![](/files/books/160/oblozhka-knigi-rostki-lzhi-si-367054.jpg)
Текст книги "Ростки лжи (СИ)"
Автор книги: Гэвин Магнус
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 39 страниц)
– Души неуничтожимы. Однако нам удалось развеять нескольких направленным ударами. – возразил Клавдий.
– Неуничтожимы и невидимы в физическом мире. Однако тварей видели все, и поэтому я предполагаю, что вам удалось развеять лишь внешнюю оболочку. Сами души целы, и возможно, восстановятся со временем и снова нападут на входящих в храм. – парировал Кадмиан.
– И как, по-вашему, нам от них избавиться? – осведомился Этериас.
– Я не знаю. – качнул головой Кадмиан. – Наша школа искусства нейтраля уделяет слишком мало внимания чисто энергетическим материям, в силу того что практические, физические аспекты проявления стихий приносят наибольшую пользу королевствам. Я могу предположить, что мы и сами способны превратить человека в нечто подобное, если сильно постараемся и потратим годы на исследования, однако в этом нет практического смысла. Разрушение проще созидания, но и для этого нужно время и исследования. А они затруднены: я думаю, нам следует попытаться создать что-то вроде энергетической клетки и попытаться поймать одну из тварей.
– Душа любого разумного уходит в поток после смерти, покидая наш мир. Вероятно, что-то удерживает эти души в нашем мире. Своеобразный якорь. Если разрушить его, они должны покинуть мир, повинуясь законам мироздания. – высказал теорию мастер Клавдий.
– В храме не было ничего нового относительно моего визита семь лет назад. Лишь прах и тело рыцаря. Я внимательно обошёл его, проверив каждый угол. – возразил верховный иерарх.
– Возможно, якорем является сам храм. А аномалия – побочный эффект этого. Может быть, она требует энергии для работы и своеобразным образом высасывает жизнь из всех кто там находиться? – предположил мастер Эниан.
– Вы предлагаете разрушить храм? – прямо спросил Родриан.
В зале повисло молчание. Предложенная идея не нравилась никому. Взгляды скрестились на верховном иерархе, ожидая от него решения.
– Если потребуется, мы сделаем это. Храм – это символ, что возвели мы сами. И возведём новый, если потребуется. Однако даже если он является якорем и первопричиной аномалии, неразумно будет разрушать его. Мы должны изучить все – от и до, дабы научиться противостоять подобной мерзости. – наконец, выдал решение Этериас.
– Говоря об этом… Никто, кроме вас не может войти туда и остаться в живых. Может, вам стоит научить нас тому самому универсальному щиту, который позволил вам это?
Раздался из угла стола старческий, надтреснутый голос магистра ордена странников, а его белёсые, слепые глаза уставились прямо на верховного иерарха.
– Боюсь, я не могу этого сделать. – качнул головой его святейшество.
– Вот как? Вы полагаете, что хранить тайны будет разумно в такой момент? – старец сказал это таким тоном, что недосказанные слова “глупый мальчишка” буквально повисли в воздухе. Атмосфера в зале накалилась.
– Вы не поняли. – жёстким, решительным тоном отчеканил Этериас. – Когда я говорю не могу, это не значит, что я следую какому-то старому правилу верховных иерархов. Я не могу сделать это физически. Этому щиту меня научил Отец во время посвящения, передав знания напрямую в мой разум. Я просто не знаю, как выразить понимание подобных вещей словами, ведь в нашем языке просто нет слов для иных понятий. И я сам не знаю, как работает этот щит, умея лишь вызывать его. Когда я спросил Отца об этом, он сказал мне, что помимо последней линии обороны для верховного жреца, это ещё и задача, которую я должен решить, поняв, как это работает. И насколько я знаю, ни я, ни один из предыдущих верховных не решил её.
Речь верховного иерарха, впрочем, не произвела на магистра никакого впечатления.
Тот лишь сухо ответил:
– Ясно.
И как будто бы потерял интерес к происходящему.
– Вернёмся к вопросу об аномалии. Кто-нибудь может предоставить мне карту? Вы создали оцепление, мне бы хотелось оценить примерную форму и объём. – сменил тему верховный иерарх.
