Текст книги "Беглянка (ЛП)"
Автор книги: Эвангелина Андерсон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 31 (всего у книги 32 страниц)
– Я преодолела самое сложное, – сказала Элиза. – Это просто… потребовалось немного времени, чтобы привыкнуть. Теперь я хочу всего тебя в себе.
Меррик покачал головой.
– Не всего. Не сейчас. Может быть… наполовину.
– Хорошо, – согласилась Элиза, готовая довольствоваться тем, что может получить. Медленно она опустилась ниже, позволяя его горячему члену скользить глубже в нее. Боже, он был таким толстым! Теперь она была рада, что съела связывающие фрукты. Если забыть о его брачном узле, одно только проникновение его члена растягивало её до предела! Но она не чувствовала боли, и травма, которую испытала при первом проникновении, тоже прошла. Теперь она чувствовала только удовольствие – удовольствие от проникновения мужчины, которого любила, от того, что отдавалась Меррику, от того, что он наполнял её. Но ей всё ещё нужно было больше.
– Меррик… – прошептала она умоляюще.
Медленно он кивнул.
– Если ты хочешь, детка. И если ты действительно не боишься.
– Я не боюсь, – заверила его Элиза. – Я просто хочу, чтобы ты был во мне… весь.
– Хорошо, дорогая, – мягко прорычал он. – Опускайся.
С тихим стоном чистого удовольствия Элиза позволила себе полностью опуститься на него. Появилось ещё более глубокое ощущение растянутости, когда его толстый стержень проник в её киску, и затем она почувствовала, как широкая головка его члена коснулась входа в её матку, и поняла, что он полностью внутри неё… ну, почти.
Посмотрев вниз, она погладила кончиками пальцев твёрдый гребень у основания его члена. Она чувствовала, как он пульсирует внутри неё, давит на её чувствительный клитор и внутренние стенки влагалища. Сможет ли она действительно вместить в себя эту огромную штуку? И что ещё важнее, хочет ли она вообще пытаться?
«Да, – решила Элиза, продолжая поглаживать гребень. – Да, хочу – так сильно. И я хочу почувствовать его клыки во мне. Я хочу всего его – всего Меррика. И я хочу, чтобы он получил всё от меня. Даже если мы не сможем восстановить связь снова, я всё равно хочу испытать связывающий секс».
Меррик, казалось, почувствовал её мысли, потому что уже качал головой.
– Нет, детка, – сказал он низким, сдавленным голосом. – Нет. Нет пути назад от этого. Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя в ловушке, чтобы не могла уйти от меня.
– Зачем мне уходить? – Элиза прижалась к нему, тихо постанывая, когда его член погрузился ещё глубже в неё. Казалось невозможным, но теперь она чувствовала, что действительно растягивается, чтобы впустить его. Но ей нужна была небольшая помощь.
– Меррик, – прошептала она, глядя на него. – Пожалуйста.
Он мягко вздохнул.
– Хорошо. Но если мы действительно собираемся это сделать, мне нужно освободить руки. Мне нужно держать тебя за бёдра, чтобы полностью войти в тебя.
– Да. – Элиза кивнула. – Да, продолжай. Это нормально.
Медленно он вытащил руки из-за спины и согнул пальцы.
– Держался за проклятое изголовье изо всех сил, – объяснил он, увидев, что она наблюдает за ним. – Как я и говорил, очень тяжело не прикасаться к тебе, когда ты так дразнишь меня.
– Вот так, ты имеешь в виду? – Элиза приподнялась, позволяя нескольким толстым дюймам выскользнуть из неё, а затем резко опустилась, позволяя ему войти глубже.
Они оба застонали от приятного ощущения, и Меррик кивнул.
– Да, вот так.
– Медленно, нежно, – он положил руки ей на бёдра и погладил по бокам и спине. – Ты в порядке, детка? Ты уверена, что хочешь продолжить? Если я введу свой брачный узел, мы будем соединены надолго – возможно, на несколько часов. Ты уверена, что готова к этому?
Элиза прикусила губу. Действительно ли она готова к такому серьёзному шагу? Может ли настолько довериться Меррику? Ответ был очевиден – да.
– Всё в порядке, – сказала она, касаясь его щеки. – Я знаю… знаю, что ты никогда не причинишь мне вреда. Так что да, Меррик, я хочу этого. Хочу, чтобы ты был во мне полностью. Пожалуйста.
