Текст книги "Инженер и Постапокалипсис (СИ)"

Автор книги: vagabond

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 36 страниц)

Он отбросил нож и, обеими руками схватившись за металлическую дверцу, которой закрывался, все же вырвал ее у меня из рук. В следующее мгновение почувствовал хватку его влажных пальцев на своей шее. Нависнув надо мной, обезумевший в конец Морган расплылся в своей довольной ухмылке и, смотря прямо в мои перепуганные глаза, начал сжимать руки на моей шее. Помимо боли явно ощутил, как становится сложно вдыхать воздух.

– Женщина греховна по своей сути, – проговорил он в то время, как безуспешно пытался разжать его цепкую хватку, судорожно делая вдох открытым ртом, – она раскрывается только рядом с мужчиной. Я мог бы стать таким мужчиной для тебя… но ты сделала свой выбор!

Понял, что сейчас задохнусь, если он не даст мне сделать хотя бы один вдох. Дотянувшись кое-как правой рукой до какого-то деревянного бруска, с размаху ударил им Моргана по затылку. Бить мне было не с руки, потому не смог ударить его сильно, но этого хватило для того, чтобы он ослабил тиски, со стоном боли наклонившись в сторону. Столкнул его с себя и, хватая воздух открытым ртом, кинулся бежать обратно в коридор.

– Дорогая… Да стой ты, шлюха! – крикнул мне вслед взбесившийся Морган.

Отбежав на достаточное, как мне казалось, расстояние, обернулся и увидел, как он в конце коридора бежит по направлению ко мне, опять зажимая в руке нож.

– Морган! Если ты сейчас не успокоишься, я тебя свяжу! – охрипшим голосом прокричал ему, понимая, на самом деле, что мои слова звучат совсем неубедительно, особенно, если учитывать тот факт, что убегал от него.

Видя, что он не собирается останавливаться, опять бросился бежать, потеряв время во второй раз. Распахнув дверь в очередную комнату, увидел, что это была крупная уборная или даже, скорее, раздевалка. Здесь стояло множество вертикальных шкафчиков, точно таких же, как тот, в котором от меня пытался спрятаться пациент. Быстро, чтобы он не успел нагнать меня, заскочил в один из них, плотно закрыв дверцу изнутри, даже придерживая ее, чтобы она случайно не открылась. Морган показался в комнате через несколько секунд – увидел его через продолговатые отверстия в дверце своего укрытия.

Обведя уборную злым взглядом своих налитых кровью глаз и не увидев меня, он выдохнул – погоня измотала его не меньше, чем меня.

«Что я наделал? – промелькнуло у меня в голове, и ощутил неприятное покалывание в ногах. – Если он сейчас найдет меня и откроет дверцу, окажусь совершенно беззащитен – он попросту заколет меня своим ножом».

Один раз мне удалось укрыться в подобном шкафчике от одного буйного пациента, еще когда был сотрудником, а не подопытным. Но тогда ситуация была совсем иная: во-первых, тот пациент не знал, что вообще там нахожусь, в отличие от Моргана, который прекрасно видел, что забежал сюда, во-вторых, мой бывший администратор без своих очков дальше вытянутой руки точно ничего не различал, опять же, в отличие от Моргана, у которого проблем со зрением не наблюдалось. И все же теперь уже ничего не оставалось делать. Мое сердце колотилось, чуть ли не выскакивая из груди.

– Настоящее предназначение женщины – это материнство, – со злобой прорычал Морган, распахивая дверцу шкафчика, расположенного напротив того, где сидел я, – ты скоро поймешь это. Поймешь, дорогая, – он резко открыл соседнюю дверцу, отчего сжался, как мог, – обещаю тебе, милая, буду с тобой всегда, прочувствую всю эту боль вместе с тобой. Знаешь, какая ты будешь красивая… Ты даже не представляешь, – он с силой захлопнул дверцу, злясь, что меня внутри нет.

«Вообще невменяемый», – со страхом подумал, слушая его больные тирады.

Принял непростое решение: если он подойдет к этому шкафчику, резко открою дверь – может быть, получится ударить его.

