Текст книги "Учитель Особого Назначения. Пенталогия (СИ)"

Автор книги: Илья Савич

Соавторы: Виктор Молотов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 43 (всего у книги 91 страниц)

Учитель Особого Назначения. Том 3

                                                                                                     

Глава 1

– Это Данила Ермаков. Новый ученик второго «Д» класса, – произнёс Василий Павлович, будто страшась собственных слов.

Я посмотрел на директора хмурым суровым взглядом. Он в ответ нервно улыбнулся. Но Источник при этом оставался в завидном спокойствии и выдавал старикана с потрохами.

Кажется, Палыч думал, что может меня обмануть, надавить на жалость или типа того. Мол, он не виноват, что мне в класс подкинули проблемного подростка с явными наклонностями к разрушению.

Хм, решил поиграть в какие‑то свои игры, значит? Ну, пока что мне это на руку.

Я повернулся к Даниле и представился:

– Сергей Викторович Ставров. Твой классный руководитель и учитель Основ Безопасности…

– Мне насрать, – фыркнул пацан в ответ.

Он хотел уже куда‑то уйти, но тут подлетела Лена и накинулась на него с яростными претензиями:

– Данила, ты зачем убежал⁈ Мы тебя обыскались! Испугались жуть! А ты!..

В общем, она начала отчитывать пацана. А тот всячески делал вид, что ему абсолютно и глубоко по… кхм, фиолетово.

Тем временем Инга тихо встала рядом со мной, коснулась плеча и объяснила:

– Мы с директором и с Леной с утра отправились за Данилой. Потому‑то тебе и не хотели рассказывать вчера. Думали уже, кто‑то проболтался, что к тебе переводят самого опасного ученика академии.

– Самого опасного? – ухмыльнулся я. – Так, а вот с этого момента поподробнее. Вообще‑то звучало очень в духе моих бесят.

Но ни Инга, ни директор не успели мне рассказать подробности, потому что к нам подбежали мои бесята.

– Сергей Викторович! – чуть ли не прорычал Саня. – Пустите нас к этому козлу! Да я ему патлы повырываю!

– Может, хотя бы моргала выколешь? – хмыкнул я. – Ты посмотри на его макушку, он же почти под ноль побрит.

– А, в смысле?.. – осёкся Савельев. – А при чём тут причёска?

– О, боги, – вздохнул Тихомир. – Ты бы хоть узнал, что означают слова, прежде чем их говорить!

– Сергей Викторович, – выступил Боря, – а скажите, что это неправда! Что он соврал!

– О чём соврал? – нахмурился я.

– Что мы теперь в одном классе, – буркнул Саня, бросив взгляд на Данилу.

Сам Данила тем временем показательно воткнул наушники в уши и сунул руки в карманы. Он старательно делал вид, что ему абсолютно наплевать на нравоучения Лены.

Да, кажись, мне не просто бесёнок попался, а самый настоящий бес! И дело даже не только в его поведении.

А его дар…

Но об этом чуть попозже.

Андрей Самсонов потирал ушибленную челюсть и уставился на своего обидчика злобным взглядом. Его Источник закипал, и пацан явно сдерживался. Ему приходилось прикладывать усилия, чтобы не наброситься на Данилу.

– Самсонов, – тихо сказал я, но не получил ответной реакции. – Андрей!

И только после этого пацан обратил на меня внимание. Но ничего не сказал, просто посмотрел прямо в глаза.

– Ты сейчас слабее него, – я не стал сглаживать углы и выдал правду. – Но если хочешь исправить ситуацию, злиться и устраивать подлости бесполезно. Придётся приложить настоящие усилия. Ты меня понимаешь, Андрей?

Его Источник ещё сильнее забурлил, но через несколько секунд немного поутих.

И Андрей кивнул:

– Понимаю, Сергей Викторович, – тихо процедил он. – Я стану сильнее.

Я кивнул в ответ, а затем поморщился от громкого возгласа прямо возле уха:

– Ох, ох, ох! Сколько же ущерба! – схватился за голову директор. – А он ведь только появился в академии!!! Снова одни траты!

– Угрх, это просто невозможно! – просто не выдержала наконец Лена и топнула ножкой.

За что заслужила лёгкую усмешку Данилы. Он получил то, чего и добивался – наша прекрасная учительница теории магии сдалась, фыркнула, развернулась и отправилась куда‑то прочь.

