Текст книги "Боевое командование «Нибелунг» (СИ)"

Автор книги: Сергей Фомичёв

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 25 страниц)

Глава 29
Харизма

В «Харизме» играли джаз. Причем играли живую музыку на классических акустических инструментах без электронных приспособлений, сопровождения или усиления. На подиуме стояло пианино и ударная установка, музыканты выходили с саксофоном, трубой и контрабасом, их состав постоянно менялся.

Играли разное от знакомых Ивору классических композиций, до собственных импровизаций, среди которых попадались вполне годные. На самом деле ресторан больше напоминал клуб, чем заведение для приема пищи, даже клиенты рассаживались за столиками так, чтобы все могли видеть сцену. Впрочем и пищу здесь подавали весьма изысканную. По меркам Крайтона, конечно. Но все же люди приходили сюда не поесть, а послушать. Долина всегда отличалась высоким уровнем культуры.

Стены были расписаны силуэтами джазовых групп, инструментов, портретами классиков прошлого. Среди них доминировали темнокожие мужчины. Встречались и женщины, в основном вокалистки, встречались и белые апологеты, но всё же основная масса тех, кого называли легендами джаза, имели афроамериканские корни.

Возле их столика появился официант, чтобы принять заказ. Они оба начали с капрезе, а в качестве основного блюда выбрали рибай с печеными корнеплодами и острым соусом. К стейкам Ивор заказал бутылку местного мерло (так ему посоветовал Маскариль, который успел изучить местную кухню).

Марта не относилась к любителям джаза. Обычно она слушала нечто вроде осоверемененной реконструкции старой музыки викингов, кельтов и прочих северных варваров Земли. Подобные вкусы прививали с детства в аристократических семьях Барти. В результате Ивор, который обычно уступал Марте в культурном образовании, смог проявить эрудицию. Его к джазу приохотила еще графиня Демир. И вот теперь он по крайней мере не чувствовал себя полным профаном.

– Парень вон на том рисунке скорее всего Дюк Эллингтон. У него улыбка, как у комика немого кино. Трудно спутать.

– Он был герцогом? – удивилась Марта.

– Это прозвище. Джазовые музыканты происходили чаще из беднейших слоев населения. И даже сделав карьеру не попадали в высшее общество.

– Они были вроде тебя, ты это хочешь сказать? – улыбнулась Марта.

Посидели славно. Важно, что музыка не звучала слишком громко и не мешала разговору. Марта нисколько не удивилась, когда разговор зашел о войне. Видимо уже привыкла к неумению Ивора отвлекаться от службы. А он после всех душных перипетий политики Крайтона, после омерзительной провокации против Маскариля, рвался в космос, точно молодой кенгуру в степь. Ему хотелось совершать гиперпрыжки, чувствовать каждой клеткой запредельные ускорения, лететь на врага, посылая торпеды и снаряды… тем более, что Юджин подкинул неплохую идею для ограниченной, но важной операции.

– Я жажду вакуума, как глоток свежего воздуха, – произнес Ивор в ожидании десерта.

– Метафора хромает на обе ноги, – заметила Марта. – Над стилем ещё надо поработать.

– На обе ноги хромают у нас союзники, – пробурчал Ивор. – Они ни за что не позволят мне залезть в Гамильтон. А время уходит.

Срок аукциона приближался, а Ивор не мог придумать способ убедить союзников в необходимости проведения операции. Наверное так чувствует себя голодный хищник, от которого убегает добыча.

На десерт Марте принесли тирамису, а Ивору чизкейк с кленовым сиропом.

– Какао и кофе здесь не растут, – подумала вслух Марта, пробуя кусочек воздушного десерта.

– Долина поддерживает торговлю со многими мирами. Местные всегда ставили себя особняком от прочего населения планеты.

– Что ж, мы попили и поели, послушали хорошую музыку…

– Вызвать такси?

– Я бы прогулялась.

