Текст книги "Инженер и Постапокалипсис (СИ)"

Автор книги: vagabond

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 36 страниц)

По словам Марко на этом этаже осталось множество людей, как заражённых, так и не успевших сбежать. Но количество оживших мертвецов, было значительно меньше того, что ожидал увидеть военный инженер. Происходящее резко перестало ему нравится, покинуть здание мертвецы не могли, а две лестницы просто не способны вместить такое количество тел, тогда куда же все подевались? Вырвавшиеся из руки нити легко перерезали плотно спрессованные волокна верёвки. Каждый раз, когда Ломагин собирался свести использование своих способностей к минимуму, происходила какая-то чрезвычайная ситуация. Сжав трубу, военный инженер медленно двинулся в противоположную от ближайшей лестницы сторону, следуя за хорошо видимыми кровавыми разводами, появившимися судя по всему от перетаскивания тел.

Под его ногами еле слышно хрустели осколки битого стекла, с тянущим свистом выпустила воздух попавшая под ногу картонная коробочка с изображением купающегося в шоколаде медведя. До обострившегося слуха донеслось интенсивное чавканье прямиком из той комнаты, в которой некое существо устроило себе логово. Шлепок, и нечто, сокрытое от взора Ломагина прекратило свою трапезу, почувствовав приближающегося гостя. Первыми показались длинные когти очень похожие на те, что были у его старого знакомого в канализации. Не торопясь, словно красуясь из дверного проема, показалась уродливая голова с высунутым из клыкастой пасти длинным языком. В этот раз Ломагин имел возможность хорошенько рассмотреть уродца. Увитое мышцами тело, острейшие когти и огромная слабость в виде покрытого слизью мозга. Там глубоко под землёй, его собрат не разменивался на долгие ожидания, предпочтя напасть сразу. Этот же экземпляр нападать не спешил, словно ожидая чего-то.

Для своих немаленьких габаритов, Лизуны, как их окрестил Ломагин, были довольно проворными, и бесшумными. Наличие у монстра напарника стало довольно неприятным открытием для Ломагина, благо, несмотря на всю свою сноровку, он не смог подобраться к нему незамеченным, но ещё больше военного инженера огорчил их интеллект, кто знает, сколько таких тварей и подобных им находится в месте, куда он в скором времени отправится. Одна тварь питается, другая же всё это время находится на страже, выискивая очередную жертву, довольно продуманная тактика, даже для людей.

Они сработали синхронно, с двух сторон прыгнув на неподвижно стоящего военного инженера. Стремительные тени закружились в танце обмениваясь ударами. Частично адаптировавшийся к открывшимся возможностям мозг Ломагина поспевал за мельтешением, царящим вокруг него, острые когти, проворные языки, всё это учитывалось им в процессе схватки. Вчерашний он совершенно точно закончил бы свою жизнь в желудках хитрых тварей, так и не поняв, что произошло, сегодня же он с необычайной легкостью избегал смертоносных атак. Мощный удар по когтистой лапе и тварь заходится в болезненном визге, теряя концентрацию. Удар коленом в живот подбрасывает ее высоко вверх, последовавший за этим удар трубой с замахом, выполненным в лучших традициях гольфа, превращает в кашу, перешедшую на ультразвук голову. Увлекшийся Ломагин вполне закономерно пропустил удар, от второго лизуна залетая в их недавно созданное логово. Повсюду валялись разорванные человеческие тела и погрызенные кости. Обвивший ногу Ломагина язык потянул его в сторону занесшей для удара лапу твари. К изумлению, промелькнувшему в глаза чудовища, Ломагин остался на месте, вонзив в стену, отрастившую короткие когти руку. Торжествующе ухмыльнувшись, военный инженер пригвоздил трубой язык лизуна к полу, одновременно с этим высвободив вторую руку, он дернул слишком длинный орган твари на себя, встречая оскаленную пасть своим лбом.

Отбросив лом в сторону, Ломагин покрепче обхватил трепыхающегося монстра, с каждой секундой всё сильнее сжимая того в своих объятьях. Последним, что отразилось в маленьких глазах лизуна нарвавшегося на превосходящего его противника, были многочисленные нити, стремительно несущиеся к его голове.

