![](/files/books/160/oblozhka-knigi-rostki-lzhi-si-367054.jpg)
Текст книги "Ростки лжи (СИ)"
Автор книги: Гэвин Магнус
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 25 (всего у книги 39 страниц)
Глава 37
Взятые ученики, принятие клятв, работа с Исгердом… На практике всё это занималось отнюдь не так много времени, как могло бы показаться. Поэтому, когда все оставшиеся члены клана принесли свои клятвы, я вновь заскучал. До отплытия оставалось ещё месяца три – и следовало занять их чем-то продуктивным. Не раздумывая долго, я отправился к Вальгарду.
– Как много казней случается в клане за год? – с порога огорошил я вождя вопросом.
Вальгард поднял брови и отложил книгу. У северных гигантов они были редки, что иногда всё же встречались: к сожалению, до изучения их грамоты я пока так и не дошёл, хотя беглый разговорный язык удалось неплохо улучшить.
– Ни одной. Северный Ветер – хороший, добрый клан. – прогудел гигант, почесав подбородок.
В противовес многим соплеменникам, вождь Северного Ветра предпочитал сбривать бороду наголо, и любил почесать чистый подбородок.
– Вы совсем не практикуете смертную казнь? – слегка разочарованно уточнил я.
– Практикуем, почему нет. Просто деяние, заслуживающее подобного, это большая редкость. Случается не каждый год. – пожал плечами Вальгард.
Совет шаманов легко и быстро раздобыл подходящего гиганта для жертвы без каких-либо колебаний. Однако, разумеется, их ресурсы наверняка превосходили возможности одного клана. Конечно, можно было просто приказать пустить под нож пару гигантов за мелкие провинности, однако я не был настолько уверен в своей власти над кланом, чтоб проворачивать такое. Всему есть предел, и потому здесь следовало заходить с другой стороны.
– Что вы делаете с телами умерших от естественных причин? – зашёл с другой стороны я.
– Погребением заведуют шаманы. Чаще всего сжигаем, чтобы не оставлять на поживу зверям. – поняв, что ничего серьёзного я обсуждать не собираюсь, Вальгард демонстративно открыл книгу вновь.
Намёк на то, что договариваться по этому поводу надо не с ним, я уловил. Но была и ещё одна тема, которую стоило обсудить с вождём.
– Как у вас принято ухаживать за женщинами?
Вот здесь в эмоциях Вальгарда проскользнуло сильное удивление. Он даже отложил книгу вновь и вытаращил на меня глаза. Я ответил ему предельно серьёзным взглядом, показывая, что не шучу.
Ещё раз почесав подбородок, гигант осторожно начал:
– Если тебе мало тех женщин что ты привёз с собой, я, конечно, могу выделить тебе пару наложниц, но это…
Я прервал его взмахом руки.
– Нет, подобные назначения меня не интересуют. Я хочу знать, как убедить одну из девушек в клане лечь со мной добровольно.
Через связь клятвы я отчётливо ощущал крайний скепсис вождя в возможности подобного.
– Это очень непростая задача для человека. – наконец, сказал он.
– Но всё же возможная? – продолжал наседать я. – Расскажи, как у вас всё работает, а я уже найду способ.
Гигант раздумывал несколько минут.
– Через месяц будет оттепель, праздники. В это время молодёжь устраивает кулачные схватки, плетёт венки из подснежников, хвалиться удалью перед девушками. Если ты выиграешь пару состязаний, возможно, какая-нибудь любительница экзотики и обратит на тебя внимание. Но я бы не рекомендовал – это опасно.
Тон Вальгарда явно намекал на то, как сильно он сомневается в том, что это произойдёт.
– Оттепель? – вот здесь уже удивился я. За более чем двадцать лет жизни в королевствах людей, замеченные мной изменения погоды были незначительными. Смена времён года на Тиале вообще отсутствовала.
– На севере иногда бывают перепады погоды. Не сильно, но достаточно, чтобы заметить. Когда бывает оттепель, устраиваем праздники: расцветают подснежники, снег слегка подтаивает. Пару раз в год случается. Шаманы говорили, что через месяц будет очередная. – пояснил Вальгард.
