Текст книги "Беглянка (ЛП)"
Автор книги: Эвангелина Андерсон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 21 (всего у книги 32 страниц)
– Не отказался бы попробовать, – прорычал он, бросив на Элизу взгляд, от которого она залилась румянцем.
– Спасибо, мать-целительница, – выдохнула она, всё ещё прижимая халат к груди. – Мы… мы выйдем через минуту.
Старуха нахмурилась.
– Смотрите, не засиживайтесь, девочка. Рагу сипва остынет. А после еды вам двоим предстоит начать ритуалы очищения.
– Ритуалы очищения? Это что ещё? – потребовал Меррик.
Старуха приподняла белоснежную бровь.
– Затем, чтобы предстать перед старейшинами и изложить своё дело. Завтра к этому же часу вы, возможно, будете молить о собственных жизнях – лучше быть чистыми, если всё пойдёт не так и старейшины решат, что вам пора отправиться в вечность.
Затем она так же резко захлопнула дверь, как и открыла, и исчезла.
Глава 28
– Лисса? Лисса, ты в порядке?
Лисса медленно всплывала на поверхность, сбрасывая ледяные оковы сна, сковывавшие её словно холодные руки. Она потянулась к свету и к удивительно знакомому голосу. Кто-то звал её по имени. Кто-то, кто был ей очень дорог.
Наконец она открыла глаза.
– Мох Даэр? – прошептала она онемевшими губами. – Сейбер… это ты?
– Нет, Лисса, это я. – Госпожа Надия нежно сжала её ладонь. – Как же хорошо видеть, что ты очнулась. Ты пробыла без сознания несколько дней.
– Ах… – Лисса не смогла сдержать волны разочарования, нахлынувшей на неё. Значит, видение Сейбера было лишь видением. Миражом, порождённым нещадным, неумолимым жаром пустыни и её собственными несбыточными мечтами.
– Ты в порядке? – Надия смотрела на неё с тревогой. – Ты выглядишь такой грустной.
– Простите меня, госпожа. Я… я подумала, что вы Сейбер, – прошептала Лисса, моргая, чтобы сдержать слёзы. – Мне приснился он в пустыне. Сон такой сладкий, такой настоящий… но теперь я вижу: это была лишь фантазия, рождённая моим сбившимся разумом.
– Это был не сон. – Новый голос заставил Лиссу резко повернуть голову влево. К её шоку, она увидела Сейбера, стоящего во плоти, точно таким, каким она его помнила.
– Сейбер? – выдохнула она. – Наверное, я снова сплю.
Надия рассмеялась.
– Это не сон. Сейбер и его команда принесли тебя сюда. – Она хитро подмигнула Лиссе. – Он не отходил от тебя ни на шаг несколько дней.
– Ох… я… – Лисса растерянно покачала головой, не зная, что сказать. Госпожа Надия явно хотела подбодрить её, хотя и было неправильно поощрять какие-либо романтические жесты между представителями одного клана – по сути, братом и сестрой.
Сейбер откашлялся, выглядя столь же неловко, как и Лисса.
– Я хотел убедиться, что ты в порядке, моя сестра, – сказал он официально, словно они приветствовали друг друга на Тарсии. – Это был минимум, что я мог сделать для члена моего клана и семьи.
– Разумеется, мой брат, – автоматически ответила Лисса. – Благодарю тебя за помощь.
Сейбер серьёзно кивнул.
– Я был рад её оказать.
Госпожа Надия переводила взгляд с одного на другого, хмурясь.
– Ладно, я не совсем понимаю, что здесь происходит, но думаю, вам двоим пора перестать вести себя как незнакомцы. Очевидно, вы дороги друг другу, так что хватит этой скованности и официальности.
– Простите меня. – Лисса опустила взгляд на руки. – Спасибо, что спас мою жизнь, Сейбер. Как… как ты вообще оказался в Первом Мире?
– Я здесь, чтобы заручиться поддержкой Советника и добиться признания Тач-Киндредов как самостоятельного народа, – ответил он.
– И он начал отлично, спас нашу новую верховную жрицу от обезвоживания, – бодро добавила Надия. – Что ж, Лисса, раз я знаю, что ты в порядке, мне нужно проверить несколько дел. Пока ты была без сознания, произошло многое.
– Я пойду с тобой. Я и так слишком долго пренебрегала своими обязанностями. – Лисса попыталась выбраться из постели, но была слишком слаба и смогла лишь сесть.