– Я надеялась, что мы его больше здесь не увидим, – процедила Инга. Затем посмотрела на меня. – Надеюсь, ты с ним справишься, Серёж? Очень надеюсь. Потому что никто другой этого сделать не сможет.

– Инга! – крикнула вдруг Лена, остановившись на дороге. – Иди со мной! Нужна твоя помощь!

Говорила… точнее, требовала она тоном, не терпящим возражений. Поэтому Инга пожала плечами, криво мне улыбнулась, и девушки вдвоём направились в сторону библиотеки.

Я же вздохнул и снова посмотрел на шкета. Того самого, батьку его, шкета.

Сейчас он всё больше и больше напоминал моего друга. Особенно в молодости. Правда, тот носил как раз те патлы, которые Саня хотел повырывать. Но тоже был скуластый, худощавый и жилистый. С острым взглядом. А этот, видимо, не зная об этого, пошёл против привычки собственного отца. Да и вообще выглядел как гопник из подворотни или член какой‑нибудь уличной банды.

Данила заметил мой интерес в свою сторону и посмотрел в ответ. Злоба, ярость, гнев и…

Отчаяние.

Да, именно отчаяние питало все эти эмоции, которые я смог рассмотреть в его взгляде.

Взгляд более всего отличал его от моего друга. Он был словно у дикого затравленного зверя.

Его Источник больше походил на истерзанную, покрытую шрамами душу. Непослушную и неподвластную ему самому.

Вот же, блин! Я, конечно, наконец‑то нашёл этого засранца. И радоваться‑то должен… Но теперь придётся ещё сильнее постараться, чтобы сделать второй «Д» класс лучшим в академии.

Что‑то я сомневаюсь, что Данила хотя бы хорошист.

Грёбаный ж ты ёж!

━–━–༺༻–━–━

Я проводил нового бесёнка до общаги, а потом пошёл в кабинет директора, где мне и поведали не слишком длинную, но яркую историю Данилы Ермакова.

Короче, всё встало на свои места. Те четыре транзакции, которые перевёл мой друг за своего отпрыска, были не платой за обучение, как я думал ранее. Они покрывали огромный ущерб, который этот пацан наносил всей академии.

Пацан был просто неуправляем, но вряд ли виноват в этом.

Виноваты раннее пробуждение и особый дар, с которым никто не умел работать – непослушный и мощный.

Причём пробудился пацан ещё до поступления в академию. И меня рядом не было, так что ему пришлось пережить недели дикой боли, с которой ему никто не мог помочь.

Затем его дар начал проявляться и действовать сам по себе. Во время обучения он разносил в пух и прах не то что аудитории – а чуть ли не целые корпуса.

И в итоге его решили перевести в другую академию. Там, где с особыми дарами могли управляться более опытные преподаватели.

Но что‑то пошло не так, и его отправили обратно. Что именно, директор не знал. Точнее, пока не знал, но обещал выяснить.

Однако судя по тому, что я видел, Данила так и не научился управлять собственным Источником. Но ко всему прочему ещё сильнее обозлился и теперь никому не доверяет.

Эх, мне предстоит очень много работы! А я ведь только‑только объединил Балбесов и Оболтусов в единую команду под гордым названием «Шалопаи»!

Вот примерно с такими мыслями я поднялся на четвёртый этаж учебного корпуса и направился к новенькой двери в аудиторию «404».

Данила уже успел поссориться с моими бесятами, и что‑то мне подсказывало: конфликт ни хрена не исчерпан. И разбираться с этим придётся мне.

Так что, тяжело вздохнув, я отворил дверь, вошёл и…

– Не понял. А где все⁈

Аудитория была пуста. Никого. Ни единой бесячьей души. Только записка на учительском столе.

Я взял её в руки и прочитал:

– «Сергей Викторович, не волнуйтесь! Мы скоро вернёмся. Шалопаи».

Ага, блин, успокоили капец просто! Где вас, шалопаев, носит?

Но что уже сами себя называют, это приятно, хех…

Однако пускать всё на самотёк нельзя. Они даже не в курсе, с чем имеют дело. Даже сам Данила вряд ли понимает всю серьёзность своего положения.

Поэтому я включил свою сенсорику на максимум и обхватил почти всю академию. Пришлось поднапрячься, конечно, но я понял, где сейчас мои бесята.