– Отлично, баронесса. Как раз хотел предложить.

Естественного спутника Крайтон не имел. Но Долина располагала крупной станцией на геостационарной орбите. И одна из функций станции заключалась в ночной подсветке территории. Причем зеркало стометрового диаметра разворачивали не всякий раз, но придерживалось земного графика смены лунных фаз. Помимо небольшого повышения температуры такая подсветка позволяла создать идеальные условия для местной экосистемы, состоящей из обычных земных видов, не подвергшихся генетической модификации. Не исключено, что создатели станции рассматривали и романтический аспект. Во всяком случае серебристый свет придавал ландшафту сказочный вид.

– Красиво, – сказала Марта, беря Ивора под руку.

В Долине всем видам улиц предпочитали бульвары, аллеи и широкие набережные. Особый климат региона позволял высаживать многие виды деревьев: от жакаранды, пальм и цитрусовых до гигантских сосен, пихт и кипарисов. Но жилую зону чаще засаживали декоративными ярко цветущими растениями вроде сирени, каштанов, сакуры.

Внезапно Марта дернула спутника в сторону под тень нависающего над тротуаром дерева. Ивор сперва решил, что её внезапно охватил порыв страсти, как бывало, когда они оставались наедине. Он раскрыл было объятия, но Марта мягко отстранила его руку.

– Не так быстро, моряк, – сказала она. – Лучше обрати внимание на ту дальнюю скамейку.

Ивор перевел взгляд и всмотрелся в лунный сумрак. Серебристый свет скрадывал цвета, но лица без труда распознавались даже с полусотни шагов. На скамейке сидел бывший оператор мостика «Нибелунга» Бласко, что ушел с повышением на «Зефир». А перед боцманом, активно жестикулируя руками стоял незнакомый Ивору человек.

– Это вербовщик, – пояснила Марта. – Я узнала его по описанию.

Ориентировку на вербовщика составил Ларкин, опросив дюжину специалистов эскадры, которых неизвестные люди пытались перевербовать. Когда началась история с Маскарилем, а затем выборы, данная проблема отошла на второй план. Но, как оказалось, враге не дремал и понемногу продолжил свое подлое дело.

К счастью Ивор с Мартой отправились в ресторан в гражданской одежде. При лунном освещении да еще в тени дерева было трудно узнать в гуляющей ночью парочке командора и его спутницу. Во всяком случае, если не сталкиваться лицом к лицу. А они постарались оставаться в тени.

Ивор достал комм и попытался связаться с начальником контрразведки, но не преуспел. Местный узел связи еще не привык к гостям с королевского флота, поэтому Ивора поставили на ожидание.

Встреча с вербовщиком закончилась тем, что Бласко вскочил и отправился в центр города, то есть в их с Мартой сторону. Им пришлось поиграть в обнимашки, пока боцман не прошел мимо. Вербовщик же напротив уселся на скамейку и, раскинув руки, откинулся на спинку. Некоторое время он наблюдал за фальшивой луной, кронами деревьев, а потом прогулочным шагом направился по боковой аллее, ведущей к пруду.

– Нужно за ним проследить, – прошептал Ивор.

– Командор Очевидность, – улыбнулась Марта.

Она с удовольствием приняла игру.

Там где аллея упиралась в небольшой пруд стоял стеклянный павильон. Часть его отвели под бильярдные столы, настольный теннис, игровые автоматы; другую часть занимало уличное кафе. Яркое освещение павильона позволяло видеть всё, что происходит внутри. Вербовщик подошел к столику и уселся напротив ещё одного человека.

– Да, он времени зря не теряет, – проворчал Ивор. – Успевает провести кучу встреч за один вечер. Жаль мы не можем зайти внутрь, нас там могут узнать.

– Зато мы можем подойти ближе, – сказала Марта. – При таком сильном свете нас невозможно будет увидеть изнутри.