– Что ты имеешь в виду под опасностью? Думает, кто-то может подговорить моих соперников убить меня? Кулачные бои же не насмерть, верно? – продолжал задавать уточняющие вопросы я.
– Нет, это вряд ли. – мотнул головой гигант. – Просто вы, люди, маленькие, хрупкие, и слабые в сравнении с нами. Тебя могут убить случайно, просто не рассчитав силу удара. Я знаю, ты неплохой воин, но кулачный бой с сыном льда, даже молодым и неопытным, это тяжёлое испытание для любого человека.
Вот здесь я всерьёз задумался, стоит ли оно того. Риск погибнуть против выигранного спора у Лары… Однако на крайний случай я всё ещё мог поднять себя в виде немертвого, и это слегка развязывало руки. И одно я знал наверняка – ни один из странников не отказался бы от подобного вызова. В ордене, конечно, не учили именно кулачному бою, но драться я умел. Грязно, по уличному, но умел. Новое тело и двадцать лет отсутствия практики, конечно, не сказались на моих навыках положительно, однако ничто не мешает позвать учеников и провести пару тренировок за оставшийся месяц. В груди разгорался азарт.
– Я крепче, чем ты думаешь. Запиши меня в участники. – усмехнулся я.
Вальгард неодобрительно покачал головой, но спорить и переубеждать меня не стал.
– Делай как знаешь. Записываться не нужно. Просто выходи в круг, когда придёт время, и бросай вызов парням помоложе.
Несколько тренировочных схваток с собственными ученикам показали, что мне вполне по силам победить среднего гиганта в кулачном бою. Не без проблем, конечно, но и без существенного напряжения. Несмотря на то что в среднем сын льда не уступал в скорости человеку, большие габариты делали северных варваров более неповоротливыми, что позволяло мне легко уходить от ударов и захватов. А дальнейшее было делом техники: противники быстро уставали и за счет превосходства в выносливости я легко повергал их оземь ловкой подножкой.
– Мы ученики шаманов, а не воины. – мрачно подытожил результаты тренировок Вотал. – Молодые воины и охотники более сильные, ловкие и выносливые. А кулачные бои идут до момента, когда кто-то сдасться, а не просто упадет. Будьте осторожны, верховный.
К началу праздников действительно потеплело, хотя, кажется, мои люди этого даже не заметили. “Оттепелью” у северных варваров именовалась околонулевая температура, когда начинал слегка подтаивать снег.
Молодёжь в клане, впрочем, изрядно повеселела с наступлением тёплого времени. Дошло даже до того что четверо из пяти моих учеников стали пропускать уроки, ссылаясь на личные дела. Один только Вотал исправно впитывал мудрость искусства смерти.
На улицах часто стал разноситься громкий смех, подростки устраивали разнообразные игры и соревнования. Периодически случались розыгрыши. Гиганты-старики смотрели на это всё с добродушными усмешками: в это время почти любые мелкие провинности сходили молодёжи с рук.
На окраине поселения находился большой, вымощенный разнообразным камнем круг, в котором и происходили кулачные бои. В холодное время он был занесён снегом, но когда наступила оттепель, северные гиганты заботливо очистили его.
Первые пару дней боёв я издалека присматривался к происходящему. Схема мероприятия была довольно простой: вокруг круга на регулярной основе находились группы молодых детей льда, разделившиеся по интересам, причем, как девушки так и парни. Периодически один из парней выходил в центр и уверенно указывал пальцем на другого, бросая вызов. Затем победитель забирал с деревянного столба сплетённый девушками венок из цветов подснежника и вешал его на понравившуюся девицу.
Перед кулачными боями, само собой, мне всё же пришлось снять привычные доспехи. И хотя великолепные латы странников принадлежали мне всего пару лет, снимая их, я на миг почувствовал себя голым. В чём-то это было даже слегка приятное чувство: в конце-концов, что за жизнь совсем без риска?
