Текст книги "Лучник (СИ)"

Автор книги: Екатерина Попова

Соавторы: Александра Берк
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 29 страниц)

Глава 4 Домашние хлопоты

Они оказались недалеко от ворот Крепости, в небольшой роще, почти вплотную подходящей к Стене. Эран, уже собравшийся закрыть портал, вдруг словно о чём-то вспомнив, нырнул в искрящийся провал снова и вернулся почти сразу, ведя за собой обеих лошадей. Потрёпанный дорожный плащ сменил другой. Дорогой, с меховым подбоем и изумрудной застёжкой. Так же он протянул застывшему в изумлении парню сумку, в которой была новая одежда, куда больше подходящая ученику чародея. Серебряная с изумрудом застёжка плаща здесь тоже была. Чуть меньше и с немного другим узором. Видимо, отличия рисунка символизировали статус ученичества.

– Раз уж здесь так важны условности, будем следовать им в полной мере, – со смехом заметил эльф.

Причёска Эрана едва уловимо изменилась, ещё тщательнее скрывая кончики его ушей.

– Готов попрощаться с родителями, как полагается?

Ниари растерянно комкал в руках сумку и явно не знал, куда деть глаза и стремительно краснеющие уши.

– Зачем?.. – беспомощно пробормотал он, глядя на спутника почти с испугом. – Мастер, я не могу! Я ведь наверняка нарвусь на что-нибудь снова – это неправильно, что даже о моей одежде заботишься ты! Мне даже расплатиться нечем…

– За деревом, – негромко проворчал эльф, – с муравьями…

А потом ответил уже в голос.

– Я твой наставник и я тебе говорю: переодевайся, садись на коня и поехали в крепость. Вопросы есть?

Ниари с громким клацаньем захлопнул открытый для очередного возражения рот.

– Нет, – почти беззвучно откликнулся он. И покраснел, кажется, ещё сильнее. Хотя казалось бы, куда уж больше? – Прости, мастер.

А затем, деревянно развернувшись, кинулся в ближайшие кусты. Затрещали потревоженные ветки, с воплем взлетела какая-то испуганная пичуга. Раздалось тихое, почти детское «ой» и болезненное шипение. И треск наконец сменился шелестом одежды.

Эльф картинно закатил глаза и плюхнулся прямо на траву.

– Ну что?! – негромко вопросил он у взирающего с ветки ястреба. – Пусть скажет спасибо, что я не, брат, он бы его за шкирку домой притащил как есть, безо всякого политеса…

***

Четверть лучины спустя Ниари вышел из кустов, полностью одетый, застёгнутый на все крючки и завязки, коих было немало, собранный и старательно-спокойный.

– Я готов, – лаконично сообщил он, на миг останавливаясь напротив Эрана и намечая головой что-то среднее между кивком и коротким поклоном. И молча, уже почти легко, запрыгнул на спину коня.

Эльф не менее картинно закатил глаза (к счастью, парень этого не видел), и запрыгнул на свою лошадь.

– Я тебе не враг, помнишь?

А вот это проняло. Ниари дёрнулся, как от удара хлыстом, и с изумлением оглянулся. Чуть не сверзившись при этом с недовольно всхрапнувшего коня.

– Что? Я не… – он буквально задохнулся, – Мастер, я не считаю тебя…

Он умолк, от полноты чувств растеряв все слова. Беспомощно опустил руки.

– Да что я не так сделал-то? – почти с отчаянием выдохнул он почти беззвучно, глядя на Эрана чуть ли не с обидой.

Подавив вздох, Эран подвёл своего коня, чтобы встать рядом. Придётся разжёвывать всё как младенцу…

– Я не бросаю тебя в пыточную камеру и не отпущу одного. Мы поедем в крепость вместе, и если что-то пойдёт не так, я тебе помогу.

В голосе эльфа звучала чуть озорная улыбка.

– Я знаю! – почти испуганно воскликнул Ниари. Потом, судя по всему, оценил собственный тон и поведение пару мгновений назад, и на лице появилось виноватое выражение.