Так они и сделали. Изображая из себя пару (впрочем они и были парой) Ивор с Мартой прошли к пруду и, найдя там подходящую тень, стали разглядывать посетителей с другого ракурса.

– Пожалуй я их сфоткаю, – сказала Марта и достала комм. – Отдадим снимки Ларкину. Пусть пробьет по базам данных.

* * *

У Ларкина ушло несколько дней на выяснение всех обстоятельств. После чего он заявился прямо на рейдер и потребовал максимальной секретности. Ивор пригласил его вместе с Мартой в защищенную от прослушки капитанскую каюту.

– Следов вербовщика мы нигде не нашли, – сообщил глава флотской разведки. – Но наши парни опознали объект категорически. А вот его собеседник в базах данных имеется. Это лейтенант Чхан с ильсонского корвета «Вонджон».

– А ведь и правда! – воскликнула Марта. – Я видела его во время визита делегации союзников на «Нибелунг». Кажется, это были переговоры по организации взаимодействия. Но в парке он был в гражданском и я его не узнала.

– Вроде бы наш предполагаемый оппонент не вербует офицеров, – задумчиво произнес Ивор.

– Ну же, командор, не тормозите, – усмехнулась Марта. – Никто не вербует ильсонского офицера. Это он вербует наших моряков.

– Вот черт! – воскликнул Ивор и посмотрел на Ларкина. – Вы согласны с баронессой?

– Да, сэр. Мы тихонько залезли в базы данных пограничной службы Крайтона. И обнаружили нескольких пропавших специалистов в ильсонской форме. Их не выпускают на станцию, но дают увольнительные на Крайтон.

– Наверняка уже тогда во время визита он вынюхивал, кого бы из нижних чинов переманить, – произнесла Марта. – То-то он мне показался слишком старым для лейтенанта. Небось служит в отделе комплектования. Там особо не выслужишься.

– Будем поднимать шум? – спросил Ларкин. – Или отдадим дело нашим дипломатам.

– Ни то, ни другое, – улыбнулся Ивор. – Но теперь я знаю, как нажать на союзников.

* * *

Сроки поджимали, поэтому Ивор назначил совещание на следующий день. Ему требовалось получить одобрение союзников на проведение операции в Гамильтоне. В качестве политической поддержки он пригласил Маскариля.

Проекция высветила фрагмент Большого Гамильтона, примыкающий к Минлейскому проходу. Одна из звездочек была выделена красным цветом.

– По данным разведки несколько кораблей генерала Марбаса должны заявиться в систему Мизес, – начал Ивор. – Она более известна, как Сад Теней, по названию обитаемой станции, что вращается вокруг планеты Такер. Это один из так называемых Мертвых миров, где провалилось терраформирование и люди обитают в искусственной среде. Цель повстанцев – карательная экспедиция против банды дезертиров капитана Джека Мерсера по прозвищу Вайпер. Ранее он ушел от Марбаса, прихватив два боевых корабля класса эсминец, а также «золотой запас» генерала, представляющий собой огромную груду векселей, награбленных в захваченных мирах.

Ивор сделал паузу, а Демарсен для наглядности вывел на вспомогательный экран портрет Вайпера. В общем-то в его внешности не было ничего необычного. Никакой особой свирепости, шрамов, повязки на глазу, попугая на плече. Обычный шкипер, вроде тех, что гоняют грузовые суда на дальние расстояния. Немного диковатый, но в пределах нормы.

– Поскольку время предполагаемого визита противника нам известно с точностью до нескольких дней, а система Мизес находится не так далеко от Минлейского прохода, у эскадры появилась возможность провести короткий рейд с прогнозируемым результатом. Сделав всё быстро мы не ослабим надолго защиту Крайтона и группы Калаян, зато сможем одновременно нанести урон повстанцам и заявить пиратскому элементу о нашем присутствии в регионе.

– Никто не может заранее спрогнозировать результат, – сказал лейтенант-коммандер Брендон Вонг. – При всем уважении, сэр.