– Если ты так говоришь, детка. Но подожди. – Он изменил их положение, немного приподнявшись и притянув её ближе. – Держись за меня, – мягко приказал он. – И смотри мне в глаза. Я хочу наблюдать за тобой, пока делаю это. Пока полностью овладеваю тобой.
Элиза посмотрела в его глаза – в эти прекрасные, разные, сине-золотые глаза, которые с самого начала означали для неё безопасность и любовь. Она снова почувствовала, как растягивается, и тихо застонала, когда её тело раскрылось для него. Но страха не было, когда она раскрывалась перед ним, не было боли, когда она полностью отдавалась. Это был акт чистой любви. И, овладевая ею так медленно и нежно, Меррик стирал все прежние, плохие воспоминания, связанные с этим актом. Стирал их и заменял прекрасными воспоминаниями, чувствами любви и доверия вместо боли, ужаса и предательства. Здесь не было места плохим эмоциям – только блаженство единения с любимым мужчиной, и это было лучшее чувство, которое Элиза когда-либо испытывала.
– Меррик, – прошептала она нежно, когда он наконец вошёл в неё полностью, вместе с брачным кулаком. – О, Меррик, да.
– Боги, детка, ты такая красивая. Такая прекрасная, принимая меня полностью. – Его голос был хриплым от эмоций, и он осторожно держал её, не двигаясь, пока не убедился, что ей хорошо, что она привыкла к его глубокому проникновению.
– Это потрясающе, – пробормотала Элиза, наклоняясь, чтобы поцеловать его. – Но ты можешь… двигаться так?
Меррик одарил её ленивой улыбкой.
– Это скорее медленное скольжение, если ты понимаешь, о чём я. Хочешь, я покажу тебе?
– Еще спрашиваешь? – Элиза пошевелила бёдрами, вызывая приятное трение между ними, и они оба застонали. – Покажи мне, Меррик.
– Ты сама напросилась, детка. – Притянув её к себе, он поцеловал её и начал медленное, долгое движение, которое, как знала Элиза, она никогда не забудет. Ощущение его внутри себя, такого толстого, горячего и твёрдого, было невероятным, более приятным, чем она могла себе представить. Она уловила его ритм и начала двигать бёдрами в такт, отвечая на его толчки, пока они целовались, соединённые и сверху, и снизу.
– Боги, – простонал Меррик, приподнимая бёдра и наполняя её глубоким, восхитительным толчком. – Твоя киска такая тугая и сладкая, детка. Так правильно обхватываешь меня.
– Это… это так правильно, – призналась Элиза, тяжело дыша. – Я не… я никогда не знала, что может быть так хорошо.
– Потому что это акт любви, – прорычал Меррик. – Засовывать мой член глубоко в твою горячую киску – это самый интимный способ показать, как сильно я люблю тебя. Как сильно я нуждаюсь в тебе, детка. – Он нежно поцеловал её. – И это верно и для тебя. Разводить для меня ноги и впускать меня, принимать весь мой член глубоко внутри – я не могу передать, как это заставляет меня чувствовать себя любимым. Как я счастлив, что ты моя женщина.
– О, Меррик… – Его сладкие, горячие слова в сочетании с медленными, ритмичными толчками внутри неё создавали ошеломляющую комбинацию. Элиза почти хотела заплакать от наплыва нежных эмоций, но в то же время чувствовала, как нарастает её удовольствие, вознося её к новым высотам экстаза, которых она никогда раньше не достигала.
Она была почти на грани и чувствовала, что Меррик тоже близок. Она отстранилась, чтобы посмотреть на него, и была поражена выражением его глаз – это была такая сильная потребность, что почти причиняла боль.
– Меррик? – спросила она встревоженно. – Ты в порядке?
– Я очень… очень близок. Мне хочется укусить тебя. – Он обнажил клыки, которые стали ещё длиннее и острее, чем она когда-либо видела. – Но я не хочу причинить тебе боль, детка.
Его клыки пугали её, и на мгновение Элиза заколебалась. Затем она вспомнила обещание Софи о том, что укус будет более приятным, чем болезненным. И, кроме того, она хотела испытать всё – каждую мелочь.
– Хорошо, – прошептала она и откинула волосы в сторону, обнажая горло. – Сделай это, Меррик. Укуси меня, – убеждала она.
