Текст книги "Беглянка (ЛП)"
Автор книги: Эвангелина Андерсон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 27 (всего у книги 32 страниц)
Глава 38
Элиза проснулась, задыхаясь от очередного кошмарного сна. Эти сны мучили её каждую ночь с тех пор, как она вернулась на материнский корабль, и в каждом из них фигурировал Меррик.
Иногда она видела, как его мучает тот ужасный человек с серебристыми глазами, который их похитил. Как же его звали? Кажется, имя начиналось на «Д»… Элиза была почти уверена в этом, но не могла вспомнить. Её разум, похоже, всё ещё пытался защитить её, стирая некоторые воспоминания.
В других снах Меррик был занят работой: сваривал металлические детали и собирал какое-то устройство, похожее на часть двигателя. Что это было? Что бы это ни было, Меррик отчаянно пытался закончить работу. Он трудился не покладая рук, вытирая пот со лба и не делая перерывов на отдых. Единственный раз, когда он останавливался, было тогда, когда он обращал внимание на другое, меньшее устройство. Оно было крошечным – помещалось на ладони – и настолько хрупким, что Элиза подумала, не является ли это каким-то часовым механизмом.
Сон, от которого она только что проснулась, был самым страшным. В нём Меррик лежал на спине, весь в крови. Его окружали обломки и разрушения, как будто произошёл какой-то взрыв. Вокруг него были грязные серые тела импов и существ, похожих на троллей из сказок Толкина. Было ясно, что они мертвы, и казалось, что Меррик тоже мёртв – или умирает. Пока она смотрела, он хватал ртом воздух, и его губы шевелились, произнося её имя. Затем его глаза закрылись, и грудь больше не поднималась.
Элиза обхватила себя руками, пытаясь унять дрожь. «Меррик, – думала она, пока слёзы текли по её щекам. – О, Меррик…» Она скучала по нему так сильно, что не могла выразить это словами. Потеря причиняла такую боль, что она не знала, как с этим справиться. Не знала, что делать, кроме как свернуться калачиком и умереть…
– Привет, не можешь уснуть? – Оливия просунула голову в дверь её комнаты и с беспокойством посмотрела на неё. Элизу поместили в медпункт, когда она вернулась на материнский корабль, и спустя три дня она всё ещё оставалась здесь «для наблюдения». Что было вежливым способом сказать «наблюдение за возможным суицидом», как она подозревала.
– Да, никак не получается, – призналась она, но не стала объяснять причину. Она никогда не рассказывала никому о своих снах – не хотела, чтобы о ней беспокоились ещё больше.
– Хочешь, дам тебе успокоительное? – предложила Оливия.
– Нет, спасибо, – Элиза провела дрожащей рукой по волосам и посмотрела на часы у кровати. – Уже почти пора вставать.
– Да, я знаю. Некоторые уже проснулись и ходят, – Оливия подошла и села на край её кровати. – Если ты понимаешь, о ком я.
Элиза вздохнула.
– Он снова звонил?
– Боюсь, что да, – Оливия сочувственно покачала головой. – Он появился на экране рано утром и требовал, чтобы я привела тебя поговорить с ним. – Она провела рукой по волосам. – Я сказала ему, что ты под успокоительными и я не могу тебя беспокоить, но, боюсь, не смогу долго его отговаривать. Он угрожает прийти сюда и забрать тебя, если ты не поговоришь с ним хотя бы.
– Чёрт, – Элиза закрыла лицо руками. Она не хотела сейчас иметь дело с Джеймсом, но понимала, что рано или поздно ей придётся выйти из своей изоляции и поговорить с ним.
– Я знаю, тебе больно из-за Меррика, дорогая, – Оливия нежно погладила её по спине. – И я не виню тебя – когда впускаешь Киндреда в своё сердце, все остальные мужчины во вселенной меркнут по сравнению с ним. Но… и пожалуйста, не думай, что я встаю на сторону твоего жениха…
– Но Джеймс – мой жених, свадьба через неделю, и я до сих пор не сказала ему, что всё отменяется, – закончила за неё Элиза. – Я знаю, Оливия. Знаю, что поступаю неправильно, заставляя его ждать. Просто… если я вернусь на Землю и вернусь к своей обычной жизни, это будет означать, что я признаю – Меррик действительно ушёл. Ушёл навсегда. – Слезы снова навернулись на глаза, и она поспешно вытерла их уголком простыни. – Прости. Не хотела быть такой эмоциональной.