– Эран, – растерянно протянул он, – Я же не имел в виду… Прости, тебе столько лишних хлопот из-за меня! Не произойдёт ничего, наверное. Я не преступник, и мне не запрещено возвращаться. Просто…

Он запнулся и, сглотнул, закончил через силу:

– Просто лишь сейчас понял, что с моим уходом беды могли не закончится. Страшно, что не застану родителей живыми.

– Я понимаю, – эльф чуть кивнул. – Когда-то, очень давно, я был в очень похожей ситуации.

Ниари зябко передёрнул плечами. На какое-то мгновение казалось, что он задаст буквально напрашивающийся вопрос.

Несколько вдохов спустя Ниари отвёл взгляд, стиснул зубы – и, выпрямившись, легонько толкнул пятками бока коня, посылая его в рысь.

Эльф несколько мгновений смотрел ему в спину, а затем тронулся следом.

***

Караульные на воротах косились на двоих путников, идущих со стороны дикого Приграничья, довольно подозрительно, но никаких попыток остановить не сделали. Лишь окинули каждого пристальным взглядом, особо уделив внимание саадаку за плечом Ниари, откуда, будоража любопытство, высовывались рога сразу двух луков. Причём один из них был таков, что у воинов, отлично разбирающихся в оружии, загорелись глаза, а на лицах появилось совершенно одинаковое выражение удивления с завистью пополам. «Повезло беспутнику, и где только взял» – буквально читалось в их взглядах.

– Ты бы ещё через год вернулся, – хмуро бросил в спину Ниари тот, что постарше, когда двое всадников уже проехали ворота. – Носило где-то, лучше бы родителей досмотрел, наследничек…

Ниари оглянулся, как ужаленный. Мгновение смотрел на него широко распахнутыми глазами, словно не желая верить, а лицо стремительно бледнело, теряя все краски. Потом дико вскрикнул и, пригнувшись к самой гриве, толчком послал коня в галоп. Грохот копыт гулко раскатился по закованному в камень «коридору смерти», мгновенно заполнив всё узкое пространство. Караульные на внутренних воротах заполошно схватились было за копья. Потом разглядели лицо всадника, выражение на этом лице – и, махнув рукой, отступили в сторону.

Эльф же окинул караульного ядовито-насмешливым взглядом, от которого можно было подавиться, и лишь затем спокойно тронул коня вперёд.

В узкой двери в стене древней, вросшей в землю башни они, однако, добрались одновременно. Ниари о спутнике вспомнил, лишь когда спрыгнул с коня, со всех ног бросаясь вверх по ступеням. Оглянулся – белая кожа, тёмные круги глаз, трясущиеся губы. Ударил кулаком о неприметный выступ на стене, открывая тёмный проём входа. И, явно не в силах что-то говорить, нервно кивнул на уходящую вверх узкую лестницу.

Миг – и он исчез в темноте.

Эран усмехнулся, щёлкнул пальцами, зажигая «светлячок», развеивающий любую тьму, и пошёл следом.

Первый обитатель особняка появился спустя половину пролёта. Седой, как лунь, старик, но с великолепной воинской выправкой, от которой давешние караульные на воротах позеленели бы от стыда и зависти. Шёл он навстречу гостю быстро и явно целенаправленно, и при виде магического огонька лишь вскинул брови, больше ничем не продемонстрировав своего удивления.

– Господин маг, – коротко, уважительно поклонился… судя по всему, слуга, – Прошу проходить, и простите за неподобающий приём. Желаете отдохнуть или проводить к вас к молодому господину?

– К молодому господину будет предпочтительнее, – со светской невозмутимостью отозвался эльф

На лице старика отразилось что-то, похожее на неодобрение. Судя по всему, он рассчитывал на другой ответ.

– Молодой господин, – до хруста выпрямившись, с достоинством сообщил он, – Чуть не сбил меня с ног, сообщив на бегу, что я должен встретить его учителя и проводить, куда он пожелает. И сам он сейчас находится совершенно не там, где должен быть.

