![](/files/books/160/oblozhka-knigi-rostki-lzhi-si-367054.jpg)
Текст книги "Ростки лжи (СИ)"
Автор книги: Гэвин Магнус
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 26 (всего у книги 39 страниц)
Глава 38
Шестеро хорошо одетых путников разбили лагерь в небольшом, редком лесу в предгорьях. Солнце уже клонилось к закату, но высокие горные пики всё ещё слегка поблескивали хрусталём в его лучах. Пятеро рыцарей, одетых в превосходные серые латы, и их предводитель, имеющий слегка позолоченный воронёный доспех, что ярко блестел в лучах закатного солнца.
– Что вы думаете, сэр Манштейн? – барон Нерион обратился к самому старому из пятёрки рыцарей, аккуратно помешивая кашу в котелке.
– Перевал хороший, явно используется часто. – седеющий усач почесал затылок. – Предполагаю, что у герцога долины недостаточно средств, чтобы закрыть крепостью весь перевал, слишком уж он большой, но наверняка на обратном склоне стоит дозорная вышка и расположены посты. Если хотим пройти незамеченными, надо искать другой путь.
– Другого перевала нет. Согласно путеводителю по королевствам, герцогство долины имеет всего один известный перевал. – блеснул эрудицией сэр Данис, средних лет мужчина с короткой щетиной и большим носом, похожим на картошку.
– То, что его на картах нет перевалов, это не значит что горы непроходимы. – прогудел сэр Лорт, самый рослый воин из шестёрки путников. – Место вполне можно найти.
– И сколько мы будем блуждать, пока найдём его? – хмуро прервал здоровяка барон Нерион. – Нас всего шестеро, и мы воины, а не егери. Аурелион – молодое королевство, вдали от дорог легко можно напороться на виверну или тварь похлеще. Что вы думаете?
Барон перевёл взгляд на двух оставшихся рыцарей. Двое братьев-близнецов переглянулись, и синхронно пожали плечами.
– Вы за главного, ваша светлость, вам и решать.
Некоторое время на обочине пути повисло молчание, прерываемое лишь тихим чавканьем. Барон ел мало и смотрел в огонь, прикидывая варианты.
– На рассвете пойдём напрямик. – наконец, принял решение Нерион.
Рыцари слегка обеспокоенно переглянулись.
– Что будем говорить, ваша светлость? – серьёзно спросил сэр Манштейн.
– В идеале ничего. Если начнутся вопросы, говорить буду я. Расскажу, что мы бывалые путешественники, что развлекаются походом по королевствам.
– Как это слишком натянуто. – скривился сэр Данис. – Мы, конечно, путешественники бывалые, спору нет, но как часто на дорогах королевств вообще встречаются путешественники? Кроме караванов, экспедиций, и королевских отрядов редко кто ходит малой группой. Разве что странники…
Барон сверкнул глазами.
– Оставьте это мне. Герцог выдал хорошие инструкции – справимся. Правда бывает разная. В случае чего…
Рыцари мрачно кивнули. Все понимали, что возможно, придётся прорываться с боем и были готовы.
На рассвете путники поднялись на перевал. Сэр Манштейн не ошибся: с обратной стороны гор, уже внутри долины, находилась каменная сторожевая вышка, выточенная, похоже, прямо из скалы.
– Внушительный пост. – цокнул языком здоровяк. – Такой и три виверны не сломают.
Барон лишь поморщился на эти слова. Опытный взгляд сразу определил бойницы со стрелометами, что держал под прицелом перевал.
На вид вокруг никого не было, но стоило путникам начать спуск, пара охотников в песчаного цвета шкурах, сливающихся с горным фоном, преградила им дорогу. Один из них, окинув цепким взглядом барона и рыцарей, слегка задержав его на перстнях, вежливо поздоровался:
– Здравствуйте, ваша светлость. Вы, наверно, авангард каравана? Держите путь в долину?
– Нет, нас только шестеро. – барон отрицательно качнул головой. – Путешествуем.
– Путешественники? В нашу-то глушь? Десять лет на перевале служу, первый раз такое вижу! – крайне удивлённо воскликнул второй охотник.
