Текст книги "Цена любви и мести 2 (СИ)"

Автор книги: Анастасия Разумовская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 32 страниц)

Глава 26. Не бог

Паровоз пыхтел, длинный шлейф чёрного дыма заставлял провожающих кашлять. Елисель ругалась, Ирис смотрела на неё и чувствовала, как разрывается сердце. У неё не осталось больше никого, на кого можно безусловно положиться, у кого нет за спиной спрятанного камня. У Баэрда, стоявшего в трёх шагах от них, камня не было, он сам был этим камнем. Не друг, а тюремщик.

– Вы как несёте?! – заорала Лися, бросаясь к грузчикам. – Ты ребёнка так своего неси, вверх ногами, а это – мотор, йотпа тебя сожри! Его надо нежно!

Третий гудок. Ирис стиснула пальцы. Елисель подошла, наклонилась и обняла её.

– Скоро свидимся. Не скучай.

Ирис ткнулась в её плечо, вдохнула какой-то неприятный запах. Керосин? Масло?

– Да.

Обхватила тонкие плечи подруги и улыбнулась:

– Как долетишь до солнца – помаши рукой.

– Солнце – это газовый шар… – начала было Елисель и запнулась, осознав шутку. – Да, конечно. Помашу.

Чмокнула принцессу в щёку и бросилась догонять поезд, уже застучавший по рельсам, заскочила в распахнутую дверь вагона, выглянула и замахала рукой. Ветер сорвал с её стриженной головы шляпку.

– Бард! Береги её! Не позволяй…

Но дальнейшее исчезло в грохоте и свистках. Ирис вынула из ридикюля платок, вытерла глаза.

– Хотите ещё погулять? – вежливо осведомился Баэрд.

Принцесса оглянулась на него. «Ну да. Такая очаровательная прогулка по кофейням в сопровождении двадцати хмурых гвардейцев!»

– Благодарю. Я хочу спать.

И поплакать. А ещё почитать «Теорию демонологии» Харта Буэрви. Вчера у Ирис получилось зажечь свечку. Всё дело было лишь в создании напряжения между материальным миром и миром силы, ничего сложного. Зато эффектно. Жаль, что крылья раскрывать самой так и не удавалось. Ночью Ширан снова бросал её с высоты, и тогда они распахнулись, но вот так, чтобы просто взял и открыл…

«Я бы полетела к Эйву, – думала Ирис, пока её погружали в фаэтон, убирали коляску, укутывали ноги пледом. – Я бы уговорила его не воевать. Жизнь пятерых человек не стоит смертей сотен людей». Она думала о Ширане. Впервые – без страха или обиды. Душу накрыло какое-то странное спокойствие, отчасти объяснимое усталостью.

Демоны склонны к ненависти. Демоны до крайности свободолюбивы, а потому такие чувства, как привязанность или любовь, воспринимаются ими как зависимость.

«Штурвал в твоих руках» – вспоминалось девушке.

Если было бы можно, она бы не выходила за Ширана замуж. Если было бы можно… Но она уже была за ним замужем. Говорят, даже тигров можно дрессировать. Теперь Ирис начинала догадываться, как именно это делать. Не с тиграми, конечно, а с Шираном. И дело было не только в сексе, а вернее, не только в нём.

В замок они приехали уже поздней ночью, и Ирис тотчас удалилась в комнату, захватив с собой кусочек вишнёвого рулета, заботливо принесённый Ратой. Когда Ширан уехал на войну, принцесса тотчас возобновила отношения с поваром Мэтом и его пышногрудой помощницей. Ирис целыми днями торчала на кухне, в клубах дыма, и болтала с этими двумя, пока Елисель пропадала в ангаре. И вот надо же: едва Ирис разрешили покидать стены замка, Лися сразу уехала.

Рата помогла девушке раздеться, сходить в туалет и подмыться, а когда служанка ушла, Ирис встала и прошла в душ сама. Долго-долго мылась, наслаждаясь тёплыми струями, потом вернулась, сделала вечернюю гимнастику, забралась в постель и погрузилась в книгу.

