332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Доухан Балаева » Мадина » Текст книги (страница 18)
Мадина
  • Текст добавлен: 5 октября 2016, 23:20

Текст книги "Мадина"


Автор книги: Доухан Балаева






сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 26 страниц)

      А Ал, не дождавшись отв, продолжал в прежнем тоне: – Те совсем нечего бояться, имея такую подругу. Вон как вцепилась– боится, видать, как бы мы сейчас не набросились и не отняли тя у нее. Нат, конечно, не поняла его, по– прежнему держала Мад. под руку, придвинувшись вплотную. А Мад. опять промолчала, лишь бросила на него короткий взг. В кор. было многолюдно, и ее тяготила необходимость стоять здесь, на виду у всех. – Смотри– ка, Ах, она вовсе и не собирается говорить с нами. – Ал. уже по– русски обратился к Нат: – Что случ. с вашей подр? Она что– дала обет молчать? – С какой стати она с вами должна разг– ть, если ей вовсе не хочется этого. Но Ал. не больно тронула колкость– он по– прежнему улыб: – Вот это защитница! А ты что скажешь, Мад? – Мне некогда здесь стоять. – Хор, мы не будем задерживать вас сейчас, а когда кончатся занятия– поговорим. Мы здесь тя подождем, – сказал Ах. и жестом велел Ал. оставаться на месте. Подойдя к двери нужной аудитории, Мад. обернулась к неотступно следовавшему за ними Ах, с издевкой ск: – Ну что, убедился теперь, где я буду? Предатель ты– больше никто. Не думала я, Ах. что ты будешь мне врагом. – Ты пока не знаешь, враг я те или лучший друг. Сейчас я только об одном прошу: выслушай Ал, когда освободишься, и не будь с ним слишком резка. Мад. задумалась на неск. сек. – Пусть на сей раз по– твоему будет– иначе все равно ведь не отвяжешься. Только вы не стойте здесь– и без того все внимание обращают. Не хочу, чтобы обо мне сплетничали. Ждите где– нибудь внизу. – Эт я и сам знаю.

      – И вот еще что. . – Мад. помолчала, словно обдумывая то, что намеревалась сказать, а затем, глядя в глаза Ах, твердо прог: – Скажи этому своему другу, чтобы отстал от мя наконец. У мя давно есть парень, и я выйду только за него или ни за кого. Так и скажи ему. – Хм! . . Удивила! У какой дев. нет парня? Но далеко не все они вых. за кого хотят. – Со мной этого не произойдет– можешь не сомневаться, – отрезала Мад. – Если бы мне сказали, что я должна выйти за этого краснорожего или умереть– Аллах тому свидетель! – я бы ни сек. не колебалась, сейчас же подбежала бы вон к тому окну и выбросилась вниз гол. . – И осталась бы калекой на всю жизнь– укоризненно покачал гол. Ах. – Ниче подобного. Мы на 3этаже, а внизу– камни. – Не нрав. мне эт твой разг, Мад.

      Оч. глуп. разг. – Нрав. те или нет, это я от души сказ. Можешь ему все так и передать. А если и не пер– сама сег. же скажу ему в глаза. – Брось дурить, Мад. Не забывай, что обещала мне вести ся как следует, – сказал под конец Ах. Началась лекция. Мад. сидела, тглубившись в невеселые мысли. – И чего ты стояла и слушала их? Не могла сразу уйти? – шепнула Нат. – А они бы, думаешь, отстали? Я не хотела привлекать вним. Все бы догадались, что я убегаю. К тому же, Ах. ведь мне не чужой. Ната, мне сейчас же нужно сорваться отсюда. Они внизу будут поджидать мя, а я не хочу! . . – Тогда и я с тобой. Спустя неск. мин. обе под. под благовидным предлогом покинули ауд. Нат. сбегала в раз. за пальто, и, быстро одевшись, дев. вышли через служ. вход в зад. двор инст. и заспешили к автостанции. Вернувшись к Ал, Ах. в шутливом тоне передал ему слова Мад, неск. смягчая их и следя за реакцией др. Но тот сравнительно спокойно отреагировал на них, отв. почти теми же словами, какие сам Ах. ск. Мад: – У каждой из них есть кто– то на уме. Эт дет. блажь она со мной быстро забудет. Не найдя после зан. Мад. среди студ, покидавших инст, они еще мин10ждали, надеясь, что дев. просто задерживаются, прихорашиваясь. Потом Ах. решил сходить посм. в чем дело, но Ал. ост. его: – Не надо. Можешь не ходить, там ты их не найдешь. Воллахи, опять она нас вокруг пальца обвела. Они вышли из инст. и сели в маш, оставленную недалеко от парадного входа. – Подождем еще немн. здесь– предложил Ах, никак не желая смириться с мыслью, что Мад. обманула его. – Как хочешь, – согласился Ал. – Только ждать нет никакого смысла. Эта дев, видать, давно забыла то, что мы с тобой знаем. Прождав еще мин10, Ал. резко сорвал маш. с места и поехал прочь.