Мастера несколько недоумённо переглянулись. Похоже, такая идея пока не приходила им в голову.
– Полагаю, это возможно, но прямо сейчас у нас нет такой карты. Аномалия упирается в стены квартала, близ которых стоит храм. Я распоряжусь нарисовать карту и предоставить вам. – степенно кивнул Гастон.
– Вы всё ещё считаете, что это не дело рук Отца? – раздался вкрадчивый голос дряхлого магистра.
– В храме был бой, вне всяких сомнений. Вы всерьёз думаете, что Отцу потребовались бы сражаться с нами, захоти он покарать иерархов? – Этериас поднялся из-за стола, уперев в него руки и уставился на магистра тяжёлым взглядом.
– Я думаю, что Отцу нет необходимости лично являться для того, чтобы наказать кого-то. Достаточно послать подходящего слугу. – спокойно парировал старец.
– До тех пор, пока Отец лично не выскажет мне своё неудовольствие, я буду считать, что он не имеет никакого отношения к происходящему. – стальным тоном отчеканил молодой глава церкви.
– Говоря об этом… Почему бы вам не позвать его прямо сейчас?
Старик-магистр, прищурив слепые глаза, пошарил по складкам своей робы и достал из них необработанный алмаз.
– Священный кристалл памяти! – ахнули сразу несколько мастеров.
– Вы знаете, мы, старики, порой бываем параноиками и волнуемся за учеников. – степенно сказал магистр, отточенным движением прокатив кристалл через весь стол прямо к иерарху. – Лирион был моим учеником, и однажды, когда он отправлялся в рисковую экспедицию, уже будучи верховным, я попросил его сделать ещё один такой. Он любил брать свой в путешествия: говорил, что память об Отце, запечатанная в кристалле, приносит ему удачу. Я очень набожный человек, и, конечно, мой ученик не стал отказывать мне в подобной просьбе.
Затем магистр с лёгкой усмешкой безошибочно направил взгляд слепых глаз на верховного иерарха.
– Я ещё не успел сделать новый кристалл, но раз у вас есть новый, я могу произвести призыв немедленно. У кого-то есть возражения? – обвёл взглядом зал Этериас.
Мастера подобрались и встали со стульев. Но возражений не было.
– Предлагаю позвать стражу. На случай если кто-то захочет вмешаться и сорвать ритуал. – предложил мастер Акрил.
– Разумно. – одобрительно добавил Гастон, и быстрым шагом направился к выходу.
Вскоре мастер Гастон вернулся с тремя десятками людей в латах королевской гвардии.
– Полагаю, мы можем начинать? – осведомился магистр. Он единственный из всех так и остался расслабленно сидеть на стуле.
– Ритуал призыва происходит так: мастер, держащий кристалл памяти, пропускает через него свою собственную, наиболее привычную ему чистую или стихийную энергию. Ведущий мастер сосредотачивается на воспоминании о предыдущей встрече с отцом, а те, кто никогда его не видел, пытаются уловить образ, что был запечатлён в кристалле. Объединив силы, мы посылаем зов отцу, основываясь на этих образах и воспоминаниях. Когда я был в Ренегоне в прошлый раз, нас было одиннадцать, однако это же можно и сделать в одиночку: зов просто будет слабее, но им всё ещё можно достучаться до Отца, если тот захочет ответить. – разъяснил окружающим мастерам нюансы Этериас.
– От нас что-то требуется? – осведомился Гастон.
– Ничего. Но попробуйте окружить меня сырым, чистым нейтралем: если ритуал потребует много сил, я попробую быстро восстановить силы.
Этериас обхватил кристалл двумя руками, и, вытянув их вперёд, зажмурился, вызывая в памяти нужный образ. А затем вложил сколько мог сил в отчаянный зов, зачерпнул из окружающего пространства энергии, и вложил еще раз, и еще… Казалось, вот-вот ему ответят, по воздуху словно прошла волна и пространство над столом слегка зарябило… И верховный иерарх осел на пол, со стоном схватившись за голову.
