![](/files/books/160/oblozhka-knigi-rostki-lzhi-si-367054.jpg)
Текст книги "Ростки лжи (СИ)"
Автор книги: Гэвин Магнус
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 39 страниц)
– Хорошо. Подготовьте для нас зажигательные зелья, лучшие из лучших. Возможно, нам придётся уничтожить якорь на месте.
– Будет сделано, ваше святейшество. – спокойно кивнул Гастон.
Тёмные, выложенные камни каналы канализационных коридоров освещались лишь чахлым, прерывистым светом факелов. Из-за обилия испарений и плохой вентиляции факелы еле-еле горели. Вдоль неширокой реки, через которую происходил сток нечистот в реку, шла большая группа людей: два десятка гвардейцев, восемь из десяти советников иерарха и ещё пятеро лучших мастеров школы равновесия, вызванных из гильдии свободных мастеров по требованию Гастона.
– Нам следовало воспользоваться мастерством света. Эти холодные, тёмные туннели вводят меня в тоску. – недовольно пробурчал мастер Син, кутаясь в белую мантию.
– Мы уже сошлись во мнение, что использование искусства может непредсказуемо повлиять на аномалию. – спокойно парировал мастер Гастон. – Поэтому мы идём лишь с факелами, и поэтому его святейшеству пришлось разбирать стену классическим способом, а не обращаться за помощью к стихии земли.
– Не думаю, что пара светлячков на что-то повлияла. – гнул свою линию мастер Син.
– Тихо! Мы на месте.
Мастер Кадмиан, идущий первым, достал бумагу, где была изображена карта туннелей и подслеповато прислонил её к стене, прищурившись.
– Всё верно. За этим поворотом начинается та часть туннелей, что должна входить в радиус сферы аномалии. – пробасил Долиан.
Этериас глубоко вздохнул и тут же пожалел об этом, скрывшись от тухлого и вонючего воздуха.
– Гастон. Вы с остальными мастерами и гвардейцами остаётесь здесь. Будьте начеку, готовыми оказать поддержку. В случае моей смерти, вы, как советник, возглавите церковь. – начал раздавать указания верховный иерарх. – Клавдий, Кадмиан двигаемся вместе. Шаг в шаг, по моей команде. Встаньте плечом к плечу за мной, поближе. Фелиус…
– Я использую стихию ветра, чтобы поддерживать связь. Здесь хорошая акустика, и мы услышим все, что вы скажете. Верно будет и обратное. – кивнул старичок.
Глава церкви сосредоточился, и воздух тёмного туннеля на миг исказился, образую прозрачную плёнку сферы, в которой едва умещалось три человека.
– Выдвигаемся. Шаг.
Трое мастеров двинулись вперёд во тьму. Шаг за шагом, нога в ногу они медленно двигались по тёмному туннелю. Мастер Клавдий подсвечивал дорогу факелом, Кадмиан – зорко следил за стенами на случай нападения. Напряжение витало в воздухе, однако, к лёгкому удивлению Этериаса так ничего и не произошло, хотя он отчётливо чувствовал давление аномалии на щит.
– Согласно карте, центр аномалии должен быть где-то рядом. Однако здесь лишь пустой туннель. – задумчиво протянул Кадмиан.
– Нет никаких ответвлений, комнат или ниш на чертеже? – осведомился Клавдий.
– Туннель, где вы находитесь, проходит почти под храмом. Он имеет толстые стены и монолитную кладку. Здесь не должно быть ничего. – донёсся глубокий бас мастера Долиан издалека, эхом отражаясь от стен.
– Есть стены толсты, в них можно вложить что-то. Вынуть буквально пару кирпичей и организовать тайник. Но в темноте его может быть сложно найти. – высказал предположение Кадмиан.
– Я пошлю вам светлячок. Не двигайтесь. – эхом донёсся до троицы магов голос мастера Сина.
Вскоре по туннелю медленно прилетел крупный шар света размером с голову человека и остановился рядом с Этериасом, хорошо освещая окружение.
– Сложно представить, сколько труда вложено в эти стены. – на миг коснулся рукой каменных кирпичей мастер Клавдий.
