Текст книги "Цена любви и мести 2 (СИ)"

Автор книги: Анастасия Разумовская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 32 страниц)

Глава 9. Барсик в деле

Ирис проспала недолго: когда она встала, за окном по-прежнему было темно. Девушка зажгла свет. Вспыхнули электрические лампочки. И как-то сразу вспомнилось, как беглянки летели над Барсовыми горами, обнявшись и закутавшись в одеяла, и Елисель восторженно вещала про электричество, и что за ним – будущее, а камины, свечи и даже газ – это прошлый век.

«Я тоже прошлый век», – подумала принцесса, достала книгу из-под подушки и принялась читать.

Демоны умели многое. Демоны могли пересекать пространство, правда, по утверждению автора, лишь духом, но… Ирис внезапно вспомнила: Изиргир после сна про его мать, перенёс спутницу в её комнату и… Он поднял подушку. Он взял её с пола и положил в изголовье. Дух так не может. Демон перешагнул пространство во плоти. Это пугало.

Но вряд ли Ширан так умеет, разве нет? Иначе он давно бы пересёк пространство и был здесь.

Или она ошибается?

Ирис почувствовала, как голову пронзила острая боль. Закрыла книгу, прошла в кабинет, соединявшийся со спальней дверью, село в кресло перед распахнутым бюро. На миг захотелось поверить, что есть какой-то иной вариант. Бежать… на север. Забыть о Ширане, понадеяться, что всё как-нибудь устроится. Соблазнить Баэрда, например. Он же влюблён в неё? Может, удастся выйти за него замуж и бежать вдвоём, а там… как-нибудь… Фальшивые паспорта. Фальшивая жизнь…

И вечный страх, что рано или поздно Ширан узнает и настигнет.

Ирис вздрогнула всем телом. Взяла лист бумаги, окунула серебряное перо в чернила и вывела красивым почерком:

«Здравствуй, Ширан…»

Как-то слишком фамильярно… Она вычеркнула обращение и написала под ним: «Добрый день, Ваша Светлость». А сейчас слишком официально. Ей вспомнился язык между её ног. Щёки запылали, тело вновь заныло, внизу сладко запульсировало.

А ведь у Ширана должен быть обострённый, демонический нюх. Щёки, лоб, шея – сейчас сгорят, но рискнуть стоило. Девушка просунула левую руку между ног, коснулась набухающего горячего местечка, нажала, и по животу прокатилась волна приятного спазма. Принцесса взяла новый лист бумаги и вывела заново, левой рукой лаская клитор и чувствуя, как становится омерзительно мокрой:

«Ширан

Ты мне снился. Я снова и снова возвращаюсь в тот день, когда отец сказал тебе «нет». Но во сне я отвечаю «да». Снова и снова. И всё равно тронный зал пылает, а мои родные умирают от ран. Я схожу с ума. Я думала, что если сбегу, то снова обрету себя, но у меня не получилось. Сбежав телом, душой я осталась в плену.

Мне очень плохо. Я ломаюсь на части. Моё тело тебя хочет…»

Новый спазм. Пальцы стали мокрыми, дыхание сбилось. Ирис на миг закрыла глаза, представляя, что это не её, а его пальцы. «Ты меня хочешь» – произнёс его голос, презрительный, торжествующий, властный.

«Я тебя хочу, – написала девушка и только тут заметила, как некрасиво поползли буквы, они заваливались друг на друга, неровные строчки мчались, словно пьяные. – Ты прав, я тебя хочу. Только тебя одного. И прав: я тебя боюсь. Настолько, что готова броситься вниз головой с башни. Тогда, в Китовом дворце, я не планировала побег. Я искала смерти. Для этого я разыграла Эстэль, чтобы она дала тебе зелье, которое Аарха приготовила для меня. Не для того, чтобы бежать, а чтобы прервать свои мучения смертью, а ты не мог мне помешать. Эйв меня спас. Явись он минутой позже – клянусь! – меня бы уже не было».

Её била дрожь. Та ночь вспомнилась во всей своей ясности. Её пальцы, инстинктивно вцепившиеся в зубцы башни, холодная стена и жуткая бездна, куда Ирис хотела упасть и силилась разжать руки.