      Абукар и Фат. узнали о сват. оч. скоро– разве могло оно долго оставаться в тайне! Такие вести распространяются с поразительной быстротой, потому как слишком разветвлены и развиты род– ые связи. Фат. пришла в тот же вечер и долго говорила с Маг. и Там, начав с выражения возмущения по поводу того, что они вообще допустили начало сват, несмотря на данное ей слово. Ведь достаточно было сказать сразу, что у них уже есть уговор с др. людьми, и сваты бы не пришли. Прекрасно понимая, что все это– дело рук Там. и стар. сес Маг, Фат. весь свой гнев направила против Там. Маг. заверил ее, что не намерен пока ничего решать и что в любом случае не станет неволить дочь. – Это нас мало успокаивает, Маг, – возразила Фат. – Ты должен им отк, чтобы мы могли прислать своих сватов. Сам понимаешь: пока с теми дело не порвано, мы не можем сделать этого. – Да и вашим незачем спешить. Пусть дев. спокойно уч. – Но ты же сам пон– шь, что эт уже невозможно. Люди не ост. в покое ни ее, ни тя. Я вижу, моя сес. изменила мнение о нашем уговоре. – Фат. испытующе см. на Там. – Мы ведь с тобой давно договорились обо всем. Или ты забыла? Аллах вам не простит, если насильно ее отдадите, позарившись на их знатность и богатство.

      – Что ты гов? ! Нам– то какой прок от чужой именитости и бог! . . – бурно возмутилась Там, и именно потому, что Фат. попала не в бровь, а в глаз, как раз эт было ей далеко небезразлично. Но Фат, будто и не слышала ее, прод. в прежнем тоне: – Дев– то что толку от его машины и полного дома денег, если он сам ей нужен не больше, чем божья кара! Лучше не лишайте ее счас– не простится вам эт никогда. Вы же можете отдать ее за др, оч. хор. парня, кот. ей нужен и с кот. она будет счаст. – А ты откуда знаешь, кто ей нужен? – Маг. неск. задела сама эта новость и особенно уверенность, с какой гов. Фат. – Можешь не сомневаться, знаю, что говорю. Как– никак, Иб. мне дорог не меньше сына, да и Мад. я люб. как свою дочь. Кому же, как не мат, знать, что в сердце ее ребенка? – Фат. покосилась на Там. – Да и Там. это хор. известно. Там. лишь глубоко вздохнула в отв. и отвела взг. В конце концов Фат. успокоилась, только заручившись обещанием Маг. в след. визит оборвать сват. Там. она больше не доверяла, поскольку жен. чутьем угадывала, что она в этом деле ненадежная союзница, если и вовсе не противница. – Тогда мы на след. же день пришлем сват– заверила Фат. – Кто виноват, что вы раньше эт не сделали? – Зачем так гов, Там? Ты же хор. знаешь, почему так получ! – искренне возмутилась Фат. – В этом повинен только лишь благородство тех людей, не позволивший им затевать сват. на 2день после похорон. .

      Чуть ли не каждый вечер или сама Фат, или Лида стали заглядывать к ним ненадолго– "на разведку", как на днях призналась Мад. Лида. Но на эт раз Лиду привела более важная причина: она прин. письмо от Иб. Мад. спрятала с шутливой торжественностью врученный ей конверт. Лида принялась настаивать, чтобы она проч. при ней, но Мад отк. – Оно же у тя в руках было– вскрыла бы и прочла, если загорелось. . Лида обняла ее: – Я бы и не стала вынуждать тя читать вслух– зря испугалась. Эт я нарочно к те приставала– хотела испытать. Даже если бы оч. попросила прочесть– и то я бы не стала, потому что мне Иб. написал, что эт– только для тя. А его я готова слушаться во всем. – Лучше расскажи, о чем он те написал. – Вот приди и сама прочти. Уж я– то не стану запрещать. С тех пор, как зять купил те гармошку, ты и вовсе перестала прих. к нам. Уж лучше бы у тя ее не было! – Думала, всегда так будет, что у тя она есть, а у мя нет? Оставшись одна, Мад. заперла дверь на крючок, достала из– под скатерти письмо и забралась на диван.

