Текст книги "Беглянка (ЛП)"

Глава 10

– Я не могу перестать видеть это – видеть его. О, богиня, Раст! Й'декс был ужасен, и я ненавидела его всем сердцем, но видеть его в таком состоянии…

Надия опустилась на свою половину кровати и уткнулась лицом в ладони.

– Ужасно, – прошептала она. – Так ужасно…

– О, милая… – Раст опустился рядом с ней, чувствуя себя беспомощным. Кровать мягко и плавно прогнулась под ним, поддерживая его вес так, как поначалу его пугало. Теперь он более или менее привык. Полуразумный песок, наполнявший шелковый матрас, пристыдил бы любую систему с эффектом памяти или гелевой поддержкой, какие ему доводилось пробовать. Казалось, песок безошибочно угадывал, что именно ему нужно в любой момент, и знал, как это обеспечить, – талант, которым Раст сейчас очень хотел бы обладать в отношении своей жены.

Первым порывом было притянуть ее в объятия и попытаться утешить так. Надия охотно пошла навстречу, прильнув головой к его груди, но было ясно, что она по-прежнему страдает. Вторым порывом Раста было укрыть ее крыльями и попытаться исцелить таким способом. Однако он почти не сомневался, что крылья хороши только для физических недугов, а не для душевных. В голове зазвучали слова старой песни: «Как исцелить разбитое сердце?»

Раст не знал. Он прижимал Надию к себе, целовал ее светлые, блестящие волосы и чувствовал себя беспомощным перед ее болью.

– Милая, – пробормотал он, поглаживая ее по спине. – Все хорошо. Все наладится.

Она прижалась ближе, и Раст ощутил сквозь тарп, который был сейчас в виде белого жреческого одеяния, мягкую упругость ее груди. Он вдыхал ее сладкий, женственный аромат, чувствовал, как ее твердые соски трутся о его грудь. Боже, как же он хотел ее! Он неловко пошевелился – его член затвердел в тесных штанах. Вместе с высокими черными сапогами они были частью его наряда советника.

«Не время и не место, – напомнил он себе. – Надии нужно утешение, а не секс».

– Разве секс не может быть утешением? – услышал он голос Надии и понял, что она услышала его через связь, которой все женатые Киндреды делятся со своими женами.

– Прости, – сказал Раст вслух, снова пошевелившись. – Послушай, я не хотел… Я знаю, сейчас не время и не место. Просто… я почти всегда хочу тебя. Неважно, какие обстоятельства и насколько это неуместно. Я просто… хочу тебя, – неуклюже закончил он.

– Я тоже тебя хочу. – Надия подняла на него взгляд, ее глубокие сине-зеленые глаза пылали, глядя в его. – Я хочу, чтобы ты взял меня, Раст. Чтобы заставил меня забыть.

Она прижалась к нему и поцеловала – сладким, жадным поцелуем, от которого сердце забилось чаще, а член затвердел еще больше в неудобных штанах. По крайней мере, рубашку надевать не приходилось… крылья, отросшие во время превращения, не позволяли.

– Возьми меня, Раст, – прошептала она через связь. – Возьми так, как никогда прежде – сделай… сделай это жестко, хорошо и, самое главное, основательно. Сотри эту ужасную картину из моего сознания и замени чем-то другим. Пожалуйста!

– Надия? Милая? – неуверенно спросил он, прерывая поцелуй. – Ты… уверена в этом?

Она медленно кивнула.

– Ни в чем я не была так уверена. Пожалуйста, Раст, я… мне нужно чувствовать тебя внутри. Возьми меня.

Он не мог не думать о том, как она прекрасна в этот миг желания и решимости. Не мог не видеть, как горят ее щеки, как ярко блестят глаза и как покраснели губы от поцелуя. Не говоря уже о том, что одна тонкая лямка тарпа спустилась, обнажив полную округлость и спелую розовую вершинку левой груди. Внезапно он захотел ее – захотел яростно и так сильно, что, казалось, умрет, если не овладеет ею.

Раньше между ними не было ничего, кроме нежности, но сейчас Раст хотел иного – чего-то, что выходило за пределы нежности и уходило глубоко в страсть. Он чуял, что Надия тоже этого хочет. Она хотела – нет, нуждалась – в чем-то ином. В чем-то, что отвлекло бы ее от безобразия, которое они только что видели, и перенесло в совершенно другое состояние души.

