Текст книги "Право на удачу (ЛП)"

Автор книги: Джеймин Ив

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 32 страниц)

ГЛАВА 28

ЭММИ

Я еще не до конца пришла в себя, когда мою дверь рывком распахнул Келлан. Его улыбка, когда он потянулся, отстегнул мой ремень безопасности, а затем вытащил меня из машины, помогла больше, чем я ожидала. Сильные положительные эмоции были для меня относительно в новинку, а теперь они нахлынули отовсюду… утопив меня в своей интенсивности.

– Детка, – крикнул Келлан. – С прошедшим днем рождения. Я целую вечность ждал, когда ты приедешь.

Он поцеловал меня так основательно, что я забыла о времени, месте и собственном существовании. Я обожала моменты, когда была так близка со своими альфами, что не понимала, где начинаюсь я и где заканчиваются они.

– Сейчас девять утра, твою мать, – прорычал откуда-то неподалеку Хантер. – Ты и сам-то проснулся только в восемь.

Келлан усмехнулся мне в губы.

– Папочка-Альфа сегодня не в духе. Он тоже не любит ждать.

Запах Хантера окутал меня, когда он обхватил меня за талию и отстранил от Келлана.

– Моя, – проворчал он, разворачивая меня к себе лицом. На этот раз он позволил моим ногам твердо стоять на земле, так что я приподнялась на цыпочки, чтобы наши лица оказались ближе.

– Лучший день рождения-Рождество на свете, – пробормотала я, но они, конечно, все услышали.

– Дня рождения-Рождество, о котором она даже забыла, что он в этом месяце, – сообщил им всем Слэйд, этот чертов предатель.

Это вызвало стоны и возгласы, и я выглянула из-за Хантера, услышав тихий смех Коры. Она стояла с Уорриком и восторженно замахала, когда наши взгляды встретились. Еще один взрыв счастья едва не сбил меня с ног, и я обнаружила, что ерзаю от предвкушения того, что принесет остаток дня. Гонки, моя стая и мои лучшие друзья – это все, чего я хотела от жизни.

Волк Хантера вспыхнул в его глазах, когда он внимательно меня осмотрел.

– Ты в порядке из-за всего этого? – тихо спросил он, и, глядя в темные глубины его прекрасных, бурных глаз, было трудно поверить, что не так давно я боялась этого альфу.

– Более чем в порядке, – сказала я, с удивлением обнаружив, что, не считая первоначального срыва, это была правда. – Шокирована, но безумно счастлива.

– Слава богине, – пробормотал он, а затем его губы прижались к моим, его язык требовательно потребовал немедленного доступа. Как всегда, он не встретил с моей стороны абсолютно никакого сопротивления.

К счастью, поцелуй был коротким, иначе мне пришлось бы просить минуту уединения, чтобы справиться с пульсацией внизу живота. Когда Хантер закончил поздравлять меня с днем рождения, вперед вышли Кора и Уоррик, и моя лучшая подруга заключила меня в объятия.

– Ты чертовски хорошо выглядишь в этом костюме, – сказала она, крепко обнимая меня. – С днем рождения и Рождеством, Эмс. Я так рада, что мы празднуем вместе.

Глаза защипало, но я сдержалась, уткнувшись лицом ей в плечо.

Отстранившись, я рассмотрела ее белый гоночный костюм с зелеными вставками.

– Ты выглядишь великолепно, Корс, и я голосую за то, чтобы у нас было побольше таких костюмов.

Она с энтузиазмом закивала в знак согласия, и не только она. Я закатила глаза, глядя на альф, которые в своих костюмах выглядели как настоящие модели, но мне отчасти нравилось, как они на меня смотрели.

– И спасибо, что вы здесь, – сказала я, повернувшись обратно к Коре. – Без вас это был бы не праздник.

Она отмахнулась, словно я сказала глупость.

– Нельзя устраивать день рождения без лучшей подруги. Это, блядь, правило, и я дала твоим альфам это понять.

Слэйд, единственный из нас не в костюме, а все еще в форме силовика, скрестил руки на груди.