Нерион натянул на лицо снисходительную улыбку.
– Всё бывает впервые.
– Надеюсь, вы знаете что делаете, ваша милость. Путешествовать вшестером, даже если вы опытные воины, опасное дело. В долине, конечно, нынче всё спокойно, но иногда через горы пробирается какая-нибудь дрянь. Будьте осторожны. Надеюсь, вас не затруднит сообщить цель посещения долины?
Первый охотник вёл разговор будничным, дежурным тоном. Таков уж был порядок. Но барон помедлил с ответом, и это вызвало лёгкую настороженность.
– Я предпочёл бы сохранить цель визита в тайне.
Постовой слегка нахмурился.
– В тайне? Простите, ваша милость, но у меня чёткий приказ: я должен спрашивать всех прибывших о цели визита. Это просто дежурная проверка, какие могут быть причины…
Охотник осекся. Похоже, в его голову резко пришла в голову мысль о том, зачем вдруг человеку нужно скрывать цель визита в то или иное место, и не сказать, что эти мысли ему понравились.
Рука его напарника слегка дёрнулась в сторону оружия. Повисло напряжённое молчание.
Барон выглядел совершенно невозмутимо, безмятежно, добродушно, по-барски, смотрел на встречающих. Охотник-постовой смотрел на него исподлобья.
– Простите меня, ваша милость, но я не могу вас пропустить, пока вы не назовёте цель визита.
Тон и поза барона неуловимо изменились. Теперь в его глазах явственно читалось презрение.
– Ты смеешь преграждать мне путь, смерд? – словно не веря в происходящее, поднял бровь Нерион.
На висках охотника выступила крупинка пота. Он склонил голову в уважительном поклоне, но твёрдо ответил:
– У меня есть приказ герцога, и я обязан его выполнить, ваша милость.
Рыцари положили руки на мечи. Второй охотник побледнел.
– Пусть так. – неожиданно легко согласился барон. – Но если вдруг из-за твоей настойчивости эти сведения уйдут не туда, куда нужно, и кто-то пострадает, именно тебе жить на каменоломнях до конца своих дней. Мы направляемся сюда, чтобы навестить родственников и близких друзей верховного иерарха объединённой церкви Ренегона и Аурелиона, руки Отца его святейшества Этериаса Инвиктуса.
По мере слов барона глаза бедного охотника буквально полезли на лоб.
– Но… Но как это может повредить кому-то? – наконец, выдавил из себя бедняга постовой.
– До вас в глуши новости наверняка доходят медленно. Вы не слышали? На его святейшество совершили покушение. Человек пытался убить его на центральной площади Ренегона, и почти преуспел. И те, кто не смог достать самого верховного иерарха, вполне могут попробовать действовать через его близких. Поэтому мы здесь. О нашей миссии немногие знают, а теперь и вы. Но, по крайней мере, теперь, если с близкими его святейшества что-то случиться, можно будет легко определить виновного в раскрытии тайны. Теперь мы можем идти?
Старший постовой впал в небольшой ступор от таких новостей. Его напарник отодвинул того в сторонку, поклонился, и с трудом выдавил из себя:
– Проходите, ваша милость. Добро пожаловать в Долину Ветров.
Барон слегка задержался на спуске, окидывая взглядом долину. Зелёная степь с редким лесом – почти до горизонта. Вдалеке, за сотни миль, виднелись пики Великого Хребта, и отсюда они отнюдь не казались затмевающим небо монументом. С вершины перевала можно было разглядеть города и деревни: кажущиеся издалека совсем крохотными.
– Я не вижу ни единой стены или захудалого частокола у местных поселений. Благословенный край. – поравнялся с бароном сэр Майнштейн.
– Сама природа возвела свои стены здесь. Вычистить от зверья степную долину гораздо проще, чем любой крупный лес. – согласно кивнул барон.
– Готов поспорить, здесь водятся горные виверны. Уж больно скалы говорящие. – прогудел здоровяк.
– Стены всё равно не помогают против виверн. – равнодушно ответил барон. – Спускаемся в город. Начните со сбора слухов и аккуратных расспросов. Сэр Данис, найдите нам жильё.