– Разумеется. Говоря о прогнозировании, я не имею в виду полную гарантию. Военным обычно приходится опираться на неполные данные. И талант военачальника как раз и заключается в том, чтобы восполнить пробелы в воображении.

– Боюсь, наши правительства не разделяют ваши… воображения, – сказал Вонг.

Это прозвучало не слишком вежливо, но Ивор проигнорировал грубость. Он ждал подходящего момента для ответного выпада.

– Наша позиция не изменилась, – поддержал ильсонца коммандер Ли, представляющий Гуншу. – Мы бы не хотели, чтобы союзный флот участвовал в действиях за пределами группы Калаян.

Ивор в очередной раз отметил странную парадоксальность союзников. Они каким-то образом совмещали показную брутальность, грубость и абсолютное нежелание воевать. Они отнюдь не были трусливыми (он мог убедиться в этом), скорее ленивыми, не желающими оторвать зад от кресла, подумать, как одолеть врага. И опять же, их лень парадоксальным образом не мешала сутками напролет проводить учения, инспекции, не спать ночами, контролируя подчиненных.

– Сейчас мы находимся в состоянии равновесия с повстанцами, но такое положение не продлится долго, – сказал Ивор. – Рано или поздно, кто-то, Марбас или мы, накопит достаточно сил для масштабного вторжения. Всё, что мы сейчас можем, это вести пограничные сражения в серой зоне. Удачная пограничная стычка позволит нам оттянуть неизбежное обострение, выиграть время. Сейчас у Марбаса больше сил, чем у королевства, но большие проблемы с людьми. У нас желающих сражаться достаточно, а основная проблема в оружии. Наши верфи, однако, уже строят более совершенные корабли, чем строил кто-либо в истории. Лет через десять мы можем сравняться с противником в военном потенциале. Но это произойдет только в том случае, если повстанцы не расширят зону своего влияния и вместе с ней базу войны. А они способны расширить. Доктрина Марбаса лишь одна из их стратегий привлечения миров на свою сторону. Поэтому не стоит пренебрегать редкой возможностью надрать противнику зад.

Ивор выдохнул, сказав все что хотел.

– Тем не менее у нас с коллегой четкие инструкции на сей счет, – возразил Ли. – Никаких операций за пределами группы Калаяна. Если мы уведем отсюда ударную мощь, то ослабим силы на Крайтоне. А что если в это время Марбас ударит по одной из наших домашних систем?

– Вот поэтому я выбрал наиболее верный и короткий рейд в серую зону, – терпеливо пояснил Ивор. – У нас есть уникальная возможность подловить повстанцев и дезертиров на взаимной стычке и намазать на хлеб. Полагаю, генерал отправит туда не больше четырех кораблей против двух. Так что нам потребуется столько же. Наш план прост, как печеный картофель. Мы просто подождем, когда они сцепятся, а потом добьем выживших.

– У меня создается впечатление, что вы не пообедали сегодня, командор, – заметил Маскариль. – Две кулинарные метафоры подряд…

Ивор подумал. что последнее время его и правда тянет на глупые сравнения. Возможно он подспудно пытался встать вровень со старыми хорошо образованными аристократами, сыплющими метафорами и цитатами налево и направо. Но с чего бы у него возникло такое желание?

Шутка Маскариля отнюдь не разрядила обстановку. Оба представителя союзных флотов выглядели недовольными. Особенно Вонг.

– Мы предоставили почти все наши легкие единицы для патрулирования, поскольку исходили из согласованной диспозиции, по которой в системе Ирис имеется ударный кулак, готовый прийти на выручку. И вот вы собираетесь увести этот кулак на постороннюю операцию.

– Обороной войну не выиграть, – сказал Ивор.

– Мы не собираемся выигрывать войну, командор, – заметил Ли. – Наша задача защищать родные миры.