Нахмурился и добавил уже по-простому, с тяжёлым вздохом:

– Хотя я могу его понять. Госпожа очень плоха, молодой господин сейчас с ней. Боюсь, все посторонние, даже отец этого недоразумения, будут там в этот момент лишними. Если вы и впрямь его учитель, мастер, я хотел бы попросить вас сразу пройти к господину Третьему Стражу. Он будет рад узнать, что этого бестолкового мальчишку кто-то всё-таки согласился взять под крыло. Все правила этикета, которые можно было, он уже нарушил – не думаю, что ещё одно нарушение будет иметь значение.

– Что ж, полагаю, это действительно лучший вариант в сложившейся ситуации, – Эльф кивнул, щелчком убирая лишний свет. – С молодым господином я… поговорю чуть позже.

Слово «поговорю» он едва уловимо выделил.

Старик слегка изменился в лице. Похоже, правильно понял заложенный в интонацию подтекст, и уже заранее сочувствовал «молодому господину».

***

Третий Страж, а если по-простому, военачальник третьего сектора гарнизона крепости, обнаружился в своём кабинете, на третьем ярусе донжона. В ответ на короткий стук в дверь оттуда сперва раздался раздражённый рык «все вон!», а когда старый слуга, тяжело вздохнув, толкнул створку, первым входя внутрь – грохот брошенного на стол тяжёлого предмета.

– Хаймир, я приказал не беспокоить меня, – с гневом процедил из-за сплошь скрытого под огромной картой стола пожилой воин. Коренастый, почти полностью седой, он выглядел даже старше своих лет, которых было немало. – Что в моём приказе было тебе…

Потом увидел гостя и резко умолк. Лишь послал слуге многообещающий взгляд – который благовоспитанного старика, впрочем, ничуть не смутил. А Третий Страж бросил короткий взгляд в стоящую на столе янтарную шкатулку и, досадливо поджав губы, встал из-за стола.

– Хорошо, – сухо бросил он, и кивнул Эрану. – Вы не вовремя, господин маг, но раз вы уже здесь, будьте добры поведать, что привело вас в мой дом в такой неурочный миг. Прошу вас быть кратким. Присаживайтесь.

Ещё один взгляд на шкатулку, которая, по всему видно, служила в качестве индикатора магии. И короткий приказ в сторону старого слуги:

– Вино, обед для гостя.

– Я всего лишь сопровождаю своего ученика, приехавшего проститься с родителями перед долгой дорогой, – вошедшего ни грозный вид, ни осведомлённость хозяина кабинета кажется, вовсе не смутили. Он встал чуть в стороне, заложив руки за спину. – И раз уж так сложилось, решил засвидетельствовать своё почтение.

Лёгкий, едва уловимый наклон головы, полный достоинства и уважения одновременно.

Третий Страж нахмурился.

– Ученика? – на его лице на мгновение отразилось недоумение и напряжённая работа мысли. Потом он, должно быть, что-то сопоставил и просветлел, – Так это вы – наставник Лийры из столицы? Девочка все уши прожужжала про мастера-ювелира, обратившего на неё внимание. Рад знакомству, господин Адинвер! Прошу вас, садитесь, вино сейчас принесут.

И, не делая ни малейшей паузы между словами, стремительно подтянул к себе подставку с чернильницей и стопкой пергамента. Отчеканил вежливо, но решительно:

– Рискну прослыть неучтивым, но длительным разговором почтить вас не смогу, поэтому давайте покончим с формальностями как можно быстрее. Печать у вас, разумеется, с собой?

Тонкая эльфийская бровь изящно изогнулась.

– Боюсь, произошло небольшое недоразумение. Я сопровождаю не ученицу, а ученика. Насколько я понимаю, вашего сына? – на этот раз, в голосе лёгкие вопросительные нотки и ещё менее уловимая улыбка.

Лицо воина погасло, словно кто-то задул свечу.

– Вы что-то путаете, господин маг, – суховато откликнулся он. – Мой сын…

Он запнулся. В глазах мелькнула горькая тень. Болезненно поморщившись, Третий Страж с усилием втянул воздух сквозь зубы и произнёс прежним уважительным тоном:

– Должно быть, вы ошиблись Башней. Я бы знал, если бы мой сын достиг на Пути совершенства, достаточного, чтобы привлечь внимание владеющих Силой.