В промежутки между боями, судя по всему, происходило живое общение, обсуждение насущных тем, перемывание косточек более взрослому поколению… В один из таких моментов я медленным, неспешным шагом вошёл в центр круга и сбросил с себя толстую тёплую рубаху, разминая мышцы. Бои проводились обнажёнными до пояса, и если северные варвары холода не замечали, околонулевая температура для человека, что видел последний раз зиму в прошлой жизни – не лучшее время для того, чтобы оголить торс. Но правила есть правила. Я рассчитывал что движение не даст мне замерзнуть.
Разговоры мгновенно стихли, и на меня уставилось множество глаз: удивлённых, растерянных, раздосадованных прерыванием развлечения… Я хрустнул шеей, выбрал взглядом молодого гиганта повыше, и уверенно указал на него пальцем.
Парень сначала слегка оглянулся по сторонам, как бы спрашивая у товарищей: вы тоже это видите? А затем скептически посмотрел на меня, приподнимая бровь: мол, уверен ли ты, карлик, что я тебя не раздавлю? Чувствовать себя гномом, учитывая, что по меркам людея я имел рост выше среднего, было довольно забавно.
Средний рост детей льда, если говорить о мужчинах, составлял почти три метра. В полтора раза выше среднего человека, как минимум, но выбранный мной соперник был ещё выше. Пожалуй, в этот раз то, что я дышал ему в пупок, было отнюдь не преувеличением.
Но моя логика была предельно проста: чем он больше, тем неповоротливее будет противник и тем легче мне будет уходить от его ударов и захватов. Поэтому я демонстративно хрустнул кулаками одобрительно кивнул на его вопрос, подтверждая вызов.
Парень скинул с себя лёгкую рубаху, хмыкнул и вышел в круг, возвышаясь надо мной словно скала, и неторопливо начал разминать мышцы.
– Постараюсь не сломать вас ненароком, сэр Горд. – ухмыльнулся он. – Будет очень неловко, особенно после того, как весь клан принёс вам присягу, верно?
Молодой сын льда был вполне искренен. В его эмоциях царило веселье: он воспринимал это как неожиданную забаву, отнюдь не как бой, и действительно намеревался слегка повалять меня, не причиняя особого вреда. А затем, наверняка, хвалился бы этим перед остальными ещё долгое время.
– Я крепче, чем ты думаешь. Смотри не запыхайся. – скупо улыбнулся я.
Гигант развёл руками, а затем резко, слегка наклонившись, бросился вперёд, намереваясь схватить меня в охапку, как какую-то игрушку. Я резко сдвинулся вправо и подставил противнику подножку.
Бум! Налетевший на препятствие северный гигант отправился в полёт, прямо на каменный пол. Однако о принятом решении я немедленно пожалел: создавалось впечатление, что ногой я остановил удар бревна, не иначе.
Усилием воли мне пришлось мгновенно подавить желание попрыгать на одной ноге и потереть больную левую ногу, потому что гигант резко начал подниматься.
Будет синяк. Очень большой синяк – мелькнула мысль.
Но прежде чем мой соперник успел подняться, я подбежал к нему и с разбега со всей силы ударил его ногой в висок.
В северную экспедицию, вместе с латами, я взял с собой несколько видов одежды и обуви. Но на кулачный поединок с великаном, были одеты именно латные тупоконечные сапоги, что были частью комплекта странника. Выложенные изнутри мягкой кожей, удобные, предназначенные для длительных переходов и превосходно защищающие ноги от любых опасностей пути…
Человека такой удар, скорее всего, убил бы на месте. В случае северного варвара у меня возникло чувство, что я ударил ногой камень.
Великана ударом откинуло набок и слегка ошеломило. Тот слегка помотал головой, но затем резво поднялся, опираясь на руки, и без видимых повреждений встал и посмотрел на меня чуть более серьёзно.
На его виске не было даже царапины, не говоря уже о какой-то шишке. А у меня болели уже обе ноги.
Гигант учёл первую ошибку и стал двигаться более неторопливо. Он быстрыми шагами настигал меня и пытался либо поймать в захват, либо достать, но не кулачным ударом, а размашистыми ударами ладоней, за счет длины рук.
