Текст книги "Беглая жена дракона. Наследница проклятого поместья (СИ)"

Автор книги: Адриана Вайс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 26 страниц)

Глава 29

Юдеус тяжело вздыхает, будто собирается с духом перед ответом. А я сразу чувствую, что ответ не принесет мне облегчения.

– Мадам Шелби, я приношу тысячу извинений, – его голос полон вины, и я непроизвольно напрягаюсь, предчувствуя нечто плохое, – Но... письмо вашей тетушки тоже пропало.

Что? Пропало?

Мир вокруг меня рушится. Пустота внутри разрастается, заполняя каждую клеточку тела. Письмо, на которое я возлагала столько надежд, исчезло. Письмо, которое должно было пролить свет на тайны этого поместья, моей семьи… а, самое главное, моего дара.

Но теперь, все пропало.

Это новость для меня во много раз хуже, чем известие об украденном завещании.

Я едва нахожу в себе силы устоять на ногах.

– Причем, с этим письмом дела обстоят даже более странно, – нервно продолжает Юдеус, теребя рукава своего камзола, – Оно находилось в особой зачарованной шкатулке, о которой никто не знал, кроме меня. Но... письмо мадам Беллуа забрали вместе с ней.

От бессилия и обиды я стискиваю кулаки и только боль от вонзившихся в ладони ногтей немного приводят меня в чувство. Впрочем, сердце все так же бешено колотится, отзываясь в висках барабанной дробью.

– Это ужасно... – выдыхаю я, но тут же осекаюсь, заметив в глазах Юдеуса что-то, похожее на искру.

– Однако, есть и хорошие новости, – говорит Юдеус с осторожностью, будто чего-то опасаясь.

Я вскидываю голову, хватаясь за эти слова, как утопающий за соломинку.

– Какие же? – мой голос слегка дрожит, но я стараюсь не выдать свои эмоции.

– На шкатулку были наложены мощные чары, – объясняет он, – Поэтому, ее можно попробовать найти по остаточному следу. По крайней мере, я уже связался с магом, который заверил меня, что сможет это сделать.

Во мне моментально вспыхивает новая надежда и я обрадованно восклицаю:

– Это же прекрасно! Значит, у нас есть шанс не только найти письмо, но и завещание! – я едва сдерживаю нарастающее возбуждение, – Мы сможем поймать похитителей и вернуть...

Но радость длится всего миг. Юдеус снова смотрит на меня с виноватым выражением.

– Именно поэтому, мадам, я и не рассказал вам этого раньше, – тяжело роняет он, – Я не хотел давать вам ложную надежду. Потому что шансов на успех не так много, как хотелось бы. Документы уже могут быть уничтожены или переданы другим людям, а от шкатулки, возможно, уже избавились. Кроме того, нет никакой гарантии, что маг, который взялся за дело, действительно справится с заданием.

И вновь волна разочарования прокатывается по моему телу. Едва вспыхнув, моя надежда опять угасает. Правда, на этот раз я чувствую, что даже после этого у меня остается вера в то, что все еще может закончиться хорошо.

– И все же, я благодарна вам за то, что рассказали мне об этом. Потому что сейчас есть хотя бы крошечный шанс на успех. А это уже стократ лучше, чем ничего, – настаиваю я, – В конце концов, это письмо мой единственный шанс узнать хоть что-то о тете. Так что, для меня было бы гораздо печальней знать, что все кончено.

Юдеус смотрит на меня с глубоким сожалением, а потом кивает и в его глазах зажигается решимость.

– Можете быть уверены, я сделаю все что в моих силах, чтобы вернуть его, – говорит он твердо, – Это не только моя обязанность перед вами, мадам Шелби, но и дань уважения мадам Беллуа. Я никогда не прощу себе, если оставлю все как есть.

Я искренне улыбаюсь ему.

– Спасибо вам, мсье Сегаль.

Он слегка кланяется и, пожелав мне спокойной ночи, исчезает в своей карете. Все еще ощущая внутреннюю пустоту, я продолжаю стоять у крыльца до тех пор, пока его карета не исчезает из виду, а затем медленно поворачиваюсь и возвращаюсь в особняк.

