Текст книги "Наследник Даларана в Элден Ринг (СИ)"

Автор книги: Дракмир

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 28 страниц)

Глава двадцать восьмая. Рождение легенды

Дракон отдыхает на маленьком острове, телом заняв его почти полностью. Это скорее скала, торчащая из воды и покрытая мхом, чем остров. Хвост твари почти касается воды, голова скрыта под крылом. Дракон спит, напоминая дышащий черный холм с хребтом из рогов на спине.

Генрих готов за одной баллистой, Альрик за другой. Команда тоже готова.

Я приказываю:

– Разбудите его.

Капитан Элгард сглотнул, а потом вышел на нос корабля, сложил руки рупором, вдохнул в грудь воздуха побольше и заорал изо всех сил хриплым голосом на все озеро:

– Эге-гей! Ты, тварь с крыльями! Просыпайся, ублюдок! Мы пришли за тобой! Открой глазки, сын шлюхи и краба!

Капитан хочет крикнуть еще что-то, войдя в раж, но недовольный рев прерывает его. Кажется, отвлечение дракона от сытого сна ему не нравится.

Драконья голова показывается из-за крыла, недовольный рык вырвался из пасти вместе с искрами, слепяще яркими на фоне черной морды. Красные глаза уставились на нас.

Тварь напружинилась, словно огромный кот перед прыжком, резкий толчок, хлопок крыльев бросает исполинское тело в воздух.

Потревожить дракона оказалось слишком просто. А вот привыкнуть к его скорости вблизи уже нет. Провалиться мне сквозь землю, это оказалось сложнее, чем я думал!

Все началось очень быстро. Рев дракона оглушает, хлопки черных крыльев над головой внушают страх. Задние когти дракона походя цепляют мачту, заставив корабль дрогнуть всем корпусом.

– Генрих! – кричу я, колдуя и держась за перила корабля. – Давай!

Мои «Ледяные стрелы» вонзаются в открытый живот дракона, заставляя его недовольно взреветь и обратить на меня голову. Ярость в глазах черной твари ощутима, зверь в полном бешенстве!

Он остановился напротив носа корабля, хлопая крыльями. Это плохо, он не в зоне обстрела баллисты!

Дракон распахнул пасть, готовясь выдохнуть пламя на корабль… Но тут громко засмеялся капитан Элгард! Мужчина, не уступая в безумии дракону, вскакивает прямо напротив пасти с арбалетом в руках и стреляет, почти не целясь!

Навыки воина со Второй Руной не стоило недооценивать, болт вонзается прямо в левый глаз, оборвав выдох и заставляя дракона дрогнуть всем телом.

Рев жалобен от боли, но тварь не собирается бежать, смотрит на нас уцелевшим глазом. Он решил попробовать с другой стороны, летит прямо к левому борту!

– Генрих! – кричу я уже недовольно.

На этот раз баллиста гулко стреляет, вонзая гарпун прямо в грудь дракона! Генрих кричит довольно:

– Я попал! Получил, тварь!

Веревка тянется от гарпуна к кораблю, надо только якорь сбросить, и готово! Команда орет что-то невнятное от восторга и страха, а дракон изо всех сил бьет крыльями, ревя от боли, уже не думая о сражении. Мой выход.

«Тайный взрыв» собирает на сгибе крыла сверкающую фиолетовым аркану, чтобы резко сжаться и рвануть с огромной пробивной и разрывающей силой!

Дракон резко заваливается на раненный бок, рухнул в воду, бьется, рычит! Вздымаются большие волны, шатая корабль! Повело так, что приходится держаться изо всех сил. Три человека улетают за борт с криками, повезло, что не в сторону дракона.

– Якорь! – орет капитан так, что срывает горло. – Якорь бросайте, сукины дети!

Команда не справляется из-за качки, веревка свистит, разматываясь и грозя нам огромными проблемами, когда она закончится…

– Да вашу ж мать, – выругался я тихо.

Сейчас я совсем не напоминаю элегантного волшебника. Сижу на корточках, захватив одной рукой за перила корабля, мокрый от брызг и волн, волосы липнут к лицу, как водоросли. Но сердце колотится, как бешеное!

