Текст книги "Люболь. Книги 1-4 (СИ)"

Автор книги: Вера Авалиани

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 64 страниц)

Глава тринадцатая

Риэлтор оказался свойским парнем из Азербайджана, который давно обосновался на новой родине, но русский знал отлично. Сгрузить вещи в его микроавтобус помог супругам подполковник. Взамен его предложили подбросить до Аланьи. И он не стал возражать. По дороге Соня рассказала ему о всех перипетиях брака. И даже сказала, что у Тамары была флэшка с компрометирующим видео. И об опасности того, что это видео кто-нибудь выложит в Интернет.

Взамен подполковник без обиняков раскрыл им, почему на Нане женился. И про то, что отправил ее сюда, в свою квартиру в Турции, чтобы спрятать от Иллариона.

После этого оба собеседника погрузились в воспоминания и трудные раздумья.

И тут Клод, которому вкратце Софья пересказала суть беседы, сказал: тогда мы можем сразу вернуться в Австралию, раз требе ничего не угрожает.

– Сначала нужно убедиться в том, что действительно погибла та Орлова, а потом еще встретиться с компьютерщиком, которого уже завтра пришлет Георгий в их распоряжение.

Да и неплохо провести медовый месяц где-то в экзотической стране.

Клод поцеловал жену в губы, как бы показывая явно очарованному ею подполковнику, что «губу раскатывать» не надо. И он удовлетворенно улыбнулся, когда через полчаса Варежкин сошел на въезде в Аланью недалеко от старинной сторожевой башни.

Особняк на скале над морем оказался небольшим, но очень ухоженным. Его отличительной чертой от всех других были две башни над крышей и по бокам дома.

Вид из них открывался такой, что Соня предложила особняк купить, а не арендовать. Бескрайняя вода в момент заката простиралась почти без полоски берега перед отвесной скалой, на которой стоял домик в стиле барокко. Персикового цвета стены, полукруг башен прикрывал снизу до третьего этажа винтовые лестницы, а над крышей полукруг становился круглыми комнатами в виде башен с двух сторон. Там можно устроить кабинет. На плоской крыше между двумя башнями можно было жить под открытым небом: загорать или развести домашние джунгли, зимний сад. Идеи заклубились в голове. Клод с Софьей взволнованно переглянулись.

На первом этаже была кухня и гостиная без перегородок, а на втором – две сообщающиеся друг с другом спальни.

– Я чувствую, что в этом месте нас ждет безоблачное счастье.

Оно ждет нас в любом месте, где мы окажемся вдвоем. Заверил ее Клод. – Но я тоже хочу здесь жить. И дом, и сад – просто прелесть. Наверное, зимой в такой близости от моря – сыро. Но будем с этим бороться. И все победим.

Еще до того, как супруги приступили к разбору вещей, им потребовалось дополнительное тепло. Хотя риэлтор, отправляясь встречать их в Анталию, включил во всех комнатах теплые полы, все же в доме было еще прохладно – конец января. И Клод занялся камином. Благо, в поленнице на террасе лежали порубленные дрова.

А Соня решила выйти и найти, где тут поблизости магазин, чтобы купить еду и чайник. Элементарная мебель в доме была, а вот посуды – не оказалось.

Фрэдик активно помогал папе с камином – рвал данную ему в руки газету сосредоточенно и самозабвенно. Поэтому Софья не стала его отвлекать, а, захватив телефон, вышла из дома, крикнув с порога:

– Поищу магазин!

Пока она выходила за ворота маленькой виллы, все время думал: звонить ли Георгию и сообщать ли свой адрес и то, что Нана умерла. И особенно то, что она успела все рассказать полицейскому высокого чина, который стал ее мужем.

И еще ее очень беспокоило, что еще когда супруги были в Австралии, Гия по телефону намекнул, что Тамара Орлова мертва, хоть напрямую это слово и не прозвучало. А тут какая-то Тамара Орлова убила Нану.