– Не извиняйся, – Оливия обняла её. – То, через что ты прошла – то, через что ты проходишь – ты имеешь право плакать столько, сколько хочешь. Никто не станет тебя за это осуждать.
Элиза крепко обняла её в ответ.
– Знаешь, ты лучшая и добрейшая медсестра, которая у меня когда-либо была.
– Я хочу быть больше, чем просто твоей медсестрой, – Лив отстранилась и серьёзно посмотрела на неё. – Я хочу быть твоей подругой. Послушай, Элиза, я знаю, что сейчас это может показаться тебе безумием, но я думаю, тебе стоит подумать о том, чтобы остаться жить на материнском корабле.
– Жить здесь? – Элиза нахмурилась. – Я собиралась жить с Мерриком – или он собирался жить со мной на Земле. Мы ещё не решили, но теперь… я не знаю. Что будет с моей карьерой…
– Ты можешь практиковать здесь, – поспешила заверить её Лив. – Киндреды обычно решают свои проблемы через посредничество, но ты можешь обучиться на медиатора. Если я смогла разобраться в медицине Киндредов, то ты точно сможешь освоить их законы.
– Не знаю… – с сомнением произнесла Элиза. – То есть… зачем?
– Потому что тебе нужна поддержка, которой нет на Земле. Я знаю, что ты не общаешься с семьёй, и, полагаю, у тебя тоже не так много близких друзей.
Элиза нахмурилась.
– С чего ты это взяла?
– Ну… никто не заявил о твоём исчезновении, когда тебя похитил Всеотец, – Лив погладила её по руке. – Пожалуйста, не сердись. Я просто хочу сказать, что если бы ты жила на материнском корабле, мы все были бы рядом с тобой. Софи, Кэт, Лорен и я – мы все готовы поддержать тебя в это трудное время.
Элиза вздохнула.
– Я не сержусь. И ты права – у меня нет близких друзей. Я привыкла держать людей на расстоянии из-за… из-за того, что случилось в моём прошлом. – Она снова вытерла глаза. – На самом деле, Меррик был первым человеком, который смог пробиться сквозь эту… эту стену, которую я возвела вокруг себя. Он заставил меня снова чувствовать, заставил думать о вещах, о которых я не хотела думать. Он… – Она покачала головой, и Лив снова погладила её по спине.
– Всё в порядке. Если хочешь, можешь выговориться.
– Нет, – Элиза шмыгнула носом и выпрямилась. – Нет, мне нужно перестать утопать в своём горе. Пора вернуться на Землю и разобраться с Джеймсом. После этого…
– Ты подашь заявление об уходе с работы и вернёшься сюда, верно? – Лив с надеждой посмотрела на неё.
Элиза тихо рассмеялась.
– Ты уверена, что Совет Киндредов меня примет? Я имею в виду… без Меррика?
– Я попрошу Сильвана вступиться за тебя, – твёрдо сказала Оливия. – И моего мужа, Брайда. У них есть друзья в Совете – тебе не откажут.
Элиза вздохнула.
– Хорошо, я обещаю подумать об этом. Но сейчас главное – другое. – Она заставила себя подняться на дрожащих ногах и накинула халат, плотно завернувшись в него. – Эм, можно одолжить какую-нибудь одежду? Я не могу вернуться на Землю в таком виде.
– Конечно, – Лив поднялась с кровати. – Эх, я бы дала тебе что-нибудь из своих вещей, если бы мы были одного размера. В ближайшем будущем мне вряд ли придётся носить что-то нарядное.
– Ты выглядишь прекрасно – просто сияешь, – улыбнулась Элиза. – Уже придумали имя?
– Мы с Брайдом пока не можем прийти к согласию, – Оливия взяла Элизу под руку. – Пойдём, найдём тебе что-нибудь подходящее. Хочешь, я пойду с тобой, чтобы морально поддержать при разговоре с Джеймсом?
– Ты действительно хорошая подруга, – Элиза улыбнулась и сжала её руку, тронутая предложением. – Но нет, это то, что я должна сделать сама.