Щелчок пальцами свободной руки, на палубе резко образуется ритуальный круг призыва. Из трюма сюда телепортирует Стража Арканы, большого, мешающего команде в обычное время, но сейчас ставшего нашим лучшим шансом.

Элементалю плевать на качку, его нельзя лишить равновесия. Страж Арканы схватил якорь за одну сторону, царапнув когтями черное ржавое железо, швырнул за борт как раз в тот момент, когда веревка закончилась!

Полторы секунды застывшего дыхания в ожидании, дракон взревел, выплевывая пламя в воздух и хлопая целым крылом, вздымая белые от пены волны, что становятся розовыми от крови твари.

Рев обрывается рыком, когда якорь утягивает на дно, чуть ли не вырвав гарпун из груди. Я вижу, как все тело дракона уходит под воду, последним оставляя морду и кипящий ненавистью красный глаз, исчезающий в темных глубинах.

Волны становятся меньше, через целых три минуты напряженной тишины из воды вылетают эфирные золотые руны целым потоком, разделяясь на части и проникая в людей.

Я быстро подсчитал свою долю, обратив внимание на вихрь вокруг руны внутри.

(2468)

Неплохой улов. Кажется, мир посчитал мое участие ключевым, но и других не обидел. Один из членов команды озарился легким золотистым блеском, тут же радостно завопив:

– Я получил Руну! Я продвинулся, парни! Ха-ха-ха! Вот так дела!

Ближайший ко мне матрос цокнул языком:

– Гальт, всегда чертов везунчик. Поздравляю! Ублюдок.

Я встаю на ноги одним рывком, рукой зачесал мокрые волосы назад. Волшебная одежда быстро становится сухой сама по себе, но ощущаю запах воды с тиной, впитавшийся в кожу и волосы. Отвратительный запах. Надо будет принять горячую ванну по возвращению.

Альрик, не сделавший ничего, он стоял за баллистой на правом борту, не повезло выстрелить, подошел ко мне.

– Вот так приключение, мой лорд. Мы убили Дракона Агилара. Поверить не могу, что все было так просто…

Его болтовню прерывает капитан.

– Тихо все! У нас человек за бортом!

А, точно, те выпавшие… Повезло им, только о воду сильно ударились, сами вернулись на борт.

Элгард подошел ко мне и спросил:

– Что дальше, лорд Бальтазар? Попробуем выловить труп?

– Не нужно.

Я махнул рукой. Страж Арканы переваливается через перила, с плеском входя в воду, сразу стремясь на дно. Не Водный Элементаль, но Тайный тоже воды не боится и прекрасно плавает.

– Страж Арканы принесет Сердце Дракона и отрубит голову, как трофей. Как вернется, отплываем обратно. Мы победители, парни! Поздравляю, как обещал, все вы удостоены чести зваться командой Убийцы Дракона! Особенно вы, капитан. Отличный выстрел.

Элгард крутит пальцами отросток бороды, улыбается, в глазах сытый зверь под именем честолюбие. Моя тактика выиграла этот бой, но нельзя отрицать его участие в нужный момент.

Я был готов защитить корабль, втолкнув дракону в глотку мгновенный «Огненный взрыв», чтобы прервать выдох огня, но капитан этого не знал и сработал как настоящий храбрец. Один промах и он первым бы искупался в пламени дракона. Настоящий герой.

Воины Междуземья придают огромное значение славе и доблести, я не забывал об этом.

– Я прикажу глашатаям объявить о нашей победе и вашем вкладе на весь город. Готовьтесь стать знаменитостью.

– Ваше благородство не знает границ, лорд Бальтазар, – вроде как даже от чистого сердца отзывается капитан.

Кажется, он вполне ожидал обмана и присвоения заслуг мной. Я пожал плечами.

– Если награда не находит героя, кто будет совершать подвиги?

Элгард засмеялся.

– Ваши бы слова, да другим дворянам в уши!

В отличном настроении он пошел осматривать повреждения корабля, шутя с командой и распиная руганью ленивых, поднимая задорный шум на всю палубу. Я же отходил после заварушки с драконом тихо, смотря на черную воду, такую глубокую, словно дна нет.