Но звонить нужно было все равно, хотя бы потому, что завтра должен прилететь в Турцию одноногий компьютерщик, выделенный Гией на то, чтобы отслеживать порно-видео в Интернете. К тому же у Сони были на этого бывшего сотрудника силиконовой долины и творческие планы, связанные с синтезированием музыки из сексуальных охов-вздохов во время секса, записанных на диктофон.

Георгий схватил трубку, будто ждал звонка. Он и ждал, судя по тому, что начал, не здороваясь:

– Скинь срочно адрес мне СМСкой, Влад уже вылетел. Очень беспокоился, что ты позвонишь позже, чем он прибудет – ему трудно будет добраться самому – хоть у него и есть протез, и коляска. Но все же…

– Скинь мне номер рейса и номер телефона, я пошлю Клода Владу навстречу. Мы только что купили эту виллу и даже не успели поесть. Сколько времени он уже летит?

– Двадцать минут. Рейс через Стамбул – зимой прямых-то нет.

Соня помялась, так и не решив, рассказывать ли Гие о двойном обоюдном убийстве Тамары и Наны. И решила рассказать.

Закончив, она сочла нужным добавить, что, хотя имя Тамара Орлова довольно распространенная, все же только одна такая могла покуситься на Нану.

Георгий потрясенно молчал. Эта история заставила задуматься не только о возможности совпадения такого рода, но и о том, что посланный за Тамарой киллер их и Илларионом обманул, сообщив, что «царицу» убил гораздо раньше и в другой стране. И то, что Нана вышла замуж молниеносно, да еще за «мента» и рассказала ему все о прошлой жизни, тревожило его не меньше.

– Я тоже вылетаю к вам, чтобы во всем разобраться. Сообщу, где остановлюсь. Завтра вместе пойдем в полицию в Аланье, дождитесь меня.

Магазинчик Соня нашла быстро – просто вышла на более-менее крупную дорогу с асфальтовым покрытием. Небольшой частный супермаркет оказался ближайшим.

Кроме колбасы и хлеба, она купила чайник и два комплекта спальных принадлежностей. И спросила у турка за прилавком, где можно срочно арендовать машину. Заговорила она с мужчиной за кассой по – английски, но он ответил ей на русском:

– Мою возьми за сто баксов. По дороге в аэропорт будет несколько пунктов аренды машин, но поблизости – ни одного.

– Но моему мужу нужно встретить родственника инвалида в аэропорту Анталии. Вдруг его остановят?

Поджарый мужчина с седыми висками тяжело вздохнул и позвонил кому-то на мобильный.

– Сейчас жена придет, в магазине посидит. А мы с твоим мужем за сто пятьдесят долларов встретим калеку.

– Соня отметила повышение суммы – турки продадут и Луну. Но в этом конкретном случае мужчина брался за гуж без проволочек. И это – главное.

– По рукам, – сказала Софья – Заодно и меня с покупками до дома подбросите, чтобы мужа забрать. И получите за это Кока-колу.

Владелец магазинчика рассмеялся. Машина у него была старым «Фордом», но ухоженным и под завязку заправленным. Мужчина, представившийся, как Мустафа, галантно поднес пакеты с продуктами, забрав их решительно из рук Сони. Она выхватила у него из рук только пакеты с электрическим чайником и термосом, которые купила в магазина.

– Надо успеть до вашего отъезда сделать кофе и бутерброды. Дам вам в дорогу. Мы же с Клодом только с самолета! – объяснилась она, убегая.

Клод увидел вбегающую Софью и испугался. На его лице она прочла мысль, что с такой скоростью нужно спасаться от погони.

– Я позвонила Георгию. Компьютерщик вылетел раньше. Я в магазине наняла машину и ее владельца, чтобы вы его встретили в Анталье. Сейчас сделаю вам «сухой паек» в дорогу.

Клод тоже соскочил от камина – он хорошо разгорелся. Запахло смолистым деревом и горящей бумагой. Стало теплее и на душе.

– Ну, я быстро разыщу куртку в вещах – и можно трогаться.

Для скорости Клод вывалил на диван все содержимое двух чемоданов, в которые вместились его вещи. Первой выпала та классная дубленка, которую он купил в Москве в итальянском бутике. Это навеяло много воспоминаний.

