Текст книги ""Фантастика 2026-20". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Татьяна Зинина

Повинуясь команде сержанта, наш штурмовой отряд на ходу перестраивался, принимая абордажное построение, и вскоре я оказался на острие атаки.

Глава 12

До бреши в борту плавающей батареи мы добрались благополучно, и всё благодаря роботам, которые приняли на себя первый удар. Оказывается, мастер-сержант хоть и по всей видимости желал мне скорой смерти, предпринял кое какие меры, что бы я помучался подольше на благо штрафной роты. Три боевых средних робота, больше похожих на гигантских стальных крабов, прикрывали наш отряд огнём и бронёй до самого корабля противника. Последний из них разлетелся на куски уже буквально возле борта, успев выпустить в пробоину заряд из тяжёлого орудия. И вот теперь ход за мной.

– Дроны! – по команде сержанта в оплавленное отверстие влетели четыре дрона – Найдёнов, Заг приготовится!

Разведывательно-ударные дроны, являющиеся частью наших штурмовых скафандров, ворвались в чадящую черным дымом дыру, и на мой имплантат потоком полилась информация.

Это двигательный отсек плавающей батареи, силовая установка раскурочена, всюду валяются обломки, а также тела бойцов противника и технических дроидов. Дрон легко определил по остаткам формы, что перед нами трупы механиков и ремонтников, которые судя по всему пытались восстановить двигатель после повреждения. Отсек пуст, нет ни единой живой души, охранные системы выведены из строя.

– Пошёл! – это уже непосредственно мне приказ, и я даю команду ракетному ранцу, который выталкивает скафандр из болотной жижи, поднимая меня в воздух. Придётся немного изобразить из себя «Железного человека», пробоина в паре метров над моей головой.

– Чисто! – через секунду я на месте, по мне никто не стреляет, и я прохожу дальше, освобождая место Загу.

Когда весь штурмовой отряд сосредоточился в двигательном отсеке, я снова занимаю позицию впереди. Перед нами закрытая дверь, которую предстоит взломать или уничтожить, перед тем как идти дальше. Корабль вздрагивает от мощных залпов, он до сих пор ведёт огонь по месту высадки и нас торопят все, кому не лень, не стесняясь в выражениях. Голос лейтенанта, который я слышу в своём шлеме, уже перешёл на визг, сейчас обломки корабля, в которых укрылось наше командование, отделения снабжения и полевой госпиталь, ровняют с землёй. С десантными ботами почти покончено, все кто смог прорваться, уже на земле и уже там их добили конфедераты. Именно эта батарея и добила! По-моему, наша группа одна из немногих, которая смогла проникнуть внутрь своей цели.

Контрольная панель управления работой шлюза, который ведёт дальше в глубь корабля, разбита и не работает, только для нас это не проблема, дверь мы откроем и так. На ней уже установлены плазменные заряды направленного действия, среди штрафников именуемые «открывалка». Сейчас они сработают, и я приму на себя первый удар защитников. По спине ручьём течёт пот, мне жарко, несмотря на то, что климатическая система скафандра исправно работает. Мой силовой щит переведён на полную мощность, а над головой застыли ударные дроны, готовые обрушится на врага.

Готовясь к бою, я невольно оглянулся на своих товарищей, желая убедится, что я не один, мне чертовски страшно. Позади стоит Заг, сквозь прозрачный визор шлема я вижу его растерянное и испуганное лицо, дальше в напряженных позах застыли другие штурмовики. Нас чертовски мало! Вдруг, мой взгляд привлекает правая переборка, почти у нас в тылу, которая как-то неестественно светится. Тонкая, красная линия нагретого металла четко очерчивает контур прямоугольника, и с каждым мгновением жар всё сильнее! Её выжигают, так же, как и мы собирались выжечь дверь, чтобы попасть в этот отсек!

– Берегись! Атака с права, сзади! – ору я, понимая, что предупрежденные запаздывает.

Яркой вспышкой плазменный заряд прорывается наружу, и от сильного удара часть стальной стены уносит вперёд, прямо в мастер-сержанта, который идёт замыкающим.