Раст хотел дать ей это, но в то же время боялся причинить боль или напугать. Надия была девственницей, когда они впервые сошлись, и во многом она все еще оставалась невинной. До сих пор их любовные игры всегда были чрезвычайно нежными, лицом к лицу, полными шепота заботы и поддержки. И как же…

Внезапно он понял. Понял, как может отвлечь ее от мыслей об ужасной смерти бывшего жениха и доставить удовольствие, не заходя слишком далеко и не впадая в крайности. Немного новизны – вот и все, что им нужно. То, чего Надия никогда раньше не испытывала.

– Перевернись, – сказал он, позволяя голосу опуститься до низкого, властного рыка. – Перевернись и встань на четвереньки.

– Что? – Надия посмотрела на него, явно немного не понимая.

– Ты слышала. – Раст твердо взял ее за подбородок и нахмурился, глядя в глаза. – Делай, как я сказал. Перевернись.

Слегка дрожа, Надия подчинилась, встав на четвереньки посреди кровати. Тонкая ткань тарпа позволяла Расту видеть силуэт ее груди – она свисала, как спелые плоды, ожидая, когда их сорвут. Он снова почувствовал, как член наливается желанием – боже, какая же она прекрасная! Иногда он до сих пор не мог поверить, что она принадлежит ему. Именно это чувство неверия, ощущение себя счастливейшим человеком во вселенной, наравне с желанием заставляло его хотеть метить ее снова, и снова, и снова, наполнять ее своим членом и своей спермой, навеки делая своей.

– Ты такая чертовски красивая, милая, – пробормотал он, его голос охрип от желания. – Такая абсолютная красавица. – Он провел обеими руками по ее спине, по изгибу бедер, по округлостям ягодиц и почувствовал, как она вздрогнула.

– Раст… пожалуйста. Мне нужно…

– Я знаю, что тебе нужно. И поверь, я дам тебе это, милая, – строго сказал он ей. – А теперь давай просто… заставим это исчезнуть. – Говоря это, он провел рукой по тарпу; ткань послушно разошлась под его ладонью и упала, оставив Надию полностью обнаженной.

– Раст! – ахнула она, полуоборачиваясь, но он покачал головой и положил руку ей на поясницу, удерживая на месте.

– Оставайся так. Я с тобой еще не закончил, милая.

– Но… что ты собираешься делать? – запротестовала Надия.

Раст не ответил словами. Он сбросил слишком тесные штаны и сапоги, раздевшись догола. Затем, встав позади нее на колени, накрыл ее стройное тело своим, куда более крупным. Он прижался грудью к ее спине, и Надия задрожала. Толстый ствол его члена уперся в ложбинку между ее ягодицами, и она тихо застонала.

– Раст, – прошептала она. – Я не понимаю. Мы никогда… никогда раньше не делали ничего подобного.

– Знаю, – пробормотал он, наклоняясь, чтобы укусить ее за ухо. – Тебя это пугает?

– Нем… немножко, – тихо призналась она.

Раст прижался к ней сильнее, с большей силой надавив членом на ее ягодицы. Он взял в ладони ее груди и сжал соски, заставив ее застонать.

– И возбуждает? – прорычал он.

– Да. – Надия пошевелилась под ним. – Это так… почти по-звериному.

– Потому что именно так делают это звери – по крайней мере, на Земле, – прошептал Раст ей в ухо. – Я возьму тебя сзади. Прижму тебя к кровати и буду трахать твою сладкую киску, пока ты не взмолишься о пощаде. Этого ты хочешь?

– О, богиня! – Голос Надии был прерывистым от желания. – Я… да, кажется, да.

– Недостаточно просто «казаться», милая, – сказал ей Раст. – Ты должна знать. Вот, я помогу тебе.

Медленно он провел языком горячую щекочущую дорожку от ее затылка вниз, вдоль позвоночника. Вкус ее кожи – теплой, чуть солоноватой – разливался по языку, заставляя желать ее еще сильнее. Но была другая часть ее тела, которую он хотел попробовать.

Добравшись до ее ягодиц, Раст покусывал по очереди каждую из них, заставляя Надию ахать. Затем он раздвинул ее дрожащие бедра, полностью раскрыв ее. Она застонала и вздрогнула, но не сопротивлялась.

