Текст книги ""Фантастика 2024-68". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Андрей Фролов

Соавторы: Антон Агафонов,Игорь Шилов,Тимофей Бермешев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 59 (всего у книги 350 страниц) [доступный отрывок для чтения: 123 страниц]

– Куо-куо, уважаемая, – ответил я с натужной улыбкой. – Вы с мелким поганцем не голодны? Вон в той части Круга продают божественные парные пирожки с грибами и салатом.

Она вздохнула.

Брезгливо осмотрелась.

Оттопыренным когтем подтянула к себе ближайший стул и пристально изучила. Присела без энтузиазма, подвернула хвост на колено. В воздушной бесформенной сатти вис Мишикана казалась красным облаком. Очень зубастым, тревожным и ядовитым облаком.

– Самые опасные существа на свете, Ланс, – негромко произнесла она, каждым вздохом подтверждая собственное величие над моим интеллектом, – это те, кто редко просит о помощи. Буквально никогда, хотя способны попросить в любой миг. Такие как будто копят силы, чтобы взмолиться о чём-то чудовищном. Например, миллионе рупий в долг без расписки. Или спрятать в семейном багажнике пару обезглавленных трупов. Ты похож на такого просителя, щеночек…

Щеночек едва не тявкнул, что у Магды была весьма бурная юность. Но мне удалось удержаться и даже покачать головой, причём неспешно и с долей достоинства:

– Я пришёл не просить.

Жи-ми едва удержал едкую гримасу. Встал справа от хозяйки, привычно забубнил всрато-навязчивый мотивчик. Я покривился, глядя Магде в глаза.

– Прошу, пусть он заткнётся⁈ Клянусь, у меня и в мыслях не было применять своё умение на тебе! – В этот момент у меня даже получилось изобразить неподдельную безнадёгу. – Ты прекрасно осведомлена, что я всё равно не умею… убеждать за мгновение. А если вдруг что-то пойдёт не так, у тебя наверняка в засаде пара стрелков, не так ли?

– Пара стрелков! – она вскинула морду, фыркнула и осмотрела площадь так, будто пыталась узнать упомянутых агентов среди редких отдыхающих. – Лансик, ты вообще за кого себя принимаешь?

Однако её коготь всё же клацнул по подлокотнику, и шкурохранитель послушно умолк. При этом, разумеется, сверлить меня гадким взглядом поросячьих глазёнок совсем не перестал. И если бы взгляды могли прижигать, у меня в виске бы уже проплавилась дырка глубиной до Такакханы.

Самка уселась удобнее, насколько позволяли раскладные общественные кресла, и скрестила нижние лапы.

– Итак?

– Итак? – эхом откликнулся я.

– Давай-ка вот только без детских игр, сисадда? – Магда щёлкнула клатчем, вынула кальян с янтарной инкрустацией, и принялась настраивать порцию отборной дайзу. – Ты заманил меня в этот зверинец посреди обожаемых тобой трущоб, а у меня, между прочим, ещё куча дел. Имей в виду, – она рывком отвлеклась от занятия и нацелила на меня палец с ярко-красным когтем, – если причина этой странной встречи хотя бы покажется мне пустяковой, у тебя случатся совсем не пустячные неприятности…

– Не покажется. Это действительно важно. Поверь.

Несмотря на спокойный, отчасти безмятежный тон, я ощутил, как ладони под перчатками стали неприятно-влажными…

– Хао, бледный, не потей, – она снисходительно кивнула, наконец настроила изящный кальян и сунула под накрашенную губу. Однако затягиваться не спешила: – Валяй, удиви меня. Что там у вас стряслось? «Дети заполночи» перестают торговать оружием и наркотой, и начинают шить мягкие игрушки? Над Нискиричем протёк подвал, и тот решил сдаться «Кислотным шутам»? А может, старая косоглазая портянка тебя раскрыла? Хотя…

Она хлопнула нарощенными ресницами, будто на самом деле вспомнила о важном.

– А может, ты собрался рассказать мне об утренней перестрелке, случившейся прямо на пороге твоего комплеблока⁈

Я весьма натурально вздрогнул. Причём, сука, не специально. Опустил глаза, положил руки перед собой на исцарапанный стол и старательно повторил слова, придуманные после отбытия из уютного дома:

– Госпожа вис Мишикана… хочу сразу предупредить, что пока не готов раскрыть источник, снабдивший меня этой ценной информацией. – Её также подведённая красным бровь приподнялась, и я поспешил: – Обещаю, всё будет, но позже! И про перестрелку тоже.