Фиолетовое свечение точкой приближается, становясь больше. Страж Арканы вернулся.

В одной руке красное сердце, окруженное чешуей, а в другой зажат рог. Отрезанная голова чудовища тянет Стража на дно, заставляя тратить много энергии.

– Эй там! Бросайте веревки, помогите вытащить голову!

Когда башка дракона оказывается на палубе, занимая половину пространства от носа до мачты, все осознают, насколько он был огромный.

– Чтоб мне ложку алой гнили сожрать, – ахнул капитан Элгард. – Ну и громадина. Я могу ему в пасть зайти, не пригибаясь! Без вашей уловки мы бы эту тварь никогда бы не убили.

– Но мы победили. Есть повод гордиться.

– А я и горжусь. Еще внукам мозоли на ушах наболтаю, как мы эту тварь завалили!

– Ладно, насмотритесь еще. Верни нас домой, Элгард. Мне нужна ванна и бокал красного после всего этого.

Сказал и сам удивился. Неужели Марцио смог привить мне вкус к вину? Впрочем, иногда можно себя побаловать.

– Так точно, лорд Бальтазар! Не стойте столбами, парни, разворачивай корабль!

Не стоит говорить, что вернулись мы с таким триумфом, что порт оказался переполнен. Увидев башку дракона на палубе, люди разнесли весть по всему Агилару. Дракон, терроризирующий город столько лет, повержен! Желая убедиться лично, горожане толпились так, что яблоку негде упасть.

С корабля, глядя на суматоху, я машу людям внизу, вызывая крики восторга. С усмешкой говорю капитану Элгарду:

– Кажется, глашатаи не нужны.

Тот как речи лишился, стоит столбом, впитывает любовь толпы, нервно теребя пальцами пуговицы на сером мундире. И где тот храбрец, кинувшийся в пасть дракону? Ха-ха.

Я выхожу на пирс первым, люди расступаются с благоговением на лицах. Молодые и старые, мужчины и женщины всех возрастов, статуса и богатства. Сегодня победа сплотила всех и дала смешаться.

Марцио Вадельди встретил меня, по-дружески вцепившись в плечи и оглядывая на раны.

– Я цел, мой друг.

– Прекрасно, – прошептал он мне. – Людям нужна речь, лорд Бальтазар.

– Конечно.

– Я все подготовил. Сюда.

Через полминуты я всхожу на помост, где обычно разделывают крупную рыбу и гигантских крабов, теперь став видим всем в округе.

Сотни людей с золотыми глазами смотрят на меня. Рыбаки в льняных рубахах, моряки, солидные мужчины в опрятной одежде, женщины в платьях до пят, нервно шепчущиеся с подругами…

Торговцы, уже подсчитывающие про себя будущую прибыль открытых путей, знать с охраной, носящей гербы и золото так, словно с ними родились. Все они сейчас смотрят только на одного человека.

– Люди Агилара! – крикнул я громко, патетично взмахнув рукой. – Благодаря героям корабля «Тихий Змей», капитану Элгарду и скромной помощи вашего доблестного лорда Бальтазара, мы одержали победу над бедствием с небес! Дракон повержен! Город свободен от гнета черных крыльев!

Я узнал в первых рядах Орфея в серебряных доспехах, вижу в толпе рыцарей семьи Вадельди, угадывая в этом подготовку от Марцио и понимая, что им нужно. Искра, что разожжет пожар.

Это я могу. Вскинул кулак и кричу громче, властнее:

– Дышите свободой и больше никогда не бойтесь неба! За Агилар!

Подготовленные Марцио люди подхватили, а за ними и толпа:

– За Агилар! Слава лорду Бальтазару!

– Слава! Слава! Слава лорду Бальтазару!

Что начиналось искусственно, стало стихийным бедствием фанатизма, которого я не ожидал. Сотни лиц, тысячи глаз, пылающих страстным чувством и эмоциями, которые они наконец могут выплеснуть. Я понял, это не только за дракона.

Они благодарили меня за все перемены, что я внес в их жизни, полные гнета и тьмы без надежды.

– Слава! Слава!

