Текст книги "Право на удачу (ЛП)"

Автор книги: Джеймин Ив

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 32 страниц)

ГЛАВА 34

ЭММИ

Я не была на заседании совета с того самого первого дня, когда меня притащили в Голден-Кло.

Было что-то знакомое в том, что я снова оказалась в окружении сильнейших альф города, только на этот раз здесь не было зрителей – если не считать ряда стульев, оставленных для ведьм с одной стороны стола, и четырех стульев с другой – для Слэйда, Келлана, Финли и меня. Место за главным столом полагалось только полноправным альфам, и нашим представителем был Хантер.

Поскольку Соренсон пропал без вести, единственными знакомыми мне альфами были Уоррик и Сиссили. Последняя принялась хмуро смотреть в мою сторону, словно одно мое присутствие портило ей жизнь.

Когда в зал вошли ведьмы, я не удивилась, увидев Джулс в компании четырех незнакомых женщин.

– Давайте начнем, – произнес альфа, встав во главе стола.

Он был одет во все белое, что контрастировало с его темной кожей. И хотя он не выглядел таким же могущественным, как Хантер или Уоррик, в его карих глазах чувствовалась неуемная энергия, которая говорила мне, что в его волке живет дикая жилка. Именно таких и стоило опасаться.

– Спасибо, Альфа Стенсон, – сказал Хантер, и я задержала взгляд на своем могущественном истинном в темно-сером костюме. – Мы ценим полное внимание совета.

Впервые я встретила Хантера в этой самой комнате, когда он едва не перепрыгнул через стол и не вжал меня в стену. В тот день вся жизнь пронеслась у меня перед глазами, и хотя я помнила тот ужас, мои сегодняшние чувства, когда я смотрела на него, были бесконечно далеки от прежних.

Моя стая была в моей жизни всего несколько коротких месяцев, во что трудно было поверить, учитывая, как много изменилось за это время. Они показали мне правду: мою маму убили не потому, что ее стая состояла из альф. Ее убили потому, что ее стая состояла из злобных ублюдков, которыми управлял еще более злобный ублюдок. Ее смерть была частью одного большого эксперимента, и осознание этой правды освободило меня. Как бы банально это ни звучало.

Однако я все еще многого не знала. Понимала ли мама с самого начала, во что ввязывается? Почему в мои ранние годы мы постоянно переезжали? Кто, черт возьми, мой отец и как он во все это впутан?

Мои размышления прервал Хантер, который поднялся на ноги.

– Теперь, когда с формальностями покончено, перейдем к делу. Мы снова здесь, чтобы обсудить угрозу моей стае. Угрозу, которую совет неделями считал нужным игнорировать или преуменьшать, что привело к тому, что нашу пару похитили у нас во второй раз. Мы были вынуждены взять дело в свои руки, и если вы снова не предпримете никаких действий, в следующий раз, когда мы это сделаем, прольется кровь.

Келлан, сидевший слева от меня, фыркнул и откинулся на спинку стула, сцепив руки на плоском животе и вытянув вперед свои огромные ноги, которыми он покачивал из стороны в сторону. Словно он наслаждался жизнью, наблюдая, как Хантер устраивает совету разнос.

– Нам прекрасно известно, что вы взяли дело в свои руки, Альфа Хантер, – протянул Альфа Стенсон. – И я не понимаю, что вы имеете в виду под «прольется кровь». С тех пор как в нашем городе появилась омега, здесь обнаружили десятки трупов. Вы даже убрали членов совета, которые стояли у вас на пути. Честно говоря, я не понимаю, почему сегодня судят не вас.

От этих слов Слэйд выпрямился, и будь я сейчас под прицелом его темного взгляда, я бы с криком выбежала из комнаты. Хантер и сам прекрасно справился, впившись в того альфу собственным взглядом, от которого остальные присутствующие опустили глаза.

Никто не мог победить Хантера в битве за доминирование. По крайней мере, никто за этим столом, а Слэйд всегда его поддержит.