Слушай, надо узнать, закончен ли фильм уже, а, Софии? Крикнул он в сторону кухни.

– Узнаю завтра. Сейчас я о другом думаю больше, – крикнула в ответ Соня. Она в булку засунула массивный кусок колбасы с кустиком зелени, во второй – отслоила отрытый пакетик с ветчиной и сделала еще один бутерброд.

У вас колбаса не свиная? Мусульманам нельзя такую. Спросила она подошедшего к ней Мустафу.

– Я, увы, атеист. И люблю ветчину. Тут нет такого жесткого давления ислама, как в других странах. Ведь турком в свое время по закону, принятому Мустафой Озтюрком мог стать в начале построения государства любой, кто себя им решил турком считать. Так что население не однородно. К тому же мы на территории бывшей Византии – оплота христианства.

Слово «оплот» выдавало высшее образование. Причем, гуманитарное. Но на расспросы времени не было.

Соня мгновенно в бутерброды для Мустафы засунула тот же комплект колбаса-ветчина-укроп, что и мужу. И размешала в налитую в термос воду несколько ложек растворимого кофе и сахара. Потом плеснула молока. И сунула четыре бутерброда и две пластиковые чашки в пакет, в другой поставила термос и оба сунула в руки водителю.

Клода, она видела, уже ждал Мустафу у двери.

Я скину тебе Клод номер рейса и фамилию компьютерщика – крикнула она вслед быстро удаляющимся мужчинам. А если будет, то и фото.

Маленький Фрэд, держась рукой за кресло, махал ручкой вслед папе.

– Пока, – по-русски сказал он. Где только слышал – наверное, когда Соня по телефону разговаривала с кем-то из России.

– Все то ты на лету схватываешь, Фредик! – Соня подошла к сынишке и погладила его по голове. Придется маме фильтровать базар» – вспомнила она выражение из лексикона бандитов.

– Базар фонтавать, – старательно выговорил мальчик. Пришлось его похвалить. Ведь он изобрел новый глагол.

– Будешь колбаску мусолить? – поинтересовалась она у малыша. И тот солидно кивнул, взял ее за руку, показывая, что хочет идти сам. Но «сам» – это пока шагая, держась за руки мамы, вышагивая у нее меду ног в сторону кухни. А потом сидеть на стульчике у барной стойки, опершись спинкой на Сонин живот и грудь и стискивать и посасывать кусок «докторской», урча, как кот. Софья и сама наворачивала ее без хлеба. И вспоминая, как в школьные годы ее критиковала мама за то, что она «кусочничает».

Сколько всего произошло с тех пор, сколько изменилось в ее жизни. Окружение – несколько раз, три страны, а вот привычка осталась. Она ведь «свыше нам дана».

– Спасибо ам, Ангелы, спасибо тебе Бог за то, что у меня сейчас есть то, что есть. Включая колбасу из детства в далекой Турции…

Глава четырнадцатая

Отключив телефон после разговора с Софьей, Георгий сжал челюсти так, что зубы хрустнули. Не захотел он, чтобы Илларион, узнав о записке Наны к Павлу, послал его женщину разыскать и убить. Ведь она оскорбила криминального авторитете своим поступком. Но Георгий женщин убивать не мог. Тамару Орлову он и за женщину не считал – гром-баба, мужицкого сложения, занимавшаяся гадостями на равных с другими членами банды, нечестно исполняя адвокатский долг, пока не отдала должность сыну.

Чтобы не представлять себе убийство красавицы Наны, он и не сообщил ничего Иллариону. Но теперь девка мертва. Причем, возможно, убила Орлову, да еще – «взаимно». И пора сделать вид, что в процессе поисков видеозаписей на флэшке он только что наткнулся на записку в окровавленных штанах ныне покойного Пашки – Красавчика.

