Текст книги "Наследник Даларана в Элден Ринг (СИ)"

Автор книги: Дракмир

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 28 страниц)

Глава пятнадцатая. Змеиный клубок

В роскошной комнате есть всё, чтобы хорошенько отдохнуть. Кровать с балдахином из красного бархата, несколько диванов со столиками и вазами, полными свежих фруктов. Там же на столах расставлены несколько безделушек и настольных игр, чтобы скоротать время.

– Я поставлю двух человек на стражу снаружи, господин, – говорит мне Генрих. – Если вы создадите на окне свое заклинание сигнальной паутины, то это перекроет все входы для опасности.

– М-м, хорошая мысль, Генрих. А теперь иди и собери у владельца этого чудесного заведения актуальную информацию о силах в городе. Доложишь мне завтра. Сегодня я хочу отдохнуть.

– Как прикажете, – склонил голову древний солдат с молодым лицом.

– Знаешь, ты очень мне нравишься как подчиненный, Генрих. Ты кажешься более способным, чем Альрик.

– Он хорош в том, чтобы вести за собой в бой группу солдат, – высказался он за старого друга. – Но для настоящего командира у него нет ни ума, ни терпения.

– Я вознаграждаю способных, Генрих, и люблю справедливую плату за честную работу. Вот, возьми это.

Я отцепил от своего пояса под мантией маленький аксессуар на цепочке, напоминающий шахматную королеву.

– Это волшебный аксессуар, он крепится на поясе. Его сила в том, чтобы защищать от первого полученного удара. Не важно, видишь ты его или нет, внезапная это атака убийцы или первое столкновение прямо в лоб. Сила небольшая, если брать за пример обычный удар воина вроде тебя, то он ослабит его вполовину, не более. Но вместе с доспехами мне не нужно тебе говорить, насколько такая вещь ценна для воина.

Это моя поделка, оставленная скорее из ностальгии по временам обучения у старшего Финеаса. Сейчас эффект защиты моей мантии Кирин-Тора превосходит аксессуар, делая тот бесполезной безделушкой. Я могу сделать лучше. Так что подойдет для награды.

Генрих принял его двумя руками, разглядывая с благоговением.

– Будь-то убийца или удивление врага в бою, идя в размен, это бесценное сокровище, господин Бальтазар. У него есть название?

Улыбнувшись с нотой ностальгии по былым временам, я сказал:

– «Черная Королева: Первый Шаг».

Когда-то у меня были амбиции создать целую серию зачарованных артефактов в количестве и названиях, достаточных для целой шахматной партии.

Пока я не узнал, насколько это преувеличенная и ненужная затея. Но подростку нужна была мечта и мотивация, не так ли? Я сделал хотя бы Черных Королеву и Короля.

Черного Короля я подарил самому Финеасу на память, и тот должен оставаться в разрушенном Даларане…

Я потер пальцами левой руки друг о друга, ощущая тепло и тяжесть кольца Защиты от Стрел, ответный подарок старшего ученика и друга. Хоть это осталось со мной.

– Я буду ценить его, – Генрих тут же прицепил аксессуар к своему поясу. – Он ведь не на один раз, верно?

– Он заряжается маной сам, скорость перезарядки зависит от фона магии вокруг. В моем мире хватило бы часа, а здесь… Чтобы не прогадать, давай загадаем семь. А лучше надеяться на него раз в сутки, для надежности. Но ты можешь зарядить его своей маной, если я научу тебя, как.

– Много маны нужно?

– Думаю, твой запас дважды.

– Тогда не нужно, – решительно отказался Генрих. – Лучше я потрачу ману на боевые приемы.

– Дело твое, но я бы все же научился, на всякий случай. Никто ведь не велит тебе тратить всю свою ману разом, можно и понемногу.

– Тогда когда-нибудь позже, господин. Это все?

Он так крепко держит волшебный аксессуар, что я легко угадываю желание немедленно опробовать новую игрушку. Про себя я поднял глаза. Мужчины остаются мальчиками, даже когда они седые старики. Здесь можно уверенно добавлять – когда им несколько веков тоже.

– Да, иди.

Он тут же ушел, не тратя зря время. Я же наложил заклинание на единственное окно, растянув длинную паутинку так, чтобы она не блестела и порвалась сразу, как откроется окно.

Генрих, Альрик и все солдаты, которых я принял, отличаются завидным послушанием. Большинству солдат Азерота стоило бы поучиться подобному уровню. Даже лордеронские солдаты, хоть и честно выполняют приказы, отличаются ощущением большой внутренней гордости.