Раст застонал, увидев невероятно горячее и прекрасное зрелище. Надия была тем, что ее народ называл «нумала», то есть ее киска становилась особенно горячей и влажной всякий раз, когда она возбуждалась.

Внутренняя сторона ее бедер намокла от ее сока, а нежные половые губки распухли от желания, такие набухшие и горячие, что, казалось, сами раскрывались, позволяя ему увидеть туго сжатый розовый бутончик клитора, выглядывающий из скользких внутренних складок. Это была его конечная цель, но Раст не хотел спешить. Он собирался брать ее долго и жестко сегодня ночью, но сначала хотел подготовить Надию как можно лучше.

Опустив голову, он раздвинул ее бедра еще шире и наклонился, чтобы запечатлеть горячий, интимный поцелуй на ее раскрытой киске. Надия подпрыгнула и застонала от его нежной атаки, и мягкий звук ее голоса заставил его член забиться в приливе желания. Он изо всех сил держал себя в руках, заставляя себя двигаться медленно, нежно.

Раст провел языком сначала по одной ее опухшей внешней губке, затем по другой, намеренно игнорируя ее пульсирующую внутреннюю плоть. Восхитительный сладковато-соленый вкус ее сока взорвался на его языке, заставив его затвердеть так, что, казалось, он умрет, если не овладеет ею в ближайшее время. Боже, до чего же сладкая! Ее уникальный вкус был практически наркотическим. Более того, Раст точно знал, что подсел на него, хотя ничуть не возражал.

Он всегда любил опускаться вниз, еще до встречи с Надией. Похоже, это было в самой природе мужчин Киндредов – желание пробовать свою женщину на вкус, острое наслаждение, которое он получал, омывая ее сладкую киску языком до самого оргазма. Но до встречи с женой у Раста никогда не было потребности делать это. Теперь же это стало тем, без чего он не мог жить, – жаждой, которую могла утолить лишь сладость ее сока.

– Боже, милая, какая же ты вкусная, – тихо простонал он, возвращаясь за новой порцией. Ее теплый женственный аромат кружил голову – он пьянел от желания и потребности пробовать еще, лизать глубже. – Наклони свою попку ко мне, – хрипло приказал Раст. – Мне нужно глубже проникнуть в твою киску.

Тихо вскрикивая от желания, Надия подчинилась: выгнула спину, наклонив таз к нему, так что ее киска стала еще более уязвимой и открытой. Раст сжал ее бедра обеими руками и большими пальцами осторожно, но твердо раздвинул набухшие внешние губки. Из его горла вырвался рык чистого желания, когда взору предстал пульсирующий бутончик ее клитора, трепещущий в такт ее сердцебиению.

Боже, она прекрасна! Ждать дольше он не мог. Он должен попробовать ее клитор на вкус, должен вонзить язык глубоко в нее и довести ее до оргазма…

* * *

Надия беспомощно застонала и выпятила попку еще дальше, пытаясь дать Расту еще больший доступ к своему обнаженному телу. Она никогда не чувствовала себя такой обнаженной, такой совершенно уязвимой – даже в их первую брачную ночь. Тогда они с Растом были лицом к лицу, когда он осторожно и медленно входил в ее девственное лоно.

Сейчас же… эта новая поза ощущалась совершенно иначе. По-другому и немного опасно.

«Порочно, – подумала Надия, застонав, когда горячий язык мужа коснулся внутренней части ее лона, скользнув по клитору и находя вход в лоно. – Вот подходящее слово, я чувствую себя порочной».

– Потому что ты и есть порочная девочка, – послал ей Раст через связь, глубоко проникая в нее языком. – Вся такая раскрытая, стоящая на четвереньках. Твоя сладкая маленькая киска мокрая и открытая для моего языка. Хорошие девочки не раздвигают свои киски и не ждут, пока их наполнят языком или членом.

– Значит, я… не… не хорошая девочка? – выдохнула Надия, когда он проник глубоко в ее скользкое лоно.

– Нет, ты плохая девочка. Непослушная. – Его язык выскользнул и обвился вокруг клитора, неожиданно хлестнув по нему, так что Надия оказалась на грани оргазма.

– О богиня, пожалуйста… пожалуйста! Так близко! – простонала она.

Раст усилил натиск, его язык удвоил атаку.

– Но ты моя непослушная девочка, – продолжил он. – Так что мне это нравится. Более того, я это чертовски обожаю.