Я уходил от атак, дёргаясь в стороны и перекатываясь. Это напоминало игру в кошки-мышки. Как и ожидалось, гигант действительно был медленнее и заметно неповоротливее меня. Проблема была в другом. Судя по всему, мне совершенно было не по силам причинить северному варвару какой-либо вред. Нет, будь у меня меч, я бы нарезал его на ломтики даже не вспотев, но даже успешные контратаки ногами или кулаками не вызывали у сына льда какой-либо дискомфорт.
Дальнейшие десять минут беготни только подтвердили этот тезис. Я окончательно отбил ноги, сбил в кровь кожу на правой руке, не причинив противнику никакого вреда. У него даже синяков не оставалось!
Единственным результатом было то, что гигант слегка запыхался и стал воспринимать меня чуть более серьёзно. Но он всё ещё воспринимал происходящее как забавную игру: право слово, сложно воспринимать всерьёз того, кто не может тебя даже поцарапать! Несмотря на то что и ему не удалось меня ни разу даже задеть, неудачные попытки только распаляли азарт молодого парня.
Разумеется, я легко мог одолеть его с помощью искусства смерти. Но учитывая, что слухи о моих способностях сарафанное радио наверняка разнесло на весь клан, быть пойманным на подобном жульничестве означало потерять и так не слишком великий авторитет, на что мне идти не хотелось.
Слова демона сами собой всплыли в голове: “Мастер смерти способен заменить часть своего тела на мёртвую плоть, что будет быстрее, сильнее и прочнее любой живой”.
И похоже, это оставалось моим единственным шансом на относительно честную победу. Я чувствовал веселье со стороны зрителей: наверняка это выглядело комично для них. Маленькие карлик с чёрной рукой и сеткой чёрный нитей, идущих от груди, бегает от великана… Настало время проверить, чего стоят древние ритуалы, проведённые над собственной рукой. Конечно, я заметил, что она стала сильнее и быстрее: но доселе мне не доводилось проверить, насколько. Улучив момент, я на мгновение схватил соперника левой рукой за запястье, уклонившись от его очередного размашистого удара. А затем, не давай ему времени вырваться или ухватить меня другой рукой, со всей силы сжал пальцы.
Брызнула темно-багровая кровь. Запястье гиганта с треском хрустнуло, ломаясь, а у меня в руке осталось несколько кусков кожи и плоти. К его чести, парень не застонал и не закричал от боли: но от неожиданности отпрянул, неверяще смотря и баюкая сломанную окровавленную руку.
Несколько секунд мой соперник потратил, приходя в себя. А затем решительно оторвал себе кусок штанины и быстрыми, отточенными движениями, с помощью второй руки и зубов соорудил своеобразную повязку, останавливая кровотечение.
Во взгляде гиганта больше не было веселья и азарта. Теперь он был предельно серьёзен, смотря на меня как на опасного противника. С лиц зрителей исчезли снисходительные улыбки, и теперь всё, затаив дыхание, ожидали развязки.
Сын льда сделал несколько попыток достать меня здоровой рукой. Но даже став серьёзным, быстрее он не стал: я всё так же легко уходил от его атак, а он уже начинал уставать. Изменением стало только то, что теперь он делал это более аккуратно, не давая мне возможности ухватить себя левой рукой.
Теперь великан чётко осознавал, что если так пойдёт и дальше, я просто измотаю его, а когда он окончательно выбьётся из сил, с ним можно будет делать всё что угодно: хоть на куски рвать. Но сдаваться так просто парень был не намерен: на мгновение отпрянув, он резко ударил ногой в стык камней на каменной площадке, создавай щель в кладке!
А затем быстро, не теряя времени, схватил камень здоровой рукой и швырнул в меня.
Вообще-то, таким броском гигант мог и убить человека, попади он в голову. Но варвар не имел намерения убить меня, поэтому целился в ноги и торс. Но я всё ещё был быстрее и легко уклонился от броска. Гигант, впрочем, сделал ещё несколько попыток, выдёргивая камни из круга, и закончил только тогда, когда я перехватил очередной камень левой рукой и с силой кинул его ему в голову.
В отличие от моего соперника я попал, и тот обзавёлся слегка кровоточащей ссадиной на лбу.