Она улыбнулась. Недобро.

– Лансик, глупыш, мы оба знаем, что твои клятвы – чернила на стекле перед ливнем… давай-ка ближе к делу.

Мне очень хотелось закрыть глаза и сделать глубокий вдох, но я продолжил смотреть перед собой, отвечая без запинок и не меняя тона.

– Уже перехожу. В общем… прошу услышать и отнестись крайне серьёзно. Мне достоверно известно, что в самое ближайшее время действия одной крупной казоку не просто нарушат баланс сил в Бонжуре или на границах центральных районов гнезда, но ввергнут Юдайна-Сити в настоящий хаос, по сравнению с которым разборки «Детей» и «Прыгунов» – жалкая потасовка.

В числе моих опасений перед встречей значилось недоверие Магды настолько серьёзное, что та не захочет даже дослушать. Глядя на её прищур, можно было решить, что опасение оправдалось.

– Вот как⁈ И кто же это, Лансик? Я трепещу в томительном ожидании!

Она негромко усмехнулась. Затянулась «карамелью», выпустила сладкий дым к свето-струнному полотну над нашими головами. Порыв прохладного ветра тут же ударил в облачко, раздробил, жадно унёс. Жи-ми оставался неподвижен.

– Почему мне кажется, что ты пришёл сообщить что-то «важное» только для того, чтобы «Лотос» кое-кого сожрал, но никак не для того, чтобы накормить «Лотос». Чуешь разницу?

Да, проницательность сучки – ещё один пункт в списке моих тревог перед беседой. Ну как тут увильнуть? Она была права. Но разве это что-то меняло?

Кивнув, я сказал предельно просто:

– «Уроборос-гуми».

– Ах! – она неожиданно улыбнулась. Шире, ещё шире, почти оскалилась. И вдруг рассмеялась, искренне, как во время беседы на дружеской попойке. – Лансик… вы там с Нискиричем окончательно *банулись? Или ты подсел на стрих? Я готова в это поверить, ведь выглядишь ты точно как торчок. Да и чушь мелешь похожую…

– Поверь, Магда, я не лгу!

Чтобы такие слова прозвучали убедительно, нужно выглядеть честным. В моём случае для этого не нужно было даже стараться – лишь в красках вспомнить налёт на «Мост», ублюдка Сакагу или утреннюю перестрелку.

– Послушай, Магда, – я понизил голос и осторожно подался вперёд, заставив Жи-ми едва заметно напрячься, – это может прозвучать напыщенно… или безумно, призна ю… Но это правда, и я могу доказать – Данав фер Шири-Кегарета стал очень опасен. И когда ты поймёшь, почему…

– Ты дурак, Ланс⁈

Она перебила так быстро, жёстко и требовательно, что я почти забыл заготовленный текст.

– Чего?

– Да, точно дурак… – Красная Вистар тоже наклонилась вперёд, задумчиво поиграла нижней челюстью. – «Уроборос-гуми» всегда была опасна. И именно поэтому Песчаный Карп и его предшественники помогают нам хранить мир и покой там, где они заслужены добропорядочными чу-ха. Консультируют, если угодно. А вот когда ты, терюнаши, начал лакать из одной миски с Большими Семьями, для меня загадка…

Самка в алой сатти зло ткнула в мою сторону кальяном.

– Они чем-то насолили бедному мутантику? Или, быть может, его обожаемому отчиму? Ланс, кусок ты вонючего дерьма, можешь клясться хоть всей Двоепервой Стаей, но я решительно не верю, что жалкое насекомое вроде тебя имеет хоть что-то общее с казоку-хетто вроде Князя-Из-Грязи…

Я стиснул зубы, чтобы ни в коем случае не брякнуть лишнего. Опасного. Способного сделать и без того непростую ситуацию ещё более пакостной. Да уж, Ланс фер Скичира, лучше бы ты и дальше брался за дешёвые заказы бонжурской босоты…

– Он опасен, – процедил я, – очень опасен, Магда. И он не совсем чу-ха…

В воображении это представлялось так: она замирает, глаза распахиваются, а затем я рассказываю почти всё секретное и пересыпаю базы данных страховочной «болтушки».

В действительности же меня срезали, снова не дав закончить фразу.