«Душа демона находится в его крыльях, – утверждал автор. – Магия находится в них же. Если лишить демона крыльев, он лишится и магии. Однако жалящие пламенем умеют эти крылья надёжно убирать, что осложняет подобный метод…»

Ирис вздрогнула.

Лишить крыльев! Как же это жестоко!

«Лишённый крыльев демон больше не может пользоваться магией и становится беззащитен, как человек. И, хотя у него сохраняется регенерация тканей и органов, крылья больше не восстанавливаются».

Ирис замерла. Она вдруг поняла, почему Илисса, мать Ширана, не могла сопротивляться его отцу. Почему сердце Йошандара не могло сбросить оковы и уйти, как приходил или уходил Изергир, её сын. Ну конечно! Герцог Асбрант лишил её крыльев! И наверняка лишил бы их и сына, которого считал демоническим приплодом, вот только крылья у Ширана появились недавно. «Нормальное поведение для демонёнка: когда ты слаб, лучше спрятаться и не обнаруживать себя» – вспомнилось ей.

Может быть, поэтому и у Ирис они открываются только в момент смертельной угрозы? Потому что она не чувствует себя в безопасности?

Девушка читала и читала, а потом голова её отяжелела, и Ирис провалилась в тяжёлый сон, в котором она летала, а чья-то громадная чёрная рука тянулась и хватала её за крылья.

Проснулась принцесса от шума из распахнутого окна. Встала, подошла и осторожно выглянула: внизу двор пылал от света множества фонарей. Гвардейцы въезжали и выезжали. Ночной воздух был напоён тревогой.

Ирис поспешно оделась, обулась, села в коляску и нажала на электрический звонок.

– Что там происходит? – спросила у Мелис, дежурной служанки, едва та открыла дверь.

– Не знаю, Ваше Высочество.

Та сонно моргала.

– Позови Баэрда. Скажи, что я приказываю ему срочно явиться в комнату.

Мелиса присела в реверансе и поспешила выполнить приказ. Ирис снова тревожно обернулась к окну. Там происходило что-то ненормальное. На город напали враги? Было похоже на то. Она подкатила на коляске и снова стала наблюдать, как всадники тащат что-то, прикрытое брезентом. Артиллерийское орудие? Серьёзно?

– Ваше Высочество? – Баэрд вошёл, но проходить вглубь комнаты не стал.

Он был одет полностью по форме, в грубоватых чертах его простого лица чувствовалось нетерпение.

– Что происходит?

– Всё в порядке. Небольшие сложности.

Ирис сдвинула брови. До хруста стиснула челюсти.

– Не смейте мне лгать, Баэрд. Я ваша герцогиня, а не кухонная девочка.

Вице-адмирал покраснел. Поколебался, но всё же признался:

– В столице бунт. Ничего не понятно, но кавалергарды седьмого полка вошли в Персик и взяли Китовый дворец.

– А Дайн? – её голос вдруг куда-то пропал.

– Неизвестно. Вроде бы короля видели среди восставших. Наши люди частично перебиты, частично покинули дворец, некоторые – город…

– Бежали.

– Отступили.

Ирис закрыла глаза, вдохнула поглубже.

– И что вы намерены делать?

– Оборонять замок до дальнейших распоряжений герцога Ширана.

Она снова посмотрела на него. Властно. Строго.

– Понятно. Я должна ехать во дворец.

Баэрд поперхнулся. Покачал головой:

– Это невозможно.

– Это приказ, – спокойно возразила Ирис. – Там мой брат.

– Ваше Высочество, мы не можем вами рисковать…

– Его Светлость сообщал вам о том, что я теперь тоже полудемон? – мило улыбнувшись, уточнила Ирис.

Баэрд кивнул.

– Но крылья у меня не очень открываются пока. Раз на раз не приходится. То откроются, то нет. Вы правда можете заточить меня в подземелье…

Баэрд шумно выдохнул.

– Ваше Высочество, пожалуйста! Это шантаж.