      После обычных привет. и традиционных воп. Иб. писал о своих переживаниях и тревогах по поводу того, что они теперь врозь, и что он сожалеет об этом и горько раскаивается, что уехал, так и не добившись своего, вняв ее просьбам подождать. ". . Но я тешу себя надеждой на то, что мое долготерпение в конце концов будет вознаграждено. Мад, передо мной все время твое грустное лицо, твои глаза, полные слез. Если бы ты только знала, как мне хотелось тогда обнять тя, осушить твои гл! Но разве бы я посмел сделать это? ! Мне казалось, что причина твоих слез– мое нежеланное прикосновение, оскорбившее тя. Ты же у мя воплощение стыдливости и целомудрия. Но сейчас, восстанавливая в памяти нашу послед. встречу в мельчайших деталях, мне кажется, что не это было причиной тех твоих слез, а мой отъезд. Я был бы счастлив увериться в этом.

      Родная моя, милая Мад! . . Мне доставляет невыразимое наслаждение писать те эти слова, звучащие в моем сердце чудесной музыкой. Как они подходят те, твоему имени! . . Жаль, что в нашем языке нет таких прекрасных слов. Но ничего– зато в нем есть много других хороших слов, и я скажу те их, Мад, когда мы наконец будем вдвоем, и буду говорить всю жизнь! Да и разве важно на каком языке их произносить? Главное, чтобы шли они из самой глубины сердца. . Как бы я хотел видеть твое лицо, когда читаешь эти строки! Не смеешься ли надо мной? Не считаешь ли, что это я вдали от родины так расчувствовался, ударился в сентиментальность? Ты не должна так думать, Мад. Надеюсь, ты знаешь мя настолько, чтобы не думать обо мне так. Я никогда не говорил те о своих чувствах, но не потому вовсе, что не находил для этого слов– они всегда были и есть в моем сердце. Я просто стеснялся гов. тебе их вслух. Да– да, представь се, что я– здоровенный взрослый дядя– и впрямь стес. тя– совсем еще дев! . . Смешно, да? . . Гордая моя недотрога! . . Знай: дороже и желаннее тя у мя на всем этом свете никого нет и не будет никогда! ! А обо всем остальном я скажу тебе потом, когда будем вместе, – у нас ведь еще целая жизнь впереди. Мад, надеюсь, ты простишь мне, что я все же нарушил данное те обещание. Возможно, ты узнаешь об эт раньше, чем дойдет эт письмо. Я имею в виду сват. Очень тя прошу не препятствовать ему. Я буду чувст. себя здесь гораздо спокойнее, если буду знать, что ты– моя невеста не только в моем сердце, но и перед людьми. . . ".

      В конце Иб. сообщал, что ему с товарищами в ближайшее время предстоит переехать на др. объект и что сразу же по прибытии на новое место напишет ей, сообщит свой адрес и тогда будет с нетерпением ждать отв. . Мад. уткнулась лицом в письмо, ладонями прижимая драгоценные листки к пылающим щекам и вдыхая исходящий от них едва уловимый запах табака и еще чего– то незнакомого, далекого, и неск. мин. неподвижно сид. в такой позе. Потом любовно сложила листки, вложила в конверт и привычным, исконно жен. движением спрятала на груди. Ощутив прохладное прикосновение конверта, подумала о том, что его не так давно держали руки Иб. Эта мысль неожиданно взволновала так, словно в самом деле почув. прикос. его рук. Устыдившись этих своих непрошеных мыслей и вызванных ими смутных, волнующих ощущений, она со стыдливой поспешностью извлекла кон. и, пошарив вокруг глазами, спрятала в шифоньере под стопкой пост. белья, зная, что сюда никто, кроме нее, не заглянет. Вык. свет, она вновь забралась на диван и предалась размышлениям. Вспомнила прощ. встречу, теперь уже по– новому осмысливая каждый жест, каждое слово Иб, его взгляды. "Как хор. он думает обо мне, оказывается! Какие слова крас. написал! Так только в книгах да в кино гов. . Спрашиваешь: не смеюсь ли над твоими словами? Как можно над ними смеяться? Мне плакать хоч. от счас. . А вот то, что ты якобы стес. мя, и в самом деле смешно и неправда. Это я все время стес. тя. "Врослый дядя"! Скажешь тоже! . . Какой же ты дядя? Это вот тот, что кружит теперь надо мной ястребом– дейст. дядя. Ну ниче, теперь Абукар и тетя взялись за дело, так что все будет хор. . "