Гигант разорвал дистанцию и сорвал с себя штаны, создавай из них своеобразную плётку. А затем, оставшись в лаптях и набедренной повязке, попытался отхлестать меня ею.
Если ему удастся отхлестать меня своими штанами, он будет хвастаться об этом до конца жизни – мелькнула у меня мысль.
Что будет в таком случае с моим авторитетом среди варваров, даже думать не хотелось.
И надо сказать, в этот раз у него были неплохие шансы. Уклоняться от таких ударов было намного сложнее, и мне едва это удавалось. Поэтому, не затягивая бой дальше, я перекатом проскочил между ног гиганта, и ударил его левой рукой, что есть сил, в подколенную ямку.
Гигант припал на колено, и в этот момент я резко выдернул у него штаны из здоровой руки, отбрасывая их за пределы круга. В эмоциях противника впервые появилась обречённость.
И всё же, несмотря и на эту неудачу, сдаваться он не был намерен. Чем-то мне даже импонировало подобное упорство.
Устающий и задыхающийся, он начал предоставлять мне право первого удара, а затем резким рывком пытался достать меня ударом ноги или здоровой рукой. Несколько раз пытался сделать это и больной рукой, надеясь, что я не ожидаю атаки с этой стороны, но после нескольких неудачных попыток оставил эту затею: с импровизированной повязки закапала кровь.
Улучив момент, я резким рывком зашёл уставшему сопернику в бок, вцепился мёртвой рукой в бедро гиганта и вырвал кусок мяса. Затем ударил по другой ноге, снова, и снова… На очередном ударе что-то хрустнуло, и молодой сын льда упал на землю.
Я уже намеревался подойти и добить его, но в эмоциях парня внезапно полыхнула надежда.
Ах вот оно что! Похоже, хитрец надеялся схватить меня и заломать, когда я подойду поближе, добивать лежачего.
Возможно, без возможности читать эмоции противника, я бы купился на эту показную слабость. А может быть и нет.
Я неторопливо обошёл по длинной дуге истекающего кровью противника, и присел напротив его лица на безопасном расстоянии.
– Полагаю, я победил. У тебя есть возражения?
Дураком парень не был. Поняв, что его план раскусили, молодой гигант тяжело, опираясь на здоровую руку поднялся. Хмурый как туча, выпрямившись, он мрачно ответил:
– Ты победил. Я признаю поражение.
А затем захромал из круга. На выходе с каменной площадки его мгновенно окружила небольшая стайка девушек, принявшись обрабатывать раны.
На несколько мгновений вокруг площадки повисла почти мёртвая тишина. А затем вокруг послышались шепотки, среди который часто всплывали два слова: Маледика маназ.
На языке детей льда это значило: чёрная рука. Похоже, вместе с победой, я получил и прозвище.
Под тихие перешёптывания я снял венок из подснежников со столба. Пришлось встать на мысочки и вытянуться, но никто над этим не смеялся. Окинув взглядом толпу, я выбрал среднего роста девушку с пепельной косой и фиалковыми глазами, в эмоциях которой был лёгкий интерес. Сперва у меня была мысль выделить ту, что пониже другие, но уж слишком комично это бы смотрелось со стороны гигантов: карлик выбрал самую низкую…
Девица слегка удивилась, сверкнув пурпурными глазами, но приняла венок и тепло мне улыбнулась. В целом, если не учитывать серую кожу и рост в два с половиной метра, она была вполне симпатичной.
Вечером сарафанное радио варварского посёлка принесло мне ответ вместе со старшим из моих учеников, Воталом. Тот был молод и вхож в общество молодёжи клана.
– Её зовут Альвишия, и её дом на окраине, с северной стороны.
Коротко объяснив мне дорогу и намекнув что приходить стоит ближе к ночи, ученик счёл свою миссию выполненной и был таков.
Дом девушки встретил меня вкусным запахом разнообразных трав. Судя по развешенным пучкам, молодая дочь льда была травницей, или же ученицей травницы: интересно, варвары вообще позволяют женщинам быть шаманками? Среди старших шаманов не было ни единой женщины, да и в целом общество намекало на крайний патриархат…
Языка людей девушка не знала. Но я уже неплохо поднаторел в разговорном, чтобы поддерживать лёгкую беседу.