За окном было промозгло, серо. Спал Георгий сегодня один в своей квартире, а не в Сониной. Поэтому решил сперва плотно позавтракать в кафе недалеко тот дома, а потом звонить Лари с новостями. И не пожалел о том, что решил заправиться. Мимо окна пробежала девушка с большой собакой на поводке. Пес ее явно превосходил по весовой категории. Девушка болталась на поводке, как воздушный шарик на нитке. Гия, уписывая яичницу и прихлебывая ее томатным соком с перцем, не мог не улыбнуться. Пока он ждал свой кофейник с натуральным напитком – чашки ему всегда было мало – девушку пронесла собака обратно в сторону, видимо, ее дома.

И пролетая мимо окна она успела с вожделением глянуть на его кофейник. А он, сориентировавшись, поманил ее пальцем. Но она успела сделать жест плесами – дескать, не в ее силах остановить собаку.

Гия уже допил последнюю чашку, когда девчонка прибежала, запыхавшись, в кафе.

Вы еще не ушли, сказала она, потирая замерзшие руки. Я должна была вернуть пса до десяти утра, пока хозяйка не ушла из дому по своим делам. Я подрабатываю «собачьей няней».

Она села за стол, взяла чашку Гие, и попыталась выцедить капли из кофейника. Личико ее – самое непримечательное – серые небольшие глаза, брови «домиком», серые волосики под черной вязаной шапкой выразило разочарование тем, что кофе кончился. Она посмотрела на Гию жалобно. И он, подозвав официантку, попросил еще кофейник.

– Спасибо! Я так люблю такой кофе, на который у меня нет денег. Я ведь учусь на свои.

И кем станешь, когда доучишься? лениво поинтересовался Георгий:

– Физиком-теоретиком, – девушка смотрела в сторону стойки, плотоядно облизываясь в предчувствие кофе.

– Но кто-то же тебя приучил к хорошему кофе, значит, раньше ты лучше жила, как тебя там – Наташа?

– Настя, – поправила она собеседника, назвав свое имя. – Папа был физиком-теоретиком. И на кофе нам хватало.

– И теперь ты – сирота?

– Нет, просто отец женился на молодой и теперь кофе пьет в другом месте.

– А ты рассердилась на него и денег не берешь.

– Да ему еле хватает на Настю. И хотела бы взять – да нечего, – засмелась девушка.

Гия сам себя не узнавал. Ему понравилось, что девчонка такая небанальная. И при улыбке у нее открывалась щелка между зубами. Кокетничать она не старалась. А, как известно, отсутствие кокетства – самый рафинированный из видов соблазнения.

– Обязуюсь поить тебя кофе со следующей недели. Забегай сюда в это же время с понедельника. А сегодня мне надо в Турцию на несколько дней слетать.

Девушка улыбнулась огорченно:

– Жалко, халява моя отдаляется во времени и пространстве.

И вдруг Гия решился будто даже помимо своей воли:

– Подожду, пока ты допьешь, и найму тебя ухаживать за моими цветами и котом на неделю. Гонорар – двести баксов. И вся коллекция моего кофе – в твоем распоряжение на неделю.

– А не боитесь, что я квартиру вашу обкраду? – прищурившись, поинтересовалась девчонка.

– А я начальник охраны у бывшего криминального авторитета. Так что подумай трижды, чем даже кофе с собой отсыпать в обход договора.

Девчонка рассмеялась искренне:

– Хорошая отмазка и складная сказка.

– Увы, это горькая – для тебя – правда. – Гия подчеркнул, что сам-то он доволен работой.

– Но я все равно согласна, – поспешно и деловито сказала Настя. Надеюсь, отсюда ваш дом не далеко?

– Почти напротив кафе.

– Как кота зовут? Он агрессивный?

– Станислав – с ударением на «и», как пан Станислав из «Кабачка 13 стульев». (Но не из того поколения была Настя, чтобы помнить такой давний телевизионный проект).

Кот – личность. Обижать не советую.

– А я то собиралась за хвост подвешивать на дыбу! Сколько раз его кормить? Есть ли запасы корма? Туалет в какой день менять?

Георгию понравилось, что девчонка, похоже, профи в этом деле. Обычно Гия увозил кота на передежку в гостиницу для животных. А тут такая удача!

