Текст книги "Яновский Юрий. Собрание сочинений. Том 3"

Автор книги: Юрий Яновский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 28 страниц)

На полном скаку осаживает лошадь юный партизан Михаил, находящийся в отряде на должности связного, разведчика и любимого сынка.

– Товарищ командир Герой Советского Союза, – начинает обращение Михаил.

– Сучий ты, Мышко, сын, – перебивает его старик, – хиба я тоби на тэ дав револьвер, щоб ты пахкав з нього куды попало? Я тоби дав револьвер на оккупанта, пойняв? Оддавай назад!

– Товарищ командир, – переходит на плаксивый тон Михаил.

– Оддавай, кажу, назад! Обийдешся карабином… Шмаркач… Йому абы пых-пах робыть!..

Старик отбирает у Михаила револьвер, сует его к себе в карман и идет дальше по лагерю. Михаил, соскочив с коня, идет сзади, делая молча умоляющие жесты, конь не отстает от юного хозяина, как собачонка.

Старик подходит к походному госпиталю. На подводах лежат раненые партизаны. Хирург делает перевязку. Над костром висит ведро с кипящей водой. Сестра щипцами достает оттуда инструменты.

– Ну, як, товарыш хирург, – спрашивает старик, – кышкы у моих партызанив в порядку? Хоч бы вы кышкы им трошкы повкорочували, чи що, а то нияк харчив не настачу! Драствуйте, товарищи поранени!

Все вокруг заулыбалось, загомонило, даже тяжело раненные пытаются повернуть головы, чтобы видеть командира.

– Не подходите близко, Артем Сидорович, – говорит хирург, – вы можете занести инфекцию…

Старик отступает назад и обращается к окружающим его раненым:

– Вы чулы, хлопци, що наука каже? Инхвекция, о! Я вам по секрету от медицины скажу: пошвыдче вставайте на ногы та тикайте од инхвекции! Бо вона вас тут геть поисть!

Раненые хохочут, а командир переходит на серьезный тон:

– Покормылы вас, напоилы? Претензий нема? Пам’ятайтэ, товарищи, що пораненый у нас – найдорожчий чоловик! Получай!

Старик дает раненому лесной цветок и идет дальше, провожаемый любовными взглядами раненых. К нему снова приближается и смиренно идет сзади Михаил, сопровождаемый в свою очередь оседланным конем.

Некоторое время идут молча. Командир останавливается, крутит новую цигарку.

– Ну, чого тоби? – наконец спрашивает он, не глядя на Михаила.

– Приказано доложить, – оживает юный партизан, – товарищ командир Герой Советского Союза! Посланная в местечко К. разведгруппа благополучно возвращается с задания!

– А чому ты думает, що благополучно?

Михаил молчит.

– От бачиш – и сам не знает. Благополучно – це значить – выкопалы завдання! А що мени з того, як воны вси цили, а завдания не зробылы? Га! Катай, узнан! На твою пукалку, та гляды мени…

Михаил берет револьвер, вихрем взлетает на лошадь и исчезает.

Старик идет дальше, отвечая на приветствия партизан, подтягивающихся при его приближении.

Вот он подходит к повозке с установленным на ней пулеметом, возле которого возится партизанка-пулеметчица. Она не замечает командира и продолжает работать…

– Так, – говорит старик, глядя на пулемет, – три його, Горпыпо, не жалий рук. Вин у нас заслуженный. Пам’ятаеш, ще в тому первому бою? Такый мороз був, що душа замерзала, а вин стриляв, як часы…

Партизанка замерла у пулемета, не зная, как ей рапортовать командиру в таком положении, но старик легко разрешает ее сомнения:

– Ну, дэ твий первый номер, Горпыно?

Партизанка с просветлевшим, смущенным лицом осторожно поднимает рядом с собой ватник и показывает командиру спящего годовалого ребенка.

– Хорош козак! – говорит старик. – На, дасы йому шматочок командырського сахару! Нехай росте. Колысь дитям розкаже, як вин з мамою партызаныв! А як же ты думала? Бувай здорова, Горпыпо… В бою гляды мени, щоб кулемет не заидав!

Старик двинулся дальше по лагерю, всматриваясь во все и все замечая, дымя самокруткой, помахивая плеткой.

У пушек он останавливается, молча стоит минуту, затем подзывает партизана-артиллериста:

– Як твои гармаши, Давыд? Гармаши идять кулиши? А стриляють, як бог на душу покладэ?

– Разрешите доложить, товарищ командир, – обращается Давид.

