Текст книги "Учитель Особого Назначения. Пенталогия (СИ)"

Автор книги: Илья Савич

Соавторы: Виктор Молотов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 57 (всего у книги 91 страниц)

Во‑вторых, его рубцы на каналах, узлах и на Источнике наконец‑то находились в покое и могли восстановиться. Это как с мышцами, которым нужно восстановиться, чтобы стать сильнее.

Ну а в‑третьих, парень впервые с момента пробуждения получил возможность постепенно осваивать собственные силы шаг за шагом, как это и следовало бы делать изначально. Ведь Даня просто не знал, что делать с собственными силами, так что для него открытие новых узлов было сродни прокачки в какой‑нибудь РПГ‑игре.

Пока что я указываю, в каком направлении «освобождать» магическую систему, но скоро он будет сам определять свой путь.

Из всех Шалопаев сейчас в наибольшей опасности находился Антон. Его ситуация была чем‑то схожей с моей из прошлой жизни.

Я, как и Антон, не обладал ни одной основной стихией. Однако мой дар манипуляции позволял обходиться и без них. Вот только такие сильные дары добавляют проблем, когда приближаешься к первому рангу развития.

Мне приходилось учиться манипулировать магией и влиять на все стихии, чтобы пробраться через это препятствие. А Антон может попросту сожрать скалу со всем окружающим его буйством природы. И это проблема.

Покорение вершины первого ранга – это препятствие, которое он должен преодолеть, а не проглотить. Это основа будущего развития. Иначе придётся повторить с ним метод, который я использовал на Даниле.

Вот только если гравитация Ермакова была разрушительной в первую очередь для окружающих, то Пожиратель Свиридова опасен для него самого.

Гравитация – один из самых мощных даров, что я знаю. Это могущественная сила, которая не хочет подчиняться просто так и норовит вырваться на свободу. Но Пожиратель другой.

Пожиратель хочет сожрать. И первой его жертвой будет его же носитель.

В общем, с даром манипуляции мне в своё время пришлось уговаривать ветер, растапливать лёд, укреплять каменистые ступени, по которым я взбирался на вершину скалы, и уворачиваться от молний, норовивших сделать из меня мага табака.

Но я научился использовать свой дар. И сейчас могу не просто уговаривать ветер, а затыкать его и повелевать им. Молния сама шарахается от меня куда подальше. Скалу можно размягчать и устраиваться на ней, как в постели, греясь на пламенном костре и попивая кофе со льдом.

Кстати говоря, если добавить в кофе апельсиновый или вишнёвый сок, насыпать туда льда, получается очень прикольный напиток. В жаркую погоду и освежает, и бодрит одновременно. Правда, вкус специфический, но иногда того стоит.

В общем, ребята занимались развитием Источников. Для них это была своеобразная гонка, и подогревало соревнование наличие одноклассников, которые уже достигли заветной отметки.

Один из них – Саня, который сейчас осваивал тонкий контроль потоков. Ну как осваивал… больше делал вид. Всё хмурился, жмурился, вздыхал и постоянно вылетал из сосредоточения. Да ещё и притворялся. Только я повернусь в его сторону – он неподвижно сидит за партой с закрытыми глазами и делает вид, что усердно занимается.

А стоит отвернуться, он пялится в окно или пытается пририсовать Боре усы. Юдин, кстати, так глубоко погрузился в сосредоточение, что не замечал ничего. Хотя во многом он находился в состоянии, подобном сну, но по какой‑то счастливой случайности умудрялся держаться на грани между сном и…

Ах да, «случайности»! Неужели его удача и тут работает, блин?

В общем, проходя между рядами, я остановился возле Савельева, наклонился и прошептал на ухо:

– А тебя ведь догоняют, шкет. Ты уже не единственный с первым рангом, забыл? – Саня бросил взгляд в сторону Дани и поджал губы. – И скоро начнётся новая гонка…

Мгновенно его сосредоточение стало намного серьёзнее, а парень даже отложил подальше ручку. Второй раз привлекать Настю я уже не буду, и Саня это отлично знал. Так что придётся справляться самому.

