Текст книги "Цена любви и мести 2 (СИ)"

Автор книги: Анастасия Разумовская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 29 (всего у книги 32 страниц)

Глава 29. Зевака

Они действительно скакали всю ночь по горам, по узким пастушьим тропам, порой по отвесным скалам над бездной. Утром на каком-то полустанке Эйв посадил полумёртвую от усталости Ирис в поезд, выкупив всё купе. Внёс на руках, посадил на узкую кровать. Растрепал волосы нежно.

– Ты правда любишь Ширана? – спросил тихо, встревоженно заглядывая ей в глаза.

Ирис ткнулась лбом в его лоб. Закрыла глаза. До боли не хотелось расставаться. Она просто безумно соскучилась по нему.

– Не знаю, – ответила честно. – Я не понимаю его. Он то нежен ко мне, то ужасен. В последнее время – заботлив и нежен, но… Я не знаю. Как можно любить того, кого боишься?

Эйв обнял.

– Думаю, нельзя. Ри-ри, ты к нему привязана. Так бывает. Если Ширан умрёт, тебе будет больно и плохо, и трудно без него, но со временем это пройдёт. Со временем ты научишься жить снова и снова радоваться.

– Если Ширан умрёт, демоны вторгнутся на южные земли, – возразила Ирис. – У Ширана есть брат, но он слаб. Погибнут тысячи людей…

Принц тихо и устало рассмеялся:

– Нет. Ириска, нет. Ты что-нибудь слышала о цуркатах?

Ирис невольно сжала кулон, висевший на её шее: ночарик на золотой тонкой цепочке. Только она знала, что скрывается в нём.

– Д-да… камень, способный поглотить душу демона.

– Из них делают щиты. И много всего. Этих камней не так чтобы много, так ведь и демонов не так много, Ирис. Мы справимся и без Ширана.

– Погибнет много людей…

Эйв выдохнул. Поморщился, услышав первый гудок.

– Ирис, девочка, война – это часть жизни. Она всегда была и всегда будет. Люди и сейчас гибнут, и гибли все эти годы. Неприветливые острова – фронтовой край со времён изгнания демонов и нечисти на Южный континент. Может быть, как раз цуркаты, наоборот, закроют эту проблему раз и навсегда.

Сестра обняла его. Гудок просигналил второй раз.

– Тебе с ним не справиться, – прошептала она. – Я боюсь за тебя. Не надо, пожалуйста. Ширан простит мне, но не тебе, покушение на него.

– Ну, не надо, так не надо, – улыбнувшись, соврал Эйв.

Поцеловал её в щёку и вышел. Ирис закрыла лицо руками: она поняла, что брат солгал, чтобы успокоить её, и на сердце стало совсем скверно и страшно. Ей вспомнилось: «Как ты меня накажешь за попытку тебя убить? – Никак. Мало ли кто пытался. Плевать». Его слова, что он простит ей всё, кроме физической измены… А вот Эйва Ширан не пощадит.

Поезд тронулся.

– Я должна его убить сама…

– А потянешь ли?

Ирис резко обернулась, вскрикнув. В дверях стояла улыбающаяся Эстэль. Аарха то есть.

– Откуда ты…

Аарха прошла, села напротив, вытянула ноги:

– Устала, болотные орки знают как!

– Как ты узнала, что я буду здесь?

– Потому что голова на месте, – захихикала ведьма. – А где ты могла быть? Эйв взял бы тебя на передовую? Чтобы подставить? Не, я сразу поняла: твой братец отправит тебя в тыл. И не так уж много мест, откуда это можно сделать. Это вам везёт ещё, что война не перекрыла торговые пути. Смешно, да? Мурсия воюет с Барсовым королевством, но война войной, а торговля – торговлей. Эх, люди! Даже воюете вы не по-настоящему.

– Ты тоже человек, – буркнула Ирис.

Как много успела услышать и понять ведьма? Принцесса не знала, почему Аарха так быстро поддалась на шантаж, согласившись помочь бежать: ведь она рисковала попасть под гнев Ширана. Может быть, всё же не простила герцогу костра? Омоложение омоложением, но ведьмы мстительны…

Дверь распахнулась, и вошёл Баэрд. Замер, нахмурившись.