      Эта мысль вернула ее к действительности. "Ва, Иб! Знал бы ты, как трудно мне здесь приходится! . . Ты просишь простить за то, что нар. обещание. А я столько перетерпела за пос. время, что теперь не прощаю те, что ты сделал это так поздно! Но в этом я те, конечно, никогда не признаюсь. . "Мад. рисовала в своем воображении предстоящую встречу с Иб, пытаясь представить его движения, жесты, слова, какими заговорит теперь, – ведь в письме он наговорил ей столько восторженных слов, что аж гол. закружилась. Не в силах больше сдерживать переполнявшие сердце чув, она взяла гармонь и негромко заиграла. Из– под пальцев лилась необыкновенно нежная, задушевная мелодия. Это пело само юное сердце дев, полное любовного томления, не совсем еще осознанного ею. Письмо Мад. не пок. даже Нат, от кот. до сих пор ниче не утаивала. Она же желала делать свидетелем третье лицо, даже если это задушевная под, боясь, что неизбежное в таком случае обсуждение письма оскорбит чув. Иб, нарушит сокровенную святость ее ответного чув.

      Ал. не спешил вновь посылать сватов, предвидя, что результат может быть прежним, если не хуже того. Но род– ки его, в особенности сес. и зять, не теряли времени зря, использовали малейшую возможность воздействовать на род. дев, чтобы любым способом добиться от них офиц. согласия заключить род. союз. И стремились они теперь к этому вовсе не потому, что считали ее един. достойной и неповторимой, и не пот, что считали большой честью для ся, для своего тайпа родство с ее семьей. Напротив, они были убеждены, что парень их достоин гораздо луч. дев. и что род. с ее тайпом, по бытующим еще понятиям, менее достойным, чем их издавна славившийся тайп, вовсе не прибавит им чести. Но именно сознание этого больше всего задевало их фам. самолюбие, укрепляя решимость во что бы то ни стало добиться своего. "Как так? ! Нам, известным всему мохку, мохк– земля, страна. отказывается отдать свою дочь какой– то безвестный нищий Маг, кот. и род– ком– то стыдно назвать? ! Да наш парень может купить всех из его тайпа– не только его дочь, будь она даже из чис. золота! "– примерно так можно было выразить бушевавшие в них чув. и мысли. Но вслух они их выражали, конечно же, только в самом узком своем кругу, чтобы не приведи Аллах! – о них не стало известно род– кам дев, ибо, услышав о себе такое мнение, даже самый последний, самый малодушный муж. скорее согласился бы убить свою дочь, чем отдать ее людям, выказывающим презрение к нему и его тайпу. Отец Ал– всеми уважаемый, хотя и не такой уж знатный, мулла– привлек к делу всех самых именитых стар, живущих в одном селе с Маг, не говоря уже о его близких и дальних род– ах.