– Много. Очень много. – коротко ответил Кадмиан.
– Там. Напротив. Посмотрите. – рублеными, отрывистыми фразами раздал команды Этериас, сосредоточенный на поддержании щита.
Кадмиан и Клавдий присмотрелись. Светлячок подлетел поближе к указанному месту.
– Похоже, стена в этом месте немного отличается. Более свежая кладка. – заметил Клавдий. – В канализации был ремонт перед конклавом?
– Нет. Ремонта не было. – донёсся издалека голос мастера Гастона.
Клавдий и Кадмиан переглянулись.
– Нам нужно перейти на ту сторону канала. – констатировал факт Кадмиан, обеспокоенно смотря на напряжённого верховного иерарха. – сможете допрыгнуть?
Этериас мельком бросил взгляд. Канал был шириной в пару-тройку метров. Не сложно перепрыгнуть здоровому человеку, но втроём, синхронно, с поддержкой щита… Слишком рискованно. Либо он ослабит защиту, либо кто-то выйдет за пределы сферы.
– Нет. – коротко ответил иерарх.
– Тогда боюсь, нам придётся запачкать ноги. – равнодушно заметил Клавдий.
– Вперёд. За мной. – скомандовал Этериас.
Верховный иерарх тяжело бухнул ноги в вонючую, полную нечистот воду. За ним спрыгнули двое его спутников. Но прежде чем они взобрались на другую сторону, бесшумная тень выскочила из стены напротив и бросилась на щит.
Клавдий и Кадмиан среагировали мгновенно, выбросив руки вперёд. Тень разорвало на части. Секундой позже из стены вырвалось ещё три такие же. Глаза мастеров равновесия вспыхнули серой сталью, и две из трёх теней развеялись. Третья ударила в сферу, отчего Этериас на миг скривился. Но защита устояла, и следующим ударом мастера уничтожили последнюю тень.
– Четыре из десяти. – подвёл итог Клавдий.
Напоминание о дальнейшей боеготовности никому не требовалось. Этериас тяжело упёрся руками в противоположный борт канала и рывком поднял себя наверх. Сфера на миг дрогнула, вызывая беспокойство и напряжение его спутников. Вскоре три грязных, вонючих, но решительных волшебника стояли напротив подозрительной каменной кладки.
Клавдий провёл по ней рукой.
– Если тут и тайник, то размером с небольшую комнату. Сможешь пробить стену? – обратился он к Кадмиану..
– Отойдём немного. – утвердительно кивнул настоятель монастыря.
Глава древнейшей школы мистического искусства в людских королевствах сжал руку в кулак и кладка спереди дрогнула и потрескалась, как от таранного удара. А затем ещё раз, и ещё раз. Вскоре впереди образовался тёмный пролом, в который мог бы пройти человек.
– Неплохое управление землёй. Тянет на мастера. А Гастон говорил, что ты мастер школы равновесия. – уважительно качнул головой Клавдий.
– Когда десятилетия учишь молодых неофитов самым разным вещам, и сам успеваешь нахвататься всякого по мелочи. – скромно пожал плечами Кадмиан.
– Сдвиньте свет. – скомандовал Этериас.
Клавдий взмахнул рукой, и светлячок мастера Сина пролетел вперёд, освещая потайную комнату. Увиденное заставило мастеров на миг застыть в ступоре.
– Отец милосердный… Кто мог сделать это? – потрясённо пробормотал Клавдий.
Десять высохших и мумифицированных тел голова к голове лежали кругом внутри странной, написанной фигуры, помещённой в широкое коричневое кольцо, занимавшее почти всю тайную комнату.
– Эти символы… Я никогда не видел ничего подобного. Мы должны зарисовать это.
Маги сделали шаг вперёд, и мастер Кадмиан торопливо достал чертёж туннелей, и, достав из складок мантии кусочек мела, принялся быстро зарисовывать фигуру.
– Никогда не думал, что учительский кусочек мела, который у меня всегда с собой, пригодиться мне именно так. – пробормотал он.
