Текст книги "Слишком стары для этого (ЛП)"

Автор книги: Джасинда Уайлдер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 25 страниц)

Глава 18

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

–

НОЙ

Я прихожу в себя как обычно – сначала постепенно, а затем резко. Что-то изменилось, я чувствую это. Сначала не могу вспомнить, что именно.

Я проспал будильник?

Несколько мгновений я совершенно дезориентирован. Теплое, гладкое бедро скользит по моему, и чей-то нос утыкается мне в шею с тихим, счастливым вздохом. Ноэль опаздывает на занятия? Я вообще заводил будильник?

– Тейлор, нам пора вставать.

Получается лишь неразборчивое бормотание: Тлр, нм пра вствть.

Сопение, прикосновение, тихий хриплый стон просыпающейся женщины. Мои глаза резко распахиваются – что-то в звуке ее голоса, когда она стонет, возвращает мне ясность рассудка.

БЛЯДЬ.

Я сказал: «Тейлор».

Остается лишь надеяться, что Морган была недостаточно в сознании, чтобы услышать мою оплошность. Сердце начинает бешено колотиться.

Мягкие, нежные пальцы касаются моего подбородка, опускают мое лицо вниз.

– Эй. – Ее голос звучит едва слышным шепотом, деликатным и хриплым со сна. – Доброе утро, красавчик.

Я пристально смотрю на ее лицо, ища малейший признак того, что она меня услышала, пока сердце отбивает бешеный ритм в груди. Жаль, что она прижимается щекой прямо к моему сердцу.

– Доброе утро, красавица.

Морган гладит меня по щеке и прижимается ближе, зарываясь в меня.

– Ной, я все слышала. – Она целует меня в грудь, прямо над сердцем. – Хватит паниковать. Все в порядке.

– Я… – Я судорожно вдыхаю. – Я был дезориентирован.

Еще один поцелуй в грудь, ее пальцы гладят мою щетину.

– Я знаю. Я все понимаю. Я не злюсь. Я испытываю лишь счастье от того, что проснулась рядом с тобой. – Она ложится на меня сверху, ее волосы скрывают наши лица словно занавес. – Давай я попытаюсь тебя успокоить. Даже если бы ты случайно назвал меня именем Тейлор во время секса, я бы это пережила. Это бы… это определенно кольнуло бы на секунду, врать не стану. Но, надеюсь, я знаю тебя достаточно хорошо, чтобы понимать – это не потому, что ты забыл, с кем находишься, или что-то в этом роде. Она была твоим человеком, Ной. Ты провел с ней большую часть своей жизни. Даже спустя три года такие вещи не исчезают бесследно. – Морган выдыхает, перебирая пальцами мои волосы, то и дело поправляя пряди. – Ты проснулся в чужой постели после поздней ночи, впервые после смерти Тейлор сжимая в объятиях женщину. Разумеется, ты немного запутался. Будь к себе снисходительнее, милый. И… наверное, просто попытайся мне довериться. Поверь, что я не хрупкая и не ранимая.

– Как ты можешь так ясно мыслить еще до кофе?

Она снова утыкается носом мне в шею.

– Не знаю. Наверное, это чисто мамские штучки.

– Ты чудо, Морган.

Она качает головой.

– Нет, вовсе нет. Я просто женщина, которой очень нужно в туалет. – Она быстро чмокает меня, затем скатывается с меня и встает на ноги. Ее огромная футболка «Дисней» соскальзывает на бедра, но я успеваю заметить, что под ней ничего нет.

Мой собственный мочевой пузырь тоже дает о себе знать, так что я иду в ванную сразу за Морган, когда она заканчивает. Это другой вид дезориентации – впервые за тридцать с лишним лет заниматься домашними делами и утренним туалетом с кем-то новым. Она чистит зубы, а я достаю свою маленькую кожаную косметичку и делаю то же самое.

– Это твоя стандартная пижама? – спрашиваю я.

Морган, склонившись над раковиной, чтобы выплюнуть пасту, заводит руку за спину и задирает край футболки, обнажая задницу.