– Жизнь Уоррика была в реальной опасности, когда он передавал это сообщение.

Настала ее очередь отмахнуться от него. Кора время от времени забывала, что он большой и страшный дракон.

– Эмми бы тебя убила, а она единственная в мире, кого ты боишься, Альфа Слэйд. Так что я чувствовала себя в относительной безопасности.

Я ждала, что Слэйд опровергнет ее слова, но он лишь ухмыльнулся, покачал головой и направился в туннель, который, как я догадалась, вел к гоночной трассе.

Кора лучезарно улыбнулась. У нее был такой самодовольный вид, что мне пришлось сдержать смех. Хотя порой иметь Слэйда в качестве пары было до ужаса страшно, я бы ни за что на свете его не променяла. Кора тоже была не против опасных мужчин, и мне стало интересно, что она скажет, когда узнает, что их двое. Пока что Тэлон оставался тайной стаи, но рано или поздно новость бы просочилась наружу.

Голден-Кло просто с ума сойдет.

Келлан взял меня под руку и повел за Слэйдом, но нам преградил путь Финли. Я окинула взглядом оборотня-медведя. В своем черно-золотом костюме он казался огромным – его широкие плечи создавали иллюзию, будто он почти полностью перекрывает туннель, в котором мы стояли. Но это было не так важно, как мрачное выражение его лица.

Я ждала, что он поделится своими мыслями, но прежде чем он успел произнести хоть слово, встрял Келлан:

– Я пойду вперед и все подготовлю. Фин проводит тебя к трассе, красавица.

Все остальные последовали за Келланом, а Хантер, проходя мимо, положил руку на плечо Финли. Когда мы остались одни, Финли глубоко вдохнул и так же медленно выдохнул. Его глаза были широко раскрыты и слегка блестели. Я никогда не видела, чтобы он так явно нервничал.

– Ты в порядке? – спросила я, чувствуя, как мое сердце забилось сильнее обычного. Ладони вспотели, но я подавила желание вытереть их о костюм и выдать собственное волнение.

Финли опустил взгляд, чтобы встретиться со мной глазами, и его невероятно густые темные ресницы дрогнули, на мгновение скрыв глубину глаз цвета виски.

– Я хотел поздравить тебя с днем рождения, – сказал он, и его голос звучал грубее обычного. – Но я не хочу создавать неловкость. Ни сейчас, ни когда-либо еще. Особенно когда мы празднуем твой первый день рождения и Рождество со стаей. Если ты предпочла бы, чтобы меня здесь сегодня не было, я могу уйти.

– Нет! – это была инстинктивная реакция, но я о ней не пожалела. – День был бы не таким особенным, если бы здесь была не вся наша стая.

Финли кивнул, и я с облегчением увидела, как напряжение на его лице спало.

– Хорошо, что ж, я рад это слышать. С днем рождения и счастливого Рождества, Эм. – Он одарил меня мягкой, понимающей улыбкой. – Как ты справляешься с сюрпризом? Если ты хоть немного похожа на меня, то, наверное, не знаешь, что делать, когда целый день посвящен тебе.

Он точно описал те смешанные чувства, что бурлили во мне. Было неловко, что некоторые моменты этого дня были сосредоточены на мне, но в то же время я это ценила.

– Я тронута, – сказала я, ощущая искреннюю благодарность, – что вы все захотели отпраздновать этот день, пусть и с опозданием. Это неловко, но как-то по-странному. Будто… я не привыкла к таким сильным всплескам восторга, счастья и волнения. Словно внутри меня в самом разгаре какой-то чертов эмоциональный рейв, и я не знаю, то ли мне плакать, то ли смеяться, то ли меня стошнит.

На лице Финли отразилось понимание, когда он улыбнулся.

– Позволь им сделать это для тебя, – сказал он. – Этот день важен для них не меньше, чем для тебя. Они все будут счастливы осыпать тебя любовью, вниманием и подарками.