Он нахмурился.
– Ты уверена?
Элиза решительно кивнула.
– Я хочу всего тебя в себе. Нет, мне нужно всего тебя в себе.
Её слова, казалось, освободили что-то внутри него – что-то, что он сдерживал из страха причинить ей боль. С низким рыком он притянул её ближе, обнажил клыки и укусил.
Элиза ахнула и замерла, когда острые, твёрдые кончики впервые прокололи её плоть. Затем что-то произошло – всё её тело наполнилось удовольствием, таким сильным, что она едва могла его вынести. Это было похоже на оргазм за оргазмом, и она чувствовала, как Меррик тоже кончает вместе с ней. Горячие, сильные толчки глубоко внутри наполняли её лоно его семенем и заставляли кончать ещё сильнее, она задыхалась и выкрикивала его имя, пока невероятно сильные ощущения продолжались и продолжались…
«О боже, как хорошо! Не могу… не могу больше!» – подумала она, её спина выгнулась, когда Меррик двигался внутри неё, продолжая толкаться в неё, чтобы излить свое семя глубоко.
«Ты хочешь, чтобы я остановился?» – прошептал тихий, знакомый голос в её голове.
«Да… нет… я не знаю. Я просто не знаю, сколько ещё смогу выдержать!» – Элиза ответила ему, не задумываясь.
«Первый раз всегда такой интенсивный – по крайней мере, я так слышал. Никогда раньше не занимался связывающим сексом ни с кем».
«Нет, я думаю…»
– О! – Элиза громко ахнула. Её глаза распахнулись, и она посмотрела вверх, как только Меррик вытащил клыки из её шеи. – Меррик, – прошептала она дрожащим голосом. – Ты только что…
– Говорил в твоей голове? – Он усмехнулся ей, его глаза всё ещё были томными от желания. – Да, похоже на то.
– И ты слышал меня… правда? – Элиза требовательно спросила.
Он кивнул.
– Громко и ясно, детка.
– Так значит… значит ли это… – Она была почти напугана, чтобы надеяться. – Вернулась ли наша связь?
– Не так, как раньше, – сказал Меррик, нахмурившись.
– О. – Элиза была расстроена. – О, тогда…
– Лучше, чем раньше, – усмехнулся он. – Сейчас у нас здоровая связь, я готов поклясться в этом. Хотя нам, наверное, стоит показаться Сильвану, просто чтобы перестраховаться.
– Но… но я не понимаю, – неуверенно произнесла Элиза. – Как такое могло произойти? Я думала, с тобой, как с гибридом…
Меррик пожал плечами.
– Не знаю. Может, это дар богини.
Элиза нахмурилась.
– Я думала, ты не веришь в богиню. Или, по крайней мере, не особо её жалуешь.
– Это было раньше, – серьёзно сказал он. – Как думаешь, кто исцелил меня и вернул к тебе, детка?
– О. – Элиза кивнула, понимая. – Тогда мы должны поблагодарить её!
– Мы и благодарим, по-своему. – Его бёдра совершали глубокие толчки, заставляя её ахнуть и напоминая, что они всё ещё соединены. – Богиня довольна удовольствием тех, кого она соединяет, – прошептал он, улыбаясь. – И она определённо предназначила тебя для меня.
– И тебя для меня, – сказала Элиза, задыхаясь. – Навсегда.
– Да, детка. – Он поцеловал её, а затем сделал ещё один долгий, глубокий толчок. – И навсегда начинается прямо сейчас.
Глава 46
– Итак, я наконец поняла, что замышляла Минверна, – Надия нахмурилась, и это обеспокоило Лиссу.
– Что она замышляла? – спросила Лисса, осторожно идя по длинной извилистой дороге к храму, спрятанному внутри священной горы.
Хотя она провела в Первом Мире три года, тёмная извилистая тропа всё ещё могла сбить её с толку, если не быть осторожной.
– Она… Ой! – Надия споткнулась, и Лисса едва успела схватить её за руку.
– Будь осторожна, моя госпожа!
– Спасибо. – Надия потёрла голень. – Я не понимаю, почему мы должны держать путь к храму таким тёмным, – пожаловалась она. – Это настоящая угроза безопасности.