«Так же как мне придётся жить одной всю оставшуюся жизнь», – подумала она, но не сказала. Она могла бы дать волю слезам и горю позже. Сейчас у неё были дела, и чем скорее она их закончит, тем скорее сможет вернуться на материнский корабль.
* * *
– Лучше бы это сработало, гибрид, – Дрейвен угрожающе посмотрел на него, пока они стояли на мостике прототипа корабля для путешествий через червоточины. Корабль был сделан из какого-то нового материала – полуразумной плазма-стали или чего-то подобного. Дрейвен без умолку хвастался этим, рассказывая о том, как корабль сам может управлять большей частью навигации и обладает неким неисследованным потенциалом к самовосстановлению.
Меррик не верил в эту чушь про самовосстановление, но предположил, что корабль, способный самостоятельно управлять полётом, сделает армию Дрейвена более эффективной – особенно учитывая, что большинство его солдат были тупее грязи. Его тролли-солдаты были сильными и верными, но не отличались особым умом. Наличие корабля, способного прокладывать собственный курс и высаживать их на любой планете, которую Дрейвен захочет захватить, было бы настоящим плюсом.
Впрочем, всё это предполагало, что генератор червоточины, который он собрал, будет работать.
Меррик был почти уверен, что так и будет, но этот корабль с его чудовищной армией никуда не доберётся. Крошечная, но смертоносная бомба в его кармане позаботится об этом.
Было нелегко найти время, чтобы собрать это хрупкое устройство, но Меррик всё равно это сделал, жертвуя временем на работу над генератором червоточины, несмотря на гневные слова Дрейвена, когда тот считал, что он отстаёт от графика. Он был очень осторожен и работал над бомбой только тогда, когда его охранниками были тролли. Импы не особо умны, но были достаточно сообразительны, чтобы заметить что-то неладное, если дать им шанс. Он прятал бомбу в фюзеляже, когда не работал над ней, а теперь она была у него в кармане, готовая взорваться, когда придёт время.
– Сработает, – прорычал Меррик в ответ Дрейвену, который всё ещё смотрел на него. Позади него стояла половина легиона троллей – очевидно, Дрейвен не доверял ему. И это было взаимно.
– Если не сработает, я сдеру с тебя кожу живьём, – Дрейвен одарил его своей очаровательной, пустой улыбкой, которая никогда не достигала его серебристых глаз. – Медленно.
– А если сработает, ты окажешь мне услугу и убьёшь меня быстро. Да, я понял.
На самом деле Меррик уже позаботился о быстрой смерти. Он не ожидал выжить после взрыва, когда активирует бомбу. Даже если его не разорвёт на части сразу, взрыв проделает огромную дыру в космическом корабле, высосав весь воздух и впустив ледяной вакуум космоса. Именно поэтому он решил не взрывать бомбу, пока они ещё находились на поверхности планеты. Если бы он выжил после взрыва, Дрейвен смог бы спастись на земле. Но как только они окажутся в космосе, побег станет невозможным. Меррик был готов умереть, если это означало, что он заберёт с собой этого ублюдка с серебряными глазами.
«Или я был бы готов, если бы не Элиза. Боги, детка, я так по тебе скучаю…»
Меррик заставил себя вернуться к насущным делам – нужно было совершить прыжок с помощью самодельного генератора червоточины и доказать Дрейвену работоспособность машины. Затем, когда они окажутся далеко от родной планеты ублюдка – слишком далеко, чтобы позвать на помощь – Меррик нажмёт кнопку детонации и отправит их всех прямиком в семь преисподен.
– Сойдёт, – услышал он голос Дрейвена, пока тот рассматривал панель управления. – Давай протестируем и совершим прыжок.
– Хорошо. Куда направимся? – спросил Меррик.
Дрейвен одарил его медленной, жестокой улыбкой.
– Давай сделаем это интересным, а? Почему бы не прыгнуть в солнечную систему твоей возлюбленной? Достаточно далеко, чтобы не потревожить материнский корабль, но достаточно близко, чтобы ты мог увидеть её родную планету.
«Садистская сволочь!» – Меррик нахмурился, глядя на приборы.
– Ладно. Введу координаты.
– Смотри, не предупреди своих собратьев-Киндредов, гибрид, – сказал Дрейвен. – Это частная вечеринка, и они не приглашены. Если втянешь их, умрёшь задолго до того, как они доберутся до тебя. – Он улыбнулся. – Но недостаточно быстро, чтобы твоя смерть не была мучительно болезненной, уверяю тебя.
