Текст книги "Пересекая черту (ЛП)"

Автор книги: Симон Солтани

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 24 страниц)

– М-м, да. Конечно.

Она заправляет прядь волос за ухо, и я слежу взглядом за кончиками ее пальцев, вспоминая, как она сделала то же самое прямо перед тем, как я…

– Хватит обо мне, – произносит она, прерывая мои мысли раньше, чем воспоминания успевают снова меня затянуть. – В последнее время ты часто мелькаешь в новостях. Все нормально?

Теперь морщусь уже я: она стала очередным человеком, который надавил на больное место моей репутации. Мне ненавистно даже то, что она вообще об этом знает.

– А, да. Все определенно могло бы быть и лучше.

Теперь мы в расчете – оба заставили друг друга почувствовать себя паршиво, но Уиллоу всегда старалась находить что-нибудь светлое даже в тяжелых ситуациях, поэтому неудивительно, что она улыбается и говорит:

– Так ты хочешь сказать, что IYK Quick Results не платит тебе миллионы за рекламу? Вот жулики.

Я громко и искренне смеюсь.

– Возмутительно, правда? Я устроил им такую рекламу, что они действительно должны мне платить. Да и продукт, если честно, отличный.

Улыбка остается на ее лице, но в глазах появляется тревога.

– Ты им пользовался?

Вот дерьмо. Теперь она думает, что слухи о венерическом заболевании – правда. Неужели сегодня мне суждено ляпать только то, что не следует?

– Я говорю в целом, – торопливо уточняю я. Не хватало еще, чтобы слухи продолжали распространяться, словно… Нет. Эту шутку я произносить не стану. – Возможность быстро и легко сдать анализы никогда не бывает лишней. Такие наборы полезно держать под рукой, особенно в подобных местах, где люди не всегда достаточно осторожны.

Я обвожу рукой толпу вокруг нас, полную нуворишей и любителей заводить полезные знакомства.

– Лучше перестраховаться, чем потом мучиться от жжения при мочеиспускании.

Она закрывает глаза, словно не верит, что я действительно это произнес, и едва заметно качает головой.

– О… боже.

Я пожимаю плечами. Это правда. Презервативы не дают стопроцентной защиты, да и используют их не всегда правильно, так что плохого в осторожности? Я и раньше считал, что стыдить людей за венерические заболевания – полное дерьмо, а теперь, когда сам стал жертвой подобного отношения, даже ничем не заразившись, уверился в этом еще сильнее. Возможно, они и правда стали бы для меня идеальным спонсором.

Уиллоу глубоко вдыхает, расправляет плечи и вновь смотрит на меня – на этот раз с понимающим блеском в глазах. Она давно не сталкивалась с моим чувством юмора во всей его красе, но реагирует как всегда: смиряется с неизбежным и упрямо отказывается смеяться, как бы трудно ей ни было сдерживаться. Ей смешно. Просто она никогда в этом не признается.

– Так что все-таки произошло с этими публикациями? – спрашивает она, взяв себя в руки. – Тебя взломали?

Я шумно выдыхаю и оттягиваю бабочку.

– Если вкратце, моему менеджеру по социальным сетям Джани надоели мои выходки, и она уволилась. А эти публикации стали ее прощальным подарком.

– Честно говоря, я видела не все. Только отрывки, которыми делились те, на кого я подписана. – Она ухмыляется, а я изо всех сил стараюсь не думать, насколько мне нравится эта ухмылка. – Похоже, ты в некотором роде знаменитость.

– Так и есть. Спасибо, что наконец заметила.

Я достаю телефон и открываю архив публикаций в «Инстаграме».

– Сейчас тебя ждет настоящее удовольствие.

Передавая ей телефон, я задеваю огрубевшими пальцами ее ногти, покрытые розовым лаком. Она медленно листает публикацию, читая подпись из нескольких абзацев, которую Джани не поленилась составить, а я не могу отвести от нее глаз. За какую-то долю секунды равнодушное выражение лица Уиллоу сменяется гримасой. Зато я снова вижу ее ямочки.