– Ты тоже, уродец…

– Это совсем другое! Позволь мне всё спокойно пояснить, прошу. Тот, кто выдаёт себя за Песчаного Карпа, угрожает не только спокойствию Юдайна-Сити, но и целостности всего нашего мира!

Алая Сука вдруг зашипела. Коротко, яростно, словно ей наступили на хвост. Жи-ми стиснул кулаки, но с места пока не сдвинулся, а я испуганно отпрянул (благоразумно удержавшись, чтобы потянуться к «Молоту»).

– Наш⁈

В лицо ударил сладкий запах дайзу.

– О, Лансик, не-ет… это наш мир. К которому жалкий паразит вроде тебя имеет отношение лишь благодаря ядовитым испарениям пустыни и нелепому стечению обстоятельств! Так что не смей, гадёныш… слышишь меня⁈ не смей даже шёпотом упоминать о благословенном Юдайна-Сити и Тиаме в подобном ключе!

Я потерял дар речи. Пожалуй, сейчас в упомянутом Тиаме нашлись бы рыбы куда более разговорчивые, чем Ланс из Бонжура…

Да, это было обидно. И невероятно жутко, если задуматься всерьёз.

Но в этот миг, в этом месте «благословенного Юдайна-Сити» я не имел права ни на немоту, ни на обиду, ни на испуг. Поэтому до боли стиснул левый кулак, взглянул Красной Вистар в глаза, и медленно покачал головой:

– Ты оказалась проницательна и права, я всё же стану тебя просить. Но только об одном. И совсем несложном, особенно для тебя и «Голубого Лотоса», сисадда? Но когда моя примитивнейшая просьба будет удовлетворена, ты всё поймёшь сама…

Разумеется, риск был огромен… и если Господин Киликили в этот момент каким-то образом слышал мои слова… если поблизости имелся преданный ему стрелок… то через мгновение в моей голове могла свить гнездо холодная дальнобойная фанга… Но иного варианта пошатнуть зловещего казоку-хетто «Уроборос-гуми» и отбросить его от своего порога я так и не нашёл.

– Даю тебе ещё одну минуту. – Длиннющие, подкрашенные розовым ресницы затрепетали. – Затем глупости кончатся, Ланс. Жи-ми сломает тебе пару рёбер… для острастки, чтобы впредь не думал воровать моё время… И мы вернёмся к настоящим делам. Ты уяснил?

Байши, драные вы псины, до чего же легко вы умеете распоряжаться чужим временем! Хадекин и Данав в своих крысиных обличиях, Магда вис Мишикана, Чинанда-Кси фер вис Фиитчи и все прочие породистые *бучие вистар, считающие себя хозяевами жизни! Вы с лёгкостью дарите «ровно минуты» и делаете одолжения, словно имеете на это хоть какое-то право…

В этот миг мне нереально захотелось ухватить суку за красный камень заколки и со всей дури приложить мордой о площадной стол, потёртый и простецкий, каковым я ощущал себя и сам. Однако вместо этого только спросил, достаточно вкрадчиво, но настойчиво, едва не сорвавшись на тембр «низкого писка»:

– Ты когда-нибудь встречалась с Данавом Шири-Кегаретой? Лично?

Неожиданный вопрос слегка вывел Красную Вистар из равновесия. Сбил каплю спеси, заставил хмыкнуть. Она подняла кальян к губам и сделала две мелкие затяжки.

– Может, кто-то из твоих начальников? – продолжил я, воспользовавшись её замешательством. – Или даже смирпов? Морда к морде, глаза в глаза?

Магда откинулась на спинку раскладного кресла и отвела взгляд, изучая неестественно-свежие кустарники изгороди, беззаботных чу-ха на дальних скамейках и яркие вывески фасадов. Казалось, она вспоминает.

– Целый ворох не умных вопросов, Лансик, – наконец резюмировала самка. – Осталось полминуты.

– Я прошу тебя встретиться с ним, – выпалил я, краем глаза присматривая за альбиносом. Увы, намёк на ломку рёбер был вовсе не драматическим преувеличением. – Лично. Ни в коем случае не в «Слюдяном небесном мосту». В Штольне. В закусочной. Да хоть в парке, Магда, но ты должна встретиться с ним. Как можно скорее. И когда не сумеешь, ты сразу поймёшь, что я…

Её каплевидные глаза вдруг остекленели, заставив меня проглотить остаток мольбы.