В этот момент одурманенный запахом крови стоящим в комнате и только что закончившейся схваткой, Ломагин не сдержался, дав волю своему голоду. Его внешний вид почти не изменился, лишь нити, вырывающиеся из каждой клетки его тела, неустанно растворяли и поглощали находившуюся в избытке вокруг молодого человека плоть.

Нет худа без добра, беспокоящий его голод вновь скрылся в глубинах разума, а навязчивые идеи и мысли не спешили заполнять его голову. Значит, для восполнения сил хватит и обычных мертвецов, ему не обязательно становиться кровожадным маньяком, убивая всех на своём пути.

– Какого… хера, – произнёс Ломагин, рассматривая свою левую руку, ни мысленный приказ, ни усилие мысли, не дали нужного результата. Его рука не собиралась возвращаться к прежнему виду. – Чтоб меня черти драли, – тихо ругнулся Ломагин, чувство бесконечного всемогущества исчезло без следа. Побочный эффект, вызванный поглощением мертвецов или же заложенная программа эволюции, но не желающая возвращаться к нормальному состоянию рука напугала Ломагина до усрачки.

Тихий писк донесшийся до него из-за дверей старого шкафа и мутноватая струйка мочи медленно вытекающая на пол добавили военному инженеру головной боли. Открыв дверь на себя, Ломагин увидел обхватившую свои ноги девушку, боящуюся сделать даже маленький вздох.

– Я никому ничего не скажу, господин, – пискнула напуганная девушка то и дело переходя на японский язык.

– Не могу поверить, узкоглазая, – шокировано произнёс Ломагин, позабыв о своей проблеме, – ну вот теперь нам всем точно кранты.

Глава четвертая. Спасение.

За спиной послышалось шарканье тяжелых ботинок и шелест листвы, которую мародёр цеплял при ходьбе. Ситуацию усугубляло то, что стояла спиной к нему, не в силах обернуться лицом к этому чудовищу.

– Ты че такой хилый, уёбок? Мамка кашу не варила по утрам? – Мужчина неумолимо приближался, не зная, что под капюшоном скрывается девушка. – Ща те покажу, что значит быть мужчиной, – после невнятных слов последовал пинок в спину.

Будучи истощенной, похудевшей и слабой, с силой ударилась оземь, роняя сумку и пистолет. Предательский капюшон слетел с моей макушки, раскрывая личность эту мерзавцу.

– О-о-о, поглядите-ка. Да это маленькая шлюшка спряталась под капюшончиком. Захотела спрятаться от меня, да? – Новый пинок в ребра. – Сейчас поиграем.

Инстинкт самосохранения автоматически поднял меня на ноги, беря бразды правления мозгом в свои руки. Наконец-то увидела лицо этого человека. Мужчина средних лет, на вид около 30-32, не самая аккуратная борода, закрывающая половину его лица, покрасневшие карие глаза, кривой нос и эта пугающая до чертиков улыбка. Несколько золотых зубов блеснули на свету. Мародёр был крупнее меня, но из-за употребления наркотиков истощал и еле держался на ногах. По логике вещей, без проблем могла бы дать ему сдачи и скрыться в своем убежище. Но… Это проклятое но. Вследствие психологической травмы, даже не могу его как следует оттолкнуть. Единственное, на что способно мое тело в данный момент, так это закрыть лицо руками и терпеть все, что с ним сделает этот гад.

– Ты че, даже орать не будешь? Тупая шлюха. Так и скажи, что тебе нравится, когда тебя берет мужчина. Тогда лови кайф, – вонь из его рта ударила мне в нос, вызывая легкое головокружение и приступ тошноты.

«Боже… Нет, пожалуйста, нет! Помогите мне кто-нибудь!» – кричал мой разум, но из глотки не вырвалось ни единого писка.

Мародер ударил меня наотмашь, отчего пролетела добрых два метра и тяжелым грузом упала на потрескавшийся асфальт. Хоть он и выглядел хило, но удары были, как у крепкого парня. Левая лопатка взорвалась острой болью, видимо от того, что она приняла удар оземь на себя.