Действуя как будто на автомате, я срываю нашу «открывалку» с двери, и за пару мгновений до её сработки, швыряю заряд прямо через головы штрафников, в объятый пламенем проём, а затем даю команду своим дронам идти в атаку. Стрелять я не могу, передо мною штурмовики моей группы.

Появление антиабордажного робота колонистов в оплавленном отверстии, как раз совпало с взрывом брошенного мной заряда, и это спасло многим из нас жизнь. «Открывалка» каким-то непонятным мне образом, очень удачно приземлилась как раз на оружейный комплекс робота, тут же добавив огня и дыма в тесном отсеке. Да я просто Шакил О’Нил!

От радостных мыслей меня отвлекло шипение двери, которая резво рванула в сторону, открывая проход полный вражеских солдат. Имплантат и системы скафандра взвыли тревожными сообщениями, пытаясь предупредить меня об опасности. Уничтожить нашу штурмовую группу артиллеристы решили наверняка, атаковав с двух сторон.

Мой силовой щит загудел от попаданий, а я, вопреки практике действия штурмовых групп, которая предписывала мне держать удар, стрелять и ждать подмоги, рванул в сторону, пытаясь укрыться за переборкой.

Я успел, щит сдох, едва я убрался с линии огня. Не мешкая, я сорвал с пояса две гранаты и швырнул их дверной проём, при этом сделал это рикошетом от стены, как когда-то показывал мне дядя Андрей. В коридоре знатно рвануло, в ту же минуту Заг, тоже лишившийся щита, рухнул на палубу, и я, воспользовавшись моментом краткого затишья, рискнул высунуться и затащить его к себе в укрытие.

Теперь я и Заг были в относительной безопасности, от боя, что шёл в тылу, нас прикрывал массивный двигатель корабля, от контратакующих защитников батареи – крепкая переборка.

– Заг! Ты живой там⁈ – Я треснул бронированной перчаткой по забралу шлема штрафника. С первого взгляда особых повреждений на скафандре моего сослуживца не было видно. Кое-где на опалённом корпусе штурмового комплекса виднеется пена гермогеля, значить пробития были, и тем не менее ничего критического, с чем бы не справилась аптечка я не видел.

– Где я⁈ – в моём шлеме послышался потерянный голос Зага.

– В Караганде! – логично ответил я штрафнику, вспоминая самый знаменитый город Средней Азии – ты в состоянии воевать? Учти, если ты сейчас не очухаешься, нас попросту добьют! Хватит шлангом прикидываться, мне нужна твоя помощь! Как ты?

– Я в порядке – наконец-то ответил Заг, ненадолго зависнув и смотря в одну точку, наверняка проверял системы комплекса и общался с имплантатом – осколками посекло и контузило, но я могу двигаться.

– Вот и хорошо! – я искренне обрадовался, что мой недавний враг не откинул копыта. Как жизнь то меняется! Еще час назад я желал ему мучительной смерти! – нам нужно заблокировать дверь, и сделать это можно только уничтожив всех уродов, что за ней спрятались. Это придётся сделать нам с тобой, все остальные сейчас заняты более важными делами.

– Это какими⁈ – недовольно вскинулся Заг – мы вдвоём не справимся!

– Они пытаются сейчас не сдохнуть и прикрывают наши жопы, что бы их не нашпиговали огурцами размерами с десантный бот! – я внимательно изучал данные поступающие на имплантат от других бойцов нашей группы, у нас большие потери и в тылу дело обстоит довольно хреново – так что никто, кроме нас! Десант мы или нет⁈

– Я не встану щитовым! – заныл Заг, которому видимо тоже удалось увидеть общую картину боя.

– Не ссы! Никто не встанет, нас всего двое, в лобовую мы не выгребем – успокоил я Зага, план действий уже созрел у меня в голове.