– Спасибо. Вот смотрите, Баэрд: Зеркальные казармы, в которых располагается Седьмой кавалергардский полк, находятся часах в двух пути от Персика, в предместье. Внезапно полк, отличающийся верностью престолу, снимается с места, ночью, и захватывает Китовый дворец, в котором живёт король. При этом проходит весь город. Как думаете, почему гарнизон не остановил их на подступах?

– Мы разберёмся.

– Понятно почему: среди кавалергардов видят короля. А где маленький мальчик должен быть ночью?

Она насмешливо посмотрела на мужчину. Не дождалась ответа:

– В постели, Баэрд, в постели. И никуда из неё деться Дайн не мог. И третий вопрос: вы знаете, кто возглавляет кавалергардов?

– Полковник Меллерт.

– Да. Брат герцога Ярниса, с чьей дочкой очень дружен Дайн.

Баэрд побледнел. Ирис усмехнулась:

– Поздравляю со сменой власти, вице-адмирал. Ваш король решил поменять Юг на Запад. А сейчас вы соберёте мне охрану, приличную моему статусу, и велите подать экипаж. Потому что всё это обернётся большими бедами, клянусь вам. Вы ведь уже телеграфировали герцогу Ширану о случившемся?

– Да. Конечно.

– В его поезде есть телеграф?

– Нет.

Ирис задумалась.

– Значит, вашу телеграмму герцог получит через четыре часа, когда поезд остановится в Вишнёвом городе. Вы туда телеграфировали?

– Да.

– Через четыре часа герцог повернёт обратно. Вы понимаете, что это значит в условиях войны? Поверьте, я – единственный шанс урегулировать всё с минимальными жертвами. Потому что Дайн – мой брат.

– Вряд ли он вас послушает, – возразил Баэрд.

– Посмотрим. Но поверьте: я в безопасности. Если желаете, можете меня сопровождать. А сейчас нам нужно выезжать. Срочно.

С собой Ирис взяла Барсика и книгу по демонологии, надёжно спрятав их в коляску.

Экипаж мчал во весь опор, а принцесса думала, пытаясь сложить все факты один к одному. Заговор был понятен и очевиден, а веру в верность герцогов Ирис потеряла уже давно. Принцесса помнила тайный разговор Ширана с Исольвом, когда-то так потрясший её. Да что там герцоги! Королева Пьерин сама умерла, как утверждают, или ей помогла наследница? Ксирата могла. Сейчас Ирис казалось странным, как отец вовремя не понял, что Ширан нанесёт удар в ответ на его действия.

«Если бы я был твоим отцом, Ирис, и по какой-то причине решил бы разорвать помолвку с таким человеком, как я, то сначала отравил бы, убил, расстрелял бы его у всех на глазах прямо там, в тронном зале, вместо награждения» – вспоминала она и с каждой минутой понимала: Ширан прав. И ещё: за её ребёнка он снесёт голову любому. Будет драться, как хищный зверь.

А папа…

Она сглотнула, закусила губу. Тряхнула головой, отгоняя ослабляющие её решимость мысли.

Дайн. Итак, что хочет от него Западный герцог? Очевидно: чтобы Дайн женился на Бесситии, а Ярнис, недаром названный Прощелыгой, стал тестем короля. Но тогда главный враг Ярниса не Ширан, а Валир, ведь это сестра Валира – соперница Бесситии. А, значит, Южного герцога можно вывести из-под удара интриг. А Валир… йотпы с ним, с Валиром! Человек, который предал своих братьев и сестру, стоит ли того, чтобы о нём беспокоиться?

А Ширана – стоит?

Ирис прищурилась. Не возможность ли это отомстить, наконец, герцогу за смерть Белкурдов? И, если Ширан умрёт, можно попробовать восстановить права Эйва, что приведёт Мурсию к процветанию, потому что для королевства нет ничего хуже, чем малолетка на троне…

Не приведёт. Демоны с Юга обязательно атакуют…

Но ведь справлялись же с ними как-то до Ширана? И потом, у Южного герцога есть брат – Хесс.

