![](/files/books/160/oblozhka-knigi-rostki-lzhi-si-367054.jpg)
Текст книги "Ростки лжи (СИ)"
Автор книги: Гэвин Магнус
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 39 страниц)
– Хочу предупредить вас, сэр Горд. Мои люди опытные моряки, однако на суше от нас будет мало проку. Морские твари, который можно победить мечом, не представляют большой угрозы для судна, а потому мечники из нас так себе. – добавил напоследок капитан.
– Оставьте это мне. – бросил я, не оборачиваясь.
Магистр Пикус всем своим видом выражал нежелание общаться, и потому, пожав плечами, я покинул судно. Оставалось лишь ждать – и ждать недолго.
Глава 7
С того самого момента, как караван иерархов Аурелиона приближался к Кордигарду, Гелли восторженно крутил головой, с любопытством рассматривая всё вокруг . Когда его патрон посещал столицу Ренегона в прошлый раз, он был ещё совсем мальчишкой, и, конечно же, его с собой не взяли.
– Пять колец стен! Даже Элениум имеет только одно кольцо, путь и хорошее! Зачем им столько?
Элениум был столицей Аурелиона, крупнейшим до Кордигарда городом, где довелось бывать юному помощнику иерарха.
– Безопасность. Показатель силы и статуса. Ну и просто потому, что Ренегон может себе это позволить. – пожал плечами Этериас.
– Однако земли центрального королевства и так самые безопасные? Это священная земля, родина людей, что может тут случиться? Всех опасных тварей давным-давно перебили!
– Несколько столетий назад в темных топях, что находятся на стыке границ Бингла, Таллистрии и Ренегона бесследно пропала пятитысячная королевская армия, что была послана туда осваивать те земли. В некоторых уголках королевств водятся твари, которых лучше не беспокоить. Если откуда-то вылезет крупная гидра и сможет пробить первое кольцо стен, жители смогут спрятаться за второе, и выиграть время. Это спасёт много жизней. Однако не стоит забывать и о том, что пять колец стен неплохое предупреждение герцогам, что хотели бы бросить вызов королевской династии. – лукаво улыбнулся верховный иерарх.
– Политика. Полная скукота. – зевнул Гелли.
– Кстати, говоря об этом: я заметил, что ты зачастил к мастеру Эниану. – посерьёзнел Этериас. – У тебя проблемы со здоровьем?
– Вовсе нет, мессир. Мастер попросил помочь ему с одним проектом, и, подумав, я решил не отказываться. Однако, если вы против…
– Может, пару месяцев назад и был бы. Однако это путешествие удивительно хорошо сказалось на моих отношениях с советниками. Так что я не против.
– Они наконец-то признали, каким великим мастером в искусстве нейтраля вы являетесь? – весело спросил Гелли.
– До такого, боюсь, они не дойдут и на смертном одре. – рассмеялся Этериас. – Однако они хотя бы перестали жёлчно ворчать каждую минуту что мы вместе, а это уже гигантское достижение.
– Действительно, великое. – согласился парень. – Каков план действий, мессир? Мастер Эниан рассказал мне о письме, что приходило из Кордигарда.
– Я с частью стражи и советниками отправлюсь к королю. Для тебя же у меня будет отдельное задание: прогуляйся по городу. Собери слухи, узнай, что жители думают о ситуации.
Гелли серьёзно кивнул. Подобное задание, несмотря на возраст, он выполнял отнюдь не в первый раз.
Два десятка одетых в белоснежные одежды воинов храмовой стражи, вооружённые длинными широколезвийными копьями и щитами вошли в тронный зал, выставив две линии почётного караула по его бокам, дополняя встречающие ряды одетых в сине-белые латы бойцов королевской гвардии.
Этериас Инвиктус, верховный иерарх Аурелиона, облачённый в длиннополую белую рясу, с вышитой на ней семиконечной разноцветной звездой, вошёл за ними следом. Его сопровождали четверо советников, одетых в парадные мантии, держась за спиной.
