его! Мониторить состояние можно, но более никаких вмешательств. Когда очнётся, дайте сытно поесть. И до моего прихода никто его не должен даже пальцем трогать! Я понятно выражаюсь?

С последней фразой я пристально взглянул на Марину. Медики вокруг испуганно зашептались, кто-то машинально попятился.

«Он что, ЕЙ это говорит⁈» – раздался еле уловимый шёпот.

«Да ну… не может быть. Он же не самоубийца!» – перешёптывались два медбрата в дальнем конце толпы.

Забавно наблюдать за разговорами обо мне, когда люди искренне верят, что я их не слышу.

– Хорошо, Сергей Викторович… – процедила лекарка.

Медики снова охренели, потому что ожидали совсем другой реакции.

– Но если с ним что-то случится после вашего вмешательства… – тон Марины стал увереннее.

– Ничего не случится, – уже спокойно ответил я, снова вызвав волну испуганного удивления, – если вы мне не будете мешать.

Вдруг неподалёку распахнулась дверь, и оттуда появился сутулый худощавый пацан с длинным носом. Он замер и как-то странно уставился в нашу сторону, видимо испугался. Его рубашка была распахнута, рукав задран.

– Кирилл! – За ним тут же выбежала молоденькая медсестра. – Ты куда побежал, мы ещё не закончили!

Кирилл завис, но быстро отвис и попытался удрать. Однако было слишком поздно. Девушка, несмотря на небольшой рост и внешнюю хрупкость, подхватила его и потащила обратно. Кудрявые чёрные волосы парня растрепались, на лице отразился испуг.

– Нет, не хочу! Я боюсь иголок! Пустите меня! – завизжал бедолага.

Но дверь хладнокровно захлопнулась, и крик заглох.

А я с немым вопросом повернулся к Марине.

– Не обращайте внимание, – отмахнулась она. – Мальчик просто плохо переносит смену обстановки.

Вопросов стало только больше, и лекарка неохотно пояснила:

– Кирилл первокурсник. Начал жаловаться на кошмары и проситься домой. Мы подозреваем банальное симулирование. Причём, не очень убедительное – мальчик разговаривает сам с собой и этом жутко переигрывает. Пройдёт обследование, и отпустим.

На всякий случай я усилил слух и убедился, что в палате с пацаном не происходит ничего этакого и решил не зацикливать внимания на этой ситуации. Тем более, что беглый взгляд на его Источник не выдал никаких дефектов, а если он хочет брать актёрским мастерством, в поддавки с ним никто играть не будет.

А затем взглянул на часы и громко выругался.

В коридоре воцарилась мёртвая тишина. Марина уставилась на меня с возмущением, а её подчинённые разве что за сердце не схватились. Даже через медицинские маски читался ужас от услышанной брани.

Да грёбаный ты ж ёж! В этой академии одни неженки собрались?

А, хрен с ними. У меня больше не осталось времени. Урок уже начался, а у моих балбесов сейчас такие шила в задницах, что вся академия может перевернуться вверх дном.

━─━────༺༻────━─━

Ох, я был прав! Опаздывать на урок к моим балбесам никак нельзя. Похоже, вчерашняя победа вскружила им головы, и они решили разгромить к едрене фене всю аудиторию «404».

В чём тут логика?

Да нет её! Им не нужна логика, чтобы крушить всё, что они видят вокруг себя. Им нужна только возможность это делать и отсутствие других, более интересных дел.

Как я это понял? Ну, знаете, имелись некоторые знаки. Например, взрыв и звон выбитого стекла в аудитории, пока я проходил мимо, аккуратно намекали, что балбесы сошли с ума. А вылетевший следом Федя, которого я поймал за шкирку в метре над землёй, уже откровенно заявлял, что они совсем потеряли страх.

– Сергей Викторович! – воскликнул Федя. – Это вы? Спасибо ва-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!..

Я метнул засранца обратно в окно, а следом прыгнул сам.

Вашу ж мать, я в этой академии вообще буду ходить через двери, а?

Но даже когда я приземлился внутри, вакханалия не закончилась. Меня не успели заметить. Саня крутился, вертелся, прыгал и летал повсюду. Он словно маленький ребёнок, получивший новую игрушку, использовал сейчас полученную способность воздушной подушки для самых разрушительных целей.

Петя Валиков с несколькими крепкими парнями с какого-то ляда решили заняться борьбой, для чего соорудили ринг из поваленных парт прямо посреди класса. Ещё несколько человек под предводительством Анжелы решили вспомнить вчерашние подвиги и устроили матч по вышибалам.