– Думаю, нет. – Надия мягко, но настойчиво уложила её обратно. – Тебе нужно больше времени на восстановление. Так что почему бы тебе не остаться здесь и не поболтать с твоим, эм… братом. – Она нахмурилась, явно жалея, что не смогла подобрать другое слово, но иного названия, подходящего для отношений Сейбера и Лиссы, просто не существовало.
Лисса снова склонила голову.
– Хорошо, госпожа.
– Я загляну позже. – Надия похлопала её по колену, укрытому лёгким покрывалом. – Веселитесь, вы двое. – И она вышла, шелестя белыми одеждами, быстро покинув небольшую спальню Лиссы.
Лисса не могла долго смотреть вниз. Её взгляд снова и снова возвращался к лицу Сейбера. К его глубоким ореховым глазам с зелёными и золотыми искорками, к его взъерошенным каштановым волосам, которые всегда выглядели так, будто он только что провёл по ним обеими руками.
Он смотрел вслед уходящей Надии, но теперь его прекрасные глаза метнулись обратно и поймали взгляд Лиссы.
– Ты всё смотришь на меня, Лисса, – тихо пробормотал он. – Неужели ты так расстроена, увидев меня?
– О нет, конечно, нет! – запротестовала она. – Просто… я столько раз видела тебя во снах, что не могу поверить, что ты реален. Я всё спрашиваю себя: не очередной ли это сон?
– Я задавал себе тот же вопрос о тебе, когда нашёл тебя в пустыне, – признался он низким голосом. – Мы не планировали останавливаться у того оазиса, знаешь ли, но моё вторичное ядро двигателя перегрелось – навигационная система указала на него как на ближайший источник воды. Мой первый помощник хотел лететь дальше и попытаться добраться до района священной горы, но я отказался. Я чувствовал… не знаю, почему я чувствовал, что мы обязаны остановиться. Но когда я увидел тебя, лежащую на песке, то понял. – Он покачал головой. – Что ты делала одна в пустыне и без… без защиты?
В одно мгновение Лисса вспомнила, в каком виде он её нашёл. «Нагая, совершенно нагая! О, богиня, какой позор…»
– Прости меня, – несчастным голосом произнесла она, чувствуя, как щёки заливаются жаром. – Я… я выражала уважение в связи с кончиной предыдущей верховной жрицы. Я не желала, чтобы кто-либо меня видел. – Она робко посмотрела на него. – Остальные члены твоей… твоей команды?..
– Я тут же снял рубашку и накрыл тебя, – смуглое лицо Сейбера залилось краской. – Я не мог позволить другим мужчинам видеть мою младшую сестру в таком виде. – Он нахмурился, глядя на Лиссу. – Но насчёт почтения старой жрицы… это не то, что ты сказала мне, когда я нашёл тебя. Ты говорила что-то о поиске прощения… искупления. Что ты имела в виду?
– Я… я… – Сердце Лиссы забилось чаще. Она не могла позволить ему узнать, что всё ещё испытывает к нему чувства. Не могла признаться, что именно её запретная любовь к нему на самом деле загнала её нагую в пустыню. Это было слишком постыдно. Слишком неправильно. – Я не помню, что говорила, – наконец ответила она. – Я… должно быть, бредила.
Сейбер пристально вгляделся в её лицо на мгновение, и ей показалось, что он без труда читает ложь в её глазах. Но наконец он кивнул и отвёл взгляд.
– Понятно.
«Ты ничего не понял, – с тоской подумала Лисса. – Ты не знаешь, что я всё ещё люблю тебя, хотя и не должна. Ты не знаешь о зле, пустившем корни в моём сердце, которое теперь вновь расцветает при одном твоём виде».
Она вздохнула. В любом случае любить его бесполезно. Вероятно, он уже соединён с какой-то другой девушкой. А возможно, уже занял место отца как Верховный вождь.
– Итак, – сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Посланник к Советнику… твои родители и невеста наверняка очень гордятся.
– У меня нет невесты. Нет женщины, которую я мог бы назвать своей. – Сейбер отвёл взгляд, и его глаза потемнели. – Моя мать и отец пытались заставить меня выбрать после… после того как ты уехала, но я отвергал каждую, кого они мне подсовывали. Думаю… – Он откашлялся. – Думаю, они наконец смирились с тем, что я не заинтересован.