Альвишия сперва слегка смущалась, но вскоре отошла и принялась аккуратно расспрашивать меня насчёт дальнейших планов на клан и в частности на его женщин. Я старался отвечать максимально уклончиво: определённых планов в отношение “небоевой” части гигантов у меня в целом пока не было.
Я было попытался расспрашивать её о женском быте клана, но девушка напоила меня каким-то травяным отваром, и, легко улыбнувшись, ловко перевела тему, подмигнув мне и, слегка вильнув задней точкой, скрылась в спальне с предложением показать кое-что поинтереснее.
Мне оставалось лишь моргнуть и последовать за ней. По старой привычке я ожидал более долгих ухаживаний, но не отказываться же?
Во мраке спальни было почти ничего не видно, и одетая в лёгкое, невесомое платье девушка зажгла в уголке небольшой светильник. Однако стоило мне стянуть с себя штаны и подойти к ней со вполне однозначными намерениями, серокожая дочь льда посмотрела на меня большими фиалковыми глазами и звонко, отрывисто рассмеялась, согнувшись пополам и упав на кровать.
Определённо, от этой ночи я ждал совершенно другого. Подобного унижения, наверно, мне не доводилось испытывать за обе свои жизни. Удушающая ярость и гнев поднялись в груди, и едва удержался от того, чтобы ударить пожирателем жизни.
Я закрыл глаза и начал повторять про себя: убийство любовницы однозначно ударит по твоему авторитету в клане и помешает дальнейшим планам. Убийство любовницы однозначно ударит…
Мне пришлось повторить это не менее десяти, раз прежде чем я смог взять себя в руки и открыть глаза.
Если в начале нашего общения в эмоциях девушку было любопытство, лёгкая неуверенность, интерес к экзотике и возбуждение, то теперь ничего подобного не осталось.
Через нить нашей клятвы я отчётливо чувствовал, что возбуждения там не осталось вовсе: только неконтролируемое веселье, через которое пробивалось лёгкое чувство вины. Поняв мое состояние, она пыталась остановиться, заткнув себе рот рукой, но даже её всё ещё потряхивало в конвульсиях смеха от одного взгляда на меня.
Лишь когда я оделся, Альвишия наконец-то справилась со своим смехом и смотрела на меня с изрядным чувством вины. Эмоции прямо-таки фонтанировали раскаянием и тревогой за моё душевное состояние, однако что-то сказать после такого фиаско она не решалась, опасаясь сделать ещё хуже.
– Разница в размерах настолько критична? – тяжело вздохнув, осведомился я.
Девушка подняла глаза к потолку и принялась что-то прикидывать, поглядывая на меня. Пару раз она едва не сбилась вновь на смех, но в конечном итоге, подсчитав что-то, решительно сказала:
– Вообще-то, нет, всё не так плохо. Чуть ниже среднего, но препятствий в этом плане нет.
Серокожая великанша скосила на меня глаза, тряхнув копной распущенных пепельных волос и жалобно сказала:
– Сама не знаю, почему так вышло. Это...– девушка слегка поперхнулась, давя улыбку. – Вышло случайно.
Фиалковые глаза смотрели на меня взглядом побитого котёнка, и эмоции девушки я читал однозначно. Совершенно ясно, что получить секс с дочерью льда я сегодня смогу только через изнасилование. Вот только у меня были обоснованные сомнения в самой возможности подобного: изнасиловать женщину расы, что изначально превосходит тебя в силе в несколько раз, заведомо тухлая затея.
В голове мелькнула концовка книги: “История великого рыцаря закончилась тем, что он был раздавлен насмерть дочерью льда во время плотских утех. Достойный конец для настоящего героя!”
Я тряхнул головой, отгоняя наваждение. Затем, слегка подумав, развалился на большой, рассчитанной на двух детей льда кровати, и тихо сказал:
– Давай спать. Пообщаемся утром.
И мгновенно, по-армейски, провалился в сон без сновидений.