Ёж, ты ж жрёшь! На полигон умыкнули, значит! То их туда не загнать, то сами рвутся!

И я догадываюсь, по какой именно причине. Решили расставить все точки в ссоре с Данилой.

Но ничего, ничего. Я вам покажу, как устраивать разборки за моей спиной! Вы у меня с этого полигона теперь хрен уйдёте!

Я отворил окно и сиганул наружу. В пару больших прыжков собирался добраться до полигона, но вдруг приземлился прямо рядом с Леной.

– Ой, Сергей! А… а что ты делаешь? – удивилась она. – У тебя же урок, разве нет?

Лена прижимала к груди несколько книжек. Что‑то там по поводу психологии, трудных подростков и методах воспитания.

А когда я посмотрел на книжки, она их резко убрала за спину.

– Это… так, решила почитать на ночь, – опустила взгляд девушка.

– Ну‑ну, – протянул я. – А у меня занятие на полигоне… оказывается!

– Оказывается? – нахмурилась Лена.

Но не успела задать ещё больше вопросов. Потому что я прыгнул дальше. И в следующий раз уже приземлился за рощей. До меня тут же донеслись крики, споры и ругань. Причём матерная во многом.

Эх, ещё мылом рты мыть… Ну, они сами напрашиваются!

– Слышь, ты! Вали нахрен отсюда! – рычал Влад Воробьёв.

– Чё тебе от нас надо, а⁈ – пыхтел раззадоренный Петя Валиков.

Но Данила лишь ухмылялся им в лицо и даже руки из карманов не вынимал.

– Вы, отщепенцы, реально думаете, что я так хочу попасть в ваш грёбаный класс? – огрызался пацан. – Хрен там! Будь моя воля, рож бы ваших не видел! Поняли⁈

Мои бесята единым, мать их, кулаком стояли напротив одного единственного Данилы Ермакова. Пацан держался хорошо, ничего не скажешь. Не боялся вообще.

Это вызывало вопросы, храбрый он или глупый. Скорее, и то и то понемногу.

Но при всём этом с виду казался угрожающе спокойным. Хотя внутри его Источник готовился вырваться наружу и раскидать моих бесят своей сумасшедшей магией.

Он будто ощетинился на весь мир своей необузданной и неуправляемой силой. Не подпускал никого и специально настраивал людей против себя.

Я не знаю, что именно с ним приключилось за последние пару лет. Но жизнь у пацана явно была не самая сладкая. Мне нужно сблизиться с ним, но осторожно. Иначе наткнусь на острейшие иголки.

И что мне с этим счастьем делать, блин⁈

В общем, я пока что решил затаиться и понаблюдать. Вмешиваться в ссору между подростками – это в принципе очень рисковое и опасное дело. Конфликт вмешательством взрослого не уладишь. Скорее, только усугубишь. Останется недоговорённость, которая укоренится и разрастётся в будущем.

Я не должен только допустить самого плохого.

Но вообще, Данила был не так уж неправ в своей уверенности, стоя против целого класса.

Саня уже получил первый ранг, а это значительно увеличивает возможности по сравнению со сверстниками. Потенциально он сейчас самый сильный в классе, особенно потому, что владеет сразу несколькими стихиями на вполне хорошем уровне.

Однако Данила тоже достиг этой планки. Причём значительно раньше. Не будь у него такой буйный дар и неконтролируемый Источник, можно было бы счесть за гения.

Но сейчас это скорее взрывоопасная смесь из обиды на весь мир, злости, отчаяния и страха это отчаяние показать кому‑либо.

Конечно, все вместе мои бесята сильнее, чем один Данила Ермаков. Но по одиночке никому с ним не справиться.

И дело даже не совсем в развитии Источника или силы магии. Данила… Он просто психологически более подготовлен к настоящему конфликту. К реальному столкновению. Это его очень сильное преимущество.

Вашу ж мать, и что мне с этим делать?

Тут из строя бесят выступил Андрей Самсонов. Парень был хмур, но уверен в собственном решении. На его лице всё ещё виднелись ссадины после прошлой встречи с новеньким.

Данила ему усмехнулся, высокомерно и издевательски.

– Хочешь ещё получить?

Андрей снова закипел, но тут к нему подошёл Тихомир.