Сердце Лиссы ёкнуло, но она постаралась сохранить спокойное выражение лица.
– Понятно. Но… можешь ли ты стать Верховным вождём без женщины рядом?
Сейбер вздохнул.
– Закона, запрещающего это, нет, хотя отец говорит, что народ кланов больше доверяет и уважает вождя, у которого есть невеста и семья. – Он поднял взгляд на Лиссу. – Я сказал ему, что не хочу этого. Что последую его стопам только, если он перестанет давить на меня, требуя взять в жёны ту, кого я не люблю.
– Ох… – Лисса не знала, что сказать. – Ох, Сейбер, я…
– Не волнуйся, – прервал он её, и его голос внезапно стал жёстким. – Я здесь не для того, чтобы повторять ошибку трёх циклов назад. Я знаю, что ты не хочешь иметь со мной ничего общего, Лисса. И я знаю… – Он кашлянул и посмотрел на свои руки. – Знаю, что то, чего мы хотели, что пытались сделать, было неправильно. Я… ты моя сестра. Мне никогда не следовало…
– Мне тоже не следовало, – выпалила Лисса. – Я никогда не должна была позволять себе испытывать подобные… подобные чувства к мужчине из моего племени и семьи. Именно я вступила на путь позора и неправильных поступков.
– Если ты вступила, значит, я привёл тебя туда, – тихо сказал Сейбер. – За это я должен просить твоего прощения. Это моя вина, что тебя отправили прочь из дома и изгнали сюда.
– Ох… здесь не так уж плохо, – сказала Лисса, стараясь сделать голос лёгким. – Жизнь жрицы, возможно, не то, что я бы выбрала для себя, но я вполне адаптировалась. И теперь, когда здесь Советник и его супруга, госпожа Надия, здесь даже приятно.
– Я считаю замечательным, что ты поднялась так высоко. Стать Верховной жрицей Трона Мудрости… Мама и папа будут так гордиться, когда я расскажу им, я уверен.
Лисса кивнула.
«Уверена, они всё ещё ненавидят меня, как и прежде. Особенно твоя мать, которая разлучила нас в первую очередь».
Но она не могла произнести эти слова вслух. Они были бы слишком грубыми, слишком личными.
– Спасибо, – тихо сказала она.
– Пожалуйста. Что ж… – Сейбер поднялся со стула у её постели. – Вижу, ты всё ещё устала, так что, возможно, мне следует оставить тебя в покое.
– Подожди! – воскликнула Лисса, не в силах остановиться. – Подожди, Сейбер, пожалуйста…
– В чём дело? – Он обернулся, и в его ореховых глазах отразилась эмоция, которую она не могла прочитать.
– Я… я… – Мужество почти покинуло её, но она заставила себя продолжить. – Прости меня, – сказала она, – но я рассказывала тебе, как часто вижу тебя во снах, лишь чтобы проснуться в одиночестве. Могу я… позволишь ли ты… – Она раздражённо вздохнула. – Я знаю, это неправильно, но могу я коснуться твоей руки – хотя бы раз – чтобы убедиться, что ты реален? Чтобы знать, что на этот раз я не сплю?
Она наполовину ожидала, что Сейбер отшатнётся от неё с отвращением. Такая просьба была не просто неправильной – она была морально немыслима. Для незамужней женщины искать физического прикосновения мужчины, который не является её мужем, да ещё и связанного с ней узами клана и семьи, было святотатством. И всё же она не могла сдержаться… не могла подавить то, чего желала.
Долгое мгновение Сейбер колебался. Затем он опустился на колени у её постели и протянул ей руки.
– Конечно, ты можешь коснуться меня, амалла, – сказал он, и его низкий голос охрип от эмоций.
– О, Сейбер… – Использование старого, сладкого прозвища вызвало в ней прилив тоски. Лисса вложила свои ладони в его и наблюдала, как он переплетает их пальцы. Его прикосновение было тёплым, реальным, прочным, и наконец она уверилась в правде. – Мох Даэр, – прошептала она. – На этот раз ты реален. По-настоящему реален.
– И ты тоже реальна, – тихо ответил он. – Я тоже видел тебя во снах, Лисса. Столько раз я думал…
Резкий стук в деревянную дверь спальни Лиссы прервал его, и дверь распахнулась.