«Они убьют моего ребёнка, – вдруг поняла Ирис. – Дитя полудемона, дитя убитого ими Ширана. Тот же Хесс и убьёт».

Она коснулась через корсет живота. Задумалась. Ей не нужен этот ребёнок. Она не испытывала к нему никаких чувств. Он не был желанным от желанного мужчины, с которым хотелось бы разделить всю жизнь, но…

… что-то мешало ей. Что-то внутри глухо протестовало против смерти этого никому не нужного малыша.

И потом, кто сказал, что если Ирис встанет на сторону Ярниса, то они смогут скинуть Ширана? В этом случае герцог просто растопчет Эйва, развернёт армию и ударит по столице.

Ирис представила подземелье, цепи, тяжёлый, душный воздух. И это – на всю жизнь, вероятно.

Карета остановилась, дверцы открылись. Уже наступило утро, и солнечные лучи купались в лужах. Баэрд подхватил герцогиню на руки, усадил на поданную гвардейцем коляску и покатил по пандусу.

– Кто идёт? – рявкнул высокий молодой человек у высоких дверей.

Ирис посмотрела на него. Улыбнулась:

– Панталер, как я рада вас видеть! Как служба? Вы по-прежнему в скачках приходите вторым, или уже обгоняете господина Тэрха?

И протянула ему ручку. Офицер секунду поколебался, а потом склонился и поцеловал её пальчики.

– Ваше Высочество! Простите, я не узнал…

– Ну как же так? – ласково пожурила она. – Мы с вами так весело танцевали ассалет на зимнем балу, а вы после этого делаете вид, что мы не знакомы. Как вам не стыдно, сударь!

И принцесса шаловливо шлёпнула его веером по руке.

Кавалергардом мог стать только юноша из очень-очень знатной семьи. Кавалергардов приглашали на королевские балы. Кавалергарды были сливками военной аристократии, и если бы не традиция бросать жребий в каком роду войск служить наследнику, Эйв не стал бы моряком.

– Его Величество уже поднялся? – мило защебетала Ирис.

– Его Величество не ложился… Ваше Высочество, позвольте мне проводить вас. Муренцам придётся остаться здесь.

Ирис оглянулась на свой маленький отряд: девятнадцать человек, Баэрд – двадцатый.

– Хорошо, – согласилась непринуждённо. – Но прикажите позаботиться о них. Мы ещё не завтракали.

Баэрд открыл рот, чтобы возразить. Ирис перебила его:

– А господин вице-адмирал пойдёт со мной. Это не обсуждается, господин капитан.

Кавалергард остро глянул на муренца, кивнул, видимо, посчитав присутствие одного из людей Ширана не опасным для своего командира.

Дайн действительно ещё не ложился и выглядел очень плохо. Он сидел в кресле бального зала, превращённого в подобие тронного, тёр глаза кулачками и отчаянно зевал. Лицо его было красным, глаза – тоже. Вокруг короля толпилось множество людей, среди которых принцесса различила советника Гория, полковника кавалергардов Меллерта, супругу герцога Ярниса. Юная Бессития сидела на скамеечке у трона и тоже старалась не заснуть.

– Ваше Величество, – Ирис приветственно наклонила голову. – Я приехала поздравить вас с победой. Мне сказали, что вы храбро возглавили войско. Это ведь учения какие-то?

Король посмотрел на неё тусклым взглядом:

– Ирис, ты за меня или за мужа?

– А ты воюешь с герцогом Шираном? – удивилась Ирис. – Но почему?

– Он убил наших родителей. Ты разве не помнишь?

Принцесса чуть не расхохоталась в голос, но удержала неуместные эмоции.

– Ты же говорил, что это сделал демон?

– А он и есть демон! – взвизгнул Дайн. – Мне Сити всё рассказала. Его надо казнить. Я подпишу приказ, чтобы его казнили. И всех полудемонов тоже. Такая гадость! Кто бы мог подумать, что в моём королевстве живут твари!

«И меня. И моего ребёнка».

Ирис нежно улыбнулась, подкатила к брату.