– Слышь, бро, – прошептал самый спокойный из моих учеников. – Сергей Викторович же тебе сказал: ты сейчас слабее.

– Плевать, – процедил Самсонов. – Я не могу… Не могу так просто взять и оставить как есть!

– Понимаю, – терпеливо проговорил Тихомир. – Но послушай. Будь благоразумен…

Тут из строя бесят выступил Антон.

– Слышь, Свиридов, отвали! – огрызнулся Андрей. – Он мой!

– Слышь, Самсонов, – со стальным спокойствием ответил Антон. – У тебя уже был шанс надавать ему по мордасам. Теперь моя очередь, так что иди отдохни.

Ох ты ж бл!..

Антон, засранец ты этакий! Только не ты!!!

Они будто специально принимают самые хреновые решения! Он до сих пор не достиг первого ранга, потому что Пожиратель требует слишком много энергии и концентрации. Но Пожиратель сам по себе опасный дар. Выставлять его против дара Данилы – это всё равно что подкидывать динамит в бочку с порохом.

Расхреначит так, что потом не отделаемся!

Данила будто чувствовал всю опасность ситуации, но она его только будоражила и веселила. Пацан оскалился, раскинул руки и крикнул:

– Чё, девочки, хотите мне навалять, да не можете сами с собой договориться? Давайте, смелее! Хоть двое, хоть трое! Вы, слабаки, можете накинуться все вместе! Плевать, быстрее расправлюсь!

Он скалился со звериной злостью, даже с удовольствием, предвкушением от грядущего насилия. Он словно жаждал боли. Хотел её чувствовать и наносить.

Что же с тобой случилось, пацан…

– Только я потом за себя не отвечаю! Поняли⁈ – продолжал Данила. – Ну давайте, отщепенцы! Отбросы академии! Я знаю, как вас называют! Давайте, ну же! Смелее! Или ссыте⁈ Не только отщепенцы, но ещё и трусы!!!

– Агр‑р, заткнись! – крикнул Антон и тут же кинулся на Данилу с кулаками.

Остальные бесята не двинулись с места. Они очень хотели наказать засранца. Очень. Все их Источники сейчас полыхали, кипели, искрились, трещали, вились буйными вихрями.

Они злились, но всё же кое‑какие понимания справедливости у них имелись. Нападать всей гурьбой на одного человека никто не стал бы. Поэтому все наблюдали за дракой молча и хмуро.

Особенно Андрей. Он наблюдал, как Антон атакует Данилу куда эффективнее, чем он ранее. Это давило на парня, заставляло злиться ещё сильнее и сжимать кулаки до бела.

Думаю, Самсонова обучали некоторому благородству, спортивному уважению и справедливости. В принципе это было похоже на его отца, если я правильно понял этого человека за время нашего недолгого общения.

Только вот Антон рос совсем в другой среде. Его батя был замешан в каком‑то криминале. И, в отличие от Самсоновых, имел все средства, чтобы нанять для своего единственного, хоть и незаконнорождённого сына мастеров по боевому искусству.

Не спортивному, а боевому. Где правил действительно нет и все приёмы разрешены ради победы и выживания.

Поэтому парни начали очень равный размен. Чувствовались различия в школе, но то были лишь разные подходы.

А вот опыт – уже другое дело.

Данила явно был уличным бойцом, который учился сразу на практике. Нет какой‑то основательной техники, больше инстинктов, неожиданных и непривычных движений. Это сбивало Антона, который учил приёмы, но ни разу не применил их в реальной схватке с противником. С тем, кто хочет нанести настоящий урон. Сломать его.

Но Антон был неплохо подготовлен и держался.

Удар, апперкот, резкий удар локтем, бросок в ноги.

Но неудачный – только земля комьями взлетела. А колено Данилы едва не вмяло нос прямо в пазухи.

Затем ещё один короткий обмен, несколько попаданий в обе стороны…

И парни перешли на магию.

Основной стихией Данилы была молния. Он атаковал Антона сильным электрическим разрядом и уже думал, что на этом всё кончено. Но с удивлением обнаружил, что его собственная стихия вдруг пропала.

Антон поглотил её с помощью Пожирателя и высвободил энергию обратно. С удвоенной мощностью и злобным рыком, который смешался с треском молнии.

Бесята радостно загомонили. Полигон осветила яркая, но коротка вспышка.