«Баэрд мне сказал, что ты разорвал помолвку с Эстэль. Ширан, ты ценишь свои слова, и я помню, как ты обещал моему отцу, что не женишься на мне. Но до этого ты же обещал жениться. В храме, перед Восемью. Ты держал мою руку и давал слово, что возьмёшь меня в жёны. И это слово было дано раньше, чем другое».

Сообразив, что запах может быть слишком слабым даже для демона, Ирис поменяла руки. Погрузила пальцы правой между сочащихся смазкой половых губ, ввела средний палец внутрь, большим продолжая поглаживать разбухший клитор. Откинулась на спинку, отдаваясь порочным ощущениям. Стон вырвался сквозь стиснутые зубы, бёдра свело судорогой. А потом на тело навалилась тяжесть, на душу – стыд.

Отдышавшись, Ирис взяла перо грязной рукой и продолжила всё тем же пьяным почерком:

«Я хочу быть с тобой. Я не могу тебе простить смерть моей семьи и мой позор, и не прощу. Но желание быть с тобой, принадлежать тебе сильнее меня. Сильнее всего на свете.

Ширан, дай мне гарантии. Я не хочу бояться. Я не хочу унижений. Я не хочу быть твоей вещью, но я согласна стать твоей покорной женой.

Да, я помню всё, что ты мне говорил. И что накажешь – тоже помню. Давай встретимся. Давай обсудим всё, что с нами произошло, и вместе найдём решение. Я просто хочу быть счастливой. Я заставлю себя забыть прошлое. Прошу и тебя об этом же. Уверена, мы можем стать счастливыми, а я смогу полюбить тебя не только телом. Ведь ты – спаситель королевства, ты – нерушимая стена между демонами и людьми. Не станет тебя, и южане вторгнутся в наши земли и поработят людей. Я научусь тебя любить, обещаю.

Сейчас мой жених болен, и я смогу вырваться из Пурпурного дворца на Варгово озеро. За мной не особенно следят, Баэрд должен был доложить об этом. В лесах неподалёку от дворца есть Кроличий грот. Через три дня я буду там. Но только если ты дашь слово, что явишься один, и что не применишь ко мне силу. Что отпустишь, если я пожелаю уйти. Твоё слово – моя гарантия безопасности.

Пожалуйста, дай мне его.

Если нет, обещаю: я покончу с собой. Я жду от тебя телеграмму на имя Горькой конфеты. Я устала от такой жизни, от страха и безнадёжности.

Ирис».

Она свернула письмо той же испачканной правой рукой, левой вытащила ленточку из волос и перевязала. Почует? Нет? Поверит? Или… «Мне наплевать на твою любовь, Ирис…». Может, ему всё равно? Но… тогда, когда она предложила добровольное соитие в обмен на встречу с Дайном, Ширан ведь согласился. Значит, ему не плевать? Значит добровольное ему нравится больше?

Забралась с ногами в кресло, обхватила колени и застыла, глядя на позорное письмо.

Одно было известно точно: пока Ширан жив, никто из них не в безопасности, даже Елисель. И уж тем более – её ребёнок, сын Эйва. Незаконнорождённый, да, но если противники новой династии выберут малыша своим знаменем, кто вспомнит о таких мелочах?

Она всё сидела и смотрела, застыв каменной гаргульей, когда двери распахнулись.

– Кьяр! – в комнаты бесцеремонно ввалился белокосый парень. – Кьяр, мне сказали, ты болен…

Замер, уставился на Ирис. Электричество безжалостно подчеркнуло распухший нос и налившиеся вокруг глаз синяки. «То есть, этот Ард настолько друг, что может быть вот таким фамильярным?» – удивилась девушка.

– А, это вы, – неприязненно процедил обнаглевший фаворит, прошёл мимо озадаченной невесты своего господина в спальню. Вернулся. – А где принц?

– Выйдите вон, – возмутилась Ирис.

Ард скрестил руки на груди. Скривил губы:

– Ты мне должна ночь, забыла? Так я напомню.

– Я позову стражу.

– Зови, – рассмеялся друг принца. – Вот только виноватой окажешься ты. И за решётками – тоже. Публично обесчещенной.