– Доброе утро, Бессития, – кивнула свидетельнице своей свадьбы. – Господа, вам не кажется, что детям нужно спать? Ваше Величество, брат мой, эта ночь принесла вам победу и величие, но сейчас, думаю, стоит восстановить свои силы. Они вам ещё пригодятся.

– Ирис, ты со мной или с Шираном? – настойчиво спросил Дайн.

– Я всегда с тобой, – она взяла его за руку. – Пойдём, я тебе почитаю сказку.

– Ваше Высочество, – мягко вмешалась Западная герцогиня, – боюсь, что Его Величество решает важные государственные вопросы…

Ирис обернулась и в упор посмотрела на неё «ширановским взглядом». Чуть приподняла бровь, а потом снова тепло взглянула на Дайна.

– Посмотри, как ты утомил свою подругу, Дайн. Она вот-вот упадёт.

– Вовсе нет, – встрепенулась Сити и часто-часто заморгала.

– Это моя невеста, – буркнул Дайн и насупился. – Скажешь, что я не должен…

– Прекрасный выбор, мой король. Буду рада такой прелестной сестричке.

Окружающие мужчины заволновались.

– Ваше Высочество, сейчас день, когда каждая минута дорога…

– А мне дорог мой брат, – спокойно возразила Ирис.

Дайн скривился.

– Ты не понимаешь…

– Пойдём. Какой-нибудь час, другой, и ты проснёшься свежим и бодрым, как огурчик. Как рыцарь Темитест, помнишь?

Брат недоверчиво посмотрел на неё, снова зевнул. Было видно, что ему отчаянно хочется спать.

– Что ж, – мягко улыбнулся советник Горий, – господа, вещее сердце сестры, как всегда право. Ваше Величество, подпишите указ об аресте герцога, и вам действительно лучше будет отдохнуть.

Ирис посмотрела на того, кто назвался отцом Эйва.

– Герцог Ширан на фронте. Какая разница, когда его арестуют: сейчас или вечером? Что это изменит? Дайн, помнишь, папа говорил: никогда не подписывай никаких писем или приказов натощак или невыспавшимся.

Она с тревогой увидела, как по лицу брата пробежала судорога.

– А по нашей информации, герцог вчера покинул Персик, – заметил Горий.

Ирис хмыкнула:

– Видимо, у вас какая-то своя информация. Ну или герцог не счёл нужным сообщить о своём визите мне. Что вряд ли. Но даже если так, то что это меняет? В этом случае Его Светлость находится в пути, и опять же час или два ничего не изменят.

– Телеграф… – начал было Горий, но Дайн вдруг его перебил:

– Да. Ирис права. Ширан подождёт.

И вдруг перегнулся через ручку кресла, и его вырвало. Сити завизжала, вскочив, хотя она сидела по другую сторону, и рвота забрызгала только Ирис.

– Дайн! – принцесса схватила его за руки. – Что с тобой?

– Ничего. Всё в порядке. Я посплю, и всё будет хорошо…

У него были очень горячие руки. И несчастные испуганные глаза. Ирис обернулась к Баэрду:

– Эль Диара. Срочно.

– Во дворце есть врач… – начал было Горий, но Ирис метнула на него гневный взгляд:

– Если короля отравили, то хозяин дворца попадает под подозрение.

Все зашептались, переглядываясь.

– Господа, оставьте нас, – приказала Ирис.

А хотелось рявкнуть: «Вон!». Бессития, побледнев, попятилась.

– Его Величество болен? – задрожав от страха, пролепетала она.

– Вполне вероятно, – улыбнулась Ирис.

Дайна снова скрутило и вырвало. Он всхлипнул. Ирис обняла братика, перетащила к себе на колени.

– Господа, действительно, Его Величество плохо себя чувствует, – поддержал принцессу Горий.

Баэрд вышел первым, за ним зал стремительно покинуло семейство Западного герцога.

– Я умру? – залепетал Дайн в ужасе, вцепившись грязными ручонками в сестру. – Меня отравили? Это был яд?