А здесь я отмечаю некое внутреннее почтение, которое солдаты оказывают мне. Как будто их господин должен быть не просто командиром, лидером, но чем-то большим. Даже объектом веры? Это превосходит то, к чему я привык.

Растя с детства в казарме Даларана, я видел, что такое дисциплина и подчинение приказам. Солдаты делают то, что им приказывают.

Каждый день, неделю, месяц, год… Пока они не умрут и место на койке не займет следующий. Это касалось даже моего собственного отца, погибшего на задании.

Наблюдение за такой жизнью со временем выработало во мне четкое нежелание быть внизу, марионеткой чужих приказов, даже не знающим, почему.

Вершина, вот цель. Я стремился к этому, стать лидером нового поколения Кирин-Тора. Я хорошо понимаю природу власти и обязанностей лидера.

Вот почему я ценю Генриха, такого, казалось бы, слишком умелого и инициативного. Многие бы опасались подобного подчиненного, но не я.

Следя за Советниками или Архимагами, можно почерпнуть неожиданное качество каждого из них. Глядя со стороны, кажется, что они почти ничего не делают. Только указывают другим, что делать.

Но если копнуть глубже, окажется, что они выполняют самую важную роль. Находят нужных людей и поручают им нужное дело.

Мне нравилось сравнивать это с механизмом, как с часами. Лидер – это часовщик, который кропотливо подбирает шестеренки и детали, а когда они идеально встают в пазы и начинают выполнять свою работу, то, если все сделано верно, часы заработают в идеальной синхронизации.

Лидер должен находить эти шестеренки, вербовать или даже создавать сам, чтобы часы заработали. Если же лидер не может этого сделать… Даже боится механизма и сделать что-то не так. Что же, ты не подходишь на роль часовщика. Тогда стань шестеренкой.

В том, чтобы честно выполнять свою часть работы, тоже нет ничего плохого. Разве не важна работа матроса на корабле? Да без них корабль не двинется с места!

Но лично мне больше нравится быть у руля, быть волей, двигающей корабль и выбирающим курс. Быть лидером.

Плата в виде ответственности никогда меня не пугала.

В моих глазах Генрих – лучшая шестеренка.

* * *

Пока Бальтазар отдыхал в своей комнате, внизу ближе к вечеру Генрих готовился как следует позаботиться о поручении своего господина.

В левой части гостиницы на первом этаже располагается небольшой трактир. Огороженные стенками столики, мягкие диваны и стулья с ажурными спинками. Место явно не для бедняков, но ничего слишком вычурного.

Его особенность в том, что он только для своих и входа с улицы в зал нет.

Если ты хочешь поесть и выпить там, то должен или быть постояльцем, или заплатить хотя бы за день проживания, даже если свободной комнаты нет.

С такими условиями становится понятно, чем на самом деле является трактир «Рунного Медведя».

Местом для совершения сделок для серьезных людей.

Именно поэтому Генрих и предложил лорду остановиться здесь. В Агиларе есть другие места для подобных дел, но заслуживающих доверия Генриха – только оно.

Старик Франк не так прост и дружелюбен, как кажется. Днем он за стойкой приема гостей, а вечером здесь, уже не в роли владельца гостиницы, а информатора, торговца сплетнями и посредника.

Светловолосый воин зашел в трактир со звуком дверного колокольчика. Внутри царит полумрак и запах крепкого пива, дразнящего ноздри и возбуждающего желание выпить пару хороших бокалов.

За столиками пока никого нет, только стемнело. Но владелец уже здесь, протирает барную стойку белым платком.

Сейчас лидер свиты Бальтазара без доспехов, в одной черной рубахе с завязками на груди. Даже тут он держит при себе кинжал в ножнах на поясе на правом боку. А на левом покачивается на цепочке непривлекательная шахматная фигурка.

От тела Генриха исходит смешанный запах недавней ванны и дубленой кожи с металлом. Сталь, броня и кровь, ржавчина и пот. Запах воина, который въелся в него навечно, как ни три спину и пятки с мятным мылом.

Как бы не пытался Генрих выглядеть презентабельным и мирным, суть солдата в нем невозможно скрыть. Легкое давление Золотой Руны заставит людей обращать на него внимание так же, как приглядывали бы за свободно лежащим на улице тигром.

