Текст книги "Звоните Манькову! Дилогия (СИ)"
Автор книги: Денис Деев
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 31 страниц)
Я же пока занимался откровенным лицедейством для создания правильного делового антуража. Натащил из дома каких-то старых бумаг, чуть ли не студенческих конспектов, и щедро закидал ими наш колченогий стол. Выглядело масштабно и весьма бюрократично.
И когда Толик притащил нашего самого первого клиента, я, едва заслышав шаги в гулком коридоре, схватил ручку и с максимально глубокомысленным видом погрузился в «изучение документов».
Тактично постучав в обшарпанную дверь, Толик распахнул ее и запустил клиента внутрь.
В кабинет нерешительно зашел улыбчивый дедушка-азиат.
– Вот! Наш отдел регистрации, – бодро отрапортовал Толик, заводя клиента внутрь. – Вам здесь обязательно помогут и всё в лучшем виде оформят.
– Здравствуйте, здравствуйте, – приветливо закивал головой дедушка.
– Проходите, присаживайтесь, – солидно предложил я, отрываясь от своих липовых бумаг.
Толик технично свалил обратно в коридор. Его главным делом было найти следующую цель и грамотно ее обработать. А моей задачей – красиво раскрутить на бабки уже приведенного клиента.
Дедушка аккуратно присел на краешек нашего скрипучего стула.
– Какой у вас вопрос? – по-деловому поинтересовался я.
– Да вот, мне директор рынка сказал, что я должен ЧП открыть, – пояснил дед, продолжая добродушно улыбаться. – Частным предпринимателем стать.
– А чем вы вообще занимаетесь? – уточнил я.
– Ковры продаю.
Я быстро оценил ситуацию. В то время все продавали всё, и статус официального предпринимателя торговцам на рынках вообще не требовался. Это уже потом, спустя несколько лет, должны были начаться жестокие набеги налоговой полиции и появиться обязательные кассовые аппараты. А пока везде царила полная коммерческая вольница.
– Прямо на рынке торгуете? – на всякий случай переспросил я.
– Да-да. На рынке, – подтвердил дедушка.
По-хорошему, мне следовало начать его отговаривать. Зачем ему на старости лет весь этот головняк с налогами, проверками и бесконечными отчетами? Торговал бы себе потихоньку на здоровье, пока никто не трогает. Но наше агентство открывалось не как благотворительная консультация, а как коммерческая структура, нацеленная на извлечение прибыли.
Однако, исключительно ради профессионального любопытства, я все-таки поинтересовался:
– И много продаете?
– Очень много! – так и расцвел дедушка, довольно заулыбавшись.
– Небось, штук по десять в день? – решил я слегка подколоть старика.
– Нет, ну что вы, не так много, – скромно потупился он. – Три в месяц.
– Три ковра в месяц⁈ – я едва не рассмеялся.
– Нет, – дедушка совершенно серьезно посмотрел на меня. – Три вагона. Но мой брат сейчас договорился, будет присылать еще больше. Директор рынка сказал, что при таких объемах уже обязательно надо открывать частного предпринимателя.
В первую секунду я просто опешил. У меня в голове никак не монтировались этот благообразный старичок и оптовые поставки железнодорожными составами. Но потом я поразмыслил и понял: а чему, собственно, тут удивляться? В эпоху тотального дефицита был бы товар, а уж голодный до покупок клиент всегда найдется. Тем более на такую супермодную вещь как ковер.
Я стряхнул с себя оцепенение, посмотрел на коврового олигарха с нескрываемым уважением и спросил:
– И откуда же вы их везете?
– Из Кайраккума, – ответил дедушка.
– А это, простите, где? – поинтересовался я.
– Таджикистан, разве не знаешь? – искренне удивился он. – Там лучшие ковры делают!
– Таможню без проблем проходите? – осторожно закинул я удочку. Мозг уже начал просчитывать возможные варианты.
– Хорошие люди везде есть, – философски заметил старик. – Ты вот здесь сидишь, людям помогаешь. Молодец! На таможне тоже свои помощники есть. Хорошие люди всегда друг другу помогать должны.
Я крепко задумался. В голове мгновенно созрела одна крайне перспективная мысль.
– А давайте так, – предложил я, слегка подавшись вперед. – Я вам все учредительные документы за полцены делаю. Под ключ. Полный пакет – от печати документов до окончательной регистрации. А вы мне взамен контакт вашего человечка на таможне дадите. По рукам?
Дед посмотрел на меня с хитрым восточным прищуром, снова добродушно улыбнулся и понимающе кивнул.