Слуги все еще наводят порядок после вторжения грабителей, но Рафаэль моментально появляется возле двери, будто бы ждал меня за ней все это время.

– Что случилось? Все в порядке? – его голос полон заботы, а взгляд беспокойства.

Я только качаю головой, не чувствуя в себе ни сил, ни желания сейчас обсуждать случившееся.

– Ничего страшного, – отвечаю тихо. – Чем я могу помочь с уборкой?

Он прищуривается, явно не веря мне.

– Может, тебе стоит отдохнуть? Ты по-прежнему выглядишь не важно.

– К сожалению, теперь это мое обычное состояние,– вздыхаю я, а потом твердо добавляю, – Во-первых, я уже обещала помочь. А во-вторых, мне самой сейчас это очень нужно.

Во взгляде Рафаэля мелькает понимание и он тут же отступает.

– Хорошо, в таком случае помоги Сильви на кухне. Кто-то разбил стекло цветочным горшком, так что теперь там надо все отмыть и убрать осколки.

Говоря слово “кто-то” губ Рафаэля касается мимолетная улыбка. Решаю ему подыграть и, удивленно спросив “кто же это мог быть?” направляюсь на кухню. Там я еще раз знакомлюсь с горничной Сильви – девушкой с озорными глазами и заразительным смехом. На этот раз более тесно.

Она с радостью рассказывает мне забавные истории о своей семье, в которой одна самый младший ребенок, а также о другом доме, в котором она работала до этого. В какой-то момент ловлю себя на мысли, что я уже не чувствую себя настолько мрачно, а смеюсь вместе с ней. Сковывающее меня напряжение уходит и я на время забываюсь в простой, но приятной работе.

Ближе к ночи, когда все расходятся спать, я остаюсь наедине с Рафаэлем в коридоре на втором этаже.

– Спасибо за помощь сегодня, – с улыбкой кивает он мне.

– Это было даже весело, – признаюсь я, облокачиваясь на перила и глядя вниз, на преобразившийся особняк, – Сильви – просто прелесть.

– О, она у нас мастер поднимать настроение, – фыркает Рафаэль, – Поэтому, я и направил тебя к ней.

В этот момент особенно сильно чувствую благодарность к нему. Как и уверенность в том, что я должна рассказать ему обо всем. В конце концов, после всего что он сделал для меня, будет правильней, если Рафаэль тоже будет в курсе случившегося.

Поэтому, сделав глубокий вдох как перед прыжком в воду, я выпаливаю все разом:

– Завещание тети, как и документы о моем наследстве… пропали и я не знаю что делать. Мы с Юдеусом собираемся обратиться за помощью к герцогу Аквинии, но я без понятия получится ли из этой затеи хоть что-нибудь.

Некоторое время Рафаэль лишь молча стоит, внимательно смотрит на меня. Переваривает все сказанное. А я чувствую как тяжесть снова ложится на плечи.

– И что? – вдруг спрашивает он.

– Как что? – вскидываюсь я, – Это же важно. Без завещания и документов я не смогу стать хозяйкой.

– И что? – с той же интонацией повторяет Рафаэль, а я чувствую смятение. Я совершенно не понимаю что он имеет в виду.

Видимо, заметив мое замешательство, Рафаэль добавляет:

– На что это влияет? Для нас ты уже полноправная владелица этого поместья.

Эти слова оказываются настолько внезапными, что я чувствую как грудь распирает от эмоциональности момента. Настолько от слов Рафаэля веет теплотой и заботой.

– Спасибо, – растроганно отзываюсь я, – Для меня это действительно многое значит.

Он усмехается и в его взгляде мелькает озорство.

– И, раз уж в поместье появилась новая хозяйка, то завтра ей придется заняться главной проблемой. Если она, конечно, не хочет, чтобы оно потонуло в долгах.

Я поднимаю бровь, настороженно глядя на него.

– И что же это за проблема?

Прежде чем ответить, Рафаэль некоторое время молчит, будто смакуя драматичность момента.