– И предоставить противнику возможность наращивать силы? Что будет когда у Марбаса под властью окажется не десятки, а сотни миров с развитой промышленностью, наукой, с квалифицированным населением? Что будет, когда он выйдет к окраинам сектора и мы потеряем связь с остальной Галактикой?

– Тогда он столкнется с мощнейшими флотами Земли, – возразил Вонг. – И они пройдутся по повстанцам паровым катком. И я вижу нашу задачу как раз в том, чтобы продержаться до этого момента.

Ивор вздохнул. Король поставил боевому командованию задачу защищать планеты клиентов, а каким образом защищать, относилось к исключительной компетенции Ивора. К тому же согласно доктрине, он обязан был позаботиться и о мирах в Гамильтоне, от которых зависела экономика королевства. Такие развитые планеты, как Джером, Джефферсон и Анаконда, каждая в отдельности приносила королевству больший доход, чем Ильсон и Гуншу вместе взятые.

В который раз он высказал эти соображения союзникам.

– Почему бы в таком случае флотам Джерома, Джефферсона и Анаконды не заняться этим рейдом? – резонно возразил Вонг. – Три свободных и развитых мира вполне способны выставить эскадру.

– Потому что они боятся за собственные системы, – ответил Ивор. – Потому, что генерал может наведаться к ним в любой момент. И у них нет защиты королевского флота. А мы здесь сидим на жопе, не реагируя на явную возможность нанести удар. Наконец, потому, что они не успевают. Эта информация есть только у нас и она держится в тайне. Успех миссии во многом зависит от секретности.

Собрание затихло, так и не придя к общему мнению. Ивор ждал этого момента, как опытный рыбак, позволяющий рыбе изнурить себя бесплодными попытками освобождения.

– Что ж, мне придется обойтись без согласия союзников, – сказал он, сделав печальное лицо. – И действовать на свой страх и риск.

– Это нарушение договоренности и неуважение к партнерам, – сразу же отреагировал Вонг.

Ивор широко улыбнулся, так как наконец получил ожидаемый повод для контратаки.

– Что ж, давайте поговорим об уважении, – мягко сказал он. – Является ли уважением и следованием союзническому долгу тайное нанесение ущерба Королевскому флоту?

– О чем вы? – не понял Ли. – Это серьезные обвинения.

– Спросите у коммандера Вонга, как его офицеры, явно при содействии командования, тайно переманивают наших специалистов. Тем самым флот Ильсона не только подрывает доверие к себе, как к союзнику, но прямо разрушает сложившееся взаимодействие. Дошло до того, что наш фрегат едва не ушел в патруль без старшего оператора РЭБ! Что увидел бы на мониторах новичок, посети наше пространство вражеская эскадра в его дежурство?

– Мы сманили? – Вонг вскочил с кресла.

– Да. У меня есть сведения, что наш оператор теперь служит офицером на одном из ваших корветов. И не только он. Если этого мало наша контрразведка сняла показания с мастера Бласко, которому через посредника предлагал смену службы ваш лейтенант Чхан.

Возникла зловещая пауза и казалось что между союзниками пробегает электрический ток.

– Я ничего не знал, о том, что вербовка проходит тайно, – сказал Вонг. – Мы расширяем наши флоты и предоставляем вашим матросам перспективы карьерного роста. Поднятие нашего уровня идет на общее благо.

– Почему бы вам, черт возьми, не вербовать людей на Крайтоне? – вспылил Ивор. – Здесь полно специалистов. Мы сами вербуем местных матросов.

– Потому что вы вербуете гражданского специалиста и потом год-два доводите его до военного стандарта в команде, где он перенимает опыт людей, прошедших боевые операции и экстремальные ситуации. А у нас нет людей с боевым опытом, не у кого его перенимать.

– А где ваши люди получат опыт, если вы предпочитаете сидеть в обороне? – ударил аргументом Ивор.