– А что? Тебя возбуждают диснеевские принцессы, Ной Остин?

Я игриво шлепаю ее по ягодице – достаточно сильно, чтобы раздался приятный хлопок, но не настолько, чтобы причинить боль.

– Ну, возбуждают меня точно не принцессы.

От шлепка Морган взвизгивает, выпрямляясь и потирая пострадавшее место.

– Ной!

Я перехватываю инициативу и сам поглаживаю ушибленное место.

– Прости. Не смог удержаться. Не знаю, заметила ли ты, но я просто одержим твоей задницей.

Вместо того чтобы отчитать меня, Морган снова склоняется над раковиной с задранной футболкой и виляет задом.

– Хотя бы шлепни еще раз для симметрии.

Я медлю, но на ее лице читается лишь игривость. Поэтому я шлепаю ее по другой ягодице, оставляя на коже неровное розовое пятно, которое затем успокаиваю нежным поглаживанием.

– Ты продолжаешь меня удивлять, знаешь?

Она поворачивается, прижимаясь ко мне, и засовывает руки мне в белье, сжимая мои ягодицы обеими ладонями.

– Ты удивлен, что мне нравится, когда меня шлепают?

– Эм… да? – Я моргаю. – Тебе нравится?

Она пожимает плечами, сжимая руки сильнее.

– Факты говорят сами за себя. – Она поднимается на носочки, чтобы поцеловать меня в уголок губ. – Но учитывая, что только прошлой ночью я обнаружила, что мне нравится быть связанной и с завязанными глазами, видимо, я немного извращенка. Кто бы мог подумать?

– Ты не знала?

Морган качает головой.

– Мое сексуальное прошлое довольно ванильное, даже не смотря на то, что я несколько лет встречалась с парнем из мотоклуба.

Пару мгновений я не знаю, что на это ответить.

– Мое тоже. Мы с Тейлор… – Я замолкаю, качая головой. – Неважно.

Морган щипает меня за задницу.

– Эй, нет. Нет уж. Не делай так. Радикальная честность, милый. Помнишь?

– У нас просто была очень… здоровая… сексуальная жизнь. Регулярная, стабильная и приносящая удовлетворение. По крайней мере мне, и у меня никогда не возникало ощущения, что она хотела чего-то большего или была несчастна.

– Но?

– Между нами с тобой все иначе. – Я пожимаю плечами. – Просто… иначе.

Она прикусывает кончик моего подбородка.

– Продолжай, Ной.

Я вздыхаю.

– Наверное, мне просто кажется, что я исследую вещи, о которых даже не подозревал, что они мне нравятся. Не знал, что хочу их. Многое с тобой – это неизведанная территория. Странное и сбивающее с толку чувство в моем возрасте.

Морган склоняет голову набок, прислушиваясь.

– Это будильник Мэл. Так что, давай по-быстрому, пока нам не пришлось одеваться и возвращаться во взрослую жизнь. Просто… пожалуйста, будь со мной откровенен, Ной. Для меня все это тоже в новинку. Я… думаю, я совсем другой человек, нежели в моих последних отношениях. Я… многое узнаю о себе, рядом с тобой. Открываю, что мне нравится. И я хочу пробовать новое. Я открыта для всего, Ной. Хорошо? Так что… не стесняйся. Не надо… я не неженка, не хрустальная и не пугливая. Чем больше времени я провожу с тобой, тем увереннее себя чувствую – и в себе, и в наших отношениях, которые мы строим. Так что, пожалуйста, будь смелее – и эмоционально, и физически. Проси о том, чего хочешь. Пробуй что-то новое. Давай приоткроем дверь и исследуем ее вместе. Договорились?

– Жаль, что у нас мало времени этим утром, – бормочу я. – Я бы занялся исследованиями прямо сейчас.

Морган вздыхает, утыкаясь лбом мне в грудь, ее пальцы сгибаются, впиваясь ногтями в мои мышцы.

– Ной.

– То, как ты произносишь мое имя.

– Да?

– Это… не знаю. Это возбуждает. Хотя я не могу объяснить почему.