Крики от сотен людей так громогласны, что перебивают даже мысли в моей голове. Ощущаю, как пробирает до мурашек по всему телу, никогда еще я не получал столько заслуженного почета и любви народа. Теперь уже моего народа. Какое восхитительное чувство.

Вот почему люди хотят править, хотят носить короны? Чувство восхищения толпы – невероятное переживание.

Или для этого честолюбивые становятся героями? Свет Славы так ярок и горяч.

Я с трудом успокаиваю бушующие в груди эмоции и странную реакцию Руны, что аж горит от питания моих внутренних желаний и амбиций. В этот момент я честно не могу понять, что ощущалось лучше, победа над драконом или вот это.

Успокоить и перекричать толпу бесполезно. Я и не собираюсь. Вместо этого я элегантно отвешиваю поклон людям в стиле магов Даларана, зажигая тыльную сторону ладони волшебным глазом Кирин-Тора.

Одарив всех улыбкой напоследок, я шагаю в «Скачок», сложив пространство и оказавшись посреди подошедших Стражей Башни. Среди них Тайрон. Всегда бдительный кастелян выглядит даже немного испуганным, с восхищением глядя на кричащих и даже плачущих от избытка эмоций людей.

– Никогда подобного не видел! – признался он мне. – Впервые такое в Агиларе. Идемте быстрее, пока вас не растащили на сувениры… Или объекты для поклонения.

– Конечно. И еще, Тайрон.

– Да?

– Я хочу, чтобы голова дракона висела на входе в мою Башню.

Мужчина усмехнулся, кивая с обещанием:

– Сделаем.

* * *

Решение давних проблем Агилара зарядило меня мотивацией так, как сам не ожидал. С того дня люди стали видеть меня намного чаще.

В тронном зале, выслушивающим просьбы советников от народа. Тут же на стройке Башни, на пальцах толкующим с троллями о том, как быть аккуратным. Спорящий с архитекторами на повышенных тонах.

А потом за обедом сидящим за одним столом с собственными воинами, присягнувшими глазу Кирин-Тора в моем лице, знакомящийся с новыми лицами и позволяя им лучше узнать человека, которому они посвящают свои жизни.

В городе на площади, в кузницах, на маяке, в порту. На озере, плавающий на лодке и принимающий из когтей элементаля странных подводных тварей, рисуя тут же в блокноте… Я был везде.

Только спустя пару недель заряд бодрости закончился, вернув меня в привычный график и манеру домоседа. Зато я успел перезнакомиться с десятками людей, узнать их жизни, впитать атмосферу всего города и понять его уже не как приезжий на день путешественник, а как полноценный владыка. Знающий свою вотчину от и до.

Я узнал все магазины Золотой улицы, видел все особняки и высокие дома Центрального Квартала. И с высоты Забытого Форта тоже. Ходил по Рынку, наблюдая оживление торговли и видя новую энергию в криках зазывал, снова рекомендующих товары из Привратного Города по ту сторону озера.

Я узнал о закоулках Озерного Квартала, изучив переплетения дорог и переулков, как в муравейнике. Ходил по скрипящим досками причалам порта, вдыхая запах смолы и древесины от верфи.

Старый Квартал на востоке был на первый взгляд неинтересным местом, обыденными домами горожан. Но за ними скрывалась настоящая жизнь. Таверны без вывесок, о которых знали только местные. Старые площади, где играли на музыкальных инструментах опять же обычные местные жители, устраивая танцы под вечерним светом Древа Эрд.

На западе Новый Квартал больше не был пристанищем преступников, арен с боями рабов, чудовищ и долговых работников. Ветхие дома сносили, а в целых устраивались новые владельцы, ремесленники, которых до этого выжила Гильдия Воров. Все шло к тому, чтобы Новый переименовался в Ремесленный Квартал.

Люди, напуганные жизнью в городе греха, теперь узнали о силе нового господина. Они возвращались жить в Агилар целыми караванами, семьями, оборванцами-одиночками и даже ватагами совсем не бандитского вида, желающими вернуть нормальное прошлое.

Через реку, пускай и вдалеке, желающие могли увидеть первые этажи Башни Мага и огромную черную голову дракона над аркой еще без ворот. Символ устрашения, трофей, но и надежда.