Морган огляделся и пошел к тому ряду, в котором находилось мое укрытие, от чего мое сердце забилось еще чаще.

«Господи, только не это…» – начиная терять столь необходимый контроль над собой, подумал.

Он заглянул в один из соседних шкафчиков, после чего, грязно выругавшись и потеряв терпение, покинул комнату. Не решался покидать укрытие, изо всех сил стараясь не дышать громко. Наконец, через минуту, все же тихо приоткрыл дверцу, выглянув наружу – Моргана в комнате не было, потому нужно было как можно скорее спасаться отсюда.

Помимо той двери, через которую забежал, обнаружилась еще и другая. Не намереваясь больше терять времени, поспешил туда.

Эта часть здания была невероятно обширной, здесь все коридоры походили друг на друга, как две капли воды, планировка была невероятно запутанной, как, впрочем, и в других местах этой клиники. Мне с трудом верилось, что спасся от Моргана таким примитивном способом, но, к счастью, поблизости его нигде не было видно.

«Надо отыскать себе какое-то средство самозащиты, – подумал, обводя нервным взглядом старые стены. – Иначе с ним не справлюсь».

Как назло, ничего не попадалось. Совсем не знал, куда идти, заглядывая во все комнаты, попадавшиеся на пути, в надежде отыскать хоть какой-то выход. Мне также приходилось постоянно оборачиваться назад, чтобы проверить, нет ли за мной преследователей.

Открыв очередную дверь, не глядя, сделал шаг вперед, и тут чья-то крепкая рука зажала мне шею, притянув меня к чьему-то плечу. Через потемнение в глазах от нехватки кислорода разглядел заглянувшего мне в лицо ухмыляющегося Моргана.

– Тили-тили-тесто, жених и невеста, тесто упало – невеста пропала! Моя сбежавшая невеста. Мы с тобой будем так красивы, дорогая, – притворно нежным голосом протянул он мне на ухо.

А далее он с невиданной злобой начал душить меня, мне оставалось только судорожно вдыхать воздух открытым ртом, пытаясь освободиться из его хватки. Ноги начали подкашиваться, голова – кружиться… Но отчетливо понимал, в сложившейся ситуации мое единственное оружие – разум. Врачам, работающим в проблемных отделениях, часто приходится так или иначе улаживать конфликты между пациентами, часто они сами попадают под удар. И тут важно помнить, пациенты всегда действуют бездумно, на эмоциях, значит, человек в белом халате, мыслящий трезво и оценивающий ситуацию, имеет уже, как минимум, одно преимущество в схватке с ними. Это знал, как никто.

Собравшись и понимая, что если попробую отклониться назад, обезумевший Морган попросту повалит меня на пол, ударил кулаком его в пах, отчего он невольно чуть согнулся, правда, продолжая удерживать меня. Теперь уже мог дотянуться до его головы, потому, не теряя времени (оно и так уже было потеряно), ткнул своего противника пальцами правой руки прямо в глаза.

Со стоном Морган разжал хватку и схватился за лицо, а я, пользуясь моментом, кинулся бежать дальше, с шумом вдыхая обжигающий воздух.

– Агрх…! Тварь! – прорычал он мне вслед.

Забежав в очередную комнату – их здесь были десятки – уже не оглядываясь назад, захлопнул дверь. Это опять был склад. Среди всякого хлама, валявшегося на полу, приметил длинную крепкую веревку…

«Надо вязать», – подумал, прекрасно понимая, что просто так он от меня не отстанет.

Схватив веревку, спрятался за дверью в углу – хитрый Морган в прошлый раз подловил меня именно таким образом. Из коридора донеслись его шаги.

– А ты не так-то и невинна… – с разочарованием проговорил он, открывая дверь и заходя в комнату.

Толкнул его в спину, повалив на пол, и сразу же принялся заламывать ему руки назад.

– Уж поверь мне, – подтвердил его опасения, обвязывая веревкой его запястья и локти за спиной и стараясь действовать максимально быстро.