Она тихо выдыхает, отстраняясь от меня. Ее взгляд скользит вниз, к моему белью, где уже образовалась заметная выпуклость. Она закрывает дверь ванной и включает вытяжку. Вальяжной походкой возвращается ко мне, задирает футболку и стягивает ее через голову, обнажая свои сексуальные изгибы, и мой член моментально каменеет.

– Морган?

Она скользит пальцами по моим бедрам, стягивая боксеры вниз, и обхватывает мой член. Затем поднимается на носочки, чтобы прижаться своей влажной щелью к моей головке, не сводя с меня глаз, безмолвно умоляя.

– Сможешь по-быстрому?

– А ты сможешь потише? – парирую я.

Она хватается за мои плечи и наваливается всем весом, доверяя мне удержать ее. Я подхватываю ее, приподнимаю и разворачиваю, усаживая ее задницей на край столешницы между раковинами. Ее дыхание отдает мятной свежестью, когда ее губы накрывают мои, а затем я погружаюсь на всю длину в ее тугую, влажную киску, и она извивается подо мной, тихо постанывая мне в рот, пока я вколачиваюсь в нее.

– Морган, – рычу я ей на ухо. – Господи, милая. Почему каждый раз, когда я внутри тебя, ощущения только лучше?

– Хотела бы я знать, но каждый раз и правда лучше. – Она прикусывает мочку моего уха. – А теперь замолчи и трахай меня. – Она тяжело дышит мне в ухо, когда я ускоряю темп. – Да, милый. Именно так. Оттрахай меня как следует. Дай мне то, о чем я буду думать весь день.

– О боже, Морган. – Я растворяюсь в ней, отдаюсь моменту, когда чувствую, как внутри меня все закипает. – Я не могу сдерживаться, милая.

Она обвивает меня, прижимаясь губами к моему уху, ее руки впиваются в мою задницу, жадно и неистово притягивая меня к себе, а ступни смыкаются на моих бедрах.

– Хорошо, не надо. Не сдерживайся. Дай мне это прямо сейчас, пожалуйста, Ной. Мне это нужно. Я хочу этого. Я хочу тебя всего.

Чем жестче я двигаюсь, тем тяжелее она дышит, стонет и тянет меня за задницу, будто каждый толчок приносит больше удовольствия, чем предыдущий, и ей все мало.

Рядом с ней я чувствую себя богом. Морган заставляет меня чувствовать… блядь, я даже не знаю.

И снова она каким-то образом понимает, что я достигаю оргазма, и ее стоны удовольствия становятся все громче и чаще по мере того, как я ускоряюсь в погоне за разрядкой.

– Ной, да… да… да-да-да, черт… о боже, да, я чувствую тебя, милый. Вот оно, прямо здесь, вот так… – Она обнимает меня за шею и откидывается назад, а я приподнимаю ее за ягодицы и трахаю с неистовой страстью, пока меня накрывает оргазм. Я стискиваю зубы, сдерживая рвущийся наружу крик облегчения – он вырывается рычанием, тихим, но мощным, и Морган вскрикивает, когда я изливаюсь в нее.

Постепенно моя разрядка идет на спад, я замедляюсь, а затем и вовсе останавливаюсь, тяжело дыша. Она снова обвивает меня руками и ногами.

– Боже, как же хорошо, – шепчет Морган, похлопывая меня по ягодицам обеими ладонями.

Я отстраняюсь, чтобы посмотреть на нее.

– Ты не кончила.

На ее губах играет улыбка абсолютного блаженства.

– Да, но мне плевать. Это было великолепно.

– Морган… – начинаю я.

Она щиплет меня за ягодицу, отчего я вздрагиваю и замолкаю на полуслове.

– Ной, послушай меня. Мне не обязательно кончать каждый раз. Прошлой ночью ты подарил мне столько оргазмов, что я даже со счета сбилась.