Ближайшие мастера в зелёных робах немедленно подбежали к нему, однако Этериас лишь отмахнулся, тряхнув головой и медленно поднявшись.
– Что произошло? – обеспокоенно спросил мастер Эниан.
– Не знаю. – верховный иерарх скривился, потерев виски. – Такое чувство, будто зов упёрся в стену. А так как я вкладывал в него много сил, ощущения, будто с разбегу ударился об эту стену головой.
Мастера помрачнели, переглядываясь.
– Выходит, даже с вами мы отрезаны от связи с создателем. – констатировал факт Гастон.
– Зато теперь мы твёрдо знаем, что не призыв Отца послужил причиной событий в храме. – сказал мастер Син.
– Я так не думаю. Мы твёрдо знаем лишь то что, старая, практикуемая веками связь с Отцом теперь для нас закрыта. Это отлично укладывается в версию, что он гневается на нас. Кому, кроме бога, хватило бы сил отрезать нас от связи с ним? Возвести эту, так называемую, стену? – усмехнулся слепой магистр, поднимаясь и медленно, шаркающим шагом направляясь к двери.
– Я единственный из ныне живущих кто лично говорил с Отцом, и я не верю, что это его рук дело, или дело рук его слуг или посланников. – тихо, но решительно бросил в спину магистру Этериас.
– Быть может, ваша трогательная вера – это единственная причина, почему вы избежали этого наказания. А ещё вы молоды, а Отец мог и пощадить вас, потому что считает неразумным ребёнком. Мы же, старики, знаем, что иногда надо принимать жёсткие, но необходимые решения, и я уверен, что наш Отец, наш создатель, знает это ещё лучше, чем мы сами. – не оборачиваясь, ответил магистр.
– Вы ошибаетесь. И со временем я докажу вам это. – ответил верховный иерарх.
Магистр на мгновение остановился у двери.
– Вы говорите, что у храма было десять этих созданий. На одного меньше, чем было иерархов, верно? Одним из верховных иерархов была женщина. Таллистрийка. Любой мужчина пощадил бы женщину, вынося подобный приговор группе людей. Полагаю, Отец не исключение.
Бросив последнюю парфянскую стрелу, древний магистр ордена странников покинул помещение.
– Он будет проблемой? – осведомился Этериас у мастера Гастона, едва магистр покинул собрание.
– Магистр ордена странников старейший из ныне живущих мастеров Ренегона. – вздохнул Гастон. – Он сделал для королевства больше, чем кто-либо другой, и я полагаю, он имеет право на старческие заблуждения. Не волнуйтесь на его счёт: ему осталось недолго, и он никогда не сможет сделать что-то, идущее во вред королевству.
– Искренне надеюсь, вы правы. – вздохнул Этериас.
– Полагаю, следующее, что нам стоит обсудить, это дела города. За месяцы, что прошли без верховного иерарха, в Ренегоне накопилось множество дел, требующих вашего внимания. – деловито взял слово мастер Фелиус.
Молодой иерарх с трудом подавил желание застонать. Начиналась та часть работы на этому посту, которую он ненавидел больше всего.
После завершения заседания мастер Кадмиан остановил Этериаса в коридоре, схватив за рукав.
– Несмотря на то, что вы не можете обучить нас вашему универсальному щиту, я настаиваю, чтобы вы продемонстрировали его преподавателям нашего монастыря, опытным мастерам, и даже талантливым учеником, и подробно расписали чувства и ощущения, что вы испытываете при его создании. Даже если мы не сможем создать что-подобное, возможно получится придумать свою, более слабую но рабочую версию. Это может быть бесценными сведениями для искусства нейтраля, и спасёт множество жизней!
– Резонно. – кивнул Этериас. – Я навещу ваш монастырь, как только разберусь с накопившимися делами.
– О большем я и не прошу. – спокойно кивнул Кадмиан и направился дальше по коридору.
Этериас Инвиктус, верховный иерарх объединённой церкви Аурелиона и Ренегона, устало подписал последнюю бумагу, добавив её к гигантской, поднимающейся выше его головы стопке документов рядов.