– Верю, – прорычал Меррик. – Не переживай, Дрейвен – это только между нами.
Дрейвен нахмурился.
– Что ты имеешь в виду?
Меррик не ответил, закончил вводить координаты для орбиты вокруг Марса – маленькой красной планеты-соседа Земли – и отступил.
– Вот, босс. Всё готово к прыжку – только нажми кнопку. – Он указал на мигающую красную кнопку на панели управления.
Дрейвен покачал головой.
– Нет, думаю, нет. Сделай это за меня, окажи честь.
Меррик удивился. Он был уверен, что Дрейвен захочет лично протестировать генератор при первом запуске. «Хорошо, что я не подключил бомбу к этой кнопке», – подумал он, нащупывая крошечное устройство в кармане.
– Ладно, – произнёс Меррик, пожимая плечами. – Сделаю. Может, тебе стоит за что-нибудь ухватиться.
Дрейвен кивнул, но вместо того чтобы последовать совету, просто скрестил руки на груди. Меррик пожал плечами и нажал кнопку, наблюдая, как пространство вокруг них искажается, складываясь в кроваво-красное марево, когда корабль создал червоточину и устремился в неё.
Глава 39
– Дорогая! Как же я рад тебя видеть! – Джеймс заключил Элизу в объятия, едва она вышла из здания ХКР.
– Рада видеть тебя, Джеймс, – ответила Элиза. Её голос звучал натянуто и неестественно, но жених, казалось, этого не замечал.
– Я уже начал волноваться, что ты пропустишь свадьбу, но вот ты здесь! – Он отстранился и внимательно осмотрел её. – Немного уставшая, возможно, но немного косметики всё исправит.
– Я уверена, – эхом отозвалась Элиза. Лицо жениха, когда-то такое родное и близкое, теперь казалось чужим. Его кожа была слишком гладкой, черты – слишком правильными. «Ему бы не помешало пару шрамов», – подумала она, невольно сравнивая с Мерриком.
Эта мысль вызвала новую волну тоски, и Элиза едва сдержала слёзы. «Я поплачу позже, – напомнила она себе. – Сейчас нужно разобраться с делами. Нужно сказать Джеймсу, что свадьба отменяется».
Но Джеймс не дал ей такой возможности.
– Пойдём, машина ждёт, – сказал он, увлекая её вниз по ступенькам. – У меня есть для тебя сюрприз дома, думаю, тебе понравится.
– Сюрприз? – Элиза нахмурилась. – Послушай, Джеймс, я действительно ценю твою заботу, но…
– Тебе понравится, – улыбнулся он, почти втолкнув её в машину. – Это идеальный свадебный подарок.
– О сюрпризе, – начала Элиза, но Джеймс был слишком занят, давая водителю указания. Она услышала, как он называет адрес на Бэйшор, вдали от её маленькой квартиры, куда ей так хотелось попасть.
– Итак, – Джеймс наконец обратил на неё внимание, удобно устроившись на сиденье. – Я так понимаю, у тебя было много увлекательных приключений, пока тебя не было.
– Можно и так сказать, – сухо ответила Элиза.
– И всё же ты вернулась целой и невредимой, – усмехнулся Джеймс. – Признаюсь, сначала я сомневался, но, похоже, тот огромный парень со шрамами, с которым ты уехала, сдержал слово. Как там его звали?
– Меррик, – Элиза подавила всхлип. – Его з-звали М-меррик.
Она закрыла лицо руками, пытаясь взять себя в руки. «Я не буду плакать, – думала она. – Я должна держать себя в руках. Нельзя расклеиваться перед Джеймсом».
После долгой неловкой паузы Джеймс прокашлялся.
– Дорогая, – осторожно произнёс он. – Ты в порядке?
– Да, – Элиза заставила себя глубоко вдохнуть. – Да, но, Джеймс, я должна тебе сказать…
– Хорошо, тогда – мы приехали, – перебил он её.
Элиза нахмурилась. Она забыла, что от центра города до престижного района Бэйшор рукой подать. Длинная улица с роскошными особняками и элитными кондоминиумами была домом для всех важных персон Тампы. Не успела она опомниться, как машина уже сворачивала на извилистую подъездную дорожку, ведущую к обширному поместью Джеймса и его особняку в георгианском стиле.