Рыцари лишь кивнули. Предстояло много работы.
Уже ближе к вечеру шестёрка путников собралась в невзрачной таверне, намереваясь поужинать и обсудить прошедший за день. Но в этот вечер их разговору не суждено было случиться.
Одетый хорошую лёгкую чешуйчатую броню рыцарь в плаще песочного цвета пошёл в таверну и внимательным взглядом осмотрел зал, безошибочно остановив его на бароне.
– Барон Нерион, я полагаю? – остановился перед столиком он.
– Он самый. – степенно кивнул барон, не прекращая грызть косточку с мясом.
Именем собеседника он даже не поинтересовался, лишь слегка скосив на того взгляд.
– Его светлость, герцог Долины, приглашает вас и ваших спутников воспользоваться гостеприимством.
– Весьма любезно с его стороны. Далеко идти? – барон приподнял бровь, даже отложив косточку.
– Резиденция его светлости в часе пути отсюда, в центре города. – бесстрастно ответил рыцарь.
Барон на миг взглянул на роскошный плащ гостя так, словно раздумывал, не вытереть ли об него руки. А затем поднялся из-за стола и коротко бросил:
– Идём.
Усадьба герцога действительно располагалась в центре города. Вопреки привычным барону родовым гнёздам аристократии в виде замка, это был скорее дворец, чем укрепление – не слишком большой или роскошный по меркам любого короля, но вполне достойный и приличный по меркам любого лорда рангом пониже.
Комнаты, что им выделили, были, пожалуй, даже лучше, чем те, что барон имел в собственном замке на родине, в Нелее.
В чести герцога, несмотря на явно имеющееся явное любопытство, тот позволил гостям отдохнуть и пригласил барон отобедать вместе лишь к полудню.
Осмотрев стол, барон опытным взглядом определил несколько деликатесов, которые наверняка не производятся в долине и могут быть привезены изредка торговцами. Вероятно, герцог приказал выставить для гостя всё лучшее, что у него было.
Лорд Валлис Вентис, герцог Долины, обладал типичной, вполне себе крестьянской внешностью. Водянистые серые глаза, простая, коротко стриженная копна каштановый волос. Одень его в простую рубаху и отправь на поля – люди бы не отличили герцога от пахаря. Он не мог похвастаться длинной плеядой предков и древней кровью, что тянулась столетия: поселения людей в долине ветров появились всего столетия назад, и дед герцога был самым обыкновенным рыцарем, который нашёл подходящий перевал в горах и основал поселение. Герцогство долины было самым молодым, невзрачным и бедным из всех герцогств Аурелиона, однако, как хороший хозяин, лорд Вентис стремился всеми силами не показать этого.
– Мне доложили о вашей цели прибытия в Долину. – герцог поднял внимательные серые глаза на гостя.
Лорд Вентис перешёл к делу сразу после того, как обед закончился. Барон поднял пристальный, ледяной взгляд на герцога, и положил руки на стол, сцепив между собой пальцы.
– Вы хотите знать об этом больше?
– Да. – просто ответил герцог.
Барон сделал вид, что задумался. На самом деле, чтобы подумать о том, что говорить герцогу, у него была целая ночь и утро.
– Я мало что могу добавить. Наша задача – найти близких людей его святейшества в герцоге, и позаботиться об их доставке в столицу.
Герцог слегка удивился.
– Я полагал, что вы должны предупредить их об опасности. Вы не думаете, что в герцогстве им будет безопаснее, учитывая обстоятельства? К тому же дорога долгая, да ещё и небольшой группой – такие часто пропадают.
– Со мной лучшие из лучших. Можете быть уверены, мы справимся даже с горной виверной. – в глаза барона блеснула сталь.
– И всё, же я склонен полагать что герцогство лучший вариант. Я прикажу удвоить количество и следить за всем подозрительным, мы будем внимательно допрашивать всех прибывающих торговцев, ни один злодей не проскользнёт! – воскликнул герцог.
Барон посмотрел на герцога как на ребёнка, усталым, укоризненным взглядом.