– Капитан Сейбер, прошу прощения, но я…
Мужчина, который, видимо, был членом экипажа Сейбера, резко остановился, взгляд его тёмно-карих глаз устремился к их сплетённым рукам.
– Ох! – ахнула Лисса и дёрнула руки прочь. Дрожа, она быстро спрятала их под белое покрывало.
– Простите, – коротко бросил член экипажа. – Я не хотел прерывать… что-либо.
– И не прерывали, – бодро сказал Сейбер. – Я просто доказывал Лиссе, что я и правда реален, а не плод её воображения. – Он понизил голос. – Она видела много миражей в пустыне, которые сильно её расстроили.
– О. – Мужчина медленно кивнул. – О, понятно. – Его лицо, на котором сначала отразились удивление и отвращение, постепенно прояснилось. – Что ж, в таком случае, я полагаю…
– Что ты хотел мне сообщить, Микров? – спросил Сейбер, поднимаясь и отряхивая колени.
Мужчина откашлялся.
– Снова вторичное ядро двигателя, капитан. Кажется, оно перегревается, даже когда мы просто проводим диагностику. Никто другой не может разобраться, а у вас, кажется, есть к этому особая способность, поэтому я подумал…
– Конечно, конечно. – Сейбер кивнул и жестом предложил мужчине выйти. – Моя младшая сестра идёт на поправку, так что я пойду с тобой немедленно.
– Спасибо, капитан. – Член экипажа покинул покои Лиссы, а Сейбер последовал за ним по пятам. Прежде чем закрыть дверь, Сейбер бросил на сестру последний, долгий взгляд. Затем он ушёл, не сказав больше ни слова.
Глава 29
Меррику чертовски надоело всё это очищение, которое сводилось к сидению в кадке, наполненной молоком священной змеи тсслла, и поеданию самой отвратительной пищи, какую только могли отыскать Древние.
Будучи Киндредом, он исколесил всю вселенную и перепробовал множество инопланетных блюд, но вынужден был признать: «гранулы чистоты», которые он жевал последние три часа, были худшим и самым мерзким, что когда-либо попадало ему в рот. Снаружи их покрывала твёрдая тёмно-синяя корка, но стоило раскусить, как внутри оказывалась бледно-голубая жижа густой, слизистой консистенции с металлическим мясным привкусом, от которого его просто выворачивало.
– Всё, хватит, – резко произнёс он, поднимаясь на ноги, когда жрица Древних попыталась протянуть ему ещё одну гранулу. Бледно-голубое молоко стекало с его обнажённого тела, жрица ахнула и закрыла глаза ладонями.
– Да, я голый, привыкайте, – прорычал Меррик. – И мне уже поперек горла всё это дерьмо с ритуалами очищения. Ополосните меня и дайте поговорить со старейшинами. Сейчас же.
– Думаешь, ты готов? – Внезапно в синем шатре из листьев, где проходил ритуал, появилась мать-целительница. Позади неё стояла Элиза.
Она была закутана в огромный лист яньян, её длинные тёмные волосы мокрыми прядями спадали на спину. Лицо выражало тревогу, и через связь Меррик ясно ощутил её беспокойство.
– Готов настолько, насколько вообще возможно быть готовым, – отрывисто бросил он матери-целительнице. Взяв у жрицы, которая стыдливо отводила взгляд, ведро с водой, он смыл с себя остатки молока тсслла и вылез из кадки. Обмотав талию листом яньян, он подошёл к Элизе. – Ты как, малышка? – тихо спросил он.
– В порядке. – Она кивнула. – Просто переживаю. И слегка тошнит. Эти гранулы чистоты…
– Знаю. – Меррик многозначительно кивнул. – Они отвратительные, да? На вкус словно набиты какой-то мерзкой дрянью.
– Они продолжали их мне подсовывать, – слабым голосом сказала Элиза. – Я съела, сколько смогла, но просто… – Она поморщилась. – Надеюсь, меня не вырвет.
– С вами всё будет в порядке, – твёрдо произнесла мать-целительница. – С обоими. Гранулы чистоты необходимы для процесса очищения. И тело, и разум должны пройти через смирение, прежде чем вы предстанете перед старейшинами.
– Мы уже смирились, будьте уверены, – прорычал Меррик. – А теперь можно нам вернуть нашу одежду, чтобы поскорее закончить с этим?
Мать-целительница приподняла белоснежную бровь.