– Вишни.

Я недоуменно моргаю. Вишни?

Глава 30

На следующее утро я просыпаюсь с тяжестью на душе – мысли о пропавшем письме и завещании не дают покоя. А вместе с ними ощущение надвигающейся беды в виде возможного приезда Габриэла и какой-нибудь новой пакости от Леона. Все это сильно удручает.

И, в тоже время, понимая что в данный момент я ничего не могу сделать – по крайней мере, пока мы с Юдеусом не поговорим со здешним герцогом – я решаю отвлечься. Тем более, что мы вчера договорились с Рафаэлем решить сегодня проблему с вишнями.

А потому, приведя себя в порядок и позавтракав, нахожу Рафаэля в общем зале. Его приветственная улыбка немного смягчает серьезность предстоящего разговора.

– Доброе утро, – кивает он мне, – Ты готова обсудить нашу главную проблему?

Я киваю и усаживаюсь напротив него.

– Да, конечно. Пожалуйста, расскажи мне в чем дело.

– А дело все в том, когда твоя тетушка была жива, вишня из ее сада была знаменитой. Сладкая, сочная, с медово-сахарным вкусом – за ней выстраивались еще до того, как она созревала. Мы продавали ее свежей, сушили, делали варенье. Это была основная статья дохода поместья. Но в этом году… вишня уродилась пресной.

Я киваю, вспоминая, что об этом упоминали Юдеус и Роланд. Но после всех недавних событий это как-то вылетело у меня из головы.

– Мы не знаем, почему так произошло, – продолжает тем временем Рафаэль, – Может, погода, может, что-то с почвой. Факт в том, что пытаться продать ее в таком виде – все равно что угробить репутацию, которую мы нарабатывали годами. Не смотря на то, что мы просили никого об этом не рассказывать, слух о неурожае уже разнесся по всей округе. Что тут же наложилось на поверье о проклятии. И, если так пойдет и дальше, нам придется избавиться от сада.

Избавиться от сада…

Сказанные им слова болью отозвались в моей душе. Особенно после того, как Юдеус рассказывал насколько тетушка обожала это место. Да и сама была против такого поворота.

– А если попробовать замочить их в сахарном сиропе и высушить? – предлагаю я, обдумывая услышанное.

Рафаэль качает головой.

– К сожалению, это не решит проблему. Вместо ровного насыщенного вкуса мы получим неоднородный. Ближе к поверхности она будет сладкой, тогда как внутри она все равно останется пресной. Вряд ли покупатели, которые ждут знакомого вкуса согласятся на такую некачественную замену.

Я постукиваю пальцами по столу, пытаясь найти решение.

Да, тут он прав. Так можно сделать когда купил кулек вишни на базаре и его жалко стало выбрасывать. Но совсем другое дело продавать такую вишню людям. Тут я и правда погорячилась.

Еще не привыкла ощущать себя по другую сторону прилавка.

– Понятно, – задумчиво отзываюсь я.

Чем дольше я думаю над этой проблемой, тем ярче во мне загорается искра решимости. Я ни за что не допущу, чтобы горячо любимые тетей и мной вишневые деревья срубили под корень. Сначала разберемся что можно сделать с текущим урожаем, а потом выясним что привело к такому ужасному урожаю, чтобы не допустить повторения в будущем.

– Рафаэль, я хочу кое-что попробовать, – говорю я с уверенностью, – И для этого мне понадобится немного свежей вишни.

Он поднимает бровь.

– Что именно ты хочешь сделать?

– Для начала, поэкспериментировать, – хитро подмигиваю ему я, – Но если все получится, мы сможем ее продать.

Рафаэль смотрит на меня с лёгким недоверием, но в глазах появляется интерес.

– Хорошо. Что тебе понадобится еще, кроме вишни?

– Разве что кухня. И большой запас продуктов.

– Уверен, что Килиан наверняка не будет против, – заверяет меня Рафаэль и, не теряя ни секунды, встает и жестом приглашает меня следовать за ним.