Вроде мирный, но хищник без цепей, и никто не знает, когда ему захочется человечины. Сами инстинкты бы убеждали приглядывать за ним, обращать внимание. Подобный эффект только становится сильнее с ростом Руны, внушая более слабым чувство благоговения или страха.

Его легко спутать с харизмой, поэтому даже самые странные и жестокие, но сильные существа и люди обычно легко обрастают последователями в Междуземье.

Вот только Франк и сам не из слабых, он тоже владелец Золотой Руны, даже немного сильнее Генриха. Ранга второго или даже третьего.

Бальтазар может не обращать на него особого внимания, но для обычных людей присутствие Франка и давление вынуждают их уважать старика и соблюдать правила места, где он хозяин.

– Твоя улыбка как всегда раздражает, Франк, – плюхаясь на стул за барной стойкой, жалуется Генрих.

Франк без спроса поставил на столешницу стакан, неторопливо наполнил его крепким вином и пододвинул к Генриху двумя пальцами. Только после этого он пошутил, не меняясь в улыбке:

– Просто вспомнил твое недовольное лицо, когда ты платил за нахождение здесь в первый раз.

Генрих замер с поднятым стаканом, усмехнулся, отпил пару глотков.

– Да уж, у меня тогда в кошельке воздух гулял, а ты требовал последнее. От неохоты и жадности мои яйца скукожились в изюм.

– К-как? – губы старика задрожали. – Изюм? Яйца?

Франк зашелся заразительным смехом, теплым и громким, вынуждая Генриха улыбаться в ответ. От хохота у него даже белая борода встопорщилась.

– Ха-ха, ох не могу, ребро! Фух. Только ты умеешь выдать такие вульгарные шуточки, Генрих, клянусь Марикой, никто не смешит меня как ты!

– Если так понравилось, то верни руны, – невозмутимо сказал Генрих, все еще улыбаясь и попивая вино.

– Как и говорил, великолепный юмор, Генрих.

– Так и думал.

Дверь в трактир открылась со звонком колокольчика.

– О, у нас еще гости, поговорим чуть позже.

Франк отвлекся на зашедшую компанию в капюшонах, кратко переговорил, отвел за дальний столик.

Генрих взял свой стакан и пересел за ближайший столик. Он знал, как ведутся дела, и не торопился.

Не успело вино закончиться, как Франк сел напротив.

– Думаю, у меня есть на тебя полчаса, – в кои-то веки без улыбки сказал он.

– Кто сейчас у власти или важен в городе и округе, на свету или в тенях, лорд Бальтазар хочет знать это. И лучше на бумаге.

Франк понятливо кивает, а потом потирает пальцы всем понятным денежным жестом.

– Я напишу лично, утром будет вместе с завтраком в номер. Три сотни. Плата вперед.

Генрих с предвкушением в глазах вкрадчиво произнес:

– Есть кое-что получше рун.

На стол поставлена склянка с ярко-красным зельем внутри. Генрих показал подбородком на нее, мол, оцени сам.

Франк не так доверчив и рискован, как он. Залпом пить неизвестное не стал, а капнул на палец, осторожно слизнул. А после удивление в расширенных зрачках так велико, что Генриха его шок опьянил лучше, чем выпитое вино. Именно такого выражения лица он и ждал.

– Рябиновое зелье. Это создал лорд Бальтазар. Я лично наблюдал, как он это делает.

– Чудо Благодати, созданное магом, – задумчиво молвит старик, хмуря белые брови. – Синие глаза, но… Он потомок Марики Вечной? Или даже Повелителя Радагона?

– Нет, он не полубог, – перестал играть в загадки Генрих. – Он не отсюда.

– Не отсюда, так откуда? О. О-о, – уже понятливей протянул Франк. – Так вот оно что. Из-за Моря Тумана.

– Из мира, откуда еще никто ранее не приходил. Иначе мы бы услышали. Ты бы услышал.

– Ну, нельзя знать всё, – вопреки словам он горделиво огладил пальцами бороду. – Это явно дороже жалких трех сотен рун, старый друг.

– Ты нужен как посредник. Лорд Бальтазар прочтет твой список и сам выберет, с кем захочет иметь дело. Ты свяжешь их с ним. А пока слухи, которые я запустил при входе в город, должны подогревать любопытство.

– Уже? – Франк пораженно покачал головой. – Лисья хитрость и бычья отвага, я уже забыл, каким ты можешь быть, Генрих.