Но среди всех моих Шалопаев была одна ученица, для которой достижение первого ранга было просто необходимостью, и сроки стояли жёсткие. Я подошёл к Алисе Рыжовой. Ей необходимо достичь этой цели, чтобы остаться в нашей академии.

И сейчас Алиса находилась ближе всех к покорению вершины под названием «первый ранг». Её стихией была вода, как и у её отца, поэтому девочка была предрасположена к спокойствию и гибкости мышления.

Скала, окружённая всеми стихиями – это то, как я сам видел преодоление своего первого ранга. У каждого из ребят была своя картина в голове.

Но если проецировать всё на моё воображение, Алиса уже сумела овладеть льдом, оковывающим скалу. И с его помощью взбиралась на вершину, прикрываясь от жуткого ветра ледяной стеной, втыкая в скалистую породу острые ледяные колья и ступая по ним, словно по опасной лестнице безо всякой страховки.

Сверху маячили вспышки грозы, а снизу подпирало жадные языки пламени. Но девочка продолжала взбираться на вершину с упорством, которое могло посоперничать даже с Колей Каменевым.

Женщины и делают из мужчин героев, но искренние чувства заставляют их самих идти на героические поступки. И Алиса сейчас совершала один из них прямо у меня на глазах.

Вот она вбивает последний кол перед тем, как взобраться на очередной уступ. Она близка к вершине, но рядом ударяет молния, как предупреждение о грядущих испытаниях. И обугленные осколки скалы разлетаются во все стороны, попадая на лицо и едва не засоряя глаза.

Но Алиса стискивает зубы и поднимается, ступает на ровную поверхность. Последняя возможность перевести дух перед финальным рывком. Она смотрит наверх и видит чёрные тучи, изрыгающие кривые опасные плети молний. Вершина так близка, но достичь её всё равно будет непросто. Алиса даже не смотрит вниз. Не сомневается ни на миг. Делает глубокий вздох и хватается за следующий выступ, подтягивается…

И вдруг молния бьёт сильнее, злее! Уступ с гулким треском отламывается от скалы и катится в жерло пламени, унося её за собой!

Источник Алисы задрожал, завибрировал. Да Хаос раздери, я сам замер и перестал дышать! Сейчас всё зависело только от самой Алисы. Я ничем не мог помочь!

Сможет ли она удержаться на вершине?

Глава 21

Алиса падала с вершины скалы прямо в объятия пламени.

Её Источник был потрясён и вот‑вот мог разрушить сосредоточение. Если это произойдёт, первый ранг ускользнёт от неё, и на вершину придётся забираться снова, с самого низа.

Но тут она вмиг собралась с духом и сбросила дрожь Источника. Охватила его ледяной хваткой стихии воды и вернула сосредоточению стабильность.

Она высвободила свои силы, ухватилась ледяным арканом и выстроила под собой новый, ледяной уступ. Ещё крепче и надёжнее прежнего, потому что он подчинялся её воле. Алиса тяжело выдохнула, снова полезла наверх. Теперь ещё быстрее!

А через несколько минут я наконец‑то вспомнил, как дышать, потому что Источник девушки вспыхнул энергией, прогоняя по каналам ускоренные потоки магии.

Её аура редко усилилась и разошлась волнами вокруг, отчего некоторые бесята даже вывалились из сосредоточения.

Первым отвалился Саня, он резко обернулся, будто на ухо сел комар и заставил дёрнуться. Шкет взглянул на однокурсницу и нахмурился.

– Чё за… – но тут до него дошло, и глаза расширились от удивления: – Да блин! Так быстр… кхм‑кхм! В смысле, поздравляю, Алис!

– А? – очнулась девушка. – А… С‑спасибо….

Она ещё не осознала произошедшего, а вот Савельев явно огорчился, потеряв статус единственного рангового мага в классе.

Даня тоже был ранговым, но он уже пришёл таким, и Саня не понаслышке видел, чего ему это стоило. Так что Даня немного «не то».

А вот одноклассница, с которой он учился уже второй год, была явным напоминанием, что фора быстро сокращается.