Задумчиво отложив богатый кальян на край стола, чу-ха в воздушной красной накидке вдруг прищурилась и наклонилась вперёд. Звякнули длинные серьги.

– «Мост»… – выдохнула она. – «Слюдяной Мост» несколько дней назад. – Теперь посланница «Лотоса» почти шептала, заставляя меня прислушиваться и морщить лоб. – Ты как-то замешан в нападении на казоку-шин Шири-Кегареты…

– Нападении? – только и выдавил я.

И в ту же секунду понял, что голос – моё бесценное сокровище и кормилец, – всё-таки выдал своего хозяина. Виртуа-Лансы в голове взвыли.

– Магда, я понятия не имею, о чём ты… Нет, конечно, я что-то слышал про перестрелку в самом центре Уробороса, но…

– Хватит. – Она клацнула зубами, заставив меня умолкнуть.

Выключила кальян, спрятала в сумочку и покрутила «болтушку» на запястье.

– Минута вышла, Ланс. Но можешь перестать трястись: рёбер тебе ломать не станут. Во всяком случае, не здесь. – Она неторопливо поменяла позу и опёрлась на подлокотники, будто собиралась вставать. – Не знаю, во что ты вляпался и во что заигрался, терюнаши, но обязательно разберусь. Отрывай жопу и топай за мной…

Она действительно поднялась во весь рост, дорогущая ткань сатти приятно зашуршала.

– Куда топай? – тихо просипел я, уже догадываясь об ответе.

– В Штольню, конечно же.

Магда оправила подол накидки, развернулась и медленно направилась к фаэтону за стеной кустов. Бросила через плечо скороговоркой, но сумев сделать это с превосходством и внятно до последнего слова:

– Ты оказался прав. Мне на самом деле стало интересно, зачем ты подбиваешь меня рушить привычный и незыблемый порядок вещей. Кстати, если ты действительно торчишь на препаратах, то перед настоящим разговором наши химики помогут тебе избавиться от последствий…

п.4.; г.6; ч.2

Признаюсь, как на духу – мне очень-очень не хотелось знать, что такое настоящий разговор. И с химиками «Голубого Лотоса» встречаться тоже не хотелось. А ещё мне не хотелось, чтобы Жи-ми всё же прошёлся кулаками по моим рёбрам.

Так что же оставалось Лансу фер Скичире?

Лукавить стыдно – вариантов подбиралось чудовищно мало…

Священная корова… неужели я действительно на что-то рассчитывал⁈ Собирался ловко стравить зверьё? Неплохая идея. Но, пожалуй, для её удачной реализации не стоило заходить в клетку…

И ведь подумать только, знакомая ситуация такой же глубинной безысходности однажды у меня уже случалась… Впрочем, кого я обманываю⁈ Происходящее сейчас на площади Весеннего Спокойствия ни разочка не напоминало ничего из пережитого мной ранее!

Загривком уловив нерешительность жертвы, Магда замедлила шаг. Подвернула голову, неприятно оскалилась:

– Смирись, дурачок, – она легко оправила чёлку и замерла, будто позволяя насладиться очертаниями своего профиля. – Это мир самок, сильных и умных, и они им владеют. И нам плевать, мутант ты или чистокровный вистар, ты всё равно подчиняешься…

А я покосился на шкурохранителя.

Однажды мы уже сцеплялись с альбиносом. Перед моим первым (и, надеюсь, последним) посещением той самой Штольни. Сцеплялись коротко и крайне бесславно для меня, а потому теперь я постарался действовать на опережение.

Когда коротышка потянулся к моему локтю, я оттолкнул рюкзак и вскочил с прытью, которой сам от себя почти не ожидал. Опередил-таки молочношкурого и даже крепко удивил: продуманным до мелочей движением ухватил увесистый стул за перфорированную спинку, широко замахнулся и прицелился в белую башку…

Антиворовская цепь, соединявшая конструкцию с плитами Круга Весеннего Спокойствия, лязгнула, натянулась… и безжалостно выдрала спинку из моих пальцев. Кресло с грохотом сложилось, крутанулось, лапки лязгнули по краю стола и больно ударили меня в бедро, а затем мой несостоявшийся снаряд мирно завалился на бок между мной и Жи-ми…

Да, тот определённо опешил.

И от беспросветной наглости терюнаши, и от столь же потрясающей глупости. Несколько мгновений красные глазёнки-бусинки лихорадочно метались между павшей раскладушкой и мной, будто их обладатель решительно не хотел верить в реальность произошедшего.