Я решила проигнорировать часть про подарки, сосредоточившись на том, как Финли сформулировал последний совет.

– Им? А ты разве не хочешь здесь быть, Фин? Потому что я бы поняла.

Может быть. На самом деле я понятия не имела.

Выражение его лица стало непроницаемым, и я была застигнута врасплох, когда он прижался губами к моей щеке. Это было легкое прикосновение, но оно обожгло кожу, и я едва сдержала вздох.

– Я не заслуживаю праздновать это с тобой, – сказал он, – но если мое присутствие тебя не расстраивает, то я хочу быть здесь больше всего на свете. Твой первый день рождения со стаей… это подарок и для меня тоже.

В воздухе запахло вишней и ванилью, и я понятия не имела, что сказать после такого откровения. Облегчение, которое я почувствовала оттого, что он не уходит, было слишком сильным для той эмоциональной дистанции, что была между нами, но сегодня был не тот день, чтобы копаться в том, насколько я поехавшая. Нет уж, это может подождать до завтра.

– Пойдем, Льдинка, – сказал он, и я наконец была вознаграждена этими ямочками и улыбкой во весь рот. – Не будем заставлять нашу придурковатую стаю ждать дольше. Они долго планировали этот сюрприз.

Я пошла рядом с ним, и, как ни странно, между нами возникло чувство уюта и спокойствия.

– Так ты все-таки остановился на «Снежной Королеве», – сказала я, не уверенная, как к этому относиться теперь, когда его тон изменился. – А я-то думала, ты пытаешься наладить отношения.

Улыбка Финли не дрогнула, и, черт возьми… у меня была зависимость от ямочек. Просто запишите меня на пожизненное.

– Сначала я говорил себе, что это из-за твоего ледяного сердца и того, как ты умеешь держать своих истинных пар на расстоянии…

Жестко, но справедливо.

– А теперь?

– Честно говоря, мне следовало с самого начала догадаться, что я выбрал имя в честь одного из моих любимых мест в мире. Лед – это мое умиротворение, и все это время ты тоже им была. Как бы я это ни отрицал.

Умиротворение. Черт, если бы я могла выбрать, кем для него быть, это было бы на первом месте в списке.

– Ты умеешь кататься на коньках?

Я покачала головой, мой ответ прозвучал хрипло:

– Не-а, моя мама не особо любила выпускать меня из дома. Или чему-то учить. Или разрешать веселиться. Я ни разу в жизни не ступала на лед, разве что в зимнем городе, но и тогда это была лишь заноза в заднице, когда я пыталась не поскользнуться по дороге на работу.

Финли кивнул, словно не удивившись.

– Да, у меня была похожая мать, но она выпускала нас погулять на нашей территории. В основном, когда была в хлам пьяная или под чем-то еще. За нашим участком было озеро, и зимой я там пропадал. Проваливался под лед чаще, чем могу сосчитать, когда выходил на него слишком рано.

В моей голове возник образ маленького мокрого медвежонка, и это было чертовски мило.

– Моя мать ненавидела, когда я была рядом, – сказала я ему. – Поэтому большую часть времени запирала меня в комнате. Если бы у меня не было того тайного лаза в гараж внизу, я бы давно сошла с ума.

Мама всегда была параноиком насчет того, чтобы я выходила из дома, и я до сих пор понятия не имею почему, или от кого она нас прятала. Монстры и так уже были внутри.

– Наши мамы могли бы стать подругами, если бы не были полными самовлюбленными засранками, – сухо произнес Финли. – Но, по крайней-мере, они обе мертвы. Хоть какой-то плюс.

Мрачное, но, к сожалению, правдивое утверждение.

Мы вышли из туннеля, и я увидела остальных, стоявших у впечатляющей вереницы машин, припаркованных у въезда на трек.

– Ого, – выдохнула я, охватывая взглядом всю картину, – это невероятно. Похоже на профессиональный автодром.

Я приподнялась на цыпочки, чтобы лучше рассмотреть.

– У вас даже есть дрэг-стрип и трасса-восьмерка. Все что нужно.