– Это всё на сегодня, Гелли? – крикнул он помощнику, сидевшему в прихожей кабинета
Парень вошёл в кабинет и достал из-за спины ещё одну стопку бумаг, из которых можно было бы собрать целую книгу.
– Это прошения, что поступили, пока вы работали, ваше святейшество. – виновато пожав плечами, добавил Гелли.
Иерарх тяжело вздохнул. За последний месяц он почти не спал, и этой груде дел, что нежданно обрушилась на него, совсем не виделось конца. А он думал, его первые годы на посту были сложными. Количество вопросов, что требовали его внимания в Ренегоне, просто поражало, и отнюдь не в хорошем смысле.
Оглянувшись и не найдя свободного места на столе, он ответил помощнику:
– Положи на стул. Я займусь этим чуть позже.
Этериас посмотрел на окно, за которым была глубокая ночь, и прикрыл глаза, массируя их. Спустя день после событий в храме у него состоялся обстоятельный разговор с королём Ренегона, однако за последующий после него месяц молодой мастер уже успел сотню раз пожалеть, что согласился на его предложение.
Дела все не кончались и не кончались, и за прошедший месяц расследование истинных причин происшествия в храме не продвинулось ни на шаг. Возможно, во многом потому, что все его внимание было приковано к делам города и бумажной работе. Слишком много требовало внимания главы церкви, и хотя он и пытался свалить как можно больше на советников, они снова и снова требовали его. На иерархе Кордигарда висело столь многое! Утверждение планов ремонта канализации, членов экспедиций, распределение выпускников по местам работы, награды отличившихся и наказания провалившимся, посвящение в рыцари детей высшей аристократии и приёмы населения! И это лишь малая часть!
Еще раз тяжело вздохнув, верховный иерарх решительно отложил стопку с прошениями и достал из шкафа тонкую папку с материалами по событиям в храме, начиная снова просматривать их.
Он видел эти отчёты уже множество раз, однако что-то не давало ему покоя, заставляя читать их снова и снова. Словно разгадка была где-то рядом, но вечно ускользала. Вот показания гвардейцев, вот мастеров, вот отчеты охотников, а вот нарисованная по его просьбе карта аномалии.
Несколько минут, впав в лёгкий ступор от усталости, молодой маг смотрел на карту, а затем его осенило.
Это же круг!
На первый взгляд это было незаметно, потому что на прекрасно изображённой карте площади и стен вокруг храма были точками отмечены места, где начинала работать аномалия. Точки были разбросаны так, что сперва сложно это понять, и Этериас взял перо, обмакнул его в чернила и провёл жирный полукруг, безжалостно коверкая творения мастера-картографа. И множество точек попало под него, а остальные отклонялись совсем немного.
Надо разобрать прилегающие к аномалии стены. Вырезать землю с травой, и кинуть её широким слоем, понял он. Очертить точный круг, понять где его центр, возможно, таким образом получится вычислить якорь!
Этериас почувствовал неожиданный прилив сил, и вся усталость словно отступила. Теперь у него было направление, в котором следовало идти, а это уже немало.
Древний магистр ордена странников сидел на самой высокой башне монастыре и выслушивал доклад одного из стражников ордена.
– Значит. вы ничего не узнали о его цели?
– Мы опросили всех караванщиков, что выходили из Ренегона в тот период. Даже тех кто ещё не вернулся в Ренегон – выследили, нашли и опросили. Удалось выяснить лишь то, что его люди покинули город незадолго до Конклава. С ними было двое мастеров красных башен. Вероятно, сэр Горд отправился куда-то самостоятельно, с небольшим отрядом.
Магистр раздражённо поморщился, и жестом отослал стражника. Это ему было и так понятно. Слепые глаза смотрели с башни на горизонт, а старый мастер, один из самых влиятельных людей Ренегона, неожиданно сильно сжимал свои кулаки.
– Куда же он послал тебя, мой мальчик? Куда ты увёл своих людей? – прошептал он.
Глава 12
– Раз-два взяли!