– Я тоже рада тебя видеть, – улыбнулась Аарха и подмигнула ему. – Прекрасная компания! Принцесса-демоница, верный слуга дьявола и милая юная ведьма. Ты не принесёшь чайку девушкам?

– Ваше Высочество, вышвырнуть постороннюю из вашего купе? – с надеждой уточнил Баэрд.

Ирис покачала головой:

– Составь лучше нам компанию. Но сначала действительно, если тебя не затруднит, принеси нам чаю.

Когда мужчина вышел, Аарха подмигнула Ирис:

– Сильна, девонька. Ширан-то не зря доверяет этому молодцу: сложно найти более преданного герцогу человека. А ты его прям за душу взяла. Кто бы мог предположить, что Бардик предаст хозяина ради бабы?

– Не заговаривайся, – холодно оборвала её Ирис.

– Так как решила вдовой-то стать?

– Никак.

– А я ведь подсказать могу, – хитро прищурилась Аарха. – Я Ширана с его рождения знаю, как от мамки забрали. А забрали его сразу…

– Расскажи мне о нём, – попросила Ирис. Скинула башмачки, подтянула ноги и легла на подушку.

Эйв пообещал её руку кому-то там за помощь в борьбе. От этой мысли хотелось орать и выть. «Я не хочу ни за кого, совсем ни за кого! Тем более за того, кого вообще не знаю, – мрачно думала Ирис, вполуха слушая ужасы из детства Ширана. – И к мужу возвращаться тоже не хочу. И смерти его не хочу. Ничего не хочу. Если бы можно было умереть и… исчезнуть».

Баэрд вернулся с тремя чашками чая, поставил на столик перед принцессой и Аархой, третью демонстративно взял себе и сел рядом с лже-Эстэль.

Ирис задумчиво посмотрела на него. «За Баэрда хочу, – подумала вдруг. – Он единственный из всех нормальный. И с ним спокойно рядом и хорошо». А если действительно умереть? Только не по-настоящему, а для всех? Как-то ловко подстроить свою смерть, чтобы Ширан в это поверил. Чтобы все поверили, даже Эйв. Или нет, брат пусть знает правду…

Принцесса закрыла глаза и стала представлять счастливую простую жизнь. С Баэрдом.

– Ирис, – шепнул Ширан.

Девушка вздрогнула, распахнула глаза и увидела себя в деревенском домике с белёными стенами, с деревянными балками, с подвешенными к ним пучками сухих трав. Рядом стоял Южный герцог и смотрел на неё.

– Что ты здесь делаешь? – дрожащим голосом спросила она.

– Ты меня позвала. Что за странные фантазии?

Он кивнул на окружающий быт. Ирис покраснела. И вдруг увидела в окне Баэрда, полуобнажённого. Он, играючи, колол дрова. «Сейчас Ширан увидит, о чём я мечтала на самом деле» – мелькнула паническая мысль. Ирис решительно шагнула к герцогу, обвила его шею руками так, чтобы Ширан не мог повернуться, прикрыла глаза ресницами, потянулась к его губам.

– Я соскучилась, – прошептала, целуя.

Он был какой-то… не такой. Напряжённый, отстранённый. Не отталкивал, но и не отвечал. И глаза не вспыхивали золотом желания.

– Ты скоро приедешь, – заметил Ширан сухо. – И тогда мы поговорим.

«То есть, он ещё не знает, что я сбежала…»

– Я не звала тебя. То есть, не звала тебя специально. Это получилось непроизвольно. Я просто уснула, и ты появился…

Его взгляд потеплел. Ширан взял её лицо в ладони, поцеловал в губы, полуприкрыв глаза.

– Потерпи, девочка, – прошептал хрипло. – Ты приедешь, и мы устроим ночь любви. Я буду очень нежен с тобой, обещаю. Это будет лучшая наша ночь.

Ирис почувствовала, будто всё тело вспыхнуло, низ живота залило жаром. И всё же… он это странно сказал. Очень-очень ласково и как-то… сочувственно? Что-то такое промелькнуло, но её пальцы уже зарылись в его волосы, её язык уже коснулся его языка, а ноги обхватили талию.

– Ирис, – прохрипел Ширан, прижимая девушку к себе.

И глаза его наконец-то зазолотились.