«Черт, хоть бы ничего не сломать. Иначе… я не жилец!» – пронеслось в мыслях.

Голова гудела и, казалось, весила тонну, а веки словно склеили клей-моментом. Из глотки вырвалось кряхтение, но попыток встать не было. Лишь свернулась калачиком на холодном асфальте, сильнее прижимая ноги к заднице, а руками закрыла голову. Мужчина пытался сфокусировать зрение на мне, а после повернул свое тело в мою сторону и, заплетаясь ногами, сделал пару шагов. Наркотики затуманили его разум и взгляд, поэтому он даже не заметил камень, лежащий на его пути. Это и стало причиной его полета. Потеряв координацию, мародёра повело в сторону, при этом тот махал руками, словно веслами, и довольно глупо вытаращил глаза.

– Че за нахуй! Это ты сделала, кусок твари! – Заорал тот, не беспокоясь о зомби.

Вздрогнула, понимая, что грядет после этого: орда зомбированных стянется в это место за несколько минут, желая полакомиться свежей плотью, а с теми заявятся и пару Особых зараженных. Вот с теми встреча крайне нежелательна, ведь они обладают некоторыми особенностями, благодаря которым шанс убить человека возрастает.

Будущий насильник уже почти поднялся на ноги, когда издала тихий всхлип, полный отчаяния и страха. Никогда бы не подумала, что умру вот так: валяясь на земле, сжимаясь и дрожа от страха, изнасилованная и избитая, а после сожранная десятками живых мертвецов. Не догадываясь, что за нами кто-то наблюдает, сильнее зажмурилась и начала безмолвно читать молитву. Послышался лязг пряжки, а за ним и звук расстегиваемой молнии. Мародеру оставалось сделать пару шагов до меня, как по округе разнесся оглушительный крик Джампера. От испуга раскрыла глаза и немного убрала руки, ведь знаю, кто так кричит. Рот открылся в безмолвном крике, когда мой взгляд пал на серую тень, что спрыгнула с края крыши и летела в нашу сторону.

«Блять!» – Это слово моментально разлетелось по моему пустому разуму. Не знаю почему, но не могла пошевелиться, даже вдохнуть в момент, когда Паркурщик был в воздухе. Либо это одна из его фишек, обездвиживать жертв, либо это мой страх, переходящий в ужас.

Мародер даже бровью не повел на рёв, продолжая идти ко мне. Наверное, это страшная смерть, когда на тебя со ста метров прыгает здоровенный Джампер, весом под восемьдесят килограмм, а после начинает драть тебя своими острыми, как бритва когтями, словно кошка когтеточку. Эта страшная картина развернулась буквально за считанные секунды. А дальше все как в тумане. Утробные и писклявые крики Паркурщика, полосующего наркомана, буквально в 1,5 метрах от меня и истошные вопли жертвы, переходящие в хрипы! Мозг лихорадочно пытался понять, что делать дальше: остаться и не провоцировать зараженного на еще одну атаку или бежать со всех ног, пока та тварь занята мужчиной. Выбор очевиден – второй вариант. Подорвавшись с места, таки бросилась к своим вещам, которые выронила при пинке того подонка, но перед этим зачем-то бросила Джамперу «Спасибо». Наверное, из-за адреналина и этой сумасшедшей ситуации. Сумка уже была в руке, когда подбирала Глок, под ужасные звуки позади. Это была смесь из чавкающего мяса и органов под когтями и хруста ломающихся костей. Слушать это было крайне мерзко, но было кое-что и похуже: когда эта тварь начинала жрать то, что выпотрошила. Не оглядываясь, побежала к высотке, что была немного дальше парка.

«Твою мать, а если не успею!» – в голове тут же нарисовались несколько картин, где меня ловит своим склизким языком Удильщик или мне на спину прыгает Лакей, уводящий меня в ловушку или еще хуже… тот же самый Джампер не захочет упускать и которую добычу.

Слезы застилали глаза, мешая видеть дорогу, а ведь сейчас даже секунды были на вес золота.

«Нужно только забежать в подъезд. Господи, пожалуйста, дай мне забежать туда!»