Надия вскрикнула, когда его пальцы впились в ее нежную плоть, удерживая ее на месте, держа полностью открытой для него, пока он вылизывал и всасывал ее киску, счищая языком ее мед, даже когда он дразнил ее, заставляя течь еще больше. Внезапно она не смогла больше терпеть. Удовольствие, копившееся в ней почти с того самого момента, как Раст приказал ей перевернуться и встать на четвереньки, начало достигать пика.

– Раст! – с низким, беспомощным стоном она начала кончать. Бедра дернулись непроизвольно, но Раст остался с ней, крепко держа ее большими теплыми руками, не позволяя никуда деться, пока пережидал ее оргазм, прижав язык глубоко внутри ее содрогающегося лона. Надия, почти обезумевшая от наслаждения, слышала, как он думает, до чего же она вкусная, и что он не может дождаться, когда почувствует, как ее мягкая бархатистая киска сжимает его член так же, как сейчас она сжимает его язык. Внезапно она отчаянно захотела его – захотела, чтобы его толстый член растягивал ее, наполнял до предела.

– Чего же ты ждешь? – смело послала она через связь. – Пожалуйста, Раст, ты мне нужен внутри.

– С удовольствием, милая. – Наконец убрав язык, Раст запечатлел последний горячий поцелуй на ее плоти и снова устроился прямо у нее за спиной. – Ниже, – приказал он, его низкий голос охрип от желания. – Опусти голову на подушку, а задницу подними вверх.

Надия без малейшего колебания подчинилась, уткнувшись лицом в сложенные руки на мягкой подушке. Она никогда не чувствовала себя такой пустой внутри, такой голодной. Душевная связь между ними ныла от ее желания, и она ощущала ответную потребность Раста. И все же он был осторожен.

– Медленно, – услышала она его бормотание, когда широкий, тупой кончик его члена уперся в ее вход. – Мы никогда так не делали, может быть немного тесно. Просто расслабься, милая, и постарайся открыться мне. Открыться полностью.

Стоя на четвереньках, с задницей в воздухе и колотящимся сердцем, Надия попыталась подчиниться. Она была совершенно открыта, совершенно уязвима, но также невероятно возбуждена. Вместо страха покорная поза наполнила ее похотью. К своему удовольствию, она обнаружила, что ей это нравится – нравится подчиняться силе мужа и отдавать ему все, чего он желает.

– Вот так, милая, – прорычал Раст, очевидно, уловив ее мысли. – Подчинись мне. Просто откройся и подчинись. – И затем одним долгим, медленным толчком, он вошел в нее, наполнив ее членом до самого основания.

Надия застонала, почувствовав, как тупая головка его члена поцеловала ее матку. Богиня, он был внутри нее, полностью внутри, и эта новая поза заставляла ее чувствовать себя пронзенной насквозь.

«В ловушке, – подумала она в полубреду, когда Раст начал двигаться внутри нее. – Я в ловушке. Беспомощна. Прижата к кровати. Я ничего не могу, только раздвинуть ноги и подчиниться, как он и сказал. Раздвинуть ноги и позволить ему трахать меня…»

Мысль была одновременно и горячей, и пугающей. Сильно сжав подушку под головой, Надия застонала.

– Хорошая девочка, – прорычал Раст, поглаживая ее позвоночник одной большой теплой рукой, в то время как другая крепко удерживала ее на месте. – Такая хорошая девочка, что раздвинула для меня ноги, Надия. Что открыла свою киску для моего члена. И ты права, – продолжал он, входя в нее. – Я тебя держу. И ты никуда не денешься, пока я не наполню эту твою сладкую маленькую киску своей спермой.

– Раст! – простонала она. – Раст, пожалуйста…

– Пожалуйста, что? – прорычал он. – Пожалуйста, трахай тебя сильнее? Этого ты хочешь, милая?

Надия пошевелила бедрами и застонала, выгибая спину, полностью подчиняясь. До сих пор их любовь всегда была мягкой и нежной, Раст изо всех сил старался не причинить ей боль. Но сейчас… сейчас все было иначе. В его глубоких толчках чувствовалась нотка грубости, мужское право доминировать, взять ее основательно и заявить на нее права. Хлопки их тел при соприкосновении, глубокое, пронзительное наслаждение при каждом ударе, когда он вколачивался в нее, знание того, что он не остановится, пока не доведет их обоих до оргазма, – все это было почти невыносимо.