На кухне нас встречает повар Килиан Фрессо, который с очень сосредоточенным лицом слушает нашу просьбу занять на некоторое время кухню, после чего с тяжелым вздохом кивает, угрюмо кинув:

– Только не сожгите здесь ничего.

Пока я подготавливаю все необходимые продукты, а Рафаэль уходит за вишней, Килиан стоит в дальнем углу, привалившись к стене. Он провожает каждое мое действие напряженным взглядом, но не говорит ни слова. Зато, когда я начинаю готовить блюда из вишни, он внезапно спрашивает:– Что вы делаете? – причем, в его голосе проскальзывает неподдельный интерес.

– Пытаюсь спасти вишни, – пожимаю я плечами.

– Могу я поинтересоваться как?

– Конечно, – улыбаюсь я, – Я знаю как минимум три способа. Во-первых, вместо того чтобы пытаться восстановить природный вкус вишни, ее нужно превратить во что-то совершенно иное, более насыщенное и интересное. А для этого как нельзя лучше подойдут специи – ароматы корицы и мускатного ореха будто созданы для того, чтобы идеально сочетаться с вишней и оттенять ее оригинальный вкус.

– Это правда, – одобрительно отозвался Килиан, подходя ближе и заглядывая ко мне через плечо.

– Во-вторых, – продолжаю я, – Если добавить к пресной вишне что-то яркое и контрастное, например, цитрусовые или яблоки, вишня обретет новое дыхание. Это позволит сбалансировать пресный вкус.

И снова Килиан одобрительно мычит.

– Ну и в-третьих, пресная вишня может стать идеальной начинкой для пирогов и тартов. Тогда как излишняя сладость наоборот сделает их слишком приторными.

– Поразительно! – восхищенно цокает языком Килиан, – Вы повар?

– Нет, но я просто обожаю любые блюда из вишни и готова экспериментировать с ними вечно, создавая новые сочетания, – смущенно отзываюсь я, впечатленная такой внезапной похвалой от повара.

Но это еще не все. Спустя некоторое время Килиан вообще присоединяется ко мне, помогая мне с готовкой. Мало помалу, запах корицы и ванили наполняют кухню, создавая ощущение уюта и тепла. И, будто проникнувшись этой приятной атмосферой, Килиан начинает давать мне советы как лучше довести до ума то или иное блюдо, а под конец загорается тем, что сам решает создать несколько вариантов еды из преснй вишни.

Для начала, мы очищаем вишни от косточек, смешиваем их с сахаром, добавляем лимонную цедру, корицу и щепотку имбиря. Заливаем все небольшим количеством красного вина и ставим на огонь, выпаривая алкоголь. Так мы хотим приготовить вишневый конфитюр. Лимонная цедра, корица, имбирь... все это придает глубину вкуса и аромат нашей више.

– Пахнет потрясающе! – одобрительно кивает Килиан, когда мы разливаем конфитюр по баночкам.

Но только на одном конфитюре мы не останавливаемся. Мы готовим вяленые в духовке вишни, которые потом поливаем растопленным шоколадом и убираем под действие морозильного артефакта. Вишневые клецки, вроде тех, что я пробовала в детстве. Только, если там, из-за проблем с деньгами, мы использовали протертый белый хлеб, в который замешивали яйцо и растолченные вишни, то здесь мы использовали для теста муку и молоко. Вишневый мусс в карамели, Сладкие песочные корзинки, компот с лимоном и медом, вишня в шоколаде, вишня с медово-ореховой начинкой.

От себя же Килиан приготовил вишневый чатни. Как он объяснил, это остро-сладкий соус, который отлично подходит к мясу и сырам. И, хоть по мне было непривычно видеть как вишню смешивают с луком, чесноком, лишь в конце добавляя яблочного уксуса, имбиря, корицы, гвоздики, перца чили и сахара… я не могла не признать, что после долгого томления на огне, эта смесь превратилась в очень необычный, но действительно приятный соус.

В итоге, к вечеру у нас на столе выстраивается целый ряд из блюд, которые мы с Килианом создали с единственной целью – замаскировать пресный вкус наших вишен, не оставив у покупателей ощущения обмана.

