![](/files/books/160/oblozhka-knigi-rostki-lzhi-si-367054.jpg)
Текст книги "Ростки лжи (СИ)"
Автор книги: Гэвин Магнус
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 24 (всего у книги 39 страниц)
Глава 35
Полтора месяца я страдал от последствий присяги детей льда. Казалось бы, никаких физических ран: но лёгкий тремор покинул меня только спустя долгие недели медитаций. Казалось, душа словно по-новому привыкает к телу. Впрочем, заняться в поселении варваров всё равно было почти нечем. За это время Шимуль с наёмниками успели отправиться на одном из кораблей клана к границе диких земель и привели по реке в поселение капитана Зинча с его кораблём. Моряки смотрели на гигантов как на чудо света, и суеверно побаивались их, всё так же предпочитая ночевать на своём корабле.
Вальгард отправился в Норн-Газал и привёл по реке эскадру в семь кораблей. Парочка из них выглядели старовато, но капитан Зинч, внимательно осмотрев их, заключил что до Ганатры на них доплыть можно.
Ещё три судна были заложены корабелами клана. Неделю моряки Зинча смотрели на это, но затем вместе с самим капитаном не выдержали и полезли давать советы. Бурные обсуждения и ругань на двух языках гремели на весь посёлок: подозреваю, были бы и драки, но я предусмотрительно запретил их обеим сторонам. Впрочем, парочка знающих язык людей среди варваров-корабелов нашлась, а старые морские волки удивительно быстро научились ругаться на языке гигантов: одним словом, контакт был налажен.
Впрочем, несмотря на вынужденную задержку в связи с постройкой кораблей, я не намеревался сидеть без дела. Оставшиеся месяцы вполне можно было потратить с пользой. И в первую очередь, едва отойдя от произошедшего, я принялся играться со связью, что образовывала клятва северных гигантов.
Первое, что я выяснил, это то, что легко могу повторить с любым давшим присягу гигантом то, что происходило со мной. Фактически, это было медленное, отложенное убийство: разорвать связь души с телом можно было не только быстро, мгновенно убивая вассала, но и замедлив процесс, превращая гигант в трясущуюся, дрожащую от боли развалину, что едва могла двигаться.
До смерти, конечно, я не доводил, но в результате подобных экспериментов нескольким варварам потребовалась помощь шаманов. Те посмотрели на меня несколько косо, правильно определив источник проблемы. Но вслух возмущаться никто не стал.
Второй открытой мною незадокументированной особенностью связи оказалось возможность лёгкой эмпатии. Это выяснилось вообще случайно: долгие вечера обсуждений стратегии похода и выяснения возможностей гигантов с Вальгардом по итогу привели к тому, что в какой-то момент я внезапно понял, что начал ощущать, как вождь относится к тем или иным моим словам.
Вальгард резко в штыки воспринимал все варианты стратегии, которые могли предполагать большие жертвы среди воинов клана. Но в лице при этом не менялся, и лишь спокойно, с каменным лицом, принимался объяснять плюсы своего варианта и минусы моего.
Пожалуй, без эмпатии мне было бы сложно раскусить его: мимика серокожих гигантов всё же отличалась от людей, и пока мне было ещё сложно понимать их истинные мысли.
После этого открытия я немедленно проверил выделенную мне Вальгардом охрану. Четверых бойцов из десятки воинов пришлось забраковать и выбрать новых самолично: в их настроении прослеживался явный негатив. Не настолько, чтобы вонзить нож в спину, но работу моими телохранителями они воспринимали c явным неудовольствием и презрением.
Приятно удивили шаманы. Все шаманы клана, что принесли мне клятвы, воспринимали ситуацию с присягой весьма спокойно, даже, можно сказать, флегматично. Что-то в стиле: чему быть, того не миновать, и вообще, старшим шаманам виднее. В отличие от многих других: почти половина гигантов, как оказалось, готова если и не убить меня в подходящий момент, то точно подставить подножку. Просто в результате давления остальных они влились в общую толпу, и пока заняли выжидательную позицию, внимательно наблюдая за моими действиями. Хотя это и без эмпатии было понятно…
Слухи по клану разносились быстро. Воистину, большая деревня. Градус негатива после моих исследований клятвы также слегка вырос, и прибегать к более радикальным вариантам изучения, что могли привести к смерти подопытных, пока было преждевременно. Поэтому я сосредоточился на обучении. Но не только на собственных уроках у Исгерда и разговорном языке.
