Текст книги "Наследник Даларана в Элден Ринг (СИ)"

Автор книги: Дракмир

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 28 страниц)

Глава семнадцатая. Мараш Черный

Несколько дней спустя.

«Рунный Медведь», комната Бальтазара.

Я стою у открытого окна, заложив руки за спину. Взгляд скользит по крышам и переулкам внизу, теням, более темным, чем должны быть.

Меня вполне неплохо видно снаружи, а интуиция меня редко подводила. Там кто-то есть. И он хочет моей крови.

Это ощущение легкой беды, опасности, дующей в шею и затылок, могло бы мешать спать более слабому духом человеку. Но я этим скорее был позабавлен.

Крысы, которая даже не осмеливается напасть прямо, боясь репутации гостиницы, нечего бояться. И я вполне догадываюсь, кто это может быть. Даже попросил Франка и Генриха собрать нормальную информацию о местной страшилке, Принце Ворон.

Вспомни солнце, вот и лучик. Стук в дверь, голос Генриха:

– Господин, это мы.

Я отошел от окна, оставив его приоткрытым для притока свежего воздуха.

– Заходите.

Генрих и пара солдат зашли, руки солдат заняты деревянными шкатулками простого вида. Внешность Генриха и его солдат немного изменилась, теперь они носят накидки поверх доспехов. Бледноватый, но это фиолетовый цвет со знаком Кирин-Тора.

Начав зарабатывать неплохие деньги, в большом городе приобрести партию накидок – дело одного дня в ткацкой мастерской.

– Зелья на столе, – махнул рукой в угол комнаты. – Упакуйте сами.

Там в углу стоит Алхимический Стол с готовой партией зелья. Уже привычное дело, без вопросов солдаты пошли упаковывать по три флакона Зелья Рябины на шкатулку.

Я не собирался осчастливить каждого бедняка или продавать зелья поштучно. Я хотел сразу иметь дело с состоятельными людьми, способными покупать мои зелья снова и часто, а не раз в год, кое-как накопив на одно.

Такой подход окупился. Через Франка проведя пару первых сделок, обо мне заговорили в богатых кругах. Теперь посланцы чуть ли не круглосуточно ожидают новых партий в трактире гостиницы, а мой кошелек наполняется так быстро, словно руны туда текут сами.

Одна шкатулка со знаком Кирин-Тора на крышке, наполненная мягким сеном – 10 рун у плотника. Три флакона у стеклодува, по 5 рун за штуку. Затраты – 25 рун.

Ингредиенты бесплатно собирают мои солдаты за городом.

А продаю я один товар по цене ровно в 1000 рун. Цена кусается, но она явно того стоит.

«Рунному Медведю» я не плачу ни руны, Франку достаточно того, что дела обсуждаются в его гостинице. И люди приходят рангом поважнее его обычной публики.

Всё, что мне нужно было от Франка, это открытие двери в город, к его людям и связям. А когда репутация вырастет, нужные мне люди у власти сами со временем свяжутся со мной.

Есть большая разница в положении между тем, когда ты сам приходишь с просьбой или к тебе приходят. Хоть это будет стоить времени, первое впечатление в Агиларе я обязан получить соответствующее.

И, похоже, моя ставка окупилась.

– Господин, отличные новости!

Генрих радостно помахал запечатанным письмом в руке. На красной восковой печати ясно различима изогнутая рыбка. Сельдь, если быть точным. Знак торговой семьи Вадельди.

Чей глава в данный момент занимает пост Советника Агилара. В его руках финансирование наемников, защищающих Агилар. Можно сказать, что наемники Красной Скалы, которые встретили нас на воротах в город, его личная армия.

Да, не особо впечатляющая, едва ли защитит от кучки бандитов… Но у других и такой нет. Они хотя бы законная городская сила, приглядывающая за порядком. За взятку закроют глаза на что угодно, по слухам, но до полного беспредела еще не опустились.

Марцио Вадельди еще молодой по местным меркам человек, лет пятьдесят как получивший место главы семьи и Советника, после трагичной смерти отца. Убийства. Слухи о том времени прикрыты тенью, достоверного в них ничего нет.