Все есть. Кормить три раза, туалет сменю сам перед вылетом, нужно только извлекать из лотка какашки специальной лопаткой с прорезями и бросать в унитаз, а субстракт в лоток я сам досыплю. Девушка слушала явно запоминая. – Допила? Тогда пошли. И Настя, как солдат по команде, вскочила с места.

– А не боишься в дом ко мне идти. Вдруг позарюсь на твою невинность?

Да кому я нужна, разве что собакам и котам. Люди мною не интересуются. Как и я ими. – В голосе все еще звучала обида, видимо, на отца. И я владею двумя приемами джиу-джитсу. Оба – смертельные. – она посмотрела на Георгия предупреждающе.

– Против лома – нет приема, – пошутил он в ответ.

Тут уж расхохотался Гия, окинув взглядом маленькую худышку, больше похожую на школьницу, чем на студентку. И повел ее домой, познакомил с котом, дал запасной ключ.

– Загляни ко мне сегодня. Есть новости.

И они уже вышли до дома, когда позвонил Илларион:

– Буду через двадцать минут, шеф. – коротко ответил Гия. И задумался – не опоздал ли он с сообщением?

Режиссер Игорь Заславский за прошедшие пару недель с тех пор, как уехала Соня будто протрезвел от своей страсти к ней. Ходил мрачный, но кино снимать продолжал. Чтобы успеть к Каннскому фестивалю, надо было поторапливаться с монтажом картины, а еще не все сцены сняты.

Кроме Сони его покинула и любовница. Она стремительно переметнулась к актеру, исполняющему в фильме по сценарию с использованием событий жизни Клода роль главного героя. До того неизвестный почти артист от лбви с Таей очень расцвел. Ходили слухи, что они поженились или уже вот-вот.

Зато Марианна стала шелковой. Чтобы обольстить мужа снова сделала на спине татуировку, перестала лениться в постели, так что его «озверение» пошло на пользу почти всем. И помогло сосредоточиться на том, чтобы сделать всю картину по гипнотичности схожей с той сексуальной сценой, тон которой задали Клод и Софья. Так внезапно и больно захлестнувшая Игоря страсть к Соне прошла, но она стала камертоном для всей картины.

И проснувшись ночью, Заславский повернулся к Марианне, разбудил ее неожиданным и очень хищным, болезненным поцелуем. Жена застонала. Игорь быстро, без затей кончил, но заснуть жене не дал.

– Я понял. Для выражения смятения чувств нам в картине нужна музыка – роковая, безумная, анархичная. Где только найти такого композитора?

Марианна повернулась на другой бок и сказала хриплым со сна голосом:

– Тая рассказывала, что Клод пишет музыку на стихи соне. И ей они предлагали спеть соло в припеве – в куплетах там какой-то рэп. Марианна заснула. А Игорь слишком взволновался от такого известия. Сама судьба в Австралии послала ему Клода с его историей. Кто же лучше него может выразить ее в музыке. Вот уж не думал, что при такой фигуре можно еще и заниматься чем-то столь неземным, как музыка. Впрочем, им же показались Ангелы! – это даже мысленно для циничного режиссера прозвучало с сарказмом. Не верил он в эту историю. Даже не смотря на то, что в новостях показали кадры, как Сонька пытается идти через дорогу, а ее не пускают под поток машин полупрозрачные силуэты.

Эту сцену несколько водителей сняли на камеры в своих мобильных телефонах. Да и Тая видела их тоже – позже. В квартире у Софьи, причем, вместе с Клодом. И тот тоже сфотографировал еще более внятные силуэты.

Но сам факт существования небесных Хранителей (и наблюдателей) пугал и раздражал наломавшего в отношениях с Софьей и Клодом немало дров Игоря. Он отказывался верить в то, что Бог – не выдумка попов, желающих на этом мифе получать немалые бабки, а реально действующая сила.

Подкупало режиссера и то, что можно будет рекламировать музыку к фильму, если ее напишет Клод, также, как и его участие в сценарии. Эта красивая парочка, которая сыграла в самой картине лишь тела героев (но как!), ее лица захотят увидеть на фестивале. Так что, «три в одном» – это прекрасно для продвижения фильма и может сделать его сенсацией!