Нет, для подготовки, конечно, мы делали нечто подобное на моём уроке, но под моим, мать их, присмотром. А сейчас Влад Воробьёв, один из немногих на втором курсе, кто владел стихией огня, пытался напитать скомканный в шарик клочок бумаги пламенем, чтобы усилить бросок.

Судя по чёрной от гари роже, в прошлый раз у него получился взрыв. Из-за которого, собственно, стёкла и выбило.

Но это не остановило малолетнего экспериментатора, и он уже заряжал огнём новый снаряд, да так, что вот-вот снова бабахнет.

– Стоять! – крикнул я, заставив всех оболтусов замереть на месте.

Петя остановился в одном движении от броска своего соперника, и тот с облегчением вздохнул.

А снаряд в руке Влада продолжал копить энергию по неправильно начертанному заклинанию. Я выхватил его, швырнул наружу, и через секунду там раздался ещё один взрыв. Небольшой – Влад не успел напитать бумажный мячик достаточным количеством магии.

Но меня теперь интересовал вопрос: откуда у них вообще такое заклинание? Мы вчера тренировались только по технике и тактике, без подобных подручных средств.

В воцарившейся тишине раздался храп. Я с некоторым удивлением уставился на Тихомира, который спокойно спал за своей партой, подложив под голову рюкзак. Островок, мать его, благополучия посреди вакханалии и разрушения.

Я снова взглянул на часы. С начала урока прошло всего две минуты.

Затем перевёл взгляд на оболтусов, сделал небольшую паузу, чтобы отфильтровать слова, которые лезли наружу.

– О, Сергей Викторович! – обрадовался почему-то Саня. – Здравствуйте! А мы вас ждали!

– И встретили с салютом, – хмыкнул Островский.

Я сделал глубокий вдох, немного задержал дыхание и плавно выдохнул. А затем улыбнулся. Правда, почему-то лица балбесов вдруг исказились гримасами испуга.

– Что ж, – осклабился я. – Гляжу, вам просто необходимо преподать самые основы «Основ Магической Безопасности».

И ведь правда, вчера было целое занятие, но учебники мы получили только после физкультуры. А если следовать плану, который мне составили Инга и Елена, как раз должны проходить общие понятия и самые базовые правила. Так что придётся навёрстывать упущенное.

Но моё преподавательское чутьё подсказывает, что одним учебником и лекцией делу не помочь.

– Переодевайтесь в спортивную форму, – приказал я.

– Зачем? – удивилась Анжела. – У нас же сегодня нет физкультуры.

– Поверьте, она вам очень пригодится!

━─━────༺༻────━─━

– Быстрее! Выше! Сильнее! Никакой магии ветра, Саня! На своих двоих давай, не мухлюй! Островский! Первое правило обращения с магическим зарядом? Живо!

– Никогда!.. – прокряхтел он, поднимаясь по канату на трёхметровую высоту, – не направляй руку… в сторону…

И Дениска сорвался почти у самой верхушки и плюхнулся прямо в грязевую яму, которая служила подушкой безопасности.

У моих балбесов было слишком много избыточной энергии. И это прямо с утра! Так что я решил избавить других учителей от лишней головной боли и выплеснуть всю эту энергию на своём занятии. А чтобы провести время с ещё большей пользой, устроил им проверочный тест по первым двум главам учебника.

– Заново! – велел я парню, когда он показался над поверхностью грязи. – На исходную позицию! Давай, давай!

– Я так больше не могу! – взмолился Островский. – Канат скользкий!

– Это слёзы! – воскликнул я. – Он в глубокой печали, потому что никто из вас до сих пор не добрался до финиша!

Все двадцать три ученика старались как можно скорее преодолеть все преграды и не попасться мне на глаза.

Хе-хе, это они зря так. От меня не скроется ни один зловредный спиногрыз.

– Валиков!

– А⁈ – испуганно откликнулся Петя, пока взбирался на вертикальную стену.

Но слишком сильно испугался. Сорвался и тоже свалился на землю.

– Бэ! На исходную! Давай, давай! – прокричал я.

На обширной территории академии нашлась целая полоса препятствий. Не знаю, кто именно её построил, но вряд ли она относилась к стандартным учебным зонам. Все снаряды, конструкции, даже ямы, наполненные грязью или мутной водой, были сделаны вручную, немного грубовато, но надёжно. Даже с учётом того, что пользоваться ими будут маги, а не обычные подростки.

Я приметил площадку ещё в первый день, когда забрался на шпиль часовой башни, чтобы отыскать здание администрации. Для меня слишком просто, но в качестве разминки учеников – отлично подходит.

И теперь весь класс должен добраться до финиша. В любой момент я мог задать вопрос, и отвечающий обязан выдать правильный ответ, если не хочет начать полосу с самого начала.