Я опешил, когда впервые увидел на Золотой улице художников, продающих картины с моим лицом или героической позой, повергающей дракона. Мое имя теперь было на устах у всех, а жители стали вывешивать на домах фиолетовые знамена с золотым глазом и тремя молниями.

Мой знак, герб Кирин-Тора, теперь засиял славой, пришедшей из иного мира и завоевавшей сердца. Я позволил этому случиться, молчаливо согласившись принять знак организации как свой личный в этом мире.

Я больше не ощущаю себя в Агиларе чужаком. И это странно помогло унять тоску по дому, которая незримо начинала грызть поздними вечерами.

Вечером в купальне с горячей водой я нежился с бокалом вина в руке и читал левитирующую книгу перед лицом.

Движение пальцев под водой, книга шелестит страницами, перелистывая на следующую.

Да, у меня были обязанности и долги перед прошлым и настоящим. В будущем враги обещали никогда не заканчиваться. Но в целом, здесь и сейчас… Тихо выдохнул в потолок:

– А жизнь складывается.

Глоток наполнил рот сладостью винограда и нотой яблока, терпко оседая на кончике языка. Вино отличное.

Треклятый Марцио…

Глава двадцать девятая. Исследования силы крови

Время текло незаметно, за делами прошло два месяца. Я узнал, что в Замогилье тоже есть смена времен года, когда густая листва в лесах за городом приобрела насыщенный оранжевый цвет. Осень пришла.

Вскользь поинтересовавшись, удивился необычности. Цвета растения меняют, но они никогда не опадают полностью, а лишь малой частью. А после легкой зимы, едва радующей снегом, все вернется как было. Настоящей суровой зимы нет.

Из-за этого живности в Замогилье всегда намного больше, чем могут истребить охотники, как и монстров.

Нижние этажи Башни закончены, радуя меня темпами строительства. Я не жалел времени на создание чертежей улучшенных строительных инструментов, подъемников и систем передачи силы, в которой главной деталью выступают тролли.

Я не хотел, чтобы все проходы в Башне были под размер великанов, так что с концом строительства нижних этажей роль троллей менялась с прямых строителей на движущую силу инженерии. Это замедляло темпы, но лучше так, чем ощущать себя карликом в собственном доме.

По мере жизни в Агиларе я стал многое подмечать. Например, баланс рун. Раньше сомневался, как это так мало людей с Руной? Долго же живут.

Рыбаки, убивая рыбу, получают хотя бы 1 руну, охотники с добычей еще больше, про воинов на монстров и говорить не приходится.

Но когда я увидел обыденную жизнь людей, то вопросы отпали. Они используют руны буквально везде!

На стройке раствор улучшается рунами, чтобы быть более вязким, камни обтесывают инструментами, которые усиленны рунами, но все равно расходные. Руны текут на создание всего, что делают люди. От обеденной ложки, стула, заклепки, кружки до ковки доспехов, оружия и даже строительства домов.

Глянув на это свежим взглядом, я даже устыдился своему консервативному, осторожному использованию рун в Алхимии и Зачаровании.

Руны были везде и всюду, пронизывая жизнь народа и природы. Междуземье следовало назвать Землей Рун.

При таком использовании я уже не так удивлен реформе короля Радагона, сделавшего руны валютой. Это уже не выглядит интригой, продавленной силой, а скорее естественным следующим шагом.

Отменить эту систему и вернуть золото в оборот будет трудным шагом… И я уже не уверен, что хочу этого. Разобравшись, я больше склонен согласиться с былым решением королевской семьи Золотого Порядка.

Даже если это ослабляет народ, на самом деле лишь немного. Люди оценивали и использовали руны вместо золота еще задолго до этого и будут так делать в будущем. Просто потому что удобно.

Таскать мешок тяжелых монет, который еще и украсть легко, или меняться рунами взмахом руки из своего тела? Выбор очевиден.

Другое замечание касалось меня. По мере работы, исследований и тренировок я отметил обычное увеличение уровня маны, как и прежде. А когда сравнил Руну с прошлым состоянием, то от облегчения захотелось смеяться.