– Путь порой оказывается длиннее, чем кажется на первый взгляд, – невозмутимо ответил маг. – Но это не делает его неверным. Вам ли не знать.

Воин медленно опустил ладонь на стол. Взгляд его вдруг стал острым, недоверчивым. Он неосознанно стиснул кулак, словно внезапно что-то взволновало его.

– Да, – медленно ответил он, не отводя взгляда от лица гостя, – Нередко случается и так. Означает ли это, что господин маг взял на себя риск принять в ученики Лишённого Судьбы, что называет своим домом Сапфировую Башню Третьей Стражи?

И напряжённо замер, с отчётливой тревогой и почти физически ощущающейся надеждой глядя на Эрана.

– Лишённого судьбы? – снова усмешка, – Отнюдь. Его судьба привела его ко мне. Но, если вам угодна такая формулировка, то да, означает именно это.

Воин шумно выдохнул. И вдруг словно обмяк, без сил откинувшись на высокую спинку кресла и тяжело прикрыв глаза. А миг спустя вдруг порывисто вскочил, словно ему было лет двадцать, самое большее, в два шага обошёл стол и…

Глубоко, как младший старшему, поклонился.

– Благодарю вас, мастер, – с искренним облегчением произнёс он. – Моя семья у вас в долгу.

– Примите совет, – в этот раз в голосе не было ни тени улыбки. – Не обещайте долг магу – он может взять гораздо больше, чем вы сможете заплатить. Я так не поступлю, не тревожьтесь. До рассвета мы останемся здесь. Сможете пообщаться с сыном, дать ему все напутствия, что сочтёте нужным. И, разумеется, он будет возвращаться время от времени. А через три зимы, когда обучение закончится, будет волен поступать, как сам пожелает.

Третий Страж выпрямился. Взглянул на мага с искренним интересом и тут же прищурился, обдумывая его слова.

– Интересно. Я не слышал прежде подобных советов ни от кого от ваших собратьев. В любом случае, я не отказываюсь от своих слов, и если в моих силах или в силах моей семьи будет оказать вам любую помощь, когда бы она вам не понадобилась – обещаю, что вы её получите.

И тут же перевёл тему:

– Остаётесь только до рассвета? Жаль. В любом случае, Третья Башня в полном вашем распоряжении. Я прикажу, чтобы для вас приготовили покои рядом с комнатой сына. А сейчас, если у вас нет других планов, могу я попросить вас спуститься вместе со мной к жене? Уверен, Таи… Ниари уже там.

– Других планов нет, – лёгкий кивок, – так что я следую за вами. Как понимаю, ваша супруга не здорова?

Пожилой воин потемнел лицом.

– Да, если это можно назвать так. Совсем недавно мы потеряли обоих внуков. Она не перенесла очередного горя. Надеюсь, хотя бы возвращение сына вернёт ей волю к жизни…

– Сочувствую. – Эран чуть склонил голову. – Могу ли я спросить, что произошло?

Третий Страж покосился на него.

– Тени, – лаконично откликнулся он.

– Здесь? – маг был, пожалуй что, удивлён, пусть и на долю мгновения.

– И здесь тоже, – горько поморщился Третий Страж, – Последние луны особенно много, даже вплотную к Стене… Проклятые твари! Не выглядят опасными, и это губит самоуверенную молодёжь. Не животные, не люди, тела не имеют, да и видны лишь в тумане и сумерках…. Тилле с Илларом, как потом выяснилось, давно бредили мыслью поймать эту мерзость. Их видели входящими в лес…

Он тяжело прикрыл глаза и закончил с явным усилием, голосом, в которым мрачное принятие неизбежного мешалось с тщательно скрываемым страданием:

– Зять ещё на что-то надеется, но всем ведь ясно… Два дня – это самый долгий срок, что маленькие дети могут выжить в лесу в такую погоду. Тем более – когда там эти твари…

Эран на миг нахмурился, потом быстрым шагом подошёл к столу, на котором лежала карта. На миг коснулся её пальцами.