Он подошёл к обмершей девушке, наклонился, поднял её лицо за подбородок. Глаза ирбиса загорелись, из светлых волос полезли острые уши, и морда начала преображаться в кошачью. Ард шумно втянул воздух.

– Плохая девочка… Хочется кота, а кота нет, и ты сама, да? Зачем, если есть кому помочь?

Ирис невольно отшатнулась, кресло предательски завалилось на спинку, подол платья взметнулся, обнажая колени. Острые когти вцепились в бёдра девушки, Ард рванул её на себя.

– Я расскажу Кьярвалю! – крикнула Ирис, ударила в его грудь кулаками, затем ещё и ещё.

– Вот ненасытная! – расхохотался Ард. – Хочешь нас двоих? Понравилось, да, как Лэс ублажала сразу обоих? Ей пришлось долго потрудиться, чтобы поднять мой член, но на тебя, детка, он встаёт сам.

Ирис завизжала, рванулась из его лап. Мужчина коснулся влажным носом её щеки, схватил зубами за губу. Зарычал.

– Мы с тобой славно развлечёмся, девочка, – прохрипел, отпуская её губу, схватил за ягодицу, – у тебя славная попка. Упругая. То, что надо. Скажи, я там буду первым? Или Ширан уже побывал?

– Немедленно отпустите меня! – прохрипела Ирис, влепила пощёчину в эту пушистую морду.

Ирбис снова зарычал, повалил на пол, ударил коленом между ног, вклинился. Его лапа сжала горло Ирис, придушивая.

– Дерзкая девчонка, – прохрипел оборотень, наваливаясь на неё всем телом, – маленькая, неучёная человечка. Ширан не научил, как разговаривать с мужчиной, я научу.

Схватил её обеими лапами за бёдра, поёрзал, скидывая штаны. Ирис билась, пытаясь вырваться, но Ард был тяжёл, и руки его оказались неожиданно сильными. Насильник укусил её шею, девушка вскрикнула.

– Я буду трахать тебя всю ночь, во всех позах, какие придумаю.

Ирис вцепилась ногтями в его щёку. Тогда Ард ударил её наотмашь по лицу. А потом ещё и ещё раз.

– Давай, – прохрипел, – проси пощады. Проси прощения, человечка. Может быть, я тебя пожалею.

Она отчаянно пыталась вывернуться из-под его тяжести и вдруг почувствовала его твёрдый член. Закричала. Мужчина медлил, не входил, тёрся похотью о её половые губы.

– Не строй из себя невинную, – прохрипел ей на ухо. – Хочешь сохранить личико, раскрой ноги пошире. Будешь меня злить, тебе же хуже.

«Здесь сонная артерия. Это верная смерть» – вдруг вспомнила она. Время будто замерло. Ирис увидела себя с кинжалом в руке верхом на Ширане. Увидела, как он показывает место на своей шее. Глаза герцога вспыхивали золотом.

Горячая струя ударила в неё. Тяжёлое тело придавило сверху, дёргаясь. Ирис вывернулась, поднялась на колени, уставилась на агонизирующего ирбиса, выпучившего глаза, силящегося вдохнуть. Алая кровь толчками заливала его грудь, стекала на ковёр. Девушка перевела взгляд на свою правую руку. В ней был керамбит. Его клинок, похожий на коготь, обагряла кровь. Ирис, не поднимаясь, на коленях отползла от умирающего.

Она полоснула человека ножом! Она убила человека!

– Это был не человек, – прошептала Ирис, – это был не человек…

Что-то едкое поднялось из желудка. Девушку вывернуло рвотой. Ирис вскочила, пол тотчас повело. Она со страхом глянула на всё ещё бьющегося в конвульсиях, но по сути уже мёртвого друга своего мужа. Зажмурилась, а потом бегом бросилась в душ, где её снова вырвало. Разделась, принялась мыться. Мылась долго-долго.

Голой (одежда была испачкана в крови и рвоте) вышла в спальню, не нашла ничего подходящего, кроме рубахи Кьярваля. Надела её, забралась в постель, закуталась в одеяло, пытаясь унять дрожь и решить, что делать с трупом.

– Я его убила, – прошептала снова.