      И теперь при каждом подходящем случае, при каждой встрече с Маг. они вели разг. в пользу этого род, выражая недоумение и даже порицание по поводу его несогласия и непонятной им непреклонности. То обстоятельство, что сам дев. против зам, они, разумеется, и вовсе не брали в счет, отметали прочь, как маловажный аргумент. Маг. оч. тяготили эти разг. Он жалел, что в прошлый раз не отк. сват. В течение всего месяца в любой компании– будь то на свадьбе или во время встречи по какому– либо иному поводу– муж. непременно заводили с ним разг. об этом. Всем уже было известно, что неопределенность сват. яв– ся следствием упорного несогласия дев. А сваты все не прих. к Маг. за оконч. отв, заведомо зная, что он будет отриц. Таким образом, Ал. и его род– ки умышленно затягивали сват. Прослышав о том, что его делу представляют существенную угрозу "подпольные"действия др. людей, пытающихся перехватить у него дев. Ал. с поразительной оперативностью навел необходимые справки и более или менее точно разузнал, откуда исходит эта угроза и насколько она серьезна. Больше всего его беспокоила догадка о том, что Мад, проявляет благосклонность к этому парню и именно потому так упорствует. Но Ал. не был бы Ал, если бы эт заставило его отступиться от нее. Это обст– во подействовало на него совсем наоборот: разожгло тяжелое, гневное чув. соперничества. Как он теперь знал, сам парень, его соперник, был от него в недосягаемой дали, что лишало возможности лично принять какие– либо меры. Да в таких мерах и не было нужды. Тот парень, находясь на таком расстоянии, не мог представлять для его дела ск– нибудь существенной угрозы, а потому он ограничился тем, что ск. своему зятю, кто именно пытается перерезать ему дорогу. Т. е. назвал фам. и место жит. братьев Иб.

      Этого оказалось вполне достаточно. Как и водится в подобных случаях, к стар. брату Иб. Хамзату незамедлительно явились посланники, кот, представившись от имени отца Ал, в дипломатической, по возможности вежливой форме заявили о его возмущении по поводу их действий, направленных на то, чтобы сорвать ведущееся ими сват. Хам, прекрасно зная обычаи, понимал, что затевать спор в данной сит. бесполезно, да и чревато затяжными последствиями, поскольку, как ни крути, право первенства принадлежит им и подобные действия всегда воспринимаются как оскорбление, унижение достоинства не только самого парня, у кот. хотят перехватить дев, но и всего его тайпа. Выслушав посланников, Хам. ответил, что и представления не имеет о том, о чем они гов, и что ни он, ни его брат к эт делу нисколько не причастны. Под конец стар. из пос– грузный пожилой муж, сказал уже от ся: – Если люди, от чьего имени мы сюда пришли, обидели вас незаслуженными подозрениями, извините их. Прислав нас они сделали лишь то, что сд. бы на их месте всякий. Хам, скажи правду, ведь и сам ты пост. бы точно так же, окажись на их месте? Получив утвердительный отв, он продолжал: – Прежде чем прийти сюда, я расспросил о вас тех, кто давно с вами знаком. Ни 1чел. не сказ. о вас ниче плохого. Так что, идя сюда, мы знали с кем будем гов, и были уверены, что наш визит будет понят правильно. Мы знаем, что вы выросли в труд. условиях, без отца. Слава Аллаху, кот. помог вам стать достойными муж, способными избежать дурных поступков. Согласись: ведь никогда умный чел. не сделает умышленно такого, что может вызвать вражду с людьми. Что может быть хуже вражды? !

      Это был, разумеется, безыскусный дипломатический прием, и хотя пос. знал прекрасно, что визит его имеет под собой реальную почву, вежливо добавил: – Уж ты извини нас, что напрасно побеспокоили. Но нам не жаль ни труда, ни времени, потраченных на этот визит, поскольку он полезен уже одним тем, что принес знакомство с достойными людьми. . Проводив гостей за ворота, Хам. задумчиво вернулся в дом. Поймав на себе встревоженный взг. жены, спросил: – Слышала? – Сл, все сл. Это нам погорше черемши, – расстроенно вздохнула та. – Что теперь делать будем? Ведь если после этого что– нибудь предпримем, они нам учинят большой скандал. Бедный мальчик! . . Как он переживал, когда уезжал. Видно, мучили его недобрые предчувствия. – Что запричитала, словно умер у тя кто! Еще неизвестно, что у них выйдет– дев. ведь против. – Дев– то против, да мать ее– за, а это оч. много значит. А если все же отдадут ее, или умыкнут? – Так что тогда– умирать прикажешь? . . И кроме нее дев. есть– без жены не ост. – Тебе– то все равно. . Разве ты, сделанный из железа, способен понять это? Если бы твой брат знал здешнее положение– на крыльях бы примчался, – со слезами в голосе отв. жена. – Так что теперь прикажешь делать? Драться с ними? . . Если бы это могло помочь, я бы и сам пошел на это, – сердито прикрикнул Хам. и вышел, хлопнув дверью. У него самого на душе было неспокойно. Но делать было нечего, оставалось только ждать. Он был уверен, что Аб. сделает все возможное в создавшейся ситуации. Но случ. так, что Аб. и Фат. вскоре оказались лишенными всякой возможности хоть как– то повлиять на судьбу этого сват. Больше того– они серьезно перессорились с род. Мад, вернее, с ее мат. Собственно, инициатором скандала была Там. В народе говорят: "Оставленная на ночь каша к утру говорить научилась. . ".