В четыре часа утра в Москве перевозбужденный режиссер не мог больше сдерживаться и набрал номер мобильного телефона Клода, надеясь на то, что где-то там в Австралии, куда умотали молодые на медовый месяц, в это время не так поздно или не так рано – он никак не мог сообразить, какая разница во времени с Сиднеем.

Телфон не был отключен, но не отвечал. Тогда Игорь решил написать СМС:

«Узнал, что пишете музыку и тексты. Хочу мелодию к сексуальной сцене фильма, музыку на заставку, рэп на концовку и трагический мотив на смерть Жиз. Выбью в качестве гонорара двадцать тысяч долларов вам на двоих. Музыка нужна не позже, чем через две недели. Ваш уже друг Игорь Заславский.» СМС ушло, улетело через Космос в Турцию.

Клод в это время сидел с Софии на крыше нового дома на надувном матрасе, укрывшись общим одеялом, и смотрел на огромные, как хризантемы, звезды над ними и лунную дорожку на море.

– Если даже я сейчас умру, – сказала Соня, – я уже ничего важного не пропущу.

Клод чувствовал тоже самое. У него в горле стоял комок от переполняющих его чувств.

– С тех пор, как мы с тобой, мир стал таким…объемным, необозримым, полным тайн, запахов и звуков. Будто до этого я не жил, – честно признался Клод.

– Давай пойдем в постель. И не забудь включить диктофон. С утра все записи отдадим компьютерщику. Пусть преступает.

– Скажи, а это не…

– Цинично, хочешь ты спросить?

– Искусственно.

– Искусство – это то, что берется из жизни и возносится вверх, раскрашивается и усиливается. К тому же, не припомню, чтобы издавала какие-то звуки специально для записи. И не собираюсь. – чуть раздраженно ответила Софья. Но Клод погасил ее нарождающуюся злость поцелуем, от ярости которого не осталось время не на поход в постель, не на диктофон.

– Будем с тобой, как кот с кошкой – на крыше, – прошептала Соня и принялась перекатываться по бетону, пока не приняла позу, в которой спариваются кошки. Для полноты картины Клод слегка пригнул ее шею и прикусил кожу сзади. Жаль, что запись не состоялась. Кричала Соня тоже похоже на вопли влюбленной киски.

После этого муж с женой спустились с крыши по лестнице без лампочки (надо купить и вкрутить – отметил про себя Клод).

После этого Клод пошел под душ, так как Софии распаковала новый комплект постельного белья. Красивые пионы выглядели на нем, как живые. И вспомнила, что перед тем, как они пошли с мужем на крышу «послушать море и небо», она застелила в соседней спальне кровать для компьютерщика Влада. И тот сразу рухнул спать, только и попросил стакан молока на ужин.

Парень обоим супругам понравился своей деликатностью и очень интеллигентной внешностью выпускника престижного университета. Ничто не указывало на его связь с мафией. Да и заключалась она в том, что Влад исполнял их просьбы, связанные с хакерством несколько раз. Ему были нужны деньги на протез, который он изобретал для себя, ну и для всех. Он должен быть абсолютно идентичен по свойствам живой ноге и внешне выглядеть неотличимо. В его основе – компьютер, который считывает и претворяем решения ближайших к протезу нервов, так что передает протезу их сигналы, поступающие из мозга. Благо, ногу отрезали после роковой для него аварии чуть ниже колена, так что даже сигналы для голени можно ловить – рассказал он Соне, пока та заправляла постель. Срня выдала ему полотенце и пожелала хорошего отдыха.

– Не забудь на новом месте загадать «приснись жениху невеста» – пошутила Соня.

– Пока ногу себе не организую нормальную, кому попало не отдамся, – неожиданно жестко сказал в ответ этот супер-хакер. – Жалось я не выношу!

– Учтем, – честно пообещала Софья. И улыбнулась на прощанье так, что парень оттаял и «спрятал колючки».

– Вещи не распаковывай в этой спальне. Завтра ты переселишься в домик для гостей у нас на участке. Там одна комната, но есть душ и маленькая кухня.