– Боюсь, что нет. Вы должны предстать перед старейшинами обнажёнными. Такими же нагими, какими были в день своего рождения.
– Обнажёнными? – Лицо Элизы мгновенно залилось краской. – Мы не можем оставить хотя бы полотенца… э-э, листья?
Мать-целительница нахмурилась.
– Ты вошла в Глубокую Синь в скудном нижнем белье священного алого цвета, оскверняя наши обычаи своей богохульной одеждой. И теперь у тебя хватает наглости говорить о скромности?
– Она говорит о скромности, потому что она и есть скромная, – огрызнулся Меррик. – Алый цвет не считается священным там, откуда она родом. Элиза не знала, что совершает богохульство.
Мать-целительница пренебрежительно махнула морщинистой рукой.
– Берегите свои объяснения для старейшин. Мне нет до этого дела. Идёмте – пора встретиться с ними и узнать свою судьбу. – Она жестом приказала следовать за ней из шатра.
Элиза последовала за матерью-целительницей и Мерриком, крепко прижимая к себе лист-полотенце и отчаянно надеясь, что ей разрешат оставить его, когда они доберутся до места назначения. Её всё ещё слегка мутило от отвратительных гранул чистоты, и ситуацию не улучшало то, что желудок и без того сводило от тревоги и страха. Мать-целительница сказала, что им предстоит отстаивать свои жизни. Элиза не раз участвовала в судебных процессах с высокими ставками, но ни один из них не решал её собственную судьбу.
Но беспокоилась она в основном не о себе, а о Меррике. Что бы ни случилось, она была твёрдо настроена: он больше не пострадает. И она ни за что не позволит ему снова брать на себя её наказания.
«Если кто-то должен расплачиваться, то это буду я, – безмолвно пообещала она себе. – Я не стану прятаться в тени и позволять мужчине, который мне дорог, снова страдать из-за меня».
Они шли босиком, и кора дерева-праотца казалась шершавой под её ступнями. Дул лёгкий ветерок, доносящий с лесной подстилки насыщенный запах джунгли. Уже почти наступили сумерки – они провели на ритуале очищения несколько часов, – и хотя Элиза уже давно мечтала закончить с этим, она всё ещё не чувствовала себя готовой встретить свою судьбу в руках инопланетной расы, столь же древней, как сама вселенная.
«Но я должна быть готова, – сказала она себе, вскидывая подбородок. – Мне не остаётся ничего, кроме как пройти через это как можно лучше».
Они добрались до центрального ствола, и мать-целительница кивнула на почти невидимую сеть лиан, оплетавших шершавую кору.
– Я пойду первой, а вы следуйте за мной. Место собрания старейшин находится на самой вершине.
Она начала взбираться вверх с удивительной для столь пожилой женщины ловкостью и вскоре исчезла в лиственном пологе над ними. Меррик жестом указал Элизе.
– Давай, детка, я буду сразу за тобой.
Элизу немного смущало, что под листом-полотенцем на ней ничего не было. Меррик уже видел её во всей красе, но ей всё равно было неловко от мысли, что он будет смотреть на неё снизу, пока она лезет.
– Нет, всё в порядке, – сказала она, махнув на дерево. – Иди вперёд. Я последую.
Он нахмурился.
– Нет, первая ты. Давай, старейшины не будут ждать. Нам нужно идти сейчас.
– Хорошо. – Было явно бессмысленно спорить. Ухватившись за лианы, она начала подтягиваться вверх. И вверх, и вверх… Вскоре она начала гадать, когда же вообще закончится это исполинское дерево. Её первое восхождение по стволу, чтобы добраться до Меррика, было ничем по сравнению с нынешним путём. И никакая хилая стенка для скалолазания в спортзале не могла подготовить её к тем усилиям, что требовались, чтобы продолжать карабкаться вверх. Но деваться было некуда – отдохнуть негде. Руки начали ныть и деревенеть, ноги дрожали от усталости, а они всё поднимались.
Наконец Элиза на мгновение остановилась, вцепившись в ствол.
– Что случилось? – услышала она голос Меррика и через связь ощутила его беспокойство за неё. – Ты в порядке?
– В порядке, – соврала она, стараясь звучать бодро и весело. – Просто немного устала, но всё хорошо. Осталось… ещё далеко?
– Уже недалеко, дитя-девочка. – Голос матери-целительницы донёсся сверху, сквозь листву. – Идите, старейшины ждут.