– Впечатляет, – увидев наш стол, кивает Рафаэль, – Не говоря уже о том, что один только запах сводит меня с ума. Но, хоть вы и наготовили столько всего, нам нужно будет остановиться на чем-то одном, максимум двух блюдах. Иначе, в условиях нехватки людей и ингредиентов, мы попросту не сможем справиться с нагрузкой.

– В таком случае, – Килиан показывает рукой на стол, – Попробуй сам и оцени каждое блюдо по достоинству.

Глава 31

Рафаэль с интересом рассматривает стол, уставленный нашими творениями.

– Ладно, начнем, – с улыбкой он берет ложку конфитюра и пробует его, затем медленно кивает, будто наслаждается каждым мгновением, – Вкус и правда невероятный! Корица и имбирь добавляют теплоту, а лимонная цедра привносит нотку свежести. Даже не скажешь, что вишня была пресной.

Его слова заставляют меня расправить плечи от гордости, но вот он переходит к следующим блюдам и чем больше он их пробует, тем более задумчивым становится его лицо.

– Что-то не так? – не выдерживаю я, – Неужели не понравилось?

– Ни в коем случае, – улыбается Рафаэль, но я чувствую насколько его эмоции натянуты.

– Ну же, – наседаю на него я, – Я хочу, чтобы ты был предельно откровенен.

Рафаэль тяжело вздыхает, но заметно мнется, прежде чем ответить.

– У вас правда получились восхитительные блюда, вот только… я уже пробовал нечто похожее в кондитерских Руаля.

Вся моя гордость тут же разбивается о стену реальности. Я молча опускаю взгляд на стол, чувствуя внутри неприятную горечь.

– Оливия, не воспринимай это как провал. Все что вы приготовили, на самом деле вкусно, – спешит меня подбодрить Рафаэль, – Так что, мы в любом случае сможем это продать.

Однако, я понимаю то, что его так смутило. Продавая уже знакомые всем блюда, которые, в довершение всего, не могут похвастаться каким-то уникальным вкусом, мы вряд ли далеко уедем. Что-то мы и правда продадим, но достаточно ли будет этого, чтобы сохранить вишневый сад?

– Понимаю, – тихо отвечаю я, а потом добавляю, открывая дверь, ведущую в сад, – Извините, мне нужно немного побыть одной.

Я выхожу ровным уверенным шагом, стараясь скрыть свое разочарование.

В саду умиротворяюще тихо, ветер ласково шуршит в кронах деревьев. Я прохожу по знакомым тропинкам, вдыхая свежий воздух. Здесь я чувствую себя спокойнее. Этот сад – не просто часть поместья, это еще один кусочек моей тетушки, частичка ее души. И для меня больно даже допускать мысль, что я не смогу оправдать ее ожидания и поставлю это место под угрозу.

Я кладу ладонь на одно из деревьев, ощущая прохладу шершавой коры, и меня снова накрывает паника. Теперь, все это поместье, вместе со всеми живущими здесь людьми, со всеми территориями, постройками и посевами зависят только от меня и от моих решений. Не говоря о том, что я до сих пор не могу выкинуть из головы видение о Габриэле, которое зависло надо мной подобно секиры палача. А там и граф Рено с Леоном, пропавшее письмо…

Груз ответственности давит на меня, из-за чего я теряюсь, не зная толком за что браться и как решать эту кучу проблем.

Рафаэль подходит ко мне сзади. Его шаги едва слышны, но я чувствую его присутствие.

– Извини, если обидел тебя, – вдруг роняет он.

– Не обидел, – качаю я головой, – Все в полном порядке.

– Тогда, почему ты такая расстроенная? О чем задумалась?

– Обо всех навалившихся на нас проблемах, – честно отвечаю я, – Рафаэль, скажи пожалуйста, а каково финансовое положение поместья? Можем ли мы, скажем, позволить себе хорошую охрану?