Так что Саня поджал губы, зажмурился и всеми силами принялся загонять себя обратно в сосредоточение.

– Поздравляю! – подскочила Полина.

– Круто, я так завидую! – присоединилась Анжела.

– Ты такая молодец!

Алису начали окружать одноклассники, друзья и товарищи, поздравлять. С некоторой завистью, конечно, но вполне искренне.

Вот только один парень, самый важный из всего класса для Алисы, не сдвинулся с места и продолжил бороться со скалой.

Антон полностью погрузился в сосредоточение. Глубже многих других. Потому что для него борьба с Пожирателем не менее важна, чем достижение ранга для Алисы.

Девушка сделала всё, что могла. Она уже не покинет академию. Оценки не такая проблема, и экзамены Алиса сдаст, я уверен.

Но на этом их борьба друг за друга не закончится. Чтобы отстоять себя и свою возлюбленную, Антону нужна сила. Чтобы заткнуть вражду между кланами и придать веса собственным решениям, он должен овладеть своим даром. Но ему ещё предстоит тяжёлый путь.

━–━–༺༻–━–━

Я шагал по коридору администрации со странным чувством.

Дело в том, что меня вызвал… завуч!

Соломон Адамыч вдруг решил перетереть с глазу на глаз и признаться, какой он засранец? Если принесёт извинения, покается и, скажем, подарит годовой абонемент на кебаб в «Сломанном сапоге», я могу и сменить гнев на милость!

В кабинет Вельцина я вошёл воодушевлённый собственными грёзами. Запах поджаренного мяса уже мерещился в носу, перед глазами мелькала румяная корочка, плашка с томатным соусом и нарезанный кольцами маринованный лучок.

Но там меня ждал…

– Кондратий Ефимыч? – удивился я.

– Здравствуйте, Сергей Викторович, – инспектор министерства привстал, чтобы пожать мне руку.

Он уселся обратно на кресло для гостей, поправил узкие очки и как‑то скучающе посмотрел в сторону Вельцина. На коленях инспектор держал потёртый кожаный портфель с гербом рода. Наверное, остатки наследия от былого величия семьи, что часто встречалось в наше время.

– Господин Ставров, – процедил завуч. – Присаживайтесь, пожалуйста.

Засранец сверлил меня ненавистным взглядом, но натянул натужную лыбу. Не слишком уж он старался делать вид, что рад меня видеть…

– Что‑то случилось? – поинтересовался я, присаживаясь напротив Кондратия Ефимыча.

Тот получил кивок от завуча и открыл портфель, откуда достал широкий конверт с оттиском министерства образования.

Забавно, совсем недавно я похожее передавал Красновым.

Но не в пример Гордею я просто пропустил через печать магию, и оттиск разделился на три части, открывая конверт.

– Это уведомление о проведении экзамена, Сергей Викторович, – пояснил Кондратий Ефимович. – Дата и время назначены официально, мы ждём вас по адресу, указанному в конце.

Я пробежался глазами по тексту. Писали витиевато, с подчёркнутым канцеляризмом. Половину листа потратили на сообщение, хотя его можно было уместить в паре предложений. Ещё половину заняла «шапка» письма с реквизитами министерства губернии и размашистая подпись ответственного лица.

Блин, меня будто не на экзамен звали, а приглашали в волшебную школу магии!

Хотя погодите‑ка… Я уже в такой работаю!

– Спасибо, – кивнул я инспектору. – Но могли бы просто позвонить… Ну, или сообщение отправить.

– Таковы правила, – пожал плечами Кондратий Ефимович. – Вы всё же урождённый граф, Сергей Викторович. А это требует особенного отношения в подобного рода вещах.

Моё мнение отличалось от сказанного, но заводить спор было ни к чему. Меня больше интересовал другой вопрос.

И Кондратия, видимо, этот вопрос тоже интересовал.

– Соломон Адамович, – обратился он к завучу. – Мы закончили, или вы что‑то ещё хотите сказать? Сомневаюсь, что вы настояли о передаче уведомления именно в вашем присутствии.