«Так хорошо… как же хорошо! – думала она в исступлении. – Кто бы мог подумать, что быть беспомощной под мужчиной, которого любишь, может казаться таким правильным? Таким невероятно приятным?» И все же, отдав полный контроль над своим телом и наслаждением, Надия чувствовала, как ее толкает к оргазму более интенсивному, чем когда-либо прежде.

Наслаждение накатывало на нее, как грозовые тучи, грозя в любой момент разразиться молнией, и Надия была бессильна его остановить. Да и не хотела останавливать.

«Сейчас кончу, – подумала она, когда твердое, пульсирующее удовольствие все длилось и длилось. – О богиня, я сейчас кончу так сильно. Сильнее, чем когда-либо прежде».

– Вот так, – послал Раст через связь. – Вот так, милая, кончай для меня. Хочу чувствовать, как твоя сладкая, тугая киска кончает на моем члене.

– Раст! О, богиня, Раст! – Его имя было воплем на ее губах, стоном капитуляции, когда гроза, что грозила разразиться, наконец прорвалась, и наслаждение пронзило ее снова и снова, словно молнии, падающие с неба.

Пальцы Раста сжались на ее талии, он удвоил усилия, вколачиваясь в нее, проникая в нее так глубоко, как только мог. И тогда Надия почувствовала, как он проник глубоко внутрь и замер, заливая ее лоно горячими, твердыми струями спермы, орошая устье ее матки.

Казалось, это длилось вечность – тот единственный совершенный миг блаженства. Но наконец все кончилось, и они вместе опустились на бок на кровать. Разрядка была слишком сильной, слишком интенсивной, и, хотя Надия пыталась сдержаться, она расплакалась.

– Надия? Милая? – Раст выглядел искренне встревоженным, разворачивая ее к себе лицом. – Ты в порядке? Я сделал тебе больно?

Надия покачала головой, сначала слишком потрясенная, чтобы говорить.

– Н-нет, – наконец вымолвила она. – Просто… так сильно. Так… я не могу описать. Я чувствовала себя такой отрешенной от себя, такой открытой, когда отдалась тебе.

– Ты была так прекрасна, когда так подчинялась. – Раст взял ее лицо в ладони и большим пальцем смахнул слезы. – Надеюсь, тебя это не расстроило. Я просто хотел заставить тебя забыть.

– Я никогда не смогу этого забыть – по-настоящему. – Надия содрогнулась от ужасного воспоминания о последних мгновениях Й'декса. – Но так легче переносить. Знание того, что я могу прийти к тебе, могу отдаться тебе телом и душой и знать, что ты прикоснешься ко мне, возьмешь меня и заставишь чувствовать то, чего я никогда бы не почувствовала иначе. – Она вздохнула с досадой. – Я не так это говорю, но не знаю, как выразить.

– По-моему, у тебя прекрасно получается. – Раст улыбнулся и нежно поцеловал ее в кончик носа, заставив улыбнуться сквозь слезы. – Я прекрасно понимаю, что ты имеешь в виду. И я рад, что ты не против того, что я попробовал кое-что новое, не обговорив это заранее. Я знал, что рисковал, но подумал, что это поможет тебе пережить, ну, понимаешь…

– Это мне очень помогло, – заверила его Надия, прижимаясь ближе. – Укрой меня своими крыльями. Хочу чувствовать тебя со всех сторон.

– С удовольствием. – Его огромные, переливчатые крылья внезапно распахнулись, точно так же, как в тот день, когда они спасли им обоим жизнь, и нежно укутали тело Надии.

– Ах… – Словно ее ласкали самые нежные, самые теплые одежды в мире. Ощущение, одновременно успокаивающее и восхитительно чувственное. Укутанная в эти прекрасные крылья, Надия никогда не оставалась равнодушной надолго. Однако, после столь сильной и удовлетворительной близости с Растом, она думала, что сможет немного подождать перед вторым раундом.

– Рад, что тебе нравится твоя собственная перина, – сухо заметил Раст, но в его голосе слышался юмор, и она видела улыбку, тронувшую уголки его губ.