Домик тряхнуло. В сознание ворвался чей-то крик. Ирис не сразу поняла, что кричит Баэрд, называя её по имени. Открыла глаза, просыпаясь.

Поезд стоял. Из коридора доносился лязг металла. Пахло порохом, и слышны были выстрелы.

– Уходите! – кричал Баэрд. – Аарха, забирай Её Высочество, и бегите.

У него была рассечена рука, а в другой дымился пистолет. Видимо, Баэрд заскочил в купе только сейчас, и тут же выбежал в коридор. Аарха схватила Ирис, ударила кулаком в стекло окна. Потом подстаканником. Туфлей. Но оно даже не треснуло. Перепуганная Ирис швырнула в стекло огненным шаром и взвизгнула, закрывшись локтём от осколков.

– Давай! – рявкнула Аарха, запрыгнула на стол, раздирая платье о кривые зубья стёкол, торчавших из рамы, выпрыгнула из окна.

Благо дверь в вагон находилась в другой стороне.

– Но Баэрд…

Аарха грязно выругалась. Ирис подобрала юбки и выпрыгнула следом. Покатилась по насыпи, больно обдирая ноги, руки и бока. Вскочила. Оглянулась и увидела, что вагон отцеплен, а сам поезд остановился довольно далеко, и из него на помощь бежит охрана. Нападавших отсюда видно не было, но кони ржали, и выстрелы хлестали, точно бичами.

Вокруг простирались горы. Железная дорога уходила вверх, а позади, неподалёку, чернел зёв туннеля.

Ирис схватила ведьму за руку.

– Бежим туда, – прохрипела (от волнения голос сел). – Там нас не найдут.

И обе девушки припустили к туннелю, задирая узкие юбки выше колен. Заскочили в темноту. Ирис обернулась, схватившись за влажную каменную стену. Даже отсюда были слышны крики, а от выстрелов эхо грохотало.

– Там Баэрд, – прошептала Ирис.

Его убьют. Он пытается прикрыть их бегство, но нападающих явно больше: девушка видела всадников, стреляющих в подбегающий со стороны поезда отряд. Несколько чёрных фигур бегали по крыше, в окнах что-то полыхало. Там – Баэрд.

– Мы должны вернуться и помочь ему! – крикнула Ирис и бросилась обратно.

Аарха схватила её за рукав, швырнула об стену.

– Ты рехнулась?! – заорала в лицо. – Там мужчины! Они справятся без нас!

– Отпусти!

Ирис почувствовала, как от гнева пальцы стали горячими. Вскинула руки, перед ладонями зажглись голубые шары.

– У него нет вот этого! Отпусти меня!

Аарха испугалась. Попятилась.

– Это просто разбойники. Мародёры. Мы отобьёмся! – рявкнула Ирис.

Ей было стыдно за свою трусость. За то, что бросила верного друга, и, может быть, его уже убили…

– Я бы не был так уверен в этом, – раздался чей-то насмешливый голос из темноты.

Аарха резко обернулась. Шары заполыхали сильнее, и в их свете проступила невысокая чёрная фигура в маске. Крупные желтоватые зубы сжимали толстую сигару, тлевшую красноватым огоньком.

– Беги, – прошептала Аарха белыми губами.

Глаза ведьмы расширились от ужаса. Она попятилась.

– Кто вы? – холодно спросила Ирис, поднимая руки с ледяным оружием, холод от которого её пальцы чувствовали на расстоянии.

– Да так, обычный зевака, – с мягкой иронией ответил странный человек.

– Беги, идиотка! – завопила Аарха и прыгнула на мужчину.

В руке её длинной иглой сверкнул стилет. Незнакомец щёлкнул пальцами. Ведьма рухнула на щебень и покатилась, стискивая одной рукой другую, как будто та пыталась воткнуть оружие в горло хозяйке. Ааарха закричала. Ирис швырнула шар.

Щелчок.

Оба шара потухли. За ними водопадом звёзд рассыпался магический бич. Аарха захрипела. Ирис оглянулась и бросилась к ней. И на её глазах ведьма вонзила стилет себе в глаз с такой силой, что погрузила по рукоять. Принцесса закричала и бросилась бежать из туннеля.

И словно плотной волной её отшвырнуло обратно. На плечи девушки легли жёсткие ладони в перчатках. Ухо обожгло горячим дыханием.