Следующим утром меня разбудили вкусные запахи, доносящиеся из двора. Небольшой домик травницы собственной кухни не имел, однако во дворе имелось кострище, над которым хлопотала девушка, жаря на сковороде что-то похожее на картофельные блины или оладья. Выйди и осмотревшись, я понял, что девушка сделала тесто из каких-то измельчённых корней.
В эмоциях Альвишии преобладало сильное чувство вины и лёгкая опаска. Похоже, спала она плохо, много думала, осознала, чем может закончиться подобное унижение разумного, который обладает в клане изрядной властью и воспитан в культуре где её народ считают порой за разумных зверей, и пришла к решению задобрить меня хотя бы приятной стряпнёй.
Умная девочка.
Завидев меня, он жестом предложила мне сесть за деревянный стол во дворе, и принялась накладывать мне уже готовые оладушки в большую деревянную тарелку, дополняя их нарезанными крупными кусками сыра и вареньем из каких-то ягод.
На вкус всё было весьма неплохо, и это слегка примирило меня с жёсткой действительностью. Однако я всё же счёл необходимым расставить точки над и.
– Если кто-то узнает о том, как мы провели ночь, я убью тебя. – спокойным, будничным тоном сказал я девушке.
Альвишия на миг замерла, и внешне лишь напряжённая спина выдавала волнение. А в эмоциях вспыхнул такой клубок противоречивых чувств, что я не смог в нём разобраться. Однако мгновением позже девушка вернулась к готовке, нервным движением перекинув пепельную косу на другое плечо.
– Не узнаёт. – тихо ответила она, не оборачиваясь.
И всё же, готовила она хорошо. Достаточно хорошо, чтобы я даже объелся. Но больше мы не разговаривали.
Дом вождя встретил меня прямо-таки витающем в воздухе любопытством. Вальгард едва ли не сгорал от нетерпения, чтобы расспросить меня, но стоически молчал с каменным лицом, давая мне возможность начать первым.
– Даже не спросишь, как прошла ночь? – поднял бровь я.
– Как прошла ночь? – немедленно воспользовался вождь Северного Ветра возможностью.
Я уселся за стол и коротко поведал ему о своем любовном фиаско. По мере моего рассказа ироничное любопытство вождя сменилось полным штилям в эмоциях. Казалось, мой названный вечный друг впал в редкий вид холодного, расчётливого размышления, заставив себя отбросить все чувства. Он молчал несколько минут, переваривая короткий рассказ, а затем сказал:
– Если ты хочешь её смерти, это лучше сделать тайно. Публичная казнь может сильно навредить нам и создаст много недовольных, даже среди шаманов.
Вальгард смотрел на меня предельно серьёзно. Ни в выражении лица, ни в эмоциях вождя не было ни единой крупицы насмешки.
Я скрестил руки на груди и отвёл взгляд.
– В этом нет её вины. Это была непроизвольная реакция. А у меня ещё остались крупицы гордости, достаточные для того, чтоб быть выше мести за подобное. Меня волнует только то, чтобы это история не всплыла: подобное может ударить по авторитету.
– За это не волнуйся. Наши женщины умеют хранить тайны.
Больше Вальгард ничего не сказал, но через связь душ я чувствовал его молчаливое одобрение подобному решению.
Подобное фиаско, впрочем, отнюдь не помешало мне в тот же день навестить однорукую лучницу и заявить ей, что я выиграл спор.
Лара слегка удивлённо приподняла брови.
– Вы провели ночь с одной из них, сэр?
– Именно так. Полагаю, теперь меня должно ожидать кое-что получше, верно?
Таллистрийка лукаво улыбнулась.
– Разумеется, милорд. Не сомневайтесь, я исполню свою часть пари, когда мы будем в Виталии в следующий раз.
Я полагал себя достаточно мудрым, чтобы извлекать пользу даже из неудачного опыта.
Из этого приключения я вынес для себя две вещи: то, что помимо силы, северные варвары заметно крепче людей, и это стоит учитывать в своих дальнейших планах, и второе: я однозначно сторонник отношений с классическими красивыми девушками людского рода и экзотика в виде других рас меня совсем не привлекает.
И, разумеется, я бы убил на месте любого кто скажет, что это следствие неудачного личного опыта.