Я принял решение взять учеников. Воспитать собственных адептов смерти. Конечно, у меня уже был один: Улос. Но старый слуга, несмотря на всё своё старание, большого таланта в искусстве смерти не показывал. Полагаю, сказывался возраст.
Иные мои люди на эту роль не годились. За время путешествия я успел достаточно хорошо изучить, и прекрасно понимал, что даже банальные жертвоприношения, вероятно, все они воспримут в большие штыки. Проклятый менталитет королевств… Даже если сорвать с них ограничители, как с Кианы, столетние привычки миролюбия по отношению к ближнему так просто не вытравить. Это требует времени и особого подхода.
Северные гиганты, не скованные такими ограничениями, подойдут гораздо лучше. Особенно учитывая клятвы верности, позволяющие убить их в любой момент.
Сперва я думал взять на эту роль ту пятёрку шаманов, что Вальгард выделил мне в охрану, но слегка поразмыслив, отказался от этой идеи. Лучшие из простых шаманов-среднячков, по словам вождя, закалённые в схватках с шаманами других кланов.
Полагаю, старшие шаманы клана, несмотря на лояльное отношение, вполне могли взбрыкнуть на назначение себя моими няньками. Их эмоции вообще читались особенно трудно, и у меня были обоснованные подозрения, что опытный шаман мог легко сорвать с себя с себя душевный поводок при желании.
Следовало выбирать кандидатов помоложе, и пока я отходил от последствий первой клятвы, у меня было на это время.
Я выбрал пятерых начинающих шаманов. Ещё не посвящённых, подростков или совсем молодых парней, но уже не детей по меркам северных гигантов. Искусству смерти можно обучить любого разумного, но пример Исгерда убедил меня, что шаманы в любом случае будут осваивать работу с энергией смерти легче и привычнее, чем любой молодой воин.
Поэтому спустя неделю после того, как самочувствие вернулось в норму, я вызвал к себе пятерых назначенных учеников, отпустил охрану и вышел прогуляться в ближайший лесок.
Найдя подходящее дерево, я некоторое время примерялся к нему, а затем, обнажил меч и положил на него руку, неспешно плетя вокруг него подходящее проклятье, что воспитывало бы его энергией смерти.
Внешне это было незаметно, и молодые гиганты смотрели на это с лёгким недоумением.
А затем, в один миг, я резко развернулся и срубил толстый ствол одним движением, почти не встречая сопротивления. Ствол с треском рухнул, обнажая ровный пенёк, а в воздух взмыла небольшая взвесь невесомой, почерневшей древесной пыли. Я неспешно уселся на образовавшийся стул, с интересом наблюдая за реакцией учеников шаманов.
Те быстро переглянулись, но затем, словно опомнившись, быстро натянули на лица пародии на невозмутимые рожи старших шаманов. Получалось у них, конечно, так себе, но парни честно старались.
– Вотал. – обратился я к самому старшему из учеников. – Старшие шаманы не рассказывали вам, почему вообще мудрейшие из говорящих с духами приказали вашему клану присягнуть мне?
Молодой серокожий гигант с редкой чёрной щетиной, на мгновение бросил взгляд на соседей, но те отвели взоры в стороны, предоставляя ему возможность говорить самому.
– Мой учитель говорит, что самостоятельный поиск ответов приумножает мудрость шамана больше, чем получение готовых. – нейтральным тоном ответил ученик шамана.
Старые хрычи предпочитают держать молодёжь в неведении – так это перевёл я для себя.
– Разумный совет. – одобрительно кивнул я. – Но думаю, я всё же могу приоткрыть вам немного завесу тайны над этим делом. Совсем чуть-чуть, остальное додумаете сами. Что скажешь?
Вотал ещё раз переглянулся с другими учениками. Некоторое время они обменивались разнообразными гримасами, идентифицировать которые я затруднялся.
– Это было бы очень любезно с вашей стороны. – наконец, кивнул старший из учеников.