Затем гадёныш язвительно фыркнул, и сделал шаг вперёд.

Магда остановилась, снова обернулась, на этот раз устало и нетерпеливо.

Я отскочил, отгораживаясь от низкорослого чу-ха столом, и спешно сунул пальцы в карман с верным кастетом…

Но вышло всё чуть иначе и не так легко, как у подъезда к «Куску угля». Потому что на этот раз напалечная бита, вероятно, вступила в предательский сговор с проклятым прикованным креслом, намеренно запуталась в смотанном галстуке-шнурке, и долго не хотела разом надеться на пальцы. Да к тому же чуть и вовсе не выпала…

Заметив оружие, Жи-ми ухмыльнулся ещё шире. Красная Вистар шумно вздохнула и выразительно взглянула на часы в гаппи.

Альбинос прыгнул.

Легко, без подготовки, будто подхваченный порывом ветра. Я отскочил, едва не получив подошвами в грудину, и ударил его дважды – обманным левым крюком и сразу прямым в челюсть. Оба выпада отлупили пустоту, а в следующую секунду в лёгких вспыхнуло.

В глазах потемнело. Отлетев на шаг, я рухнул на колено, хватаясь за грудь и пытаясь вспомнить те славные, явно недооценённые деньки, когда вообще умел дышать.

Удар Жи-ми был настолько молниеносным и неуловимым, что хотелось стонать в голос. Впрочем, я и без того стонал, силясь судорожно вздохнуть отбитыми лёгкими.

На нас покосились с далёких лавочек, с опаской и любопытством, а кто-то даже приподнял «болтушку». Впрочем, Магда тут же издала громкий цокающий звук, и зевака предпочёл вспомнить, что у него запланирована срочная поездка на «сквозняке». В конце концов, не такое уж это и редкое зрелище, когда тетрон избивает подозреваемого посреди шумного города…

Жи-ми подступил и укоризненно склонил голову.

Я же почти вернул себе бесценное дыхание, но показывать этого не торопился. Чу-ха подошёл ещё ближе, навис и потянулся ухватить за капюшон, и тогда я всем телом бросился ему в пояс в попытке опрокинуть. Саданул кастетом в бедро, вызвав вой боли и град коротких рубящих ударов по спине. А в следующий миг красноглазый выкрутился приёмом, который я бы очень хотел выучить немного раньше…

Оказался слева от меня, ударил коротким в ухо, добавил нижней лапой в живот.

Я рухнул под стол, за которым мы ещё совсем недавно так мило болтали с Магдой. Судя по трескучему пожару в грудине, надломленное Сакагой ребро нового пинка всё-таки не выдержало…

Весьма позорно застонав, я перевернулся на четвереньки, и покрепче утвердил кастет на пальцах.

Жи-ми мягко подошёл, теперь настороженный и готовый к очередной попытке сбить его с ног.

– Угомонился? – негромко пропищал он, заставив вспомнить, до чего же мерзкий у помощника Алой Суки голосок.

– Да… – выдохнул я, тряся опущенной головой. – Всё, пунчи, всё, урок усвоен…

Затем дождался, пока ублюдок крепко ухватит меня за край капюшона, распрямился со всей возможной прытью, и шарахнул кастетом снизу вверх.

Громкий хруст удивил нас обоих.

Альбинос снова оказался в трёх шагах от меня. Пригнулся в оборонительной стойке и ошеломлённо ощупал разбитую челюсть. Я окончательно поднялся с колен, опёрся задом о стол и недоверчиво покосился на кастет, украшенный каплями крови.

– А нельзя ли чуть быстрее⁈ – раздражённо поинтересовалась Магда, будто торопила нерасторопного продавца в мясном ряду.

Верхняя губа Жи-ми задрожала от гнева. Обнажились жёлтые резцы, и без того жуткие глазки стали ещё краснее, и он потянулся к башеру на бедре.

– Ты станешь говорить и без колена, борф… – прошипел альбинос, пуская кровавые пузыри.

Хм, буду откровенен, такого исхода я не предвидел. Одно дело – самозабвенно лупить друг друга когтями или даже палками, и совсем другое – добавлять в игру краплёные карты…

Однако самое забавное состояло в том, что чем выше становились ставки, тем спокойнее и увереннее я себя ощущал.