Финли усмехнулся моему энтузиазму, и можно ли считать рождественским чудом то, что сегодня смеялись и Слэйд, и Финли.

– Хантер спроектировал и построил это несколько лет назад, – сказал он. – Ему надоело, что мы гоняем по улицам и имеем дело с разъяренными силовиками и альфами совета. С тех пор это наше пристанище на выходных. Если погода позволяет.

Погода сегодня снова была мягкой: идеальное голубое небо и прохладный ветер, но без снега.

– Условия для гонки вроде хорошие, – прокомментировала я, не имея ни малейшего понятия, так ли это. Я никогда не занималась этим на профессиональном уровне. – В смысле, как только прогреем шины.

Четыре Porsche GT3 R в ряду были из гаража, и я уже знала, что на них стоят полуслики. Если мы не хотели разбиться, их нужно было сперва прогреть.

От широко раскрытых глаз и гордого выражения лица Финли мне захотелось распушить свой чертов мех и запрыгать на месте. Похоже, вся его сварливость забылась после пары добрых слов и ямочек на щеках. Мне действительно нужно было разобраться со своими гребаными приоритетами.

– Абсолютно, – сказал он, не подозревая, что я мысленно себя ругаю. – Это одна из моих любимых погод для гонок. Атмосферные двигатели обожают прохладный воздух.

– Атмосферники любят его так же сильно, как и турбированные?

Это принесло мне еще одну медленную, самодовольную ухмылку, и у меня в животе все перевернулось.

– Турбированные любят его больше всего, но в прохладном воздухе все двигатели работают лучше.

– Сущая правда, – сказала я, кивнув, чувствуя, как по венам пробегают искры. Разговоры о машинах заводили меня, но еще больше меня заводил Финли. Медведь продолжал засыпать пропасть между нами, и она уже не казалась такой огромной, как раньше.

Финли несколько долгих секунд смотрел мне в глаза, но прежде чем он успел что-то сказать, Келлан заметил нас и начал подпрыгивать и махать руками, крича, чтобы мы тащили свои задницы к ним.

Пока мы шли к ним, я поймала себя на том, что говорю:

– Нам нужно делать это чаще. Просто тусоваться и болтать.

Когда он провел рукой по моей, по телу пробежала дрожь, и я с трудом подавила вздох.

– Я был бы очень рад, – тихо сказал он, и было ясно, что он говорит искренне. – Я знаю, что мне нужно многое искупить и за многое извиниться, Эм, и для начала я хотел спросить, не согласишься ли ты посидеть со мной на сеансе терапии на следующей неделе. Я буду копаться в своем прошлом, и я бы хотел, чтобы ты была там и узнала обо мне немного больше.

Я моргнула, глядя на него.

– Ты ходишь на терапию?

Я слышала об этом впервые, и это знание породило новую волну надежды. Терапия – последнее, чего я ожидала от гордого, упрямого оборотня, но это был реальный знак того, что он не просто бросает слова на ветер. Он подкреплял их делом. Знак того, что я могла начать верить в будущее, которое он обещал.

Он кивнул, даже не пытаясь преуменьшить значение своих слов.

– Да, и это очень помогает. Мне так кажется. Примирение с прошлым – путь не из легких, но я чувствую, что стал морально сильнее. Кажется, я начинаю принимать и прорабатывать свои травмы, осваиваю здоровые способы справляться с ними. Вместо того чтобы сразу срываться на гнев и насилие. Вместо того чтобы отталкивать тех, кто мне дорог, из-за страха, что мне снова причинят боль. Честно говоря, жаль, что я не начал терапию много лет назад.

Сердце подступило к горлу, и я едва сдержалась, чтобы не схватить его за руку. Черт, я так им гордилась.

– Если захочешь, чтобы я посидела с тобой на сеансе, просто скажи, где и когда. Я приду. Мне и самой, без сомнения, нужна терапия, и могу я просто сказать, как я тобой горжусь?