Клавдий напряжённо наблюдал за фигурой, готовый к атаке. Однако ничего не происходило. В некотором напряжении маги стояли с десяток минут, пока Кадмиан не зарисовал фигуру и символы.
– Художник из меня так себе, но некоторое понимание нам это даст. – хмуро высказался он, закончив.
– Чем сделана надпись? – донёсся эхом голос Гастона издалека.
– Сложно сказать. Какая-то коричневато-красная краска. Надо взять образцы. – сузил глаза Клавдий.
– Слишком опасно. Шесть из десяти тварей где-то рядом и могут напасть в любой момент. – качнул головой Кадмиан.
– Вы не чувствуете этого? – глухим, над треснутым голосом произнёс молчавший доселе Этериас. – Это место… оно словно бы отравлено. Изъедено чем-то злым, неправильным, отвратительным. Словно бы каверна, проеденная жгучим ядом в самом мироздании. Прислушайтесь к Тиалу. Мир словно кричит от боли здесь.
Некоторое время мастера равновесия молчали.
– Нет, вы неправы в своей трактовке. – наконец высказался Кадмиан. – Здесь действительно что-то не так, однако крайне сложно определить что именно. Я чувствую, словно один из фундаментальных законов мира был нарушен, искажён, сломлен в этой точке. Каким-то образом это искажение стало постоянным, предполагаю, чтобы запитать что-то. Вероятно, именно оно и питает аномалию, что убивает всех вокруг.
– Здесь был проведён чудовищный по жестокости ритуал неизвестной нам природы. Этих людей убили здесь, принеся в жертву, чтобы создать то, что вы описываете. Разные мастера могут ощущать это по-разному, однако я полагаю, нам достоверно известна если не природа, то цель этого действия: создать аномалию, убивающую всех вокруг, и сделать из убитых в процессе людей могущественных, яростных стражей этого места. – выразил своё мнение мастер Клавдий.
– Десять тел ровно. Количество совпадает. – тяжело подтвердил Кадмиан.
– По крайней мере, это не иерархи. Присмотритесь – вон у того нет руки, А у его соседа пальца. Это бедные старики, калеки, возможно, прямиком из церковного приюта. – заметил Клавдий.
– Это место должно быть уничтожено. – Арктическим, потусторонним, безжизненным голосом произнёс Этериас, отвязывая с пояса колбу с зажигательным зельем. – Отойдите чуть назад.
Переглянувшись, мастера не стали спорить.
Лёгким броском иерарх бросил зажигательную колбу в центр фигуры, однако произошло непредвиденное: вместо того чтобы разбиться, поджигая всё вокруг, колба просто рассыпалась в прах!
С содрогающим туннель рёвом сразу десятка призрачных фигур выскользнула из стен и обрушилась на сферу. Четверо из них казались более тусклыми, но отнюдь не были безобидными. Этериас закусил губу и упал на колено, удерживая вокруг них защитную сферу под градом ударов. Кадмиан и Клавдий наносили один удар за другим, заставляя дрожать пространство вокруг, но в этот раз фантом отнюдь не развевались: лишь истаивали, бледнели, слабели, отходя назад и словно бы возвращаясь в тела, лежащие внутри фигуры. Наконец, тяжело дышащим мастерам удалось загнать обратно все фантомы до единого.
Этериас кинул сразу две колбы в центр фигуры, а потом ещё две, и с отчаянием смотрел, как те обращаются в прах.
– Сфера аномалии начала расширяться! Мы отходим! Отступайте! – Донеслось до них эхо крика Гастона.
В этот момент мирно лежащие тела, находящиеся внутри фигуры, зашевелились…
Он сможет уйти, отстранённо подумал Этериас. Сузить сферу только на себя, разметать ударами ветра поднявшиеся тела, выйти за границу аномалии. Сил пока достаточно. Однако отступать медленно, шаг за шагом вместе с Клавдием и Кадмианом? У него просто не хватит сил столько времени держать сил под ударами фантомов, и неизвестно, на что будут способны их тела.