Они были уверены, что их одноклассник победил выскочку‑новичка…

Но когда она исчезла, гул затих. Потому что Данила крепко стоял на ногах, а вокруг него искривлялось будто само пространство.

– Тоха, ты чего стоишь⁈ – кричал Саня. – Бей, он открыт!

Но Антон не мог даже пошевелиться. Он стиснул зубы, колени дрожали, а сверху будто навалили целый вагон мешков с углём.

Он выдержал всего пару секунд, а затем рухнул на землю со сдавленным хрипом.

Потому что Данила решил использовать свою настоящую силу – дар гравитации.

Таким даром обладал только его отец. Я не знал никого в обоих мирах, кто мог управлять такой могущественной силой.

И потому я вышел из укрытия и направился вглубь полигона. Придётся вмешаться, иначе ссора пересечёт грань обычной школьной драки и принесёт непоправимые последствия.

Мне нужно остановить шкета и сделать так, чтобы тёрки с бесятами закончились.

И как мне это сделать, грёбаный ж ты ёж⁈

Глава 2

Антона вдавило в землю, его Источник забился в конвульсиях. А Данила скривился в злобной гримасе и начал медленно подниматься над землёй, парил в воздухе.

Затем Данила вдруг замер и не смог пошевелиться, а к злобе на лице прибавились болезненные мучения.

Вокруг пацана сгустились плотные магические потоки. Дар вырывался из‑под контроля и тем самым ранил его изнутри.

Точнее, уже вырвался…

– А‑а‑а! – зарычал пацан от вновь накативших злости и боли.

Мои бесята ринулись на подмогу Антону, но не могли к нему подобраться. То тут, то там, прямо в воздухе, на земле и даже под землёй появлялись сгустки неведомой силы. Они либо отбрасывали бесят в сторону, либо притягивали и сталкивали друг с другом.

Полигон сейчас больше походил на минное поле с гравитационными аномалиями. И они были повсюду.

– Тоха, держись! – кричал Саня.

Он был из тех, кому удалось продвинуться дальше остальных. Хаотичность движений этого паренька чудесным образом синхронизировалась с появлением новых аномалий. И Саня продвигался всё дальше и дальше, пока его удача не закончилась. Новая гравитационная точка отбросила его назад на несколько десятков метров.

Саня ударился о бревенчатый выступ и вскрикнул от боли.

А вот Антон даже кричать не мог. Он едва не потерял сознание, но держался на морально‑волевых качествах. Гравитационный дар Данилы прибил его к земле и продолжал давить, вминая в сырую холодную грязь.

А тем временем Боря не смог шагнуть и пары метров, когда его отбросило в сторону. Казалось бы, удача покинула его. Больше ожидалось, что он прогулочным шагом доберётся до цели, а аномалии будут избегать его…

Но нет. Удача сработала как надо и оградила пацана от необдуманных поступков. Уложила на мягкую грязевую поляну и не позволила приблизиться к эпицентру гравитационной аномалии.

Если бы сейчас бесята добрались до Антона, это только усугубило бы ситуацию. Они все оказались бы под действием аномалии. Словно под давлением невидимого огромного сапога, который вминает в грязь несчастных букашек.

– Р‑ра‑а‑а‑а‑а!!! – закричал Данила. – Валите отсюда, кретины! Или сдохните! Сдохните все!

Ему было больнее, чем Антону. Источник надрывался, трескался, а дар гравитации терзал всю магическую систему. Появлялись новые надрывы, новые шрамы.

Но несмотря на боль, Данила продолжал кричать:

– Вы что, совсем тупые⁈ Валите нахрен, ублюдки!!!

– Какой ты дружелюбный, – хмыкнул я, оказавшись у него за спиной.

– А⁈ Ч‑что? – пацан удивился, но не мог даже повернуть голову, чтобы посмотреть на меня. – Как… как ты там оказался, козёл?

– А вот обзываться нехорошо, – буркнул я.

И ударом ладони в шею отрубил пацана вместе с его взбесившимся Источником.

Гравитационные аномалии рассосались через несколько секунд. Пацан начал падать на землю, но я его подхватил и мягко приземлился на истоптанный полигон.

Бесята почувствовали, что препятствий больше нет, и ринулись на помощь к Антону. Облепили его со всех сторон, искренне беспокоились. Но вновь заставили меня улыбнуться и даже не тронули его. Ведь если пацан получил серьёзные переломы, ему от такой помощи будет только хуже.