Но что ясно точно, Марцио Вадельди истово ненавидит Гильдию Воров, пытаясь всеми путями ограничить их растущую власть. Он проигрывает, очевидно. Но все еще жив, что похвально.

Хотя он называется Советником, формально имеющим такую же власть, как другие, на деле он практически мэр этого города. Речные и озерные перевозки находятся во владении его семьи Вадельди, «стража» тоже за ним. Две артерии городской жизни в его руках.

Если бы Марцио смог еще налоги собирать, которые в этом городе заменили крышей банд, то был бы полноправным правителем Агилара.

Очень жаль, но Совет Агилара больше напоминает не орган власти, где все работают сообща, а ведро с крабами, где любого, кто двинется наверх, тут же схватят и стянут вниз коллеги.

Подумав обо всем этом за пару секунд, я взял письмо, сел за рабочий стол около окна и неспешно открыл письмо от Вадельди.

«Уважаемый лорд Бальтазар, вас сердечно приветствует глава семьи Вадельди…»

Дочитав до конца витиеватых строк, я мысленно сократил все письмо до одной понятной фразы – давай встретимся.

– Марцио вежливо приглашает меня стать почетным гостем в его доме, – сказал я ожидающему Генриху.

– Мы идем?

– Конечно, – уверенно сказал я, откладывая письмо на письменный стол. – Но завтра. Прибежать прямо сейчас было бы слишком поспешно.

Генрих понятливо кивнул.

– Ты собрал нужную мне информацию?

– О Принце Ворон? Да.

– Тогда давай послушаем.

Готовясь слушать, я достал пару карт города и хрустальный кулон грубой формы. Карты, кстати, недешевое удовольствие, но Франк где-то их нашел и даже подарил мне бесплатно.

Я достал пару инструментов рунного мастера, перо и резец. Они нужны для вырезания и гравировки на твердых материалах, сочетая это с проникновением маны мастера в изделие.

Пока разглядываю карту и прикидываю, где вписывать руны, как сочетать это с будущим кулоном, внимательно слушаю.

Генрих сел на диванчик в центре номера, стал рассказывать мне о лидере Гильдии Воров, пока я занимаюсь настройкой хрустального кулона. Тонкие пальцы обхватили рукоятку резца, направляя инструмент с машинной точностью. Ториевый резец, матово блестя, легко стачивает грани хрусталя, подгоняя кулон в нужную мне форму.

– Принц Ворон много чуши распространил, пытаясь затерять себя в мистике и секретах. Хотя низшие воры шепчутся, что у него нет имени и тот из черной дыры в земле родился, это всё херня. Его зовут Мараш Черный.

– Вполне обычное имя.

Генрих ухмыльнулся.

– Ага, совсем не пугает до усрачки. И вовсе не из дыры в земле появился, а как все. Мараш родился в семье нищего ремесленника в трущобах Нового Квартала. Как и большинство детей в той дыре, с детства ощутил все тяготы жизни в месте, где правят банды и преступники. Его отец, бывший солдат, научил сопляка искусству боя, но погиб в пьяной драке, когда мальчику было десять. С тех пор о нем мало что было известно.

Я что-то промычал, глядя кулон на свет. Генриха это не смутило, он закинул ноги на низкий столик, бегло рассказывая о чужой жизни так, будто читает роман:

– Оставшись сиротой, Мараш примкнул к шайке карманников. Его природная ловкость и острый ум быстро сделали пацана лидером банды. Но жажды лёгкой наживы ему было мало – он мечтал стать лучшим в своём деле.

Генрих достал маленький кинжал из-за пояса, став чистить ногти острием, уделяя этому внимания больше, чем рассказу:

– Мараш начал изучать искусство убийства у старого ассасина, скрывавшегося в трущобах города. Тот уже стар был, как дерьмо Огненного Великана, передавал свои знания всем, кто захочет, за пару рун. Говорят, был неуловимым засранцем, тоже легендой в свое время, хотя я о нем не слышал. Учил в безумном стиле, натравливая учеников друг на друга по всему городу. Когда Мараш грохнул всех других учеников, то получил от безумного старика вороний плащ, символ смерти. А потом, говорят, никто этого старика больше не видел. Может, и его тоже прирезал.