Оглядевшись, она заметила несколько машин, припаркованных на полукруглой подъездной аллее, обсаженной магнолиями. «Джеймс ждёт гостей?» – подумала она, не желая сейчас играть роль радушной хозяйки. Особенно если среди гостей окажется будущая свекровь – тогда ей точно не придётся беспокоиться о гостеприимстве. Мать Джеймса обожала быть в центре внимания на любых светских мероприятиях, что совершенно не нравилось Элизе.
– Джеймс, – спросила она, когда он помогал ей выйти из машины. – Кто все эти люди? Я вижу незнакомые машины.
– Это сюрприз, – он буквально потирал руки от восторга. – Подожди, пока увидишь, дорогая!
– Джеймс, – начала она, когда он схватил её за руку и повёл вверх по белым мраморным ступеням. – Если это какой-то предсвадебный приём, я должна сказать тебе…
– Нет, нет, ничего подобного. Просто небольшой неформальный приём в честь твоего возвращения. – Он открыл массивную входную дверь и просунул голову внутрь. – Я дома. И вы не поверите, кого я привёл с собой!
Чувствуя себя несчастной, Элиза натянула на лицо вымученную улыбку. Теперь ей придётся притворяться счастливой при виде гостей, которых пригласил Джеймс, и пытаться поддерживать светскую беседу, пока не удастся утащить его в укромный уголок и сообщить, что их свадьба отменяется. «Почему Джеймс всегда устраивает такие вещи? – думала она. – Почему он никогда не слушает, когда я пытаюсь поговорить?»
«Меррик слушал, – прошептал тихий голос в её голове. – Он слушал всем сердцем. И задавал трудные вопросы – те, которые Джеймс так охотно обходит стороной и игнорирует. Он…»
Её мысли оборвались, когда она увидела, кто стоит в дверях, ожидая её приветствия. Там была мать Джеймса, конечно же – выглядевшая очень чопорно и благопристойно, и его отец, одетый в костюм, который буквально кричал о старом богатстве. Но рядом с родителями Джеймса стояла её собственная мать, с которой Элиза не виделась более десяти лет.
И рядом с её матерью стоял Чарльз – её отчим.
* * *
Путешествие через червоточину никогда не было приятным, но на этот раз оно прошло относительно гладко. Прототип корабля вышел на дальней стороне Марса, где Земля была всего лишь крошечным голубым пятнышком вдалеке.
– Немного ближе, я думаю, – протянул Дрейвен. – Давай посмотрим на этот жалкий маленький каменный шарик получше. В конце концов, это будет последний раз, когда ты его видишь.
– Возможно, это и так, – нейтрально сказал Меррик, обходя Марс и подталкивая корабль ближе к Земле. – Но это также будет последний раз, когда ты его увидишь. Или что-либо вообще.
Дрейвен нахмурился.
– О чём ты говоришь, гибрид?
– Ты слышал меня. Я дал тебе слово Киндреда, что построю работающий генератор червоточины. Но я никогда не говорил, что ты сможешь им воспользоваться. – Повернувшись к самодовольному, серебристоглазому ублюдку, Меррик достал крошечную бомбу из кармана и включил таймер детонации.
– Что ты… – начал Дрейвен.
– Лови, – сказал Меррик и бросил бомбу прямо в него.
Но к его удивлению, бомба прошла сквозь живот Дрейвена и приземлилась в руки тролля-капитана, стоявшего позади него. Тролль издал звук, похожий на «Хурх?», и наклонился, чтобы рассмотреть свой тикающий трофей. Другие тролли вокруг него сделали то же самое, сгрудившись, чтобы посмотреть, что он держит.
«Какого хрена? – подумал Меррик. – Голограмма? Но такая реалистичная. Никогда бы не догадался…»
– Нет, вы идиоты! – Дрейвен кричал на троллей. – Бросьте её…
И тут тиканье прекратилось, и раздался пронзительный свист. Мгновение спустя раздался оглушительный взрыв. Внутренности и кровь троллей разлетелись повсюду, образовав красновато-чёрную массу. Дрейвен исчез, и затем всё и всех на борту начало втягивать в дыру, внезапно появившуюся в боку корабля.