Дальше всех забрался Тихомир, но пока он перепрыгивал по торчащим из воды столбам, я обескуражил его вопросом про «ситуацию».

Есть понятие «опасной ситуации», «экстремальной» и «чрезвычайной». И я даже прочитал оболтусам лекцию на эту тему, пока мы бежали кросс до площадки. С примерами из жизни!

– Тихомир! – спросил я. – Если, пока ты спал, к тебе подобралась стая Серебряных Волков, – это опасная ситуация или экстремальная?

Парень задумался, из-за чего поскользнулся и плюхнулся лицом в мутную воду.

– Экстремальная! – выпалил он, вынырнув наружу.

– Поздно! Мигом в начало!

Падать, оступаться, срываться нельзя. Нужно правильно отвечать на вопросы и не терять концентрацию.

Жестоко? Без сомнений.

Но на кого повесят ущерб после разгрома аудитории? На меня. Это ли не настоящая жестокость?

Мне-то ладно, не обеднею. Но теперь отлично понимаю предыдущих классруков. Их просто по миру пустили, вот они и сбежали.

– Елизарова!

– Я!

– Рядом сражаются два мага Высшего ранга. Какие твои действия⁈

– Отойти от окон!.. – она прервалась, чтобы перепрыгнуть со столба на столб. – Найти ближайшее!.. Подземное убежище! – достигла твёрдой земли и закончила участок. – Если такого нет! – схватилась за тарзанку, прокатилась и зацепилась за нижнюю перекладину наклонной лесенки. – Спрятаться в помещении! Без окон!

– Молодец, – кивнул я.

Анжела молодец. Если я правильно понял, она вызубрила несколько первых глав учебника, даже больше, чем следовало по программе. Потому что этот вопрос был из четвёртой главы, которую будем проходить только через занятие.

Ей не хватало физической подготовки и основ владения магией, но теорию девчонка решила вызубрить наизусть. Она единственная, кто до сих пор ответил на все мои вопросы. Проблема только…

ПЛЮХ!

Анжела не удержалась на очередной перекладине, сорвалась с лесенки и плюхнулась в воду. Но на этот раз ей повезло, потому что до той канавы больше никто не добирался, и вода не успела помутнеть. Так что вынырнула девушка чище прежнего и с упрямой злостью направилась к началу полосы препятствий.

А вот Саня решил смухлевать и незаметно подкинул себя ветром на вертикальную стену. Ну, это ему казалось, что незаметно.

– Никакого ветра! – приказал я и потоком магии сбросил его обратно в грязевую яму. – Заново!

Убежавшие дальше всех оболтусы начали меня активно обсуждать, явно не понимая, как далеко распространяется мой слух:

«Он совсем охренел…»

«Согласен. Надо проучить».

«Как обычно, собираемся в старой церкви?»

«Ага. Сегодня вечером. Предупреди своих».

Ого, а что это такое? Намечается заговор. Причём договориться умудрились Островский с Валиковым, а это вроде как те ещё недруги.

Ух вы маленькие революционеры, хе-хе… Ну ладно, посмотрим, что из этого может выйти. Директор говорил, что класс начинает проказничать примерно через месяц, но я так долго ждать просто заскучаю. Лучше обрубить проблему на корню, чем ждать, пока она разрастётся.

Они сначала подпалили завуча, затем разгромили кабинет. Что будет через месяц, если не держать руку на пульсе? Тем более, что к тому времени все оболтусы значительно вырастут в развитии Источников.

Так и академия на воздух может взлететь. С ремонтом одной аудитории я как-то разберусь, но отстраивать заново весь городок? Не, я слишком жадный. Поэтому…

– Быстрее! Выше! Сильнее! Давайте, оболтусы, у вас ещё двадцать минут до конца урока! Если никто не доберётся до финиша, оставлю после занятий для пересдачи!

– Это какой-то зачёт⁈ – испугался Влад Воробьёв.

– А то!

– Разве так можн-А-А-бл!!! – возмутился Островский.

ПЛЮХ!

Он оступился на крутящемся бревне и оказался по шею в жиже.

– Не болтай, а шуруй в начало, Дениска! – усмехнулся я.

Что ж, придётся им свою сходку в старой церкви перенести на другой день.

Потому что пересдавать придётся всем.

━─━────༺༻────━─━

Итак, дети вымотаны и теперь спокойно проведут оставшийся учебный день. Надеюсь, другие учителя хотя бы мысленно поблагодарят меня.

А пока оболтусы заняты, у меня свободное время. Других занятий сейчас нет, так что надо подкрепиться.

Академгородок можно было разделить на две жилые части. В первой находились все учебные корпуса, администрация, стадион и прочие территории, которые касались, собственно, самой академии.