Генрих срезал с ногтя лишку, цокнул языком, став внимательнее.

– Ты говори, не отвлекайся.

– А что там говорить? Со временем Мараш стал известен как Принц Ворон – таинственный убийца, появляющийся из тени и исчезающий в ней. Его жертвами становились как простые воры, так и знатные господа, осмелившиеся перейти ему дорогу.

– Значит, рамок для него нет.

Генрих кивнул.

– Вообще плевать, кого резать. Горожане шепчутся, что Принц Ворон никогда не оставляет следов, а его нож находит цель даже в кромешной тьме. Некоторые утверждают, что он заключил сделку с тёмными силами, другие – что он просто мастер своего дела, наделённый необычайной удачей.

– А по правде?

– А вот Гниль его знает, – пожал плечами Генрих, довольный солдатским маникюром и убирающий нож. – Я никогда не видел его лично, но Франк сказал, у Мараша есть Руна и повыше рангом, чем у него.

– Ну ладно. Хоть немного интереснее.

Я подул на кулон, сдувая остатки огранки. Посмотрел на свет еще раз, довольно кивнул работе.

– Что это? – спросил подошедший ближе Генрих.

– Если наш новый друг будет излишне обидчив или любопытен, то скоро узнаешь. А если нет, то просто побрякушка на будущее.

– Сказали бы просто – лень объяснять, – поднял глаза к потолку блондин с бородкой.

– Лень объяснять, – послушно повторяю я. – И, кстати, прибери за собой свои ногти. Ты больше не в пещере живешь.

Генрих угрюмо заворчал, но к столу вернулся.

– Альрик не присылал весточку? – между делом спросил я.

Собирающий в ладонь обрезки ногтей отовсюду Генрих угрюмо отвечает:

– Нет. Живой он, не сомневайтесь, уж он бы ноги быстро от смерти сделал, иначе бы не дожил до своих лет.

– Я начинаю сомневаться, что порученное дело окажется ему по силам.

Генрих показательно безразличен.

– Если они не могут даже мелкий клан зверолюдей прикончить и принести вам нужную побрякушку, то лучше им там и помереть, чтоб не позориться.

– Просто надеюсь, что Огненный Талисман того стоил.

Генрих пожал плечами, промолчав. Байка о реликвии зверолюдей из клана Пещерной Рощи ходила среди местных солдат Годрика так много лет, что стала обыденной. Но битва ради одного магического талисмана, пусть и редкого, не стоила того, чтобы с ними связываться.

Темные пещеры, прирученные стаи волков-людоедов и толпа зверолюдей – это далеко не то, с чем хотят столкнуться обычные солдаты.

Но теперь они не просто солдаты. Они мои руки, которые должны приносить всё, что меня заинтересует.

Это также мой экзамен для Альрика. Сможет ли он преодолеть это испытание, стать сильнее, чтобы стать вторым лидером при мне, подобно Генриху? По моим ощущениям, ему как раз немного не хватает победы над сильным врагом, чтобы получить свою первую Золотую Руну.

Что же, это его испытание и судьба. Буду просто надеяться.

Я не хочу просто кормить и держать при себе кучку дармоедов. А они знали, на что подписывались.

* * *

На следующий день.

Утром я отправил Генриха сообщить Марцио Вадельди о своем визите днем. Ближе к обеду я взял с собой свиту из четырех солдат и отправился в путь. Особняк Вадельди не так уж далеко, в конце Золотой улицы на севере, ближе к пирсам.

Город тих, но жизнь в нем еще упрямо горит. По дорогам ходят повозки, в магазинах толпятся люди, пробежала кошка, за ней стайка ребятишек с палками, улюлюкая и смеясь, унеслись в переулок.

Мы просто шли по улице, никакой угрозы или предупреждения…

Из теней переулка за углом, точно в мгновение промежутка шагов, ровно в такт движения в наши ряды вступил чужак.