Рафаэль вздыхает тяжело вздыхает и некоторое время молчит, прежде чем выдать всю правду:

– После смерти мадам Беллуа, всеми финансами занимался Роланд. Если он ничего не сделал с бумагами, я могу покопаться в них и предоставить вам отчет по состоянию поместья, но… даже без этого я знаю, что положение сложное. На данный момент нас защищает стража Руаля. Но эта защита базовая. Как ты могла убедиться, они запросто могут приехать когда уже все будет кончено. Однако, для хорошей частной охраны у нас не хватает средств. Прежде чем задумываться над этим, нужно сначала выплатить жалованье людям и закупиться припасами на зиму.

Я сглатываю, понимая, что положение еще тяжелее, чем мне казалось вначале.

Выходит, все-таки единственный вариант как можно быстрее закрыть дыру в бюджете – это в срочном порядке продать весь урожай вишен.

Но чтобы это сделать, нужен совершенно другой подход.

До этого я бездумно готовила, желая просто создать вкусное блюдо, которое позволило бы замаскировать пресный вкус вишен. Но сейчас я понимаю, что это совсем не то, что нам надо.

Для начала, нам и правда нужно что-то уникальное, что привлекло бы внимание и позволило бы выделиться на фоне похожих блюд, которые уже можно встретить в кондитерских магазинах.

Во-вторых, нам нужны такие рецепты, которые занимали бы как можно меньше времени. Тратить несколько часов на одну порцию пусть невероятно вкусного, но не долговременного блюда, невероятно расточительно.

Ну и, в-третьих, мы должны использовать простые, легкодоступные и дешевые ингредиенты. Иначе, ни о какой массовости не может идти никакой речи. Стало быть, о всяких чатни и конфитюрах на выпаренном вине можно забыть – не важно насколько вкусными они не получились.

– Просто и оригинально, – бормочу я себе под нос, – Мы должны сделать что-то простое и оригинальное.

Рафаэль кивает, не перебивая, а на его губах снова появляется улыбка. Кажется, он почувствовал насколько заработала моя мысль.

Из всех блюд, которые мы приготовили ближе всего к нужному результату стоят вишни в шоколадной глазури. Они готовятся быстро, имеют приятное сочетание вкуса и долго хранятся. Но что если нам их немного усовершенствовать?

Под озадаченный взгляд Рафаэля я бегом возвращаюсь на кухню, где пытаюсь совместить все свои мысли, к которым я пришла в одном блюде.

Как итог, еще спустя некоторое время на столе появляются новые десерты: вишня в шоколадно-мятной глазури, вишни с орехово-медовой начинкой, вишни в шоколаде с дробленым песочным печеньем и замороженные шарики из вишни с йогуртом.

Вспомнив о том, насколько вишня хорошо сочеталась с неожиданными для меня ингредиентами в чатни, которое приготовил Килиан, я решилась на еще один эксперимент и сделала вишни в шоколадно-пряной глазури с молотым перцем.

Еще меня никак не отпускала идея вишневого мусса, который хоть и готовился быстро, но плохо переносил долгое хранение и рисковал потерять форму. Поэтому, я сделала вишневое пюре, добавив туда немного нашего лимонно-медового компота с мятой и заморозила это до однородной массы. Получилось что-то среднее между мороженым и муссом. Но неоспоримое преимущество этого блюда в том, что оно было одинаково вкусным даже если полностью оттаивало и не было таким сытным, как мусс.

– Вот это уже совсем другое дело! – восхищенно восклицает Рафаэль, пробуя плоды моих новых экспериментов.

– Вынужден признать, даже не имея за плечами огромного опыта кулинарии, вы смогли меня удивить, – кивает Килиан, закидывая в рот пряную вишню с перцем, – Вижу, вы воспользовались моими советами и смогли повторить это неожиданное сочетание. Молотого перца вы положили ровно столько, чтобы он не обжег язык, но сделал вкус шоколада более ярким и придал вишне глубокое послевкусие.

Я смущенно смотрю как они, с закрытыми от удовольствия глазами, уплетают мои десерты и чувствую, как к лицу приливает кровь. Это и правда лучшая похвала.