– Во имя ада! – проревел Меррик, и его голос тут же был поглощён, когда корабль начал терять атмосферу в холодную тьму космоса. Меррик не возражал против смерти, пока мог забрать своего мучителя с собой, но Дрейвен исчез. И Меррик собирался умереть, так и не увидев Элизу снова. Умереть впустую. За…
Что-то тяжёлое ударило его по голове, и он упал, оглушённый. Последнее, что он увидел, была огромная масса мёртвых частей тела троллей, забивающих дыру от бомбы.
Затем всё погрузилось во тьму.
Глава 40
– Ну же, дорогая… ты меня позоришь, – прошипел Джеймс сквозь зубы, пытаясь затащить Элизу обратно в центр просторной гостиной, где все остальные гости пили напитки и вели светские беседы.
– О, я позорю тебя? Какая жалость! – прошипела она в ответ, упрямо оставаясь в выбранном ею безопасном углу. – Неужели ты не подумал, Джеймс, что у меня были веские причины не общаться с матерью и отчимом более десяти лет? Ты вообще подумал, прежде чем их приглашать?
Голос Джеймса стал раздражённым:
– Я предположил, что это из-за… – он резко замолчал, потому что разговор в комнате стих. – Извините нас, пожалуйста, – сказал он, натянуто улыбаясь. – Элиза нехорошо себя чувствует. Мы пойдём, принесём ей что-нибудь прохладное и посмотрим, не станет ли ей лучше.
– Я не хочу пить, – возразила Элиза, когда он повёл её через гостиную и столовую на огромную кухню со столом посередине и медными кастрюлями, свисающими со стен. – Я хочу уйти. Я хочу немедленно покинуть это место, Джеймс.
– Не будь смешной, – он наконец отпустил её руку и убедился, что дверь надёжно закрыта. – Ты никуда не пойдёшь. Ты сейчас же вернешься в гостиную, нальешь себе выпить и будешь вести себя как нормальный взрослый человек, а не как грубый, непослушный ребенок.
– Ребёнок? – Элиза не верила своим ушам. Не могла поверить, что Джеймс так с ней разговаривает. Или что он взял и пригласил её личный кошмар на импровизированную предсвадебную вечеринку.
– Да, ребёнок, – Джеймс процедил сквозь зубы, глядя на неё с яростью. – Я знаю всё о твоей детской ссоре с Чарльзом – как он случайно переехал твою драгоценную собаку, и ты так и не смогла его простить. Но, честно говоря, Элиза, десять лет – это уже слишком. Не думаешь, что пора забыть старые обиды?
Бак, раздавленный огромными уродливыми колёсами… Чарльз смеется, пока тащит меня по лужайке… толкает меня… причиняет боль…
Воспоминания хлынули потоком, как она и ожидала, когда барьер был сломлен. Но вместо того чтобы убежать от ужаса или попытаться снова его похоронить, Элиза каким-то образом нашла в себе силы встретиться с ним лицом к лицу. «То, что случилось, – часть меня», – подумала она, чувствуя тошноту, но оставаясь твёрдой в своём решении. – Меррик знал об этом и всё равно любил меня. Это не делает меня хуже, не делает меня плохим человеком».
– Джеймс, – сказала она, глядя своему жениху прямо в глаза. – Я не девственница.
– Что? – Он нахмурился, явно сбитый с толку. – О чём ты говоришь? Я проверил твоё прошлое – тщательно проверил – прежде чем сделать предложение. Разве что ты и этот огромный уродливый Киндред…
– Не говори так о Меррике, – огрызнулась Элиза. – И вообще, он не причина того, что я не девственница. Это Чарльз.
– Что? – Джеймс непонимающе посмотрел на неё. – Ты хочешь сказать, что у тебя был роман со своим отчимом?
– Нет, Джеймс, – спокойно ответила она. – Я пытаюсь сказать тебе, что он изнасиловал меня. Много раз. Вот почему, когда я уехала в колледж, то больше никогда не возвращалась домой. Именно поэтому я вычеркнула свою собственную мать из своей жизни, потому что она не поверила мне.
– Ну, я имею в виду… – Джеймс прокашлялся. – Дорогая, ты должна признать, это довольно сложно принять.
Элиза не могла поверить своим ушам.
– Что? Ты серьёзно говоришь, что не веришь мне? Ты думаешь, я буду лгать о таком?