– Не трэба. Скажы мени, Давыдэ, от у вас у Грузии, що роблять такий людыни, що в бою дурака валяе? Що?

– Товарищ командир, – говорит Давид, – наводчик Непейвода объясняет…

– От именно, то "не пый вода"! – прерывает его командир. – Воды вин не п’е, а снаряды по молоко посылае! Скильки разив промазав?

– Два, товарищ командир Герой Советского Союза! – выступает вперед и четко рапортует сам Непейвода.

– Аж два! – возмущается старик. – Пид суд тэбэ оддаваты, чи по доброму розийдемось?

– По доброму, по доброму! – звучат голоса артиллеристов.

– Ну, ставай! – командует старик и отвешивает Не-пейводе два удара плеткой по спине. – Бью тэбэ по-батькивському, без сердя… Тильки комисарови не кажить, боже вас сохраны…

Старик направляется дальше, но, сделав несколько шагов, оборачивается к пушкарям.

– Ты, Давыд, не покрывай мени бракоробив! Не в цьому дружба народив! Дружба народив у бою! Голову свою за товарища пидставляй! Оде дружба… А то у мэнэ в соединении есть и грузыны, и москвычи, и узбеки з сыбирякамы, – коли мы будэмо одын одного покрываты, то що выйде!? Понятно, Давыд?

– Так точно, товарищ командир! – весело отвечает Давид.

Но старик не слушает ответа. Он идет дальше по лагерю.

– Готуйсь, хлопди, – говорит он на ходу, – нич – буде важка. Може, бий прийдеться прийняты. Щоб усе було пид рукою. Патроны перетрить тряпкою, колы заряжаете дискы. Як по маслу патрон должен в дуло йты. Усе на соби попрыв’язуйтэ, пришийтэ, щоб нидэ не брязнуло, не грюкнуло…

Издали доносится эхо выстрелов. Они то затихают, то учащаются.

– Нервують фрыци, – прислушивается старик, – душа жызни просыть, а тут – ганяйся за партызанамы…

Быстрым шагом подходит к командиру начальник разведки – невысокий плотный мужчина с окладистой бородой.

– Пытаются закрыть нам дорогу, – говорит он на ходу, – но пока ждут танков…

– Пизно закрывають, – усмехается командир, – нас уже тут нэма! Що чуваты, Иван Иванович?

– Разведданные показывают, что рядом с нами идет какое-то большое партизанское соединение. Народ передает: имеются танки, самолеты, тяжелая артиллерия…

Старик в восторге хлопает себя плетью по сапогу:

– От здорово! Знает, яке то соединение? Нэ знаеш? А ще начальник розвидкы! То ж мы! Щоб я вмер, що то мы!

– Но у нас нет пока ни танков, ни самолетов!..

– Немае, кажеш? А народ хоче, щоб воны в нас булы. Значить, воны в нас е!

– Правильно! Как я не догадался…

– Догадуйся, интеллигент!.. Казав Мышко, що твоя группа вертаеться из мистечка? Без шуму, чи з боем?

– Передали с заставы по телефону – все целы, с ними постороннее лицо…

– Оце вже ты, Ивановичу, перегнув!.. Якись у тэбэ казенни слова – "посторонне"… Не посторонне, а риднэ, он як! Це ж, можна сказать, – гвардеець пидполля… Нас тысячи вкупи, а вин идэ сам… Идэ, виконуе задание…

Впереди появляется комиссар соединения. Это высокий, чернявый, с густыми усами военный, ладно одетый, с четкими движениями и твердым шагом.

– Артем Сидорович, – говорит он командиру, – прошу твоего совета. Случай такой, что никак в нем не могу разобраться без твоей помощи.

– Нэ хытры, Сэмэнэ, – недоверчиво взглядывает старик, и глаза его смеются, – уже, мабуть, щось придумав, щоб из мэнэ, старого, посмиятысь? Грих тоби будэ на тим свити…

Они идут вместе, и видно, что это вернейшие друзья, спаянные на жизнь и на смерть, мужественные, закаленные, достойные друг друга.

– Хорошие шутки, – смеется комиссар и обходит кусты, выходя на полянку. Там стоит партизан с автоматом, а перед ним старый дед-крестьянин, корова й две дивчины: старшая и младшая – лет 16. Младшая никак не может угомонить корову, мотающую головой и все порывающуюся куда-то идти.

– Що скажэтэ, люды добри? – обращается командир.

– Мне самого командира нужно. – отвечает дед.