– Я рад. Не хотелось бы умирать от зависти при звуках секса молодоженов, – с неподдельной тоской сказал Влад. Его инвалидности – меньше года. И он еще не привык к новой реальности, в которой девчонки предпочитают двуногих.

Соня решила, что все же придумает ему какую-нибудь «нечаянную встречу» с той девчонкой его возраста, которая ей понравится, например, завтра на пляже.

Заправив еще одну кровать Соня прилегла. И ее охватила такая сладкая усталость, такая непреодолимая нега, что она сняла одежду и голой нырнула в пахнущие магазином объятия пододеяльника и простыней. Плюхнувшийся рядом горячий от душа Клод ее обнял и прошептал.

– Вижу, та не станешь отряхивать пыль с ног твоих. Ну и не надо. – Прошептал Клод неэно и провел рукою по сей красивой спине. И почувствовал, что вся она в мелких крупинках не ото песка, не то – бетона. С крыши, разумеется, где влюбленные только что предавались дикому, разнузданному сексу. Во время него появляется некая анестезия ко всему остальному. Но Софии ведь могла и поцарапаться. Клод встал с постели, на цыпочках подошел к батуту, накаченному в углу комнаты вечером – это единственное, что удалось купить по дороге из аэропорта, пригодное для малыша, чтобы переночевать одну ночь: замок с башенками и крепостной стеной, с полым центром, в который влезла одна большая пуховая подушка. На ней то, защищенный от скатывания на пол и укрытый дубленкой Клода и возлежал попой кверху царь сего замка, да и император всего имения – Фредерик Тауб. И, судя по всему, он чувствовал себя по – королевски.

Клод пошел в ванну, находящуюся между двумя спальнями, тихонько включил воду, слушая храп Влада из-за двери, намочил половину полотенца и, вернувшись, стал обтирать спящую Соню. Она сладко заурчала, но глаз не открыла и губ не разомкнула. Клод же мгновенно проснулся и взбудоражился. Протирая промежность со спины, он влез таки в горячую пещеру, думая с досадой, что как маньяк какой-то не может удержаться, стоит только коснуться ее. Софии повернулась на бок, Клод обнял ее сзади и медленно, глубоко стал двигаться внутри. И было так сладко дышать в ее лопатки.

Соня спала, но сжала вскоре влагалище внутри. Клод громко застонал, зажав себе рот – ребенок рядом! А Софья промычала что-то, когда горячая сперма выстрелила в нее, оросив изнутри.

Клод вытер снова ее промежность и свой член.

– Пожалуй, мне нравится семейный секс не меньше дикого. Неужели когда-нибудь это может надоесть?! – успел искренне подивиться он перед тем, как провалиться в сон такой сладостный, что во рту появился вкус меда.

Утром Игорь Варежкин позвонил новым знакомым и назначил встречу у здания полиции. Сам он у следователя уже побывал и рассказал, что смог на смеси русского и английского, которым владел по минимуму.

Софья как раз разливала кофе всем, собравшимся за столом. Атмосфера царила приподнятая. Гостиная выходила большими раздвижными окнами в пол на обрыв и море. Когда стекла раздвинули, в комнату ворвался запах моря, почему-то сильно похожий на арбуз.

– Сбылась мечта, отворяй ворота – объединил Влад две поговорки. Клод пытался запихнуть в рот Фрэдику прикормку из баночки. Но малыш, модчп сопя, выдирался из рук и с коленок – он хотел бежать к краю скалы. По нему высился ажурный заборчик, так что опасности, что малыш упадет – не было. Но ведь самостоятельно пацаненок еще не ходит, а есть так хотелось. Клод параллельно над головой ребенка откусывал жадно свой бутерброд с колбасой. И усилиям сына папаша тоже сопротивлялся попыткам одной левой. Не хотел допустить побега на четырех конечностях по неизвестной пока местности.

Но когда он прислушался к разговору Софии, он понял, что звонит подполковник. И мальчишка, улыбаясь коварно, спрыгнул с рук – и …побежал из комнаты на зов моря.