– Ее имя – Омега Эммелин, – прорычал он голосом, предупреждающим всех, что его терпение уже на исходе. – Используйте ее чертов титул, как того требует ее статус в стае Ривз. И да, я буду убирать тела всех, кто нападает на мою стаю или мешает ее безопасности. Без лишних вопросов. Если вы сидите в этом совете, вы должны чувствовать то же самое по отношению к своей стае. Иначе зачем вы вообще тратите воздух, притворяясь полноправными альфами?

– Скажи им, Хант, – пробормотал Финли с другой стороны от Келлана, и я наклонилась вперед, чтобы его увидеть. Он проскользнул на собрание с опозданием, после тренировки, задержавшись из-за дополнительных обязательств перед прессой, и едва успел к началу. Несмотря на арктический холод на улице, он был одет в старую футболку «Кельтов», спортивные шорты и кроссовки с белыми носками, которые едва сдерживали его мощные икры.

Его ни за кого, кроме как за спортсмена, принять было невозможно, что вызывало беспокойство, ведь вчера вечером Келлан упомянул, что в последней игре Финли был сам не свой. Я заметила темные круги у него под глазами и понадеялась, что он не спит еще хуже, чем обычно.

Словно почувствовав мой взгляд, он перевел внимание на меня и наградил улыбкой со слабыми ямочками на щеках. Я чуть было не потянулась через Келлана, чтобы взять его за руку, но ограничилась ответной улыбкой, пока наше внимание не вернулось к собранию.

Альфы кричали, раздосадованные выговором Хантера, пока Уоррик не призвал их к порядку.

– Мы не можем больше бездействовать и позволять нападать на одного из нас. На стаю Ривз за последние два месяца дважды нападали со взрывами и похищали их омегу. В последнем похищении был замешан предатель из нашего же гребаного совета, и я начинаю верить, что среди нас их может быть больше. Мне не нравится, что вы все закрываете на это глаза, потому что это не касается напрямую ваших стай.

Сиссили выпрямилась, ее пухлые губы, красные и блестящие, изогнулись в ухмылке.

– Обычно мы обращаемся к стае Ривз, чтобы уничтожить наших врагов. Просто странно, что теперь им нужна наша помощь.

От рыка Хантера все снова потупили взоры.

– Нам не нужна ваша помощь, но вы все наложили санкции на наши действия. Вы сделали нам выговор за то, что мы охотились на наших врагов в совете и убивали тех, кто помогал Флетчеру и стае Роджерс. Нас предупредили, что мы станем врагами Совета Альф, если продолжим действовать в одиночку, что не оставляет мне иного выбора, кроме как вовлечь вас всех. – Я нахмурилась, понятия не имея, что совет вынес такие предупреждения. – Не то чтобы у кого-то из вас был хоть малейший шанс нас одолеть, но пока мы предпочитаем сохранять мир, что вынуждает нас проталкивать этот вопрос дипломатическим путем.

Оборотень-лев с густыми золотистыми волосами и окладистой золотой бородой, сидевший в конце стола, поднялся.

– Наша стая возмущена всем, через что пришлось пройти вам и вашей стае, Альфа Хантер, – начал он уважительным тоном. – Мы здесь, чтобы помочь, чем только сможем. Именно поэтому мы и организовали встречу с ведьмами.

Хантер не выглядел впечатленным этим подхалимством.

– Вы здесь, потому что до вас дошли слухи, что происходит нечто большее, чем локальная угроза моей стае. Мы – лишь часть более крупной проблемы… той, что угрожает всем городам оборотней.

Сиссили тоже встала и, взбивая волосы, огляделась по сторонам.

– Да ладно вам, ребята. Это кажется немного надуманным, что Альфа Флетчер, один из величайших новаторов и исследователей нашего времени, пытается узурпировать нынешнюю структуру стай. Во-первых, зачем ему это? А во-вторых, откуда у него возьмется сила, чтобы координировать такую гигантскую задачу во всех городах одновременно? У него нет власти, чтобы управлять десятками, а то и сотнями тысяч оборотней по всей нашей огромной стране.

Хантер впервые поднялся со своего места, и не я одна жадно следила за тем, как он хищно движется вдоль стола. Сиссили и Джулс, которая до этого молчала, не сводили глаз с альфы. По крайней мере, Сиссили не сводила, пока он не подошел к ней, не схватил за лацканы пиджака и не притянул к себе.

– А почему это звучит как заявление, которое сделал бы предатель?