А еще сфера расширялась, и вокруг были люди. Множество людей. Целые городские кварталы. Даже это временное расширение, погибнут сотни. Ему следовало идти одному.
– Клавдий. Кадмиан. Прижмитесь ко мне поближе, и бейте чистой энергией. Всем чем только сможете, в центр фигуры.
К чести стариков, на их лицах не было ни страха, ни сомнений. Они молча исполнили приказ, встав плечом к плечу. Пространство задрожало и слегка потекло над поднимающими телами, закручиваясь вихрем.
Ревущий поток белого пламени ударил от верховного иерарха в центр, превращая поднимающиеся тела в пепел. Прозрачная сфера вокруг трёх магов замерцала, но верховный иерарх вкладывал в огонь все новые и новые силы, заставляя плавиться сам камень. Вспышка пламени на некоторое время ослепила волшебников… А затем поблёкшая, исчезающая сферы защиты вновь вспыхнула мерным белым светом от вложенных в неё сил.
С невероятным облегчением Этериас понял, что давления, которое оказывала на него аномалия всё это время, больше нет. Они победили.
Глава 16
В целом, это было довольно пикантное положение: полуголая девушка, со мной наедине в капитанской каюте, изрисованная символами с кровью, и последнее, что она помнит, это как удар хвоста морской змеи ломает ей шею.
Я бы солгал, если сказал, что мне не интересно посмотреть на реакцию.
Несколько секунд она ошарашено хлопала ртом и глазами, растерянно оглядываясь. Затем, наконец придя в себя и осмотревшись, она заметила отсутствие одежды и резко прикрылась руками. Потом ещё раз осмотрела каюту, заправленную кровать, в полном непонимании жалобно спросила меня, безошибочно определив виновника ситуации:
– Что произошло?
– Что последнее ты помнишь? – ответил я вопросом на вопрос.
– Был бой. На нас напали морские змеи. Кажется, меня сильно ударили: я отключилась. – Мелайя помассировала виски, вспоминая, а затем вновь сфокусировала слегка рассеянный взгляд на мне. – Меня ранили?
– Можно сказать и так. – усмехнулся я.
– Это совершенно не объясняет, почему я нахожусь с тобой в капитанской каюте, полуголая. Ты что, рисовал что-то на мне?
Девушка начала с подозрением рассматривать себя, уже утратив смущение.
– Полчаса назад Фия доложила мне, что Лара лишилась руки и отравлена, а тебе змея ударом хвоста сломала шею. – посерьёзнел я. – Я исправил это. Как мог.
– Стоп, ты хочешь сказать, что я умерла? – глаза девушки вытаращились и приобрели форму блюдца. – И ты что, вылечил меня от смерти? Как это возможно?
– Всё имеет свою цену. – пожал плечами я, поднимаясь. – Оденься и не скучай. Поговорим позже. Мне ещё надо помочь Ларе. И да, не стоит болтать команде о подробностях. Я запрещаю.
С этим словами я оставил вконец растерянную девушку в капитанской каюте и направился на нижнюю палубу, где располагались раненые.
– Как тяжелораненые, Улос? – обратился я к старому слуге, которые заваривал какие-то отвары.
– Мы перевязали всех, господин, но четверо моряков и Лара совсем плохи. Яд морской змеи мерзкая вещь: укуса может хватить убить даже конга, пусть и не сразу. Я влил им противоядия, а дальше уж как Отец рассудит. – старый травник развёл руками. – Если переживут ночь, наверно выживут.
Я задумчиво посмотрел на спящую пепельноволосую девушку, у которой теперь отсутствовала рука по локоть. Пот выступал на лице, и она периодически металась из стороны в сторону, словно в бреду и лихорадке. Затем кинул в другой угол, где громила Сай о чём-то тихо переговаривался с рыжим Энмаром, нашим лучником, которому сломало ногу. Я поманил громилу к себе.
– Сколько из наших остались целы и не ранены, Сай?
– Энмару сломали ногу, Тониру и Бино по руке. Бал и Скул погибли. Остаюсь я, Бролан, Дон, Шимуль, Гнис и Олан. Шестеро, стало быть. – загнул пальцы на руках Сай.