– Но…

– Чувствовать тебя внутри себя, сливаться с тобой, заниматься с тобой любовью… – Я все еще внутри нее, и она сжимает меня своими внутренними мышцами. – Я получаю столько удовольствия просто от того, что нахожусь рядом с тобой, Ной. Так что, пожалуйста, просто поверь, когда я говорю, что не чувствую себя обделенной. Я наслаждалась этим ничуть не меньше, чем если бы кончила. – Она утыкается носом мне в челюсть. – К тому же, я почти уверена, что в следующий раз, когда мы останемся одни, ты мне все возместишь.

– Чертовски верно, – бормочу я. – И даже больше.

Она хлопает меня по плечу.

– Я не веду счет, Ной.

– Ты ведь никогда не станешь имитировать оргазм? – спрашиваю я.

Морган смотрит на меня так, словно у меня выросла вторая голова.

– Будто я вообще на это способна? Из меня никудышная актриса. Так что нет. Мало того, что я просто не умею, я бы и не стала этого делать. – Счастливый вздох. – Если тебе показалось, что мне было так же хорошо, как и тебе, то так и есть. Мне не нужен оргазм, чтобы наслаждаться тем, как ты меня трахаешь, Ной.

– Иногда мне кажется, что ты слишком невероятна, чтобы быть реальной, – говорю я ей.

Она коротко смеется.

– Я чувствую то же самое по отношению к тебе. – Морган становится серьезной. – Именно это останавливало меня и не давало позволить тебе остаться прошлой ночью. Мне было страшно. Часть меня не доверяет всему этому. Но я так счастлива. Мне так хорошо с тобой, и я имею в виду не только физическую сторону. Это совсем другое – я никогда, ни разу не испытывала ничего даже близко похожего на то невероятное чувство, которое ты вызываешь во мне, Ной, независимо от того, кончаю я или нет. И поверь мне, когда я говорю, что с тобой я кончаю так, как… ну, я даже не думала, что такое возможно, так что достаточно сказать, что «слишком хорошо, чтобы быть правдой» относится и к сексу. Я просто… мне трудно поверить, что что-то настолько хорошее может быть реальным. Что в этом нет подвоха.

– Я прекрасно все это понимаю, – говорю я.

Морган мягко отстраняет меня, и я даю ей пространство, чтобы встать на ноги – она делает это осторожно, на подкашивающихся ногах.

– Видишь? Ноги все равно дрожат, даже без оргазма.

– Только не думай, что это войдет в привычку, – говорю я ей.

Она прижимается ко мне, целует, приподняв одну ножку.

– О, я и не сомневаюсь. – Она шумно выдыхает. – А теперь. Нам пора возвращаться во взрослую жизнь. Потому что, к сожалению, мы не можем просто остаться здесь и трахаться весь день, как бы мне этого ни хотелось. – Морган подталкивает меня к спальне. – Дай мне привести себя в порядок, и я спущусь через секунду.

Я смачиваю полотенце и обтираюсь, а потом уступаю ей ванную. Одеваясь в форму, я слышу, как спускается вода в унитазе, а потом включается душ.

Я спускаюсь на первый этаж, натягивая шапку пожарного департамента. Нахожу Мэллори, сидящую за кухонным островком. Она потягивает кофе из кружки, уткнувшись в телефон, и ест хлопья. Я совершенно не представляю, как мне вести себя в такой ситуации.

– Доброе утро, тренер, – говорит Мэл бодрым, хотя и немного сонным тоном. Она звучит… непринужденно. Нормально. Без малейшего удивления или смущения.

– Доброе утро, Мэл. – Я указываю на кофейник. – Можно?

Она смотрит на меня так, будто я спросил разрешения дышать.

– Эм… да?

Я нервно усмехаюсь, открываю шкафчик наугад и нахожу там лишь стаканы для сока и целую коллекцию термокружек с логотипом «Уилер Фигур Скейтинг Академи».

– Следующий шкафчик справа, – говорит Мэл, не отрываясь от телефона.

Я нахожу нужный шкафчик, беру кружку, наливаю кофе, достаю сливки из холодильника, размешиваю и наклоняюсь над барной стойкой напротив Мэллори, которая переводит телефон в спящий режим, переворачивает экраном вниз и смотрит мне в глаза.

– Можно я кое-что скажу, тренер?