– Ваша светлость. – мягко начал барон. – Если нашёлся человек, готовый убить другого, что заставляет вас думать, что он может, например, солгать вам? Он скажет дозорным, что он торговец редкими зельями, а сам напоит ядом кого-то из близких его святейшества. Уж простите, но ваша герцогство – далеко не самый развитый край. Оставьте это дело более опытным людям, прошу вас. Мне приходилось иметь дело с подобным и ранее.
Герцог помрачнел, став похожим на грозовую тучу. Однако мгновением позже он просиял:
– Хорошо, но тогда я должен оказать вам любую возможную поддержку! Что вы собираетесь делать дальше?
– Искать. – степенно пожал плечами барон. – Мне не сообщили кто именно является близкими иерарха, просто отправили сюда с приказом. Полагаю, мы начнём с расспросов жителей, затем поговорим с мастерами в монастырях…
Герцог махнул рукой, прерывая барона, и на его лице расплылась широкая улыбка.
– С этим я точно смогу вам помочь. Герцогство не слишком большое, все друг друга знают. Оставьте это моим людям – уверяю вас, за неделю они узнают всё необходимое. А вы пока можете воспользоваться моим гостеприимством.
– Это было бы очень любезно с вашей стороны. – уважительно наклонил голову барон.
– Пустое. – герцог тихо рассмеялся. – В конце концов, это и мой долг тоже. Никто из нас не может отказаться от своего долга, верно?
– Разумеется, ваша светлость. Никто.
Герцог совершенно не заметил того, как опасно блеснули глаза барона в этот момент.
Глава 39
На запрос о получении тел Исгерд огорошил меня новостью, что уже извёл на свои эксперименты по овладению искусством смерти все тела, что были у шаманов северного ветра, и новых пока не предвидится. Я чувствовал себя обворованным! И ведь ни слова ни сказал, гадкий старикашка!
Я уже глубоко вдохнул в себя воздух, намереваясь высказать подлому вору всё, что о нём думаю, однако каким-то шестым чувством старый шаман понял мой настрой и поспешил подсластить пилюлю:
– У меня есть идея, как научить тебя искусству духов. Более бесталанного ученика я в своей жизни не видел, однако кое-что я всё же придумал.
Это заставило меня проглотить уже готовые ругательства.
– Рассказывай. – коротко приказал я.
Старик в ответ на приказной тон посмотрел на меня как солдат на вошь, но вступать в полемику всё же не стал.
– Как показали тесты, тебе совершенно не даются манипуляций силой духов, или нейтралью, как называют её ваши шаманы. Создаётся впечатление, что твоя душа по каким-то причинам просто отвергает энергию океана бытия. Уникальный случай в моей практике. – начал издалека менторским тоном говорящий с духами. – Однако я всё же придумал кое-что интересное. Мы, шаманы, используем духов не только для того, чтобы воздействовать на реальность напрямую: наше искусство также позволяет нам создавать особые предметы, с заключёнными в них духами, что даёт возможность пользоваться частичкой нашего умения и простым воинам.
– Это те камешки с выгравированными символами, что я видел у вас? – слегка разочарованно уточнил я. – Предлагаешь мне просто обвешаться амулетами?
– Принцип схож, но я предлагаю другое. – покачал головой седовласый шаман. – Это было бы слишком просто. К тому же это отнюдь не значило бы что я научил тебя искусству духов. Нет, у меня есть идея получше. Я заключу духа в собственной крови, свой силой привязав его к ней навсегда. А потом перелью её тебе, сделав кровным побратимом. Теоретически это должно позволить тебе пользоваться силой духов через посредника в виде того духа, который будет в ней. Если опыт будет успешными, можно будет повторить и расширить. А когда научишься управлять несколькими духами одновременно, с их помощью ты сможешь найти и подчинять себе других духов. Конечно, это будет не так эффективно, как у обычного шамана, но на слабенького ученика по возможностям должно вполне потянуть.