Она росла сама, отражая мой прогресс! Немного, но росла! То есть уменьшала нужное количество рун до следующей эволюции.

Но это не главное. Главное – не надо становиться безумным мясником ради силы, убивающим все живое, или невероятно рискованным авантюристом, постоянно играющим своей жизнью против чудовищ.

Убийство – это ускоритель роста, но главная возможность учиться и расти над собой все еще оставалась. Этот мир не был безумен окончательно.

А я больше не ощущал себя теряющим время зря, проводя свои обычные дни не за уничтожением всего живого.

В один из дней, когда ветер стал холодным, а ночи промозглыми, я продолжал исследования Сердца Дракона.

В подземелье Забытого Форта стоят на треногах две широкие жаровни из черного железа, щедро делясь жаром из красных углей. Я погрел руки, выставив ладони к жару и потирая их время от времени.

На самом деле мне не так уж холодно, улучшение [8] Золотой Руны, которое я получил, усилило тело во всех аспектах, включая терпимость к температурам. Греться так в холодный день просто психологически приятно.

Потратив еще минутку, я вздохнул и с неохотой развернулся. А там, в клетках, сидят три мужчины в рубищах, в кандалах и с повязками на ртах.

– М-м-м!

Мычание, полное мольбы, ужас в глазах, вот чем мне ответил тот, на кого обратил взор. Я снова вздохнул. Мне это тоже не нравится, но что поделаешь? Раз уж обещал Генриху усилить их, то надо проводить подобные эксперименты.

Ничего не говоря пленным, приказал Стражу Арканы вытащить одного и приковать к дыбе в форме косого креста. Страж сорвал с него верхнюю одежду, обнажив худое тело в шрамах и пошлых татуировках, кривых и тусклых. Бандит как он есть, один из самых отвратительных.

Никакой жалости у меня к таким нет.

– М! М-м!

– Заткнись ты уже.

«Шок Разума» ударил по чужому сознанию, пленник закатил глаза и обмяк. Так-то лучше.

Я лично принес к дыбе подставку с Сердцем Дракона. Удерживаемое тремя серебряными палочками на бронзовом блюде, оно продолжает медленно биться прямо сейчас, при каждом биении топорщась слегка розовой чешуей на поверхности.

На первый, второй и третий взгляд оно отвратительное.

Но чего не отнять, так это ощущения глубокой звериной силы, исходящей от сердца без всякой стимуляции. Словно в момент смерти вся жизненная сила и потенциал дракона сгустились в сердце.

А так как ему не надо питать огромное тело, а только один орган, жизнеспособность Сердца Дракона остается невероятной. Подозреваю, что даже оставь я его как есть, оно будет еще живо долгие годы. Возможно, столетия.

Потрясающая особенность местных драконов, отличающая их от драконов Азерота на фундаментальном уровне.

Драконы дома создания больше магии, чем плоти.

А здесь – живое звериное начало, спутанное с множеством линий крови так, что на первый взгляд не должно существовать. Дракон, у которого черты птиц, ящериц, змей и кто знает чего еще.

Откуда возникло такое причудливое создание эволюции? Неужели старые легенды об Эпохе Горнила Жизни не просто сказки? Эх, почему в наше время не осталось никаких свидетельств того времени… Я и об этом узнал только по обрывкам, спасенным из Церкви Золотого Порядка, разрушенной Марашем и Культом Конца.

Размышления не мешали рукам работать. Я достал трубки для переливания крови, подключил к Сердцу Дракона. А потом достал пыль из Блестящих Камней высокой концентрации, синих, почти черных по цвету.

Пылью высыпал руны драконьего языка из Азерота на блюдце с Сердцем, окружая объект словами «Передача, Сила, Жизнь», чередуя, пока не замкнул круг, повторив три руны семь раз. Мистические числа Нумерологии намного устойчивее, чем полагаться на всегда меняющуюся Астрологию в Ритуализме. Тем более что здесь о небе я знаю слишком мало.

На этот раз должно сработать лучше, чем «Передача, Зверь, Дракон»… Я усмирил чувство тошноты, когда всплыла картина провалившегося прошлого эксперимента. Останки, непохожие на человеческие, убирал Страж Арканы, пока я старался не смотреть в ту сторону.