– Раньше на стенах были светильники, освещавшие путь, – сказала Лисса. – Но они перегорели, и Минверна не стала их менять. Она всегда говорила, что путь к просветлению должен быть тёмным, чтобы паломники, приходившие к нам, могли лучше оценить красоту храма. – Она прочистила горло. – Но думаю, что она просто не хотела тратить кредиты на их замену.
– Это похоже на то, что я выяснила о ней, – мрачно произнесла Надия.
– Что ты выяснила? – Лисса хотела знать. К этому моменту они уже свернули с извилистой дороги и вошли в огромную естественную пещеру, в которой находился храм.
– Мы уже на месте, – объявила Надия, кивая на многочисленные ступени храма, которые вели к престолу мудрости. – Я скажу тебе, когда расскажу всем остальным. Раст тоже должен знать. И, конечно, Сейбер.
– Сейбер? – Сердце Лиссы забилось вдвое быстрее. – Он всё ещё здесь? Я… я думала, что он вернётся в Тарсию сегодня.
– Он остался по просьбе Раста. Мы всё ещё обсуждаем, что делать с Дрейвеном, и, поскольку Раст привязан к Первому Миру, ему нужен кто-то ещё, кто мог бы выступать в качестве посла к материнскому кораблю Киндредов. Общение по видеосвязи – это замечательно, но оно может быть нестабильным на таком расстоянии. И Раст хочет, чтобы кто-то был там лично, чтобы оценить реакцию Совета Киндредов.
– Понятно, – Лисса смотрела себе под ноги, пока они поднимались по ступеням. – Интересно, как Совет Киндредов отнесётся к тому, что один из изгнанных Тач-Киндредов служит послом на материнском корабле?
Надия пожала плечами.
– Раст говорит, им придётся смириться. У него нет никого другого, кого можно было бы отправить, и Сейберу он доверяет. Здесь не так много мужчин, знаешь ли, и они с твоим, э-э, братом действительно «нашли общий язык», как говорит моя подруга София.
– Они дерутся? – спросила Лисса, ужаснувшись. – Это какой-то мужской ритуал сближения?
Надия рассмеялась.
– Нет, нет – это выражение означает, что они сразу поладили. Им нравится общество друг друга.
– О, – Лисса почувствовала облегчение. – Понятно.
Они молча поднимались по ступеням несколько мгновений, и Лисса не сводила глаз со ступеней, уходивших всё выше, будто стараясь не споткнуться. На самом деле она поднималась по ним так часто, что могла бы справиться с лестницей храма даже с завязанными глазами, но не хотела рисковать и встретиться взглядом с Сейбером, когда они достигнут вершины помоста.
Они не разговаривали с того неловкого случая в её комнате, когда член его команды застал их держащимися за руки, и Лисса хотела, чтобы так всё и оставалось. Касаться Сейбера – просить его о прикосновении – было ужасно неправильно. Она ругала себя за своё неподобающее поведение и пыталась выбросить этот случай из головы, но всё равно не могла забыть тепло его рук.
«Я не совершу ту же ошибку дважды», – строго сказала она себе. Будет лучше, если он просто улетит на Тарсию, и они больше никогда не увидятся.
От этой мысли у неё сжалось сердце, но она знала, что это правда. Лучше, чтобы Сейбер был на другом конце вселенной, чем поддаваться ужасному искушению нарушить запреты, которое она испытывала в его присутствии.
– Уф-ф – столько ступеней! – пробормотала Надия наконец. – Мне не нужно беспокоиться о фигуре здесь – по крайней мере, пока нам приходится каждый день подниматься и спускаться по этим ступеням.
– Похоже на то, – ответила Лисса, всё ещё глядя вниз. Но в следующий момент она была вынуждена поднять взгляд.
– Лизел, Надия. Верховная жрица Лисса, добро пожаловать, – глубокий голос Раста наполнил зал.
– Советник. – Лисса поклонилась и выпрямилась, направив свой взгляд на престол мудрости, где он сидел с распростёртыми радужными крыльями и Глазом Прозрения в руке. Престол мудрости находился на возвышении, и Надии пришлось подняться по ещё нескольким ступеням, чтобы встать рядом со своим супругом.
Сейбер терпеливо стоял слева от трона, глядя вверх с невыразительным выражением на красивом лице. Лисса встала справа, стараясь держаться на безопасном расстоянии от него.