Баня! Там не только отдыхают и моются, там и дела мужики обсуждают, делятся опытом, дают друг-другу советы. Сколько раз я слушал, как дядя Андрей и батя травили байки о своей опасной работе, расслабленные, исходящие паром и попивающие холодное пиво после бани? Баня – это их слабость, которая развязывала им языки! Сколько раз покойный Савельич рассказывал о своей службе в разведке? Про Сталинград, про Берлин? Тысячи! И среди этих разговоров они частенько разбирали случаи захвата и освобождения заложников, штурмы зданий, занятых террористами и другие боевые операции. Старые бойцы рассказывали о своём боевом опыте, нередко демонстрируя шрамы от ранений, к которым привели ошибки. Я помню, как мы с братом сидели тогда в уголке, прикинувшись ветошью, и грели уши, стараясь лишний раз не шевелится, чтобы не привлечь к себе внимание взрослых, ибо эти разговоры предназначались явно не для наших ушей. Я помню всё очень хорошо, моя память теперь идеальна! Эти разговоры, как лекции о тактике ведения штурма, сейчас всплывали у меня в голове.

Только сейчас до меня дошло, что, полагаясь на высокие технологии и броню, войска Содружества далеко отстали по тактике штурмовых действий от землян! На нашей планете, что бы выжить, вояки проявляли просто чудеса изобретательности! Будь сейчас на нашем месте войсковой спецназ ГРУ, к которым когда-то принадлежал отец, или сотрудники группы «А», в которой служил дядя Андрей, они бы действовали по-другому. Раньше, когда за моей спиной стояли командиры, выбора у меня не было, но сейчас начальства надо мной нет, лейтенант далеко, а мастер-сержант не подаёт признаков жизни, и я волен сам решить, как мне попробовать не умереть!

Тактика штрафников Содружества напоминает действия земных страйкболистов или полицейских СОБРов, и это было бы оправданно, действуй мы против плохо вооружённых преступников или террористов. Тут же регулярные войска, вооруженные и защищённые ничуть не хуже нас! В ходе прямого боя в помещении, подойти компактной группой, ещё и со щитом – просто невозможно без больших потерь. Щитовой наверняка уходит в минус, а также стоящие за ним бойцы, да и всего одна грамотно брошенная граната или выстрел из тяжёлого орудия, может запросто выведет из строя половину участников такого скопления. Если не считаться с потерями, и закидывать врагов «мясом», можно конечно и так справиться, только где сейчас людей взять? Мы пойдём другим путём!

– Слушай меня Заг, времени у нас нет! – начал я, напряженно сверля взглядом дверной проём – артиллеристов много, только они в обычной полевой форме, это не пехотное подразделение и они почти не имеют брони. Твой имплантат должен был тебе это показать. У тебя остались дроны, у нас полно гранат. Действовать будем так. Закидываем в коридор по две гранаты, потом вдвоём, не входя в помещение, быстро выглядываем из-за перекрытия и стреляем во всё, что движется. Ты на коленях снизу, я над тобой стоя. Пару секунд, не больше, и снова в укрытие. Потом отправляем твой дрон и производим контроль. Если будут выжившие, повторяем всё снова! Понял⁈

– Понял, давай попробуем – согласился Заг, с трудом вставая на колени – я готов!

– Начали! – командую я, вставая и отстёгивая гранаты – Гранатами огонь!

Четыре черных цилиндра полетели в коридор, и едва прогремел взрыв, мы тут же выглянули в дверной проём и открыли огонь. Система целиуказания штурмового комплекса легко определила в дыму и клубах пыли вражеских бойцов, после чего открыла огонь из всех стволов.

– Назад! – заветные две секунды истекли, и я поспешил отпрянуть за укрытие. Заг тоже не заставил себя просить дважды, смело повторив мой манёвр – дрон выпускай!

– Трое живы и движутся! Они отступают! – доложил мне Заг через секунду – одного я дроном добью!

– Отставить! – поспешил остановить я сослуживца – дрон нам ещё понадобится! Повторяем, гранатами огонь!

Второго раза оказалась достаточно, чтобы уничтожить всех противников в коридоре. Когда дрон сообщил нам об уничтожении всех целей, я тут же ринулся в залитый кровью и посеченный осколками коридор. Нужно добраться до следующей двери и заблокировать её!