– Не то чтобы лгать, – Джеймс неловко заёрзал. – Но, знаешь, Чарльз рассказывал мне, каким ты была изобретательной ребёнком. Может, ты была так расстроена из-за своей собаки, что придумала что-то, чтобы объяснить, почему тебе было так плохо?
– Придумала что-то в своей голове? – Гнев Элизы быстро нарастал, но она постаралась сохранить спокойствие.
– Вы с Чарльзом, кажется, вдруг стали очень близки, – сказала она ровным голосом. – Не хочешь рассказать, почему он так много делится с тобой личной информацией?
– Ну, честно говоря, мы давно общаемся – я наводил справки о его компании, когда проверял твоё прошлое, дорогая. Я связался с ним, и мы, как говорится, поладили. – Джеймс говорил так, будто в том, что он тайно дружит с её ужасным отчимом, нет ничего особенного.
– Это правда? – голос Элизы звучал сдавленно, но Джеймс, казалось, этого не замечал.
– Да, это правда. – Он кивнул. – Я хотел узнать о тебе побольше, прежде чем брать на себя какие-либо обязательства, и Чарльз любезно поделился со мной информацией. Он рассказал, что между вами была напряженность и что он очень хотел снова стать частью твоей жизни.
– Частью моей жизни? – Элиза вздрогнула, почувствовав отвращение при мысли о каких бы то ни было отношениях с Чарльзом, но Джеймс этого не заметил.
– Конечно, – продолжил он. – Чарльз ужасно переживает из-за твоей собаки – бедняга так и не смог себя простить. Он очень хочет познакомиться с тобой как со взрослой и подумал, что теперь, когда ты «выросла из подросткового возраста и превратилась в очаровательную юную леди», как он выразился, это стало возможным.
– Превратилась в очаровательную юную леди? О чем ты, черт возьми, говоришь? Откуда Чарльз мог знать, как я выгляжу, до того, как увидел меня сегодня? – возмутилась Элиза.
От дурного предчувствия у нее зашевелились волоски на затылке. Неужели Джеймс шпионил за ней по просьбе отчима? Боже, пожалуйста, нет…
– Да потому что я посылал ему твои фотографии – по его просьбе, конечно. – Джеймс просиял, как будто сделал ей одолжение. – Просто небольшие повседневные снимки, ну, знаешь, которые я делаю на телефон. Ему они нравятся – он говорит, что с ними чувствует себя намного ближе к тебе.
У Элизы скрутило живот, и на мгновение ей показалось, что ее сейчас вырвет. Она с трудом подавила это желание.
– И тебе это не показалось странным? – возмутилась она. – Что мой отчим, с которым я не общалась больше десяти лет, попросил тебя прислать ему мои фотографии?
– Дорогая, прошу тебя! – рассмеялся Джеймс. – Ты ведешь себя так, будто он одержим тобой, хотя на самом деле просто хочет восстановить отношения.
– Я так не думаю, – резко ответила Элиза. – Послушай, Джеймс, я уже достаточно наслушалась. Хотела найти способ сказать это помягче, но не могу – свадьба отменяется.
– Что? – Он выглядел по-настоящему потрясённым. – Что ты имеешь в виду?
– Именно то, что сказала, – повторила Элиза. – Мне жаль, но я больше не чувствую к тебе того же. Особенно после того, как узнала о твоей тайной связи с Чарльзом за моей спиной.
– За твоей спиной? Дорогая, я пытался восстановить мир в твоей семье, – Джеймс посмотрел на неё с упрёком. – И я рассчитывал, что ты будешь благодарна.
Элиза подняла бровь.
– Благодарна за то, что ты шпионил за мной и отправлял фотографии человека, который изнасиловал меня? Серьёзно, Джеймс?
Он гневно посмотрел на неё.
– Пожалуйста, прекрати бросаться такими ужасными обвинениями!
– Они могут быть ужасными, но они правдивы. – Элиза вздёрнула подбородок. – Я долго убегала от правды. Пока меня не было, Меррик помог мне взглянуть ей в лицо. Я не собираюсь больше убегать и не собираюсь притворяться, что этого не было, только чтобы угодить тебе.
Его лицо потемнело.
– Всё сводится к этому ублюдку Киндреду, не так ли? Почему бы тебе просто не признать, Элиза – у тебя какие-то извращённые чувства к этому здоровенному дикарю.