– Полагаю, вы все слышали, что говорил Крегорн Скала на площади. И, стоит признать, в его словах есть небольшая доля истины. В некотором роде это была моя сделка с верховным шаманом: предоставление мне воинов в обмен на обещание пути на юг для вашего народа. Однако одних обещаний недостаточно в таком деле, верно? Поэтому я заплатил ещё кое-чем. И заплатил так много, что совет шаманов счёл плату достаточной для того, чтобы подарить мне присягу целого клана.
Ученики по-разному отреагировали на подобные новости. Те двое что помладше, сжали кулаки, и я почувствовал исходящую от них злобу. Ещё двое сильно удивились, но постарались не показать вида, причём один из них, глядя на соседа, почувствовал довольство: похоже, это была победа в каком-то споре. Один лишь Вотал остался почти невозмутимым: от него повеяло лишь лёгким удивлением. Как будто-то что-то такое он и предполагал, а сейчас просто получил подтверждение своим мыслям.
– И что же они сочли достаточно ценным за нашу присягу? – недовольно и нетерпеливо спросил один из младших учеников.
– Знания. – спокойно ответил я.
– Никакие знания не стоят жизней целого клана – злобно засопел второй младший ученик.
– Ну, я же не отобрал ваши жизни. – развёл руками я. – Да и в целом не имею намерений отбирать их и дальше. Иметь вассалов куда выгоднее, чем иметь просто трупы, верно? Что же до ценности тех знаний… А что если я скажу тебе, что знаю то, что позволит тебе стоить десятка шаманов в бою? Что знаю, как сделать воина вдесятеро сильнее? Что можно создать армию из того, что валяется под ногами?
– Я скажу, что такое бывает только в сказках. – взял слово ученик постарше.
– Вот как? Ну тогда смотри внимательно, я покажу тебе то, что бывает только в сказках. – ехидно усмехнулся я, поднимаясь.
Под скептическими взглядами молодых варваров я подошёл к небольшому, молодому и гибкому хвойному дереву, прислоняя к нему левую, мёртвую руку, и принялся за создание не-жизни.
Вообще-то, превратить дерево в приличный боевой юнит – задача из разряда фантастики даже для искусства смерти. Потребуется много жертв и сложные ритуалы, чтобы провернуть такой трюк, и это банально невыгодно. Но в целом, для примитивных созданий подходила почти любая биомасса. А потому я заранее отработал подобный приём, специально для впечатления учеников. Голем из древесины на энергетике смерти, управляемый как простейшая марионетка, конечно, долго не протянет, но на демонстрацию его хватит.
Дерево почернело и немного высохло, а хвоя резко пожелтела. Ученики смотрели на это с лёгкими удивлением и непониманием… А затем дерево резко покачнувшись, накренилось и ударило того самого парня, который говорил про сказки, прямо по голове.
Остальные резко отпрянули, выругавшись. А вот дерево тем временем отнюдь не спешило отпускать оглушённого беднягу, и быстро окутало его ветками на манер лиан. Я подобрал немного снега, скатал снежок и заботливо приложил его к большой шишке на голове своего будущего ученика, что яростно пытался выплюнуть всю попавшую в рот хвою и вырваться из тугих пут.
– Это к вопросу о создании армии из того, что валяется под ногами. – тепло улыбнулся я ему. – Настоящая сказка, верно?
К чести парня, тот отнюдь не стушевался. Поняв бесплодность попыток вырваться из крепких пут, тот замер, закрыв глаза. А затем наиболее толстые из веток, что оплели его, вспыхнули и превратились в угли, осыпаясь. Напрягшись, молодой гигант оборвал оставшиеся ветки и выпрямился надо мной во весь рост, потирая руки, на которых виднелись тёмные полосы.
– Это впечатляет. – признал парень. – Но, раз такое дело, хотелось бы увидеть что-то более существенное, чем то, с чем могу справиться даже я.
– Это было всего лишь одно маленькое дерево. – заметил я. – Таких можно сделать и сотни. Сомневаюсь, что ты способен спалить целый лес. Правда, дерево – далеко не самый лучший материал для подобных вещей. Но об этом, пожалуй, я расскажу вам позже. Смотри.
Выбросив руку вперёд, я создал пожирателя жизни, и лес вокруг нас начал рассыпаться в прах. Впрочем, длилось это всего с десяток секунд – учёный прошлым опытом, я взмахнул рукой, легко останавливая работу сонма проклятий.