Глава 12
Толик привел еще двоих клиентов, и оба оказались на регистрацию ТОО. Подумав, я решил, что пора устраивать конвейер по производству документов прямо на рабочем месте. Как говорится, лучше потратить время и заточить топор, перед тем как рубить деревья. Позвонив Степану, я узнал от его жены, что тот был на линии, поэтому пришлось бежать и ловить «мотор» прямо на улице. Надо было с самого начала не сомневаться в успехе нашего предприятия и сразу притащить основное средство производства в офис. В итоге я сам себе создал лишнюю работу.
Из дома я забрал старую добрую «Ятрань». Но пока я с кряхтением пер эту тяжеленную бандуру через двор, мне навстречу попался дядя Миша.
– Где взял⁈ – подозрительно прищурился он, преграждая дорогу.
– Дома, – тяжело выдохнул я, пытаясь перехватить печатную машинку поудобнее.
– Куда несешь?
– На работу.
– А кем работаешь?
– Ассенизатором, – огрызнулся я. – Разве по мне не видно? Дядь Миш, чем допрашивать и мешать, лучше бы помогли дотащить.
Участковый с явным сомнением посмотрел на пудовую железную махину в моих руках.
– У меня спина больная, – быстро нашел он отмазку.
– Тогда хоть поголосуйте у дороги, чтобы тачку поймать, – попросил я.
Дядя Миша, к моему удивлению, не отказал. Он подошел к краю проезжей части и властно поднял руку. Так как участковый был в форме, несколько проезжавших мимо машин шарахнулись от него и судорожно перестроились в левый ряд. Один из водителей на стареньком «жигуленке» не успел сманеврировать и понуро припарковался прямо рядом с нами.
– А за что меня остановили, командир? – тоскливо спросил водитель, опуская стекло.
– Довезешь вот этого, – грозно насупил брови дядя Миша, а потом обернулся ко мне: – Тебе куда?
– До райисполкома, – невозмутимо ответил я.
У дяди Миши от удивления даже лицо вытянулось: «До райисполкома-а-а?». Но он быстро взял себя в руки, кашлянул в кулак и сурово скомандовал водителю:
– Довезешь этого гражданина до райисполкома. Ясно?
Мужичок обреченно кивнул. Дядя Миша помог мне, открыв заднюю дверь, и я с огромным облегчением водрузил печатную машинку на потертое сиденье.
Захлопнув заднюю дверцу, я обошел машину и уселся на переднее пассажирское сиденье. «Жигуленок» дернулся и, натужно заурчав двигателем, отъехал от обочины.
В салоне повисло тяжелое, напряженное молчание. Водитель вцепился в руль побелевшими пальцами так, словно его прямо сейчас везли на расстрел, и то и дело затравленно косился в мою сторону.
– Вы простите… – примирительно начал я, решив хоть как-то разрядить эту тягостную обстановку.
Мужичок нервно вздрогнул и бросил на меня недовольный взгляд.
– За что? —спросил он.
– За этот вынужденный маскарад, – усмехнулся я.
– А мент что… не настоящий? – округлил глаза водитель, еще сильнее вцепившись в баранку.
– Настоящий, – успокоил его я, достал из кармана деньги и протянул водителю. – Просто я его помочь попросил. С такой тяжеленной дурой в руках самому на дороге голосовать было неудобно.
Мужичок покосился на купюры, потом перевел совершенно ошарашенный взгляд на меня.
– И он… помог⁈ – недоверчиво протянул он.
– Да, – легко пожал я плечами. – Добрый дядька попался. Душевный. А можно еще по дороге в магазин заскочить? Тут недалеко, всего пару кварталов. За простой я доплачу.
От этих слов водитель как-то разом выдохнул, расслабился и заметно повеселел. Тоскливый страх перед неминуемыми проблемами с властью испарился без следа. Всю оставшуюся дорогу он ехал с ветерком, а когда мы наконец добрались до райисполкома, подогнал машину прямо к самому входу.
– Бывай, браток! – весело попрощался мужик, когда я с кряхтением вытащил печатную машинку и пачку бумаги из салона, и, радостно махнув на прощание рукой, покатил дальше по своим делам.
Затащив «Ятрань» в кабинет, я тяжело выдохнул и прислонился к стене, чтобы немного отдышаться. Размял затекшие пальцы… и впахался! Ушел в работу с головой, старательно переводя неразборчивые каракули наших первых заказчиков в стройный, грамотный текст. Я настолько увлекся процессом, что на какое-то время напрочь забыл о том, что работал не на привычном, легком и удобном ноутбуке, а с силой лупил по тугим клавишам доисторического железного монстра. Вот что искреннее желание заработать живые деньги с человеком делало!