– Заг за мной, контроль! – я бежал по трупам, а мой штурмовой комплекс в автоматическом режиме выпускал заряд за зарядом в мертвые тела, разнося их в клочья. Сейчас медицина такая, что и труп можно оживить, конечно если у него голова целая, так что и мёртвых приходится добивать.

Вскоре я стоял перед целой контрольной панелью и по команде имплантата вводил код за кодом, целенаправленно путая цифры (хотя правильных я и так не знал), что бы сработала система защиты и шлюз заблокировался. Конечно, это не даёт гарантии, что шлюз не смогут открыть защитники, как раз они-то и смогут, у них есть дублирующие системы на этот случай, только вот время они потеряют много, а нам каждая секунда дорога. Ну а для гарантии, я тут одну штуковину приделаю, которая нас предупредит о появлении незваных гостей, и не на долго их задержит…

– Что это ты делаешь? – Заг удивлённо смотрел, как я прилаживаю к двери и переборке связку гранат, подцепив механизм взведения в боевое положение детонатора на окровавленный обрывок комбинезона одного из мертвых артиллеристов, который уже привязал к двери.

– Растяжку, то есть самодельную мину-ловушку! – пояснил я, не отрываясь от работы – если дверь откроется, гранаты сработают. Штатных мин у нас нет, а гранат много, сойдут вместо мин. Ты не отвлекайся, контролируй тыл!

– Принято! – на удивление покладисто согласился Заг, разворачиваясь лицом к машинному залу и беря оружие на изготовку.

Быстро закончив, я присоединился к Загу, и мы пошли на подмогу своей группе, которая продолжала вести бой против роботов в двигательном отсеке корабля.

Наша помощь подоспела как никогда вовремя. Атаковав с фланга, прорвавшегося по останкам своих коллег среднего антиабордажного робота, мы с Загом и поставили точку в противостоянии, противники вдруг внезапно кончились! Из покореженного и заваленного обломками пролома в переборки больше никто не лез, а живых и относительно целых штурмовиков осталось только пять человек.

– Доложить обстановку! – на общей волне штурмовой группы внезапно послышался голос лейтенанта – почему так долго возитесь уроды⁈ Мастер-сержант, ты почему на командной волне на связь не выходишь⁈ Я тебя мудака в рядовые разжалую!

– Мастер-сержант ранен, без сознания! – доложил Заг, заглядывая под многотонный кусок стены – его зажало, вытащить не сможем!

– Кто принял командование⁈ Ты⁈ – засыпал Зага вопросами командир взвода.

– Никак нет! – Заг оглянулся на меня – командование принял рядовой Найдёнов!

Если бы рядом взорвалась граната, я и то не был бы так ошарашен! Из пятерых оставшихся в живых штурмовиков, я был самым неопытным, одним из новичков! Я удивлённо смотрел на Зага, а тот на меня, и в его взгляде я видел облегчение и даже некоторое смущение.

– Командуй Найдёнов. Если бы не ты, нас бы тут всех давно убили! – пришло мне от Зага сообщение в личную почту – похоже ты единственный знаешь, что делать, а мы все хотим жить!

– Какого ху… – начал было я возмущаться, но меня перебил лейтенант.

– Найдёнов доклад! Отвечать! Почему не двигаетесь падлы⁈ Струсили⁈ Я вас всех под трибунал отдам! За невыполнение приказов в бою, вас ждёт переработка! Сволочи, отбросы, дерьмо! – крик лейтенанта перешёл в ультразвук, у него похоже истерика.

– Докладываю! – выдохнул я сквозь сжатые зубы, многообещающе смотря на Зага. За такую подставу я непременно отомщу! – нас осталось пятеро! Остальные либо убиты, либо тяжело ранены! Группа отбила массированную контратаку противника, дальнейшее продвижение невозможно! Требуется эвакуация!