– Позови всех целых сюда.
Громила не стал спрашивать зачем и молча выполнил приказ. Наёмники столпились вокруг, вопросительно смотря на меня.
– Дело простое, парни. Полагаю, вы все знаете что вассальная клятва – это не просто слова? – осведомился я.
– Мы знали на что шли. – спокойно кивнул Шимуль.
– Не уверен, знаете ли вы это, но при определённых обстоятельствах её можно использовать для перекачки жизни от вассала к сюзерену и наоборот. Для поддержки тяжелораненого, например.
Я внимательно проследил за лицами наёмником. Судя по переглядываниям, таких подробностей они не знали.
– Что от нас требуется? – спросил Бролан.
– Ларе оторвало руку и она отравлена. Возможно, не переживёт ночь. Я хочу помочь ей. Схема простая – вы передаёте мне немного своей жизни, я передаю ей, как соединяющее звено. Никогда не пробовал это, но должно сработать. От вас требуется, гм, пожелать мне здоровья. Сильно и искренне пожелать. Положите руки на меня, для умеьшения потерь при передаче.
Наемники уселись вокруг меня, ухватившись за мои плечи и стали смотреть друг на друга несколько растерянно. Я глубоко вдохнул, сосредоточился на нитях клятв, и потянул жизнь на себя. Это далось гораздо легче, чем залечить прокол на сердце. Прилив бодрости быстро смысл саднящую усталость после боя и ритуала, а сердце перестало отзываться колющей болью на каждый удар. А затем я коснулся рукой Лары и пожелал исцелить и её.
Бодрость мгновенно схлынула, и место ей уступила усталость. А вот девушка резко успокоилась, прекратив метания. Лихорадка перешла в глубокий сон.
Мои воины смотрели на это как на чудо.
– Стало быть, любой лорд так умеет? – нарушил молчание Гнис. – Не слыхал я о подобном, а у меня есть друзья среди многих баронских дружинников.
Я покачал головой.
– Сомневаюсь. Насколько мне известно, далеко не все даже знают о подобной возможности. Требуются специальные тренировки в искусстве жизни, чтобы делать подобное. Однако связь работает и сама по себе: достаточно лишь пожелания. Вассал, проводя бдение у покоев больного сюзерена с искренним желанием выздоровления, сам того не ведая, даруем ему небольшую частичку своей жизни. чем способствует здоровью. Если постараться, это работает в обе стороны.
Некоторое время мои люди молчали, обдумывая поступившую информацию.
– Работает ли это в битве? Если простой рыцарь-одиночка бросит вызов барону, и они будут сражаться в окружении баронских людей? Поможет ли это ему победить? Ведь наверняка его люди будут желать ему победы. – спросил Шимуль.
– Поможет. – кивнул я. – Жизненная сила универсальная вещь. Мастерства не прибавит, конечно, однако мелкие раны быстро зарастают, да и усталость отступит.
Бролан сплюнул.
– Это нечестно. Я видел такое несколько раз – когда более искусный проигрывает менее искусному. Всегда думал, что дело в снаряжении, или в воле к борьбе, а вот оно как, оказывается. – мрачно процедил наёмник.
Наемники поддержали его негодование нестройным гулом.
– Сила лорда в его людях. – пожал плечами я, поднимаясь. – Иногда буквально.
Поздним вечером того же дня мы с капитаном Зинчем стояли на носу “Превосходного”, каждый обдумывая своё.
– Гребцов не хватает. – прервал молчание он.
– Ваши предложения?
– Превосходный имеет двадцать пар весел. Это требует сорока гребцов. Одиннадцать моих людей мертвы, четверо тяжело ранены, ещё трое – легко, и не смогут грести весь день. У меня четверо помощников, и я поставлю их на вёсла, но не хватает ещё четырнадцати гребцов.
– Корабль не может идти под парусом?
– Превосходный может двигаться и с половиной гребцов, и даже без них, пусть и медленно. Однако скорость сильно пострадает. Если вы не хотите задерживаться в этих водах, вашим людям стоит сесть за вёсла.