– Не так быстро, демонёнок, – шепнул мужчина нежно.

И настала тьма.

***

Это был странный сон прежде всего потому, что Ширан не спал. Он сидел и смотрел, как Елисель вместе с десятком мужчин собирает воздухолёт. Даже себе бы герцог не признался, что сбежал от собственных тяжёлых мыслей ближе к рациональной девушке.

Был тот период затишья, какие иногда случаются между тяжёлых боёв. Артиллерия молчала. Солдаты ели луковый суп и шутили. Офицеры занимались по сути тем же, но в своём кружке. Уже темнело, но Лися, сдавленная слишком коротким сроком, заявила, что все будут работать по ночам. Посменно. Ширан слушал, как она орёт и ругается, и на душе его почему-то немного светлело.

Убить Ирис…

Он должен убить Ирис.

В жутком виде́нии не было ничего, что стало бы подсказкой герцогу, какими путями придёт такое будущее, а, значит, все попытки исправить судьбу могут, наоборот, привести именно к ней. Первым порывом герцога, после принятого решения, было сломать девушку, напугать так, как никогда ещё не пугал. Можно было бы подвергнуть её пыткам, которые сломали бы волю и превратили бы Ирис в трясущееся животное, вздрагивающее от малейшего неудовольствия в его глазах.

Можно было бы…

Но, как знать, может быть, именно это и превратит её в неукротимую мстительную демоницу? Если Ирис дойдёт до предела страха и злости и, напитавшись ими, отразит их, словно зеркало?

Великое искушение: попытаться исправить всё нежностью.

И Ширану почему нравилась именно вторая идея: спрятать Ирис от всех за высокими стенами родового замка, стать её миром, но быть нежным и добрым, ласкать, не карая. Он никогда раньше не подозревал, что в нём есть желание кого-то ласкать.

Вот только…

Демонская любовь. Ирис, несчастная и одинокая, непременно откликнется на ласку и обязательно ответит любовью. А, значит, захочет его мук и крови. Не это ли станет причиной того, что она превратится в законченную демоницу?

Когда-то он ей сказал, что ему не нужна её любовь. Это была и ложь и правда: Ширан хотел её любви, даже понимая, что это невозможно. Тогда, в ту ночь, когда узница впервые пришла к нему сама, добровольно, предложив своё тело в обмен на встречу с братом, он почти поверил… Отказ от самой возможности её любви был его решением. Волевым. А теперь… теперь её любовь стала и вовсе опасной для него.

Одним словом, простой здравый смысл требовал удалить вероятность подобной участи.

Ширан снял неподалёку небольшой уютный домик. Он убьёт девушку так нежно, что та даже не заметит, как умерла. Ему отчего-то не хотелось её напугать.

– Да что б тебя йотпы сожрали! – заорала Елисель, на ногу которой упал лом.

Она запрыгала на одной ноге.

– Поосторожнее, – посоветовал Ширан.

Искренне.

Елисель бешено глянула на него:

– Спасибо за доброту! – рявкнула так, что рабочие едва не попадали в обморок. – От вашей доброты вешаться хочется. А ещё лучше взять штык и заколоть к оркам всех вокруг, начиная с вас.

– Что? – переспросил Ширан.

Ему вдруг показалось, что в дерзких словах нахальной девицы мелькнуло нечто большее, чем простая невоспитанность. Какая-то разумная мысль... Возможно, Елисель что-то ответила, но герцог уже не слышал её: он оказался в низком сельском домике, а перед ним, спиной к нему, стояла Ирис.

Первый раз в жизни Ширана затянуло призывом в чей-то сон, когда сам герцог не спал.

Пробуждение оказалось тоже до предела странным: где-то снаружи он услышал крик Баэрда:

– Ваше высочество! Нас атаковали! Бегите!

Ирис оглянулась, и всё растаяло.

Ширан сидел на камне перед небольшой площадкой, на которой собирали воздухолёт, а Елисель продолжала орать. Герцог поднялся, посмотрел на часы. Через полчаса поезд должен был прибыть. Ширан поднял сброшенный на камни мундир и молча пошёл на станцию.

Кто мог атаковать поезд, подходящий к военному лагерю?