Голову держал немного вперед, будто она хотела быстрее туловища добраться до края и заглянуть за него. Все взрослые онемели, а потом от счастья захлопали в ладоши тому, кто сделал первый шаг и бег одновременно. Мальчик ухватился на прутья решетки и уставился в непердаваемой дымной синевы даль с узором из белых безешек облаков. И позвал, обернувшись к кухне:

– Мами – море!

Соня и Клод подошли к нему сзади. Причем Клод, чтоб не портить романтизм момента заглотил последний кусок бутерброда слишком быстро и закашлялся. Все счастливо засмеялись, а Соня стукнула его между лопаток. Кашель прошел, но слезы по лицу мужчины покатились. Его сын будто ждал такого красивого момента, чтобы начать самостоятельную жизнь. Теперь его, как со словами это было, будет не остановить.

Последним встал и дошел до обрыва Вадим. От чужого счастья ему стало грустно. Но тут к нему повернулся малыш и попросил его взять на руки. Влад прижал к себе эту «вспышку на солнце», как успел про себя назвать мальчишку.

– Люблю, – сказал мальчик, обведя всех и все взглядом.

– Кстати, Влад, тебе придется побыть с Фрэдиком до обеда. Мы должны съездить на опознание Наны и, возможно, Тамары Орловой в морге. Своди его к морю, пусть на батуте прыгает – вынеси его на террасу.

Скоро прилетит Гия – пусть располагается в твоей сегодняшней спальне. А я сейчас найму служанку из местных, чтобы прибрала домик для гостей. Надо посмотреть, что там есть внутри – вчера не получилось как-то. Если что, докупим в городе мебель.

Влад сделал вид, что отнесся к перспективе подкидывать мальчика на батуте и спуститься с ним к морю нейтрально, но сам в душе ликовал. Ребенок словно заражал его энергией и оптимизмом.

– Так и быть, побесимся, – пошутил он, – А служанку выбирайте ту, что покрасивее. И в кружевном фартучке. Взрослые поняли намек и усмехнулись понимающе.

– Служанка! – закричал, ликуя, Фрэд.

– Ого, да он уже мужчина в самом расцвете сил, – изумился Влад шутливо.

Супруги, не мешкая, отправились в домик для гостей. Тот оказался чистым, но пустым. И там не было теплых полов, поэтому стоял холод.

Купим электрокамин сюда и кровать со столом и стулом. Ведь тут Влад будет проводить только ночь, а офис мы сделаем в башнях. Один – ваш, музыкальный, другой – мой. Чтобы не мешать творить друг другу.

Рассуждая о покупках, Клод и Софья дошли до магазинчика и попросили машину у своего нового знакомого. Тот молча протянул ключи.

– Мы решили купить машину сегодня. Покажи нам на карте, где автосалоны.

Махмуд взял с полки в магазинчике автомобильный атлас и обвел на карте три места, куда надо ехать, чтобы купить машину. Потом Соня попросили обвести места, где можно купить мебель. Мужчина обвел их фломастером другого цвета. И последней Соня попросила его указать, где расположено то самое отделение полиции, куда их попросил приехать Варежкин.

Но поехали они туда раньше всего. Все же двигало ими не просто любопытство. Было что-то мистическое в том, что два врага Сони убили друг друга. Софья покосилась на Клода, который сел за руль, и спросила приглушенным голосом:

– Как ты думаешь, Ангелы могли такое устроить?

– Убить двоих! Да ты с ума сошла!

– обиделся за Ангелов Клод. – Люди сами убивают себя, сходя с того правильного пути, который им был дал свыше. Два зла встретились и схлестнулись.

– Но Нана ведь успела выйти замуж, ее жизнь изменилась, может, она бы стала жить правильно.

Первое, что она сделала в новой жизни – убила человека. Напомнил клод.

Ангелы над супругами закувыркались и захлопали крыльями как-то по-особому.

– Ну что ж, – Не без ехидства заметил Ангел Клода, – Твоя – то тебя киллером считала. А мой-то как все по полкам расставил.

– Ну, она меня представила не киллером, а рыцарем с острым мечом. Это более благородный образ. Я даже сам себе в ее вымысле понравился.