– Шлюха! Какая же ты… шлюха! Все вы! Грязные, бессовестные твари… Предаете и предаете! Что со мной не так! Почему вы все отвергаете меня! – орал от бессилия Морган, вырываясь, но свой бой он уже проиграл.

Связал его и только тогда, сидя на нем сверху, позволил себе немного успокоиться. Такого со мной еще точно не было, но за последние дни произошло столько всего ужасного, дикого и не поддающегося объяснению, что уже был готов ко всему…

– Вот чего ты добился? – наклонившись к нему, спросил, продолжая тяжело дышать. – Я же тебя предупреждал. Тебе даже предлагал пойти со мной, а ты что сделал? Бросился на меня с ножом? Зачем ты это сделал?

– Развяжи меня! – потребовал он, двигая плечами и косясь на меня.

– Нет, – твердо ответил, – чтобы ты потом снова накинулся на меня? Тебе еще повезло, что тут с тобой один: если бы ты попробовал учинить нечто подобное в отделении, тебе живо вкололи бы антипсихотик! Лежал бы в наблюдательной палате и даже не высовывался бы оттуда! В туалет за руку с санитаром ходил бы! Скажи «спасибо», что только этим ограничился!

Устало поднялся, еле держась на ногах, и поплелся к двери.

– Нет! Подожди! – испуганно закричал Морган, и обернулся, посмотрев на него, лежавшего беспомощно на полу. – Не оставляй меня так!

– Я тебя несильно завязал, – отозвался, – развяжешь руки, а дальше уже поймешь, что делать.

Больше на его крики и ругань не реагировал, стараясь уйти как можно дальше до того момента, когда он освободится. Теперь мне оставалось лишь надеяться, что хоть он мне больше не угрожает…

Глава девятая. Красавица и чудовища. Слабонервным данную главу рекомендуется пропустить.

(!) Плашку «24+» видели, детки? Не видели? Теперь видели. Предупреждены? Предупреждены. Вопросы есть? Вопросов, надеюсь, нет. В общем, довольно-таки темная глава. Хотите – прочтите, не желаете – делаем скип.

Бенишия, Штат Калифорния, США.

08:15 . Буббу.

Задыхаюсь, чувствую, что не могу сделать вдох, ведь легкие горят от недостатка кислорода. Вокруг темно, хоть глаз выколи, но бежать у меня не получается – словно ноги весят тонну. В голове лишь одна фраза:

«Пожалуйста! Только не это!» – и она повторяется, как сломанная пластинка, заевшая в граммофоне.

Уже слышу их шаги за своей спиной, но продолжаю бороться, ведь этому меня учил папа. Ночь укрывает своим крылом, защищает, оберегает от опасности, что следует по пятам, желая убить и уничтожить. Бежать больше некуда. Зеленая ограда повсюду, заграждает путь, не пропуская дальше, а впереди возвышается огромная статуя всадника на лошади. В непроглядной темноте ночи она кажется устрашающей, громадной, живой.

«Может удастся спрятаться и они меня не заметят?» – странно, что мой мозг функционирует как раньше, не отключается и оставляет мое бренное тело на произвол судьбы. Он дает мне варианты, способные сохранить мне жизнь и справиться с трудностями.

Анализировать эту причуду времени не было, ведь они уже близко, дышат в затылок, как старуха-смерть. Едва ли моя нога сделала шаг, как на мое плечо опускается тяжелая и неимоверно холодная рука, мгновенно останавливая меня, пригвождая к месту. Тут же повиновалась этому воздействию, ощущая себя куклой, которой управляет умелый кукловод, искусно дергая за ниточки. Все мои действия просчитаны заранее и, к сожалению, не мной, что не могло не печалить. Заранее знать о проигрыше – не самое прекрасное чувство, ведь ты намеревался бороться до конца.

– Попалась. – Отстраненный и явно не живой голос, пробирающий до костей, ласкающий кожу своим ледяным дыханием и ставящий сердце перед выбором: биться, как у загнанного зверя, пробивая собой ребра, или же замереть, боясь, что могут услышать малейшее сокращение.