Она захлебнулась воздухом, ее глаза расширились в поисках помощи, но никто не спешил вмешиваться.

– Я не предательница, – пролепетала она, цепляясь за его руки, словно у нее был шанс вырваться из его хватки. – Просто говорю разумные вещи. Твой отец – легенда.

– Легендарный ублюдок, – отрезал Хантер. – И это знает каждый, кто хоть раз с ним общался. У меня нет причин лгать, и доказательства того, что он похитил моего омегу, были предоставлены совету. Если ты хочешь прятать голову в песок, пока не превратишься в обычную бету под его контролем, с ведьмами, сидящими у тебя на шее, то это твоя воля. Но остальным из нас вполне нравится структура наших нынешних стай.

Джулс вскочила на ноги, привлекая внимание совета. Сегодня она была вся в черном, и ее светлые волосы красиво выделялись на темном фоне.

– Может, пора выслушать группу ведьм, присутствующей в этой комнате? – провозгласила она, и по моей коже пробежало покалывание энергии вместе с запахом серы, который на этот раз не был таким отталкивающим, как обычно.

Покалывание дошло до самых кончиков пальцев, напомнив мне о Техасе. Точнее, о той последней схватке с Тэлоном, когда моя сущность оборотня вырвалась наружу, и я смогла оттолкнуть дракона с непривычной силой. Странно, ведь моя волчица тогда практически не проявляла себя. Тот всплеск был очень похож на магию, которую я ощущала сегодня.

Может быть, в бункере была магия, к которой я случайно подключилась?

– Тебе слово, Джулс, – произнес Хантер, грубо усадив Сиссили в кресло.

Он разгладил рукой свой безупречный костюм и вернулся на свое место.

Другие ведьмы стояли рядом с Джулс, и все они разительно отличались друг от друга. Первая – миниатюрная рыжеволосая девушка с соблазнительными формами, одетая в джинсы и белую рубашку. Рядом с ней – статная чернокожая женщина в дорогом деловом костюме. Следующая, азиатка, была в свободном белом костюме из льна. Последняя, брюнетка, была в простом платье-футляре, но хмурое выражение ее лица говорило о том, что она предпочла бы находиться где угодно, только не здесь.

Несмотря на разную внешность, у них было кое-что общее: от них исходила мощная сила.

– Сегодня мы здесь, – начала Джулс, – чтобы представлять пять из десяти самых могущественных ковенов Америки.

– А остальные пять? – спросил один из членов совета с середины стола.

Джулс коротко переглянулась с ведьмой-азиаткой.

– Похоже, они примкнули к Флетчеру. Они хотят изменить иерархию оборотней. Такую, при которой у ведьм будет больше власти над вами, а также доступ к вашим деньгам и ресурсам. Они хотят работать бок о бок с одним верховным альфой.

Это снова вызвало хаос, поскольку альфам, обладающим властью по праву рождения, пришлось признать правдивость слов Хантера.

– Тишина! – крикнул Уоррик, вскочив на ноги. Его красивое лицо исказилось от досады. Потребовалось несколько минут, но в конце концов в зале воцарилась тишина. – Эту информацию должен знать не только наш совет. Это серьезный вопрос для всех оборотней в нашей стране.

– Мы готовы встретиться с любыми советами альф, которых вы сможете привлечь на свою сторону, – добавила Джулс. – Поскольку вам всем понадобится наша помощь. Как вы уже знаете, на стороне Флетчера Дэвенпорта могущественные ведьмы, и они, очевидно, планировали это годами. Со времен последней войны.

– Вы уже знаете, где они? – нетерпеливо спросил Хантер.

Джулс покачала головой.

– Пока что нам не удалось их отследить. Они наверняка знали, что мы будем их искать, и подготовились. Пока они не объявятся или снова не используют свою магию, их практически невозможно обнаружить.

Половина совета повернулась в своих креслах к Слэйду.

– В сети их тоже не отследить, – подтвердил он. – Хотя я сужаю область поиска.

– Спорим, дракон-предатель знает, – пробормотал мне Келлан. – Было бы намного проще, если бы он заговорил.

Тэлон уже сказал, что не поделится этой информацией, но, возможно, со временем мы его расколем.