– Я созвал вас всех на военный совет, – сказал советник Раст, его истинно-зелёные глаза сверкали. – Мы получили известие с материнского корабля, что Дрейвен напал на другого Киндреда – Меррика, гибрида, который недавно был здесь с паломничеством.
– О нет! – Лисса прижала руку ко рту.
– Кто-нибудь пострадал? Разве он не путешествовал с последней жертвой всеотца? – спросила Надия.
– Элизой. Да, им удалось сбежать – едва, – мрачно сказал Раст. – Очевидно, Дрейвен пытается заполучить генератор червоточины – корабль, который может создавать разрывы в пространственно-временном континууме по своему желанию.
– Такой корабль дал бы огромное тактическое преимущество, – тихо заметил Сейбер. – Командующий, владеющий флотом таких кораблей, мог бы разместить свою армию где угодно в любой момент.
– Именно этого мы и боимся, – сказал Раст, нахмурившись. – И это послание я хочу, чтобы ты донёс до Верховного совета Киндредов.
– Я сделаю всё возможное, чтобы точно передать твои слова и достойно представить Первый Мир и Тарсию. – Сейбер поклонился.
– Я знаю, что ты так и сделаешь, – Раст кивнул. – Но мне не нравится отправлять тебя без каких-либо предложений для Совета. Что мы можем сделать с хордами? Как они были побеждены в прошлый раз, во времена моего отца?
Надия заговорила:
– У меня есть некоторые новости об этом. Я просматривала храмовую библиотеку в течение нескольких недель, ища самые ранние свитки – те, которые описывают период истории, когда твой отец, Калл, сражался и победил хордов.
Он кивнул.
– И?
Надия вздохнула:
– Боюсь, что все записи пропали. Они были проданы.
– Что? – Раст удивлённо посмотрел на неё. – Проданы? Кем и кому?
– Их продала Минверна, – Надия покачала головой. – Похоже, перед своей смертью она долгое время обворовывала библиотеку, продавая самые древние записи и артефакты храма коллекционерам в системе Ганда.
Лисса почувствовала, как у неё засосало под ложечкой, а щёки запылали. «Это моя вина! – подумала она. – Если бы я была более внимательной верховной жрицей и не позволяла Минверне запугивать меня, она бы не смогла так поступить!»
Раст нахмурился, не заметив реакции Лиссы:
– Но почему кому-то за пределами Первого Мира могут быть интересны наши записи?
– Похоже, что любые артефакты времён «Войны с хордами», как их называют, чрезвычайно ценны, – ответила Надия. – Минверна заработала на этом целое состояние и хранила деньги на счёте за пределами планеты.
– А ты узнала, кто их купил? – спросил Раст. – Нам нужно вернуть эти записи! Если мы узнаем, как мой отец победил этого негодяя, у нас появится шанс одолеть его.
– Я выяснила, что их купили несколько коллекционеров. – Надия развернула пергамент и передала список Расту. – Все они живут на Йонни-6.
– Йонни-6? – Сейбер нахмурился. – Я знаю эту планету. Это матриархальное общество, состоящее из чрезвычайно богатых женщин, ищущих острых ощущений. – Он поклонился Расту. – Мой чалла, я мог бы отправиться туда как ваш посланник, чтобы попытаться выкупить или выторговать эти записи, но боюсь, это не принесёт успеха. Йониты относятся к мужчинам с презрением, считая их годными только для физического труда или в качестве рабов.
Лисса глубоко вздохнула:
– Я поеду.
– Что? – Надия удивлённо посмотрела на неё.
Лисса шагнула вперёд, чувствуя, как колотится сердце:
– Это я виновата в том, что свитки были украдены. Мне следовало лучше следить за Минверной. Вместо этого я позволила ей делать всё, что она хотела, потому что она была моей начальницей так долго. Так что я отправлюсь на Йонни-6. Я представлюсь богатой покупательницей древностей и пройдусь по списку коллекционеров, которым продала свитки Минверна, чтобы найти того, кто их приобрёл.
Советник Раст приподнял бровь, глядя на неё.
– А что, если вы их найдёте, а тот, кто их купил, не захочет их отдавать?
– Тогда… – Она глубоко вздохнула. – Я украду их. Я сделаю всё возможное, чтобы вернуть свитки, но клянусь тебе, мой чалла, я доставлю их на Первый Мир.