Несколько мгновений король Кормир II и последний верховный иерарх смотрели друг на друга. Затем король поднялся с трона и подошёл вплотную к иерарху.
– Рад приветствовать вас в Кордигарде, ваше святейшество. – протянул руку иерарху король.
Несмотря на обстоятельства – повисла в воздухе недосказанная фраза.
– Вовсе ни к чему было устраивать столь пышный приём. – улыбнулся Этериас, крепко пожимая руку.
Ранее они не были знакомы лично: однако, побывав однажды на королевском балу во время Конклава, иерарх узнал короля в лицо.
– Боюсь, в связи с последними событиями это более чем необходимо. – спокойно парировал король. – Вы получили письмо из Нелеи?
– Нет. Мы выехали вскоре после вашего письма, и прибыли в город только сегодня.
– Тогда позвольте, я продемонстрирую вам его. – король протянул руку и в этот момент один из придворных, мастер облачённый в тёмно-синюю робу протянул ему уже распечатанный свиток.
Этериас развернул свиток и углубился в чтение, хмурясь всё больше и больше с каждым прочитанным словом.
– Я полагаю, это мастер Фидем принял несколько… поспешное решение. – Этериас впился глазами в короля. Королёвский дворец Ренегона внезапно перестал казаться ему уютным.
– Мои люди сообщили мне, что его святейшество рука Отца в Нелее превратился в прах вскоре после того, как отдал эти распоряжения. – бесстрастно добавил король. – Но я рад что вы так думаете. Мы решили дождаться вас, прежде чем принимать окончательное решение по этому вопросу. Однако другие короли высказались однозначно: в связи с обстоятельствами, они считают это решение верным и поддерживают его.
– В связи с обстоятельствами…
Инвиктус сипло выпустил воздух из себя, однако мгновением позже взял себя в руки и требовательно осведомился:
– Что вам известно о произошедшем с иерархами?
– Нам предстоит долгий разговор. Полагаю, стоит переместится в более удобное место. – заметил король.
Кормир Ренегон II привёл иерарха, его советников, а также ближайших придворных в зал, где происходило заседание конклава – одиннадцатигранный почти круглый стол.
– Расскажите его святейшеству всё, что успели выяснить. – бросил король своим людям.
Иерарх и его советники внимательно слушали рассказ, периодически задавая уточняющие вопросы.
– Можете показать образец того песка, что вы достали из храма, лорд Иллион? – прервал главу гвардии мастер Эниан.
Тот невозмутимо достал из полы плаща маленькую коробочку и выставил на стол.
Мастер жизни аккуратно приоткрыл коробочку, и, сосредоточившись, аккуратно достал оттуда щепотку, прикрыв глаза. Однако спустя несколько минут он раздражённо мотнул головой и констатировал факт:
– Ничего. Память жизни молчит, как будто ничто живое никогда не касалось этого вещества. Вы выяснили что это такое?
– Это прах. – тяжело вздохнул король.
– Прах?
– Пыль, которая остаётся после покойников. Выяснили это случайно – вы знаете, что обычно все люди сжигают покойников, однако моя семья исключение. Под дворцом у нас находится семейный склеп, где с тел Ренегонов делают слепки, и на их основе возводят статуи, чтобы память о великих королях осталась в веках в таком виде. А сами тела замуровывают в каменных саркофагах, чтобы ни одна крыса не добралась. Как-то раз в детстве я был в семейной усыпальнице, и по озорству сдвинул крышку саркофага одного из своих предков. Отец, конечно, наказал меня тогда, однако я помню пыль, что взметнулась из саркофага. Такую же пыль. Когда мои люди не смогли понять, что это такое, я сам решил взглянуть, лично. А затем сходил в склеп и проверил: это прах, прах людей, сомнений быть не может. – мрачно заключил король.
– Значит, все одиннадцать иерархов просто стали прахом? – неверяще помотал головой мастер Клавдий.
– Прах всё ещё лежит в храме. Мы достали издалека совсем немного, чтобы понять с чем имеем дело. – ответил лорд Иллион.