Команда капитана Зинча, ухватившись за верёвки вытаскивала корабль на берег. С некоторым трудом, но им это удалось.
Зинч задумчиво смерил взглядом тяжёлое, с трудом вытащенное на берег судно и скептически посмотрел на меня.
– Что будем делать дальше, сэр Горд? – елейным тоном осведомился он.
– Протащить судно дальше верёвкам по пляжу вы не сможете? – на всякий случай уточнил я.
Зинч покачал головой.
– Мы едва протащим его на сотню метров, выбившись из сил. А пляж каменистый: можно повредить днище, если тащить далеко.
Вдалеке от пляжа виднелся хвойный лес. Достать брёвна должно быть несложно.
– Хорошо. – кивнул я. – Я со своими людьми отправлюсь к ближайшему лесу и нарублю брёвен. Мы поставим корабль на них, и прокатим его по побережью, переставляя задние брёвна спереди.
Капитан почесал подбородок, задумавшись.
– Это может сработать. – признал Зинч. – Хотя и никогда не видел, чтоб кто-то передвигал судно таким образом.
– Всё бывает впервые. – усмехнулся я.
Инструменты для починки на корабле были, так что откладывать рубку не стоило.
– Шимуль. Возьмите топоры и оружие. Мелайя – побольше стрел. Мастера и моряки остаются на побережье на случай атаки с моря.
Раздав команды, я с наёмниками и охотницами отправился в лес.
Каменистый пляж проходил на несколько сотен метров вглубь материка и заканчивался безжизненной, слегка подсохшей почвой. А ещё спустя полкилометра начинался редкий хвойный лес. Торчащие среди усыпанной коричневыми иголками почвы редкие деревья казались гротескное, словно искусственной пародией на буйство жизни, что должно присутствовать в настоящем лесу.
– Странный лес. Словно мёртвый. Никакой травы, растений или кустарников. – задумчиво произнесла Мелайя, присев на колено и слегка раскопав старую хвою. Под ней была лишь земля.
– Мне здесь как-то не по себе. Как будто кто-то смотрит за тобой. – прогудел здоровяк Сай, поудобнее перехватив двуручник.
Этот громила завоевал в отряде репутацию одного из самых бесстрашных вояк. В трусости его обвинить было сложно.
– Мы здесь долго не задержимся. Рубите стволы и тащите к побережью. Мелайя, оглядитесь с девочками вокруг, но не теряйте нас из виду. – коротко распорядился я.
Застучали топоры, с треском валились брёвна. Однако много наёмники не успели: было заготовлено лишь пять брёвен, прежде чем я почувствовал, что кто-то приближается. Я дал жест охотницам возвращаться.
– К нам приближается некая тварь. Крупная. С северо-запада.
Наёмники прервали заготовку брёвен и потянулись к оружию.
– Приказы? – спокойно осведомился Шимуль.
Я посмотрел на охотниц.
– На северо-западе есть подходящее место, чтобы встретить стрелами?
– Небольшой овраг в двух километрах отсюда. – кивнула Мелайя.
– Олан, Скул, Гнис, Шимуль, Бролан. Вы остаётесь здесь и продолжаете заготовку. Остальные со мной к оврагу.
Олан и Скул предпочитали щиты, Шимуль с Броланом – полуторники. Гнис был топорщиком, и его топор справлялся с рубкой деревьев не хуже корабельных инструментов. С собой я решил взять охотниц, лучников и тех из наемников кто предпочитал двуручники или лук. Против крупной твари – самое то.
Вскоре мы были у небольшого, каменистого и немного заросшего мхом оврага, через который протекал жиденький ручей. Я чувствовал, что твари осталось всего несколько километров до нас: вскоре она покажется из-за холма. Я поднял руку, и наёмники с охотницами достали стрелы из колчанов.
Едва тварь показалась из-за холма, я грязно выругался.
– Сай, Тонир, Дон – живо бегом к остальным! Возвращайтесь на пляж, разместите ловушки минимум в двух сотнях метров от побережья! Пусть мастера подготовят пламенный луч! Остальные: засыпаем стрелами и отходим бегом, не дайте ей сократить дистанцию. – отрывисто раздал команды я.