Вот тут я всерьёз задумался. Предложение старика было интересным. Исходя из этого что я знал о нейтрале и искусстве духов, выходило, что моя душа, вероятно, в силу происхождения, была совершенно неспособна к манипуляциям местной духовной силой. И старый шаман предложил натуральный ход конём: просто привязать к моему телу духа, как к амулету, и научить управлять им через телесные виды энергии, такие как сила жизни или смерти. Фактически, просто пришить к себе кусок чужой энергетической оболочки, и пользоваться им для манипуляций энергией.
Идея звучала интересно, но у меня были обоснованные подозрения, что подобные грубые игры с собственной энергетической оболочкой могут плачевно закончиться. Если бы всё было так просто, каждый второй сын льда уже был бы шаманом.
О чём я честно сообщил Исгерду.
Старик выпучил глаза, и не на шутку рассердился.
– Просто? Ты называешь это просто? – рассвирепел седовласый шаман. – Ты хоть представляешь, насколько могучим шаманом надо быть, чтобы провернуть подобное? Да меньше десятка говорящих с духами на всём севере способны на такое! Подчинять духов само по себе сложнейшее испытание, а тут надо вообще выбить из духа любые зачатки неповиновения, затем сделать из собственной крови вместилище, и сделать так, чтобы оно не разрушилось при переносе! Только по-настоящему великие шаманы на такое способны!
Я примирительно поднял руки.
– Хорошо, допустим, это сработает. Но меня смущает идея переливания крови между разными расами. Мне от этого не поплохеет?
– Заодно и проверим. Раз уж с девками нормально кувыркался, не думаю, что будут проблемы. Если что, я тебя вылечу. – равнодушно махнул рукой шаман.
Вот тут я в очередной раз пожалел о неудачной ночи. Вообще, о проблемах биологической безопасности стоило подумать до того, как я согласился на спор с Ларой. Но не рассказывать же об этом шаману? Клятый старик до конца своих дней ржать будет, уж его-то за прошедшие месяцы я хорошо узнал. Но отказаться от этого предложения всё же было выше моих сил. Куш стоил того, чтобы рискнуть.
Из-за того, что Исгерд извёл все свободные тела, не поставив меня в известность, я решил подойти к поискам материала с другой стороны и осведомился у Вальгарда о том, кто является самым старым сыном льда в клане.
– Ты его знаешь. – почесав подбородок, ответил вождь. – Крегорн Скала. Он один из старейшин клана, но далеко не самый влиятельный. Заведует обучением детишек.
Затем Вальгард посмотрел на меня крайне подозрительно. Похоже, учитывая прошлые вопросы, вождь северного ветра легко догадался к чему я клоню.
– Не думай, что он скоро умрёт. Старик прибедняется, но всё ещё крепкий – несколько лет точно протянет. – предупредил меня вождь.
– У меня на примете кое-что поинтереснее. – слегка улыбнулся я. – Где мне его найти?
Старый варвар нашёлся на небольшой площадке, скрытой за домами в углу деревни. Он тренировал детей: ещё совсем маленьких, самые рослые были немногим выше моего пояса. Старейшина действительно возвышался над ними, словно скала. Карапузы лет пяти-шести на вид, если судить по меркам людей.
В отличие от детей, Крегорн заметил меня сразу, ещё в проходе между домами. Но виду не подал, продолжая тренировку. Я не стал вмешиваться, наблюдая. Старый воин учил детей стрелять из лука: ставил в стойки, показывал, как не повредить пальцы тетивой…
Он был неплохим наставником. Терпеливым, незлобным, ответственным. Глядя на него, я окончательно уверился, что он будет хорошим кандидатом.
Лишь когда тренировка окончилась, я подошёл к ветерану.
—Чем обязан такой чести? – осведомился варвар, собирая снаряжение для тренировок.
Впрочем, его тон отлично иллюстрировал, что именно он на самом деле думает о встрече со мной. Но это было наигранным: в эмоциях варвара не было раздражения. Лишь лёгкое любопытство.
– У меня есть для вас предложение. Мне кое-что нужно от вас, и я хотел бы, чтобы вы согласились на это добровольно. – начал издалека.
Варвар ухмыльнулся.
– Обычно так говорят о предложении, которой тебе определённо не понравится. Что тебе нужно, верховный?