– Десять секунд. Сотня деревьев. – я бросил взгляд через плечо на опадающий на землю древесный прах.
Ученики шаманов впали в лёгкий ступор, разглядывая образовавшуюся просеку.
– Срубить дерево это не то же самое, что убить воина. – тихо пробормотал один из парней.
– Предпочтёшь, чтобы я провёл демонстрацию на членах клана? – я вперил в парня уничижительный взгляд. – Думаю, другие сыны льда не одобрят твою идею.
Парень стушевался и опустил взор.
– Мне показалось, что вы остановили дальнейшее распространение, верховный. – подал наконец голос старший из учеников. – А что было бы, если бы вы этого не сделали?
– Тогда от всего леса и всех кто в нём живёт остался бы только прах. – я легко пожал плечами.
Вотал покачал головой, но в его эмоциях я ощущал восхищение.
– Я не знаю ни одного духа, что способен на подобное. Ваша сила действительно велика. Но зачем вы нам это показываете? Полагаю, старшим и так известно о ваших возможностях, какова наша роль в этом? Мы всего лишь ученики.
– Вот мы наконец-то и подошли к главной теме сегодняшнего дня. – одобрительно кивнул я. – Всё, что видели сегодня это приёмы искусства смерти. Великого искусства, что даёт его адепту невероятные возможности. Адепт способен легко убить десятки воинов, а мастеру смерти нет равных на поле боя. Я собрал вас здесь, потому что хочу, чтобы вы стали моими учениками и научились ему. Тогда, когда придёт время сражаться, каждый из вас способен будет убить вдесятеро больше врагов, чем равный ему по силе шаман.
– Вы хотите учить нас искусству духов? – в этот раз Вотал не смог скрыть удивление.
– Нет. – я резко и отрицательно дёрнул головой. – Исгерд учит меня вашему искусству, но, очевидно, у меня нет к нему таланта, так что вряд ли я достигну много. Искусству духов будете продолжать постигать под руководством текущих наставников. Искусство смерти дополнит его, а не заменит.
– Исгерд взял вас в ученики? – воскликнул самый юный из учеников?
– Скорее, мы взяли в ученики друг-друга. – приподнял уголки губ я. – Исгерд учит меня вашему языку и искусству духов, а я учу его искусству смерти.
Упоминание имени старой ехидны произвело на юных учеников шаманов неизгладимый эффект. Похоже, авторитет седовласого пройдохи в клане заметно превосходил мой: но сейчас это играло мне на руку.
– Мы всё, конечно, очень благодарны вам за оказанную честь. – почтительно наклонил голову Вотал, переглянувшись с остальными. – Но прежде хотелось бы узнать условия ученичества. Разные шаманы ставят разные условия своим ученикам.
– Всё очень просто. Меня интересует от вас только две вещи: прилежное постижение науки и верность. В остальное время занимайтесь чем хотите, если это не вредит мне и моим делам.
– Верность? Но мы уже принесли вам клятву…
Вотал взмахом руки прервал более младшего ученика, останавливая его. И пристально посмотрел мне в глаза.
– Принесли, верно. – кивнул я. – А теперь скажите, насколько сложно опытному шаману разорвать эту клятву, если он вдруг этого захочет?
Повисло молчание. В эмоциях четырёх из пяти моих будущих учеников было озарение: похоже, ранее они о такой возможности даже не подозревали. А вот пристально смотрящий на меня Вотал, похоже, находился в некотором смятении. Некоторое время мы смотрели друг другу в глаза, но вскоре старший из учеников шаманов глубоко вздохнул, приходя к решению.
– Более сильный и опытный шаман может разорвать клятву, наложенную более слабым. Для этого нужен более могучий дух, чем тот, что засвидетельствовал её. Нам не по силам разорвать клятву, наложенную старшими шаманами клана. Пока не по силам.
– Полагаю, это значит, что ваш ответ да? – спокойно уточнил я.
– Мы согласны. – хором кивнули мои новые ученики.
Верность и прилежное обучение действительно были единственными критериями, которые интересовали меня в учениках. Однако у меня отнюдь не было желания полагаться только на клятву шаманов.