Я чуть не умерла, заметив, как его щеки залились румянцем. Он открыл рот, но не смог произнести ни слова. Я лишила его дара речи, и было больно думать, что, возможно, никто и никогда не говорил ему таких слов.

Когда мы присоединились к нашей стае, это прервало дальнейшие глубокие и содержательные разговоры. Я судорожно вздохнула, когда Келлан обнял нас обоих.

– Время гонки! – прокричал он, и я заставила себя сосредоточиться на этом.

Сегодня мы могли притвориться, что все идеально и что это обычное празднование дня рождения, совмещенного с Рождеством.

Реальность могла подождать до завтра.

ГЛАВА 29

ЭММИ

Мы выстроились на старте: Хантер, Келлан, Финли и я за рулем Porsche – наши белые, блестящие машины контрастировали с темным асфальтом. Слэйд был на своем зеленом SVJ, а Уоррик – на ярко-красном McLaren Senna. Я никогда раньше не видела такую машину вживую и была в восторге от возможности понаблюдать за ней на треке. Кора сидела на пассажирском сиденье рядом с ним; заметив мой взгляд через две машины, она улыбнулась и помахала мне.

Мы все были на взводе. Адреналин, бурливший во мне, я могла сравнить лишь с тем, что чувствовала, когда ко мне прикасались мои альфы. Словно душа вот-вот покинет мое чертово тело.

Раздался смех Келлана, когда он прогазовал, и я едва сдержалась, чтобы не рассмеяться вместе с ним. Мы уже проехали два прогревочных круга, чтобы разогреть шины, и теперь все сидели и смотрели на светофор. Он горел красным, и, клянусь, предвкушение того, как он станет зеленым, было просто запредельным.

Хантер показал мне, как активировать лаунч-контроль, и хотя я никогда раньше не участвовала в гонках на такой машине, я была впечатлена ее управляемостью на прогревочных кругах.

Я повернулась и увидела Хантера справа от меня. Он ухмылялся и выглядел чертовски сексуально в машине, которая, по идее, не должна была вмещать его огромное телосложение. Слева от меня был Келлан, и я хихикнула, когда он заерзал на сиденье и прокричал, – Финли ты проиграаааешь. – Медведь был по другую сторону от него, и я не видела его реакции, но готова поспорить, что он закатил глаза.

Когда Келлан сосредоточился на мне, он на мгновение успокоился и улыбнулся своей фирменной улыбкой «золотого мальчика».

– Люблю тебя, Крошка!

Я послала ему воздушный поцелуй и снова сфокусировалась на трассе, чувствуя, как изменилась атмосфера, когда мы приготовились к гонке. Моя левая нога была вдавлена в тормоз, а правая – до упора в газ. Обороты держались между шестью и семью тысячами, и мне не терпелось ощутить этот старт. Дыхание перехватило, когда на светофоре мигнул красный, затем он сменился на желтый, и когда загорелся зеленый, я резко убрала ногу с тормоза.

Я ожидала, что придется крепко вцепиться в руль, чтобы удержать машину на прямой, но старт был настолько плавным, что я почувствовала лишь перегрузку, когда мы рванули вперед. Хантер, Келлан, Финли и я шли бок о бок на стартовой прямой, а машина Слэйда вырвалась вперед так быстро, что я даже подумала, не сжульничал ли он. И только когда я вспомнила, что у него V12, а у нас – атмосферные шестицилиндровые двигатели объемом 4.0 литра, стало понятно, почему он обошел нас на прямой. То же самое было и с McLaren – он уходил вперед на прямой благодаря своему V8 с двойным турбонаддувом. Хотя у Уоррика не было шансов догнать Слэйда, который просто пожирал трассу.

Первый поворот не сильно изменил расстановку, хотя Келлан вырвался вперед среди Porsche, войдя в него, как оборотень, жаждущий смерти. Кора говорила мне, что он – сущий дьявол на треке, сорвиголова, не ценящий жизнь, и мне это в нем нравилось. Хотя это было и немного пугающе.

Альф было трудно убить, но достаточно серьезная авария определенно могла оборвать их жизнь.