Этого проклятого жизнесоса я бы узнал из тысячи. Восемь ног, коричневая шкура, отсутствие глаз и небольшой толстый хоботок. Она не выглядела опасной, будучи размером не сильно больше медведя, однако мне уже довелось на собственной шкуре понять, насколько это обманчивое впечатление. Эта, пожалуй, была чуть покрупнее, чем та, с которой я столкнулся в предгорьях Арса, но и только.
Тварь безошибочно направилась в нашу сторону, остановившись перед оврагом.
– Залп! – крикнул я.
Семь стрел взвились в воздух. Три соскользнули с толстой шкуры, остальные воткнулись в толстую шкуру, но не слишком глубоко. Я скрипнул зубами – не похоже, будто это доставляло твари сильный дискомфорт.
– Попробуйте по ногам, ищите уязвимые места. Стреляйте точно, не тратя стрелы попусту.
После первого залпа жизнесос развернулся и в бок поскакал на восьми лапах огибать овраг. Несколько стрел прошли мимо. Двигался он с приличной скоростью: пожалуй, почти не уступая бегущему на пределе человеку.
Пока чудовище огибало овраг, мы успели потратить по пол-колчана каждый и буквально утыкать его стрелами. Однако все они вязли в крепкой шкуре, и даже не замедлили его.
– Бегом к побережью. Кто сможет – стреляйте в него на бегу. – скомандовал я незадолго до того, как тварь вышла на нашу сторону оврага, и мы побежали, изредка огрызаясь стрелами.
Между нами и жизнесосом был примерно полкилометра, когда он обогнул овраг и двинулся за нами. Пока мы бежали до побережья, это расстояние сократилось вдвое.
Наёмники бросили копать яму-ловушку на спуске к берегу, и припустили к кораблю. Из ловушек успели поставить только капканы.
Мастера и моряки уже были готовы к бою, вооружившись ручными корабельными стрелометами. Тварь немного замедлилась, подойдя к крутому спуску на побережье.
– На какую дальность вы можете выдать пламенный луч? – быстро осведомился я у Темпуса и Итема.
– Зависит от силы. Тварь такого размера – с пяти десятков шагов максимум. – ответил Темпус.
– Я мог бы выдать на двести. Но не уверен, что это её убьёт: никогда не слышал о подобных созданиях. Медведя бы убил, а эта не сильно больше. – решительно высказался Итем.
– Даже не думайте подходить близко. Итем, бьёшь первый с максимальной дистанции. Эта тварь умеет высасывать жизнь с расстояния в несколько десятков метров, и достаточно быстро, чтобы оставить десяток трупов за минуту.
Тогда, в горах, твари хватило пары десятков секунд, чтобы превратить меня из пышущего жизнью странника в развалину, что едва могла двигаться. Уверен, обычного человека в бою она высосет за секунды.
По рядам моряков прошла рябь, и иные из стариков сжали стрелометы так сильно, что костяшки побелели. Но паникёров и попыток убежать не последовало.
Восьминогий жизнесос уже спустился на каменистый пляж, немного поводя хоботком в стороны. А затем направился в нашу сторону. Однако капканов слепая тварь не заметила, наступив в один из них!
Одиночный капкан, конечно не мог серьёзно повредить восьмилапому зверю. Похоже, тот даже не смог перебить толстую ногу. Но тварь замешкалась, и попыталась содрать его другой ногой!
– Итем, сейчас! – крикнул я волшебнику.
Ревущая струя белого пламени толщиной в человека устремилась через весь пляж, превращая нашего противника в живой факел. Да, пожалуй, глядя на это можно было понять, почему Грицелиус считал Итема восходящей звездой красных башен.
Тварь постояла ещё несколько мгновений, после того как пламя опало. А затем рухнула на камни пляжа обугленной куклой.
Побледневший Итем выдохнул, пошатнувшись. Наёмники немедленно подхватили его под руки, с улыбкой хлопая по плечам и поздравляя.
– Ты задал этой твари жару! В прямом смысле!
– Настоящий мужик!