Соломон на миг скривился, когда инспектор выдал его с потрохами. Но затем ядовито усмехнулся и достал из выдвижного ящика ещё один конверт.

Да что здесь происходит⁈ Маги где‑то объявили о бойкоте технологиям, а меня на вечеринку не пригласили⁈

– Вот, Сергей Викторович, – засранец протянул мне конверт. – Ознакомьтесь, пожалуйста. Это анонимная жалоба, которая пришла на вас в канцелярию академии.

Кондратий нахмурился и приосанился. В его взгляде промелькнула сталь, и она была направлена в мою сторону.

Я достал ещё одно письмо, прочитал…

– Что это за бред? Эксперименты над детьми? Использование запрещённых заклинаний и сильнодействующих препаратов⁈ – я перевёл взгляд с письма на завуча и поинтересовался: – Какого хера, ган… кхм‑сподин завуч⁈

– Позвольте? – протянул руку Кондратий Ефимович.

– Да пожалуйста! – рыкнул я, передавая кляузу.

И пока инспектор внимательно изучал этот лживый донос, Адамыч прямо светился от счастья. Его Источник аж подрыгивал от волнения и предвкушения.

– Это не бред, Сергей Викторович, – ухмыльнулся засранец. – А анонимная жалоба! И мы обязаны её проверить. Прошу отнестись со всей серьёзностью.

Кондратий Ефимович закончил читать, поместил письмо обратно в конверт и сунул его в свой портфель.

– Господин инспектор, можем считать, что министерство официально уведомлено о поступлении жалобы на господина Ставрова? – спросил завуч.

– Да, – кивнул инспектор.

– Уверен, жалоба не имеет никаких серьёзных оснований! – слишком уж показательно заявил Адамыч. – Сергей Викторович у нас на хорошем счету, Кондратий Ефимович. Ну, что уж говорить, вы сами отметили его и допустили к грядущим экзаменам!

Говорил завуч с такой довольной мордой, с какой Теодрир умыкает пару кило отборной говядины и думает, что я не заметил.

Только вот Адамыч отлично понимал, что я отлично знаю о его неприязни. И постановка была скорее для инспектора, который не успел узнать о всех подковёрных играх в академии.

– Однако жалоба есть, – отрезал Кондратий. – И это, как вы уже сказали, требует проверки.

– Наверняка ошибка! – снова всполошился Соломон. – В классе Сергея Викторовича недавно появился второй ученик, достигший под его руководством первого ранга, представляете? Немыслимое достижение! Невероятное, можно сказать! И на такого человека… – ублюдок сверкнул в мою сторону ехидной ухмылкой, – смеют жаловаться! Полнейшая несправедливость!

Вот гадёныш! Ещё и подсказал, в каком направлении рыть, чтобы найти «косяки».

Ха! Ну что ж! Теперь‑то я знаю, куда именно завуч хочет ударить! Он решил натравить инспектора на Алису и Саню, значит?

Что ж…

– Полнейшая несправедливость, господин завуч. Тут вы подметили точно, – я улыбнулся, отчего Вельцина перекосило. И обратился к инспектору: – Кондратий Ефимович, я к вашим услугам в любое время. И уверен, семья Рыжовых с радостью пойдёт нам навстречу и разрешит провести все необходимые проверки с Алисой.

– Алиса – это второй ученик, который недавно достиг первого ранга! – поспешил объяснить Адамыч.

Он ещё не понял, что сам загнал себя в ловушку. У Сани отвертеться от проверки не получится. Он простолюдин без веса в мире магов, а его родителей разве что оповестят о предстоящих процедурах.

Благородные семьи могут возразить против каких‑либо проверок в адрес своих отпрысков. Это касается и просто обыкновенной гордости, и возможных секретов, которые такая проверка может вскрыть. Родовых секретов, конечно.

– Рыжовых? – нахмурился инспектор. – Это вы про род Руслана Валентиновича, главы полиции города?

– Да‑да, – кивнул я. – Полковник Рыжов. Крайне справедливый человек, должен отметить!