– Нет-нет, что ты. Наверняка просто съел что-то не то…

– Ирис, – шепнул он ей в самое ухо, – я обкакался… Только никому не рассказывай.

– Ничего страшного, – храбро заявила она, обмирая от ужаса, – сейчас мы пойдём в комнату, я дам тебе лекарство. Просто съел что-то не то…

Слуги помогли донести Дайна до его спальни (короля снова вырвало по пути), раздели, обмыли, переодели. Ирис села на постель рядом, взяла его за руку.

– Мне уже лучше, – прошептал Дайн. – Почитай мне, пожалуйста.

Сестра нашла какую-то книгу и стала читать, не вникая в смысл. Дверь открылась, и вошёл Баэрд. Бегло оглядел короля на кровати, серебряный тазик у кровати, бледную Ирис с книжкой на коленях.

– Я послал за эль Диаром, – доложил коротко. – Он в холерном госпитале. Будут ещё распоряжения?

– Поставьте муренцев перед спальней короля. Поваров арестовать. Гория под арест.

– Нас всего двадцать, – напомнил Баэрд.

Ирис глянула на него сухими глазами:

– Тогда арестуйте Гория. Передайте полковнику Меллерту, чтобы оказал вам полное содействие, если не хочет попасть под подозрение. В комнате второй слева по коридору напротив кабинет Гория. Там телеграф. Отправьте телеграмму в замок Неупокоенных душ. Пусть подходят все наши люди. Замок оставить. Когда полк явится, арестуйте Меллерта. И семью Западного герцога. Под домашний арест. Король был с ними ночью.

– Так точно.

– И ещё одну телеграмму. Ширану.

Баэрд устало усмехнулся. Ну, конечно, отправит. И без её приказа.

– Подайте воды, – приказала Ирис.

Эль Диар появился только часа через три. Одновременно с людьми Ширана.

Дайна немилосердно рвало. И поносило. Слуги замучились убирать, мыть и менять одежду, но Ирис была строга. Мальчик пил-пил-пил и не мог напиться. И жар не уходил. Лицо больного стремительно темнело,высыхало, под глазами пролегали тени, губы обветрились.

Доктор бросил на него взгляд. Засунул градусник в рот. Посмотрел на тазик, в котором виднелась уже прозрачная рвота (вся едва давно покинула желудок больного, и её вынесли).

– Понос? – спросил коротко.

– Да, – также коротко ответила Ирис.

– Писать просился?

– Да.

– Смог?

– Нет.

Эль Диар кивнул.

– Когда и где вы пили, Ваше Величество?

– Ирис давала, – прохрипел Дайн, глаза его блестели от лихорадки.

– А до принцессы?

– Чай мне давали. Когда мы взяли дворец…

– Чу́дно. А до этого?

– Вино давали в полку.

– А до этого?

Дайн открыл рот и стал дышать ртом часто-часто. Заплакал от бессилия.

– Фонтанчик. Питьевой. Пить хотелось. Ирис, дай мне пить…

Ирис налила стакан и протянула ему.

– Кипячёная? – холодно уточнил эль Диар.

– Н-не знаю… А нельзя?

Доктор закатил глаза. Раздражённо выдохнул.

– Можно. Если хотите поточнее отправить его в бездну. В городе – холера. Вы издеваетесь?

Ирис побелела:

– Но это же… это же не…

– Это именно она. Его Величество болен. Его никто не травил. Если не считать, конечно, за живое существо питьевой фонтанчик.

– Он выживет? – дрожащими губами прошептала Ирис.

– Я не бог. Сделаю что могу. Если не будете ему сырую воду давать, конечно. И велите объявить в городе карантин, наконец.

Ирис отставила кружку. Дайн снова заплакал. Он горел и плавился, и постоянно хныкал. Без слёз.

Эль Диар действительно не был богом.

Король умер следующим вечером. Ирис лежала рядом, обнимала его всё ещё тёплое тело, смотрела в осунувшееся несчастное лицо, тёмное и страшное, и не могла поверить, что брат мёртв. Просто прижимала к себе, инстинктивно желая согреть.