– Верховная жрица, – Советник Раст произнёс это официально. – Я хочу, чтобы ты знала, что мы не считаем тебя ответственной за кражу свитков.
– Нет, но я так считаю. – Лисса вздёрнула подбородок. – И я буду той, кто их вернёт.
– Не одна, конечно, – Сейбер шагнул вперёд. – Я пойду с ней.
– Что? Нет! – Лисса воскликнула прежде, чем смогла остановиться. – Мы не можем… ты не должен…
– Не должен что? – Сейбер нахмурился, глядя на неё. – Не должен защищать свою младшую сестру? Несмотря на то что это матриархальное общество, Йонни-6 – опасное место, Лисса. Если твой обман будет раскрыт, ты можешь оказаться в серьёзной опасности.
– Мне не нравится, как это звучит, – Надия нахмурилась. – Может, мне стоит пойти вместо тебя.
– О, нет, ты не пойдёшь! – Раст нахмурился, глядя на неё. – Я не могу пойти с тобой, чтобы защитить тебя – я привязан к этой планете, помнишь? И ты никуда не пойдёшь без меня, любимая.
– Ну, я не думаю, что мы должны подвергать Лиссу опасности, – возразила Надия. – Мы не должны просить кого-то делать то, чего не сделали бы сами.
– Миледи, – Сейбер поклонился Надии. – Мы прекрасно понимаем, что вы и советник Раст отправились бы на эту миссию, если бы могли. Но как уже говорилось, Раст привязан к этой планете. И он не мог бы эффективно править, беспокоясь о вашей безопасности.
Надия нахмурилась, явно не убеждённая.
– И как ты собираешься защитить Лиссу? – спросила она. – Я думала, ты говорил, что там смотрят свысока на мужчин и считают их годными только для тяжёлой работы.
– Или чтобы служить рабами, – тихо напомнила Лисса.
– Именно, – кивнул Сейбер. – Я буду притворяться рабом Лиссы. – Он выглядел задумчивым. – На самом деле моё присутствие в качестве её раба будет полезным – это придаст правдоподобия её маскировке. Ни одна уважаемая богатая женщина не появится без своего верного раба.
Раст кивнул.
– Звучит как хорошая идея. – Он посмотрел на Надию. – Ну, дорогая? Что ты думаешь?
Она вздохнула.
– Думаю, раз мы должны отправить Лиссу навстречу опасности, мне будет спокойнее, если я буду знать, что рядом с ней есть кто-то, кому она небезразлична и кто сможет ее защитить.
Лисса почувствовала, как её щёки снова краснеют. Это действительно произойдёт – Сейбер полетит с ней до самой системы Ганда, если она не найдёт способ это остановить. Она представила их вдвоём в тесном маленьком корабле, неспособных избежать друг друга, постоянно соприкасающихся…
– Действительно, – громко сказала она, снова шагнув вперёд. – Я, э-э, очень ценю предложение Сейбера, но это не столь необходимо.
– О, это необходимо, – прорычал советник Раст. – Называй меня сексистом, если хочешь, но ты женщина без специальной боевой подготовки и отправляешься на далёкую, опасную планету. Я не хочу, чтобы ты была там без поддержки. Сейбер полетит с тобой, или я найду кого-то другого, кто вернёт свитки.
– Мне жаль, Лисса, но я должна согласиться с Растом в этом, – извиняющимся тоном сказала Надия. – Мне тоже не нравится мысль о том, что ты так далеко от дома одна. Особенно если это опасно.
Лисса почувствовала, как в животе завязывается узел, но покорно кивнула – что ещё она могла сделать?
– Конечно, мой чалла, моя лизелл. Спасибо вам обоим за вашу заботу.
– Я позабочусь о ней, советник Раст, – добавил Сейбер, бросая косой взгляд на Лиссу. Она посмотрела на него, а затем отвела взгляд, не желая встречаться с ним глазами. – Очень хорошо позабочусь.
– Я знаю, что ты это сделаешь, Сейбер. Нам повезло, что ты на нашей стороне. – Раст улыбнулся ему. – Итак, решено – вы оба сначала отправитесь на материнский корабль и передадите моё послание Верховному совету Киндредов. После этого вы полетите на Йонни-6, чтобы вернуть эти свитки любым способом.
Лисса и Сейбер поклонились вместе.