– И Алиса его дочь… – призадумался Кондратий.

– Баст… – кхм! – поправился Вельцин. – Незаконнорожденная, позвольте! Проблем быть не должно.

Он снова бросил мимолётный взгляд в мою сторону, надеясь найти во мне беспокойство как подтверждение собственных слов.

Бастардов действительно зачастую не жалуют и особыми секретами с ними не делятся. В обычном случае за такого ребёнка вступилась бы только мать, но последнее слово будет за главой рода.

Вот только Вельцин не знал, что полковник Рыжов души не чает в своей старшей дочке. И придётся очень постараться, чтобы добиться разрешения на проведение проверки.

Это доставит министерству проблем. А когда обнаружится, что силы потрачены впустую и я чист, проверки начнутся уже в сторону завуча, который и курирует подобные вопросы.

Но Рыжов в итоге даст согласие, я уверен. Дворяне могут использовать особые техники или заклинания, чтобы ускорить рост своих детей. И крайне против любой угрозы утечки информации.

Однако есть разница, когда задействованы планы самого рода, и когда в чём‑то подобном обвиняют учителя «со стороны».

К тому же у него могут быть подозрения на мой счёт. И если окажется, что я действительно жульничал, Руслан Валентинович может аннулировать наше соглашение и отправить Алису в другую академию. Подальше от Свиридовых, Антона и его полукриминального папашки.

– Разберёмся, – уверил нас Кондратий Ефимович. – Однако если выяснится, что жалоба имеет под собой реальные основания, Сергей Викторович…

– Не выяснится, – уверил уже я, краем глаза наблюдая, что Адамыч уже не выглядит так ехидно и воодушевлённо.

Инспектор кивнул, защёлкнул замок на портфеле, и мы попрощались.

Я немного задержался, чтобы остаться наедине с Адамычем. Надеялся, он сбросит маску доброжелательности и мы сможем поговорить серьёзно. Но ублюдок решил играть свою паршивую роль добродушного завуча до последнего.

– Сергей Викторович, желаю вам отлично сдать экзамены и получить наконец‑то лицензию! – натужно лыбился он. – А теперь позвольте… у меня имеются ещё важные дела.

Я ничего не ответил. Засранец слишком жалок, чтобы разговаривать с ним как с мужчиной. Но подколоть его можно!

Я остановился у самой входной двери, потянул за ручку и вдруг остановился.

– Что‑то случилось, господин Ставров? – Вельцин показательно оторвался от чтения какой‑то бумажки и похлопал в мою сторону глазами.

– Вам не кажется… – я подозрительно осмотрелся, принюхался.

– Не кажется что? – насторожился засранец.

– Чем‑то пахнет, нет? – снова принюхался, прищурился. – Будто тухлыми овощами и…

– И⁈ – уже испугался завуч.

– И… сосиски? Хотя, быть может, мне показалось, – пожал я плечами. – Не берите в голову, Соломон Адамович.

А затем вышел из кабинета и пошагал к лестнице. Сиганул бы через окно, как привычнее, по пути решил насладиться плодами своей шутки.

«Пахнет⁈ – пробурчал Адамыч, громко принюхиваясь. – Да я столько бабла ввалил, чтобы выветрить эту вонь! Не может… или?..»

Хе‑хе, я убрал заклинания вокруг кабинета, которые сдерживали вонь. Но не ради самого Вельцина, а потому что мне стало жалко рабочих, которых он нанимал. Бедняги уже не знали, что делать.

Однако фантомную вонь ему никто не выветрит из дурной головы.

«Или пахнет⁈ Гр‑р‑а‑а, Ставров! – завуч с грохотом ударил ладонью по столу. – Ну погоди‑и! Я ещё с тобой разберусь!»

– Ага, как же, – хмыкнул я. – Разбиралка не выросла.

И покинул здание.

━–━–༺༻–━–━

– О, посмотрите, он вернулся! Ермаков, ты снова решил разнести половину академии или всё же пожалеешь нас?

– Отвали, Панфилов, – огрызнулся Даня.