– Побольше бы таких мастеров, а не тех что штаны по башням просиживают!
Парень лишь слабо улыбался. А вот мне было не до радостей. Я чувствовал, что тварь ещё жива. Ослабла, но даже не смертельно ранена.
– Она ещё жива. Раны не смертельны. Нужно добить. – прервал я радостные поздравления.
Охотницы немедленно попытались достать тварь стрелами. Тщетно – те лишь соскакивали с обугленной шкуры. Желающих двинуться вперёд, впрочем, после данного мной описания не было, а второй подобный луч юному дарованию явно было не по силам. Я обнажил меч и уже было решил направиться добить жизнесоса сам, пока он не очухался, однако тяжёлая ручища Сая преградила мне дорогу.
– Неразумно рисковать лидером в таком деле, сэр Горд. Мы с парнями вполне справимся. – спокойно прогудел здоровяк.
Перехватив огромный двуручник поудобнее, Сай кивнул бородатому Тониру и лысому Дону: они были копейщиками в отряде.
Быстрым шагом воины направились к обугленной туше. Копейщики разошлись в стороны, заходя с боков, а Сай подошёл спереди, и с хеканьем, навалившись всем весом, вонзил двуручник чуть выше хобота, прямо в голову твари.
Тварь очнулась, захрипела, и дёрнув головой, ударила мечника в грудь, отбрасывая на песок. В этот момент Дон и Тонир вонзили копья в шею с двух сторон и сразу же отпрянули. Хрип захлебнулся. Подёргавшись в судорогах ещё некоторое время, жизнесос затих.
Сай с песка так и не поднялся, и я жестом приказал оказать ему помощь. Жизни в твари я больше не чувствовал.
Наёмники споро организовали носилки и принесли здоровяка. У того, похоже, были сломаны рёбра, а сам он находился без сознания. Серьёзная рана в походных условиях.
– Кто-нибудь из вас владеет искусством жизни? – осведомился у мастеров.
Итем, Оланс и Темпус покачали головой. Магистр Пикус скрестил руки на груди.
– Полагаю, я кое-что понимаю в целительстве. – ответил старик, вздёрнув подбородок.
– Превосходно. Тогда помогите ему. Улос, напои его подходящими зельями. А нам пора рубить брёвна дальше.
Дальнейшим приготовлениям никто не мешал. Мы поставили корабль на брёвна и начали медленно двигать его по пляжу. Процесс небыстрый, однако всё же лучше, чем встреча с морскими чудовищами.
Капитан Зинч наблюдал за перевозкой корабля со смешанным чувствами.
– Медленно, неудобно, но работает. Удивительно. Никогда не слышал чтобы кто-то двигал так корабли по суше. А ведь это может срезать дорогу кое-где, если двигаться от реки к реке. – прокомментировал он способ.
– Расскажете другим морякам, когда вернёмся. – усмехнулся я.
– Такие вещи не стоит оставлять на произвол случая. – серьёзно качнул головой Зинч. – я оставлю записи в корабельном журнале. Если хоть один человек из команды выживет, он доставит его в морскую гильдию.
Передвижение корабля заняло больше недели. Пляж простирался на несколько десятков километров, уходя по дуге в северном направлении в глубь материка. Я предполагал, что полсотни километров будет достаточно, чтобы обойти жилище морское твари или тварей, которая водилась в окрестностях. Особенно если быстро направиться прямо на север.
В конце пляжа нам встретился мыс, почти закрывающий проход. Оставалась лишь узкая, буквально в два десятка метров полоска пляжа, по которой с трудом удалось протащить корабль на другую сторону возвышенности. И в эту же ночь на лагерь опустился туман.
Мне не спалось в тот вечер. И в темноте я не сразу заметил, как в воздухе повисла лёгкая, незаметная дымка. А затем она сгущалась и сгущалась, и в какой-то момент даже смотря лишь в мелкий огонь мне стало понятно что здесь что-то не так.
Поднявшись, я осмотрел лагерь. Видимость составляла метров пятьдесят: слишком мало для естественного тумана, на который в предыдущие дни не было и намёка. Не то, о чём рассказывал герцог или что встречал в диких землях я сам, но настораживающе.