В иерархической цепочке северных варваров я занимал странное, с их точки зрения, положение. Не был вождём, но именно мне они принесли присягу. Поэтому большинство сынов льда звало меня просто верховным: предполагаю, по аналогии с верховным шаманом.
– Твоя смерть. – пожал плечами я.
Старый воин мгновенно напрягся. В эмоциях проскользнула готовность к бою, даже безнадёжному. Но я продолжал безмятежно стоять, не двигаясь, и спустя пару минут он слегка расслабился, продолжая буравить меня подозрительным взглядом.
– Ты что, хочешь казнить меня? И чтобы я добровольно согласился, раскаялся в грехах и сказал своим сторонника в клане любить тебя до седьмого колена? – тон и эмоции ветерана говорили о том, что он предпочтёт броситься на меня и умереть от клятвы на месте такому исходу. Я отчётливо почувствовал как нить между нашими душами опасно натянулась.
– Нет, ты неправильно меня понял. Я имею в виду кое-что совсем другое. – отрицательно качнул головой я. – До тебя доходили слухи о моих способностях?
Варвар слегка расслабился. Однако только внешне: на деле он, как ему казалось, невзначай подошёл к тренировочному снаряжению и закинул на плечо большую тупую железную секиру.
– Совсем немногое. – честно признал варвар. – Маледика маназ. – насмешливо процитировал моё прозвище ветеран.
Я стянул с левой руки перчатки и сжал чёрные пальцы в кулак.
– Дай мне какую-нибудь ненужную деревяшку.
Варвар подобрал учебную мишень для стрел в виде деревянного круга, и как колесо отправил её мне.
Я подобрал тяжёлый деревянный диск левой рукой, ухватив за край. А затем сжал пальцы что было силы.
Дерево брызнуло щепками, ломаясь. Часть из них впилась мне в пальцы мёртвой руки. Но крови не было, и я направил немного силы в руку: раны затянулись, и выталкивая щепки и занозы из ссадин.
– Впечатляет. – внешне равнодушно проследил за всем этим Крегорн. – Но я всё ещё не понимаю, к чему ты клонишь.
Любопытство внутри варвара усилилось.
– К тому, что я могу проделать подобное с почти любой плотью. Сделать сильнее, крепче, быстрее – но она уже не будет живой. Моё искусство позволяет мне поднимать мёртвых, превращая тела павших в солдат. Выносливых, сильных, быстрых…
– Так вот почему шаманы изменили погребальные обряды. – мгновенно сложил мозаику старейшина, почесав затылок. – Но полагаю, не всё так прекрасно? Ты не перечислил один из главных критериев воинов: умение. Полагаю, подобные вояки будут не сильно умнее брёвна? Ты хочешь, чтобы я тренировал их? Но при чём здесь моя смерть тогда?
– Насчёт ума ты прав, но бывают и исключения. Искусный мастер смерти может сохранить разум или его подобие поднятому созданию. Но это лучше всего срабатывает, если обращение происходит тогда, когда исходный материал ещё жив.
– Так тебе нужна жертва. – глаза Крегорна расширились. – И ты хочешь, чтобы я ей стал? Что заставляет тебя думать, что я соглашусь на подобное? Я стар, но я не идиот. Это скверный конец, и лучше уж провести остаток жизни, обучая детей.
—Ты не понял. – отрицательно качнул головой я. – Я хочу, чтобы ты стал подобным воином. Ты стар, и тебе недолго осталось. Мне по силам превратить тебя в подобного воина: быстрого, сильного, не знающего усталости, не боящегося ран. Это не будет концом в привычном тебе понимании: твой разум и душа останутся привязаны к телу, продолжая существовать в таком обличии. В процессе ты умрёшь, конечно, но весьма условно: ты останешься способен говорить, ходить, думать. Тебе не нужна будет еда, сон, или женщины: мёртвое тело не предназначено для подобного. Но ты всё ещё можешь быть воином, опытным воином, и станешь даже сильнее себя в молодости.
– Гладко стелешь. Вот только что-то мне подсказывает, что у такого существования немало минусов, о которых ты не упомянул. – недоверчиво усмехнулся ветеран.