Я случайно заметил эту сцену, пока шёл в «Сломанный сапог» подкрепиться. И хоть Адамыч не захотел зарыть топор войны и не подарил мне годовой абонемент на кебаб, мысли о кебабе никак не покидали меня.

Поэтому, а ещё потому, что в баре можно отобедать в спокойной и безмятежной обстановке, и никакой Дракотяра не будет лезть мне в тарелку, я и решил направиться именно туда.

А в это время мои Шалопаи на уже облюбованной поляне занимались разблокировкой магической системы Данилы. Они как раз делали перерыв, когда показалась группа учеников второго «А». Панфилов Тимур, надменный пацан с худощавым лицом и острым взглядом, тут же заприметил «Д»‑шек и не смог пройти мимо.

Грацкий Артём, смазливый засранец с вытянутым лицом и вьющимися волосами, тут же подхватил настроение одноклассника и поддержал провокацию:

– Вы тут на пикник собрались? – хмыкнул он. – Если прогнозом погоды не умеете пользоваться, хотя бы на небо взглянули, что ли…

Шутка так себе, Грацкому ещё оттачивать и оттачивать мастерство колкостей. Но на Саню, который в принципе не любил, чтобы его называли глупым, это подействовало. Он подскочил на ноги и сжал кулаки.

Остальные «А»‑шки переглянулись и последовали за двумя обормотами, хотя и не имели такого запала на конфликт. Марк Игнатов и Калугина Анфиса встали рядом с ними и недобро поглядывали на Шалопаев.

Последним же присоединился Ярослав Колесников, крепкий черноволосый парень. Способный маг, надо отметить. И он уже был близок к первому рангу Источника. Во многом благодаря собственному таланту, конечно. И наверняка у него были отличные мастера в клане, которые вели юного барона к вершинам магического искусства.

Но… Я же не зря вёл у них физкультуру, верно? И мне нужны были серьёзные конкуренты для моих бесят… Так что часть моей заслуги тут тоже есть, если честно.

– Идите куда шли, – бросил Андрей в ответ на попытки их задеть.

– Или вам навигатор в телефоне показать? – подколола Анжела.

Даня пока молчал, но его Источник уже походил на грозовое облако. Парень сжимал челюсть, что желваки ходили под кожей.

– Я им и без навигатора направление дам, – рыкнул Антон. – Идите н!..

– Что там происходит⁈ – воскликнула Лена.

Она проходила мимо и свернула с дороги, а теперь остановилась рядом со мной с обеспокоенным видом.

Я обернулся и улыбнулся ей:

– О, привет! Ты как раз вовремя, я иду подкрепиться в «Сапог». Ты со мной?

– Да, – кивнула девушка. – Но что там происходит, Серёж? Кажется, ребята сейчас подерутся.

– Вполне возможно… – пожал я плечами, кинув взгляд в сторону поляны, но затем снова обернулся к ней: – Я подумываю над кебабом… Точнее, я точно решил, что буду брать кебаб, но этого явно недостаточно. Может, супчика вдобавок, как думаешь?

Но кажется, Лена сейчас не могла думать о еде. Её красивые карие глаза сузились и встревоженно наблюдали за разборкой учеников.

Как можно не думать о еде?..

– Ай‑яй‑яй… – с ухмылкой помотал головой Грацкий, – не будь ты ублюдком, а полноправным графом, мне пришлось бы вызвать тебя на поединок, Свиридов!

– Смотри! – выступил Панфилов. – Поединок – это честная дуэль между двумя благородными…

– Эй, парни! – вмешался вдруг Ярослав. – Заканчивайте уже, я жрать хочу.

Ему явно не нравилась ситуация, но решительности закончить её парню не хватало.

Анжела с Марком пока просто наблюдали, их ситуация скорее веселила, но активного участия принимать они не собирались.

– Ладно, ладно… – хмыкнул Панфилов. – Оставим этих безнадёжных, пусть и дальше медитируют.

Он почуял, что выходка потеряла крепкую поддержку, и решил отступить. Неглупый парень, на самом деле. Ведь серьёзный боец в случае драки у них только Колесников.