Мне казалось, что задыхаюсь. В ушах все еще стоял тот жуткий вопль зараженного и мерзостные звуки убийства. Мимо меня мелькали лавочки и деревья, а вдалеке показалась дверь подъезда. На время остановилась в одной и квартир этой пятиэтажки, сочтя ту безопасной. Она была в дальней части четвертого этажа, с минимальным количеством окон и плотной дверью с замком. Идеальное временное убежище.

«Еще чуть-чуть! Ну, же, Уиллоу, поднажми!» – подгоняла себя.

Ранее…

Неспешно бродил по закоулочкам пустых улиц, изредка заглядывал в квартиры. Как назло, в этом районе было крайне мало людей, где-то парочка. Многие из них сидят под землей, словно кроты, и изредка выползают на свет. Наблюдать за этими самцами довольно интересно. Случайно оказывался свидетелем изнасилований и групповых избиений. Прячась в тени пустых квартир или крыш, наблюдал, пытаясь понять зачем люди это делают. Будучи Джампером, так окрестили меня местные, мыслил абсолютно по другому, чем, когда был человеком. Даже воспоминания о тех временах почти стерлись, превращая меня в тупого животного, как мои собратья. Нет. Я – это новая ветвь эволюции вируса, под неизвестным названием, имя которого никогда не узнаю. Обращенный около трех недель назад, новый я разительно отличался от мне подобных. Те, казалось, были животными, но по-своему. Никакого интеллекта, лишь тупое желание найти человека и сожрать. Неважно – убьют его или нет. Наверное, они были из старого поколения зараженных. О, те бесили меня своими повадками и дерьмовым характером. Между нами, Джамперами, частенько бывают выяснения отношений, заканчивающиеся резней и смертью. Многие являются собственниками и одиночками и поэтому, когда другой собрат заходит на его территорию, у того включается режим «сдохни или умри».

Я же нечто иное. У меня сохранились остатки разума, позволяющие мне наблюдать, следить, выслеживать, выбирать тактику и учиться чему-то новому. С каждым днем стараюсь находить то, чего не знаю и изучать это. Но, это но. Я – это зараженный. От сущности не убежишь. Видя человека, который ничем меня не привлекает, набрасываюсь на него и превращаю в фарш, также, как и мои собратья, а после поедаю это. Не могу говорить, лишь издавать крики, визги и рычания, свойственные всем Паркурщикам. Мои мысли ограничиваются «Не/Нравится, не/вкусно, убить, больно». Ну да это и не особо нужно. С другими Джамперами разговаривать нет нужны, все равно не поймут, а люди скорее спустят курок, чем вступят в диалог. Поэтому скитаюсь по разным местам в одиночку.

Вот и сегодня день прошел как обычно. Ошиваюсь где ни попадя, выискиваю еду. Даже зомби здесь толком не водятся, так, шастают парочку.

«Не вкусно!», – родилось в моей голове, когда посмотрел на живых мертвецов.

Мясо у тех было отвратительным во всех смыслах. Мало того, что те воняют дохлятиной, гноем и рвотой, так еще и на вкус такие же. Может мои собратья и перебиваются этим, но сам не стану. В моменте услышал, как кто-то разговаривает, но на приличном расстоянии. Стараясь двигаться бесшумно, перепрыгивал с крыши на крышу, иногда пробегаясь по дороге. Забравшись повыше, медленно приблизился к краю, сохраняя незаметность. Два человека были внизу, один лежал и сжался, а другой пытался встать. Присмотревшись, заметил, что лежавший был женского пола и явно в ужасе. Обычно, мне плевать на них, пусть будет хоть мужчина, хоть женщина, на вкус все равно одинаковые. Качающийся встал и начал орать, чего не делала девушка.

«Нравится!» – мои уши не любили громкие звуки, особенно те, что издают особи женского пола.

Человек начал копаться в своих штанах и двигаться к лежащему.