      Вскоре это затянувшееся сват. стало на селе притчей во языцех. Везде, где сходились хотя бы 2чел, говорили о тянущемся 2месяц сват. к доч. Маг. Особенно муссировали эту тему жен– ны, и сведения о самом сват, об Ал и особенно о Мад, обрастая "подробностями", подсказанными услужливым воображением сплетниц, передавались из уст в уста. И в самом деле: создавшееся положение служило благодатной почвой для рождения всевозможных кривотолков и сплетен. Нашлись и злопыхатели, которые умело использовали эту ситуацию и умышленно "подливали масла в огонь", желая повредить престижу Маг, опорочить имя его доч. Это из соображений подлой мести делали в основном те, кто в свое время сват. к Мад. и получил от ворот поворот. Разумеется, сплетнями преимущественно занимались жен, хотя и муж. не оставались в стороне– разве что вслух высказывались редко и крайне сдержанно, осторожно. Но не сразу сплетни достигли такой распространенности и приняли такую зловещую окраску. В первое время люди в основном просто недоумевали, поч. Маг. отк. от столь заманчивого варианта, от родства, кот. хоть кому может сделать честь. Не одобряли его пренебрежение такой возможностью из– за каприза доч. Правда, иногда раздавались и трезвые голоса, одобрявшие его позицию, ссылаясь на еще небольшой возраст доч. и ее учебу. Но таковые были в безнадежном меньшинстве, чтобы как– то повлиять на судьбу складывающегося "закулисного"общественного мнения. Многие втайне завидовали, что эт достойный бог. парень добивается доч. Маг, а не их доч, кот– по их собственному убеждению– гораздо красивее и более именитой фамилии.

      Словом, всевозможные толки на этот счет перебирались в различных вариантах. Как обычно бывает в подобных случаях, злые, пристрастные языки каждое услышанное предположение, высказанное кем– то просто так, между прочим, передавали дальше уже как достоверные сведения. Вследствие этого всего вскоре отчаянное сопротивление дев, ее категорич. отказ выйти за парня, кот. по мнению толпы, несомненно превосходил ее по всем статьям, вызвало мысль о том, что, по всей вероятности, дев. попросту не может выйти за него по известной причине. Такое мнение прижилось мгновенно, определив тенденцию дальнейших кривотолков. Оч. скоро стало известно даже, кто тот парень, за кот. она только и может выйти, не рискуя быть прогнанной на 3день после свадьбы. И что парень тот, добившись своего, скрылся, уехал подальше от греха, не желая прикрывать его женитьбой. Теперь особенно злорадствовали несостоявшиеся сваты Маг: "То, что заслужил, он получил! Если бы, не задирая нос, вовремя выдал дочь замуж, когда люди хотели ее взять, ничего бы такого не случ. Он хотел, чтобы дочь его ученая была, в инст. разрешил ей поступить! Вот она и выучилась там кое– чему. . ". "Неправда это все. Не может такого быть. Его доч. скромные. Да и Там. держит их в строгости. А эта дев, хотя и уч, не разбалованная, и вообще ни в чем плохом не замечена. Просто, видимо, любит др. парня или же вообще не желает пока вых. замуж. . "– гов. более порядочные люди, кому чистая совесть не позволяла поддаваться дешевому удов. поддерживать мнение большинства, поддакивать.

      "А откуда Маг. и Там. могут знать– чем их дочь заним. весь день? Они оба на раб, а дочь, говоря, что идет уч, каждый день ездит в город", – возражали другие. "Сейчас дев. совсем распустились– нет им веры. А чему, думаете, она там научится? Да и что с доч– то взять? Какой с нее спрос, если даже ее старая мать имеет дело в основном с иноверцами. Со своими русскими соседями живет, как с самыми близкими род– ми", – вторили им третьи. "В том, что она с соседями ладит, нет ниче плохого. Порядочный чел. всегда дружно живет и с соседями, а подонок– он и с род. братом не уживается", – возражали 4– ые. Потом, наконец, кто– то вспоминал, что обсуждать людей за глаза– оч. большой грех, за кот. Аллах карает немилосердно, и назидательно заключал, что один только он вправе судить: кто христианин, а кто мусульманин: кто грешник, а кто праведник. Очередная дискуссия на эт тему обычно на том и кончалась, и ее участ. расходились, гордые сознанием того, что уж они– то– истинные мусульмане, ревностно чтящие моральные проповеди пророка Магомета, – начисто забыв, или же попросту не желая думать о том, что мысль эта посетила их лишь после того, как они сполна насытились греховной сладостью, доставляемой безнаказанным перемыванием чужих косточек. .