А вот Грацкий не желал угомониться:

– Ермаков! – решил бросить он напоследок.

Даня глубоко вздохнул, чтобы сдержаться. Анжела тем временем сумела утихомирить Саню, который бушевал в Источнике и порывался разнести тут всё вокруг. Но от Дани она сидела далековато.

– У меня друг учится в одной академии… скажем, для особых персон, – Артём осклабился, заметив тревогу в глазах Дани. – И он как‑то обмолвился, что к ним перевели одного простолюдина. Немыслимо! Вопреки всем правилам, представляешь?

– Грацкий… – прошипел Андрей, тронув Даню за плечо.

– И друг сказал, что тот парень рыдал по ночам и звал свою мамочку! Не знаешь, кто это мог бы…

– ЗАТКНИСЬ!!! – крикнул Даня, в тот же момент сорвавшись с места.

Он метнулся на Грацкого с диким оскалом и разрядами молний на кулаке. Быстро метнулся.

Так быстро, что Грацкий не ожидал подобной прыти и с распахнутыми глазами наблюдал, как кулак несётся прямо на него.

Но тут между ними промелькнул ещё более быстрый силуэт.

БАХ!!!

Удар!

ДР‑Р‑Р‑Р‑З‑З‑З!!!

Вспышка молний сверкнула и тут же погасла.

Ярослав Колесников навис над Даней с занесённой для удара рукой. А сам Даня оказался на земле и даже не понял, как именно это произошло.

– Если хочешь драться, придётся делать это со мной, – спокойно процедил Ярослав.

Даня оскалился. Его Источник забурлил и прогнал по каналам магические потоки. Слабые, ведь далеко не все узлы были разблокированы. Но их было достаточно, чтобы воззвать к дару гравитации.

– Да как хоч!.. – хотел рыкнуть он. – Кья‑а⁈

Но не успел. Потому что в следующий миг оба засранца висели над землёй лицом к лицу у меня на вытянутых руках. Словно два нашкодивших котёнка, пойманных за шкирку.

– Никаких драк, парни, – улыбнулся я.

И вместе с этим излучил давящую ауру, чтобы подавить любые проявления даров. Особенно особенных даров, которые могли навредить в первую очередь своему носителю.

– Свиридов, Савельев, вас это тоже касается, – кинул я через плечо.

Оба шкета вот‑вот ворвались бы с двух ног. А Пожиратель и комбинация всех стихий – не лучшее оружие для уличного мордобоя.

– Сергей Викторович! – воскликнула Анжела.

Кажется, она единственная, кто обрадовалась моему появлению. Разве что Андрей с облегчением выдохнул.

Он хоть и был сдержанным, но явно не остался бы в стороне.

– Если хотите проверить друг друга на прочность, скоро вам такая возможность выпадет, – сказал я, отпустив парней.

Они приземлились на ноги и уставились друг на друга с таким напряжением, что разряды едва не засверкали безо всякой магии.

– В‑возможность? – хмыкнул Грацкий.

Он только‑только оправился от оцепенения и пытался делать вид, что до последнего контролировал ситуацию.

– Турнир, – пояснил я. – Там вы сможете уладить все вопросы.

– Хорошо, – резко бросил Ярослав и тут же развернулся. – Закончим на турнире, Ермаков. Готовься.

– Ты тоже готовься, Колесников, – процедил Даня и перевёл взгляд на Грацкого: – И не только ты…

Ярослав пошагал прочь, уводя за собой остальных «А»‑шек. Но напоследок бросил через плечо задумчивый взгляд в сторону своего соперника.

Неужто парень понял, что спасал я не только Даню, но и его тоже?

– Увидимся на турнире, «Д»‑шки! – кинул на прощанье Артём Грацкий. – Там вас никто не спасёт!

Хм, а какой именно супец я хочу? Может, сырный крем‑суп с беконом? Или грибной…

Эх, придётся заказывать оба! Мне нужно хорошенько подкрепиться, ведь моим бесятам предстоит настоящая проверка на прочность. Турнир обещает быть жарким!