– Тоха! Тоха, ты как? – волновался Саня.

И даже он, несмотря на эмоции, соблюдал правила безопасности.

– Скорее вызывайте медиков! – воскликнула Анжела.

– Да, точно! – опомнилась Алиса.

Девочка совсем растерялась. Она очень испугалась за своего друга. И сейчас выглядела так, словно это её раскатало гравитационной аномалией и впечатало прямо в землю.

– Н… не надо м‑медиков… – прохрипел Антон, потихоньку поднимаясь на четвереньки.

Бесята вдруг замерли и с придыханием наблюдали, как он шевелится.

Сначала Антон подобрал руки. Опёрся и со стоном привстал чуть повыше. И наконец поднялся на колени, уперевшись локтями в грязь.

– Ёжкин ты крот… – вздохнул он. – Что это было? На меня будто… небо упало….

Пацан щерился, кривился от боли и пытался выровнять дыхание. Но кажется, серьёзных повреждений не получил. Крепкий, однако.

– Это тебя так будущие отработки по головушке ухнули, – ухмыльнулся я.

– Сергей Викторович!!! – воскликнули бесята.

Они что, меня только‑только увидели?

Ну вот. Похвалил, блин, называется! Ну ничего, научатся смотреть даже затылком. Я им такое устрою!

– Что вы здесь делаете⁈ – спросил Петя.

– Когда вы успели‑то⁈ – удивлялся Боря.

Точно устрою!

– Отдайте мне этого гада! Я его сейчас!.. – Алиса ринулась ко мне, выставила руки, пытаясь схватить бессознательного Данилу, который сейчас перевалился через моё плечо.

Но мне пришлось остудить пыл девушки.

– Я что‑то не понял, – процедил я строгим учительским голосом. – Какого ляда весь класс сейчас находится на полигоне⁈

Это подействовало. Бесята сразу поумерили пыл и вспомнили, что они так‑то сбежали с урока, чтобы устроить стрелку с новеньким.

– Я вас спрашиваю! – процедил я, специально нагнетая ауру, чтобы добавить немного эффекта. – Мне что, за указкой сходить⁈

– Не, не, не, не! Не надо указку! – тут же всполошился Саня.

– Точно! Не надо указку! – закивал Боря. А затем Саня его пихнул локтем, и пацан замотал головой в противоположном значении.

Это он просто тупанул на нервах или реально хотел увидеть указку в действии? Хм…

В любом случае, эти двое уже пожалели, что сделали мне такой замечательный подарок. Ведь указка, которая выглядит почти как меч, ну прямо‑таки просит использовать её не совсем по прямому назначению!

Хм… вообще‑то я слышал, что в прочих магических академиях практикуются, так сказать, методы физического воспитания. Может, мне стоит присмотреться к опыту коллег?

Рассмотрю пару зарекомендовавших себя примеров, изучу методику, применю на практике…

Хотя нет. В голове прям звенит рассерженным голосом Лены: «Не педагогично!»

Так что придётся указкой только указывать, всё‑таки это дети… Ну, иногда припугнуть можно, хе‑хе. А вот когда вырастут… Там уже будет другой разговор!

– Все живо в класс! – гаркнул я. – А, нет, стоп! Свиридов, Савельев и Елизарова.

– А?

– А⁈

– Да!

Откликнулись трое шилоприводных бесят.

А когда я злорадно ухмыльнулся, они почуяли неладное и насторожились. И не зря, потому что для них будет особенное задание. Можно сказать, на прочность. Во всех смыслах.

– Вы пойдёте со мной, – сказал я.

– А меня‑то за что⁈ – тут же громко возразила Анжела.

– Всё‑таки указку… – вздохнул я.

– Не‑не‑не‑не‑не! Не надо указку! – мигом переменила она своё мнение. – Я без проблем! Я… я пойду! Куда скажете, туда и пойду!

– Вот это я понимаю – рвение и энтузиазм! – осклабился я. – Вот такое мне нравится!

━–━–༺༻–━–━

Что ж, я отправил остальных бесят в аудиторию и с тремя «избранными» поплёлся в сторону медицинского корпуса.