– Да. Конечно.

– Моя мама заслуживает счастья. Всю мою жизнь она ставила меня на первое место. А с тех пор, как встретила вас, она… – Мэл пожимает плечами. – Ожила. Не знаю, как еще это назвать. Расцвела, как цветок, хоть это и звучит как-то банально. Так что просто… не обижайте ее. Не разбивайте ей сердце. Это все, о чем я прошу.

– Я не могу обещать, что никогда не сделаю и не скажу какую-нибудь глупость, Мэл. Я человек, и что еще хуже, я мужчина. – На этих словах Мэллори фыркает от смеха. – Твоя мама невероятная женщина, и она мне небезразлична. Единственное, что я могу обещать, это делать все, что в моих силах, чтобы осчастливить ее и, надеюсь, сохранить это счастье. – Я обдумываю следующую мысль, пытаясь подобрать правильные слова. – Я… что бы ни случилось между мной и твоей мамой, я не хочу, чтобы ты думала, будто я пытаюсь…

Она поднимает руку, останавливая меня.

– Воу. Мне это не нужно, тренер. – Пауза, а затем она продолжает более мягким тоном: – У меня никогда не было мужчины, который был бы для меня примером для подражания, авторитетом или кем-то в этом роде. Честно говоря, я бы не знала, что с ним делать. Но я чувствую, что могу вам доверять, хотя бы потому, что вам доверяет мама. Я знаю, что ребята в команде тоже вам доверяют и уважают вас, и мне этого достаточно. А что касается всего остального, давайте решать проблемы по мере их поступления, хорошо?

Я усмехаюсь.

– Договорились. – Делаю глоток, разглядывая ее поверх края кружки. – Могу я только сказать, что ценю твою прямолинейность?

Мэл пожимает плечами.

– Мы, женщины семейства Уилер, не очень-то умеем сдерживаться.

– Могу я кое о чем тебя спросить? – произношу я.

Она выглядит удивленной.

– Эм, да. Думаю, да.

– Твоя фамилия, Уилер… – начинаю я, затем замолкаю, подыскивая лучшую формулировку.

– Это мамина «девичья фамилия». – Она изображает пальцами кавычки в воздухе и добавляет с изрядной долей сарказма, – это, наверное, самая архаичная фраза на свете, но неважно. После развода она вернула себе фамилию Уилер. А потом потратила, наверное, месяцы на подачу всяких петиций и прочего, чтобы сменить фамилию мне. В конце концов она добилась согласия от моего донора спермы, и вот она я – Мэллори Морган Уилер, как и было задумано богом.

– Извини, если лезу не в свое дело.

Мэл улыбается, пожимает плечами и качает головой.

– Не, нисколько. – Она отводит взгляд, затем снова смотрит на меня. – Итак. Игра уже завтра. Как настрой?

Я широко раскрываю глаза и выдыхаю.

– Ох, если честно… мы готовы. Я в хорошей форме, в этом году у нас отличный состав. У полицейских, впрочем, тоже, так что игра будет напряженной как никогда.

– Мама немного волнуется, – говорит Мэллори. – Она много лет не каталась на льду перед публикой.

– И я волнуюсь очень сильно, если хочешь знать. – Морган спускается вниз с высушенными волосами, заплетенными в косу. На ней узкие черные джинсы, лавандовая толстовка «Уилер Фигур Скейтинг Академи» и черные угги. Она останавливается рядом со мной, бросает взгляд на дочь, а затем тянется ко мне, чтобы поцеловать – быстро и нежно.

Мэл ухмыляется, когда мы отстраняемся друг от друга.

– Оу-у-у. Вы такие милые.

Морган подходит к кофейнику и наливает себе кружку.

– Никаких «фу, какая мерзость»?

Мэл закатывает глаза.

– Мам, мне что, двенадцать? Нет. – Она опускает взгляд на свою миску с хлопьями. – Если честно, глядя на то, какие вы милые, у меня появляется надежда. После того, что сделал Хит, я была не в восторге от парней.

Я бросаю взгляд на Морган.

– Я хочу это знать?