Первое желание было – сбросить руку, повернуться к говорившему и послать его куда подальше, ведь не боюсь, но стала бесформенной душой, которая так и стояла на том же месте. Паника поднялась во мне, как цунами, накрывая с головой без шанса выбраться. Ведь могу все, так почему же сейчас стою такая немощная? Почему?..

На фоне этого шока, мне не сразу удалось почувствовать, как моих конечностей коснулось что-то необъяснимое, ведь ощущения были, словно это не от мира сего.

– … – не смогла вымолвить и слова, ведь языка во рту не было. Словно родилась без него.

Глаза застилали слезы, такие горячие, что, казалось, будто они обжигают мою нежную склеру. Попытки сморгнуть их не увенчались успехом, соленая жидкость продолжала скапливаться, принося мнимый дискомфорт, как бутафорский огонь. А странные и до ужаса пугающие черные тени щупальцев незнакомца, стоявшего за мной, продолжали обвивать мое тело.

Непонятно откуда, но в голове появились мысли и образы, но не мои.

«Теперь не убежишь… Наконец-то настиг тебя и ты… мхв… никогда не сбежишь от своей участи» – тот же безликий голос прогрохотал в моем напуганном сознании.

Открыв рот от беспомощности и обиды, проклинала… А что проклинала? Почему в моей голове ничего нет, лишь белый лист, стремительно накрывающий собой память, мысли, меня? Волна паники, казалось, не может стать больше, но сейчас был установлен мировой рекорд, а может быть и до конца всех времен. Мои ноги не выдержали вес тела и колени подогнулись, желая познакомиться со вкусом тротуарной плитки, но упасть мне не дали те самые щупальца, намертво держащие мое почти бездыханное тело. Может это они высасывают из меня жизненные силы? Кто его знает. У меня не осталось никаких ресурсов для борьбы и придется сдаться, как бы не хотелось этого делать. Но перед этим бы желала увидеть лицо будущего убийцы, если оно у него имеется, чтобы успокоить себя, наверное.

Повернуть шею не так просто, ведь она стала каменной и теперь хрустит при движении, оглушая мой слух и ночную тишину злосчастного парка. Вложив в это действие все свои усилия, собранные из остатков, таки смогла выцепить кусочек физиономии наглого незнакомца, но этого хватило, чтобы оно навсегда впечаталось в память, без возможности удаления. Изуродованное лицо того наркомана, умершего от когтей Прыгуна, пристально смотрело мне в глаза, заглядывая в душу, селя там мрак и ужас.

«Не может быть… Он… Он мне мстит?» – мгновенно прозвучала эта мысль, оглушая меня своей правотой.

Из горла вырвался сдавленный хрип беспомощности, ведь в его руках всего лишь пустое место, жалкая сошка, которую он может удавить без особых усилий, а по щекам все-таки заструились слезы, нескончаемым потоком, обжигая нежную кожу.

Мертвец словно учуял мой страх и через пару секунд на его исполосованном когтями лице появился оскал, который становился все больше и больше, разрывая остатки щек. Мое измученное тело задрожало, а сама уже прекратила внутреннюю борьбу и едва ли не сдалась этому монстру, как вдруг из-за спины мужчины показался силуэт. Ночь скрывала его также, как и меня, и поэтому возможности разглядеть кто же это нет. Но душа резко затрепетала, потянулась всем своим естеством к другому незнакомцу, словно он мог мне помочь. Но кто знает его намерения? Может это один из тех Мародеров, которые ошивались вчера в городе? Макс?.. Или тот инженер, которого угостила сэндвичем?

Меня ждет мучительная или быстрая смерть? Столько вопросов… Но где же взять хотя бы один ответ?

Вдруг силуэт начал двигаться, аккуратно, подобно хищному зверю, мягко ступая по тропинке, движения его были непривычные, странные. Где-то на подкорке памяти всплыли размытые образы кого-то, отдаленно напоминающего этого опасного и таинственного незнакомца. Затаив дыхание, все мое внимание да и я, неустанно следили за черной тенью, впитывая любое движение и казалось, что через пару секунд решится моя судьба. Даже зловещая и мерзкая улыбка-оскал, все также направленная на меня, откатилась на второй план, это перестало быть важным.