Я подошёл к Воталу, положив ему руку на грудь, и сосредоточившись пустил вдоль нити клятвы, что связывала наши души, сразу несколько нитей смерти, аккуратно окутывая душу северного гиганта незримым веретеном. Это было больше чем просто инициация силой смерти: используя клятву душ как мост, я окутал душу варвара проклятьем подчинения, что заставит его испытывать невообразимые муки и вынудит исполнить любой приказ в случае нужды.
Конечно, у меня ещё не было возможности проверить работу тех проклятий, что должны сковывать подчинённые души, заставляя их выполнять приказы. Но, даже если подобная предосторожность никогда не пригодится, сам факт наличия столь сложного, до предела наполненного концентратом смерти проклятья около души адепта должен положительно сказаться на их способностям к манипуляции энергией смерти. В теории.
Завершив процедуру с последним из пятёрки юных шаманов, что, слегка побледнев, привыкали к новым ощущениям, я обвёл их довольным взглядом:
– Привыкните к этому ощущению. Это энергия смерти, что тонкими нитями опутала вашу душу. Ваша задача – научиться её управлять, в первую очередь: безопасно для самих себя. Вы можете просто выплеснуть её из себя, и это всплеск, вероятно, убьёт мелкое животное или растение, что будет перед вами. Но также он повредит вашему телу, которое послужит проводником: поэтому делайте это аккуратно, крайне маленькими порциями. Сконцентрируйтесь, сожмите эту леденящую душу силу в тонкую нить, и аккуратно выпустите из себя, проращивая в собственном теле безопасный канал для её использования. Прямо сейчас, для начала, попробуйте вытянуть сжать то, что чувствуете, в шар, клубок, из которого выйдет одна-единственная тонкая нить. Я помогу.
Молодые гиганты бухнулись прямо на снег, и прикрыли глаза, прислушиваясь к себе. До самого вечера я неспешно поправлял их, помогая направлять тонкие потоки смерти, и обрывая попытки навредить себе.
Даже к наступлению ночи, когда я уже окончательно замёрз и устал, у них ничего не получилось. Но я не показал ученикам ни капли своего огорчения. Но впереди были ещё долгие месяцы, если не годы. Я ещё сделаю из них настоящих мастеров смерти.
Глава 36
Человек неопределённого возраста в тёмно-зелёной мантии неторопливо работал в собственном кабинете, буквально заваленном ворохом разнообразных свитков, книг, чертежей и расчётов.
Но полное увлечение своим делом было прервано стуком в дверь.
– Войдите. – не отрываясь от письма, сухо сказал человек, даже не смотря на дверь.
– Добрый вечер, мастер Эниан. – вежливо поздоровался вошедший.
Услышанный голос заставил мастера жизни оторваться от бумаг.
– Гелли? – поднял бровь советник иерарха. – Не ожидал тебя увидеть в ближайшее время. Ты же ведёшь расследование покушения. Какие-то проблемы со здоровьем?
Цепкий взгляд целителя с профессиональным интересом осмотрел лицо парня, но не нашёл ничего кроме лёгкой усталости.
Молодой блондин отрицательно тряхнул соломенными волосами и слегка помялся, даже взяв в руки собственный плащ воина храмовой стражи. Казалось, он не решается начать разговор.
– Нет, с этим всё в порядке. До вашей помощи я был одним из лучших воинов в храмовой страже. Командир говорит, у меня талант к фехтованию, а после ваших улучшений, я, вероятно, и вовсе стал лучшим: никто не может заставить меня сражаться в полную силу в спарринге.
– Тогда в чём дело? – прищурился мастер Эниан.
– Этого недостаточно. – резко выдохнул парень.
Советник иерарха смерил парня слегка скептическим взглядом, поощряя продолжить.
– Расследование зашло в тупик. Мы нашли всё, что смогли, но группа, которая совершила покушение, вероятно, покинула город. Следы ведут в Нелею, и сейчас этим занимаются люди короля к юго-западном королевстве. Но по косвенным признакам я могу предполагать, что на этом злоумышленники точно не остановились. – быстро затараторил Гелли, словно опасаясь, что его прервут. – Я много думал о том, как предотвратить следующее покушение, и так не и нашёл решения. Единственный способ – спрятать его святейшество в каком-нибудь закрытом замке, и не дать его покидать…
– На что, конечно, Этериас никогда не пойдёт. – понимающе кивнул Эниан. – Но с чего ты взял, что нам не удастся предотвратить следующий удар? Прорваться через охрану будет непросто, и мы готовы…
– Потому что я сам могу придумать по меньшей мере полдюжину способов, как я сам смог бы организовать убийство его святейшества, имея всего пару людей, готовых на всё. И не смог придумать ничего, чтобы предотвратить этот вариант. И если я могу это придумать, почему они не могут? – мрачно припечатал Гелли.