– Разумеется. – не стал отпираться я. – Основной из них это фактическая смерть тела. Ни вкуса еды, ни женской ласки, ни сладкого сна… У меня нет точной статистики, но есть серьёзные подозрения, что подобное существование будет негативно влиять на сознание разумного. Спустя столетия существования в таком теле можно и с ума сойти.
– Столетия? – ветерану показалось, что он ослышался.
– Мёртвое тело, в отличие от живого, не стареет. Хотя некоторая подпитка ему нужна: тебе придётся охотиться и убивать кого-то, либо бывать в местах, где произошло множество смертей. Энергия смерти не берётся из ниоткуда.
Крегорн впал в глубокую задумчивость, размышляя. А потом внезапно усмехнулся каким-то своим мыслям:
– Дай угадаю: помимо всего прочего, у тебя в процессе будет возможность подчинить мой дух, так же, как шаманы подчиняют своих духов, верно?
Я лишь пожал плечами.
– Да, и такое возможно. Но это необходимо, если материал является, например, пленным врагом. Ты же уже принёс мне клятву верности: поэтому в твоём случае я просто воспользуюсь уже имеющейся связью, лишь укрепляя её.
– Мне надо подумать. Приходи через неделю. – наконец, высказался старый воин и всем своим видом дал понять, что разговор окончен.
Настаивать на немедленном ответе было глупо.
От своих учеников я узнал, что Крегорн всю неделю ходил к разным шаманам клана, видимо, спрашивая некоторые подробности.
Старейшина сам явился ко мне через неделю.
– Я согласен. Но у меня будет несколько условий. – в эмоциях ветерана была только решимость.
Свои условия, похоже, он намеревался отстаивать до последнего.
– Огласи весь список.
– У меня есть друг, такой же старик, как и я. С детства он мечтал отправиться на крайний север. Наши походы туда, как правило, заканчиваются плачевно: почти никто не возвращается. Холодно, нечего есть, опасные твари… Шаманы изредка отправляют экспедиции за редкими ингредиентами туда, да и только. И вот я подумал: а ведь воин, которого ты описываешь, вполне пройдёт и может вернуться. Сильный, прочный, не нуждающийся в еде и отдыхе… Такой сможет дойти до края континента и вернуться. Так что моё первое условие такого: освободи моего друга от клятвы, сделай из него тоже, что планируешь сделать из меня. И пусть он отправляется на север, как давно мечтал.
Крегорн слегка лукавил. По его эмоциям я чувствовал, что рассказ о мечте его друга отправиться на север – правда лишь отчасти. Нет, скорее всего, всё так и было, но это не было главным. Предполагаю, шаманы хотели заполучить в своё распоряжение подобного воина, внимательно понаблюдать за ним, возможно, и в самом деле отправить его исследовать север: но именно их желание было здесь первостепенным.
– Хорошо, я согласен на это.
Как бы говорящие с духами не напрягались, им не удастся повторить пронзающего мрак. Даже сам демон позаботился о том, чтобы я не смог передать это знание. А один рыцарь смерти в их распоряжении погоды не сделает.
– Второе условие: я хочу, чтобы наши шаманы присутствовали во время процесса.
Я с трудом удержался от улыбки. Какая очаровательная наивная самоуверенность в том, что всему можно научиться, просто посмотрев.
– Никаких проблем. Пусть смотрят.
– Третье и последнее условие: я отправлюсь с вами на юг. Если ты и вправду сделаешь из меня могучего воина вновь, нечего просиживать штаны дома.
Я улыбнулся. Пожалуй, это было единственным требованием которой старый гигант высказал для себя, от души.
– Мог бы и не спрашивать.
Ритуал проводили в одном из домов, принадлежащих шаманам. У них нашёлся особняк с крупным залом, где был лазарет: впрочем, лежанки растащили, оставив лишь одну по центру.
Я настоял на том, чтобы присутствовали и мои ученики. Пусть они пока лишь ученики шаманов, им тоже будет полезно взглянуть. Добавит веры в наставника. Действо посетил даже Исгерд.
Первым я решил превращать друга Крегорна – всегда полезно отрабатывать процесс на менее ценном экземпляре. Незнакомый мне старик спокойно улёгся на кушетку: в его эмоциях не было даже тени страха. Говорящий с духом отошли к стенам, внимательно наблюдая.