Десяток шагов и силуэт будет возле меня, дышать одним и тем же воздухом, опаляя дыханием мое лицо. Как по волшебству, небо начало очищаться и лунный свет, такой прозрачный и чистый, прорезал темноту ночи, вырывая у той метр за метром, двигаясь в сторону тени мужчины. Он делает шаг и свет тоже, еще один и он уже у его ног, завершающий и наконец можно было разглядеть хоть что-то.

Плотная ткань его капюшона была немного потрепана, а сам он был наглухо задвинут и скрывал большую часть лица, оставляя лишь возможность видеть его подбородок. Это явно был мужчина, ведь на то указывали размеры его тела, волевая нижняя челюсть и походка. Из вещей на нем были серый худи, на руках намотана изолента такого же цвета, черные тренировочные штаны, где на бедрах, чуть выше колен, также было перемотано, на ногах спортивные кроссовки, насыщенного цвета воронова крыла. Даже не смотря на весь слой одежды, в нем узнавались знакомые черты, непонятно откуда взявшиеся в моей голове.

Удерживающего мое тело никак не остановило или напугало чужое присутствие, наоборот, он, казалось, осмелел и теперь его щупальца обвили мою шею, где бешено билась жилка. По спине пробежался холодок, наверное, от предчувствия скорой кончины.

«Быть может, он хочет показать мне каково это умирать?» – жалостливый писк, последнее на что способен мой мозг.

Мгновение и тиски теневого захвата сжались, как удав сжимает кольца на тушке своей жертвы, выдавливая из той воздух вместе с жизнью. Вены уже вздулись, губы начали синеть, а глаза смотрят на мужчину, чье лицо скрыто капюшоном.

– Сдохни. – Безэмоциональный голос прямо возле уха, а после вспышка боли в районе шейного позвонка. Чувствую, как тело обмякло, опора от тех щупалец пропала и сейчас встречусь с землей.

Моментально приготовившись к удару, крепко жмурю глаза, но ничего не происходит. Наоборот, теперь ощущаю тепло от чьих-то рук, крепко, но нежно, удерживающих меня под ребра. В нос ударил запах смерти и могильного холода, но они не отталкивали, а наоборот завлекали меня в свои угодья, словно зверька в ловушку. Чувство было, что наконец-то под защитой родного и любимого, способного защитить от любой опасности. Хоть шея и жутко болела, но смогла повернуть ее ровно, а затем поднять голову и встретиться со своим спасителем взглядом. Открыв глаза, едва не упала снова, ведь на меня смотрел тот самый Прыгун, убивший того наркомана-мародёра.

Внутри было пусто, словно там образовалась черная дыра, затянувшая в себя все эмоции, мысли, слова. Он тоже молчал, но не была уверена, умеет ли он говорить вообще. Тень под капюшоном все также скрывала его лицо, но не глаза, они горят желтым, пылают, словно огонь, прожигая во мне дыру. Не знаю, как на это реагировать: бояться или же трепетать. Руки Прыгуна переместились на талию, приятно царапая когтями сквозь одежду, хватка усилилась, но боли не причиняла. Удивительно, что он разумен и не набросился на меня, подобно его сородичам.

Притянув свою напуганную добычу, он вдохнул полной грудью, задевая ею мою, приятно щекоча, вызывая легкие мурашки. Резко почувствовала его силу, многократно превышающую мою, власть и мощь, в его лапах мое тело всего лишь маленькая игрушка. Кот, играющий с мышкой. И от этого осознания появляется приятное чувство, разливающееся между ног.

Дыхание сбилось, кровь прилила к щекам, а глаза прилипли к полу, словно посмотри в его горящие очи и весь мир содрогнется, случиться что-то ужасное. Моя реакция его завела, ведь почувствовала, как что-то упирается мне в бедро, становясь все крепче и больше. Дрожащие ладони опустились на его широкую грудь, в жалких попытках оттолкнуть своего спасителя, от которого у меня, почему-то, намокло нижнее белье. Даже сквозь одежду можно было оценить его довольно слаженное и спортивное тело, хоть и подвергшееся изменениям; сильные руки, в который бурлила мощь, едва ли не ходили ходуном от перенапряжения, ведь даже невооруженным взглядом стало заметно, как он сдерживает свою сущность, чтобы не навредить мне. По крайней мере, мне так казалось.

У нас обоих дыхание сбилось от столь близкого контакта. Его голова немного наклоняется ко мне и теперь горячее дыхание опаляет мои губы, вызывая в них покалывания. Дрожащие ресницы и смущенный взгляд моментально впились в его, а после опустились на то место, где под тенью должны быть скулы. Меня охватило желание провести по ним пальцем, очертить эти линии, а после запечатлеть там поцелуй, блуждающий по всему его лицу и не только… Под влиянием своих желаний, не заметила, как прикусила нижнюю губу. Его грудь под моими ладонями завибрировала, приятно щекоча кожу, а в уши ударил звук тихого рычания. Внизу живота начала собираться сладкая истома, медленно стягивающаяся в узел, грозясь накрыть меня чем-то неизвестным, но таким желанным.

Когда его рука потянулась к моему лицу, меня охватила легкая паника, но не желала отступать, только не сейчас, ведь страстно хотела узнать, каковы его ласки на своей коже. Касание было едва уловимым, словно Прыгун боялся чего-то и действовал очень осторожно, но это только поначалу, ведь секундой позже мой спаситель осмелел и его довольно холодная рука накрыла мою щеку, а после слегка погладила ее большим пальцем. Коготь немного оцарапал кожу, но не до крови, лишь усилил во мне желание быть его, во всех смыслах. Сердце стучало, как бешеное, разгоняя адреналин и возбуждение по всему телу, да так сильно, что, казалось, стук можно услышать в Москве.

Потребность ощутить Прыгуна в себе стала невыносимой, ведь такой уровень сексуального неудовлетворения даже мог переплюнуть все ступени боли во время родов. Соски под мягкой кофтой встали и теперь соблазнительно торчали из-под материала, ведь лифчика на мне не было.

– К-как… – запнулась, так как не ожидала, что голос вернется ко мне, а также разговаривать с этим здоровяком было чертовски сложно. – Как тебя зовут? – одними губами прошептала, действительно желая узнать его имя, стать немного ближе к нему.

В ответ тишина, но это понятно, скорее всего его голосовые связки были изменены и теперь он может лишь рычать и издавать звуки, свойственные Прыгунам. Обхватив посильнее мое лицо, он слегка приблизился, но намерения его были для меня сокрыты плотной ширмой, сродни тени, падающей на его лицо.

«Каков он на вкус?» – моментально задалась вопросом, не одергивая себя, как обычно. Но обдумывать этот странный феномен совсем не хотелось, есть дела поважнее.

Руки безумно хотели провести по его телу, а также исследовать его пальцами, губами, языком. Уже чувствую его горячее дыхание, обдувающее мое лицо, так приятно манящее. В голове молила его о смелости, о том, чтобы он таки решился сделать первый шаг, а после нас уже не остановить – в этом уверена. Словно услышав это, он поддался порыву и накрыл мои губы своими в жадном, холодном поцелуе, ведь даже они были одинаковой температуры с его руками. Готова поклясться – это лучшее ощущение, которое испытывала за все двадцать лет. Внутри все трепетало так, что казалось могу взлететь, как бабочка, и удерживал меня здесь этот Прыгун, так отличающийся от других, вызывающий эту бурю эмоций во мне.

Смакуя вкус, мы не спешили углублять поцелуй, словно знакомили наши губы в этом неспешном танце, похожем на вальс, медленно перетекающим в бешеное танго, ведь этого было мало, мы оба нуждались в большем и поэтому теперь его рот беспощадно атаковал мой, а сама со сладким чувством подчинения, позволила ему это, даже не подозревая, что эта страсть то, что мне было так необходимо. Клыки царапали, доставляя слабые импульсы боли прямиком в эпицентр моего желания – к клитору, что увеличился и был настолько влажным, что будь без одежды, то мои соки уже бы стекали по ногам.

Когда воздух закончился, мы наконец-то оторвались друг от друга, жадно глотая кислород, кормя изголодавшиеся легкие. Его глаза запылали еще ярче, отражая его дикое, первобытное желание, так схожее с моим, как две капли воды.

Мои веки были закрыты под действием чистейшего наслаждения, а память вновь и вновь прокручивала последнюю минуту, стараясь отпечатать воспоминания навсегда.

– Уиллоу. – Едва различимое слово прогрохотало вперемешку с рычанием, до боли знакомым рычанием. Не веря своим ушам, в мгновение распахнула глаза, желая увидеть Прыгуна, произнесшего мое имя.

Взгляд был мутным, но проморгавшись, картинка стала более менее четкой. Вместо Джампера, перед моими глазами был потолок и люстра.

«Чего блять?» – моему замешательству не было предела. Я же буквально пару секунд назад целовала того…

– Матерь Божья! – прикрыв рот ладонью, осознала, что только что случилось. – Я рехнулась! Точно, сошла с ума. Да, именно так. Кто в здравом уме будет во сне сосаться с Зараженным, с Прыгуном! Да еще и это ощущение… точно течная сука в период спаривания.

Сев на задницу, опустила голову на согнутые колени, пытаясь прийти в себя и окончательно принять этот до одури странный сон. Почувствовав что-то неладное со своими пижамными штанами в красный горошек, откинула одеяло в сторону и осмотрела область подозрительных ощущений.

– Бл-я-я-ть! Не одно, так другое! – шепча проклятия, мой взгляд застыл на довольно обширном прозрачном пятне между ног. Мои догадки подкреплялись еще и приятным покалыванием половых органов.

Признавать тот факт, что намокла не только во сне, было сложно, но сложнее – преодолеть желание достичь долгожданного оргазма. Во мне словно боролись ангел и бес. Первый твердил, это неправильно, аморально и мне стоит побороть это греховное желание, а второй в свою очередь уже рисовал картинки, как мои пальцы погружаются в жаждущую киску, растягивая ее, задевая точку G, доводя меня до оргазма, от которого у меня будут трястись ноги и закатятся глаза. Щеки тут же вспыхнули жаром, схожим на тот, который в самом пекле костра, а клитор жалобно затрепетал, едва не отдавая болью.

Откинувшись на спину, закрыла глаза рукой, согнув ту в локте.

Выбор стоял неимоверно сложный, считай невозможный. Но заведенное тело уже трудно остановить и поэтому отправила правую руку в путешествие по моему телу, медленно двигающуюся от груди к резинке штанов. По телу пробежалась толпа мурашек, а пальцы немного задрожали. На языке уже чувствовался этот греховный вкус, стекающий по глотке в приторном сиропе, словно те соки, что сочатся из моего полового органа.

В голове появились размытые образы, как чья-то когтистая рука, такая же, как во сне, заменяет мою и двигается к эпицентру пожара, полыхающего внизу. Казалось, воздух в комнате стал невыносимо горячим, сухим и колючим, но при этом он необходим и приходится делать жадные, большие глотки.

С губ сорвался тихий стон, сдавленный и девственный, пока не раскрывающий всю прелесть ощущений, что ждут меня, если не отступлю. Наконец, пальцы коснулись резинки пижамных штанов, а после наглым образом пробрались под них, щекоча кожу прохладой и предвкушением от нарастающего удовольствия. Еще одной преградой на моем пути стало нижнее белье, поэтому быстро стянула одежду и осталась нагой ниже пояса. Осталось чуть-чуть и смогу отвлечься от тех ужасов, творящихся за окном этой брошенной квартиры. Где-то на границах разума промелькнула мысль, которая привела бы меня в бешенство, будь в иной ситуации, ведь сейчас она вызвала лишь сожаление. Действительно позволила себе всего на секунду пожалеть о том, что того Прыгуна сейчас нет рядом, но этого хватило, чтобы моя фантазия восполнила эту странную утрату. Гладкая кожа выбритого лобка казалась бархатной под подушечками пальцев, а импульсы от касаний били в самое яблочко – возбужденный и желающий ласки и внимания клитор. Мне безумно сильно хотелось вновь ощутить сильную грудь под ладонями и тот твердую эрекцию, упирающийся в мое бедро.