– Да, советник, – прошептала Лисса.
– Хорошо, – Раст хлопнул в ладоши. – Думаю, на этом всё. Лисса, Сейбер, собирайтесь.
Лисса кивнула ещё раз и повернулась, чтобы уйти. Она сохраняла невозмутимое выражение лица, но внутри у неё всё бурлило. Одна на корабле с Сейбером, и неизвестно сколько времени! Богиня, что же ей делать? Как скрыть свои чувства и не нарушить строгие табу своего народа?
– С тобой всё будет в порядке. – Надия спустилась по ступеням, ведущим к престолу мудрости, и подошла к ней. – И не переживай насчёт материнского корабля – я позвоню своей подруге Софи и её семье, они узнают о вашем приезде. Тебе понравятся Софи и её родственники, Лисса – они очень милые люди.
– Спасибо, моя госпожа, – пробормотала Лисса. – Я…
Но внезапно её путь преградила высокая фигура Сейбера.
– Моя госпожа Надия, – он учтиво склонил голову. – Если позволите, я хотел бы поговорить с моей младшей сестрой.
– Конечно, – Надия нахмурилась. – Хотя, может, тебе стоит называть её просто подругой? Или соплеменницей, или как-то так… что-то менее… семейное, что ли.
– Но мы действительно семья по законам нашего народа, моя госпожа, – тихо произнёс Сейбер. – И именно об этом я хочу поговорить с Лиссой.
– Конечно. Прости, – Надия отступила. – Увидимся позже, Лисса.
Лисса хотела схватить подругу, умолять Надию не оставлять её наедине с Сейбером. Но прежде чем она успела произнести хоть слово, Надия уже убежала, легко спустившись по крутым ступеням храма, чтобы присоединиться к чалле, который спустился, используя свои крылья. Лисса осталась наедине с Сейбером, и у неё не было другого выбора, кроме как наконец поговорить с ним.
– Сейбер… – начала она, но он перебил её.
– Я знаю, что ты избегаешь меня, Лисса, и знаю почему.
– Что? – Её глаза расширились, и она виновато посмотрела на него. – Что ты имеешь в виду?
– Ты знаешь, что я имею в виду, – тихо сказал Сейбер. – Мы не разговаривали с того дня в твоей комнате, когда я держал тебя за руки.
– Сейбер! – Хотя они были одни, Лисса всё равно огляделась, чтобы убедиться, что никто не услышит его скандальное признание.
– Пожалуйста, – произнесла она. – Это была ошибка. Я не должна была просить…
– Не вини себя, – сказал он, пристально глядя на неё своими глазами с золотистыми крапинками, в которые ей было так трудно не влюбиться. – Я хотел твоего прикосновения так же сильно, как ты хотела моего.
– Сейбер! – Её щёки так пылали, что Лисса была уверена – она вот-вот загорится. – Ты не должен так говорить, – прошипела она. – Мы из одного клана! Ты мой брат!
– И ты моя любимая младшая сестра, которую я поклялся защищать, – мягко произнёс он. – И ничего больше. Я хочу, чтобы ты знала, Лисса, что тебе не нужно беспокоиться ни о чём… неподобающем между нами. Я буду охранять тебя ценой своей жизни, но не прикоснусь к тебе. И тебе не стоит бояться Прикосновения, обещаю.
Лисса услышала акцент, который он сделал на слове «Прикосновение», и поняла, что он имел в виду. Сейбер обещал держаться от неё на расстоянии – как физически, так и ментально. Часть её чувствовала облегчение от его обещания. Но другая часть – та, которую она старалась глубоко похоронить и никогда не вспоминать – чувствовала невыразимую печаль.
«Он мой брат во всём, кроме крови, – напомнила она себе. – Хорошо, что он даёт такое обещание. Хорошо, что он клянётся не прикасаться ко мне – даже мысленно». Так почему же это заставляло её чувствовать такую грусть?
Лисса не знала. Она безжалостно подавила эти бесполезные эмоции и кивнула Сейберу.
– Спасибо за твоё обещание, мой брат. Теперь я чувствую себя спокойнее, отправляясь с тобой на эту миссию.
– Конечно, – он склонил голову и отвернулся. Но прежде чем уйти, Лисса подумала, что увидела тень печали в его золотистых глазах. Такую глубокую печаль, для которой не было слов.