– Вы нашли какие-либо следы вокруг храма? Может, за пределами первого кольца стен? – осведомился мастер Акрил.
– Вокруг самого храма чисто: королевский квартал выложен камнем, однако и его мы прочесали. Что же до остального… – главный егерь потёр подбородок. – Вокруг стен найдено множество следов, однако только одни подходили вплотную к стенам квартала. Подозрительное место: рядом есть заброшенный сад, который посещал один человек. Однако там же на стене мы нашли следы мочи: и у нас нет оснований полагать, что кто-то просто не решил справить нужду на стены.
Король поморщился при этих словах. Видимо, эту историю ему тоже уже довелось услышать.
– Значит, никаких вещественных доказательств. Вы пробовали задействовать память стихий вокруг храма? – осведомился мастер Гелиус.
– Аномалия, что убивает всех, кто пытается войти в храм, всё ещё на месте. А прежде чем мы решили сделать это в более отдалённых местах, прошёл дождь и смыл все следы. Возможно, что-то можно увидеть в храме, однако никто не смог туда войти.
– Аномалия, что убивает всех входящих в определённую область.?– поднял бровь иерарх. – Что вы знаете о ней, мастер Гастон? Были попытки преодолеть её?
– Люди умирают не сразу, но достаточно быстро, за несколько секунд. Аномалия словно бы… – первый советник покойного Ренегонского иерарха помялся, подбирая слова. – Выжигает жизнь. Мастер жизни, или человек, улучшенный с помощью искусства жизни, протянет дольше: но ненамного.
– Выжигает жизнь? Как это возможно? – удивлённо переспросил мастер Эниан.
– Если бы я знал. Мы привлекли лучших мастеров жизни в королевстве, однако все только разводят руками. – грустно покачал головой мастер Гастон. – Мы пытались преодолеть аномалию, взяв добровольцем одного из рыцарей-странников. Несколько мастеров начали перекачивать ему жизнь, как делают во время лечения, ненадолго наполнив его под завязку, и он пошёл внутрь. Однако каналы поддержки быстро распались, едва он вошёл в аномалию. Он прожил дольше всех: дошёл до входа храма, однако, поняв, что вскоре и ему настанет конец, рванулся обратно. Однако что-то не дало ему это сделать.
– Что-то? – поднял брови мастер Клавдий.
– Нечто, похожее на прозрачного человека. Исчезающее, словно мираж, что бывает в пустынях. Узнать кто это по лицу практически невозможно, однако оно было перекошено гневом и яростью. Что бы это ни было, тварь схватила рыцаря за ногу и утащила в храм. А затем разорвала на куски. – мастер Гастон подавленно замолк.
– Часть моих людей наблюдали за этим. Самые глазастые говорят, что это определённо было лицо человека, но словно искажённое чем-то так, что узнать его было невозможно. – добавил главный егерь, поёжившись.
В зале повисло долгое молчание. Иерарх и его советники тяжело обдумывали полученную информацию.
– У вас есть какие-то версии по поводу произошедшего? – наконец, стальным голосом осведомился Этериас Инвиктус.
– Есть. Гнев Отца, по неизвестной причине павший на верховных иерархов. Он же пал на Фидема Бурю, который, похоже, также поддерживает этот вариант. И по этой причине все короли, кроме меня и вашего короля, выполнили его указ о расформировании церкви. На сегодняшний день церковь Отца как организация действует только в двух королевствах: Аурелионе и Ренегоне. Остальные девять королевств приняли решение о расформировании две недели назад, после завершения Конклава. – тяжело, словно камни, роняя одно слово за другим, ответил Кормир II.
Лицо верховного иерарха побледнело. Побелевшими костяшками он вцепился в столешницу, а глаза превратились сплошные шары мистического света. Предметы в зале стали подниматься в воздух, пронзительный мощный порыв ветра сорвал окна с петель, и звон разбитого стекла заполонил комнату. На небесах за окном начали сгущаться тучи. С громким треском по полу и столу прошли, чуть змеясь, большие и толстые трещины.