– Куда эвакуация Найдёнов⁈ – в канале связи вдруг послышался новый голос, знакомый до боли. Это капитан, командир нашей роты – некуда эвакуироваться, весь плацдарм под огнём, в том числе и санчасть! Командный пункт под огнём! Только вы смогли прорваться к батарее. Слушай приказ Найдёнов! Продолжить штурм! Батарею подавить любой ценой! Обещаю, если выживите, я найду способ как вас отблагодарить, ну а ты Найдёнов, с этой минуты капрал! Не подведи нас! И это… Насчет переработки, ваш лейтенант не шутил! Отступать вам некуда!

– Сука! – связь прервалась, и я в сердцах стукнул латной перчаткой по стене. Как не крутись, а всё равно нам крышка, что тут, что у своих! Я посмотрел на оставшихся на ногах штрафников. Жалкое зрелище. Смотрищь на них – и кровь из глаз! Пять потрёпанных бойцов, у которых осалюсь едва ли треть боекомплекта, почти нет блогов активной обороны, да и дрон только один, не говоря уже об отсутствии тяжёлого вооружения! И с этим мы должны захватить вражескую батарею, к которой не может прорваться весь десант⁈ Это звиздец, дорогие товарищи!

– Поздравляю с повышением капрал! – вдруг один из бойцов заговорил, и я с удивлением узнал весёлый голос Киры – как насчёт того, чтобы проставиться товарищам после боя⁈ Это самая быстрая карьера в штрафниках, на сколько я знаю. Получить капрала за месяц ещё не удавалось никому! Ты просто везунчик Найдёнов, и мы в тебя верим! Если твоя удача и нас краем зацепит, мы справимся! Давай разнесём эту лоханку и пойдём уже домой!

– Везунчик говоришь? Врагам не пожелаешь такого везения! – невесело усмехнулся я. А в прочем, чего я тут разнылся? Выхода всё равно другого нет, так чего убиваться? Мы ещё побарахтаемся! – Пополнить боеприпасы, собрать с убитых и раненых блоки и все гранаты! Действовать будем не по уставу! Никаких щитовых и динамичного штурма! Идём медленно! В помещение заходим вдвоём – вы и граната, граната первой! Под прямой выстрел никому не выходить, прячемся за укрытия. Если меня убьют, старшим станет Заг, он в курсе что делать. Начали!

Глава 13

Залитый кровью, заваленный трупами защитников и разгромленный пункт управления стрельбой плавающей батареи, был не тем местом, где я хотел бы провести хотя бы минуту, и тем не менее я тут уже полдня торчу, любуясь картинками из фильма ужасов. Батарея ведёт огонь, только теперь, по своим бывшим хозяевам, по войскам конфедерации. Самым первым, удачным и внезапным залпом, нам удалось подбить соседний корабль, который был похож на захваченный как брат близнец, и теперь конкурентов у нас тут почти нет. Мы теперь самая большая кочка на этом болоте, даже не приступная гора можно сказать! Как и говорил на построении перед погрузкой на десантные корабли наш командир роты, конфедераты не успели перебросить на эту планету достаточное количество тяжёлой техники, и на плацдарме у противника теперь с машинами поддержки совсем грустно.

Уцелевший ложемент командира артиллеристов на удивление легко вступил в контакт с моим старым имплантатом, который мне установил ещё Ковчег, а на то, чтобы разобраться с управлением батареей, у меня ушло всего минут десять. Базы управления противометеоритной системой древнего корабля хватило, чтобы подчинить себе местную артиллерию. И вот теперь, я из десантника переквалифицировался в артиллериста, а выжившие при штурме штрафники, в обслуживающий персонал трофейной батареи.