Я на миг задумался. Двое сломали руки, двое погибли, Лара лишилась руки... Из одиннадцати наёмников и пяти охотниц остался боеспособными всего десяток, включая Мелайю, которая, возможно, ещё не слишком привыкла к своему новому состоянию.
– Моих людей всё равно не хватит. Предлагаете посадить на вёсла мастеров?
Зинч поморщился.
– Нет, они не смогут грести весь день, что вы. Но даже лишний десяток вёсел пригодиться.
– Хорошо. Я отдам соответствующие приказы. – кивнул я, намереваясь уходить.
– Вы не думали развернуться, сэр Горд? – донеслось мне в спину.
– Нет. Ни на секунду. – ответил я, не оборачиваясь и не сбиваясь с шага.
Когда большая часть команды уже отправлялась спать, мастер Темпус жестом предложил мне поговорить наедине. Мы вышли на корму вдвоём.
– Вас окружает множество странностей, сэр Горд. – неторопливо начал он.
– Что именно вас интересует?
– Меня? Ничего. Мессир Грицелиус выдал мне достаточно чёткие указания. Единственный мой интерес в этой экспедиции – это вернуться самому и вернуть Итема живыми обратно в Палеотру.
– Тогда я не понимаю, к чему этот диалог.
Темпус внимательно посмотрел на меня цепким взглядом.
– Я старый и опытный мастер огня. Далеко не самый сильный или искусный, но явно выше среднего. В прошлом бою вы убили больше змей, чем я. Заметно больше. Я не понимаю как, однако я умею отслеживать жизнь недалеко от себя, как и большинство других мастеров. Не уверен насчёт Итема и Оланса, они ещё молоды, но Пикус точно заметил. А ведь вы даже не обладаете способностями к искусству нейтраля.
Темпус на миг прервался, устремив взгляд на звёзды, и тихо продолжил:
– Сфера, рассеивающая что-то, похожее на туман. Боевое искусство, стоящее нескольких мастеров. Возвращение из мёртвых… И это лишь то что я успел заметить. Сколько было пропущено? – мастер огня покачал головой. – Красные башни умеют хранить секреты. Вам нет нужды волноваться за нас с Итемом. Полагаю, своим людям вы также можете доверять. Однако остальные…
На лице Темпуса появилось раздражение.
– Быть может, во мне говорит давняя неприязнь наших организаций, но всё же. Капитан Зинч и все его моряки – люди, что работают на цепь воды. Пикус – один из совета их магистров. Пока идёт экспедиция он будет молчать и внимательно наблюдать за вами. Но стоит нам вернуться, и у многих возникнут вопросы. Слишком важные вещи вы показали, чтобы игнорировать их. Отчего-то у меня есть сомнения в том, что вы пребываете в настолько же хороших отношениях с цепью воды, как с красными башнями.
– И что вы предлагаете?
– Я? Ничего. – легко усмехнулся Темпус. – Это просто предупреждение. Будьте осторожны.
С этим словами мастер красных башен спокойно развернулся и отправился спать. Он не рассказал мне ничего нового – но то, что он решил провести этот разговор уже могло сказать о многом.
Двое из четырёх тяжелораненых моряков умерли той ночью.
На следующий день многие люди на корабле бросали на меня странные взгляды. Моряки, охотницы, даже сами мастера… Больше всего я ожидал вопросов от Мелайи, но мертвенно-бледная девушка лишь куталась в тёплую одежду и бросала на меня загадочные взгляды.
Настроение у людей было… никаким. Создавалось впечатление, что члены экспедиции просто перегорели. Слишком много событий случилось за последние недели, выбивающих из колеи. Неведомые твари, мистические туман, пространственная аномалия, нападение морских змей, возвращение из мёртвых – у меня создавалось впечатление, будто все вокруг просто не знали, что и думать. У меня самого, впрочем, таких проблем не было. Я лишь стоял на носу и цепко напрягал чувство жизни, пытаясь предупредить новые угрозы и нападения. После боя со змеями и оказания помощи раненым Пикус совершенно выбился из сил и отдыхал. Задерживаться на месте боя мы не стали: рассудив здраво, что змеи могут напасть вновь, мы с капитаном решили посадить всех здоровых людей на вёсла с рассветом. Оставалось лишь надеяться, что моя изрядно ослабевшая сенсорика не подведёт нас в этот раз, и море даст нам передышку хотя бы в несколько дней.