– Я думаю, этого достаточно, чтоб продемонстрировать серьёзность ваших намерений, ваше святейшество. – разнёсся мягкий голос мастера Клавдия по комнате.
Этериас опомнился, растерянным и слегка неверящим взглядом мазнув по разрушениям, причинённым им самим. Сквозь сорванные окна дворца разнёсся гром, и дождь забарабанил по крыше. Деревянной, шаркающей походкой верховный иерарх поднялся из-за стола и направился к сорванному окну, устремляя взор в плачущие небеса.
Король молча, жестом приказал всем покинуть комнату. Ослушавшихся не было. Оставшись в наедине со своим гостем, Кормир II Ренегон подошёл к выбитым окнам, и вместе с последним верховным иерархом посмотрел на набирающую силу грозу, что затмевала синие небеса и поглощала белые облака, совсем недавно мирно плывущие по небу. Синий и белый были цветами его династии, и именно поэтому происходящее казалось ему столь символичным.
– Грядёт буря. – тихо произнёс король.
И похоже, он отнюдь не имел ввиду непогоду.
– Я не верю. – прошептал Этериас. – Я говорил с ним во время прошлого Конклава. Я помню, как Отец улыбался, смотря на меня, как на неразумного ребёнка, что рассказывает об успехе в своих первых детских играх. Я помню, как он учил меня основам высших степеней искусства: как чувствовать мир вокруг себя, как никто прежде, как обратить само мироздание в щит, что спасёт меня от любой беды. Я просто не могу поверить в то, что он гневается на меня.
– Может, и нет. Вы последний, кто остался в живых из всех, кто когда-либо говорил с нашим создателем. Думаете, мне нравится такой поворот событий? Веками Ренегон был старейшим и самым уважаемым королевством людей. Священная земля перворождения, место, где была сотворена вся людская раса. Веками мои предки делали всё для славы, величия и процветания людского рода, один за другим вкладывая себя в служение людскому роду без остатка. С раннего детства я делал всё, чтобы соответствовать этому великому бремени, что выпадает на наш род. И на этом Конклаве впервые за всю свою жизнь я почувствовал, как на меня смотрят с презрением.
– С презрением? – удивлённо посмотрел на короля верховный иерарх.
– Никто не скажет такое прямо, разумеется. – грустно усмехнулся король. – Однако я слишком хорошо знаю людей, чтобы не различить подобное. Другие короли смотрели на меня, бессильного защитить своих гостей, бессильного дать им хоть какие-то ответы, бессильного войти в храм Отца в сердце собственной земли! В глазах каждого из них читалось, что они бы никогда не допустили подобного. Словно бы всё уважение, что заслужил мой род за эти века испарилось в один миг. Никто не выберет Кордигард как место для собрания Конклава в ближайшие века. Если оно вообще произойдёт.
– Я пойду туда. Войду в этот храм и выясню, что там произошло. – решительно заявил Этериас. – Соберите всех свободных мастеров, соберите гвардию, поставьте на дальние вышки самых глазастых охотников. Впустите народ в королевский квартал, и чем больше, тем лучше. Я публично заявлю о вашей поддержке и пойду внутрь. И если гнев Отца падёт на меня, ему придётся явиться сюда и прикончить меня лично, потому что ничему и никому другому я не позволю сделать это!
Будь здесь советники, они бы наверняка попытались отговорить верховного иерарха от столь опасного и самоубийственного шага. Однако здесь был лишь Кормир II Ренегон, кровь и плоть от первых людей, потомок основателей первой королевской династии Тиала. У него не возникло даже мысли о том, чтобы отговаривать кого-то от подобного поступка. Строго наоборот, королю очень хотелось отправиться туда вместе с иерархом. Но он был всего лишь человеком, человеком, на котором лежал долг перед его народом. И потому он сказал лишь одно:
– Удачи.
Несколько часов спустя сам Этериас предельно внимательно выслушивал от своего помощника доклад.