– А може це вин перед тобою й стоить, – говорит командир, внимательно оглядывая всех пришедших. Он при этом небрежно распахивает свой "серяк", чтобы дед успел заметить у него на груди ордена и звезду Героя. – Можеш говорыты все одкровенно… Дочок сватать прывив? Дак мы вси вже жонати! Одружылыся з партызанським движением!..

– Вы не смейтесь, – с обидой в голосе говорит дед, – я к вам, как к Советской власти, а вы с шуточками!..

– Тоди – другэ дило, – замечает командир, – выкладай твое дило, бо нам уже час рушаты…

Командир смотрит при этом на часы.

– Коли не смеетесь, – говорит дед, – то здравствуйте…

Он протягивает командиру руку и по-крестьянски обстоятельно здоровается.

– Слух про тебя хороший в народе бежит. Будто много вражеской крови на землю выпустил. Никогда не отступал, и сам Сталин поручил тебе поднимать народ против оккупантов. Сынов у меня нет, привел к тебе дочерей…

Командир глянул на комиссара, уловил у того в глазах улыбку и досадливо крякнул, хлопнув плеткой по сапогу.

– Может, ты сомневаешься? – забеспокоился крестьянин. – Они послушные у меня, на любое дело лютые! Прикажешь воевать – они винтовку возьмут, прикажешь стирать, варить или раненых носить – тоже лучше не надо! Сам бы пошел, да здоровье не то, плохо вижу, ноги – как колоды… Корову даю за дочерьми, чтобы не сказали люди, что с пустыми руками идут…

– Тато, – застеснялась младшая.

– Чего там тато! – поднял голос дед. – А если вам нужно будет песню спеть, товарищ командир, то лучше моих девчат никто вам не споет!

– Спасибо, – отрывисто говорит командир, видно, что он взволнован, – спасибо за поповнення, можеш не сумниваться, в хороши руки дочерей отдаеш… Зачислить в загин!

И старик командир в сопровождении комиссара и начальника разведки идут дальше по лагерю.

– Хитрым ты чоловик, Сэмэн, – говорит старик комиссару. – николы из знаеш, яку ты мэни штуку пидсунэш…

Им навстречу движется человек в замасленном костюме, кепке, с железным сундучком в руке, Похож на члена паровозной бригады. Рядом идет партизан с автоматом.

– Тот человек, – говорит начальник разведки, – молодцы хлопцы!.. Нашли кого надо…

– Но и он молодец, – замечает комиссар, – если оказался вовремя на условленном месте…

Группы встречаются, и начальник разведки молча достает из сумки засургученный пакет, карандаш и подает пришедшему железнодорожнику. Это – связной.

– Прошу вас, – говорит начальник разводки, – напишите здесь на обороте ваш помер…

Связной берет карандаш и молча пишет.

Начальник разведки сверяет написанный номер с номером на лицевой стороне конверта. Возвращает конверт связному.

– Верно. Здравствуйте, товарищ. Очень рады вас встретить. Кое-что передам устно. В высшей степени засекреченное дело…

Командир и комиссар жмут руку связному. Автоматчик, откозыряв, уходит.

– Выделить лошадь, – говорит комиссар начальнику разведки, – одежду, питание. В вашем распоряжении, товарищ, еще часика два-три, советую поспать. К вечеру выступаем. Вы очень устали? – спрашивает комиссар участливо.

– Очень, – тихо говорит связной и валится на землю, прижимая к груди полученный пакет.

31. «Судьба неизвестна…»

В толстой клеенчатой тетради открыта последняя страница. Заключительные слова отчета связного:

"Так я очутился в партизанском соединении товарища К., идущем в рейд по тылам врага. Здесь получил пакет с новым поручением. Партизаны достали мне тетрадь, в которой пишу. Пройдя нужное расстояние с соединением, я отправлюсь на выполнение нового задания…"

И ниже приписка другим почерком:

"Тетрадь получена от комиссара соединения товарища Р. Связной тов. Ковалев Владимир Илларионович отстал в районе города В. Судьба его неизвестна".

В музее у витрины, на которой экспонирована клеенчатая тетрадь, стоит, улыбаясь, человек в военной форме. Это тот, чья судьба неизвестна.

Он вытаскивает ручку и дописывает знакомым почерком в тетради: "С удовольствием исправляю некоторую неточность. Нам еще надо жить и жить!.."

Киев. 1950.

ПРИМЕЧАНИЯ[7]7
  Автор примечаний О. К. Бабышкин.