Корабль проходил через большую, глубокую впадину в центре крупной бухты, когда я ощутил нечто живое внизу.
– Что-то есть снизу и слева. Сворачиваем. Немедленно. – положил я руку на плечо Зинчу.
Капитан молча потянул за руль, уводя судно направо, намереваясь обойти впадину по широкой дуге. Однако было уже поздно – я начал чувствовать, как странная форма жизни начала подниматься. Ближе и ближе… Впадина была очень глубокой, и именно это и было причиной, почему я заметил угрозу так поздно.
– Мы успели? – осведомился Зинч.
– Нет. Оно поднимается.
Капитан плотно поджал губы и крикнул, чтобы люди на вёслах прибавили ходу. Темпус и Оланс поднялись на палубу.
– Можете сказать, что это такое? – спросил капитан.
Я прислушался к ощущениям. Тварь, что поднималась из глубин, казалась… странной. Сенсорика жизни словно бы размывалась, и мне сложно было определить даже размеры. То мне казалось, что это нечто крупное, размером корабль, то ощущение размазывалось, словно посреди гигантской толщи планктона. Поэтому я отрицательно качнул головой на вопрос капитана.
– Нет. Что-то странное, сложно определить с чем мы имеем дело. Оланс, Темпус?
– Боюсь, моя сенсорика заметно хуже вашей, особенно на море. – развёл руками Темпус.
Оланс слегка побледнел.
– Я не могу понять что это, но это что-то ОЧЕНЬ большое. Я чувствую, как гигантская масса воды приходит в движение от его перемещения.
Капитан заметно помрачнел и спросил:
– Как быстро он двигается? Мы успеем уйти?
– Он будет на поверхности меньше через минуту. Без шансов. – ответил Оланс.
– Оставить вёсла! Стрелы к бою, всё на палубу! – прокричал капитан.
В центре впадины закружилась вода, начиная образовывать гигантский водоворот.
Корабль накренился, заскрипел, и из толщи воды показалась… нечто.
Мои чувства обострились. Впервые за долгое время боевая химия изменённых мастерами ордена странников надпочечников хлынула в кровь без моего на то сознательного желания – настолько невозможным, ошеломляющим и подавляющим казалось существо перед нами.
– Отец милосердный…
– Мать-природа, роди меня обратно.
– Весло мне взад и трижды провернуть…
– Ужас глубин…
– Нам конец…
Не один я был впечатлён.
Гигантская овальная продолговатая голова, высотой, наверно, с целую башню. Вода вокруг закипела от щупалец, словно от целого сонма змей. Тёмные шероховатые коралловые наросты украшали голову существа словно корона, однако глаз я не видел. Похоже, существо было повёрнуто к нам спиной.
Когда я читал о кракенах в морском бестиарии, я представлял себе гигантского осьминога. Но это существо напоминало его лишь отдалённо. Оно имело десятки, если не сотни, щупалец самый разнообразных размеров. Самые мелкие были размером с морскую змею, крупнейшие, казалось, превосходили по толщине наш корабль.
– Было честью дойти с вами досюда, сэр Горд. – спокойным, равнодушным голосом высказался капитан Зинч.
– Полагаете, без шансов?
– Встреть мы детёныша, может, и справились бы, при удаче. Но чтобы справиться с ТАКИМ кракеном, будет мало всего флота Ганатры.
Искусство смерти – самое смертоносное оружие, что я когда-либо знал. Даже бомба, способная уничтожить целый город не сравнится с моровым проклятием, от которого нет спасения. И сейчас я лихорадочно прикидывал, как убить подобную тварь. Пожиратель жизни просто развеется раньше, чем достанет его – слишком далеко находился кракен, и это сразу отрезало большую часть моего арсенала. Кинуть в щупальце? Может сработать, однако сколько времени это займёт? Ужасу бездны хватит одного удара, чтобы убить всех до единого на судне…
Внезапно я понял, что именно было странным в этом существе: оно не было полностью живым по своей природе. В сонме щупальцев кракена не чувствовалось ни капли жизни.