Я немедленно разбудил всех и заставил пересчитаться. Выбывших не было, и люди несколько удивлённо и растерянно смотрели на меня.
– Магистр Пикус. Развейте туман. – распорядился я.
– Вы уверены, что в этом есть необходимость? – скептически посмотрел на меня слегка заспанный магистр. – Это просто погодное явление.
– Сделайте это. Немедленно. – с нажимом произнёс я.
Вздохнув, Пикус прикрыл глаза и сосредоточился. Он стоял так несколько минут, но ничего не происходило. Туман лишь сгущался, и видимость упала до трёх десятков метров.
– Вы же уже делали это на корабле. – требовательно дёрнул его за рукав я.
– Это не туман. Что угодно, но только не туман. В воздухе не больше воды, чем обычно на побережье. Я не могу развеять это. – в полной растерянности произнёс магистр.
Где-то вдалеке разнёсся вой. Люди принялись доставать оружие.
– Круговая оборона. Мастеров и лучников в центр. Темпус, зажги всем факелы! – скомандовал я.
Люди выстроились кругом, ощетинившись факелами, стрелометами и оружием. А туман всё сгущался, и казалось, скоро те кто находится в центре, перестанут различать окружение. Вой раздался ближе, однако сквозь дрянной туман словно бы отказывало чувство жизни. Очередной матёрый загонщик?
Я достал сферу, выданную мне за сделку перед путешествием. Похоже, настало её время. Решительно достав нож, я полоснул по руке, крепко ухватив шар. И пожелал, чтобы туман развеялся.
Серо-белая, густая, словно пар дымка начала втягиваться внутрь сферы, освобождая пространство вокруг. Вдалеке стали видны фигуры, похожие на обезьяньи: загонщики! И не один, а не меньше десятка! В рассеивающийся туман пошли выстрелы луков и стрелометов. Большинство промахивалось, но некоторые попадали. Фигуры отпрянули назад, скрываясь в остатках тумана. Где-то мелькнули четвероногие силуэты других зверей. Вой начал удалятся.
в конце концов весь туман втянулся в сферу, и вокруг осталась лишь тёмная ночь, освещаемая лишь слабым светом звёзд, а враги отступили под градом стрел. Люди облегчённо выдохнули, хотя в ту ночь до самого рассвета никто так и не заснул.
А вот наутро нас всех поджидал крайне неприятный сюрприз. Обогнув мыс, которым заканчивался пляж, мы вышли… На тот же самый длинный, многокилометровый пляж. Вышли с южной стороны.
На лицах у всех были крупными буквами написаны большие вопросы.
– Потащим корабль через пляж ещё раз, сэр Горд? – выразил общий вопрос капитан Зинч.
Я сжал зубы до скрипа. В этот раз эти проклятые земли переиграли меня. Даже если я развею его вновь, нет гарантии, что пространственная аномалия не сработает ещё раз. А значит, либо мы идём по суше до конца, углубляясь в материк, либо двигаемся по морю. С риском напороться на чудовищ.
– Нет. Дальше пойдём по морю. Двигаемся вдоль берега. Сможете сделать из брёвен несколько дополнительных шлюпок на случай гибели корабля? – спросил я Зинча.
– Справимся. Однако послушайте и вы меня, сэр Горд. Снимите доспехи. Как бы хороши и легки они не были, в них вы пойдёте ко дну. – твёрдо посмотрел мне в глаза капитан.
Подумав, я последовал его совету. И скомандовал сделать тоже самое всем своим людям, чьи экипировка была достаточно тяжела.
– Прежде чем мы отправимся, передайте мне все стрелы, которые у нас есть.
Конечно, была вероятность, что нам удастся проскочить по морю без боя. Но готовится следовало к худшему, и потому я решил поработать над тем, чтобы повесить на каждую стрелу на корабле подходящее проклятье. Забаррикадировавшись со стрелами в капитанской каюте, я принялся за дело.
Посмотрим, как морским тварям понравятся стрелы, которые будут пожирать их заживо.