– Будет больно. – предупредил я.
– Я воин. Воины не боятся боли. – хрипло ответил старик.
Достав костяной стилет, я принялся медленно выводить символы на теле старика. К счастью, несмотря на возраст, на теле немолодого гиганта было не так уж и много морщин и складок: чувствовалось, что воин даже в преклонном возрасте не забросил тренировки.
Ритуал поднятия пронзающих мрак требовал изрядной подготовки и некоторых инструментов. Несколько костяных амулетов с заготовленной вязью проклятий, чистый прах живого, не затронутого искусством смерти существа. Но за время, проведённое в клане, я сумел подготовить всё необходимое.
Часть символом вырезались напрямую на теле будущего рыцаря смерти. Часть я рисовал своей кровью. Иногда я макал костяной окровавленный стилет в коробочку с прахом, соединяя линиями вырезанные раны и кровавые письмена.
Старик замер, даже не шелохнувшись в процессе. Лишь мерное, тихое дыхание и слегка вздымающаяся грудь выдавала, что он же ещё жив.
Современному искусству смерти не нужны слова. Но демон в число прочего научил меня и древнему языку мастеров смерти: в качестве дани традициям, как он сказал. В написанной мною книге для варваров оттуда были лишь обрывки, традиционные символы для ритуалов, которые легко можно заменить при нужде. Но сам я знал мёртвый язык довольно неплохо, пусть и не имел большой языковой практики. Поэтому, вместе с рисованием, я зашептал:
– Ашера метриа ратан делс, экондар невериа когра модан, инабиас левиан тенета…
Слова мёртвого языка срывались с губ, а все шаманы вокруг обратились в слух, стремясь запомнить каждое словно. Внутри я улыбался этому. Вставить слова там, где они не нужны, будет хорошей шуткой над ними.
Закончив с рисованием, я положил левую руку на сердце сына льда и прикрыл глаза, сосредотачиваясь.
– Ливиус Тенетрис анебас!
Вместе с моим криком тело гиганта выгнуло дугой, из груди донёсся хриплый полустон-полукрик. По красным линиям на теле начала распространяться чернота, захватывая их всё до единого. Сердце жертвы остановилось, замерло.
Несколько минут уже мёртвый старик лежал неподвижно, пока сонмы связанных между собой проклятий делали свою работу. А затем он открыл белёсые, мерно светящиеся едва заметным серым цветом глаза.
Я резким, быстрым движением развернулся и зашагал к выходу, постаравшись, чтобы это не выглядело как бегством. На первый взгляд, ритуал прошёл успешно, однако нити клятвы больше не связывали меня с этим стариком, будучи разорваны шаманами ещё до его обращения.
Учитывая заявленные характеристики пронзающих мрак, у меня не было уверенности, что в случае необходимости я смогу успокоить немёртвого гиганта на месте. В целом, поднятие нежити высшего класса без контролирующих контуров являлось грубейшим нарушением техники безопасности: но в данном случае это была вынужденная мера. А ещё внутренне меня слегка подрагивало от напряжения: поднятие оказалось заметно тяжелее, чем я предполагал…
Это заставляло задуматься о том, что скоро придёт время пополнять силы. Последний раз мощный приток энергии смерти я получал во время принесения жертвы в Норн-Газале, когда инициировал одного из шаманов силой смерти. За последние годы, конечно, я изрядно поднял собственные возможности, но и мои силы были не бездонны. Единственной причиной, по которой я до сих пор не прирезал несколько десятков животных, восполняя силы, было то что мне не хотелось показывать северным варварам свою слабость. Исгерд периодически с любопытством поглядывал на меня: он знал, что я демонстрировал силу, знал о моих учениках, да и на уроках с ним мне часто приходилось делать немало. Как активно практикующий адепт искусства смерти, седовласый шаман, несомненно, знал, что сила смерти не берётся из ниоткуда, и потому он с интересом наблюдал, когда же и мой резерв покажет дно, чтобы хотя бы примерно оценить мой запас сил.