– Каждая девушка заслуживает такого счастья, – пробормотала Надия, гладя его по груди. – И я имею в виду не только то, что у каждой девушки должен быть мужчина с крыльями, – я говорю о том, что у каждого должна быть пара, которой можно доверять. – Ее мысли обратились к Лиссе, к ее тайному стыду и печали, к грусти на ее лице, когда она объясняла Надии, что никогда не сможет быть с тем, кого любит по-настоящему. – Кто-то… кто-то, кто любит и заботится о них больше всего на свете, – прошептала она.

– Это именно то, что чувствую я. – Раст крепко прижал ее к себе и сладко, долго поцеловал ее в губы. – Но ты говоришь о какой-то конкретной девушке?

Надия вздохнула. Они были вместе не так долго, но он уже знал ее так хорошо. Достаточно хорошо, чтобы понимать, когда ее что-то тревожит.

– Да, если честно, говорила. – Поскольку Лисса сама пришла к ней с просьбой поговорить с Растом, Надия не чувствовала угрызений совести, пересказывая ему печальную историю новой верховной жрицы.

– Отстой, – коротко сказал он, когда она закончила. – Ты хочешь сказать, ее приемные родители сплавили ее сюда только потому, что не хотели, чтобы она была с их сыном?

– Видимо, у них это считается огромным позором, – сказала Надия. – Тот факт, что они жили в одном доме и принадлежали к одному клану.

– Но они же не были кровными родственниками, – возразил Раст.

Надия кивнула.

– Я тоже все время это повторяла. Но, видимо, народ Лиссы смотрит на это так же, как если бы она на самом деле влюбилась в своего родного старшего брата.

Раст скривился.

– Это было бы мерзко.

– Именно. Поэтому ее и заставили отречься от своей истинной любви и сослали сюда, в Первый Мир.

– Надеюсь, ты сказала ей, что она отлично справляется и мы по-прежнему считаем, что она прекрасная верховная жрица, – сказал Раст.

Надия улыбнулась.

– Конечно, сказала. Но она попросила меня поговорить с тобой, так что я решила, что лучше узнать и твое мнение.

– Ты знаешь, как я к этому отношусь. – Раст улыбнулся ей. – Лисса кажется очень милой девушкой, и я думаю, что она освоится на новой должности по ходу дела. Я бы точно знал об этом, – сухо добавил он, расправив крылья.

– Разумеется, – сказала Надия, когда мягкие переливчатые перья зашевелились вокруг нее.

– И даже если она немного неопытна, она все равно чертовски лучше старой верховной жрицы… э…

– Минверны, – подсказала Надия. – Я тоже не помнила ее имени. Думаю, она им редко пользовалась.

– Нет, она была вся о титулах и власти, – ответил Раст, хмурясь. – Кстати, я не видел ее с тех пор, как богиня выгнала ее из храма.

– Лисса говорит, она выходит только по ночам. – Надия покачала головой. – Я сказала ей, что это должно прекратиться. Мне не нравится мысль, что она ходит вокруг, пока мы все спим.

– Мне это тоже не нравится. – Раст нахмурился. – Хочешь, я пойду и поговорю с ней?

– Лисса сказала, что сделает это сама, хотя у меня сложилось впечатление, что она не особенно хочет этого.

– А кто бы хотел? – пробормотал Раст.

– Никто, – мрачно сказала Надия. – Даже без жреческих сил Минверна остается грозной женщиной.

– Что ж, это вежливо сказано. Гораздо вежливее, чем выразился бы я. – Он усмехнулся. – Но в любом случае, скажи Лиссе, что если у нее будут какие-то проблемы, пусть сообщит мне. Я советник – для этого я здесь.

– Обязательно. – Надия прижалась ближе, так что их бедра соприкоснулись, и почувствовала, как что-то горячее и твердое коснулось ее бедра. – Но кто помогает тебе с твоими проблемами, советник? – спросила она, глядя на него широкими невинными глазами.

– С какими проблемами? – игриво прорычал Раст. – Ты имеешь в виду ту, которую ты мне создаешь, будучи такой чертовски прекрасной и голой?

Надия улыбнулась и снова толкнула бедром его твердый член.

– Именно.

– Что ж, раз ты создала мне проблему, тебе и решать ее. – Раст захватил ее рот в долгом поцелуе. – Что скажешь? – пробормотал он, когда они наконец оторвались друг от друга.

– Скажу, что с радостью помогу. – С шаловливой улыбкой Надия опустила голову и запечатлела теплый влажный поцелуй на его мускулистом животе. – Только не двигайся, советник. Я решу эту проблему прямо… сейчас.