А вторая представляла собой небольшой жилой городок с магазинчиками, кафе, баром…

Баром?

Тут есть рокерский бар! И не просто рокерский, а какой-то тематический, под средневековье. Даже вывеска над входом висит: «Сломанный Сапог». С изображением этого самого сапога с оторванной подошвой. Должно быть, атмосферное местечко.

Бар располагался в подвале двухэтажного здания. Причём фигурный фасад и потрёпанная штукатурка говорили о старинности дома. Ну или вандальных наклонностях студентов, одно из двух.

Но скорее первое, потому что жилой городок явно не в минувшие десятилетия построили. Наверное, тут и раньше стоял городок, который теперь обрёл новую жизнь.

А вот бар всё вспоминал былые деньки. Причём ещё задолго до строительства здания, в котором располагался.

Всё здесь было заделано под старину века четырнадцатого, не больше. Тяжёлые столы стояли вперемешку с большими перевёрнутыми бочками, свет шёл от фонарей, украшенных под факелы, они горели магическим пламенем.

Повсюду стоял хмельной аромат от кваса, но я не просто так решил, что здесь можно вкусно поесть. Потому что ещё с улицы усиленное обоняние уловило запах жареного мяса, тушёных овощей и свежевыпеченного хлеба.

Я сел за один из столов в тёмном углу, смёл рукавом крошки и поднял руку, подзывая официанта, пока одетый в кольчугу поверх кожаной куртки патлатый бородач бряцал по струнам гитары и напевал:

'Ты скачешь вдаль, вда-а-аль, всадник,

Ты скачешь вдаль, вда-а-аль, вса-а-адни-и-ик!

Ты один здесь, один, а вокруг рать врага,

Не сыскать нам, как ты, храбреца!

Ты скачешь вда-аль, вда-а-аль, вса-а-адни-и-и-ик'

Играл он посредственно, но с душой, а песня была мне будто бы знакома, но откуда именно – понять не мог.

– Чего изволите, сударь⁈ – пробасил официант.

Это был такой же волосатый мужик с лохматой бородой и в остроконечном шлеме, который скрывал длинные волосы. Изо рта несло вчерашней попойкой, но держался на ногах он твёрдо. Хотя наверняка голова трещала, словно её дубасили молотом.

– Шашлык из баранины, маринованный лучок, немного соуса и несколько булок. Пить буду…

– Пиво не продаём! – тут же вставил верзила. И пожал плечами: – Вокруг одни малолетки.

– Мне квас. Тёмный.

– Поядрённее⁈ – осклабился он.

– Конечно, – ответил ему тем же.

Тут мужик нахмурился, взглянув на закрытое меню.

– Вы у нас уже были?

– Нет.

– Хм-м-м… – он явно пытался понять, откуда я знаю ассортимент, но быстро решил забить. – Скоро всё будет! Минут пятнадцать, не больше.

Верзила ушёл, а я осмотрелся. На стенах висели мечи и топоры, скрытые за щитами, вместо обоев или других покрытий кирпичную кладку закрывали гобелены. Гитарист закончил песню словами о том, как беспечный всадник нарвался на целую орду противников и порубил их всех, но получил смертельную рану. И ушёл в мир иной, гордо подняв окровавленное копьё.

Никогда ещё не видел, как рыдает такой суровый детина.

Еду принесли. Несмотря на вчерашний шашлычный вечер, мне всё равно хотелось отведать ещё этого чудного блюда. Тем более, что в магазине не было баранины, а это вообще отдельная история среди шашлыков.

Мясо получилось мягким, чесночным, волокна рассыпались прямо во рту. На зубах хрустел маринованный лучок, а свежий горячий хлебушек помогал соединить эту плеяду вкусов в один замечательный оркестр. А пенящийся квас вырывался, словно барабанное соло панка-ударника, страдающего тиком обеих рук.

Вкусно!

Очень вкусно.

И очень интересно, что же здесь делает Венедикт Давидович. Он как раз прошёл мимо барной стойки и скрылся за большой дверью с железными кольцами вместо ручек. Створка оказалась такой тяжёлой, что ему пришлось приложить заметные усилия, чтобы открыть её.

Я подозвал официанта.

– Всё понравилось? – осклабился он. – Чего-нибудь ещё?

Когда музыка закончилась, он стал выглядеть намного лучше.

– Кофе есть? – спросил я, хотя отчётливо улавливал кофейный аромат из кухни.

– Ага! – обрадовался верзила. – Могу посоветовать «Ратный Кофе»!

– Это что ещё такое? – нахмурился я.

– Ну, э… – он немного замялся и почесал затылок, сдвинув шлем на лоб. – Вообще это обычный кофе, но подаём его в украшенном роге. Как мёд на пиру!