Черная одежда, что сливается с тенями, черные вороньи перья украшают облегающий наряд. Капюшон и маска скрывают лицо.

Всего лишь долю секунды его скрывает тень дома, словно затянувшийся шлейф за спиной, замедляя реакцию солдат, но этого хватило.

Словно в танце он крутнулся мимо солдата, блеснул клинок, чиркнув по шее, рисуя кровавую вторую улыбку под подбородком.

Еще шаг, и он появился за моей спиной. Мой человек падает на землю, а я под угрозой смерти.

Все это я смог осознать только постфактум, как слайд времени, оставшийся только в памяти прошлого.

Чужая рука легла на мое плечо сзади, лезвие кинжала блеснуло, застыв у яремной вены.

Обманчиво добродушным тоном хрипловатый мужской голос звучит в ушах:

– Не двигайтесь, ублюдки. Или маг умрет!

Бедный солдат на земле, зажимающий хлыщущую кровь из горла и бьющийся в конвульсиях, только подтверждает уровень угрозы.

Солдаты застыли с руками, почти вытащившими оружие.

– Не нападайте, – мой спокойный тон голоса успокаивает нервы солдат. – Помогите Гельду, лей зелье прямо в рану. Его еще можно спасти.

Мужчины спохватились, быстро помогая павшему. Двое суетятся над ним, но последний все еще молча и угрожающе смотрит на убийцу за мной, держа руку на оружии и готовясь атаковать в любой момент.

Меня снова приятно удивляют их душевные качества. Да, застали врасплох, но они очень быстро от этого оправились, не показывают врагу ни грамма паники. Они не суетятся, как безголовые курицы, а молча выполняют приказы и выжидают момент.

Профессионализм, от которого мне все больше хочется сделать из них более могущественную армию, по-настоящему вложившись.

Я не считаю их виновными в том, что пропустили ко мне убийцу.

Я ощущаю его Руну. Уступает мне, но не сильно. Пятый уровень Золотой Руны.

Убийца не препятствует действиям солдат, спасающих товарища, он усмехнулся, скорее забавляясь моей бравадой и спокойствием.

– Тебе бы о себе беспокоиться, волшебник.

– Ты не сразу убил меня, – мои пальцы дернулись, рука чуть двинулась назад, на мгновение коснувшись темных одежд вора невесомо, как пылинка. – Кто ты? Чего хочешь?

Все это происходит прямо на оживленной улице города. Десятки людей замечают произошедшее, кто-то сразу быстро уходит, делая вид, что ничего не видел, кто-то украдкой наблюдает или прямо пялится.

Я замечаю в глазах горожан страх, узнавание и страх. Они знают, кто стоит за моей спиной. Скорее всего, это местная страшилка для детей – Принц Ворон.

И он пришел, чтобы устроить шоу.

Его громкие слова только подтверждают мои выводы:

– Я здесь с предупреждением для тебя. Мы – Гильдия Воров. Мы здесь настоящая власть. Я – власть. Понял, волшебник?

От названия Гильдии Воров еще больше людей начали почти бежать с улицы, не оглядываясь. В окнах домов дрожат шторы, люди за ними больше не смеют подглядывать.

Кинжал двинулся ближе к коже. Еще немного, и ощутил бы холод стали, кожа покрылась мурашками, рассеклась тонко, на волосок, капнула бы кровь. Угроза, самая прямая и примитивная.

Но ожидаемой реакции он не получает. Я не дрожу от страха.

Я показательно спокоен, дыхание ровное, голос менторский и поучительный:

– Власть? В моих глазах ты и подобные тебе далеки от подобного. Вы не принесли ни капли позитивного вклада в этот мир. Ты не страж покоя людей, не великий ученый, не умелый ремесленник, фермер и даже не дерьмовоз. Ты просто паразит, который вредит, иначе не умея выживать.

Я повернул голову так, чтобы увидеть серебристый глаз под капюшоном.

– Вот почему я назвал вас клоунами, а ты тут же послушно прибежал показаться.

Зрачок вора расширился. Да, тогда, отпугнув вора в номере, я не просто так обзывался, красиво стоя в лунном свете у открытого окна. Это была просто приманка, брошенная на удачу. Но на нее легко повелась крупная рыба.

Мышление подобных людей настолько примитивно, что не требует особых разгадок их мотивов. Авторитарное правление страха, что вынуждает их всегда и везде «держать лицо», подтверждать, что они владеют ситуацией.

Без этого страха они просто такие же люди, как и все, просто с ножом в руке и крысиным умением ползать по канавам, глядя, что могут украсть.

Никакие суровые внутренние правила, таинственные знаки, коды или маски не могут скрыть их гнилую суть. Просто люди-отбросы, выбравшие зарабатывать на чужом труде, хотя имеют сильные и ловкие тела, смекалку и возможности.

Я терпеть таких не могу. Потому что я сам выбрался с низов, из обычного простолюдина став уважаемым магом. И хоть всё пошло прахом, я сейчас ни с чем, но не стал же грабить путников на дорогах? Я поднимаюсь снова, веря в себя.

Я верю в то, что честный труд должен вознаграждаться, а люди, вкладывающие душу в свое дело, должны получать справедливую плату и иметь достоинство, которое они выковали своими руками.

Воры, убийцы, все они лишают честных людей того, что им полагается. Они обесценивают чужой труд и делают усилия насмешкой. Они и сами смеются, крадя чужое добро и хвастаясь тем, кто украл больше. А убийцы и того хуже, они забирают самое ценное – жизнь, за горсть монет в переулке.

Любой, кто романтизирует или уважает таких отбросов, болен и нуждается в лечении. И страх для этого не лекарство, а лишь добавка к болезни, питающее паразита.

Весь этот город болен, Агилар страдает.

Если я хочу назвать Агилар своим домом, то обязан вылечить его от этой напасти.

Вор под маской недоверчиво усмехнулся, а потом более хриплым, угрожающим тоном выплюнул:

– Ты смелый.

– И что ты с этим сделаешь, кусок троллиного дерьма?

На левой руке скрестились указательный и безымянный пальцы, импульс морозной маны бьет с кончиков пальцев в землю.

«Кольцо Льда»

Почти сразу земля под нами хрустнула от наплыва инея и холода, распространяясь от меня кольцом. Это простое и быстрое заклинание, ограничивающее подвижность ближайших врагов вокруг мага.

Его полезность для выживания начинающего мага так велика, что оно изучается одним из самых первых. Особенно когда еще не дорос до магических щитов, пространственной магии и нет защищающих фамильяров.

Нет заклинания лучше, когда пытаешься остановить врага или даже толпу врагов, которые двигаются по земле. А там уже, исходя из ситуации, бить врага или бежать самому.

Принц Ворон явно не ожидал такого, но реакция очень быстра. Не пытаясь ударить меня, подпрыгнул, коснулся носками ног растущего ледяного шипа, будто ничего не весит, отпрыгнул еще дальше.

Только на носках его сапог остались инеевые следы касания заклинания, успешно избежал ловушки.

Он правильно рассудил, что «Кольцо Льда» не распространится до раненного солдата на земле, верно оценил радиус. Умный, но иначе он бы не стал местной легендой. Я могу презирать врага, но никогда не буду недооценивать. Он хорош.

На этом ход убийцы не кончился, не давая мне передышки, он с большой силой метает в меня стальную иглу, прямо в кадык.

Очень быстро… Но игла бесполезно останавливается прямо у кожи, а я и не пытался уклоняться. Теперь защита Арканы, мерцающая фиолетовым блеском на поверхности моей кожи, стала отлично видна.

Мантия мага Кирин-Тора зачарована очень практично – пассивно поддерживает наложенный владельцем «Щит мага».

Простое и практичное начальное защитное заклинание, способное сдержать первый удар врага по магу.

Арбалетный болт может быть перебором, но обычный удар или метательный нож? Это даже не нагрузка. А для защиты от стрел и болтов у меня есть кольцо на пальце.

Щелчком пальца я отбил застывшую у горла иглу в сторону, под жалобный звон иглы по льду небрежно говоря:

– Ты же не думал, что эта мантия и прочие побрякушки на мне для красоты, верно?

Даже под маской я вижу, как он стискивает челюсти, разгневанный и недовольный. Люди, что все еще наблюдают за нами, разнесут весть о произошедшем. Шоу устрашения не получилось как задумано.

Мои солдаты поднялись, даже почти убитый Гельд отхаркнул кровь на землю и с очень обиженным лицом достает меч. Он явно жаждет мести.

– С ним сам справлюсь. Пока не встревайте, – командую я. – Он может быть не один, следите за местностью.

Напоминание было кстати, солдаты тут же опасливо озираются по сторонам, ожидая еще одного внезапного нападения.

Честно говоря, они сейчас просто мясные щиты. Против Принца Ворон они просто мухи в янтаре для скорости его реакций. Даже я с трудом заметил движения, когда он убивал Гельда.

Принц Ворон плавно перехватывает кинжал обычным хватом, слегка пригибает колени и наклоняет торс в очень устрашающей и внушительной позе. Серебристые глаза мерцают жаждой убийства человека, который уже отправил сотни на тот свет.

Ведет себя так, словно все под его контролем.

В битве с быстрыми врагами подходят только мгновенные или площадные заклинания. Я резко поднял руку, показательно щелкнув пальцами.

«Огненный взрыв»!

Вспышка сгущенного огня рванула прямо у лица Принца Ворон, но с его реакцией и моим показательным щелчком пальцами он успевает рухнуть спиной назад и неуклюже перевернуться по грязной земле.

Он вскочил на ноги, взъерошенный, с опаленными бровями и ресницами и покрасневшей кожей там, где видно лицо. И вот он уже не устрашающий всех легендарный убийца, а просто вор в грязной одежде, кувыркнувшийся по улице, спасая свою жизнь.

Я неприятно улыбнулся.

– Знаешь, а я могу превратить тебя в овцу.

Зрачки в его глазах расширились до предела, он явно испугался подобной угрозы. Но это была ложь, его сопротивление магии слишком сильно для Трансформации. Так унижать я могу только сильно уступающих мне в силе существ.

Но он этого не знает. Он снова принимает туже пафосную угрожающую позу, медленно говоря хриплым голосом:

– Ты поплатишься за…

Поднятая резко рука заставила его заткнуться и прыгнуть в сторону. Но ничего, никакого заклинания не было.

В тишине мой издевательский смешок заставил его скрежетнуть зубами. Бросив на меня яростный взгляд, Мараш молча и очень быстро бросился в переулок, откуда появился, больше не рискуя даже на секунду оставаться в поле моего зрения. И острого языка тоже, полагаю.

Он быстр, но не быстрее заклинания на дистанции. Окно шанса ударить в спину я спокойно упускаю, дав неудачному убийце скрыться.

Я не собираюсь убивать его здесь и сейчас. Больше всего такие люди и организации боятся не потери жизни, на их место просто встает следующий мерзавец. Они боятся унижения.

Того, что кто-то сорвет их лицемерную маску, покажет, что они просто ничтожества перед настоящей властью. Тогда весь их привлекательный и устрашающий ореол развеивается и показывается суть.

Кучка преступников. И только.

К тому же только глупец бы ожидал, что я просто так его отпустил. Это не в стиле магов Даларана – оставлять обиды позади.

Не просто так я его незаметно коснулся, когда глупец подошел так близко, чтобы прислонить кинжал к горлу «беспечного» волшебника.

Я достал из кармана хрустальный кулон на бечевке. Ранее прозрачный, теперь он принял глубокий фиолетовый цвет. Приподняв к глазам, замечаю легкую дрожь в сторону сбежавшего убийцы.

Цвет глубокий, дрожь стабильна, связь ощутима четко и ясно.

«Тайная Метка» наложена безупречно.

Если применить кулон к подготовленной мной карте города, он будет показывать точное местоположение цели «Тайной Метки».

Заклинание, связывающее две сферы, Рейнджеров Кель Таласа с их Меткой Охоты и простейшей магии Гадания из Шаманизма. Один из гениальных творцов заклинаний Кирин-Тора однажды совместил две казалось бы несовместимые грани и создал «Тайную Метку».

Любой оперативник Кирин-Тора обязан выучить несколько подобных практичных и полезных заклинаний для работы, я не исключение.

Одно из милых заклинаний, неизвестных посторонним, благодаря которым боевых магов Кирин-Тора называют псами, которые выследят и настигнут свою добычу, где бы она ни пряталась.

Даже в новом мире я собираюсь поддерживать репутацию своих великих предшественников. Никто из врагов Кирин-Тора не спрячется от нас, ни одна обида не останется не отомщенной.

Хочешь унизить и убить меня? Я покажу, почему это была очень паршивая затея.

Я совсем не собираюсь полагаться на ненадежные связи других людей, типа владельца «Рунного Медведя», чтобы выследить все тайные схроны Гильдии Воров.

У меня есть свои методы.

Солдаты все еще настороженно оглядывают окрестности, заставляя головы оставшихся зевак опускаться и смотреть куда угодно, только не на них.

– Успокойтесь, он сбежал.

– Нам преследовать? – с готовностью вопрошает солдат.

Убрал кулон в карман. Спрятав хитрую усмешку, чуть громче обычного для чужих ушей говорю:

– Есть занятия получше, чем бегать за крысами по переулкам. Идем дальше, мы же не хотим опоздать на встречу с Вадельди?

Я показываю, что совершенно не боюсь и даже не воспринимаю нападавшего всерьез, как настоящего врага. Ударом по репутации Гильдии Воров это не назвать, но пинком… Да, это я с удовольствием.

И если честно, то в моих глазах только маг равен магу в уровне угрозы. Местечковое собрание преступников… Едва дотягивает, чтобы я занялся ими лично.

Будь у меня подчиненные получше и больше числом, я бы доверил это им, не собираясь заниматься такой тривиальной мелочью. Я лучше потрачу свое драгоценное время на магические исследования.

* * *

В темных концах трущоб, в подвале Принц Ворон в ярости крушил дорогую мебель. Пара подчиненных вздрагивала при каждом громком треске дерева, сокрушаясь о стоимости, но не смея и пикнуть.

Выпустив пар, Принц Ворон подошел к углу комнаты, вырвал половицу с пола и достал маленький сундук. Возясь с замком, он тихо, вкрадчиво, змеиным шепотом приказывает:

– Призови для меня тех бесполезных парней с Улицы Роз. Хватит им пялиться в небо по ночам, как идиотам. Скажи, есть работа.

Опасная улыбка скрыта маской на лице. Не только у всяких владельцев гостиниц есть опасная поддержка. Просто он не любил полагаться на других, желая писать свою легенду.

Но раз уж его вынудили, он покажет! О, как он покажет этому высокомерному волшебнику его место!

– Э-э, Принц, вы уверены? – смелость спросить босса сейчас показала, насколько это затея опасна. – Эти ребята опасные чудаки…

– Заткнись и выполняй!

– Понял!

Идиот. Про себя выругался Принц Ворон. Назвал их чудаками и забыл, что он тоже принадлежит тому месту. Пусть радуется, что не выпотрошил, как рыбу.

Крышка сундука открылась. Внутри лежат на бархате всего три предмета, но они настолько знаковые, что узнать их знающим людям не составит труда.

От предметов исходит темная, холодная сила, подобная бесконечному и пустому космосу. Два инструмента и знак культа, который в некоторых кругах пугает людей даже сильнее, чем Культ Алой Гнили.

Колокольчик с рукояткой. Шкатулка с прахом усопших, но не отпущенных. Черная многоножка, ставшая лезвием, в форме оборванного полумесяца.

Чертов волшебник думает, что он просто жалкий вор? Что он может растоптать меня, когда захочет?!

Нет, скоро Принц Ворон покажет всему городу, кто здесь внушает настоящий страх!

Глаза Мараша Черного, Принца Ворон, злобно светятся серебром в полумраке подвала. Руки потянулись к холодным реликвиям.