– Хорошо… я иду. – Заставив себя двигаться дальше, Элиза потянулась к следующей тёмно-синей лиане, чтобы подтянуться. Она попыталась вцепиться пальцами в шершавый, похожий на верёвку ус, но пальцы почему-то не сжались. С тихим вскриком она потеряла опору и начала падать назад.
Сильные руки поймали её, и крик, уже зарождавшийся в горле, резко оборвался, когда Меррик перекинул её через широкое плечо.
– Вот почему я хотел идти последним, – пробурчал он, продолжая карабкаться. – Чтобы поймать тебя, если упадёшь, а не просто пялиться на твои ноги снизу. Хотя признаю, вид чертовски неплохой.
– Меррик! – Она слабо шлёпнула его по спине, но он лишь рассмеялся и продолжил подъём.
Элиза сосредоточилась на том, чтобы перевести дыхание, и старалась не смотреть вниз с головокружительной высоты, на которой оказалась. Она вынуждена была признать, что рада, что Меррик настоял на том, чтобы она лезла первой. Если бы нет, она уже давно превратилась бы в бесформенную лужицу на земле далеко внизу.
– Меррик? – тихо позвала она, надеясь, что он услышит.
– М-м-м? – прозвучал в ответ рокот.
– Спасибо, – прошептала Элиза. – Как думаешь… мы выберемся? Они правда захотят нас убить?
– Нет, если я все правильно понимаю. – Его глубокий голос прозвучал мрачно. – Послушай, детка, постарайся не волноваться. Древние суровы, но также известны своей справедливостью. Вряд ли они решат нас убить после всего, через что уже заставили пройти.
– Через что заставили пройти тебя, – пробормотала она и вновь пообещала себе, что Меррик больше не будет принимать на себя её наказания.
Он фыркнул.
– Неважно. Главное – будь вежлива, и если всё выйдет из-под контроля, держись рядом со мной. Договорились?
– Я не отойду ни на шаг, – пообещала Элиза.
– Что, даже если появится биллиб? – сухо спросил он.
– Даже тогда. – Она попыталась рассмеяться, но в горле пересохло. Она знала, что Меррик просто пытается разрядить обстановку, но игнорировать серьёзность того, с чем им предстояло столкнуться, было непросто.
Они замолчали, и хотя мать-целительница говорила, что осталось недалеко, Меррик карабкался ещё добрых пятнадцать минут, прежде чем наконец ступил на ветку не шире тротуара. Они находились очень высоко, настолько высоко, что Элизе казалось, что воздух изменился, стал разреженным и более тяжёлым для дыхания. Листья стали меньше и располагались реже, открывая Элизе вид на небо. Синий полог над ними погружался в сумерки, окрашиваясь в тёмный, словно синяк, оттенок и застывая в молчании.
– Вот мы и на месте, – пробормотал Меррик, и она увидела, что он указывает на небольшую хижину из листьев, расположенную вдали от центрального ствола, на пересечении двух тонких ветвей. Мать-целительница уже стояла у дверного проёма и нетерпеливо манила их. Элиза посмотрела на старуху с новым уважением: она могла быть древней, но карабкалась как чёртова акробатка.
– Как мы туда доберёмся? – спросила она, оценивая визуально недоступную хижину. – Пойдём по этим веткам, словно по канату?
– Не знаю, что такое канат, но пошли. – Меррик подхватил её на руки, и прежде чем она успела возразить, он уже шагал по одной из узких ветвей так же легко, словно прогуливался по земной дороге. Она даже не успела пикнуть, как он мягко опустил её на землю рядом с широким синим листом, служившим дверью хижины.
– Наконец-то. – Мать-целительница нахмурилась. – Вы заставили старейшин ждать достаточно долго. Снимите свои покрывала и входите немедленно.
Элиза вцепилась в лист-полотенце, которое чудом осталось целым после долгого и изнурительного подъёма.
– Обязательно?
– Выбора нет, – прорычал Меррик. Он сбросил свой лист и потянул за её. – Давай, Элиза.
Чувствуя себя ужасно незащищённой, Элиза наконец скинула широкий пушистый лист и позволила ему спланировать на деревянную площадку, окружавшую хижину. Она стояла там обнажённая, дрожа в сгущающихся сумерках.
– Хорошо. – Меррик одобрительно кивнул и взял её за руку. – Пошли, детка. – И потянул её внутрь хижины.