– Нет, не хотите. Мама со всем разобралась, – отвечает Мэл.

Я усмехаюсь.

– Нисколько не сомневаюсь. Мне жаль этого глупца.

Морган прыскает от смеха, узнав мою отсылку к «Команде А», но Мэллори, что неудивительно, она непонятна.

– У меня есть связи, Мэл, – говорю я ей, заговорщически переходя на театральный шепот. – Я могу устроить так, чтобы его засунули в камеру предварительного заключения на пару дней.

Мэл, кажется, всерьез обдумывает предложение.

– Нет, как бы ни было соблазнительно продолжать портить ему жизнь, я просто хочу оставить все это в прошлом и надеяться, что когда-нибудь встречу хорошего парня.

– Обязательно встретишь, – заверяю я ее. – Такая красивая, умная, независимая и спортивная девушка, как ты? Тебе понадобится огромная дубина, чтобы отбиваться от парней.

Она хихикает.

– Спасибо, что использовали правильную формулировку, тренер.

Я хмурюсь.

– Что?

Голос Морган звучит ровно, но подрагивает от едва сдерживаемого смеха: – Отбиваться от парней, а не отбивать парням.

Мои глаза округляются.

– Я совсем не это имел в виду. Господи. Стал бы я шутить так с семнадцатилетней девочкой?

Мэл хохочет.

– Расслабьтесь, мужик. Это я пошутила.

– Мужик?

– Чувак? – Она ухмыляется. – Бро. Шеф. У меня еще много вариантов.

– Давай просто остановимся на тренере или Ное, – говорю я.

– На Ное? – Она склоняет голову, переводя взгляд с меня на Морган.

Я пожимаю плечами.

– Мне хватает званий и формальностей на работе. К тому же, технически я не твой тренер. Если тебе нравится звать меня тренером, то пожалуйста. Если больше по душе Капитан или Кэп – отлично. Но меня вполне устроит Ной. Мне кажется, сейчас это более чем уместно.

– Не, Кэпом я вас точно никогда не назову, – говорит Мэл. – Если вам норм, что я буду называть вас по имени, то и мне норм.

– Значит, все норм, – говорю я.

– Норм.

Морган фыркает от смеха.

– Вау. Вы двое такие красноречивые.

– Норм, – говорим мы с Мэл в один голос, и затем все втроем взрываемся хохотом.

Я бросаю взгляд на Морган, ее глаза блестят. Она отворачивается, но я успеваю заметить в ее глазах слезы. Она рассеянно теребит полотенце, висящее на ручке духовки, а затем снова поворачивается ко мне.

– Ладно. Ной, завтрак. Что ты будешь?

«Тебя», чуть было не слетает с моих губ, но я вовремя прикусываю язык – и действительно, когда я смотрю на Морган, она одаривает меня взглядом, который ясно говорит: «Только посмейте это сказать, мистер».

– У меня есть идея получше, – говорю я и, взяв ее за плечи, веду к островку, усаживая рядом с дочерью. – Вы сидите и пьете кофе, а я приготовлю нам завтрак.

– Но… – протестует она.

– Морган. – Я перебиваю ее. – Когда в последний раз кто-то готовил тебе завтрак?

– Рискну предположить, что никогда, – отвечает Мэллори, усаживая маму на барный стул у островка. – Мама с благодарностью принимает твое любезное предложение, Ной.

– Отлично. – Я открываю холодильник и изучаю его содержимое. – Посмотрим… ого, девчонки, да вы питаетесь исключительно правильно. Сколько тут всего полезного.

Я достаю зеленый перец и упаковку сосисок. Ставлю на огонь две сковороды, параллельно нарезая перец кубиками. Через несколько минут я раскладываю по трем тарелкам яичницу-болтунью с перцем и сосисками.

Лицо Мэл светится искренней радостью, когда я ставлю перед ней тарелку.

– Второй завтрак! Класс!

Я сажусь рядом с Морган, и мы приступаем к еде. Покончив с завтраком, Морган кладет голову мне на плечо.

– Спасибо, Ной.