– Большинство людей в городе убеждено, что гнев Отца пал на святую землю, мессир. – в полной растерянности разводил руками Гелли. – я пытался переубедить их, однако благословения во время призыва так и не произошло, а храм превратился в смертельную ловушку, что убивает любого человека, входящего туда. Боюсь, чтобы развеять это заблуждение, требуется нечто большее чем просто слова. Многие уже уехали из города и ещё больше собираются уезжать.
– У меня будет для тебя ещё одно задание, Гелли. Ты должен отправиться в Келлийский монастырь и спросить их магистра знает ли он что-то о происходящем. Возьми мою печать. – смотря в сторону, отстранённо сказал Иерарх.
На самом деле, Этериас сомневался, что странникам что-то известно. Будь так, они наверняка бы доложили королю столь критически важную информацию. Однако он не сомневался, что верный помощник пойдёт за ним хоть в саму бездну, и потому опасался его гибели, решив таким образом обезопасить парня, к которому за годы успел привязаться.
Часом позднее большое скопление людей собралась перед главным храмом. Солнце уже начинало клониться к закату, однако Этериас не намеревался отступать. Подойдя к границе, установленной гвардейцами, он попросил тех поднять его на щит и обратился к людям.
– Люди Ренегона! Многие из вас наверняка слышали о том, что произошло несколько месяцев назад во время Конклава, однако все мы ещё теряемся в догадках и можем лишь строить предположения о том, что на самом деле здесь случилось. Кто-то говорит, что гнев Отца пал на святую землю. Что мы, верховные иерархи, разгневали его. Что мы были недостаточно чисты и усердны в деле служения всем вам, и потому Отец проклял всех нас за это. Говорят, что церковь должна прекратить своё существование, как изживший себя и вредящий людям институт.
Этериас оглянулся вокруг, смотря на людей. А затем, ясным и уверенным голосом продолжил:
– Я, Этериас Инвиктус, рука Отца в Аурелионе, последний оставшийся в живых верховный иерарх нашей церкви, говорю вам: Я не верю в это! Церковь не идеальна, и никогда не была идеальна. Каждый мастер церкви – такой же человек, как и вы, и все мы делали и будем делать ошибки, однако как жрецы нашего Создателя, мы всегда стремились делать всё, чтобы облегчить жизнь как можно большему числу людей, воплощая всё лучшее что есть в нашей расе. Мне неведомо, какая ужасная сила могла проникнуть сюда, в сердце наших земле, и нанести столь ужасающие удар по лучшим мастерам всех одиннадцати королевств, но я уверен, что в это нет вины короля или его людей, и единственная причина, почему верховные иерархи мертвы это то, что они не ожидали удара! И если я не прав, и гнев Отца действительно пал на наши головы, ему придётся явиться лично и наказать меня за мои ошибки, потому что никто, кроме создателя, не имеет надо мной власти!
С этими словами верховный иерарх спрыгнул на землю, и, сосредоточившись, собрав всю свою волю в кулак, окутал себя тем самым универсальным щитом которым сам создатель научил его защищать себя при первой встрече. Воздух слегка задрожал и зарябил вокруг, а затем Этериас бесстрашно, без тени сомнений ступил за запретную черту.
Глава 8
Я всё ещё помнил, что рассказали мне люди в деревне, находившейся на границе диких земель. Своеобразный барьер, проводящий её, что нельзя спутать с чем-то другим.
Капитан Зинч, как выяснилось, отлично знал местные воды и остановил судно недалёко от границы, предложив передохнуть и двинуться дальше с рассветом.
Однако ночь на границе преподнесла сюрприз. Странное, тревожащее чувство чужого присутствия разбудило меня после полуночи.
Медленно поднявшись, я обнаружил, что вся команда, включая мастеров и капитана крепко спит. Пара тихих щипков и шлепков дали мне понять, что так просто они не проснутся. Неторопливо и тихо обнажив меч, я поднялся на палубу.