По пути Ширан наглухо застегнул мундир. Боком взбежал к путям по насыпи. Поезд уже гудел, предупреждая об опасности. Герцог поднялся на перрон. Заложил левую руку за обшлаг. Сердце почему-то сильно билось, как будто отрицая господство разума.

Ширан старался не думать о том, что будет, когда в мире на одну Ирис станет меньше.

– Мой герцог, – к нему подбежал капитан Нирд, на бегу отдавая честь, – вам телеграмма.

Но поезд – чёрный, окутанный дымом, уже подходил.

– Позже, – бросил Ширан.

Она выйдет из вагона. Маленькая, растерянная. Взглядом поищет его среди солдат, найдёт и с тревогой заглянет в глаза, пытаясь понять: не злится ли он на неё. И несмело улыбнётся.

Как же ему сейчас хотелось увидеть её! Коснуться! Услышать её тоненький голос…

Почему так долго?!

Поезд замер, дрожа и пыхтя. Вагоновожатые открыли двери. На перрон вышел конвой муренцев, направился к командиру. Ирис почему-то не было. Ширан ощутил в сердце укус бешенства. Нагнулся, придерживая фуражку, поспешил к королевскому вагону.

Она так напугана, что боится выйти? Или нарочно заставляет его зайти за ней?

– Ваша Светлость! – один из старших офицеров остановился, вытянулся по струнке. – Приказ выполнен. Атаки не было. Засада не обнаружена.

– Где Баэрд? – сухо перебил его герцог.

– Выполняет приказ.

– Какой? – не понял Ширан.

– Ваш.

Герцог непонимающе посмотрел на офицера. Почувствовал, как сквозь пальцы прорастают когти.

– Я не отдавал дополнительных приказов, – просвистел сквозь зубы. – Доложить по форме. Что за приказ. Где. Когда.

Офицер побледнел, но чётко отрапортовал, что вице-адмирал получил приказ от герцога сойти с поезда, отправив конвой вперёд, так как получил информацию о засаде. Ширан заставил себя дослушать до конца, кивнул.

– Ждать здесь.

Прошёл в вагон, вошёл в купе, которое ещё хранило аромат его женщины. Бегло оглядел комнату и понял по неубранным вещам, по оставленным коробкам, по забытому блокноту с эскизами карандашом, что произошло то, чего произойти не могло: Баэрд предал его. А Ирис…

– Ваша Светлость, – капитан Нирд, прошедший за ним, вновь настойчиво привлёк к себе внимание командира, – телеграмма.

Ширан забрал узкую полоску бумаги из его рук. Пробежал глазами.

Гнев и радость сплавились в его сердце воедино: сегодня ночью Ирис не умрёт. Глупый мальчик решил поиграть с мулякрой, подёргав её за плавники. Глупая девочка решила попытаться сыграть в свою собственную игру.

Нет, ну какова! Всё же смогла обмануть!

И Аарха с ней. И даже Баэрда Ирис смогла перетащить на свою сторону. Как?

– Разберёмся, – пробормотал Ширан и покинул поезд.

Он был разочарован, зол и восхищён. И втайне от самого себя по-детски рад, что исполнение принятого решения откладывается.

Вот только… что значил тот странный сон, прерванный криком Баэрда?

***

Сознание возвращалось к Ирис медленно. Голова гудела треснувшим колоколом. Девушка заморгала и открыла глаза.

Жаркий огонь жаровни. Холод от стен. Ирис висит на вывернутых руках, низко наклонившись к серому полу. Через пряди растрёпанных волос пробивается свет.

– Ширан! – захрипела пленница с яростью, но пересохшее горло словно чиркнуло бритвой.

Она попыталась собрать слюну и сглотнуть.

– А вот и не угадала, – шепнули ей.

Жёсткие пальцы схватили за волосы, запрокидывая её голову назад.

Перед Ирис на корточках сидел мужчина. Она узнала его по желтоватым крупным зубам и усмешке, немного кривой: левый уголок губ выше правого. На этот раз незнакомец был без маски. У него оказались узкие, вытянутые глаза. Голубые, будто лёд Варгова озера. Тёмные волосы. Острые скулы. Хищный нос и широкие брови.

Демон.

Ирис вдруг поняла это так отчётливо, как будто на лбу врага торчали рога. Но их не было.

– Кто вы? – просипела она.