Первый круг пролетел в мгновение ока, а на втором я начала давить сильнее, входя в повороты на большей скорости, доверяя безупречной управляемости этих специально созданных гоночных машин. К третьему кругу более мощные автомобили достигли своего скоростного предела, в то время как Porsche только начинали разгоняться. Келлан и Хантер сократили разрыв, но Финли остался со мной, в хвосте группы.

Я была полна решимости однажды выиграть одну из этих гонок, но пока что меня вполне устраивал сам опыт участия. К тому времени, как мы вышли на последний круг нашей шестикруговой гонки, Келлан был впереди, Слэйд сидел у него на хвосте, а Хантер шел третьим. Уоррик замыкал первую четверку, оставив нас с Финли сражаться за последнее место.

Сначала я подумала, что он собирается сбавить скорость и дать мне победить, что меня бы взбесило, но когда мы приблизились к последнему повороту, он встретился со мной взглядом, и я увидела в его глазах блеск азарта. Может, он и держался рядом со мной до этого момента, но он хотел, чтобы на этом последнем отрезке мы выложились по полной.

Что ж, давай.

Сильнее вдавив педаль, я вцепилась в руль, надеясь не потерять контроль и не опозориться. К счастью, с такой отзывчивой машиной это было сложно сделать, и когда я, с замершим в горле сердцем, влетела в поворот, мне удалось выйти из него живой, невредимой и, черт возьми, впереди.

Словно услышав тысячи приветственных криков несуществующей толпы, я гнала машину до самого финишного флага, крича от восторга, когда убрала ногу с педали газа, позволяя ей плавно замедлиться и сбросить передачи. Когда я приблизилась к остальным машинам, двери которых уже открывались и все выпрыгивали наружу, я нажала на тормоз, чтобы окончательно остановить свой автомобиль.

Выпрыгнув из машины на дрожащих ногах, я бросилась к ближайшему альфе, которым, как нельзя кстати, оказался Финли.

– Это было невероятно, – воскликнула я, когда его сильные руки обхватили меня под мышками, а он поднял меня и закружил, словно мы были героями фильма о принцах, принцессах и вечной любви.

– Ты просто охрененно уделала всех на том последнем повороте, Льдинка, – проревел он, и его внутренний медведь прорвался наружу. – Ты и вправду умеешь водить.

Накачанная адреналином, я сосредоточилась на ярком янтарном оттенке его глаз и ямочках, обрамлявших его восторженную улыбку. Именно в тот момент, по-настоящему впервые, я увидела, что у нас с Финли есть шанс. Должно быть, он уловил проблеск надежды в моем взгляде, потому что выражение его лица стало серьезным. Он опустил меня на землю, но не отпустил.

Из нашего уединенного мирка нас вырвали лишь крики стаи и друзей. Финли легонько щелкнул меня по носу.

– Отличная работа, именинница. А теперь тебе лучше пойти и поприветствовать своих обожателей.

Мне не хотелось уходить, ведь мы только начали наводить мосты и заполнять пропасти между нами, но я не могла забывать, что все это было лишь начало. Было бы глупо позволить боли в сердце и магии пар по запаху торопить нас, пока мы оба не будем готовы.

– Спасибо, Ворчливый Медведь, – прошептала я, и на этот раз прозвище не вызвало у него язвительной вспышки гнева. Как и в случае со Снежной Королевой, все дело было в интонации, а моя была полна проблесков надежды.

Я отвернулась и тут же попала в объятия Келлана.

– Ты была так хороша, детка, – проворковал он, осыпая поцелуями мои щеки и нос. Последний поцелуй пришелся на губы, и, проклятье, я начинала понимать, в чем прелесть дней рождения.

– Ты победил, – пропела я в ответ, пытаясь отдышаться. – Ты чертов сорвиголова с жаждой смерти, Золотой. Мне кажется, я лет на десять постарела от некоторых твоих виражей.

Его лицо сияло от адреналина и вожделения, и все это он направил на меня, отчего у одной омеги перехватило дыхание.