«Не нравится…»

Пригнулся, готовясь, и из глотки вырвался оглушительный вопль. Мгновения и уже в полете, раскрывая руки в смертельные объятия. Мое тело пригвоздило мужчину к земле, ломая тому позвоночник, и, не теряя времени, начал неистово драть его брюхо своими когтями. Упиваясь кровью вперемешку с внутренностями, отдался своим инстинктам, рыча и визжа от переполняющих меня ощущений убийства и доминирования. Боковым зрением увидел, как женщина вскочила на ноги, собрала что-то с земли и рванула вглубь парка. Погодите. Было что-то еще. Просочившись сквозь какофонию звуков, до моего слуха долетело «Спасибо». Не особо помня, что это значит просто оставил данное слово в памяти. Наконец, моя жажда крови немного приутихла и перед взором предстала довольно милая картина: человек, благодаря моим когтям и усилиям, превратился в фарш, так полюбившийся мне. Как-то мне довелось наблюдать реакцию людей на то, как мой вид трапезничает. Будь у меня эмоции и возможность от души посмеяться, то именно это и случилось бы. На нескольких физиономиях появилось такое отвращение, заслуживающее Оскар, что хотелось заснять это на камеру, а одного бедолагу даже стошнило на месте. Ха-ха, не каждый день увидишь, как полусгнившая тварь жрет твоего товарища, который дышал две минуты назад. Жаль, что все закончилось грохотом нескольких пушек, что изрешетили того Паркурщика. Вернувшись в реальность, переключил внимание на еду, лежащую передо мной. От мяса, каши из кишков, органов, крови и костей исходил пар, будто приглашающий убийцу отобедать. Склонившись над пищей, принялся поедать; это пока есть возможность поужинать в одиночестве. Слух уже уловил топот множества ног зомбированных, но может с ними еще кто заскочит. Противная Плевунья или воняющий Удильщик.

«Не нравится!» – собственническое чувство поднялось во мне, словно огромная волна над морской гладью.

В тишине, перед памятником, слышалось чавканье и довольное урчание одинокого Джампера. Сегодня на одного мародёра стало меньше. Но такие твари не прощают убийство своих, они будут мстить, но неизвестно кому. Всему миру? Они уже это делают.

От лица Буббу…

Ноги гудели от длительного забега, но таки добралась до спасительной двери подъезда. Замок был сломан и поэтому та всегда не заперта. Взлетев по лестницам, ринулась к «своей» квартире, попутно доставая ключи. Пистолет пришлось убрать в кобуру, но здесь опасности быть не должно. Дрожащими руками еле попала в замочную скважину и то не первой попытки. Послышался лязг открывающегося замка, а после и двери. Казалось, что нет ничего важнее попасть в квартиру, ощутить это чувство безопасности. От нервов, даже слегка хлопнула дверь и прокрутила ключ несколько раз. Но и этого мне показалось мало и на двери теперь красовался потертый коричневый навесной замок. Капелька холодного пота противно прокатилась меж лопаток, вызывая мурашки.

«Нужно спрятаться, иначе меня могут найти…» – эта идея очень понравилась моему мозгу и тот с радостью отдал команду телу, чтобы то спряталось.

Сумка, которую с таким усилием добыла, валялась около входной двери. Успокоиться мне удалось лишь в стенном шкафу, заполненным вещами прошлых хозяев. Тишина в квартире должна была благоприятно влиять на меня, но все было наоборот – она лишь угнетала, давила на психику, давала ложное ощущение, что здесь одна. Что тот Прыгун не пошел за мной и не разыскивает меня по округе, жадно втягиваю носом воздух в попытках уловить аромат моего страха.

Меня разбудил далекий крик Паркурщика, вырывая из дремоты и возвращая то беспокойство и легкую паранойю, что были немного ранее. Тело затекло в полусидячем состоянии, а темнота вокруг еще больше усугубляла ситуацию.

«Где я?!» – закричала, а после зажала рот рукой, коря себя за такую глупость.

Через пару секунд пришло осознание, что крик был мысленный и волноваться не о чём.

«Так уж не о чём?» – моя паранойя и страх, казалось, стали моей второй личностью, обретшей голос в данную секунду.