– Я любила его всем сердцем. – Элиза почувствовала, как её сердце может разбиться на тысячу осколков от этих слов, но каким-то образом удержалась. – И знаешь, почему я любила его, Джеймс? Потому что он заботился обо мне. Заботился настолько, чтобы задавать сложные вопросы о моём прошлом и верить в ответы, какими бы ужасными они ни были.
– Но ты не можешь отменить свадьбу сейчас! – протестовал Джеймс, игнорируя её слова о Меррике. – Если ты это сделаешь…
– Если я это сделаю, что? – потребовала Элиза. – Давай, скажи мне, что поставлено на карту, кроме твоей гордости, Джеймс.
Он гневно посмотрел на неё.
– Если ты это сделаешь, слияние между моей компанией и компанией твоего отчима провалится.
– Что? – Элиза повысила голос. – О чём ты говоришь?
– Тише! – прошипел он. – Я говорю о том, что Чарльз неоднократно повторял мне, что не может доверить свою компанию никому, кроме человека, который заботится о его маленькой девочке. Так что, как только мы поженимся, слияние состоится. Все документы готовы – они ждут только подписей.
– Я не его маленькая девочка, – произнесла Элиза тихим, дрожащим голосом. – Но спасибо за объяснение – теперь я понимаю.
– Я так рад это слышать, дорогая, – Джеймс улыбнулся ей, явно неправильно поняв её слова. С нежной улыбкой он взял обе её руки в свои и поцеловал их. – Теперь ты видишь, что Чарльз и я оба заботимся о твоих интересах. И он не такой уж плохой парень – знаешь, он даже купил нам дом рядом со своим, чтобы мы могли проводить много времени вместе после свадьбы. Не правда ли, это мило с его стороны? – Он рассмеялся. – Думаю, это будет очень удобно, когда дети захотят проводить время со своими бабушкой и дедушкой.
Множество образов пронеслось в голове Элизы. Её заставляли жить рядом с ужасным домом, где Чарльз надругался над ней. Её преследовали призраки прошлой травмы каждый день, особенно когда он и её мать приходили в гости, как они определённо будут делать. Но хуже всего было то, что она подвергнет своих детей опасности, придется беспокоиться за их безопасность каждую минуту, зная, что Чарльз находится достаточно близко, чтобы причинить им вред так же, как он поступил с ней…
Наконец её желудок взбунтовался – на этот раз она не смогла сдержать волну тошноты, которая накатила на неё. Отдёрнув руки от Джеймса, она побежала к раковине как раз вовремя, чтобы её вырвало.
К счастью, в ней было мало чего, что могло выйти наружу – она почти ничего не ела с тех пор, как вернулась на материнский корабль, несмотря на уговоры Оливии. Тем не менее во рту остался кислый привкус, и её тошнило каждый раз, когда она снова думала о «жилищных условиях», которые Джеймс и Чарльз запланировали для неё.
Наконец приступ рвоты прекратился. Нащупав кран с холодной водой, Элиза прополоскала рот. Затем плеснула себе в лицо пригоршню воды для верности. Боже, ей нужно было взять себя в руки! Она вытерла лицо бумажным полотенцем и глубоко вздохнула.
– Дорогая? – Джеймс положил руку ей на плечо. – Ты в порядке?
– Нет, – Элиза оттолкнула его руку и повернулась к нему лицом. – Я не в порядке и не буду, пока не уберусь подальше от тебя.
Джеймс выглядел озадаченным.
– Я? Но что… почему…
– Ты до сих пор не понял, Джеймс? – Она скрестила руки на груди и уставилась на него. – Когда-то я думала, что люблю тебя. И даже когда решила отменить свадьбу, мне было жаль тебя. Но больше нет. Ты такой же, как моя мать – Чарльз давно купил и оплатил тебя, и с тех пор ты у него в заднем кармане.
– Что… что ты говоришь? – пролепетал Джеймс.
– Ты слышал меня, – Элиза оттолкнула его руку. – Я знаю, сколько стоит компания Чарльза. Слияние с ней более чем удвоит твоё состояние. И это единственное, что тебя волнует. – Она указала на него дрожащим пальцем. – Но я не собираюсь продавать свою душу только ради того, чтобы твоё имя оказалось в списке «Форчун 500». Я ухожу и больше никогда не хочу тебя видеть.