– Всегда пожалуйста. – Я проверяю время на телефоне и тихо ругаюсь. – Мне пора бежать, девочки. Капитан не может опаздывать.

Морган ловит меня за руку у входной двери, когда я накидываю свою форменную куртку.

– Эй.

Я наклоняюсь и целую ее.

– Я так рад, что ты написала мне прошлой ночью.

Она улыбается мне.

– Не так рад, как я. – Она внимательно изучает мое лицо. – Спасибо, что ты так здорово поладил с Мэллори. И за завтрак.

– Мэл классная, так что с ней легко поладить. Ты воспитала потрясающего ребенка, милая.

Она опускает голову.

– Просто для меня очень много значит, что ты заботишься о ней во всей этой ситуации. Я знаю, что она рассудительная, особенно для своих семнадцати, но за всем этим скрывается очень ранимое сердце.

– Морган, я с тобой. Хорошо? Ты, она, мы, все это. Но не будем торопиться.

На мгновение она прижимается головой к моей груди, затем отстраняется, похлопывает меня ладонью и мягко подталкивает к двери.

– Иди на работу. Но позвони или напиши, когда сможешь, ладно?

– Обязательно. И ты тоже. Только учти, отвечать я смогу лишь по возможности.

– Я знаю. А теперь иди. В конце концов, капитан не может опаздывать.

Я насвистываю, когда прихожу на работу, и ловлю себя на том, что насвистываю, пока занимаюсь бумажной волокитой. Это, конечно, не ускользает от внимания моего сына.

– У кого-то отличное настроение, – говорит он, тяжело плюхаясь на стул в своей излюбленной манере.

– Да, вроде того.

– Не хочешь поделиться с сыном?

Я снимаю очки и бросаю их на стол.

– Просто… с Морган все складывается отлично.

Он ухмыляется.

– Отлично? Насколько отлично?

– Я остался у нее на ночь.

Его глаза расширяются.

– Ого, это серьезный шаг. Ты счастлив?

Я киваю.

– Да. Если честно, я не был уверен, что когда-нибудь снова почувствую себя по-настоящему счастливым. – Я смотрю на него, колеблясь. – Хотя иногда трудно позволить себе это чувство.

– Мама именно этого бы и хотела.

– Да, но каким-то частичкам меня тяжело это принять. – Я указываю на него ручкой. – А что насчет тебя? Кто-нибудь привлек твое внимание?

Он качает головой.

– Нет. Я сходил на несколько свиданий, но… – Ноэль вздыхает. – Это прозвучит дерьмово.

– Все равно скажи. Я твой отец. Я тебя знаю.

– Все здешние свободные женщины подходящего возраста меня просто не интересуют. С ними все в порядке, просто… не знаю. Я вырос вместе с ними. Ходил с ними в школу. Блядь, я встречался с Лией Мартин, а с ее бывшим мужем мы всю жизнь играли в одной команде. Это просто странно. Не знаю. Мне нравится жить здесь, нравится, что я вернулся в Томлин-Фоллс, и я никуда не собираюсь уезжать, но порой я задаюсь вопросом, встречу ли я вообще когда-нибудь своего человека.

Я вздыхаю.

– Да, проблемы жизни в маленьком городке. Но я знаю, что нужный человек обязательно появится. Скорее всего, тогда, когда ты меньше всего этого ждешь.

– Кажется, ты сказал почти то же самое, когда я расстался с Хизер Эдмондс на третьем курсе, – говорит он.

– Это было правдой тогда, остается правдой и сейчас.

Ноэль саркастично смеется.

– Пап, мне уже за тридцать. Я начинаю думать, что мне это просто не суждено.

– Ты слишком молод, чтобы сдаваться, сынок. Как я уже сказал, такие вещи имеют свойство подкрадываться незаметно, когда ты меньше всего этого ждешь.

– Надеюсь, ты прав. Потому что, если честно, я очень этого хочу.

– Ты найдешь своего человека, Ноэль. В тебе столько любви. Просто… будь открыт, когда этот момент настанет. Ты сразу все поймешь.

А затем звучит сигнал тревоги, и мы срываемся с места.