На этот раз кастет без труда и заминки соскользнул с пальцев, правая рука привычно нырнула под пальто, и через вздох в лоб альбиноса уставился взведённый «Молот».

– Не нужно, – попросил я. Причём говорил очень искренне, клянусь! – Это не «сомотранк», пунчи, а мне совсем не хочется крутить тебе хвост…

Шкурохранитель замер, едва дотянувшись до набедёрной кобуры. Уши подрагивали, пальцы задумчиво, почти нежно поглаживали рифлёную рукоятную накладку.

– Ланс, *баный мудила!

Пронзительный визг Магды был таким требовательным и неподдельно удивлённым, что с окрестных лавочек на площади тут же сдуло ещё пяток последователей «безучастного глазения».

– Ты совсем, байши, *анулся на свою тупую башку⁈

Не опуская оружия, я покосился на Красную Вистар и без какого-либо удивления обнаружил, что та держит меня под прицелом крохотного башера для бесшумной стрельбы. Разумеется, тёмно-бордового.

К своему оправданию могу сказать, что отвлёкся я всего на долю секунды.

Но её тем не менее хватило Жи-ми, чтобы выхватить свой ствол.

Поднять его я позволить не мог. Тем более, выстрелить.

Поэтому «Молот» щёлкнул, вбивая фанга в правое плечо красноглазого, затем ещё одну, и сразу же третью в нижнюю лапу под самым краем броневого щитка.

Альбинос взвизгнул, схватился за плечо, а его оружие со стуком покатилось по плитам…

Мимо лица как будто пролетело крупное насекомое, и я вспомнил, что минувшим утром уже испытывал это ощущение – выпущенная Магдой фанга просвистела в считанных сантиметрах от моей головы.

Грязно ругаясь и звеня серьгами, Алая Сука шла ко мне, стреляя на ходу.

Возблагодарив умение хвостатых к безупречно-меткой пальбе, я навалился на край стола, опрокидывая его на бок и падая в шаткое укрытие. Антивандальный пластикат загудел от ударов фанга.

Признаюсь откровенно, я не имел ни малейшего понятия, что делать дальше.

Сломать челюсть и проделать пару дырок в дражайшем прихвостне Магды вис Мишикана – это отважно… чуть более безумно, чем отважно, но всё же. А вот стрелять в настоящего агента «Голубого Лотоса» на глазах у десятков зевак…

В общем, мне предстояло основательно обдумать свою дальнейшую судьбу и отношения с Красной Вистар. Причём за дюжину мгновений, которые требовались суке, чтобы обойти перевёрнутый стол.

Жи-ми перевернулся на бок и решительно потянулся к отлетевшему башеру. Я же почти прицелился в альбиноса, и даже хотел попросить не совершать дальнейших ошибок, но…

В воздухе снова просвистело, но немного иначе. В голову раненого коротышки врубилось что-то крутящееся, увесистое, щёлкнув по черепу и мгновенно вырубив. А я с отвисшей челюстью распознал в метательном снаряде обычный строительный молоток на удобной рукоятке.

Только и смог пробормотать:

– Какого *уя…

А затем увидел хозяина инструмента, выбирающегося из искусственных кустов, обрамлявших круглую площадь.

– Стоять! – заверещала Магда. – Операция «Голубого Лотоса»! Вы все задер!..

Её вопль прервался на высокой ноте. Перешёл в вибрирующий хрип, затем в визг, затем в сиплый стон.

Выглянув из-за перевёрнутого стола, я увидел её, неуверенно стоящую в паре шагов от моего укрытия, подрагивающую, словно в припадке. С губ срывалась слюна, серьги перезванивались, как ловец ветра под ураганным шквалом; глаза закатились, башер лежал у хвоста, заколка с камнем тоже выпала из волос. Сатти колыхалась, грозя распасться на бесформенную груду ткани.

– Зарядись бодростью, сученька!

От знакомого голоса у меня перехватило дыхание, будто Жи-ми снова врезал мне под дых.

Вскочив, я увидел её – в удобной стрелковой стойке, всё ещё держа перед лицом громоздкий шоковый башер, Ч’айя продралась из кустов в десятке метров левее своего спутника.

Магда мелко вздрогнула ещё несколько десятков раз, и, наконец, завалилась на бежевые плиты Саку-Харухейфа. Хриплый голос вернул меня в реальность:

– Подождём, пока они откроют глаза⁈

Я обернулся, всё ещё отказываясь верить.