– Ничего себе. Ты действительно вывел эту женщину из себя, – говорит она, и в ее глазах смешиваются сочувствие и веселье.

Я забираю телефон, снова позволяя нашим пальцам соприкоснуться.

– Признаю, я ее провоцировал.

Уиллоу внимательно всматривается в мое лицо, и веселье в ее взгляде мгновенно сменяется ужасом.

– Дев, что ты сделал?

Список моих мелких проступков бесконечен, поэтому рассказываю о самом худшем:

– Я… отменил ее обратный билет из Австралии после Гран-при и оставил там одну.

– О, нет.

Я примирительно поднимаю руки ладонями вперед.

– В свое оправдание скажу: она весь день изводила меня, требуя снять видео с тем фильтром «сексуальная детка», ну, знаешь, который сейчас повсюду. А потом подкралась ко мне после неудачной тренировки, и… да. Я тут же отменил ее билет. И ничего ей не сказал.

Тыльная сторона ладони Уиллоу ударяет меня по груди.

– Ну ты и мудак!

– Никогда этого не отрицал.

Она раздраженно выдыхает, а затем некоторое время молча меня разглядывает, словно пытается что-то найти. Наконец она осторожно спрашивает:

– После этого ты больше ничего не публиковал?

Я качаю головой.

– Мне совершенно не хочется самому заниматься соцсетями. У меня и без того миллион других дел.

Например, управлять гоночным болидом и стараться его не разбить.

– Ты упускаешь прекрасную возможность восстановить свою репутацию, – хмуро говорит она. Она явно рассматривает ситуацию с точки зрения маркетолога, что вполне логично, учитывая ее образование. – Эта публикация очевидно нанесла серьезный ущерб. Почему бы хотя бы временно не поручить соцсети медиакоманде Argonaut? Или не нанять пиар-агентство полного цикла?

Я морщусь.

– Потому что всегда видно, кто из парней нанял агентство. Все их публикации получаются какими-то безликими. Никакой индивидуальности, понимаешь? – о более серьезных причинах рассказывать необязательно. – А Argonaut я не доверяю. Они запросто могут выставить меня в невыгодном свете.

– Да брось, такого не может быть, – возражает она. – Их задача помогать тебе.

Я фыркаю:

– Не был бы так уверен. Они настолько глубоко засунули головы в задницу моему напарнику, что меня вообще не замечают. После этого происшествия руководитель команды прочел мне пятиминутную нотацию и все. С тех пор как мой напарник и его отец явились с кучей денег, меня просто… игнорируют.

Ее губы удивленно приоткрываются, и мой взгляд невольно опускается к ним. Они пухлые и мягкие, нижняя чуть полнее верхней, из-за чего кажется, будто она постоянно дуется. Чертовски сексуально. И мне совершенно нельзя так думать.

– Серьезно? – спрашивает она.

– Серьезно, – подтверждаю я, заставляя себя снова посмотреть ей в глаза. – Они не собираются обо мне заботиться. Просто ждут, пока закончится мой контракт, потому что слишком жадные, чтобы расторгнуть его досрочно и выплатить компенсацию.

– Это ужасно.

Так и есть, особенно учитывая, что первым номером команды должен быть я. Я прошел их академию пилотов. Именно я стабильно зарабатываю очки, пока мой напарник через гонку вызывает красные флаги. Я занимаю тринадцатое место в личном зачете, и только благодаря мне мы не плетемся последними в Кубке конструкторов. Но если даже такой статистики недостаточно, чтобы заручиться их поддержкой, то я не представляю, что еще им нужно. До окончания контракта еще далеко, поэтому пока мне остается лишь сидеть сложа руки. Когда-нибудь у меня появится возможность перейти в другую команду.

Возможно. Боже, как же я на это надеюсь.

Но кому я буду нужен, если не смогу доказать, чего стою?

Вместо того чтобы рассказывать ей все это, я пожимаю плечами и, как всегда, делаю вид, будто меня ничего не беспокоит.

– Ничего не поделаешь.

Однако Уиллоу не собирается с этим мириться. В ее голове уже складывается план.

– Поделать как раз можно, – возражает она.

И все же она пока сдерживается, потому что, когда Уиллоу по-настоящему чем-то увлечена, ее голос слегка дрожит. Она ненавидит это и утверждает, что из-за дрожи кажется слишком эмоциональной, но я с ней не согласен. Так сразу видно, насколько ей не все равно.

И это в очередной раз доказывает, что я слишком хорошо ее знаю.

– Ты можешь заставить их обратить на тебя внимание, Дев, – продолжает она, вновь обхватывая бокал обеими руками. На этот раз не от нервов, а от адреналина. – Тебе нужно заявить о себе в других областях. Привлечь новых спонсоров и болельщиков, которые будут тратиться на товары с символикой команды. Мы оба знаем: деньги решают все. Если ты придешь к ним с внушительным чеком, игнорировать тебя уже не получится.

Я скрещиваю руки на груди, впечатленный и слегка напуганный способностью Уиллоу за пять секунд разработать целую стратегию. Ума не приложу, почему она до сих пор не нашла работу. Она явно упряма и нацелена на поиск решений – идеальный сотрудник.

Если бы у меня была возможность, я бы нанял ее разобраться с этой ситуацией.

Она продолжает говорить, с горящими глазами излагая свой план, но я уже не слушаю, потому что меня осеняет мысль, которая должна была прийти мне в голову гораздо раньше.

Я могу нанять Уиллоу, чтобы она спасла мою репутацию, превратившуюся в полную катастрофу.

Это гениально. Возможно, Окли такая идея не понравится, но наши отношения будут исключительно профессиональными. У него нет причин подозревать, что между нами может произойти нечто недопустимое. К тому же мы оба достаточно умны, чтобы этого не допустить. С ее помощью я смогу стать первым номером Argonaut. А возможно, даже перейти в команду получше.

Уиллоу способна мне помочь. Она явно разбирается в своем деле, и у нее есть соответствующее образование. Но самое главное – она искренне хочет, чтобы я добился успеха. Эта девушка болела за нас с Окли с крошечных трибун на картинговых соревнованиях и продолжает поддерживать меня до сих пор. Что еще мне может быть нужно от человека, который спасет мою репутацию?

Она все еще говорит, но слова слетают с моих губ прежде, чем я успеваю их остановить:

– Кажется, я знаю, как все исправить.

Абсолютно все.

Она умолкает и озадаченно хмурит брови.

– И как же?

Я глубоко вдыхаю. Сейчас или никогда.

– Ты, Уиллоу. Мне нужна ты.

ГЛАВА 5
Уиллоу

– Ты, Уиллоу. Мне нужна ты.

После этих слов мысли уносят меня туда, куда им совершенно не следует заходить, учитывая наши отношения и место, где мы сейчас находимся. Остается лишь надеяться, что Дев не замечает, как я покраснела с головы до ног, и не чувствует исходящего от меня жара, потому что температура моего тела сейчас почти не уступает температуре поверхности Солнца.

С тех пор как Чава и Марк нас бросили, я изо всех сил старалась держать себя в руках и, лишь бы избежать неловкого молчания, без умолку рассуждала о маркетинге и восстановлении репутации, а потом он взял и заявил, что нуждается во мне.

Кажется, я сейчас упаду в обморок или меня стошнит. Может, и то и другое. О боже, я не знаю.

Он пристально меня разглядывает: карие глаза широко распахнуты, а на лице застыло полное надежды выражение. В ответ я могу лишь молча хлопать ртом, как выброшенная на берег рыба.

– Можешь… повторить? – прошу я, сама удивляясь тому, что слова прозвучали связно.

Я ожидаю, что он сформулирует мысль иначе и перестанет так на меня смотреть, потому что сейчас он глядит на меня так, словно на моем лице записаны ответы на все вопросы Вселенной. Очевидно, это не так, поэтому мне очень хотелось бы узнать, что именно творится у него в голове.

Но выражение лица Дева нисколько не меняется. Ни капли. Не успеваю я опомниться, как он уже сжимает мои плечи и подходит еще ближе. Меня окутывает аромат его одеколона и чего-то особенного, присущего только ему.

– Ты именно та, кто мне нужен, Уиллоу.

Четырнадцатилетняя я от такого признания Дева окончательно потеряла бы голову и растеклась лужицей у его ног. Но двадцатиоднолетняя версия меня отступает и выставляет перед собой руки. Мне не нравится, к чему все идет. Мы уже совершили одну ошибку, и новых нам не нужно.

– Объясни, пожалуйста, ход своих мыслей, – медленно произношу я. – Потому что сейчас ты говоришь бессмыслицу.

Он моргает, и благоговение в его взгляде немного угасает. Еще через секунду Дев убирает руки с моих плеч и тоже отступает.

– Вот черт. Прости, – выпаливает он, оглядываясь по сторонам, вероятно, чтобы проверить, не заметил ли кто-нибудь произошедшего. – Я немного увлекся.

– Ага. – Тепло от его прикосновения все еще ощущается на коже, но я изо всех сил стараюсь не обращать на него внимания. – Так… объяснишь?

– Да. Точно. Хорошо. – Он глубоко вдыхает и поднимает сложенные ладонями руки, словно собирается молиться или умолять. – Уиллоу… Думаю, ты можешь мне помочь. Можешь восстановить мою репутацию. Я хочу нанять тебя для этого.

Я снова лишаюсь дара речи, пока мозг пытается осмыслить услышанное. Он хочет… нанять меня? Чтобы я восстановила его репутацию?

– Это шутка? – выпаливаю я и, наклонившись в сторону, заглядываю ему за спину, ожидая, что сейчас оттуда появится съемочная группа или какой-нибудь парень с телефоном и крикнет: «Попалась!» – Тебя Окли подговорил?

Дев хмурит брови и опускает руки.

– Что? Нет. Эта мысль только что пришла мне в голову, пока ты говорила.

Он облизывает губы и смотрит на меня, словно подбирая нужные слова.

И лучше бы ему очень постараться, потому что я больше не выдержу этих двусмысленных заявлений о том, как сильно нужна ему.

– Я хочу, чтобы ты помогла мне сделать все, что только что предложила. Ты идеально подходишь. – О боже, опять эти комплименты, от которых сердце кувыркается в груди. – Ты явно знаешь, как действовать в подобных ситуациях, и мне невероятно повезет, если ты согласишься со мной работать. Так что скажешь?

Сейчас я вообще ничего не могу сказать. Неужели он действительно предлагает то, что я думаю?

– Но почему я? – наконец выдавливаю я. – Да, я знаю, что делать. Вроде бы. Но разве тебе не нужен кто-нибудь поопытнее? С успешными проектами за плечами? Кто-нибудь, кто уже занимался этим профессионально?

Дев качает головой.

– Такие люди у меня уже были, и ничего не вышло. К тому же я… – Он делает вдох и на секунду отводит взгляд, а затем снова смотрит на меня. Уязвимость в глубине его глаз застает меня врасплох. – Сейчас я мало кому доверяю, ясно? Мысль о том, чтобы доверить себя первому встречному, до усрачки меня пугает.

– А мне ты доверяешь? – недоверчиво усмехаюсь я.

Когда уголки его губ опускаются, мне становится немного совестно, но он должен понять.

– Да брось, – пытаюсь я его образумить. – Я знаю тебя с детства. Я в курсе всего, что вы вытворяли с моим братом. В моих силах сделать так, что выходка твоего бывшего менеджера по соцсетям покажется детской шалостью. Мы оба знаем: компромата у меня больше, чем почти у любого другого человека.

– Но ты никогда им не воспользуешься, – возражает он. – Ты не такая.

Теперь хмурюсь уже я.

– Ты не можешь этого знать.

– Вообще-то могу.

Он говорит так, словно действительно знает меня глубже, чем на поверхностном уровне. Возможно, Дев считает, что знает, просто потому, что мы знакомы столько лет, но в последние несколько лет мы почти не проводили времени вместе. А я изменилась.

– Если ты ни разу не рассказала нашим родителям о том, что мы вытворяли с Оком, то и всему миру не расскажешь.

– Ладно, но что, если ты меня разозлишь и я поступлю как Джани?

– Как я уже сказал, ты не такая.

Боже, этот мужчина невыносим. Мне не нравится, когда кто-то решает за меня, какая я и на что способна, но он прав. Не думаю, что смогла бы публично смешать человека с грязью, как бы жестоко он со мной ни поступил. Если я не сделала этого, даже застав своего тогдашнего парня в постели с другой, Деву придется совершить нечто особенно ужасное, чтобы я хотя бы задумалась о мести.

Дев снова складывает ладони.

– Я заплачу сколько скажешь, – продолжает он настаивать. – Назови любую сумму, и ты ее получишь.

Внутри у меня все обрывается. Это начинает больше походить на взятку, чем на предложение о работе.

– Я понимаю, что родители и брат могут тебя обеспечивать, поэтому деньги, наверное, не самый весомый аргумент, – признает он, заставляя меня нахмуриться еще сильнее. – Но это будет лучшим решением для нас обоих. Тебе всего лишь придется пару месяцев поездить со мной по миру, а потом ты сможешь добавить эту работу в резюме. Представь, как впечатляюще это будет выглядеть. Ты не только получишь опыт, но и сможешь похвастаться тем, что восстановила мою репутацию. Мы оба в плюсе. И тебе не придется работать на меня вечно – только пока моя репутация не перестанет лежать в руинах.

– Я не занимаюсь личными страницами в соцсетях, – говорю я, качая головой. – Все мои стажировки были связаны с брендами и командами. Я не могу…

– Можешь, – перебивает он, не сводя с меня глаз. – И я не пытаюсь тебе польстить, когда говорю, что ты лучше всех подходишь для этой работы. Ты знаешь меня, знаешь этот спорт и понимаешь, как исправить ситуацию. Считай меня брендом, просто немного более… человечным. Важно, чтобы новый образ выглядел как можно естественнее. Будто за ним действительно стою я, хотя на самом деле у меня совершенно нет возможности заниматься этим самому.

Я молча его разглядываю, прикусив нижнюю губу. Мне не хочется даже рассматривать его предложение, но я… кажется, уже это делаю. Огонек в его глазах и уверенность в моих способностях – хотя он никак не может знать наверняка, справлюсь ли я с тем, о чем он просит, – мешают мне отказать. Никто прежде так в меня не верил. По крайней мере, никто, кто мог бы предложить мне работу.

– Уиллс, пожалуйста, – умоляет он, и его голос становится мягче.

От этого тона мои колени слабеют, а решимость почти окончательно тает.

К тому же все, что он говорит, вполне разумно. Эта работа будет хорошо смотреться в моем резюме. Даже потрясающе. Через несколько месяцев я смогу вернуться к своей жизни в Нью-Йорке, надеюсь, уже получив постоянную должность. Этот опыт может стать началом той успешной карьеры, к которой я стремлюсь. А пока я буду зарабатывать, поэтому мне не придется возвращаться к родителям в Сан-Диего.

Я твердо намерена обеспечивать себя самостоятельно, и это идеальная возможность доказать, что я на это способна.

– Ну так что? – не отступает Дев. Он стоит так близко, что я вижу лишь его. Все остальное вокруг словно исчезло. – Мы даже можем заранее установить точную дату окончания работы. Например, свадьбу Алиши.

Его сестра выходит замуж в середине августа, а сейчас почти июнь, значит, работать придется всего два с половиной месяца. Обычная летняя подработка. За свою жизнь я успела сменить немало таких, так чем эта хуже?

Только на этот раз вместо продажи мороженого или работы официанткой я буду заниматься любимым делом.

Я допиваю шампанское и позволяю Деву забрать у меня бокал. Он мгновенно заставляет его исчезнуть, как в неудачном фокусе. Сейчас весь окружающий мир кажется иллюзией, но я собираюсь согласиться на нечто совершенно реальное.

– Ладно, – произношу я, прежде чем успеваю все слишком тщательно обдумать. – Я согласна.

Лицо Дева озаряется такой улыбкой, что я моргаю, словно смотрю прямо на солнце.

– О, слава…

– Но, – перебиваю я, прежде чем окончательно потеряться в его улыбке, – Только если Окли не будет против.

Его радость немного угасает, но все еще почти ослепляет. Я уже чувствую, как сама начинаю улыбаться ему в ответ. Его энергия настолько заразительна, что сопротивляться невозможно.

– Договорились, – отвечает он, посмотрев на что-то за моим плечом. – Только не говори Окли до завтра, хорошо? Я хочу сегодня повеселиться, не переживая о том, что он скажет.

Мне не следовало бы так зависеть от мнения брата, но после того, что произошло с Джереми, я обязана сначала получить его одобрение. Я знаю, что расстались мы не по моей вине, но все равно чувствую себя виноватой в том, что из-за меня компания друзей Окли распалась. Поэтому теперь, когда дело касается кого-то из его друзей – даже если один из них всего лишь предлагает мне работу, – я непременно сначала советуюсь с братом.

Похоже, Дев тоже это понимает. Он стал свидетелем того, что осталось после нашего разрыва. Дев, Чава и Марк встали на мою сторону, а двое других их друзей защищали Джереми. Последствия оказались поистине разрушительными.

– Да, я могу подождать, – соглашаюсь я в тот самый момент, когда мне на плечо опускается локоть – мой брат вечно использует меня вместо подлокотника.

– Дев, твой агент выглядит так, будто вот-вот лопнет от злости, – объявляет Окли, но, к счастью, он, похоже, не слышал нашего разговора. – Иди исполняй его приказания, чтобы мы наконец смогли выбраться отсюда и отправиться в нормальный клуб.

Я выскальзываю из-под руки Окли и качаю головой.

– Я в клуб не пойду, – говорю я, когда Марк и Чава возвращаются с напитками, которые обещали принести, прежде чем оставить меня наедине с Девом. – У меня джетлаг, и я хочу быть в состоянии нормально соображать завтра.

Чава протягивает мне свежий бокал шампанского, а затем переворачивает ладонь вверх, предлагая руку.

– Сегодня можешь от нас сбежать, но только если сейчас потанцуешь со мной. Идет?

Я замечаю, что вопрос обращен к Окли, и краем глаза вижу его кивок. Они думают, будто я этого не замечаю, но теперь все ведут себя со мной осторожно. Если бы мне до сих пор не было так стыдно, я, возможно, высказала бы им все. Но пока продолжу делать вид, что ничего не замечаю.

И все же я надеюсь, что Окли разрешит мне работать на Дева, потому что чем больше я об этом думаю, тем сильнее мне хочется согласиться. Мне нужен этот шанс подняться на новую ступень. И, если честно, возможность несколько месяцев путешествовать по миру и следить за захватывающими соревнованиями тоже звучит неплохо. К тому же у Окли нет причин отказывать мне в такой возможности. Все могло бы сложиться иначе, знай он о нашей с Девом прошлогодней оплошности, но, похоже, мы оба намерены сохранить ее в тайне.

Я принимаю протянутую руку Чавы и оглядываюсь на Окли и Дева. Понятия не имею, что брат скажет о предложении Дева.

Но завтра, полагаю, моя судьба решится.