– Да, теперь у нас есть определенно все шансы пристроить все запасы вишни, – кивает Рафаэль, – Правда, у меня есть опасения, что не все наши постоянные клиенты согласятся на подобную замену. Все-таки, некоторые из них покупали вишни для собственных нужд – например, в качестве основы для других блюд. А,значит, нам нужно как-то привлечь к вашим творениям и других людей.

– На самом деле, это не проблема, – пожимает плечами Килиан, – Мы могли бы договориться с некоторыми кондитерскими, чтобы мы поставляли им сладости мадам Шелби, а они бы предлагали их своим клиентам. По крайней мере, я знаю несколько людей, которые могли бы мне пойти на встречу в этом вопросе.

– Это было бы весьма кстати, – соглашается Рафаэль, – Но не думаю, что нам таким образом удастся привлечь много людей. У нас на счету каждый день, прежде чем вишня переспеет. Если раньше из нее еще можно было сделать вино, то сейчас она сгодится разве что на уксус.

И снова Рафаэль прав. Но, вместе с тем, у меня, кажется, появляется идея, которой я спешу с ними поделиться.

– Когда я работала в цветочном магазине и у хозяйки оставалось много нераспроданных цветов, которые рисковали просто завянуть, мы брали их и шли в места, где чаще всего гуляли парочки. Скверы, набережные, центральная площадь. Чаще всего мы распродавали все полностью. Но даже если и этого и не получалось сделать, то мы раздавали остатки бесплатно и уже на следующий день в нашу лавку приходило заметно больше людей. Может, и здесь нам поступить похожим образом?

– Но ведь сладости это не цветы, – хмурится Килиан, – Не говоря о том, что раздавать их просто так – это не уважать труд человека, который их готовил. Да и пока будете ходить по скверам, они быстро придут в негодность. Как по мне, все же лучше иметь дело с кондитерскими. Или, на худой конец, открыть собственную лавку.

– Как и сказал Рафаэль, для нас сейчас важнее всего – это привлечь внимание к нашим блюдам. А это проверенный способ, – не соглашаюсь с его доводами я, – Для того, чтобы сохранять блюда в форме нам нужна всего парочка морозильных артефактов. Они же совсем небольшие, их можно взять с собой.

Рафаэль переводит задумчивый взгляд с меня на Килиана и обратно.

– Хм, – наконец, выдыхает он, – На самом деле, в сложившейся ситуации это не такой уж и плохой вариант. Собственная лавка действительно была бы хорошим выходом, но учитывая наше финансовое положение и срочность, этот вариант не стоит даже рассматривать. А вот идея с продажей вкусностей в тех местах, где их лучше всего заметят, просто замечательная. Нам понадобится только какая-нибудь повозка, а в каждый ящик с вишнями мы положим по морозильному артефакту. Однако, в Руале да и вообще во всем герцогстве Аквиния, с этим могут возникнуть проблемы…

Опять проблемы. Внутри снова все отзывается болезненной тяжестью. Такое ощущение, что весь мир сговорился против меня.

– Какие же? – во вздохом спрашиваю я.

– В черте города торговля на улице разрешена только с одобрения городской администрации или, в самом крайнем случае, герцога, – Но пока мы будем добиваться приема, урожай уже можно будет выбросить.

На моих губах появляется улыбка и, заметив ее, Рафаэль с Килианом, обмениваются напряженными взглядами.

– Оливия, с тобой все хорошо? – осторожно спрашивает Рафаэль.

– Все просто замечательно, – уверенно киваю я, и моя улыбка становится еще шире, – Ведь на днях мы с мсье Юдеусом Сегалем как раз поедем на прием к герцогу Лефару. А, значит, я возьму с собой все что мы приготовили и буду кормить его нашими вишнями до тех пор, пока он не согласится выдать нам разрешение на торговлю. А, заодно и решит проблемы с завещанием.

Рафаэль не может сдержать радостной ухмылки.

– Хотелось бы, чтобы так и правда произошло, – отзывается он, однако, в его глазах я замечаю искру сомнения, – Очень хотелось бы…