Время от времени, батарею сотрясают удары, лишённые поддержки тяжёлых орудий конфедераты пытаются вывести захваченный корабль из строя всем, что у них осталось под рукой, и от части у них это получается. В корабле полно пробоин, он уже по верхнюю палубу погрузился в воду, только вот глубина тут совсем смешная, и сев на грунт, батарея больше никак не желала тонуть. Конфедераты добились только одного – подкрепления к нам подойти не могут, впрочем, как и штурмовым группам колонистов не дают приблизится к разбитому кораблю десантники Содружества. Ситуация почти патовая, но я её понемногу выправляю в нашу пользу, подавляя огневые точки противника с методичностью метронома. Лишь бы с орбиты по нам не долбанули! Вся надежда на космофлот Содружества, который сейчас расчищает космическое пространство над планетой, от кораблей захватчиков. Ещё пару часов, и плацдарм расширится на столько, что обещанные командованием люди наконец-то сумеют до нас добраться.

Да, нам обещают подкрепления, а помимо подкрепления ещё очень много другого! Просто горы наобещали! Например, обещали в извращенной форме поглумится над нашими трупами, если мы корабль сдадим, родственников наших тоже к насильственной смене половой ориентации склонить, если мы сдохнем и таким образом уйдём от ответственности, и так далее, и в том же духе. Сплошные кнуты, ни каких пряников! Богатая фантазия у начальства, ничего не скажешь, только теперь я к ним точно тылом не повернусь, уж очень подозрительно это всё, такое впечатление, что в штабе бригады одни извращенцы служат.

Нас осталось всего трое, Кира, Заг и я. Трое заговорённых, иначе нас не назвать. А как ещё назвать людей, которые смогли выжить в адской мясорубке кровавого штурма? Ведь даже несмотря на то, что все антиабордажные роботы и основные защитники нашего трофея погибли ещё в двигательном отсеке, людей и оружия у вражеских артиллеристов было хоть попой ешь! Что бы выжить и выполнить задачу, мы проявляли просто чудеса изворотливости, подлости и коварства. Воспоминания о том, что мы творили, до сих пор заставляют меня содрогаться от отвращения к самому себе…

* * *

– Беги парень, мы тебя отпускаем, пленные нам не нужны, как и твоя жизнь! Мы такие же подневольные солдаты, как и ты, так что всё понимаем. Ты всё равно уже не боец, зачем тебя убивать? – Заг по-приятельски подтолкнул пленного техника в спину, направляя его в занятый противником коридор. Он говорит так искренне, что я и сам готов был ему поверить.

Раненый конфедерат недоверчиво посмотрел на моего сослуживца, и бережно придерживая культю правой руки, неуверенно двинулся на выход. Он в полном недоумении, ведь только что, они оказали ему первую медицинскую помощь, даже аптечки из спасательного набора для него не пожалели! А ведь за шесть сотен лет войны, у обоих сторон сложилась дивная традиция, всех раненых вражин безжалостно добивать! Вот только что он готов был умереть, а ему жизнь дарят!

– Постой! – остановил его в последний момент Заг – Забыл совсем, извини! На, возьми. В этом рюкзаке твоя рука, она ещё свежая, если быстро в капсулу попадёшь, за пару часов залатают! Всё, иди!

Техник на автомате, практически ничего не соображая, подхватил врученный ему рюкзак единственной целой рукой и тут же рванул прочь, пока мы не передумали. Откуда только силы взялись после такой тяжёлой раны и кровопотери⁈ Не пожалел Заг стимуляторов. Техник влетел на простреливаемое пространство, и как я и предполагал, огонь тут же стих, система распознавания «свой-чужой» мгновенно узнала бойца, не давая ему попасть под дружественный огонь. Ну а мы, вжались в стены, готовясь к броску. Взрыв! Наш подарок, доставленный изувеченным пареньком прямо на позиции защитников корабля, рванул в самой гуще обороняющихся, убивая и калеча бойцов. Не теряя времени, наша пятёрка, выстроившись клином, ворвалась в коридор, добивая уцелевших…

* * *

– Готово! Отступаем! – командую я, и трое штрафников, что прикрывали меня, бегом бросаются назад, старательно обходя заминированные трупы.