– Приведи пример. – резким, приказным тоном распорядился Эниан.
– Арбалетный болт по дороге на площадь их любого соседнего окна. Короткая дистанция, хороший стрелок попадёт в глаз, а это почти мгновенная смерть. Ни один человек не отобьёт его на двадцати шагах, охрана и целители не успеет среагировать.
– Опытный мастер может создать защиту, которую не пробьёт и сотня болтов. – заметил Эниан.
– Если будет готов к атаке. Я попросил мастера Долиана потренироваться с парнями из храмовой стражи. Болтам не пробить каменную стену, но даже он не успевает возвести её против внезапной атаки. Защиту можно создать заранее, но никто не сможет поддерживать её вокруг иерарха круглосуточно.
– Значит, окно, короткая дистанция… Ещё варианты? – Эниан не спрашивал, приказывал ответить.
– Приказать переодеться горожанами и снова подойти на короткую дистанцию в толпе, во время любой проповеди. Под мешковатой одеждой можно легко спрятать стреломет. Можно обыскивать всех прихожан, конечно, но это будет…
– Чудовищный урон авторитету церкви, ты прав. – тяжело кивнул Эниан. – Ещё.
– Подобраться ночью и проникнуть в дом. Мне удалось сделать это через окно, по крышам, не потревожив стражу. Я предлагал его святейшеству поставить решётки на окна, или держать стражу у всех возможных входов, но тот сказал, что я параноик и отказался. Пришлось ограничиться постами на ближайших крышах, но если я смог через них проскользнуть, то сможет и кто-то другой. Ещё можно выманить его святейшество в подходящее место и организовать ловушку, отравить еду или напиток, подстроить обрушение…
– Хватит. – Эниан прервал собеседника и помассировал виски. – Я понял твою мысль. Одному человеку очень легко убить другого, если приложить немного усилий. Но раз ты пришёл ко мне, значит у тебя есть какая-то идея?
Гелли кивнул.
– Его святейшество – сильный мастер, и переживёт раны средней тяжести. Я договорился со всеми алхимиками, что продают яды в столице, и мне регулярно доставляют отчёты об их продажах, приобрел противоядия и выяснил, как выглядит действие самых опасных ядов на человеке. Конечно, можно купить что-то и в других городах, но это лучше, чем ничего. Остаётся надеяться на целителей, и поэтому я хотел бы, чтобы в охрану вошло несколько мастеров, что смогут поддержать иерарха. Но это не главное – куда более опасны прямые варианты покушений. Человек неспособен отбить болт мощного стреломета на короткой дистанции, и здесь мне нужна ваша помощь. Сделайте так, чтобы я мог это сделать даже в упор. А лучше – не только я, а хотя бы несколько воинов храмовой стражи. Тогда мы будем начеку и сможем вытащить его святейшество из-под любой атаки.
Мастер Эниан неспешно отложил перо и соединил руки между собой, положив их на стол. А затем начал мягким, вкрадчивым тоном:
– Гелли, ты, похоже, не совсем понимаешь, как работает то, что я сделал с тобой. Человеческий организм, человеческое тело, созданное Отцом – это гармоничный и чётко работающий механизм. Мы не можем просто взять и сделать его ещё лучше. В него и так изначально вложено многое – разум, сила, ловкость, быстрая реакция, и невероятная выносливость. Если бы это было так легко сделать, Отец просто сделал бы нас лучше ещё на этапе создания. Улучшения, которые я провёл над твоим телом, касаются, по большей части, энергетической, а не физической природы. Сила и ловкость не берётся из ниоткуда. Я просто позволил тебе запасать больше жизненной энергии, а её избыток способен даровать любому организму невероятные возможности. Повышенная сила, ловкость, скорость, выносливость, быстрое исцеление от ран… Но всему есть свои пределы, установленные нашим же телом. Я могу кратковременно накачать тебя жизнью так, что ты сможешь дробить камни ударами кулаков, но в итоге ты сам раздробишь этими ударами себе кости. В сравнении со многими животными, человек – хрупкое создание. Если ты будешь двигаться слишком быстро, вкладывая жизненную энергию в ускорение нервных импульсов своего тела, ты просто разорвёшь собственные мышцы, связки, и переломаешь себе кости. Лучшее, что я могу тебе предложить, это больше тренироваться в использовании жизненной силы. Это позволит тебе проводить некоторые полезные трюки: кратковременно ускоряться или увеличивать силу ударов. Это всё ещё будет вредить тебе, конечно, но повышенная концентрация силы жизни вполне способна справиться с микротравмами, который ты получишь впоследствии. Главное – не злоупотреблять этим, и не доводить тело до предела. Иначе можно убить самого себя, даже не заметив этого.