Что у ирбисов полагается за убийство? Она не знала законов Барсова королевства. Уткнулась в подушку, дрожа всем телом. И оказалась в пылающем тронном зале.

– Изиргир! – закричала изо всех сил. – Изиргир, Шестой князь Огненной земли!

– Да ладно? Меня позвали?

Ирис обернулась на весёлый голос, кинулась к демону, не обращая внимания ни на крылья, ни на рога, ни на хвост, выписывающий круги позади князя. Обхватила его руками, прижалась щекой к животу. Её трясло от ужаса так сильно, что зуб не попадал на зуб, и вместо речи вырывались бессвязные рыдания.

Изиргир уменьшился, принюхался.

– Да ладно? – переспросил с любопытством. – Надеюсь, ты у него забрала кошелёк?

– Я преступница, – прохрипела Ирис, – я убийца! Я убила человека, я…

– Первое убийство всегда самое вкусненькое, – согласился демон.

– Что мне делать?

– Рыдать? Каяться? Ты знаешь покаянные молитвы?

Девушка отстранилась, гневно уставилась в его лицо:

– Что мне делать с трупом? Я убила друга жениха в комнате жениха. Он мне не простит этого!

– М-м-м… Миленько. Пошли, посмотрим. Я хочу это видеть.

Он когтем прочертил дверь в воздухе, открыл её и шагнул, ведя девушку за собой. Они оказались в кабинете, рядом с уже застывшем телом. Изиргир наклонился и снова принюхался. Скосил золотой глаз на спутницу.

– Сонная артерия? Откуда?

Она не стала уточнять вопрос:

– Ширан показал.

Демон хохотнул.

– Ещё немного, и я поверю, что братишка понимает юмор.

– Кьярваль меня не простит. Это его друг. И даже если я унесу труп из комнаты, здесь останется запах убитого.

– Логично, – проворчал Изиргир.

Он задумался.

– У тебя есть куда исчезнуть на эту ночь?

– У меня есть друг в городе…

– Нет. Тебе нужно оставаться во дворце.

Ирис задумалась. Соображалось плохо, но…

– Принцесса Ксирата. Я могу пойти к ней фехтовать…

– Иди.

– Я не одета.

– Оденься, – демон пожал плечами.

– Ты можешь провести меня в мою комнату?

Изиргир отвёл взгляд от тела и посмотрел на девушку. Хмыкнул.

– Ты бестелесна, конфетка. Где твоё тело сейчас?

– Здесь…

Голос её охрип, Ирис испуганно оглянулась на спальню. Демон взял её когтями за пальчики и пошёл по направлению взгляда. Там, на постели, свернувшись комком, спала, всхлипывая, Ирис. Девушка вцепилась в руку провожатого. Было дико видеть собственное тело отдельно от себя.

– Страшно, да?

Изиргир обернулся к ней и облизнулся раздвоенным языком.

– Когда оно, – он кивнул на тело, – умрёт, мой сладкий персик, ты останешься жива. И вот так вот, в ужасе и рыданиях, будешь ходить вокруг него и пытаться попасть внутрь. Но – увы, это будет невозможно. Жалость-то какая!

Шестой князь рассмеялся, подул ей в лицо.

Ирис распахнула глаза. Ночь. На потолке отражается свет газового фонаря. Полог. Подушка. Рядом… Она резко села и уставилась на улыбающегося демона.

– Ширан так тоже может? – спросила хрипло.

Изиргир рассмеялся.

– Беги, одевайся и иди к своей Ксирате. У тебя не так много времени.

– А труп?

Голос Ирис сел от страха. Не приснилось! Всё это ей не приснилось!

– А труп полежит, он устал.

– Там, в коридоре…

– Никого нет.

Девушка вскочила. Подол рубахи задрался, обнажая бедро. Ирис покраснела, одёрнулась, испуганно глянула на демона. Тот смотрел откровенно вспыхивающими глазами. Она вскочила, схватила книгу из-под подушки и бросилась бежать. На цыпочках прокралась мимо мёртвого Арда, цапнула своё письмо, всё так же лежавшее в бюро, и выскочила за дверь. Ворвалась в свою комнату и принялась лихорадочно одеваться. Про корсет и думать было нечего, но ведь он и не нужен на тренировке?