      Мад. и не подозревала какие зловещие тучи собираются над ее головой. По– прежнему занималась, по мере сил стараясь не обр. вним. на непрекращающиеся разг. о сват, кот. велись частыми гостями с мат. Она, за редким исключением, не бывала свидетельницей этих разг, даже если какая– нибудь род– ца– очередная сочувствующая– настаивала послушать. А при беседах на эт тему с отцом она и вовсе никогда не присут. – это вообще не принято. К счастью, сам Ал. больше не искал с нею встреч, и Мад. надеялась, что он уже передумал, а разг. его родня ведет просто по инерции. "Перестанут, когда надоест. . "Однако, как ни успокаивала ся такими доводами, на сердце было оч. тревожно. Преследовали недобрые предчувствия. За последнее время поведение ее заметно изменилось. Необходимость всегда быть начеку, постоянно противостоять уговорам сторонников Ал. сильно отразились на ней: она стала раздражительной, нетерпимой, вспыльчивой. Но в этой непрерывной незримой борьбе у нее были и свои союзники, к бескорыстной помощи кот. прибегала, когда становилось уж совсем невмоготу. С ними только и отводила душу в самые труд. мин. Главным из них было, конечно же, письмо Иб. Давно отпала необходимость читать его– помнила до единого слова. Но тем не менее доставала из своего тайника, чтобы вновь прикасаться взг. к его строчкам. Само собой разумеется, что живыми союзниками Мад. были неутомимая Нат. и семья Лиды. Она знала, что все члены этой семьи– ее надежные сторонники и защитники. Однако оч. скоро предчувствия Мад. оправдались. Как ни тяжело приходилось до сих пор– все, что она пережила, было ничто по сравнению с ударом, нанесенным ей в этот злополучный день.

      До Там. уже давно долетали отголоски ползших по селу сплетен. Она знала вначале оч. немного об их истинном содержании и относилась к ним сравнительно спокойно, справедливо полагая, что совсем избежать подобных сплетен никому во время сват. не удается, что первопричиной их яв– ся зависть людей, не могущих спокойно видеть, какая семья добивается род. с ними.

      В этот воскресный день Там. отправилась в магазин за кое– какими покупками, но чуть не перед самым ее носом маг. закрыли на обед. перерыв. Досадуя на ся, что не взглянула на часы прежде чем выйти из дома, она повернула назад: пути– то было всего каких– нибудь мин. 10.

      – Яй, Там! Обернувшись на голос, увидела 2жен, своих соседок по улице. – И подходить к нам считаешь теперь зазорным для себя? Там. неспешно подошла к говорившим, поздоровалась. – Мне не с чего задаваться перед вами, просто я вас не заметила. – А мы тоже только что подошли. Зачем спешишь домой? Ты разве не оттуда пришла?

      – Давай лучше подождем пока отк. Никуда наши дома не денутся, на том же месте будут стоять. Там. вовсе не хотелось топтаться здесь целый час, да к тому же она чувст– ла, что, как всегда, вопросов о сват. не избежать. Но уйти так сразу сочла не совсем удобным. Жен– ны повели свои обычные разг. о здоровье, семейных делах, новостях и, конечно же, о детях.

      – Говоришь, не с чего те задаваться? Как же не с чего? Вон вы с мужем в городе раб– деловые люди стали! – с плохо скрываемым ехидством в голосе прогов. одна из жен– известная на селе сплетница. – Сын скоро диплом получит, дочь в инст. уч! – договорила нарочито торжественно и, словно вспомнив невзначай, спр: – Да, а что вы с тем сват. сделали? – Пока все без изменений. – Однако вы оч. смелые люди, Там. Как только не боитесь при таком положении дочь еще в город отп? – Не держать же ее теперь под замком– она ведь должна ходить на занятия. – Ей– богу, не знаю, но я бы на вашем месте ост. ее дома. А вдруг перехватят по пути туда или оттуда? Ведь парень может не захотеть дожидаться, как вы, согласия вашей доч– с наигранной озабоченностью прог. жен– на.