– Талла Хешшш… – тихий шёпот и рисунок на бумаге стремительно изменился. Один короткий взгляд – и эльф почти бегом направился к двери. – Отведите меня в покои своей жены, быстрее…

Страж с недоумением взглянул на него. А потом, увидев, должно быть, что-то в его глазах, бросился к соседней с входом стене. Несколько быстрых движений – и он стремительно распахнул неприметную дверь, приглашающе махнул рукой и первым бросился по лестнице вниз.

– Здесь быстрее, – крикнул он эльфу. – Идите за мной, господин маг!

***

Комната – большая, светлая, насквозь пронизанная падающими сквозь витражное стекло лучами, плохо походила на покои умирающей. Да и темноволосая женщина средних лет, полусидящая в широкой кровати, слабо напоминала человека, готовящегося начать последнее в своей жизни путешествие. Бледная, измученная, с глубокими чёрными тенями под глазами, она казалась одновременно и истерзанной неким невыносимым горем, и счастливой. На бледных её щеках играл лихорадочный румянец, а из закрытых глаз беззвучно, безостановочно текли слёзы.

Ниари сидел на коленях рядом с кроватью, уткнувшись лицом в колени матери. Плечи его едва заметно вздрагивали. Сухая ладонь женщины ласково гладила его по голове, и оба выглядели потерянными и опустошёнными неожиданной радостью.

На звук открывшийся двери Ниари встрепенулся и вскинул голову, оборачиваясь. Отец ворвался первым – встревоженный, задыхающийся – то ли от быстрого шага, то ли от волнения. Запнулся на пороге, во все глаза глядя на сына, словно не веря своим глазам. Ниари встрепенулся и поспешно вскочил на ноги, стремительно бледнея. Взгляд его, полный раскаяния и почти испуга, метнулся с одного вошедшего на другого. Он покаянно склонил голову и шагнул вперёд, навстречу отцу и учителю…

А миг спустя полетел на пол, сбитый с ног увесистой оплеухой.

– Паршивец, – сквозь зубы процедил Третий Страж, явно давно отработанным жестом ухватывая сына за ухо и выкручивая его так, что мальчишка судорожно вздохнул и до крови прикусил губу. – Явился-таки! Где тебя носило, целый год, где, я тебя спрашиваю? Мать чуть с ума не сошла! Я половину гарнизона с караула сорвал, тебя разыскивая!

– Налле! – с укоризной вскрикнула его жена, приподнимаясь на постели. Страж, казалось, не услышал.

– Не сейчас, – спокойный голос мага словно разрезал воздух. – Вы в своём доме и в своём праве, но – не сейчас.

Короткий взгляд на ученика.

– Ты мне нужен. Вытащи лук. Так, чтобы на него падало солнце. Быстро!

Ниари, скосив на него глаза, болезненно скривился и, прошептав сдавленно что-то вроде «прости-я-виноват-мне-очень-жаль», неловко вывернулся из разжавшейся руки отца. Поспешно вскочил на ноги, одним движением выхватывая из саадака белый лук и вскидывая его вверх, под несколько самых ярких золотых лучей.

Серебро словно вспыхнуло пламенем. Раскаляясь, наливаясь светом и снова тускнея. Никто не заметил, как губы мага беззвучно шевелились в этот миг.

– Оставь колчан, с собой возьми только лук. Идём, по дороге всё объясню.

Он повернулся к замершим в изумлении людям.

– Мы вернёмся через полторы-две свечи. Никого за нами не посылать, прекратить все поиски, только погубите людей. К нашему приходу хорошо бы иметь горячий шоколад. Хотите спорить – поспорим, когда мы вернёмся.

С этими словами он быстро направился к двери.

Ниари, после его слов замерший на миг в полной растерянности, беспомощно оглянулся на родителей и, рывком сдёрнув через голову колчан со стрелами, бросился вслед за учителем.

Эран даже не обернулся, словно зная, что парень всё равно следует за ним.

– Теперь твои стрелы – это солнечный свет и твоя воля. Света хватит до восхода, но сила стрелы зависит только от тебя. Запомнил?

Ниари взглянул в его спину таким диким взглядом, словно ему сообщили, что вместо ног у него пара крыльев, и теперь ему нужно не ходить, а летать. Впрочем, примерно так дело и обстояло.

Он с присвистом выдохнул сквозь стиснутые, чтобы скрыть нервную дрожь, зубы и, сглотнув, молча кивнул.

– Можешь попробовать, чтобы привыкнуть. – Он остановился и обернулся. – Не спросишь зачем?

Мальчишка едва успел затормозить, чтобы не врезаться в него. Перевёл дыхание, нервно мотнул головой – то ли отвечал на вопрос, то ли просто пытался хоть как-то уложить в голове происходящее.

– В-всё равно глупость сп-прошу, – пробормотал он, от волнения начиная заикаться; губы у него тряслись. – Если говоришь, что так м-можно, значит, буду пытаться.

Стиснув лук, бросил напряжённый взгляд на пробивающиеся сквозь окна коридора лучи уже перевалившего за полдень солнца. И вдруг вскрикнул, с отчаянием и почти паникой:

– Во что стрелять хоть?!

Эран улыбнулся.

– Запомни, ты мой ученик, а не слуга и не раб. Слушаться наставника и бездумно подчиняться – разные вещи. Лучше задай сто глупых вопросов, чем упусти один умный. А в кого стрелять… А кого можно напугать и прогнать солнечным светом?

Ниари нахмурился. Едва заметно покраснел, запоздало сообразив, что опять сморозил глупость. Но вместо того, чтобы извиняться, прикусил губу и напряжённо задумался.

– В… нежить? В мороков?

– Близко, – с лёгким кивком. – Сегодня наша цель – «тени».

Мальчишка непонимающе нахмурился.

– Обычные тени? – с оттенком разочарования и растерянности протянул он. Судя по экстремальности приказов, он ожидал охоты как минимум на вурдалачьего короля. Потом лицо его вдруг вытянулось, а с лица схлынули последние остатки красок.

– Подожди, – без голоса выдохнул он, вцепившись в лук так, что пальцы скрипнули по гладкой древесине. – Те самые тени? Здесь?! Так они действительно существуют?!

– Ну, как ты, наверное, уже догадался, многие легенды не то что бы легенды, – Эран усмехнулся. – Хотя в нашем случае это скорее «яблоки».

Видя непонимание в глазах мальчишки, он спокойно спросил:

– Помнишь медведя, что мы встретили в лесу?

Ниари молча кивнул.

– Ты когда-нибудь ел запечённые яблоки? Те, в которых вынимают середину и заполняют кожуру чем-то другим? Представь, что медведь – это такое вот яблоко. А его сознание, душа, разум – не нужная повару середина. Он её просто выбросил. Прямо там, где его «разделал». И эта самая «мякоть», разумная и жаждущая обратно под «кожуру», ищет её, а если не её, то хотя бы то, что может её заменить. А теперь представь, сколько этой «мякоти» за три луны накопилось. Самой разной. Но вся она ищет новую «кожуру»

Мальчишка смотрел на него с таким видом, словно его сейчас стошнит.

– Они… эти… тени… – задыхаясь от омерзения и ужаса, прошептал он, – Они нападают на людей, чтобы вернуть себе тело?!!

– Они плохо соображают, что делают. Не понимают где они и что происходит. И многим из них ещё и страшно. Эмоции «повару» тоже не нужны.

Ниари тяжело прикрыл глаза, и его шатнуло. Представил, судя по всему – а воображение у мальчишки было живое.

– Их нельзя убивать, – вдруг тихо, с пугающей решимостью проговорил он. И взглянул прямо в глаза эльфа. – Что будет с ними, если я в них выстрелю?

– Я уже говорил тебе, я не убийца. И тебя убийцей не сделаю. Они ослабеют, уменьшатся, и это позволит мне поймать их в своеобразную «клетку». До тех пор, пока не появится способ и возможность вернуть их обратно. Тех, кого мы сможем вернуть. Кого будет куда возвращать.

– Прости… – Ниари виновато опустил глаза. Вспомнил. И ведь совсем недавно, казалось бы, был тот разговор, а вот поди ж ты – успел замылиться в памяти, скрыться под ворохом нахватанных с детства стереотипов и страхов. Мгновение неловкости – и он встряхнулся, как собака, решительно выпрямился, по-боевому перехватывая лук. – Тогда мне, наверное, и впрямь нужно попробовать уже сейчас? Стрелять?

– Только не в доме. Боюсь твои родители и так слишком… Под впечатлением, – усмехнулся эльф. – Но само решение очень разумно. Идём.

Он снова направился к выходу.

– И не волнуйся, когда мы закончим – вернёмся сюда, и эту ночь ты проведёшь дома. А потом попрощаешься по всем правилам и движениям души.

Мальчишка быстро оглянулся на покои матери и, с явным облегчением выдохнув, заторопился следом. Сам он не решился бы даже спрашивать, вернутся ли они ещё к его родителям, помня о том, как мало у них времени. Но мимолётное обещание наставника явно сняло с его души огромный камень.

***

Как только они свернули в основной коридор, Ниари ненавязчиво обогнал Эрана и поспешно указал на одну из арок.

– Мы можем пройти во внутренний двор. Там есть стрельбище, и выйти можно сразу к лесу, не через город. Только вернуться этим же путём потом не получится, у меня нет амулета входа.

– Веди. С обратным путём разберёмся на обратном пути, – кивнул Эран.

И Ниари, с готовностью распахнув двери, первым нырнул в прохладу затемнённого коридора, показывая путь. Заблудиться здесь, пожалуй, и впрямь было несложно. От основного перехода отходили ещё несколько дверей и коридоров: замок, со стороны города выглядящий, как средней зажиточности поместье, на деле представлял собой огромную крепость, пронизывающую собой землю на десятки футов и соединённую с остальными башнями, составляющими внутренний периметр обороны Стены.

На стрельбище, на удивление, оказалось пусто. Время Змеи в любой из Крепостей империи – самое суматошное и напряжённое время: полуденный караул уступает пост сумеречному, спешат доделать дневные дела замешкавшиеся ремесленники, ученики и подмастерья старательно тренируются, чтобы не ударить в грязь лицом на вечерней поверке. Сегодня же…

Ниари с явной растерянностью оглядел пустой двор, удивлённый отсутствием как упражняющихся в стрельбе воинов, так и вездесущих мальчишек, на его памяти вечно путающихся под ногами у взрослых. Но времени было в обрез, и он, не озвучивая своего недоумения, поспешно двинулся к ближайшей площадке, где в установленной на треноге мишени уже торчало несколько стрел.

Стал в привычную позу, глубоко вздохнул, находя глазами цель.

И заколебался. Нахмурился, неуверенно поднимая лук, медленно, словно через силу, оттянул пустую тетиву…

Вид у него с каждым мигом был всё более беспомощным и несчастным.

– Эран, – заметно дрогнувшим голосом окликнул он эльфа, – Ты сказал – солнечный свет и воля. Значит… Значит, стрелу я должен просто представить? Выстрелить, как будто она есть, но…

Он запнулся и договорил совсем растеряно:

– Но вместо стрелы – свет?

– Всё верно. И чем больше ты натягиваешь тетиву, тем больше свет будет похож на стрелу. А вот сколько их будет и какой силы, ты должен решить сам. Так же, как при выборе стрел из колчана.

Ниари с силой закусил и так уже изгрызенную сегодня губу; показалась крошечная алая капля. Он не замечал: смотрел на цель, нахмурившись и о чём-то напряжённо думая. Потом медленно, с упрямой решимостью кивнул головой и вновь вскинул лук.

На этот раз целился он долго, лишь чуть-чуть оттягивая тетиву так, словно и впрямь придерживает на ней невидимую стрелу. А когда выброшенная вперёд левая рука уже начала дрожать от напряжения, глубоко вздохнул и медленно, преодолевая огромное сопротивление не то плотного дерева, не то собственных сомнений, начал отводить локоть назад. Ещё немного. Ещё. Ещё.

Лук выгнулся, став по форме почти как половина разомкнутого кольца. Тетива замерла возле самого уха. По виску мальчишки скользнула крупная капля пота. Впрочем, мальчишкой он сейчас больше не выглядел. Ни малейшей неуверенности в движениях, ни капли сомнения в прищуренных глазах.

Капля крови, скользнув с губы вниз, повисла на подбородке. Задрожала, переливаясь рубином на солнце и никак не решаясь упасть. Ниари, не разжимая зубов, ещё чуть-чуть, рывком, оттянул тетиву – за ухо, так, что даже под одеждой стало видно, как вздулись напряжённые почти до разрыва мышцы.

Капля крови на подбородке, блеснув, раздулась до полноценного жука. И, подтолкнутая сзади новыми, более торопливыми товарками, сорвалась.

И в тот же миг, словно это стало сигналом, Ниари отпустил тетиву. Звонкий щелчок, шорох стремительно расправляющегося дерева…

Солнечная стрела яркой искрой сорвалась с тетивы. Врезалась в центр одной из мишеней, и та вспыхнула, за мгновение превратившись в горстку пепла.

– О, – Эран засмеялся. – Потише, легче. Знаешь, попробуй представить, что ты берёшь настоящую стрелу.

Ниари, не веря себе, в шоке смотрел на дотлевающие искры на месте мишени.

– Получилось… – потрясённо пробормотал он, и изумления в его голосе было куда больше, чем радости от удачного выстрела.

Потом, сообразив, что ему что-то сказали, он встряхнулся и почти с усилием вернулся в реальность.

– Что? А, настоящую?.. – нахмурился. – Хорошо, я попробую…

На этот раз он сосредотачивался чуть ли не дольше, чем в первый. Даже глаза прикрыл, полностью поглощённый созданием воображаемой стрелы. Лук свободно висел в опущенной руке. Наконец, юноша медленно, словно во сне, поднял его. Не открывая глаз, завёл руку за спину, словно нащупывая за спиной невидимый колчан. Натянул лук. Обычно, до уха, без незримой попытки пробить стрелой каменную стену.

И, открыв глаза, резко спустил тетиву.

Солнечная стрела тонкой иглой вошла в центр очередной мишени и пронзила её насквозь.

– Так-то лучше. – губы эльфа тронула улыбка. – А теперь тебе осталось понять главное. Стрела будет такой, как ты захочешь. Большой, маленькой, бронебойной, превратится сразу в десяток. Всё только вот здесь, – слегка постучав по виску. – Как и то, насколько трудно тебе создать солнечные стрелы.

Ниари, нахмурившись, несколько мгновений обдумывал его слова. Потом рвано кивнул:

– Понял.

И вопросительно взглянул на учителя.

– Наверное, нужно спешить? В лесу ведь кто-то потерялся, я правильно понимаю? – и почти взмолился, не дав Эрану даже слова вставить, – Я справлюсь, мастер!

– Знаю, что справишься, иначе не взял бы тебя с собой, – он улыбнулся, протягивая мальчишке белоснежный платок. – Идём.

Тот привычным движением сунул лук в саадак и уже на ходу послушно взял из его рук тонкую ткань. Покрутил в пальцах, непонимающе посмотрел на ткань. В спину наставнику. Снова на ткань. И, прибавив шаг, бросился догонять Эрана.

– А платок для чего?

– У тебя на губах кровь. – Не останавливаясь, ответил эльф – приведи себя в порядок. Мало ли с кем мы столкнёмся и какой вкусной она кому-то покажется…

Ниари поднял руку ко рту. Посмотрел на покрасневшие пальцы – с искренним удивлением.

А потом вдруг нервно расхохотался.

– Я думал, это какой-то артефакт, – нервно простонал он, всхлипывая от смеха и на ходу вытирая кровь тыльной стороной ладони. Потом, опомнившись, поспешно поднял платок и, поколебавшись, прижал тонкую ткань к изодранной губе. Марать белую ткань ему не слишком хотелось – как-никак, в среде Стражей для этой цели использовали тёмную материю, не привлекающую лишнего внимания, даже будучи использованной по назначению. Но идея измазать в крови одежду, в которой прямо сейчас придётся идти в лес, полный голодных потусторонних тварей, была ещё более неудачной.

– Иногда платок – это просто платок, мальчик, – с улыбкой ответил эльф.