Выбежав из покоев уже одетой, Ирис на миг замерла, колеблясь, а потом всё же пересилила ужас, открыла дверь в комнату жениха. Изиргир сидел верхом на перевёрнутом кресле и, покачивая ногой, рассматривал тело.

– Я всё, – пискнула Ирис.

Демон обернулся к ней и усмехнулся.

– Умница, зефирка. Беги.

– Что ты будешь делать с… – она запнулась.

– Да вот, думаю. Может мне проще тебя убить? Очень любопытно, что после твоей смерти станет с Ширанчиком…

Ирис недоверчиво заглянула в его лицо, не зная наверняка: шутит Изиргир или нет. Закрыла дверь и бросилась в башню принцессы Ксиратты.

– От тебя пахнет страхом, – недовольно скривилась кошачья принцесса, когда девушки замерли друг напротив друга в выжидательных позициях.

«Интересно, а трупом не пахнет?» – сумрачно подумала Ирис.

– И… демоны! не говори, что ты мылась шампунем Кьярваля! Вы… вы что…

Мордочку Кси перекосило от отвращения. Ирис потихоньку выдохнула и мило ответила:

– Твой брат болен, и Её Величество велела мне ухаживать за ним.

– А ты сбежала ко мне? – рассмеялась кошка.

Ирис пожала плечами:

– Так а что мне делать, если он целыми днями спит?

И едва не пропустила удар...

Мирис застала обеих принцесс, катающихся по полу и с наслаждением мутузящих друг друга.

– Ваши Высочества, – громко позвала фрейлина, остановившись в дверях. – Мне необходимо ваше внимание.

Обе девушки – Кси внизу, Ирис наверху – нетерпеливо оглянулись на неё.

– Пожар в крыле наследника, – холодно пояснила дама королевы.

Ирис спрыгнула и бросилась в коридор.

Пожар! А как же книга? А письмо? Ведь от её комнат до покоев Кьярваля – рукой подать. Это то же самое крыло!

– Сюда нельзя, Ваше Высочество, – перед ней из темноты появился стражник, перегораживая путь.

– Там… там… Там мой жених, пустите! – рявкнула Ирис, поднырнула под его руку и бросилась бежать дальше.

Ну не про книгу же было кричать. Её пытались остановить, но так как гвардейцы не осмеливались касаться руками принцессы, то Ирис снова и снова прорывалась вперёд, пока кто-то не подхватил её на руки, не понёс куда-то прочь. Принцесса зарычала, забилась, закричала, но руки не разжались. Её вынесли во двор, в сад.

– Цепочкой становись! Гидрант… Шланг…

Ирис замерла, глядя через плечо простого рабочего, дерзнувшего схватить сиятельную госпожу на руки, как алые отблески мечутся, как чёрный дым клубами поднимается в небо.

– Можете опустить меня на землю, Баэрд, – прошептала она, наконец, устало. – Я не настолько сошла с ума.

Вокруг носились люди, передавали вёдра друг другу, разматывали шланг, один конец которого был опущен в воду эллинга. Баэрд послушался. Ирис молча стала смотреть, как горит Пурпурный дворец, как из окон разрастаются огненные языки.

Кто-то схватил её за плечи, рванул к себе. Зелёные глаза горели газовыми фонарями.

– Где мой сын?!

– Н-не знаю…

– Где мой сын, тварь?! Ты оставила его, больного, одного в комнате?!

Королева тряхнула Ирис, влепила пощёчину:

– Отвечай! Живо отвечай! – голос её сорвался на крик. – Где мой сын?

– Он спал…

Звон пощёчины слился с гулом пожара.

– Ваше Величество, в покоях наследника видели тело. Но приблизится к нему возможности нет. Пожар начался оттуда.

Ирис даже не оглянулась на мужской голос. И так понятно: кто-то из гвардии.

– Ты сдохнешь, – дрожа от ярости прохрипела Пьерин. – Сдохнешь!