Спор вышел коротким и жарким. Ивор разыграл козыри правильно и получил разрешение совершить один-единственный рейд в Гамильтон. В качестве примирения он даже предложил взять на борт несколько стажеров союзников, чтобы передать им чертов боевой опыт.

* * *

– А вы поднаторели в интригах, мой друг, – сказал Маскариль.

После совещания он предложил Ивору прогуляться по галерее главного тороида станции.

– Мне очень нужен этот рейд, милорд, – ответил Ивор. – Я задыхаюсь торча на парковке. А тут еще эти споры. Когда-то союзники сами настаивали на моем командовании, а теперь, вероятно, жалеют об этом.

– Но вы неплохо управились. С переманиваем персонала дело действительно настолько серьезно? Я должен знать, как представитель короля.

– Да нет, – подумав сказал Ивор и махнул рукой. – Черт с ними, пусть сманивают. Мы-то боялись, что это работа вражеской агентуры. А так… во всяком случае наши секреты не уплыли к Марбасу, а люди живы-здоровы.

– Вот и отлично! – обрадовался Маскариль. – Но впредь будьте осторожны.

– Осторожен?

– Я получил несколько новостей, мой друг, – сказал Маскариль. – Поэтому и предложил прогуляться. Как вы может быть знаете, у меня имеются свои источники во дворце и они не забывают предупредить старого приятеля о грядущих событиях.

– Вашим источником, герцог, является сам король, насколько я помню, – проворчал Ивор. – Судя по вашему не слишком веселому виду, новости не очень.

– Как посмотреть. Мой вид скорее вызван последствиями, которые придется разгребать мне, а не самой новостью. Король отправляет в наш регион дополнительную эскадру для активных действий. Чтобы не бузили союзники из-за того, что вы отвлекаетесь от защиты их домашних систем на погоню за пиратами. Как я понял, к нам перебрасывают группу из трех новеньких крейсеров. Возможно к ним добавят несколько бортов, которые выведут из резерва, но старые проекты будут добираться медленным ходом или проходить модернизацию. Всё это собираются назвать пятой эскадрой, а старшим капитаном назначили Грегори. Вы должны его помнить.

– Разумеется. Он служил на «Сигрид», а потом возглавлял арьергард после сражения у Хильди, пока мы на Барти думали, что делать дальше?

– Верно. Новые крейсера предполагали передать в качестве флагманов графине Демир, барону Вальху и шевалье Тавиани, но… приходится ограбить Петра, чтобы заплатить Павлу. Кроме того Черная эскадра тоже получит задание на нашем театре действий. Сейчас, как я понимаю, парни Янсена модернизируют старые корабли Маджаливы.

И всё это планируется объединить во Второй флот.

– Давно пора, – воодушевился Ивор.

– Еще одна новость состоит в том, что сюда направляется инспекция Адмиралтейства во главе с адмиралом Варгасом. Вы, мой друг, можете оказаться под ударом. Жалобы союзников просто так не пройдут.

– Если я вернусь с победой, это не будет иметь значения.

– Верно. И думаю, вам стоит вернуться до прилета комиссии, чтобы вернуть себе контроль над командованием. А потом… вас наверняка назначат командующим Вторым флотом, по крайней мере король склоняется к такому решению. Вот увидите, мой друг, скоро вы станете адмиралом, а затем и графом.

– Графом?

– Король с некоторых пор награждает таким титулом всех, кто дослужился до адмирала или генерала. Так что готовьте место на гербе для графской короны.

Ивор вздохнул, вспомнив Стивена Харриса, под чьим руководством он служил до войны в ОКП эсминца «Сигрид». Харрис стал адмиралом и погиб в битве при Хильди, так и не получив ни титула, ни признания.

– Как говорят у нас в Соппеле: не считай цыплят, пока они не вылупились.

– У вас разводят цыплят прямо в городе? – удивился Маскариль.

– Это поговорка.

– Я пошутил, друг мой, пошутил.