Закончил я где-то ближе к пяти часам. К этому времени на нашу базу вернулся порядком окоченевший Толик.
– Т-т-толпа разошлась, – доложил он, шмыгая покрасневшим носом.
– Ну, трое клиентов, да еще в первый же день работы – это просто отличный результат! – подбодрил я друга, прекрасно помня золотое правило любого руководителя: не похвалишь – не поедешь.
– Н-н-нам ч-ч-чайник завести надо, – произнес Толик, громко стуча зубами и растирая заледеневшие ладони.
– А еще, принтер, компьютер и, в идеале, ксерокс, – невозмутимо добавил я, аккуратно складывая отпечатанные документы в ровные стопочки. – Кстати, нам надо сразу определить, какой процент от чистой прибыли мы будем оставлять на развитие конторы.
– Чего⁈ – опешил Толик, от неожиданности даже перестав стучать зубами.
Я бы тоже в свои двадцать лет не совсем понял, о чем вообще шла речь. Получил бабло – прогулял. Ну, или домой продуктов купил, если с совестью и ответственностью порядок. И всё, какое, к черту, развитие⁈ Но подняться в суровых девяностых смогли именно те, кто ломал голову над этим самым развитием.
– Предлагаю так, – произнес я. – Половину дохода делим на троих. Половину откладываем.
– Зачем откладываем? – нахмурился Толик, но тут же просветлел лицом: – А-а-а, понял! Чтобы братве за «крышу» платить?
Опа, а об этом я как-то и не подумал. Дикие обычаи царили в ту эпоху. Ты не только на себя батрачил, но еще и с разномастными паразитами вынужден был делиться. Я лишь надеялся, что этот момент наступит у нас еще нескоро. А если и наступит, мы попробуем решить вопрос без потери денег.
– Вот смотри, – терпеливо начал я. – Я еле успел закончить с тремя комплектами учредительных. А если их завтра будет пять?
– Ну напряжешься. Сможешь как-нибудь, – легкомысленно отмахнулся Толян.
– Хорошо. А послезавтра будет десять?
– Ну тогда половину работы на следующий день перенесешь. Делов-то!
– Так дела не делаются, – отрезал я. – Всё, что ты можешь заработать сегодня, надо зарабатывать именно сегодня. И чтобы повысить эффективность труда…
– Слушай, – перебил Толик, скривившись. – Вот только не надо лекций, а? Я не для того из института свалил, чтобы мне тут мозги парили…
– Это не лекция! А основы бизнеса!
– И где ты им научился⁈ Книжку умную в подземном переходе купил? «Как стать богатым»? Или «Советы миллионера»?
Что ему на это было ответить, я не знал. Ну не рассказывать же, что ментально я был старше на целых тридцать лет, и за эти годы такого повидал, что ни в одном учебнике не опишут?
– Половину на развитие, половину – по карманам, – упрямо гнул я свою линию.
– Ну вот… врубил начальника… – обиженно протянул друг.
Наш спор мог продолжаться долго, но тут открылась дверь, и на пороге появился Серега. Довольный, румяный, с таким видом, будто он целый день на каруселях катался, а не по стылым улицам мотался.
– Привет! А у меня вот! – с порога похвастался он.
Серега подошел к столу и торжественно выложил две справки со свежими печатями.
– Наш академ, – пояснил он. А затем небрежно накидал сверху несколько смятых купюр: – И еще денежки!
– Этот жлоб, – недовольно ткнул в меня пальцем Толик, – предлагает половину честно заработанного пускать на эту… на развитие!
– И правильно предлагает! – неожиданно поддержал меня Серега. – Не можем же мы вечно в подвале сидеть! Нам другой офис нужен, нормальный. А он приличных денег стоит.
– Да вы сговорились… – совсем сдулся Толян.
И тут я хлопнул себя ладонью по лбу. Время было уже половина шестого! Мадам Селидова, скорее всего, уже собиралась домой. И чтобы не маячить на улице под цепким взглядом ее психованного мужа, нам надо было срочно передать ей документы прямо на рабочем месте, пока она не ушла.
– Держи! – я торопливо протянул Толику зашнурованную папку. – Бегом к Наталье Владимировне. Передашь лично в руки…
Я быстро отсчитал нужную сумму, завернул купюры в чистый лист бумаги и всучил ему вслед за папкой:
– И это тоже ей.