– Я ни на секунду не терял контроля, милая пара. Никогда. Я бы не стал рисковать тем, что у нас есть, даже ради азарта победы.

Он повернул голову через плечо и крикнул:

– Хотя я, блядь, победил! Подходите, неудачники. Можете получить следующие поздравительные обнимашки.

Хантер тут же оказался рядом, и его рычание напомнило всем, что для здоровья Келлана он опаснее любой гоночной машины.

– Через минуту намотаю твою тачку тебе на башку, – предупредил он, протягивая ко мне руки.

Келлан неохотно отпустил меня, и я обвила руками грудь Хантера.

– Отличная гонка, Ураган, – пробормотала я, уткнувшись в его костюм. – Ты за рулем почти такой же пугающий, как Кел.

Он наклонился и зарылся лицом в мою шею, вдыхая мой запах.

– Это было ничто, маленькая омега.

– Ты бы видела его на кроссовом мотоцикле, – вставил Слэйд откуда-то справа от меня, и я резко вскинула голову, чтобы посмотреть на лицо Хантера.

– Ты ездишь на кроссовых мотоциклах?

Он пожал плечами с невозмутимым видом.

– Раньше участвовал в соревнованиях, когда был моложе, но потом сменил мотоэкипировку на костюмы. Теперь катаюсь только на шоссейных.

Слэйд на своем Ducati был одним из моих самых ярких воспоминаний. Теперь мне захотелось добавить к этой картине и Хантера.

– Я бы хотела на это посмотреть, – сказала я с грязными мыслями.

Ухмылка Хантера была похотливой.

– Хочешь однажды прокатиться со мной вторым номером, маленькая омега?

У меня все внутри сжалось, а между бедер возникла ровная пульсация.

– Да. Да, я бы с огромным удовольствием, Альфа.

Скорее всего, между мотоциклом и мужчиной меж моих ног, я бы не выдержала целую поездку невредимой. Если богиня позволит.

Как только Хантер меня отпустил, Кора протиснулась сквозь альф и обняла меня, стараясь не задеть Слэйда, стоявшего слева.

– Я в жизни так не возбуждалась, как когда смотрела, как ты уделываешь парней, – выдохнула она мне на ухо, и я услышала, как на заднем плане простонал и пробормотал Уоррик.

– Охренеть. Мало того, что я снова проиграл этим ублюдкам, так у меня теперь еще и стояк посреди территории стаи Ривз.

Кора запрокинула голову и рассмеялась.

– Не волнуйся, пара. Я скоро об этом позабочусь.

Она едва успела договорить, как ее вырвали из моих объятий и перекинули через плечо Уоррика.

– Продолжайте без нас, – бросил он, уходя прочь. – Мне нужно кое о чем потолковать со своей парой.

Через его плечо Кора пошевелила бровями, и я прикрыла рот, чтобы сдержать смех. Не верилось, что я когда-то считала ее чопорной и правильной. Конечно, внешне она держалась утонченно, но под этой спокойной маской бушевал настоящий огонь.

– Развлекайтесь, детки, – крикнул им вслед Келлан, а затем взял меня за руку и мягко потянул. – Давай, пока их нет, займемся подарками.

Я уперлась ногами в землю и покачала головой.

– Для меня это более чем достаточный подарок. У меня никогда не было дня лучше, и… что-то еще будет уже перебором…

Я поймала взгляд Финли, и хотя выражение его лица оставалось нейтральным, я невольно вспомнила его слова. Пусть некоторые моменты сегодняшнего дня и были для меня чересчур, зато моя стая была счастлива.

А делать их счастливыми было одной из моих жизненных целей.

Никто на меня не давил, и я, к своему удивлению, произнесла:

– Спасибо за один из лучших дней в моей жизни. Давайте дарить подарки.

Рука Хантера собственнически сжала мой затылок.

– Хорошая девочка, – прохрипел он мне на ухо. – Позже получишь за это награду.

Ну что ж. Теперь подарки стали вторым лучшим способом завершить этот день.