Мы успеваем буквально в последний момент укрыться за дверями шлюза, прежде чем по нам открывают огонь хозяева корабля, и тут же готовимся к контратаке. Павших артиллеристов непременно проверят, выискивая раненых, и тогда моя ловушка сработает, после чего мы вернёмся в оставленное помещение. Минировать гранатами трупы в этом мире видимо ещё никто не додумался, так что мы повторяем этот трюк снова и снова, и он исправно продолжает работать, одного за другим выбивая защитников батареи из строя…

* * *

От воспоминаний меня отвлекла Кира, которая по внутренней связи сообщила, что орудие исправно и готово к стрельбе. Везёт нам, прорвавшиеся к кораблю дроны противника взорвались почти на блоке наведения батареи, и я боялся, что он вышел из строя. А раз он исправен, продолжим, пожалуй, есть у меня на примете очередные застранцы, которые как раз эти дроны и запустили в мою драгоценную тушку…

Подкрепление к нам прибыло только через шесть часов. Методичный огонь трофейной батареи и действия десантников заставили противника откатится, после чего конфедераты прекратили вести стрельбу, видимо собираясь с силами и перегруппировываясь. Командир нашего взвода и ротный, в окружении техников вошли в помещение центра управления стрельбой, и удивлённо замерли на месте. Мы все, трое выживших, Кира, Заг и я, сидели на ложементе в одних комбинезонах и с удовольствием ели. Наши измочаленные и перепачканные грязью и кровью штурмовые комплексы стояли рядом и сейчас были почти бесполезны. Боеприпасов у нас не осталось, батареи сели, все блоки израсходованы. Скафандры тоже отдыхали, проветривая свои внутренности от запаха пота и страха своих владельцев.

С едой – это Кира постаралась. Пока я пытался изобразить из себя артиллериста, а Заг, заняв позицию на верхней палубе был в охранении, эта хитрая девка где-то раздобыла самую настоящую еду и свежие фрукты! Говорит, что каюту капитана этой посудины размародёрила, а потом и у плиты успела постоять немного. Добытчица, и инстинкты женские у неё во всю работают! Надо накормить мужиков, если есть возможность! Это у всех нормальных женщин на генном уровне заложено, наверное.

Увидев жаренное мясо и сочащиеся соком ломтики экзотических плодов, я не выдержал. Больше суток мы питались безвкусной питательной смесью из системы жизнеобеспечения скафандров, и мой желудок предательски заурчал. Я больше ни о чем кроме еды думать не мог! Мне было всё равно, от куда взялся этот шикарный стейк, что я видел перед собой, пусть даже это и человечина, которой вокруг валяется немереное количество, я хотел жрать! Плюнув на всё, я вызвал своих подчинённых, и как старший по званию объявил обеденный перерыв. Война подождёт, а мясо может остыть! Ведь ещё наши деды придумали поговорку про войну и расписание приема пищи! И вот как раз, когда мы были на расслабоне, начальство и соблаговолило явиться. Так всегда бывает, это называется закон подлости! Пока мы тут попу рвали в попытках выжить – никого не было, а как только пожрать сели – нате вам пожалуйста! Видимо тоже наше мясо учуяли гады!

Увидев капитана, я с сожалением положил кусок вкусного стейка на поддон и неспешно поднялся на ноги.

– Приветствую господин капитан! – я хлопнул себя по груди испачканным в жире кулаком и продолжил – Осужденный, капрал Найдёнов, личный номер 668975, и вверенное мне подразделение, в составе двух человек, производит прием пищи! Докладываю о выполнении задачи! Ваше приказание выполнено, вражеская батареи захвачена и удержана до подхода основных сил десанта!

– Чего это вы жрёте⁈ Где взяли⁈– капитан не обратил на мой доклад никакого внимания, его взгляд был устремлён на поддон с мясом.

– А хрен его знает, что это за мясо, тут нашли, жрать хотелось вот и жрём… – на автомате выдал я, совсем позабыв как нужно отвечать вышестоящему командиру.

– Ещё есть? – капитан тоже проигнорировал неуставной ответ.

– Поделимся господин капитан – с сожалением вынужден был я проявить гостеприимство – на всех не хватит, а вот вам с лейтенантом найдём.