Аккуратно наполняю руны силой Арканы, наблюдая, как тонкая аура магии оплетает Сердце Дракона, подчиняя ее новым законам ритуальной магии.

Подготовил трубки, созданные из сосудов Гигантского Наземного Осьминога. Очень гибкие, прочные и прозрачные, как стекло.

После подсоединил трубки к пленнику, глядя, как по ним бодро побежала кровь, входя в Сердце. Оно сразу застучало активно, бойко! Еще сильнее возвращаясь по второй трубке на другую руку пленника, мощно вкачиваясь обратно более алой, почти светящейся жидкостью.

Это совершенно новый метод передачи силы дракона человеку, в корне отличающийся от местного Ритуала Причастия Дракона.

На юге Замогилья, на острове в море стоит Храм Причастия, так что местным давно известны все нюансы ритуала. Когда-то в прошлом на этой земле было много драконов и охотников на них.

Теперь, слава местной богине, тварей стало так мало, что они стали мифическими. Хоть в чем-то Замогилье лучше других провинций, где летающих тварей все еще хоть отбавляй.

Сначала я думал просто посмотреть и улучшить местный Ритуал Причастия. Но когда ознакомился глубже, то сразу отмел эту идею.

Варварство чистой воды!

Человек приносит сердце на Алтарь, тот грубо выжимает из сердца силу дракона, а потом прямо впечатывает все в просителя.

И все.

Никаких предосторожностей, настройки, безопасности, выбора эффектов! Варварский способ.

Побочные эффекты огромны, человек не предназначен иметь суть дракона, тупо влитую в тело и искривляющую родную суть. Если бы охотники на драконов изначально сами не были сильными людьми, они бы мгновенно мутировали в непонятных драконоподобных тварей.

Вместо этого они лишь оттягивали это на долгий срок. Или не оттягивали, а приближали быстрее, жертвуя новые сердца.

Итак, миф о превращении Охотников на Драконов в отвратительных Магмовых Змеев оказался никаким не мифом. А обещанная сила слишком преувеличена. Сколько можно получить от такого ритуала? Скорее придется мучиться от болей и мутаций больше, чем наслаждаться усилением.

А раз я все же обещал Генриху, то взялся попробовать создать новый ритуал. После окончания исследования Ритуала Арканы, изучения книги Некроманта Гарриса и Ритуала Причастия я уже поднаторел в создании своих.

Так я могу сделать Сердце Дракона объектом не мгновенной жертвы ритуала, а превратить расходник в алтарь. Если грубо описывать это.

В переливании через Сердце кровь обретает свойства и частичку живительной мощи Дракона, меняя тело нового носителя не так грубо, а намного мягче прививая свойства дракона. Хозяин крови тот же, просто она немного изменилась, дополнилась. Отторжения не будет.

Это должно даже даровать некоторые новые способности, если повезет.

Да, сила моего способа намного меньше Причастия. Но зато мутация в Змея больше не грозит. И еще накладывается ограничение, по которому новый человек никогда не сможет стать сильнее, чем Сердце. Оно уступает живому дракону, так что это примерно треть былой силы убитого чудовища.

Снова, казалось бы, очень плохой побочный эффект, но я его только приветствовал. Он еще больше уменьшает опасность потери контроля и мутаций. А еще дает мне в руки ограничивающий подчиненных эффект.

Я усиливаю их, но это я выбираю, какое сердце использовать, когда и кому. Не выйдет так, что выращу убийцу и узурпатора себе на замену.

Магу своей организации уступлю, будь он лучше. Любому другому никогда! Это было бы двойным позором для волшебника, быть превзойденным своим же подопытным.

Пленник сильно задышал, кожа краснеет, желтый пот появляется и тут же испаряется. На плечах растут и опадают чешуйки, мышцы то растут, то опадают, как сдутые шарики, до самых костей. Он стонет в забытьи, но не может очнуться.

Я заставляю себя смотреть и записывать каждый момент. Внутри все кривится от происходящего.