Толик недовольно медлил.
– Бегом! – рявкнул я так, что он тут же сорвался с места.
Он ушел, возмущенно бурча что-то себе под нос. Я тяжело опустился на скрипучий стул. Как же тяжело было жить в этом времени без удобных электронных напоминалок в смартфоне! Ведь я напрочь забыл и про второе, не менее важное дело…
Я откашлялся, чтобы размять голосовые связки. Затем придвинул к себе клочок бумаги, на котором оставил номер «ковровый магнат». Шесть цифр и короткое имя – «Миха». Скорее всего, этот Миха, как и я с нашим райисполкомом, успел как-то плотно подвязаться при местной таможне. А два гибких и деловых человека всегда находили друг с другом общий язык.
Я покрутил красный диск, набирая номер. В трубке раздались длинные монотонные гудки. Наконец на том конце ответили.
– Алло, – раздался борзый мужской голос.
– Добрый день! – предельно вежливо начал я. – Могу я услышать Михаила?
– А ты кто? – без лишних церемоний поинтересовался собеседник.
– Олег. – Я на секунду призадумался, подбирая солидную вывеску. – Юридическая компания «РеалLex».
Название я выдумал буквально за долю секунды. Получилось, конечно, корявенько, зато вполне себе говоряще.
– Реал… чего? – не понял мужик.
– Лекс, – терпеливо пояснил я. – «Лекс» – это закон. На латыни.
– Типа ты реальный… законник? – в голосе собеседника проскользнула издевательская усмешка.
– Типа того, – ответил я, уже немного заводясь от этого тона. – Так Михаила к телефону позвать можно?
– Нет у нас никакого Михаила.
– А кто есть?
– Миха есть.
– Отлично. А можно его услышать?
– Можно, – хмыкнул мужик. – Я слушаю.
– Понятно. У меня груз на таможне застрял…
– Такие дела не по телефону, – резко оборвал меня Миха. – Приезжай в кафе.
– Какое?
– «Дубравушка». На Марата. Я здесь еще пару часов буду.
– А где это…
В трубке раздались частые короткие гудки отбоя.
– Вот же сука! – в сердцах вырвалось у меня.
– Что? Облом? – насторожился Серега, заметив, как изменилось мое лицо.
– Нет, – я покачал головой. – Но мне надо ехать.
Я снова потянул к себе аппарат и набрал еще один номер. Трубку сняли почти сразу, и я моментально узнал Степана по голосу.
– Степан, привет. Это Олег.
– Юрист который? – невозмутимо уточнил он.
– Ага, он самый. Вы сейчас свободны?
– Относительно.
– Подъехать за мной можете? Мне надо от райисполкома до кафе «Дубравушка» доехать. Ну, и потом до дома.
Вообще, я бы вполне мог и ногами прогуляться – запас времени в два часа у меня имелся. Но на такие специфические встречи надо было являться с максимальной помпой. Понты в данном конкретном случае были дороже любых денег.
– Хорошо, – согласился Степан. – Через десять минут буду.
Пока я мерз на улице в ожидании машины, я напряженно размышлял на тему коммуникаций. Нет мобильных телефонов – ну и черт с ними. Ждать до их массового появления оставалось не так уж долго. Всего-то каких-то восемь лет, блин. Но… как-то же люди жили без них все эти годы!
И тут меня осенило. Я вспомнил и едва не прослезился от нахлынувшей радости. Были же такие забавные штуки, которые крутые парни носили на ремне. Пейджер! Ура! Вспомнил!
К тротуару плавно подъехала знакомая «Волга» Степана. Я быстро открыл дверь и загрузился на теплое пассажирское сиденье.
– Привет! – выдохнул я, растирая замерзшие руки.
– Здорово, – степенно отозвался Степан, переключая передачу. – Едем?
– Ага, и желательно побыстрее. Слушай, скажи, ты не в курсе, где у нас можно купить пейджер?
– Э-э-э… что? – притормозил с ответом Степан.
– Ну, пейджер, – попытался объяснить я на пальцах. – Знаешь, такая небольшая коробочка. Висит на ремне. И пищит.
– Висит-пищит? – Степан посмотрел на меня с абсолютно искренним недоумением.
– Ну да.
– На ремне? – недоверчиво переспросил Степан.
– Ага.
– А… зачем?
В этом и заключалась самая большая проблема путешествий во времени. Ты настолько обгонял местных аборигенов в технологиях, что тебе их начинало физически не хватать, а объяснить на пальцах, что именно ты ищешь, было попросту невозможно. В девяносто втором году пейджеров тут, судя по всему, еще в глаза не видели.