Молодой воин подошёл поближе к столу, аккуратно упёр в него руки, и внимательно посмотрел в глаза мастеру напротив.
– Я всё понял ещё тогда, когда вы объясняли мне это перед модификациями. Я тренируюсь каждый день, но освоение искусства жизни – долгий процесс. – тихо и проникновенно начал Гелли. – Полагаю, именно ради наличия под рукой воинов, подобных мне церковь и создала орден странников, верно? Возможно, нам стоило бы поступиться гордостью и попросить у них пару телохранителей для иерарха, несмотря на разрыв отношений. Но даже это не решит проблемы. Даже странник, превосходно владеющий ускорением, не сможет отбить арбалетный болт почти в упор, не ожидая атаки. Внезапность – вот то, с чем мы не можем бороться, потому что никто не может быть наготове круглосуточно. Именно поэтому изменения, которые должны быть внесены в тело совершенно телохранителя, должны быть таковы, чтобы он был быстр всегда, а не ускорялся по собственному желанию. Вы говорите, что это крайне сложно сделать, но за свою жизнь я видел столько чудес, что вытворяете вы, мастера, что разучился говорить слово невозможно. Жизнь последней руки Отца на кону, а мы до сих пор даже не знаем кто стоит за всем этим. Сама наша связь с создателем висит на волоске! Вы можете, прямо сейчас, положа руку на сердце, сказать, что ничего нельзя сделать? Со всеми вашими знаниями, мастерством, ресурсами церкви, лучшими мастерами людей! Если однажды его святейшество получит болт не в грудь, а глаз, и никто не успеет ничего сделать? Сможете ли вы сказать себе, что сделали все возможное, чтобы это не произошло?
Мастер Эниан, сперва порывавшийся было прервать Гелли, замер, глубоко уйдя в собственные мысли. Затем, вынырнув из них, он принялся искать что в своём кабинете, вытаскивая и отбрасывая один свиток за другим.
– Не то… Нет, не это… Ага, вот здесь, кажется…
Эниан задумчиво рассматривал, свежий написанный совсем недавно свиток, вновь и вновь перечитывая его. А затем, небрежно смахнув со своего стола ненужный ворох бумаг, достал чистый пергамент и принялся вести на нём какие-то расчёты, иногда замирая и на миг кивая собственным мыслям.
Гелли стоял и смотрел на это, затаив дыхание, не смея прервать работу. Но вскоре Эниан закончил, и очень внимательно посмотрел на воина.
– Возможно, ты прав. Кое-что можно придумать. Сейчас на моих плечах лежит создание замены странников: и я как раз работал с тем что мне присылали бывшие мастера ордена, что давно отошли от дел и доживают свой век в Кордигарде. Пожалуй, если скомпоновать несколько идей сразу, возможно, вместе мы и смогли бы придумать что-то более весомой, чем обычная накачка и растягивание жизненного резерва… Но это займёт время. Мне нужно будет встретиться с некоторыми мастерами, обговорить всё, разработать проект, провести расчёты. И, скорее всего, то что у нас получиться, будет иметь непредсказуемые побочные эффекты. Ни один мастер никогда не проводил настолько глубокого вмешательства в человеческий организм, чтобы сделать то, что ты просишь.
– Если я буду жив и боеспособен – побочные эффекты не имеют значения. – отрезал Гелли. – Жизнь верховного иерарха ценнее моей.
– Любая жизнь разумного существа бесценна. – вздохнул мастер Эниан. – Приходи через месяц. Посмотрим, что мы сможем придумать.