– Появление господина воскресило во мне былой огонь, – спокойствие в глазах, уверенность в голосе. – Я едва тлел, как уголь в луже, но теперь, когда я разгорелся вновь… Я больше не позволю себе жалко угасать, как под гнетом Годрика Привитого. Такая жизнь хуже смерти. Я решил, что теперь использую все свои таланты, ум и силу, чтобы проложить ему путь на вершину, сгорю до пепла, если надо! Будь что будет.

Франк не засмеялся над его высокопарными речами, не кольнул шуткой в ответ. У него был очень понимающий, мудрый взгляд.

– Иногда время в нашей долгой жизни кажется невыносимым повторением одного и того же, будто мы застряли в древесной смоле, старый друг. Я понимаю, почему тебя так взволновала эта новизна, что маг принес с собой.

– Дело не только в этом, – немного помрачнел Генрих. – Когда-то я выразил Годрику подобную верность, отдавая всего себя на службу золотому наследнику… Но я получил в ответ страх к моим талантам и пылу, ревность и насмешку. Подавление и изгнание.

Кулаки воина сжались на столе пару раз, словно он хотел кому-то свернуть шею. Генрих выдохнул, рассказывая дальше:

– Я взял на себя больше, чем положено, с Бальтазаром. Проявил себя вперед приказов. Хотел посмотреть, как он отреагирует на подобное. И он раскусил меня почти сразу.

– И что он сделал? Лорды не любят, когда их испытывают те, кто ниже.

Уголки губ Генриха поползли вверх.

– Он наградил меня в ответ.

Глаза Франка понятливо блеснули. Иногда всё, что нужно таким людям, как Генрих, это не богатство, титулы, женщины или власть. Но всего лишь толика заслуженного признания.

Только такие вещи помогают им понять, что они живут не зря, что не просто занимают пустое место в мире, а что-то значат.

Франк не был таким, но он понимал.

Именно поэтому они дружили.

Владелец заведения пододвинул склянку обратно.

– Платы не нужно в этот раз, оставь себе. И выпей еще сегодня за мой счет. Я принесу, что он хочет, утром, как договаривались. Верну вам плату за постой. Живите бесплатно, пока ведете дела в городе и не обзавелись своим местом.

– О, – приподнялись брови блондина. – Хочешь подружиться с моим лордом?

– А кто бы не захотел?

Оба они понятливо улыбнулись. Связи важнее денег, особенно когда кто-то в начале своего пути. А раз у него был мостик в виде Генриха, то почему бы по нему не пройти?

Франк, такой много повидавший человек, уже видел: прибывший сегодня в город маг в будущем далеко зайдет.

* * *

Следующее утро.

Рядом со столиком завтрака стоит Генрих, готовясь доложить. Он ждет, пока мы останемся одни.

Я проводил взглядом фигурку уходящей девушки-горничной, что словно невзначай виляет задницей походкой от бедра. Блондинка не была красавицей одна на город, но обладает той привлекающей страстью раскованной женщины.

Выслушал Генриха в плане итога его вчерашней встречи.

– Вот как? – я перелистнул несколько желтых страниц, исписанных густым и разборчивым почерком. – Передай Франку мою благодарность и подари пару флаконов зелья. Скажи, что я сам поговорю с ним этим вечером. Сегодня сам найди чем заняться, я не покину гостиницу и буду занят варкой зелий и чтением.

– Понял.

Генрих удалился, оставив меня со столиком завтрака на одного и тишиной. Еду мне подали на уровне местной аристократии, на серебре и белой скатерти, с такой вычурностью, будто это не каша и пара яиц с фруктами, а произведение искусства.

Девушка-горничная была так учтива, что с совершенно невозмутимым лицом предложила удовлетворить мои потребности под столом во время еды… Уровень сервиса и распущенности меня впечатлил, но все же отказался.

Любая близость сейчас скорее причиняет мне душевную боль и чувство предательства к только что погибшей девушке, чем хоть какое-то удовольствие. У меня даже мелькали мысли о женитьбе, но что уж теперь, когда все будущее сожжено дотла.

Время лечит все, как говорил мой учитель, но пока… Просто нет. Мое сердце слишком ранено, чтобы вмещать в себя что-либо новое. Даже если это просто платоническая интрижка на десять минут.

Я быстро поел, вытер рот тканевой салфеткой и принялся за бумаги. Спустя какое-то время я отложил их и помассировал переносицу.

– Все настолько плохо? – не удержался я от жалобы вслух.

За обычными списками влиятельных людей, семей и фракций, меняющихся в этом так называемом Совете Агилара так же быстро, как рабы в шахте, я вижу правду. Этот город прогнил насквозь.