Мёртвая, звенящая тишина на ночном, полном спящих беспробудным сном людей могла ввести кого-то в ужас. Но не меня. Поднявшись на палубу, я лишь раздражённо бросил меч в ножны, уловил присутствие знакомой тени.
В этот раз демон ощущался совсем слабо, так, что я даже не смог осознать что это он из трюма. Он не казался слабее… Скорее, как будто пытался казаться меньше и незаметнее, скрываясь от кого-то.
Воздух над палубой закружился вихрем, собирая ночную гладь в знакомое мне туманное облако.
– Чем обязан визиту высокого начальства? – спокойно осведомился я.
– Вторая книга спрятана. У тебя есть право на урок.
Киана. Наёмница справилась быстрее, чем я ожидал. С момента, как я оставил ей книгу, прошло меньше месяца. Тем лучше для меня.
– Расскажи мне о создании высшей нежити.
– Ты освоил все три высших аспекта искусства смерти, и превосходно знаешь проклятья. В твоих силах создать любого слугу.
– Верно, я знаю всё это. Однако как понять, что получиться именно то, что мне необходимо? Сколько материала мне придётся извести, прежде чем я получу нужный результат? Ты обучил меня всем основным принципам, однако поведал мне минимум шаблонов. Я хочу, чтобы ты рассказал мне о высшей нежити, которую не постыдились создать лучшие из лучших мастеров смерти. Готовый шаблон, что легко отточить до совершенства и создать высококачественный отряд или армию.
Некоторое время демон раздумывал.
– Сколько подобных шаблонов ты хочешь знать?
– А во сколько ты оценишь надёжность спрятанной книги? Чем больше тем лучше.
– Три.
Меньше, чем хотелось бы, но лучше чем могло было быть.
– Тогда пусть это будут лучшие из лучших, что ты сам знаешь.
– Приемлемо. Задай критерии нужной единицы. Арсенал искусства смерти широк.
– Социальная маскировка. Существо должны быть максимально неотличимо от людей и могло выдать себя за одного из них, при этом имея высокие боевые показатели. Лучший диверсант.
– Захарен-Либн.
Мне не был знаком этот язык. Однако неведомым мне образом демон одновременно передал мне значение этого названия. Истощающие жизнь.
– Пожалуй, я бы не отказался от более подробных технических характеристик.
– Внешне неотличимы от разумного, что послужил материалом. Могут изображать полный цикл жизнедеятельности человека: есть, пить, спать, испражнятся, заниматься сексом. Разумны. Не изнашиваются со временем. В несколько раз быстрее и сильнее изначального материала. Способны поддерживать покров смерти, делая себя невидимыми для чужой сенсорики.
Напоминало известных мне вампиров. Звучит неплохо.
– Могут создавать себе подобных? Каковы минусы?
– Чтобы создать подобного слугу, нужно быть мастером смерти. Технически, разумное существо, что преобразуется подобным образом, может быть таковым, однако это не заложено изначально. Минусы – остановка в личностном развитии. Отсутствие автономности: требуется подпитка чужой жизнью, желательно, максимально близкой по характеристикам к изначальному материалу.
– Мастер жизни может обнаружить подобное существо?
– Только целенаправленным поиском. В толпе не заметит. При беглом сканировании истощающий жизнь может укрыться своеобразным покровом из поглощённой жизни, которая позволит сойти за человека. Либо накрыться покровом, исчезая. Однако опытный мастер при близком контакте может обнаружить подвох.
Не тот вампир, которого я бы хотел. Но лучше, чем самому создавать подобное с нуля: даже со всеми своими знаниями, я с трудом представлял, как создать единый, правильно работающий объект с заданными характеристиками. Слишком много тонкостей и нюансов возникало при попытке создать столь сложную систему проклятий.
– Условия по изначальному материалу?
– Живой объект. Или погибший совсем недавно.
– Не идеально, но сойдёт. Далее мне нужна строевая единица. Часть армии. минимальные требования к материалу – должен подойти практически любой живой объект. Универсальность, управляемость, эффективность, отсутствие необходимости прямого контроля. Возможность делегирования командования и консервации. Минимальные требования к содержанию.