Недовольно цокнув, все-таки аккуратно открыла дверцу шкафа, пытаясь разглядеть опасность в темноте. Не привыкшие и заспанные глаза ничего не видели и мне пришлось медленно выходить из укрытия. Достав из кармана небольшой фонарик, приложила ладонь к линзе и максимально тихо нажала на кнопку включения. Свет ударил в руку и превратился в красный, пока немного не разжала пальцы и несколько лучей искусственного освещения не выжрали темноту, помогая разглядеть хоть что-то. Все было на своих местах, никаких следов проникновения и нахождения здесь постороннего. Окна были заклеены тонирующей пленкой, не позволяющей видеть, что за ними кто-то живет, и, вдобавок, заставлены куском фанеры, чтоб уж наверняка. Но благо, что их здесь было только два.

Спокойно выдохнув, достала с полочки керосиновую лампу и зажгла тусклый огонь, поместив ту в центр кофейного столика. Из всех комнат в этой квартире облюбовала гостиную. Мне она показалась самой удобной, ведь здесь было и где поесть и где поспать. В руки легла та самая спортивная сумка, найденная мной в пустом ангаре.

– Так-так, поглядим что тут у нас, – шепотом произнесли мои губы.

Бегунок проскользил по молнии, предоставляя доступ к «внутренностям». Раскрыв пошире края, высмотрела там хлоргексидин, перекись водорода, какие-то таблетки, пару свертков бинта, несколько шприцов и раскладной ножик. В другом отсеке были припрятаны две баночки консервированного завтрака, пару питательных батончиков, хлебцы и недоеденная плитка шоколада.

– Весьма неплохо. Видимо, прошлый нашедший тебя уже успел кое-что использовать. Интересно, кто таскал с собой целую сумку с припасами? Смелый человек. Или глупый. А в целом мне плевать, – подытожила.

Такие вот подарочки в виде медикаментов, продовольствия и оружия оставляет нам внешний мир, где есть не заразившиеся люди, желающие помочь, тем кто находится в этом Аду. Обычно, поставки бывают раз в месяц или полтора. Несколько ящиков, склеенных между собой и обернутых пупырчатой пленкой, сбрасываются в нескольких точках вертолетом. Тот приближается к земле и скидывает груз на кусты или деревья, для более мягкой посадки. Как только это случается, то разворачиваются настоящие «Голодные Игры» – кто успеет ухватить себе немного материальной помощи. Иронично, чаще всего ящики забирают мародеры. Но бывают и случаи, когда Выжившие добирались до подарков первыми и тогда появлялся шанс, что с тобой могут поделиться.

Вскрыв одну из баночек с завтраком, также достала хлебцы и воду. За это дурацкое время эпидемии потеряла примерно десять килограмм (мой вес на тот момент был в районе шестидесяти пяти килограмм) и это довольно сильно мешает мне поднимать или открывать что-то, нести сумки или долго бежать. Мышечной массы в моем теле также стало меньше, а значит и выносливости. Еды в нынешнее время не хватало и приходилось довольствоваться тем, что осталось в магазинах или квартирах.

Спустя минут двадцать, моя трапеза закончилась. В голове нарисовалась картина, как тот Прыгун поедал того мужчину. Еда тут же пригрозила выйти наружу и поэтому мне пришлось отвлечься. Откинувшись на подушку, зашипела от боли.

«Точно. Лопатка же пострадала, когда…» – мне не хотелось вспоминать то, что случилось вечером.

Сняв худи и футболку, осталась в спортивном топе, но после пятисекундных размышлений стянула и его. Перекись водорода из той сумки пошла в дело, также как и заживляющая мазь из заначки. Рану ужасно саднило, но вскоре та должна была зажить. В отражении небольшого зеркала кое-как осмотрела свою лопатку, на которой красовались синяк и содранная кожа.

– М-да, вот так удача, – мой голос сквозился досадой.

Заклеив это дело обезболивающим пластырем, который отыскала в одной из аптек, вновь натянула те же вещи, потому что других у меня попросту не было. На дворе было не очень тепло, весна все-таки, и приходилось довольствоваться малым. Убрав пустую консервную банку и упаковку от хлебцев, потушила лампу и легла на застеленный диван. Оружие было при мне и в случае чего смогу его применить. Надеюсь…

«Утро вечера мудренее» – вспомнилась мне любимая пословица мамы и я погрузилась в сон.