Был у меня один вариант, как сделать так, чтобы бесята и Ермаков нашли общий язык. Правда, вот прям сейчас делать этого было нельзя. И опасно, и бесполезно.

Поэтому я пошёл самым прямым и быстрым путём. И просто вырубил новичка…

Ну, конечно, это звучит не очень хорошо, если не знать контекста. Но всё же у меня были серьёзные причины так сделать – в смысле, вырубить ученика. Более того, сейчас это будет ему на пользу, потому что Источник оглушён и некоторое время не будет бунтовать.

А в его случае по‑другому сделать было никак.

Похоже, Данила всё пытается обуздать свой дар, но тот вырывается из‑под контроля. Сейчас он хотел показательно наказать Антона. Так сказать, поставить себя в новом коллективе и объяснить, кто тут главный.

Конечно, с виду это выглядело совсем по‑дурацки. Но основной смысл был именно такой, как мне кажется. Он ведь тоже оказался в не самом завидном положении, а про монстрят из второго «Д» наверняка наслушался, пока ещё учился здесь.

Однако что‑то, как говорится, пошло не так. Сначала Данила хотел просто немного пришибить Свиридова. Я видел, как он пытался аккуратно прижать его, но в итоге сорвался и запустил цепную реакцию гравитационных аномалий. И в конце концов сам попал под действие собственного дара.

Хреновый контроль магических потоков. Буйный, непослушный, особый дар. Очень уж специфический характер. И истерзанная, покрытая шрамами магическая система…

Ёжкин крот, этот Данила будто квинтэссенция всего, с чем я сам столкнулся за свою недолгую карьеру учителя!

– Сергей Викторович, – осторожно спросила Анжела, когда мы почти добрались до корпуса медиков, – зачем вы нас с собой взяли?

– Будете отдуваться за весь класс! – воскликнул я.

– Да за что⁈ – тут же возмутился Саня.

– Блин, надо указку с собой, что ли, таскать… – призадумался я.

– Не‑не‑не‑не, не надо! – тут же переменился Саня. – У меня никаких претензий! Отдуваться так отдуваться!

– Конечно, никаких претензий, – фыркнула Анжела. – Ты сейчас не сидишь за партой в аудитории, а шлендаешь где‑то. Тебе такое только за радость!

– А тебе будто хочется тухнуть в кабинете, – хмыкнул Саня. – Ну, Антох, скажи ей, а!.. Антоха?

Но Антон не отвечал. Он шагал с задумчивым видом. Глядел под ноги, с руками в карманах и пинал мелкий камешек по дороге. Изредка бросал взгляды на бессознательную лысую морду Данилы, пока тот немного покачивался у меня за спиной и тыкался носом в лопатку.

И, будто не заметив вопроса своего одноклассника, Антон решил задать свой собственный вопрос. Только адресовал его мне.

– Сергей Викторович. Почему он такой сильный?

– М? В смысле? – я обернулся и озарил его лучезарной улыбкой. Ну, хотел чуть‑чуть приподнять настроение. – Ты о чём?

– Я вообще ничего ему не смог сделать, – прорычал Антон. – Ни хрена просто!

– Да ладно тебе, Антон, – попыталась его утешить Анжела. – Ты хорошо сражался! У нас ещё не было никакой боевой подготовки, а он явно какой‑то хулиган и сто раз…

– Неважно, – рыкнул Антон. – Даже когда мы дрались, я чувствовал, что он… он…

– Что⁈ – нетерпеливо спросил Саня.

– Он… будто сдерживался, – со злостью процедил Антон.

Ну да. Когда стоишь вот так один на один, а твой противник, которого ты ненавидишь по какой‑либо причине, ещё и сдерживается…

Это злит и ранит ещё сильнее, чем любая рассечённая бровь или выбитый зуб.

– Он – и сильнее? – засмеялся я. – Да, бесята, вам ещё учиться и учиться!

Антона это немного уязвило и сбило с толку.

– Вы о чём, Сергей Викторович?

– Этот крендель, – похлопал я Данилу по заду в обтёртых джинсах, – вообще не контролировал ситуацию. Если бы я не вмешался, он как минимум бы вывихнул собственную шею.

– Правда? – удивилась Анжела. И тут же переключилась на другую тему: – Кстати, Антон, а ты точно в порядке? Просто тебя так пришибло на земле, аж воронка была… Отпечаток тебя самого.