– Кинлат Истас.
В сознании снова сам собой возник смысл. Звено легиона.
– Плюсы и минусы?
– Подойдёт любое живое или мёртвое тело, погибшее даже столетия назад. Что угодно – разумный, дерево, животное. Все они будут иметь единый базис армейских команд, вписанный в односложное, но устойчивое проклятье. Неразумны. Различают врагов и союзников по индивидуальной метке мастера-создателя, которую тебе придётся придумать самостоятельно. Требуют подготовленного ритуального комплекса и некоторых инструментов для создания. Процесс создания может быть поставлен на поток с применением неопытных помощников, при условии передачи им необходимого, подготовленного мастером оборудования. При отсутствии подпитки, в зависимости от исходного материала, приходят в негодность за срок от нескольких лет до нескольких столетий. Для поддержки работоспособности требуется либо насыщенная жизнью среда, либо насыщенная смертью. Насыщенная жизнью среда со временем превратится в непригодные для жизни, мёртвые земли.
– Земля теней подойдёт как вариант казармы длительного содержания?
– Да.
Звучало это значительно лучше, чем обычные проклятья, то требовали постоянной подпитки. Автономность до нескольких лет, в худшем случае. Не те легионы, что можно спрятать в подвале на тысячу лет, однако всё же армия, что не развалится за месяцы, как простейшие марионетки, не требующая прямого управления. Необходимость оборудования лаборатории – единственное неудобство. Легионы помогут в войне – однако прежде мне нужно было ещё кое-что.
– Подойдёт. Последнее что мне нужно… – я на миг задумался, формируя критерии последнего запроса. Пожалуй, именно они были самыми сложными. Сам я просто не представлял, как впихнуть подобные функции в одно существо: слишком запутанный и слишком сложный клубок проклятий выходил. – Элита. Гвардия. Телохранители. Умные, верные, быстрые: лучшие в битве и автономные настолько, насколько это возможно. И они должны предполагать возможность маскировки – хотя бы минимальной, под людей. Закрытая одежда, например.
– Не слишком ли много для всего лишь одного шаблона?
– Если ты не знаешь, как создать что-то подобное, так и скажи. А если знаешь, выполняй условия сделки и научи меня.
Некоторое время туманное облако размышляло, разглядывая меня. Пробирающее чувство взгляда изнутри то слабело, то усиливалось. Наконец, тварь приняла решение.
В глазах вспыхнули звёзды, и чудовищная по силе вспышка головной боли бросила меня на колени. Кажется, я застонал…
Пока я медленно поднимался, держа голову рукой, в висках стучало лишь два слова: Ливиус Тенетрис. Пронзающие мрак.
Он и раньше использовал прямую передачу информации в разум во время обучения. Но это были лишь обрывки. Крохи, концепции, элементы приёмов, значения древних мёртвых слов. Вкупе с подробными объяснениями это был крайне быстрый и эффективный способ обучения. Однако впервые столь гигантский пакет информации накрыл меня, и это было сродни тяжелейшему удару по голове. Удивительно, что я не потерял сознание.
Демон передал все необходимые знания прямым пакетом. Иссушающие жизнь и звенья легиона оказались не так уж и сложны: со временем и экспериментами я бы и сам вполне мог дойти до подобного за несколько месяцев или лет. Однако пронзающие…
Внезапно я понял, что мог бы создать своеобразного суперсолдата, настоящего рыцаря смерти, быстрейшего и сильнейшего, разумного и верного, заковать душу в цепи, словно в броню, превращая разумного в великолепное оружие. Но совершенно не понимал как!
Это было странное, дезориентирующее ощущение. Полная уверенность в том что можешь сделать подобное, и одновременно неспособность научить этому кому-то ещё. Словно сам смысл тончайшей и сложнейшей вязи, из которой сплетались проклятья, ускользал от моего сознания, словно лист на ветру.