– Отлично! – приободрился капитан, в то время как техники, что шустро занялись восстановлением оборудования батареи, заметно погрустнели, награждая меня злыми и завистливыми взглядами – давай Найдёнов, делись с командирами, а пока хавать будем, ты и доложишь, как это вы умудрились огонь вести из этой помойки, да ещё и без специальных кодов и баз!

Лейтенант и капитан смели все наши запасы за пару минут, ну а я в это время докладывал, ему обстоятельства боя, грустно смотря на то, как исчезают запасы продовольствия. То, что мы впятером смогли взять штурмом батарею, капитана не впечатлило от слова совсем, это наша работа, и делать её мы должны хорошо, за это хвалить не принято. Да и видел всё ротный, он следил за каждым нашим действием через наши же скафандры. Известие о том, что у меня два имплантата, а не один как у всех, капитана тоже не удивило. Обычное дело, если встречаешь бывшего «отморозка» с Ковчега. Удивило его только то, что я как раз капитаном Ковчега и был, и имел базы управления противометеоритными системами, что по сути являлись теми же орудиями. Лентяй он, даже про своих солдат ничего не знает, а ведь доступ к личным делам у него точно есть. Хотя я его понимаю, зачем знакомиться с подчиненными, которые обычно дольше первого боя не живут? Только время тратить попусту!

Рассказывая про второй имплантат, я внутренне сжался, ожидая неприятных вопросов. Ведь даже медики базы штрафников, полностью уверены в том, что имплантата с Ковчега не рабочий, а тут такой сюрприз! Если базы управления орудиями работают, то вполне может быть, что и знания по технологии порталов в голове этого непонятного землянина сохранились! На моё счастье, капитан не придал этому особого значения, его волновало другое.

– Удачно вышло, повезло, что ты в штурмовой группе был, и что эти размороженные идиоты до сих пор пользуются кодами и базами со своих сраных Ковчегов – сделал свой вывод капитан, ничуть не смутившись того, что я тоже как бы бывший колонист с Ковчега – и теперь мне понятно, почему ты так хорошо командовал штурмом. Не ошибся я в тебе Найдёнов, свои капральские лычки ты получил заслуженно. Трофейный корабль будет записан на нашу роту, и наверняка штаб бригады начислит нам премиальные. Одну десятую часть от стоимости трофеев! Офицерам, как водится – побольше, сержантам и капралам – поменьше, а рядовым даже на лишнюю кружку спиртного в баре базы должно хватит! Медали и ордена вам не положены, но всё же я лично походатайствую, что бы ваша троица получила премию в двойном размере! Молодцы! А сейчас отдыхайте, но только пока ваши скафандры не приведут в порядок! Высадка основных сил десанта ориентировочно через десять часов, и мы должны удержать плацдарм до этого времени, бойцов у нас чертовски мало!

Отдохнуть, пока наши скафандры приведут в порядок, нам пришлось всего полчаса. Обиженные на то, что мы с ними не поделились деликатесами, техники в рекордные сроки восстановили работоспособность наших штурмовых комплексов. Прямо стахановцы, мать их! И уже через тридцать минут нашу троицу запрягли работать. Лейтенант поставил нас на эвакуацию раненых.

Первым делом нам пришлось разгребать кучу тел в двигательном отсеке корабля, выискивая своих условно убитых, и покалеченных товарищей. Слава богу поддержанием жизни раненых бойцов занимались не мы, а медицинские блоки скафандров. Тут было принято бросать своих раненых на поле боя без всякого ухода, так как без специального оборудования, никто и ничего кроме боевого скафандра самого штурмовика со встроенной умной аптечкой, в полевых условиях не мог позаботится о поддержании жизни в раненых бойцах. По инструкции, все тела, и раненых и погибших, следовало доставить после боя в санчасть. А вдруг ещё можно реанимировать бойца? Этим мы сейчас и занялись.

Заг подхватывал тела штурмовиков специальным захватом и подтаскивал их к пробоине, я спускал их вниз, а Кира грузила тела на транспортные, санитарные тележки, которые уже в автоматическом режиме уходили в полевой госпиталь.