– Твой муж, детка, – мягко рассмеялся он. – Твой суженный. Не удивляйся, просто твой братик продал мне тебя. Свою часть сделки я выполнил, теперь очередь за Белокурдами.

– Я замужем, – возразила Ирис и мучительно закашлялась от спазма в горле.

– Это ненадолго, – шепнул мучитель. – Это маленькое недоразумение мы легко исправим. Ты, наверное, пить хочешь?

Надо было гордо отказаться, но Ирис давно перестала быть гордой.

– Да, – выдавила пленница свозь кашель.

Каракал. Так назвала союзника Эйва Ксирата. Но принцесса-кошка не говорила, что он – демон. Потому что сама не знала? Или знала?

– Вот же я неучтивый хозяин, – демон развёл руками. – Тысяча извинений.

Поднялся. Ирис заставила себя выпрямиться, осознав, что стоит на коленях, прикованная цепями за руки к стене. Каракал лёгким, танцующим шагом подошёл к небольшому столику, взял с него кувшин и вернулся к пленнице.

– Тут простая вода. Ничего?

– Пить, – прошептала Ирис.

Ей казалось, что её губы лопаются от движения. Каракал наклонил кувшин. Потекла тонкая струйка. Ирис дёрнулась к ней. Цепи зазвенели. Запястья пронзила острая боль. Девушка изо всех сил тянулась к воде, та текла на пол совсем рядом, совсем-совсем близко, недоступная.

– Ой. Закончилась. Ну что ж ты так плохо старалась, детка?

Ирис упала на цепях.

– Какая миленькая девочка, – заметил Каракал. – Миленькая-миленькая. Такая забавная. Пожалуй, я начинаю понимать, что в тебе нашёл Эльирдан! О, непобедимый и неуязвимый Шир-ан-эд-Эльирдан! Кто бы мог подумать, что местом слабости великого воина станет маленькая человечка!

Принцесса облизнула губы. Закрыла глаза. В душе разгорался огонь ярости. Пальцы начало покалывать.

– Ты просчитался, демон, – процедила она. – Ширан не явится за мной. Я была нужна ему лишь для того, чтобы взойти на трон Мурсии. Так что довольствоваться тебе придётся одной лишь мной.

– И глазки голубенькие. Как это миленько! Говоришь, не явится? А это мы с тобой и проверим, детка. Позови его. Ну же, вовсе не стыдно звать на помощь больших и сильных дяденек. Давай.

Он возвышался над ней, смотрел насмешливо. Ирис в ответ ухмыльнулась, задрожав от гнева.

– Тебе надо, ты и зови.

– Ох, как не вежливо, – расстроился Каракал. – Тебя плохо воспитывали, Ирис. Ирис, Ирис. Это же цветок, да? Как же тебя плохо воспитала мама. Ты грубишь старшим, Ирис. Твоя бабушка была бы тобой недовольна. А я скажу, бабушка у тебя была настоящей великосветской дамой. Как же так Вилиан не смогла воспитать дочку? Ну ладно, придётся исправлять мне.

В его руке возник хлыст. Ирис на миг удивилась, что был не огненный бич, а такая же светлая, бледно-голубая плеть, как у неё самой, но в следующий миг Каракал занёс руку, и тело обожгла боль. Ирис закричала, дёрнулась, засучила от боли ногами. Удар, ещё удар. Крик умер на губах истязуемой, угас в сип. И ещё. И снова. Демон бил с оттяжкой, в полное своё удовольствие.

– Какая славная девочка, – прошипел, наконец откинув оружие.

Наклонился, схватил её бессильно повисшую голову за волосы, задрал, жадно вглядываясь в глаза. Вдохнул запах. Ноздри мужчины жадно затрепетали.

– Сынок, – прошипел демон, облизывая губы раздвоенным языком, – хочешь трахнуть эту малышку? Конечно, у неё не светлые волосы, как у матери, но в её жилах течёт кровь твоей сестры. А ты ведь всегда хотел Вилиан? Жестокая, жестокая девочка. Как можно отказывать брату в такой малости?

– Благодарю, отец, – раздался слева от Ирис голос, при звуках которого Ирис содрогнулась всем телом и вскрикнула от ужаса.

Не может быть! Этого просто не может быть! Невозможно.