– Это потребует совместных усилий, – предупредила всех Джулс. – Мы не можем участвовать без обязывающего магического соглашения, для которого потребуется кровь всех альф, чтобы гарантировать, что ни одна из сторон не предаст другую.

Несколько альф вскочили на ноги, и запах их звериной сущности смешался с запахом серы в воздухе. Слэйд придвинулся ко мне ближе, загораживая меня своим телом. Келлан сделал то же самое с другой стороны, а Финли поднялся, чтобы встать позади нас, прикрывая спину.

Моя стая окружила меня на случай, если этот хаос докатится и до нас, но я не волновалась.

Но тут рыжеволосая ведьма посмотрела прямо на Джулс, и, встретившись с ней взглядом, рассмеялась и кивнула.

– Вам никогда не победить! – выкрикнула она, снова повернувшись к залу. – Флетчер и наши ковены будут править всеми вами!

Она сунула руки в карманы, вытащила два флакона и так быстро подбросила их в воздух, что никто не успел ее остановить. Джулс отпрыгнула в сторону, выставив энергетический щит, но было уже слишком поздно.

Флаконы врезались в потолок, и здание содрогнулось от взрыва. Яркий свет ослепил нас, раздались крики, когда фундамент треснул. Не успела я и вздохнуть, как зал совета полностью разрушился, и потолок рухнул нам на головы.

ГЛАВА 35

КЕЛЛАН

Слэйд среагировал на долю секунды раньше остальных и накрыл собой Эмми. Я прикрыл ее с другой стороны, став живым щитом, а Финли успел обернуться медведем.

Он оглушительно взревел, используя свою тушу и силу, чтобы защитить нас от основной массы обломков.

Ведьма обрушила не всю комнату, но ослабила конструкцию достаточно, чтобы мы рисковали не выбраться отсюда, если бы промедлили.

– Мне нужно обратиться, – пророкотал Слэйд, вскакивая на ноги. С него посыпались куски гипсокартона, плитки и дерева.

– Слишком нестабильно, – крикнул я, опасаясь, что его огромный зверь обрушит остатки здания.

Пока я осматривал совет, Эмми начала отчаянно толкать меня в грудь.

– Где Хантер? – вскрикнула она, пытаясь выползти из-под нашей «альфа-кучи».

Я дернул плечами, которые ныли от ударов обломков, и поднял облако пыли. В царившем хаосе дальше пары футов перед собой ничего не было видно. Финли снова взревел, и я обернулся, увидев, как его медвежьи лапы обхватили Эмми, поднимая ее со стула. Голубизна ее широко распахнутых глаз резко контрастировала с белой пылью, покрывавшей ее кожу и волосы.

– Мы это уже недавно проходили, – задыхаясь, выдавила она, кашляя сквозь слова. – Ты не можешь просто так вытащить меня отсюда, пока наша стая в опасности.

Медведь фыркнул. Буквально фыркнул.

Если бы мы не были в полукритической ситуации, я был бы чертовски рад видеть, как к брату возвращаются его язвительность и огонь. Он пытался измениться, и по большей части к лучшему, но это был трудный путь сквозь тьму к свету.

– Крошка, ты наш главный приоритет, – напомнил я ей, глядя на потолок, где раздался очередной треск. – Хантер нас, блядь, убьет, если мы сначала не доставим тебя в безопасное место.

Мы все пригнулись от нового треска, и на этот раз на стол рухнула огромная балка, вызвав новую волну рычания и криков. Примерно в этот момент Слэйд потерял самообладание.

– Я вас обоих, блядь, убью, если вы ее отсюда не вытащите. Хантера оставьте мне.

Финли уже двинулся к выходу, и только крик Эмми заставил его замереть на месте. Мы со Слэйдом в тот же миг оказались рядом, осматривая ее на предмет травм, но, не считая дорожек от слез на пыльных щеках, она казалась невредимой.

– Я не могу потерять никого из вас, – прохрипела она голосом, в котором звучал ее волк. – Найди Хантера, но будь осторожен, Слэйд. Вы мои пары. Вы мне нужны.

Моя душа на миг покинула тело, когда Слэйд наклонился и прижался губами к ее щеке, пробуя на вкус одну из ее слезинок. Его ноздри раздулись, когда он втянул ее запах, вместе с пылью и всем остальным.