[Закрыть]

ЗАВОЕВАТЕЛИ

Датируется 1931 годом. Впервые пьеса издана отдельной книгой в издательстве "Рух" в 1932 году к 15-летию Великой Октябрьской социалистической революции. Включена в третий том пятитомника Гослитиздата УССР (Киев, 1959). По этому изданию и осуществлен перевод для данного тома.

67 стр. Как известно, в специальном постановлении ЦК КПСС была строго осуждена эта форма борьбы с прогульщиками и бракоделами, практиковавшаяся на некоторых предприятиях.

ДУМА О БРИТАНКЕ

Пьеса написана к 20-летию Великой Октябрьской социалистической революции. Впервые издана отдельной книгой Гослитиздатом Украины в 1938 году. В 1946 году автор опубликовал новую редакцию этой пьесы (см. Ю. Яновский. Драматические произведения. Укргосиздат, 1946). Готовя в 1951 году сборник своих произведений, Ю. Яновский заново редактирует "Думу о Британке". На русском языке пьеса в последний раз публиковалась в книге Ю. Яновского "Избранное" (Гослитиздат, М., 1955).

ПОТОМКИ

Датируется 1938 годом. Впервые пьеса напечатана в 1939 году в журнале "Радянська Украша", № 11. Отдельной книгой выпущена Гослитиздатом Украины в 1940 году. Впервые на русском языке пьеса была опубликована в 1955 году ("Избранное", Гослитиздат, М.) – по тексту, заново просмотренному автором.

СЫН ДИНАСТИИ

Датируется 1942 годом. Впервые пьеса напечатана в журнале "Украинская литература" (1942–1943). Отдельной книгой выпущена Гослитиздатом в 1944 году. В 1946 году писатель опубликовал новую редакцию этой пьесы; еще раз перерабатывал это произведение автор в 1951 году. На рубежом языке пьеса впервые опубликована в сборнике "Земля отцов" (Гослитиздат, М., 1944). Перевод перерабатывался по подготовленному для "Избранного" (Гослитиздат, М., 1955) украинскому тексту и одобрен писателем.

РАЙСКИЙ ЛАГЕРЬ

Датируется 1952 годом. Впервые пьеса опубликована на русском языке в авторском переводе в альманахе "Дружба народов" (№ 1, 1953). Текст заново был подготовлен писателем для "Избранного" (Гослитиздат, М., 1955). Публикуется по тексту этого издания.

ДОЧЬ ПРОКУРОРА

Датируется концом 1953 года. Впервые пьеса опубликована в 1954 году на русском языке в авторском переводе в журнале "Театр", № 4. Писатель продолжал работать над пьесой. Последний ее вариант на украинском языке был напечатан после смерти писателя в 1956 году в журнале "Вітчизна", № 10. В нашем издании текст воспроизводится по журналу "Театр".

МОЛОДАЯ ВОЛЯ

Писатель работал над пьесой на протяжении 1951–1954 годов и не успел ее завершить. Начисто переписано автором только два действия (вообще же он, как мы уже отмечали, предполагал создать тетралогию о жизни и революционной борьбе Тараса Шевченко). Если бы смерть не вырвала Ю. И. Яновского из наших рядов, он, несомненно, успешно довел бы дело до конца, устранил бы недостатки, встречающиеся в этом незаконченном, незавершенном про-изведении (некоторые отступления от точных дат, известных событий, зафиксированных фактов и т. п.). Но и в настоящем своем виде "Молодая воля" представляет историко-литературный интерес, особенно сейчас, когда в нашей стране и за ее рубежами ведется широкая подготовка к 100-летию со дня смерти и 150-летию со дня рождения Т. Г. Шевченко. Пьеса впервые опубликована в журнале "Вітчизна" в 1955 году (№ 3), затем включалась в третий том пятитомника Гослитиздата Украины (К., 1959). Перевод осуществлен по этому изданию.

НЕВИДИМЫЙ ФРОНТ

Киноповесть "Невидимый фронт" датируется 1950 годом. Впервые она напечатана в 1951 году на русском языке под этим заголовком в книге 10. Яновского "Избранное" ("Радянський письменник", 1951). На украинском языке – под заголовком "Связной подполья" сценарий напечатан в сборнике "Новая книга" ("Радянський письменник", 1954), а затем в четвертом томе пятитомного собрания сочинений Ю. Яновского (Гослитиздат УССР, Киев, 1959 год). Публикуется по тексту "Избранного" (1951 год) с некоторыми сокращениями, сделанными автором в последнем украинском варианте сценария.

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ ПРОИЗВЕДЕНИЙ, ВКЛЮЧЕННЫХ В СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИЙ Ю. И. ЯНОВСКОГО[8]8
  Римские цифры обозначают том, арабкие – страницу.