      – Это не такой парень, чтобы прямо на улице хватать да увозить дев. Да и родня, у него не такая, чтобы позволить ему это в то время, как ведется сват. и им еще не отк– Там. был неприятен эт разг, она порывалась уйти. – Ц– ц– ц– ц! . . Воллахи, и в самом деле вы смелые люди. Да разве можно полагаться на эт? Муж. же нет веры.

      Разве они слушаются кого– нибудь в таком деле? Разве они спраш. позволения? Смотрите, остерегайтесь плохого. Сама знаешь– у людей злые языки. . Там. подумала: "Неужто злее твоего– змеиного? . . ". А жен. продолжала. – И так о вас вон гов. разное. – А что о нас могут сказать плох? Пусть болтают, что угодно. Оттого, что скажут, к нам не пристанет чего нет и что неправда. О нас все все знают, у нас от людей никаких тайн нет. – Так вот эти самые люди и гов. теперь о вашей доч. всякое. И все потому, что вы ей волю дали, она у вас в городе уч. – Но что могут гов. про мою дочь, кроме того, что уч. в городе? Хуже этого никто о ней ничего сказать не может. Жен. притворно замялась, разыгрывая нежелание гов. о неприятном и огорчать собеседницу: – Да я– то этим сплетням не верю, но все равно. . Я вас уважаю и потому мне неприятно, что они вообще ведутся. Да ты не пугайся– ниче такого нет. Разве людям закроешь рты? Это все завистники ваши. . Тон жен, ее заискивающее лицо и в особенности выражение глаз, какое, должно быть, бывает у охотника, наблюдающего за попавшейся в капкан добычей, не на шутку встревожили Там. Сердце подсказывало, что этой жен. известно о ее доч. что– то плохое. Однако из самолюбия решила не подавать виду, не обнаруживать свои невольные страхи. – Так что, что они плетут? Поч. не гов. прямо? – спрос. с внешним спокойствием. – Конечно, все эт чепуха, не стоило бы и заговаривать об этом. . Но ладно уж, раз ты настаиваешь. . В общем, гов, что у твоей доч. парень есть и она поэтому так противится ведущемуся сват. Жен. не сводила с Там. выжидающего взг. – Ну и что с того? У какой дев. его нет, если только она не калека, не увечная?

      Вторая жен, молча слушавшая разг, лишь изредка подавая короткие реплики, поддержала: – Правильно гов. Иметь парня не стыдно, хуже, когда его нет. – И этими своими словами непреднамеренно задела самолюбие 1– ой, имевшей дома 3взрослых доч, из кот. и самой младшей давно прошел срок вых. замуж. – Это– то так, да только иметь– то пар. по– разному можно. Не все дев. умеют правильно ся с ними вести. Некоторые много лишнего позволяют, – желчно прог. она. – Что касается моей доч, то я знаю: она никогда ниче лишнего не позв. А в том, что у нее пар. есть, я не вижу ниче дурного– она ся вести умеет, – убежденно сказала Там. – Пойду– ка я лучше домой, чем терять здесь время попусту. Пришлю потом дев. Но жен, чья жажда насладиться чужим смятением осталась неутоленной, не желала отступать. Она была сильно задета невозмутимостью Там, ее полные пренебрежением к чужому мнению. – Да– а, видно, плохо ты свою дочь знаешь, Там, раз так уверена в ней. Зря не прислушиваешься к советам хор. людей, желающих тебе только добра. Там, успевшая отойти на неск. мет, остан, медленно вернулась. – Не ведаю, что ты этим хоч. сказ. Если имеешь что сообщить, – говори прямо, не виляй. Что ты знаешь о моей доч? – в упор спрос. она, на эт раз не скрывая раздражения. – Да она просто болтает, не слушай ее, иди своей дорогой, – попыталась предотвратить скандал втор. жен. Но было уже поздно. – Эт не я говорю– все село гов, что твоя дочь боится вых. за этого парня, потому что ей нельзя! . . Одна ты ниче не знаешь и не видишь! – бросила Там. в лицо 1ая. – На всякий собачий лай я вним. не обр! – отрезала Там.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю