сообщить о нарушении
Текущая страница: 32 (всего у книги 93 страниц)
— Замечательно, я всегда ждала этот комплимент. Когда-нибудь я встречу мужчину, который будет любить меня просто за то, что я есть, а не за то, что вставляю свои мозги всюду, куда не требуется, — она поставила стакан на стеклянный журнальный столик с характерным стуком и поджала губы.
— Твои мозги при тебе, Грейнджер, и ты их суешь постоянно куда не надо, просто теперь ты научилась прятать это за своим новым образом.
Она удивленно посмотрела на Малфоя, который развалился в ее кресле, положа ногу на ногу.
— Ну-ка, просвети меня, старец, в свои мудрые мысли, — она повторила его позу.
Он тяжело вздохнул.
— Ты немного потеряла контроль над психикой, а не выкинула из головы ту тонну знаний, которую впитывала в себя, как губка, в школе. Твой образ в Хогвартсе, а точнее твоя манера одеваться в скучную мешковатую одежду, завязывать лохматые волосы в неряшливый хвост, ходить, сгорбившись над учебниками, а также желание быть лучше всех — отталкивало парней. Они просто боялись связываться именно с твоей башкой и колким языком. А сейчас, — он нацепил хищную ухмылку на свое бледное лицо, — кожаные куртки и обтягивающие джинсы, ухоженные волосы, макияж и, главное, искренняя уверенность в том, что ты любишь делать, — он кинул взгляд на стоящие у стены гитары и музыкальный центр, — стали притягивать к тебе противоположный пол магнитом.
Она слушала его, открыв рот.
— Что-то не очень похоже на правду, — Гермиона попыталась запротестовать.
— Ты думаешь, Тео большой поклонник магловского рока? — он изогнул бровь.
Грейнджер молчала и ждала продолжения монолога. Малфоя прорвало на "поболтать", и ей интересно было его мнение, даже если и нецензурное.
— Да ты чертов секс, Грейнджер!
Что?!
— Что ты…
— Подумай сама, я не беру в расчет недалекого Уизела, ему все равно как ты выглядела. Списать у тебя домашку — вот его главные привилегии, — парень отхлебнул напиток из стакана. — Ваша возможная помолвка была очевидной даже слепому, потому что это было удобно. Но это не входило в твои планы, и ты, мотнув своей кудрявой шевелюрой, ускакала с Крамом колесить по миру. Болгарин влюблен в тебя еще с нашего четвертого курса, и он просто поставил галочку, когда ты повстречалась с ним недолго.
Гермиона громко сглотнула и стала щелкать суставами пальцев.
— Затем ты возвращаешься из Америки и, несмотря на свои психотравмы, умудряешься охмурить сразу трех слизеринцев!
— Я никого не охмуряла! — замотала головой девушка, а затем зачесала пальцами длинную светлую челку к затылку.
— В этом и прикол, – Малфой наклонил голову вбок. — Ты можешь притворяться дурочкой, но ты всегда себе верна и всегда с мельчайшей долей расчета выверяешь слова. Если ты хочешь оскорбить, ты сделаешь это. Если промолчишь, то уйдешь, не сказав ни слова. — Драко стал загибать пальцы левой руки, на безымянном пальце которой был надет обручальный перстень. — Итак, сначала появился Блейз, который завалился ко мне домой и с печалью сообщил, что одна девушка с симпатичной мордашкой врезала ему пощечину. С тоской он размышлял, как постарается хотя бы дружить с тобой и потом рвал на себе волосы, когда поцеловал тебя, а ты не ответила.
Гермиона нервно улыбнулась, вспоминания, как и сама переживала, что тот поцелуй испортит их с Забини возможную в дальнейшем дружбу.
— Потом Тео, который, скажу тебе по секрету, вообще не замечал тебя в школе от слова совсем. Он достаточно умен и прекрасно понимает, кто ты такая. И музыка — всего лишь предлог. Он не скот и не обольститель, в отличие от Блейза или даже меня, — Драко тихо прокашлялся. — Ты ему искренне понравилась. Своей уверенностью. Гриффиндорцы всегда отличались прямолинейностью, и удар в спину не их конек. Но наличие мозгов в твоей голове делает из тебя настоящую манипуляторшу, а слизеринцев такие притягивают.
— Я не имею привычку крутить людьми, — она потянулась за очередным стаканом.
— Не надо ее иметь, она просто в тебе есть. Я, Грейнджер, да будет тебе известно, содрогался бы раньше от одной мысли, что в мире есть хотя бы малейшая вероятность стать твоим мужем. Признаю, мои мужские инстинкты взяли верх пару раз, когда я распускал руки с тобой. Однако тогда, когда ты решила, что можешь мной командовать и приказала! — он поднял указательный палец вверх и повысил голос. — Повторю, приказала делать тебе массаж, я опешил. Но, дракл возьми, в конечном итоге все-таки сделал его тебе! И даже не придушил тебя перед этим, когда обнаружил спрятавшейся в своем шкафу!
Гермиона глупо хихикнула, сделав большой глоток.
— Тот факт, что ты — совокупность женственности и ума — доказательство того, что я тебе поддался.
— И что же, все те, с кем ты спал, были с мозгами? — она язвительно хмыкнула, прямо глядя на серьезного Драко. Этот разговор был необычен и ставил ее в неловкое положение, хотя безумно интриговал.
— Хах, — он улыбнулся своей самой хитрой улыбкой. — Я их трахал. — Он сделал акцент на себе. — А тут ты меня трахнула.
— Малфой, прекрати! — она закрыла лицо ладонями, стараясь выкинуть из головы воспоминания той ночи. — Отключи свои мозги, ты слишком много надумываешь! Мы переспали, и все это было обоюдно. Никто никого не насиловал!
— Фу, Грейнджер, насиловал Сивый маглорожденных пленниц Темного Лорда. А ты меня трахнула. Это разные вещи.
Упоминание о мерзком оборотне и представление, что он делал с невинными волшебницами, заставило кровь покинуть ее лицо, и Гермиона побледнела.
— Грейнджер?! — Малфой нахмурил брови и пересел к ней ближе с кресла на диван. Она молча смотрела на него, чувствуя рядом его бедро.
— Сколько дерьма ты видел?! — ее голос был тихим.
— Ты пока не готова это услышать. Но Темный Лорд обещал отдать мать Сивому, если я не приму метку.
Кровь, кажется, застыла в ее венах от услышанного. Она потерла вспотевшие ладошки о подтянутые к себе колени.
— Это просто…
— Этому факту нет точного определения. Я знаю, что это был шантаж чистой воды. Но мой отец был готов на все, лишь бы выслужиться перед этим плоскомордым ублюдком.
— И ты, зная все это дерьмо, вот так просто в одном предложении совместил меня и мои чистые эмоции с похотливым извращенцем-оборотнем? — она повернула к нему голову и слегка улыбнулась, качая головой. — Я была удивлена, что ты продержался так долго. Потому что учитывая то, как ты делаешь комплименты, можно было бы предположить, что ты девственник, а я была у тебя первая и наглым образом заставила тебя снять штаны.
Он хмыкнул, откидываясь на спинку кресла.
— Мне не приходилось делать комплименты для этого. Передо мной задирали юбку без слов и прелюдий. У каждой из них были свои цели, в основном это было только из-за фамилии и счета в Гринготтсе. А я этим пользовался.
Повисло молчание.
— Я сейчас сам ахренею от того, что скажу, но твои стоны были первыми, являющимися признаком того, что тебе было со мной правда хорошо. А не просто потому, что надо было заполнить тишину, пока тебя трахает наследник миллионного состояния.
Гермиона уставилась в одну точку, переваривая то, что сейчас услышала. Тот факт, что Малфой мог трахнуть любую девушку, которую только захочет, ее не удивил. Он был объективно красивым.
Но она не думала, что за обычными порывами похоти может скрываться политика чистокровных семей. Родители подкладывали дочерей под смазливого избалованного сопляка, лишь бы получить больше власти в магическом обществе.
В то же время, ни Рон, ни Виктор ни разу не говорили ей о том, насколько им нравилось с ней в постели. Она часто слышала от Рона похвалу умений Лаванды в Хогвартсе, а Виктор просто молчал о своих прошлых отношениях и ничего не говорил о ней самой.
Язвительная манера Малфоя дала ей понять, что для него это был не просто секс. Да кто же ты такой, Драко чертов Малфой?!
Она встала на ноги и прочистила пересохшее горло.
— Мы едем на экскурсию или как?
Драко поднял на нее глаза и ухмыльнулся.
— Готов поспорить, ты будешь перебивать экскурсовода и исправлять неточности.
— Я настолько зануда? — она сложила руки на груди и увидела его кивок. — Хорошо, тогда я буду сидеть в наушниках с любимой музыкой на полную громкость, чтобы не слышать твой позорный храп. Ты ведь ненавидишь магловскую историю города!
— Все будет намного веселей, если мы кое-что с собой возьмем, — он встал на ноги и подмигнул ей, незаметно схватив бутылку виски.
Через двадцать минут они шли по центру города. Несмотря на то, что было уже одиннадцать вечера, жизнь на улице кипела. Толпы туристов шныряли с рюкзаками наперевес, объясняясь друг с другом на иностранных языках, и Гермиона приятно удивилась, когда какой-то француз спросил у Драко дорогу, а тот вежливо на чистом французском ответил.
— Я учил французский с четырех лет, не надо так глупо улыбаться, — он повесил на лицо маску показного равнодушия. Перед уходом Драко вызвал Тинки и поручил забрать Ника в Менор, чтобы тот не разнес квартиру, которую только что привели в божеский вид. Так что пара молодых людей могли свободно гулять и не следить за тем, чтобы пес не потерялся.
— Мы словно молодые родители, которые сбагрили ребенка на попечение няньки, а сами ушли развлекаться, — хохотнула Гермиона. Ее чуть шатало.
Малфой промолчал, думая, что не станет развивать тему, которая может стать катализатором плохого настроения его спутницы.
— Интересно, почему Адамс не забрал своего пса? — спросила Гермиона, спотыкаясь на ровном месте. Малфой нахмурился, хватая ее под локоть.
— Я думаю, что он знал заранее, что уедет, и решил просто сбагрить лишний геморрой на двух больных и зависимых от успокоительного пациентов.
Девушка улыбнулась, но улыбка спала с ее лица через пару мгновений.
— Ты до сих пор на зельях?
— Да, — последовал короткий ответ.
— От чего ты их принимаешь? — тихо спросила девушка, но быстро опомнилась и замахала руками. — Хотя не отвечай, я, кажется, и сама могу догадаться.
Она вспомнила лишь его короткий намек на то, что творилось в Меноре, когда там был Темный Лорд, и содрогнулась.
— Вон там собирают группы на автобусы, — перевел тему парень и указал на стоянку двухэтажных красных автобусов. Толпа туристов толпилась у девушки в ярком красном пуховике, продававшей билеты.
— Молодые люди, желаете экскурсию? — она обратилась к подошедшим Гермионе и Драко.
— Конечно, мисс, — учтиво кивнул Малфой. — Нам на второй этаж.
— Там довольно-таки холодно зимой, — начала отговаривать экскурсовод, но увидев холодный взгляд блондина, продолжила: — Но если это не проблема, я могу предложить вам пледы! Думаю, ваша сестра уже и так замерзла.
Гермиона забыла перчатки и растирала руки друг о друга, стараясь отогреть. Когда услышала, кем ее обозначила девушка, то подняла глаза на своего бывшего однокурсника.
— Это моя жена, — спокойно произнес Драко и уловил нотку грусти молодой экскурсоводши в ее мимике. Он взял протянутые ею билеты и, схватив Гермиону за руку, поднялся на второй этаж.
Когда они уселись, девушка потеплее закуталась в плед.
— Не надо на каждом углу кричать, что мы женаты, это никому не интересно, — поджав губы, пробурчала Гермиона.
— В ее планах было узнать, кто ты мне, поэтому я уточнил, — холодно ответил Малфой, ерзая на холодном сиденье. — И вообще, наложи согревающие чары, ты ведьма или кто?
Девушка открыла и закрыла обратно рот, все же выполняя просьбу. Тепло разлилось по их телам.
— С чего ты взял, что она хотела это узнать?
Малфой отвернулся и тут же получил ладошкой по плечу.
— Грейнджер, блять, ты мне жена, фиктивная или нет, плевать! Меня с пеленок готовили к тому, что у меня не будет выбора! Так и сейчас это произошло! Готовься к тому, что наедине я могу язвить и издеваться, оскорблять и унижать, все, как ты любишь! Но если ты думаешь своей преумной головой, что я позволю кому-либо, да даже тем же маглам думать, что это все неправда, и ты мне не принадлежишь, то мой покойный дед перевернется в гробу! Хотя, я думаю, он и так уже там завертелся, когда узнал, кого в жены мне подсунула родовая магия.
Он выдохся, делая глубокий вдох после долгой тирады.
— Мне, конечно, очень приятно, что ты не собираешься макать мою голову в унитаз при всех, — она понизила голос. — Хотя я тебе этого не позволю ни при каких условиях в принципе!
Она закусила в злости губу.
— И все же, на вопрос ты не ответил!
Он вздохнул.
— Твою мать, Грейнджер, быстро ты вжилась в роль жены и стала тут же ебать мне мозг, прям буквально за секунду!
В этот же момент раздался голос экскурсовода, объявляющий туристам о том, что их автобус отправляется по выбранному ими маршруту уже через минуту. На втором этаже было немного смельчаков, готовых морозиться ради красивого вида на ночную столицу Англии.
Когда автобус тронулся с места, Драко напрягся и схватился за спинку впереди стоящего сиденья, на что Гермиона лишь закатила глаза.
— Я надеюсь, водитель этой машины водит лучше тебя, иначе мы точно завалимся на бок, — бурчал парень.
— Сначала научись водить сам и сдай на права, а потом уже язви.
— На обиженных воду возят, Грейнджер.
— Магловские фразочки? Ты окончательно испорчен.
Они ехали мимо Биг-Бена и слушали скучную историю с голыми фактами. Завертев головой, Малфой нагнулся к Гермионе.
— Интересно, уже храпеть?
Девушка улыбнулась, смотря на его хитрое выражение лица.
— Согласна, еще и холодно, не спасают ни плед, ни чары.
Парень окинул ее оценивающим взглядом и залез к себе во внутренний карман пальто, вытащив бутылку колы. Девушка прищурилась и хитро ткнула в нее пальцем.
— Малфой, это то, о чем я думаю?
Он открутил крышку, послышался звук лопающихся пузырьков газированного напитка. Отхлебнув, Драко поморщился и протянул ей бутылку. Сделав большой глоток, Гермиона скривилась, приложив тыльную сторону ладони ко рту.
— Тут виски больше, чем колы!
— Эту экскурсию спасет только такая пропорция! — тихо ответил ей Малфой и забрал бутылку обратно.
Девушка достала плеер с наушниками из кармана своей куртки.
— Думаю, надо добавить еще музыку, — она вставила один наушник себе в ухо, а второй протянула "мужу-по-неволе". Он с сомнением взялся за провод.
— Твоя музыка такая же интересная, как и история магловского Лондона.
— Не хочешь, не надо, — пожала плечами девушка и протянула руку, пытаясь забрать гарнитуру.
— Давай сюда! Думаю, огневиски спасет мои уши от этого кошмара, — пробормотал Драко, вставляя наушник себе в ухо.
Гермиона взяла бутылку и сделала несколько больших глотков алкоголя.
— Быть твоей женой намного легче, когда наступает алкогольное опьянение.
Клацая по экрану плеера, она листала список песен.
— Выбери любую, — она протянула ему плеер. Он ткнул пальцем на первую попавшуюся глазу песню.
Заиграла мелодия с коротким вступлением гитарного перебора и мужской голос запел:
"Никто не знает, каково это,Быть плохим человеком,Быть печальным человекомЗа голубыми глазами.Никто не знает,Каково это, когда тебя ненавидят,Когда тебе суждено говорить только ложь."
Автобус проезжал по главным улицам Лондона, приводя туристов в восторг своей красотой и многовековой историей. Город был готов праздновать Рождество, поэтому весь светился ярче обычного.
Гермиона кидала короткие взгляды на Малфоя, который смотрел пустым взглядом куда-то вдаль. Ей казалось, что текст песни будто написан о том человеке, который сейчас отпивал огневиски из бутылки и хмурился. Интересно, он вообще вникал в смысл песни? Начался припев и девушка стала тихонько подпевать приятному голоса солиста:
"Но мои мечты не настолько пусты,Как моя совесть.Я постоянно одинок.Моя любовь – месть,Не знающая покоя.Никто не знает, каково это,Испытывать чувства,Которые испытываю я.И в этом я виню тебя!Никто не прилагает столько усилий, чтобыСдерживать собственную злость.Зато ни моя боль, ни страданияНе показываются наружу."
Гермиона снова сделала несколько больших глотков алкоголя, разбавленного колой и, почувствовала, как Малфой напрягся. Что пришлось пережить этому парню, живя с деспотичным, помешанным на чистоте крови и аристократичных замашках отцом? Что помимо трусости и страха побудило его принять метку? Почему он согласился пойти на убийство Дамблдора? И почему все-таки не убил?
"Но мои мечты не настолько пусты,Как моя совесть.Я постоянно одинок.Моя любовь – месть,Не знающая покоя.Расшифруй, что значит 'l.i.m.p.', произнеси это ,Никто не знает, каково это,Когда с тобой плохо обращаются, когда ты терпишь поражение.За голубыми глазами.Никто не знает, как сказать,Что он сожалеет. Не волнуйтесь,Я не лгу".Песня закончилась и сменилась другой о веселом лете на одном из пляжей Лос-Анджелеса. Алкоголь начал действовать, и Гермиона немного согрелась, однако молчание затянулось, а песни играли в разбросанном порядке.
Малфой сидел, также отстраненно глядя вдаль.
— Все школьные годы я врал, — он резко заговорил, и девушка вытащила наушник, пытаясь услышать его голос, приглушенный шумом улицы и голосом экскурсовода.