[Закрыть]

Байгород. Перевод Я. Зенкевича – II, 33.

Бивни мамонта. Перевод Я. Зенкевича – II, 7.

Бизнес. Перевод Я. Дорбы — II, 316.

Борьба за человека. Перевод Г. Стах — II, 179.

Встепи. Перевод автра – II, 398.

Вшахте. Перевод Т. Стах – II, 238.

Весна. Перевод Т. Стах — II, 264.

Всадники. Перевод Я. Дорбы – I. 45.

Ганна Антоновна. Перевод Я. Карабана – II, 97.

Ганка Недяк и ее дети – II, 475[9]9
  Звездочкой отмечены произведения, написанные автором по-русски.


[Закрыть].

Гоголевские пейзажи – II. 471*.

"Голубий Дунай" – II, 423*.

Город за проволокой. Перевод Г. Стах – II, 279.

Господа и рабы – II, 448*.

Две женщины. Перевод Т. Стах — II, 190.

Девочка в венке. Перевод Е. Благининой — II, 119.

Дед Данило из "Социализма". Перевод автора – II, 129.

Династический вопрос. Перевод Г. Стах — II, 231.

Дорога на Запорожье. Перевод Я. Карабана – II, 107.

Дороги войны. Перевод Б. Яковлева — II, 463.

Дочь прокурора. Перевод автора – III, 319.

Дума о Британке. Перевод А. Деева — III, 75.

За каждую пядь земли – II, 409*.

За Карпатами. Перевод Б. Яковлева – II, 467.

Завоеватели. Перевод Я. Карабутенко – III, 5.

"Земля отцов" – II, 115.

Зимний день. Перевод Я. Дорбы – II, 342.

"И снова возле моря мой шатер"… Перевод Я. Карабана — II, 85.

Искусство. Перевод Я. Дорбы – II, 366.

Кашевар. Перевод Б. Турганова — II, 155.

Киевская соната. Перевод Т. Стах — II, 161.

Киевские рассказы – II, 159.

Коваль. Перевод автора – II, 117.

"Короткие истории" – II, 83.

Красноармеец. Перевод Я. Карабана — II, 86.

"Кровь земли" – II, 5.

Лучи ласкового солнца. Перевод Б. Турганова – II, 143.

Маленький факт. Перевод В. Турганова – II, 123.

Марийка. Перевод Е. Благининой – II, 133.

Мастер корабля. Перевод Я. Ушакова – I, 359.

Матэ Залка (1896–1937). К 10-летию со дня смерти – II, 426*.

Медицинские заметки – II, 429*.

Мир. Перевод Т. Стах и II. Карабина – I, 139.

Молодая воля. Перевод И. Карабутенко – III, 377.

На ярмарке. Перевод И. Дорбы – II, 348.

Невеста. Перевод П. Карабана – II, 92.

Невидимый фронт. Перевод автора – III, 449.

"Новая книга" – II, 311.

Новогодний вечер. Перевод И. Дорбы – II, 382.

Обвинение продолжается – II, 453*.

Памфлет на экране – II, 445*.

Песня дружбы. Перевод Т. Стах — II, 298.

Петрусь и Тапочка. Перевод Е. Благининой – II, 150.

Письма из Нюрнберга – II, 439*.

Письмо в штаб. Перевод Б. Турганова – II, 126.

Под яблоней. Перевод Т. Стах — II, 216.

Потомки. Перевод А. Деева – III, 137.

Предисловие. (К сборнику рассказов, запланированному в 1949 г.; Перевод И. Дорбы – II, 313.

Путешествие. Перевод П. Карабана – II, 100.

Путь во Францию. Перевод Т. Стах – II, 199.

Работа в газете – II, 437*.

Райский лагерь. Перевод автора – III, 251.

Романтик. Перевод Я. Карабана – II, 88.

"Свидетель" Геринг – II, 458*.

Совесть мира – II, 457*.

Солнце поэзии – II, 479*.

Сын династии. Перевод А. Деева – III, 189.

Тополь. Перевод Я. Карабана – II, 96.

Туз и перстень. Перевод Я. Зенкевича – II, 18.

Фабрика войны – II, 442*.

Чапай. Перевод Я. Карабана – II, 90.

Черты великого народа – II, 419*.

Четвертый – сержант. Перевод Е. Благининой — II, 137.

Читатель на фронте – II, 415*.

Шаги истории – II, 439*.

Шестое ноября в Киеве. Перевод И. Карабутенко – II, 412.

Я вижу – II, 407*.