– Какое-то сраное здание нас у тебя не отнимет, – заверил он ее и исчез в этом безумии.

Финли снова рванул с места, и я последовал за ними, пока Эмми извивалась в его хватке.

– Я могу идти, – отрезала она.

Обычно запаниковавший Финли-медведь не отпустил бы ее, сколько бы она ни умоляла, но в свете его недавнего стремления загладить вину он немедленно подчинился.

Эмми привстала на цыпочки и похлопала его по мохнатой щеке.

– Хороший мальчик.

Финли фыркнул и толкнул меня, вызвав у меня приступ совершенно неуместного смеха.

– Он не понимает всего совершенства хриплого «хорошего мальчика», – сказал я ей. – Но всю его похвалу можешь адресовать мне.

Она не успела ответить – мы добрались до выхода, и я практически выволок ее наружу вместе с толпой других спасающихся оборотней. Когда мы отошли подальше на открытое пространство, полностью покинув здание, Эмми замерла, заметив отряды силовиков, заполнявшие парковку.

По крайней мере, сначала я подумал, что она уставилась на них, пока она не прошептала:

– Эм, ребята. Вы это видите?

Я развернулся, чтобы посмотреть поверх собравшейся толпы, и моргнул, увидев на горизонте тенеподобного зверя.

– Какого хрена? – Я был искренне ошарашен видом дракона, зависшего между двумя зданиями. Его черное тело сливалось с тенями.

– Тэлон, – выдохнула Эмми, и я почувствовал, как по нашей связи нарастает ее паника.

Финли, не теряя времени, снова подхватил ее, и теперь мы неслись обратно к зданию, где были двое членов нашей стаи, у которых был шанс помешать Тэлону снова похитить Эмми.

Мы с Финли, конечно, будем драться, но нам не тягаться с драконом, а это подвергало Эмми слишком большой опасности.

– Как? – прохрипела она. – Как… что? Как он здесь оказался? Его выпустили?

О, а это была хорошая мысль.

– Думаешь, это была скоординированная атака, чтобы отвлечь нас и спасти Тэлона? – спросил я, очень надеясь, что это не так. – Флетчер тоже мог как-то пробраться в город?

– Очень надеюсь, что нет, – пробормотала она.

Я тоже, моя милая пара. Я, блядь, тоже.

Когда мы подошли к дверям здания совета, я обернулся и увидел, что дракон был там же, где мы его и оставили – он парил на заднем плане, но ближе не подлетал.

– Эмми! – рев эхом донесся изнутри, когда из-под обломков выбрались Хантер и Слэйд.

Наш самодовольный альфа опирался на нашего брата, его тело было покрыто порезами и синяками.

Эмми на мгновение забыла о Тэлоне и бросилась к Хантеру, но замерла там, где обычно кинулась бы ему в объятия. Ее руки заметались перед ним, словно она не знала, куда прикоснуться.

– Ты в порядке, – всхлипнула она, и слезы снова прочертили дорожки на пыльных щеках. – Я думала, мы тебя потеряли.

Хантер без колебаний обнял ее, прижав хрупкую фигурку к своей груди. На его лице мелькнула боль, но он скрыл ее прежде, чем она успела заметить.

– Ни за что на свете, детка. Но это было явное нападение, и мы задержали ведьму для допроса. Совет все выяснит, прежде чем от нее избавятся.

– Другие ведьмы согласились ее выдать? – удивленно спросил я. Эти стервы обычно держались вместе, выступая против оборотней.

– У них не было выбора, – рявкнул Хантер. – Либо умрет она, либо они все – за то, что привели предательницу в наш дом. Джулс нас поддержала, а поскольку двое членов совета погибли под завалами во время нападения, у нас есть все основания вершить правосудие.

Нападение. Точно.

– Э-э, кстати говоря… Тэлон только что был снаружи, на парковке.

Я уже знал, что мне выпала короткая спичка – сообщать эту дурную новость. Эмми уткнулась лицом в грудь Хантера, а Финли был медведем. Счастливчик.

Как и ожидалось, на меня обрушился весь гнев Слэйда и Хантера, но я умудрился не обмочиться. Прямо как бог.