Давным-давно в Азероте уже исчезли маги, использующие людей для экспериментов. Древние волшебники Империи Аратора сражались с троллями и не видели ничего плохого в подобных вещах, пытаясь усиливать своих солдат. Чтобы одолеть проклятых Знахарей Вуду с причудливой темной магией и болезнями, те маги не гнушались ничем.

Только прямой закон Императора тогда прекратил и запретил навсегда эксперименты над людьми. Это правило сохранилось спустя века, дойдя до Даларана и став одним из общих табу для всех порядочных волшебников.

А теперь, хотя я не должен подчиняться законам другого мира, былое воспитание корчилось от мук совести и грязного понимания – я нарушаю табу.

За такое меня дома бы изгнали из Кирин-Тора. Повезло бы, если нет.

Но вместе с тем был холодный, как сталь у горла, факт. Я не смогу победить, полагаясь только на себя. Дома меня ждет бесчисленная Плеть и бесконечные армии демонов из космоса.

Что я могу противопоставить им? Только новое мясо на поживу?

А здесь я тоже не обладаю никаким преимуществом перед окружающими врагами. Агилар, больше не сражающийся сам с собой, собрал внушительную силу, которую не очень хочется трогать. Но это было все.

Возможность сидеть в домике и защищаться были пределом. Если Годрик Сторукий преодолеет свою трусость и двинет армию Грозовой Завесы на Агилар, мы все. Я здраво оценил численность и качество войск Годрика против Агилара. Добавь туда его союзников, наемников Кайдена, рабов троллей, множество баллист, огнеметов, летающих орлов, Рыцарей Бури… Агилару крышка. Я сбегу.

Я должен добавить новую силу к своим рядам. Традиционными методами мы едва сможем затягивать возможное столкновение, но не сможем по-настоящему защищаться или нападать.

Как мне возрождать Кирин-Тор в Междуземье?

Нужна сила, армия, авторитет. Все, что у меня есть сейчас – я сам и магия.

Я вынужден ступать на путь, который прошлый я бы презирал. Но тот наивный парень, полный надежд на будущее, остался там. Здесь и сейчас лишь я, даже не имеющий права пролить слезы на прах Даларана.

Пленник забился в конвульсиях, из локтей полезли черные перья, глаза лопнули, когда там появились рога… Он погиб. Снова провал. Но я ближе, форма человека осталась почти без изменений.

Формула рабочая, что не так? Пожалуй, темп вливания драконьей крови можно растянуть. Если сделать это на часы, даже сутки, все должно пройти хорошо. Да, так и сделаю.

Когда Страж Арканы приковал нового пленного, дрожащего от страха, поклялся себе:

«Никаких невинных на экспериментальном столе. Никогда. Это красная черта».

В новой реальности, где я против всего мира, обязан оставить для себя последнюю искру человечности. Иначе я буду уже совсем не я. И даже самые мудрые маги Даларана посмотрят на вернувшегося Бальтазара с ужасом и презрением.

Несколько правил и табу могут стать гибче, все меняется. Но необходимо выставить рамки, за которые я никогда не должен переходить. Желая облегчить совесть, я даже написал три правила отдельно.

Никаких жертв невинных ради экспериментов.

Никакой некромантии, связанной с управлением мертвыми.

Никакой магии Скверны, демонов или иных темных и извращенных существ, божеств и прочих потусторонних высших тварей. Список будет уточняться и пополняться.

Как бы я не желал силы и не боялся будущего, эти три правила станут абсолютными табу для нового меня и Кирин-Тора в Междуземье.

Долю секунды поколебавшись, я добавил:

«Нарушителю табу приговор – смерть».

Даже для меня.

Стало легче. Теперь, полный решимости и веря, что не скачусь в темные маги, я обновил «Тайный Интеллект» и снова повторил ритуал. Тусклая кровь потекла по трубкам, Сердце Дракона бьется, возвращая алую, горящую силой, по капле и дрожащее тело.

Он плакал сквозь забытье, но не вызывал во мне сочувствия. Насильник и убийца из Гильдии Воров, он вкалывал в шахтах с киркой под кнутом, пока не привели сюда. Каков бы ни был исход экспериментов, я все равно его казню.