Гвоздодёр навис над телом альбиноса, деловито подобрал табельный башер, любимый молоток, затем сорвал и отбросил подальше «болтушку» коротышки, и без оглядки направился к пролому в ветвистой изгороди.

– Шевели булками, детка! – пробасила Ч’айя из-под противопыльной маски, вихрем проносясь ему вслед.

Байши, почему я был уверен, что она плотоядно улыбается?

На ходу девчонка подхватила мой рюкзак и нырнула в прореху. Стараясь не стонать от боли в боку, я поплёлся следом, ошарашено озираясь и наблюдая за неподвижными Магдой и её водителем.

Вот ведь как, чуть ли не впервые мы закончили разговор без традиционного «тебе не покинуть Юдайна-Сити бла-бла»… Что ж, вероятно, наш следующий будет отнюдь не язвительно-мирным.

Испуганно вопили улепётывающие в подземку чу-ха. Над свето-струнным полотном сияло безоблачное небо, намекая, что для бесконечных перестрелок мы выбрали поистине прекрасный день.

Упругие искусственные ветки больно хлестнули по лицу.

За оградой обнаружился видавший виды трёхколёсный гендо с пассажирской кабиной над осью. Гвоздодёр ловко и без суетливой спешки (а следовало бы!) замотал башку широким платком, стянул с руля и надел широкие противопыльные очки, подоткнул кончик хвоста под ремень и взгромоздился на водительскую сидушку.

Ч’айя уже спряталась в кабине. Приоткрыла мне навстречу плотный брезентовый занавес, поманила со смесью тревоги и чистейшего, почти детёнышевского азарта.

Конечно, я забрался внутрь. Стараясь не стонать, устроился рядом, ощущая тёплое бедро девчонки. Подрагивающими пальцами зашнуровал полог, и только после этого спросил:

– Какого. *уя. Здесь только что. Произошло?

Вместо ответа мне сунули припыленный рюкзак и вдруг подмигнули:

– Кажется, самое время следует разработать другой план?

Гендо зафырчал, дёрнулся и покатил по площадному кольцу.

Окончательно обалдевший, я вынул из кармана флягу. Добротно глотнул, даже не обратив внимания, что затем Ч’айя выхватила её из моих пальцев, стянула маску на грудь и тоже приложилась к горлышку.

– Как ты здесь очутилась⁈ – я сонно проверил гаппи, тотчас убедившись, что сигнал по-прежнему исходит из уютного дома Заботливой Лоло.

– Подвёз новый друг. – Кареглазка закрутила флягу и по-хозяйски засунула в карман моего пальто. Даже ладошкой прихлопнула, мол, всё на положенном месте. – Когда мы убедились, что ваши переговоры, скажем так, зашли в дипломатический тупик, я решила действовать…

– Ты следила за мной⁈

– Ага. Ты ведь сам предложил. – Она поёрзала, усаживаясь удобнее. Пальцем отогнула край полога, и с интересом осмотрела окружавший нас поток гендо и фаэтонов. – Гвоздодёр любезно скопировал наслоение, так что найти тебя оказалось не трудно. И да, прости, что я сняла свой гаппи. Это чтобы тебя попусту не волновать.

Попусту? Волновать? Чего, байши⁈

– Но почему⁈ – Пожалуй, никогда раньше мне не было так трудно подобрать нужные слова. – Почему ты вообще решила, что мне понадобится помощь⁈

– Инстинкт, если желаешь, – просто ответила она, не отрываясь от щёлочки. – Что-то внутри подсказало, что нужно держаться вместе. А ещё, Ланс, у тебя был такой вид… в общем, я решила действовать…

Гендо свернул на запад, углубляясь в Бонжур.

– Тогда Гвоздодёр выпросил отгул, взял это чудо техники в гараже Чёрных Юбок, – как ни в чём не бывало продолжила девушка, – и мы помчались по твоему следу.

Ох, как же много вопросов крутилось в моей голове в этот миг…

Приоткрыв оконце в тяжёлой занавеси, я наклонился вперёд и прокричал, надеясь, что шум улицы позволит Гвоздодёру расслышать:

– Ты вообще понимаешь, какой опасности подверг нас всех⁈

Сначала показалось, что гневную отповедь унесло ветром. Но вот широкая спина чу-ха напряглась, он сбросил скорость, чуть повернулся и хмыкнул:

– Ну, у тебя-то всё было под контролем, верняк…

– Байши! – ощущая жгучий пульс на виске, я непроизвольно ещё сильнее повысил голос. – С какой стати ты вообще взялся мне помогать⁈

На этот раз он даже извернулся за рулём. Смерил изучающим взглядом из-под водительских очков.