– Да забудь, – со вздохом отмахнулся я.
– Знаешь, в твоем возрасте всякой дрянью рановато баловаться… – вдруг нравоучительно заметил Степан, не отрывая тяжелого взгляда от дороги.
– Ты о чем вообще⁈ – искренне опешил я.
– О наркотиках, – многозначительно понизив голос, произнес он.
– Тьфу, блин! – скривился я, наконец-то поняв, куда завели его мысли о непонятных «пищащих коробочках». – В жизни эту дрянь не пробовал. И не попробую никогда.
– Не зарекайся, – философски покачал головой водитель.
Но я-то был абсолютно уверен, что наркоманом точно не стал и не стану. Были, конечно, у меня в той, прошлой жизни кое-какие сложные отношения с алкоголем, но в этот раз я твердо был намерен с ним договориться.
– А ты сам где-то с наркотой сталкивался? – с любопытством поинтересовался я.
Степан сурово поджал губы, не отрывая взгляда от дороги.
– Я торговцев дурью отлавливал, – наконец нехотя ответил он.
– Так ты из милиции? – удивился я.
– Бери выше.
– Из… КГБ? – я даже немного подался вперед.
– Так я тебе всё и рассказал, – глухо хмыкнул водитель.
– А за что выгнали? – не унимался я.
– Почему ты сразу думаешь, что меня выгнали? – Степан бросил на меня короткий взгляд.
– Так ты сейчас под прикрытием? – усмехнулся я.
– Сам ушел, – мрачно буркнул он себе под нос, всем своим видом давая понять, что эта тема закрыта раз и навсегда.
– А ты случайно не полковник? – спросил я, внезапно вспомнив про Люду.
– Всё, приехали, – проигнорировав мой вопрос, Степан плавно припарковал «Волгу» возле бордюра.
– А где само кафе? – я завертел головой, вглядываясь в улицу. – «Дубинушка», кажется?
– «Дубравушка», – невозмутимо поправил Степан. – Вон там.
Он коротко ткнул пальцем, показывая направление.
Перепрыгнув через грязные сугробы на обочине, я побрел по указанному маршруту. Вход в кафе располагался не на самой улице – туда нужно было пробираться через неприметную низкую дверь, спрятанную в темной арке.
Едва я шагнул внутрь, как меня чуть с ног не свалил удушливый запах табачного дыма. Прокурено здесь всё было до такой степени, что резало глаза, а сизый дым висел под потолком густыми слоями.
Справа стояли три стола, за которыми народ азартно резался в карты. Слева с глухим стуком гоняли шары в бильярд. Чуть дальше в полумраке зала угадывалась стойка бара и несколько занятых столиков, оккупированных весьма колоритной компанией. Никакого доверия эта публика, к слову, не внушала от слова «совсем»: сплошь черные кожаные куртки, широкие спортивные штаны и характерные короткие причесочки под «ежика». Классический заповедник начала девяностых.
И как мне было здесь искать человека с таможни? Орать на весь зал с порога явно не следовало – по тяжелой атмосфере сразу чувствовалось, что народец здесь собрался крайне непростой. Я и без того привлек к себе совершенно ненужное внимание: от столиков в меня мгновенно вперилось несколько пар цепких глаз. Стараясь выглядеть как можно более непринужденно, я дошел до барной стойки.
На меня с откровенным безразличием посмотрела буфетчица с высокой пергидрольной копной начесанных волос.
– Чего налить? – хмуро поинтересовалась она.
– У меня здесь встреча… – начал я.
– У нас тут не встречаются, – грубо оборвала женщина. – У нас наливают. Ну, или кушают.
– Да-да, понимаю, – кивнул я. – Просто у вас тут один человек кушает…
– У нас многие кушают, – отрезала барменша. – И мешать им не стоит.
– Но он сам по телефону просил, чтобы я подъехал.
– Он тебя знает? – прищурилась она.
– В лицо? Нет…
– А ты его?
– Послушайте, я…
– Заказывай или уходи, – процедила барменша, скрестив руки на груди. – А лучше – просто уходи.
Пока я лихорадочно соображал, как ее всё-таки убедить, на стойке зазвонил телефон. Буфетчица его полностью проигнорировала, продолжая буравить меня тяжелым взглядом.
От бильярдного стола неспешно отделился один из плечистых братков, подошел вплотную к стойке и снял трубку.
– Алло, – бросил он хриплым баритоном. – Да, Миха у аппарата.