– Он завис между зданиями, порхал в своей драконьей форме, наблюдая за нами.

– Мы, блядь, не порхаем, – огрызнулся Слэйд, выбегая из здания. Остальная часть нашей стаи последовала за ним. Когда мы добрались до парковки, толпа стала несравнимо больше, но никаких следов гигантского темного зверя не было.

– Мне придется на него поохотиться, – решил Слэйд, и его голос опасно понизился. – Но сначала я удостоверюсь, что вы все доберетесь домой в безопасности.

– Ни за что, – сказал Хантер. – Я иду с тобой.

Финли согласно взревел, а Слэйд сделал несколько глубоких вдохов. Его аура так и кричала: «Хочу вырубить вас, надоедливые придурки, и разобраться с этим в одиночку», но он сдержался, отделавшись грубым рыком.

– Я останусь с Эмми, – предложил я. – Пока вы будете охотиться на этого засранца.

– Он не сможет уйти без меня, – напомнила им Эмми, уже гораздо более собранная теперь, когда вся ее стая была в безопасности и в сборе. – Если только не хочет, чтобы мы оба страдали. Наша связь еще не успела укрепиться, и разрыв был бы мучительным. Он где-то рядом.

Хантер крепче прижал ее к себе.

– Ты чувствуешь его через связь?

Эмми закрыла глаза и глубоко вздохнула, прижав руку к укусу Тэлона. При виде этой метки во мне вспыхнуло раздражение – вечное напоминание о том, как дракон причинил ей боль. Моей идеальной паре.

Я еще не спускался повидаться с этим Тэлоном – слишком боялся, что попытаюсь убить его прямо через решетку. А это было последнее, что нужно Эмми. Дракон он или нет, но я дрался грязно и безжалостно.

– Связь тянет меня к нашему дому, – сказала Эмми, сморщив нос. – Сначала нужно проверить там.

Наша машина была припаркована на нижнем уровне, а мотоцикл Слэйда стоял здесь, у входа.

– Я поеду вперед, – сказал он, и его глаза полыхнули. – В любом случае, я лучше всех справлюсь с ним.

Эмми высвободилась из объятий Хантера и шагнула к дракону.

– Тебе не нужно со всем сражаться в одиночку. Для этого у тебя и есть стая.

Выражение его лица самую малость смягчилось. Это было едва заметно, но для Слэйда – очень много.

– Я буду в порядке, Снежок. А ты присмотри за этими тремя идиотами.

Если бы этот ублюдок не был двухметровой машиной для убийств, я бы точно показал ему средний палец за такой комментарий.

– Пойдем, моя милая пара, – сказал я, заключая ее в объятия и благодаря богиню за то, что она в безопасности. – Давай найдем второго психованного дракона нашей стаи.

Ее смешок был тихим.

– Слишком рано, Золотой. Слишком рано.

Я пожал плечами, уверенный, что для плохого юмора не бывает слишком рано.

Финли не стал превращаться обратно; его медвежья туша потрусила прочь по дороге. Собравшиеся толпы оборотней что-то кричали нам, задавали вопросы, но силовики не подпускали их к зданию.

– Финли побежит домой, – коротко бросил Хантер. – Нам остальным нужно придумать, как попасть на парковку.

Это оказалось не так сложно, как мы думали: мы нашли уцелевшую лестницу, которая вела вниз, на неповрежденный нижний уровень. Мы все забились в Mercedes, и Хантер гнал как сумасшедший, чтобы доставить нас домой в рекордно короткие сроки.

У ворот наша команда охраны заверила нас, что в небе не было и следа дракона, и, к их чести, никто из них никак не отреагировал на вопрос. Хотя они ничего не знали о Тэлоне, а мы не имели привычки проверять, как там Слэйд.

Как только мы припарковались, то тут же выскочили из машины и направились к камере содержания. Эмми бежала и едва не врезалась в Слэйда, который стоял на дорожке, уставившись на… Тэлона.

Который был именно там, где мы его и оставили…?

Прислонившись к прутьям, дракон впился в Эмми своим темным, пронзительным взглядом.

– Ты в порядке, сладенькая?

Эмми огляделась, словно пытаясь понять, что произошло, но никаких признаков побега не было. Все выглядело как обычно.

– Ты… ты покидал эту камеру и дом? – наконец спросила она его.

Тэлон молча протянул руку. Слэйд говорил нам, что другой дракон гораздо охотнее отвечает на вопросы, когда Эмми его касается, и как только наша омега шагнула вперед, Слэйд резко выбросил руку. Он обхватил горло своего близнеца гигантской, мать его, ладонью, но Тэлон даже не моргнул. Более того, казалось, что эта карающая хватка и нехватка кислорода ему почти наскучили.

Страшный псих.

– Отвечай на ее вопрос, – прорычал Слэйд. – Как ты выбрался из камеры? И что еще важнее, почему ты вернулся обратно? За нападением в залах совета стоял Флетчер? Эмми могла погибнуть, тупой ты ублюдок.

Тэлон наконец-то проявил толику гнева: оскалил зубы, раздувая ноздри. Жар усилился, пока мы все не получили бесплатную сауну в придачу к драконьей разборке. Добавить пива и попкорна – и получилось бы то еще шоу.

Эмми фыркнула и поспешила подойти ближе, ничуть не обеспокоенная тем, что стоит рядом с двумя разъяренными мифическими тварями.

– Прекратите, – рявкнула она, и, блядь, мой позвоночник выпрямился от командного тона в ее голосе. Богиня, помилуй мою жалкую, нуждающуюся душу. И пульсирующий член.

С этого момента Эмми должна была использовать этот тон в спальне. На меньшее я не согласен.

Она бросила на меня усмешку через плечо, и мне безумно понравилось, как она поглаживает ладонью мой укус.

Верно, моя милая пара. Ты, блядь, моя.

– Он враг, – напомнил ей Слэйд, и она снова сосредоточилась на драконьей войне.

– Так мы ничего не добьемся, Слэйд. Мы должны работать вместе, если хотим получить шанс победить в этой чертовой битве. – Она взяла протянутую руку Тэлона, которую тот не опустил даже во время нападения.

С раздраженным вздохом Слэйд отпустил брата, а я принялся изучать их обоих, пока они стояли рядом. Они и вправду были пугающе похожи. Лица одинаковые, но выражение у Тэлона было мрачнее и жестче, вдобавок к шраму и бритой голове.

Хотя глаза Слэйда выглядели более безумными, создавая впечатление, что его дракон особенно нестабилен.

Когда Тэлон притянул ее ближе, Эмми охотно поддалась.

– Ты сбегал? – спросила она уже более спокойным голосом.

Он даже не пытался лгать.

– Да. Я услышал взрыв и почувствовал твою панику и страх. Я должен был убедиться, что ты в порядке, и как только удостоверился, вернулся сюда.

Мы все просто уставились на него, а я осмотрел прутья, которые якобы держали его в плену, но все они выглядели целыми.

– Какого хрена? – прорычал Хантер. – Зачем ты притворяешься запертым, если можешь уйти в любой момент?

Тэлон встретил его взгляд, не дрогнув.

– Я не притворяюсь. Требуется много энергии, чтобы манипулировать материей, из которой состоит эта комната. Я не смогу повторить это еще несколько дней. Но это стоило того, чтобы обеспечить безопасность моей пары.

Эмми взмахнула свободной рукой и покачала головой.

– Как бы я это ни ценила, я бы предпочла, чтобы ты оставался здесь. В безопасности. – Она фыркнула, и ее милый носик сморщился. – А теперь все, день был чертовски долгим, и я иду спать. – Она отстранилась, и я удивился, что Тэлон позволил ей это без боя. Похоже, дракоша тоже решил вести себя паинькой.

– Сейчас время обеда, – сказал Слэйд, сузив на нее глаза.

Обед или нет, но в постели мы могли заняться много чем.

– Я уложу ее вздремнуть, – крикнул я, забивая место. Последние ночи я делил с Хантером и был готов провести немного времени с Эмми наедине.

Слэйд и Хантер переглянулись.

– Ладно, что ж, если этот ублюдок заперт, и я не чувствую от него лжи, – сказал Слэйд, – нам нужно вернуться в залы совета и разобраться с ведьмой.