– А тебя волнует?

– А я любопытный!

Теперь, когда жар внезапной схватки спадал, я наконец начинал оценивать весь ужас случившегося. И нереальный вес ожидающих нас последствий…

Гендо ещё сильнее сбросил скорость в плотном потоке, и теперь Гвоздодёру даже не пришлось повышать голоса.

– Подруга твоя аж взвилась, – оскалился тот, искоса поглядывая на дорогу. Слова бросал небрежно, дозировано, будто сплёвывая через плечо с нашивкой уютного дома. – Вот я и пошёл. Люблю чудн ы х самок…

Я задохнулся, будто заново ощутив боль в сломанном ребре. Байши, вот что тут скажешь⁈ То ли поблагодарить засранца, то ли ещё раз в морду двинуть…

– Так! – вдруг вклинилась Ч’айя. – Что делаем дальше?

Казалось, случившаяся стычка с агентами «Лотоса» её совсем не потрясла.

– Мне жутко любопытно, что это была за сучка в погребальном саване, – чуть ли не с весельем добавила она. – Да и про её беленького дрочилу я бы тоже послушала, похоже вы друг к другу давно не равнодушны. Но сейчас больше интересует дальнейший план…

Я откинулся на продавленную тысячами спин и изодранную когтями пассажиров спинку. Байши, девочка… да если бы твой «защитник» сам этот план знал, а?

Сказал твёрдо, чтобы не возникло ни капли сомнения в верности выбранного варианта:

– Нужно заскочить в нору.

Капля сомнения всё же нашлась. Даже не капля – ведро.

– Ты спятил⁈ – прыснула Ч’айя. – Нас там наверняка ищут.

– Искали. При всей мудрости Песчаного Карпа он вряд ли решит, что мне достанет ума вернуться домой.

Ещё я мог бы добавить, что теперь нам понадобится нечто большее, чем «Молот», гвоздодёр и шоковый башер. Но не стал.

Ч’айя хотела что-то добавить, но задумалась. Проступившую на лбу морщинку стало видно даже в полумраке кабины. Наконец девушка кивнула, уверенно сунулась в оконце:

– Дёрчик, рули к дому Ланса! Только дворами, пожалуйста, неприметненько.

Я чуть не поперхнулся. Однако чу-ха на запанибратское обращение не отреагировал, и только крутанул руль, под вой клаксонов перестроив гендо в соседний ряд движения.

Мне оставалось лишь молчать, будто выловленная из Ка-Соу рыбина. Подавленная и морально выпотрошенная рыбина. Молчали даже неугомонные виртуа-Лансы в голове.

Итак, десять минут назад Ланс фер Скичира при поддержке «союзников» начал открытую войну с Магдой вис Мишикана и её могущественной стаей. Разумеется, именно этого как раз не доставало в моей скучной серой жизни…

Быть может, лучше бы Ч’айя стреляла боевыми фанга? Неужели пару часов назад я действительно полагал, что сумею натравить «Голубой Лотос» на «Уроборос-гуми»? Или всё же стоило применить «низкий писк», заставив Магду силой таланта?

Этого мне уже никогда не узнать…

Неприметный гендо катил по улицам района, помрачневшая Ч’айя пялилась на красоты Бонжура в щель между стеной кабины и пологом. Я тоже угрюмо молчал, постаравшись незаметно ощупать рёбра. Бок ощутимо жгло, самодельный корсет определённо сломался…

Вскоре ощущения подсказали, что трехколесник съезжает на нижние развязки. Шум снаружи стих, его заменили привычные звуки дворов-колодцев комплеблоков.

Видимо, выбора не осталось. Нужно затаиться. Использовать все возможные ресурсы и залечь так глубоко, где не бывает солнечного света.

Хмурясь всё сильнее, я с раздражением поймал себя на том, что начал вспоминать изменчивые карты Такакханы и места, где успел побывать. Впрочем, мысль была не такой уж и убогой: в Нижнем Городе можно с лёгкостью найти грошовую модульную гостиницу, где не станут задавать лишних вопросов. Но что дальше?