«Я бы нашла применение тому агрегату… И не один раз». – Верно бредила, раз мечтала ощутить, как половой орган монстра, моего Паркурщика, заполняет меня до краев, вознося до небес кайфа.

Глаза были неплотно закрыты и то и дело подрагивали, а перед ними уже выстроился образ парня в сером худи и спортивных штанах, руки которого умело касались меня в самых заведенных частях тела. Слегка оттопырив средний палец, сделала круговое движение вокруг комочка нервов и задохнулась от приятных, безумных ощущений; колени тут же подогнулись и немного сжались, также как и пальцы ног. Мне давно не было так приятно физически, поэтому ощущала себя оголенным проводом. Осмелев, закружила на моем чувствительном бутоне чуть дольше, смакуя это удовольствие, словно записывала его на диск, дабы запомнить на всю жизнь. К среднему пальцу добавился и безымянный и теперь могла нормально поиграть со своим телом. Из-за обилия природной смазки они скользили, как по маслу, еще больше увлажняя набухшие губки и зону бикини. Наслаждение разливалось по телу подобно жидкому металлу, принося с собой непрекращающееся покалывание абсолютно везде, а в мозге начинали взрываться салюты. Желание кончить нарастало с каждой секундой, каждым движением по клитору, судорожным сжиманием ног и закусыванием губы. Контроль над звуками, которые непроизвольно издаю, был полностью утерян с оглушающим грохотом порванных цепей и теперь комната наполнилась вздохами и тихими полустонами, еще немного и к ним добавится хлюпающий звук мокрого полового органа. Чтобы хоть как-то держать ситуацию под контролем, глушила звуки кусая руку, оставляя на той ровный след от зубов и покраснения.

Уже чувствовала, нет, ощущала чуть ли не физически, как желанный экстаз порхает вокруг меня, дразнит, манит и со слабыми всхлипами ускорилась, сильнее нажимая на комочек, увеличившийся в размере из-за притока крови. Еще чуть и оттуда полетят искры, так отчаянно желала войти в мир эйфории.

– Мвх… м-м-м! Ах! А-а-амх! – оргазм сотряс меня подобно взрыву ядерной бомбы.

Спина выгнулась дугой, два раза похрустев, голова едва не стала одним целым с подушкой, учитывая с какой силой она туда вдавливается, а ноги не хило так затрясло, попутно сводя судорогами. Перед глазами была лишь белая пустота, в ушах звон, а по телу разливалась слабость и удовлетворение. Мышцы киски все еще сокращались, позволяя насладиться ощущениями вдоволь, а после сошли на нет.

Не смогла бы и пошевелиться, если на улице развернется Ад, ведь на это у меня попросту нет сил, казалось, что и меня тоже нет. Меня уничтожила та буря, превратившаяся в покалывающий осадок где-то внизу живота. Рука все еще находилась на чувствительном бутоне, откликающемуся на любое касание, заставляя меня сжать ноги, закрыть уязвимое место.

Вдохнула воздух и с грустью отметила, что там нет желанного мне аромата, такого холодного и смертельного.

– Господи, откуда знаю, как пахнет Прыгун? Глупая дура… – борясь с желанием записать идею «Понюхать Паркурщика» в свой мысленный блокнотик, не заметила, как влагалище вновь запульсировало, видимо от мысли о Зараженном. Ну сейчас-то должна взять себя в руки, да?

Ответом на внутренний вопрос стало движение руки, которое доставило волну удовольствия телу, но не рассудку. Но в этот раз мне хотелось большего, поэтому пальцы проскользили чуть дальше клитора и потерли входик, а после средний палец начал погружаться в меня, растягивая нежные и влажные стеночки, задевая нервные окончания и заставляя меня едва ли не молиться непонятно кому.