– Что за нейтраль находиться в его щупальцах? – резко схватил я за плечи мастеров.
– Водный. – растерянно ответил Оланс.
Темпус подтверждающее кивнул.
– Итем, сможешь повторить вчерашний подвиг и спалить его?
Юноша бледно улыбнулся.
– Сомневаюсь, что смог бы провернуть подобное даже будь я в лучшей форме. А сейчас я не смогу зажечь даже простой огненный шар.
– Боюсь, мы не смогли бы его спалить, даже будь на корабле все магистры красных башен. – угрюмо проговорил Темпус. – Разве что, если бы он выполз на берег. В своей стихии большой кракен практически неуязвим.
– Хроники нашего ордена говорят, что некоторые кракены черпают силы прямо из океана, залечивая таким образом любые раны. – тихо добавил Оланс.
Чёткое осознание того, что даже у меня нет шансов выйти живым из этой битвы накрыло меня, словно ушат ледяной воды за шиворот. Это был непросто зверь или животное, нет, скорее уже почти элементал. Жизнь чувствовалась лишь в его голове, иногда расплывалось, словно волной, по всему телу. А искусство смерти хорошо работает именно против живых. Даже попади я ему пожирателем жизни прямо в самое сердце, возможно, кракен пережил бы и это. Будь это просто животное, сколько угодно огромное и могущественное, у меня был бы возможность. Бросить пожиратель жизни, проклясть его, ухватиться за щупальце и уйти под воду, создать немертвых слуг прямо из частей его тела!
Но во всем моем арсенале не было ничего, что могло бы серьёзно повредить существу, почти целиком состоящему из стихийной энергии, которую я сам даже не ощущал.
Впрочем, попытаться стоит. Пару секунд я обдумывал возможность попытки вытрясти душу из кракена, как мог бы проделать это с человеком. По первым прикидкам, чтобы провернуть такой трюк, мне потребовалось бы в десятки, если не сотни раз больше энергии смерти, чем я имел. Возможно, принеси я в жертву всю команду…
Жаль только сам кракен не оставил мне много времени на раздумья и подготовку и начал поворачиваться в нашу сторону, поднимая волну. Капитан Зинч молча принялся разворачивать судно к ней носом.
– Луки к бою. По щупальцам не стрелять – бейте только в голову. – скомандовал я.
Люди нестройными, дрожащими рукам принялись доставать стрелы. Некоторые из моряков выронили их.
– Стойте! Не стреляйте! – взмыленный, заспанный Пикус выбежал на палубу.
– Вы предлагаете просто лечь и умереть без боя? – хмуро посмотрел на него я.
Пикус глубоко вздохнул и оглядел нас каким-то затравленным взглядом. А затем проговорил:
– Не стреляйте и не предпринимайте никаких агрессивных действий ни при каких обстоятельствах. Я попробую договориться с ним.
С этими словами магистр воды просто шагнул за борт, встречая подошедшую волну. Судно тряхнуло, однако воды, вместо того чтобы поглотить прыгнувшего в них человека, подхватили его, унося дальше.
Дальше всем нам оставалось лишь наблюдать, как магистр, укутанный водной сферой, верхом на волне нёсся в сторону морского чудовища.
Моряки смотрели на это с надеждой. Мои люди – с крайним удивлением. Лица молодых мастеров огня и воды выражали восхищение.
И лишь один Темпус смотрел на это с хищной, орлиной, победоносной улыбкой. Он поймал мой взгляд и улыбнулся ещё сильнее.
– Полагаю, теперь мы точно знаем, как цепь воды защищает Ганатру от нападений морских чудовищ. – с нескрываемым триумфом в голосе произнёс он.
Я ответил ему похожей улыбкой. Определённо, на этом можно будет сыграть.