Спасибо тебе, Богиня, за этот дар. Сегодня ни с кем делиться не придется. Она вся моя.

– Я позабочусь о ее безопасности.

Взгляд Эмми потеплел, когда она почувствовала импульс моего желания через нашу связь, и я заставил себя дышать ровно. Хантер покачал головой, развеивая мысль, что я мог что-то от них скрыть.

– Не утомляй ее слишком сильно, надоедливый щенок. Ей нужно отдохнуть. Мы все в последнее время плохо спим.

– Я в полном порядке, – прорычала Эмми, и ее милый маленький волчонок поднял голову.

Когда я протянул к ней руку, она тут же ухватилась за нее и прижалась ко мне.

– Отведи меня в постель, Золотой, – прошептала она, и ее глаза потемнели.

Моя любимая часть тела мгновенно отреагировала, и я рискнул взглянуть на заключенного дракона – тот выглядел скорее любопытным, чем ревнивым. Интересно.

Хантер и Слэйд осмотрели дом перед уходом, а я напомнил им, что Фин сейчас где-то там, беснуется в облике медведя, и велел присматривать за ним. Потом я повел свою пару в спальню, едва сдерживаясь, чтобы не закинуть ее на плечо и не понестись наверх.

Эмми не всегда нравилось, что мы носим ее, как личную плюшевую волчицу, и сегодня она хотела идти сама.

– Сначала душ? – предложила она, вдыхая запах моей комнаты, пока не начала успокаиваться. Повсюду витали мои нотки карамели и корицы, и мне нравилось, что ей это было необходимо. Так же, как мне была нужна каждая частичка моей Крошки.

Когда мы вошли в ванную, выражение Эмми оставалось серьезным. Она даже не возражала, когда я медленно снял с нее одежду, раздражаясь на мелкие кусочки штукатурки, щепки и обломки, падавшие на пол. Она снова едва не пострадала, и меня до чертиков бесило, что моя пара постоянно оказывается в опасности. Хотелось рвать и метать, разрушить весь мир вокруг.

В душе Эмми наклонилась и уронила голову мне на грудь, а я просто держал ее. Она была такой высокой, что шея наверняка затекла, но она не подала виду.

– Когда ты начал читать любовные романы? – вдруг спросила она мягко.

В ее голосе звучала легкая тревога, будто если не спросит сейчас, то больше не услышит ответа.

– И почему у тебя столько растений? Мне бы очень хотелось узнать и об этом.

Улыбнувшись, я уткнулся подбородком ей в макушку и ответил:

– Честно говоря, читать я начал, когда впервые заинтересовался девушками. Братья объяснили мне, как важен романтизм. Они, правда, не советовали книги, но я сам занялся исследованием и понял, что писательницы фактически дают мне возможность заглянуть в их разум… понять их желания, их потребности.

Эмми пошевелилась, и я сначала подумал, что ее задело упоминание «девушек» – ведь теперь для меня в мире существовала только она, – но потом она тихо рассмеялась.

Мне захотелось услышать этот смех еще, и я продолжил:

– Самое забавное, что эти книги действительно научили меня романтике, но еще и открыли глаза на настоящее бегство от реальности. Я люблю ту душу и сердце, что вплетены в эти истории, и тот факт, что там есть страсть… Я был покорен с первой книги.

– Мне это нравится, – пробормотала она, ее мягкие губы коснулись моей кожи, и мне пришлось напомнить себе, что сейчас не время для игр. Пока что.

– А растения, – задумался я, – наверное, от мамы. Отец учил меня владеть оружием, а мама – окружать себя зеленью. Она обожает садоводство. Ты бы видела их дом стаи… Думаю, они не покупали продукты лет десять. Она выращивает все сама. У них даже есть свой скот. Настоящее фермерское сообщество.

Эмми молчала, переваривая услышанное, потом вздохнула:

– У тебя и правда хорошая семья, да? Я думала, такие бывают только в сказках. Даже в любовных романах семьи обычно поломанные, поэтому героям приходится спасать самих себя.

Я никогда не думал о своей семье иначе, чем как о потрясающей, но чем больше узнавал мир, тем яснее понимал, насколько мне повезло. Расти с ними – это был дар, о котором стоило помнить чаще.