Мне хотелось сказать много добрых слов за подобный “урок”, однако я давно уяснил, пытаться выбить что-то из того, кто многократно могущественнее тебя гиблая затея. Следовало лишь сделать выводы. Теперь я знал, что демон способен работать с информацией куда глубже и искуснее, чем мне казалось.
Выпрямившись, и затолкав острую головную боль куда подальше, я сказал:
– Полагаю, урок усвоен.
– Мы ещё не закончили.
– Разве? Я задал вопрос, ты дал ответы. На этом сделка исчерпывает себя. Хочешь добавить что-то ещё? Полагаю, мне достаточно знаний на сегодня. Пожалуй, твоими стараниями в слишком плохой кондиции для продолжения. – криво усмехнулся я.
Лёгкий, прохладный ветерок, словно задул у меня под черепом, унося боль и прочищая разум. Это было столь подозрительно, что, напрягая все чувства и преодолевая боль, я сосредоточился на туманном облаке, пытаясь понять, что он делает. Однако демон и его силы оставались полностью неподвижны. На миг мне даже показалось, что это делает кто-то другой, однако кроме спящей команды и моего заклятого партнёра вокруг не было.
Прелестно – теперь я знал, что он умеет не только передавать информацию напрямую, а ещё и снимать ментальную усталость так, что это практически невозможно обнаружить. Что ещё он умеет? Читать мысли? Внушать их? Усилием воли я заставил себя успокоиться. Если это существо, чем бы оно не было, вывернуло мой разум наизнанку, он бы наверняка убил меня на месте. В этом не было никаких сомнений.
– Ты направляешься в Дикие Земли.
Демон не спрашивал, лишь констатировал факт. Отрицать это, находясь на корабле, что находился на самой их границе было бессмысленно.
– Не понимаю, как это касается тебя.
– Мы заключили сделку.
– Сделку, главная часть которой уже выполнена. Ты можешь разорвать её в любой момент, так ведь? И я что-то не припоминаю, чтобы мои остальные дела как-то там упоминались.
– Ты умрёшь там. Если не хуже.
– Не думаю, что тебя должно волновать подобное. Как ты сам говорил, я вполне заменим. Пожалуй, я рискну.
– Ты не понял. Это не предположение. У тебя нет никаких шансов выжить там. Совершенно никаких. Это даже не вопрос удачи или вероятности – подобное просто исключено.
Однажды демон уже обманул меня. Верить ему на слово? Увольте.
– Чтобы остановить меня от этого похода, тебе придётся убить меня. – мощный покров смерти окутал меня, и я приготовился сигать за борт немедленно. Шансов в прямом бою у меня не было, однако, смею надеяться, даже он не прикончит меня мгновенно.
Если он говорит правду, это совершенно бессмысленно. Я и так погибну там, ему нет никакого смысла убивать меня на месте. Однако рассказ мне об этом значит, что несмотря на то, что сделка почти исчерпала себя, по некой причине я нужен ему живым – и это можно было использовать! А вот если он попытается убить меня здесь и сейчас, или хотя бы обозначит подобную попытку, пытаясь и дальше отговорить меня от похода, это значит что он не хочет, чтобы я шёл в северном направлении по совсем, совсем другой причине.
Опасно бросать подобный фразы тому, кто может вырвать твою душу, не сходя с места. Но что ещё я мог сказать, ему дабы вытащить информацию? Опасность моё второе имя. Может, клятвы ордена и были для меня ничем, однако я всё же стал одним из них. Бесстрашным. И будь я проклят, если мне это не нравилось.
Демон безмолвствовал, даже не сосредотачивая внимание во мне. Туманное облако слегка расползлось, образуя странные вихри. Было похоже, что он погрузился в глубокую задумчивость.
– Я предлагаю тебе сделку. Я дам тебе кое-что, что поможет тебе пройти сквозь дикие земли. Взамен ты выполнишь моё задание.
Облако тумана закружилось воронкой, образуя своеобразный глаз, и потусторонний взгляд устремился на меня.