Она выпустила когти и шагнула к невестке. Над верхней губой резко выросли длинные вибриссы, кожа покрылась шерстью. Баэрд отпихнул Ирис за себя, схватился за нож. Девушка сунула руку в карман, ища Барсика. Пальцы натолкнулись на свёрнутую бумагу. «Письмо. Оно сохранилось». Что с ней сделают, если она убьёт королеву ирбисов? А если её схватят и найдут в кармане письмо Ширану?

Ирис попятилась.

– Матушка, – раздался мурлычущий голос позади, – злая свекровь это дурной тон.

Все разом посмотрели на довольного Кьярваля, подходящего по дорожке между кустов дёрена. Королева тут же расслабилась и приняла человеческий облик. Ирис замерла. Приблизившись, принц взял руку матушки, чмокнул, подошёл к Ирис и обнял её:

– Ты напугалась, дорогая? Выходила из комнаты?

– Она была со мной, – отозвалась Ксирата. – Мы немножко общались.

Ирис и не заметила, когда к ним присоединилась принцесса. Впрочем, все четыре сестры – круглая Шаша, юркая, но обещающая располнеть Псиш, Анси, в платье, изобилующем розовыми оборочками, и Ксирата, в мужском костюме с саблей в руках. Стояли и смотрели с досадой на живого Кьярваля. Старший брат мило улыбался.

– Ты покинул комнату, Кьяр? – прищурилась королева.

– Ну да. Час или около назад. Проснулся, увидел, что моя невеста сбежала, почувствовал себя лучше и решил немного пройтись в саду.

– Ирис пришла ко мне полчаса или сорок минут назад, – возразила Кси холодно.

Кьярваль пожал плечами:

– Может, и так. Я не засекал время. И дольше бы гулял – уж больно свежо. Но, смотрю, у вас тут пожар. Разве можно пропустить такое зрелище. Ты как, Ири? Я волновался, – нежно мурлыкнул он и потёрся щекой о её волосы.

– Нормально, – выдавила Ирис с трудом.

Её начинала бить дрожь пережитого.

– Подождите, я не поняла, – пропищала глупышка Анси, теребя оборочку, – если ты, Ирис, тут и Кьяр тут, то чей труп в комнате?

Ирис почувствовала, как руки, обнимающие её, напряглись.

– А когда слуги прибираются в комнатах? – спросила дрожащим голосом.

– Ближе к утру, – задумчиво отозвалась Кси и прищурилась.

– Тогда, может, вор? Может, ему стало плохо, он задел свечу и…

«От меня он ничего не узнает. Он не простит мне этой смерти».

– Матушка, – мурлыкнул Кьяр, – думаю, здесь и без нас разберутся. Я всё же чувствую себя не очень важно. От этих нервов что-то слабость какая-то и… Ири, ты проводишь меня? Вон по той тропиночке.

– Конечно, дорогой, – отозвалась Ирис, улыбаясь.

Они медленно направились по тропинке подальше от дворца, охваченного пламенем. Принцесса оглянулась: Баэрда не было.

– Так кто это был? – прямо спросил Кьярваль. – Не лги мне, что не знаешь.

Ирис вздрогнула.

– Я не знаю…

– Вот как?

– Наверняка не знаю. Но я боюсь… Ард, – быстро проговорила девушка. – Он пришёл за тобой, пьяный и невменяемый. Начал приставать ко мне, и я сбежала, оставив его одного. Думала, ты придёшь и сам разберёшься со своим другом. Боюсь, что…

Она резко замолчала. Кьярваль тоже молчал.

Безмолвно они подошли к павильону. Небо на севере разгоралось алыми всполохами, стало очень светло. Кьярваль отпер дверь, они вошли.

– Ужасная смерть, – мрачно прошептал принц.

Ирис промолчала. Он рухнул на кровать, стоявшую посреди зала, расписанного ярко-зелёными лопухами. Закинул руки за голову. Закрыл глаза.

– Вот ты не виновата, – заметил сквозь зубы, – а я зол. Ты хочешь спать?

– Нет. Не очень.

– Тогда иди, прогуляйся. Дай мне остыть.

Она заметила уши, вибриссы и хвост, и сочла за лучшее молча уйти. Кажется, принц поверил в её почти честный рассказ. Ведь всё было именно так. Почти. А про керамбит с нежным именем Барсик рассказывать было не обязательно. Никто не знает, когда он ещё пригодится.