Пять мест, одно из которых занимает слишком удивительная организация. Гильдия Воров села за стол со своим представителем.

Без сильного правителя и армии, оставшись владельцами города, гильдии и семьи торговцев сделали самый глупый, но привычный им шаг. Откупились от проблемы.

Я представляю, как с годами проблема копилась, банды росли, а торговцы, сами откормившие кроколиска, вцепившегося им в глотки, больше не могли остановить это.

У них нет сил и, главное, решительности проливать кровь. А иначе такого масштаба преступность не устранить, тут полумерами не обойдешься.

Если дошло до того, что пиявка на теле хозяина стала занимать место хозяина, то это много говорит об обществе. Воры из подворотен, контрабандисты, их либо не должно быть, или дела проворачивать обязаны тихо, как мыши в доме кота.

Но здесь они действуют совершенно открыто, являясь частью местной власти, «Ночными Владыками» Агилара. Когда наступает ночь, на улицы города открыто выходят бандиты и воры, шлюхи и гладиаторы местных кровавых арен.

Банды и наемники строят козни друг против друга, перешивая места и кормушки города, как лоскутное одеяло, чьи цвета утром могут быть не такими, как вечером.

Город стал похож на умирающего человека, чья опухоль заняла половину тела, став его частью. Мерзость.

Как идущий по пути настоящего законного лидера Кирин-Тора в Даларане, я презирал и ненавидел теневых выродков, подрывающих власть, устои и главное, положенные налоги в государстве.

В Даларане кажется, что есть подземная деятельность, черный рынок, вроде как свободный от властей. Но на деле в городе заклинателей есть что-то, о чем они не знают и не смогут устранить? Не смешно.

Это просто площадка для обмена вещами, которые не очень удобно показывать остальному миру. Все денежные потоки, информация, все в любой момент может прекратиться по одному приказу сверху.

Настоящих воров и убийц давно изгнали или уничтожили в Даларане.

Поэтому для меня настоящий шок увидеть, насколько может разрастись эта зараза, если дать ей волю, на примере Агилара.

Они ничего не производят, а только поглощают ресурсы, от человеческих до материальных. Если общество достаточно развито, но оно может «не замечать» таких трат. Но Агилар, у которого большие проблемы, допустил слишком много.

И я видел причину этого в списке, на гордом первом месте по опасности.

«Принц Ворон»

Это не имя, это передаваемый титул лучшего убийцы Гильдии Воров. А также ее глава.

Франк не написал много информации о нем, ни уровня силы, ни подвигов. Только подчеркнул и назвал настоящее имя нынешнего Принца Ворон – Мараш Черный. Именно при нем Гильдия добилась того, что стала занимать место в Совете Агилара.

Я запомню это имя на будущее.

Остальные фракции или сильные люди меня не впечатлили. Главари банд, командиры стражи торговцев, пара убийц… И сам Франк спокойно вписал сам себя где-то в середину списка.

У него добродушная аура такого честного дядюшки-дельца, поэтому легко упустить из виду силу. А я привык видеть и говорить с сильными людьми, так что даже как-то мимо сознания прошло, что у него есть Руна.

Никто в этом мире не давил на меня так, как мой учитель или Архимаг Антонидас в реальности, не шокировал, как бесконечная Плеть Нежити, и не повергал в отчаяние, как Архимонд Осквернитель.

После всех них только вид Древа Эрд пробрал меня по-настоящему. Люди… Меркнут в сравнении с бесконечным сиянием силы Золотого Дерева.

Это ошибка мышления, которую я исправлю. Потому что Дерево вряд ли меня захочет убить, а вот человек еще как. Надо оставаться начеку.

У меня нет права умирать, покуда Даларан не восстал из пепла.

До вечера еще куча времени… Нехотя я отцепил роскошную волшебную сумку от пояса. Пора все же разобраться, что оставил мне учитель.

Я поднялся и начал выкладывать из сумки книги одну за другой, выстраивая у стены, корешками ко мне. Больше полутора сотен книг кажется небольшим числом, но это пара приличных книжных полок!

Какие-то книги просты и стары, с потрепанными обложками, иные аж светятся от защитных чар, гримуары. Особенно жутковаты пара холодных, как сталь на морозе, книг. Их обложки, украшенные детскими черепами, обожгли мне пальцы.

– Некромантия, – цыкнул языком, зная, что всё равно прочитаю.

Итак, пора разбираться…

1) Два комплекта начальных для учеников: «Основы магии с 1 по 6 том», «Холод и приливы», «Как не сжечь пальцы».

По этим я сам начинал учиться, очень основательные и подробные книги, дающие крепкую основу для боевого мага. То есть, умеющего в заклинания, но не знающего толком, как и почему. Копии этих книг можно найти в любой библиотеке каждого приличного волшебника по всему Азероту.

Подавляющему большинству магов этого достаточно до конца жизни. Не у всех есть талант, быть магом уже удача одного на тысячу.

2) Гримуары по продвинутой магии стихий: «Почему Земля не для всех», «Ветер – это гнев», «Приручи молнию» и другие.

Этот контент уже не годится для учеников и по зубам только магам с особыми талантами, которым благоволят Духи Стихий. Аркана свободно выражается Огнем или Льдом, возбуждая или усмиряя магические частицы, но на самом деле это не Огонь или Вода, а просто иное состояние Тайной Магии.

В этом мире не должно быть Планов Стихий, я не ощущал никаких духов, так что, возможно, даже проще будет использовать магию Стихии. В Азероте у всех Стихий есть хозяева – Духи, все они заточены в своих Планах еще на заре мира, когда Азерот перековали Титаны.

Еще одна причина для магов моего мира избрать своей силой Аркану… Полагаю, к тому же стремились здешние волшебники, покоряя силу Звёзд.

3) Зачарование от ученика до мастера, обширная коллекция. Знакомый набор.

– Это книги Финеаса, – со сложным выражением лица я отложил отдельную стопку.

4) А это из моей комнаты… «Алхимия как жизнь», «Зелья – это деньги», «Эквивалентный обмен», «Истина элементов в прикладной науке».

5) А это у нас что? Ах, понятно. «Големы вне разума», «Почему призыв – это плохо», «Создай слугу», «Фамильяр – это семья, второй том».

6) Справочники, сборники общих знаний, книги заклинаний от бытовых до боевых от самых разных авторов.

– О, эта дрянь тоже тут, – очень нехотя я не уничтожил сразу книгу с ликом демона на обложке.

«Пылающий Легион, стань проводником Рока»

Мерзость об основах призыва для тех, кто хочет стать Чернокнижником. Как не уничтожай, а подобные книги всегда появлялись не в тех руках. Если бы я не опасался забыть обо всех демонах, что упомянуты там, я бы тут же испепелил эту дрянь.

От последней категории у меня загорелись глаза. Все остальное я хотя бы мельком листал, но это из личной библиотеки моего учителя.

Он две трети моей юности говорил, что мне еще рано углубляться в эти темы.

7) Два десятка талмудов по Магии Астрала. «Зеркальные Копии, ударь втройне», «Порталы, как не оставить руку не в том месте», «Время, потерянные исследователи» и другие.

С каждым названием у меня руки чесались, доступ к таким знаниям открывается только для лучших из лучших. Поддержке уже существующих узлов портальной магии обучают едва обученных магов, но там ничего сложного. Это все равно что просить инженера просто нажимать на синюю кнопку.

Но как они создаются, как перемещаться в любое место по желанию – это стратегическое знание. По рангу я только добился права читать это, но из-за войны отложил.

А ведь мой учитель глава фракции Астральной Магии, связанной с изучением пространства, времени и космоса. Половина книг, что я вижу, дополнены или написаны его рукой.

Наследие Каледоса не угасло.

Я с честью продолжу его.

В целом половины этих книг достаточно, чтобы взрастить всесторонне образованного даларанского мага. Среднего, но там уже каждый маг должен научиться полагаться на себя и исследовать пути магии впереди самостоятельно.

И, положив руку на сердце, среднего мага Даларана достаточно, чтобы возглавить магическое направление любого другого государства, от Штормграда до Кул-Тираса.

Присутствует наследие магии Даларана во всех областях, от боевых до ремесленных. Учитель очень кропотливо подошел к делу, ничего лишнего, но и недостающего тоже нет.

Я ожидал ощутить горе или печаль, но книги взбодрили меня как ничто иное. Я жадно вчитался во всё, что видел, погрузившись в звук шелеста страниц и море знаний.

На короткие часы я ощутил себя дома.

Совершенно забыл подумать о продаже зелий. Мне стало совершенно наплевать на Агилар, его мелкие фракции, лордиков и главарей. Магическое знание, что-то неизмеримо более важное, заняло все мои мысли.