– Угу, – осклабился Саня. – И рожа смешная, гы‑гы.

– Ну, похоже, меня это и спасло, – буркнул Антон, подавив улыбку. – Мягкая посадка и родненькая земля полигона. Приняла так гостеприимно, что не успел ничего сломать.

Я тоже улыбнулся, а затем вернулся к нашему разговору.

– Вспомни про свой собственный дар, – напомнил я Антону уже немного более серьёзным тоном. – Сильным ты был, пока не научился с ним уживаться? Круче любого из своих сверстников, наверное!

– Да ну… – пацан почесал затылок и призадумался. Пытался вспомнить собственные ощущения, причём не такие уж и далёкие. – На самом деле… ага. Я, может, и весь класс смог бы ушатать в той башне. Да только и сам бы тоже ушатался.

– Э, слышь, Тоха! – недовольно буркнул Саня. – Ты говори да не заговаривайся. Ушатал бы он, ага!

– Ну да, прости. Забыл! – по‑доброму усмехнулся Антон. – Об тебя бы я точно споткнулся!

– Во‑во! Ты это!.. Смотри мне! – погрозил пальцем Саня.

Но если Антон шутил, то насчёт Сани я не уверен. Иногда он бывает серьёзен в совершенно неподходящих для этого вещах.

– И всё же, – решила вернуться к вопросу Анжела. – Куда мы идём‑то, Сергей Викторович?

– М‑м‑м… – застонал вдруг Данила.

Он начал приходить в себя.

Ох ему и больно будет, когда очнётся!

Когда оглушают Источник, это хуже, чем битой по затылку получить.

Но будем надеяться, что он воспримет это как полезный жизненный урок, а жуткая головная боль, тошнота и тряска рук смогут стать отличной таблеткой от глупых поступков в будущем.

Хотя… пара моих знакомых с подобными симптомами после очередной грандиозной гулянки вот уже лет десять клянутся бросить пить. Каждый раз клянутся собственной печенью!

Надеюсь, Данила будет более благоразумен. Или мы хотя бы выиграем время до следующего гравитационного срыва.

– Сергей Викторович! – продолжала настаивать Анжела.

Но тут я резко остановился, и она немного растерялась. А когда я суровым взглядом обернулся, даже попятилась и спешно отказалась от собственного требования:

– Ну, если не хотите говорить, то не надо! Я‑то чё… я ничё…

Однако суровый взгляд предназначался не ей.

– Эй, выходи давай! Тебя заметили, – велел я.

– Чё? Вы кому это? Сергей Вик… – Саня обернулся и наконец‑то увидел, как из‑за деревьев на дорогу выходит один непослушный шалопай.

– Дрон, а ты че тут делаешь⁈ – удивился он появлению Андрея Самсонова. – Ты же должен с классом идти в аудиторию!

– Во‑во, – кивнул я на Саню. – А Савельев правильные вопросы задаёт! В кои‑то веки…

Андрей тем временем чуть понуро и виновато шагал в нашу сторону. Однако взгляд у него был тот ещё, а Источник даже не кипел, а, скорее, покрылся льдом.

И не могу сказать, что из этого хуже.

– Сергей Викторович, можно мне с вами⁈ – выпалил он, отчаянно пытаясь смотреть мне в глаза.

– И зачем же мне брать тебя с собой? – спросил я. – Ты хочешь заработать отработку на ровном месте?

– Ты дурак⁈ – удивился Саня.

Но его одёрнул Антон.

Свиридов, кажется, догадался, зачем Андрей последовал за нами. И предпочёл не мешать.

Андрей ответил не сразу. Пока он держал паузу, Данила опять простонал, немного дёрнулся и чуть не свалился с плеча. Пришлось немного подбросить его, чтобы вернуть на место, и это вызвало ещё один стон.

А затем я кивнул Андрею.

– Отвечать‑то будешь?

– Можно наедине? – прошептал парень, покосившись на своих одноклассников.

– Э, нет! – улыбнулся я. – Ты сам решил прийти, я тебя не звал. Говори, зачем пришёл.

Антон снова покосился на одноклассников. Те сделали вид, что не заметили его слов и не затаили обиды.

Особенно Саня, который тут же нахмурился и хотел ему высказать пару ласковых советиков… Но снова был остановлен Антоном.

– Вы же хотите помочь этому… Даниле, – процедил Андрей.