Текст книги "Боевое командование «Нибелунг» (СИ)"

Автор книги: Сергей Фомичёв

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 25 страниц)

Глава 30
Засада

Это был один из мертвых миров. Так называли планеты, где терраформирование по тем или иным причинам закончилось неудачей. Тогда толпы не слишком умного или не слишком обеспеченного народа бросились осваивать только что исследованную звездную группу Гамильтон с сотнями планет потенциально пригодными для терраформирования.

Однако между «потенциально» и «пригодными» часто располагалась пропасть, заполнить которую могли лишь профессионалы, обладающие недешевыми технологиями. Тем не менее многие проекты решили обойтись более дешевыми комплексами терраформирования. В то время в моде были «доступные наборы технологий», вроде культур микроорганизмов, нанороботов и прочих «универсальных патентованных средств», способных быстро превратить любую подходящую планету в рай. Высыпи в воду пакетик патентованных генетически оптимизированных микроорганизмов и моря чудесным образом очистятся от солей тяжелых металлов и других примесей. Так это звучало в рекламе. На деле всё оказывалось куда сложнее.

Особенно стремились сэкономить религиозные и политические группы, не обладающие большими средствами или не желающие терять время на методичный подход к трансформации мира. Для многих это закончилось плачевно. Миры вроде бы приведенные к нормальным для человека условиям оказывались нестабильны. Состав атмосферы, погода и климат менялись настолько быстро, что уже в течение одного поколения изменения приводили к более суровым условиям жизни, а в некоторых случаях к полной невозможности её поддерживать.

Возникли суровые миры со слишком низкой температурой или давлением, свирепыми ветрами, с атмосферой бедной кислородом или имеющей в составе вредные соединения. Религиозные общины воспринимали это как испытание и старались приспособиться, но более прагматичные сообщества бежали в соседние развитые миры – на Джефферсон, Анаконду или Джером.

Среди неудачливых миров нашлись и такие, где терраформирование закончилось полной катастрофой, где жить на поверхности планеты стало попросту невозможно. Их прозвали мертвым мирами. Иногда изменения происходили столь стремительно или незаметно, что колония просто не успевала сбежать. Люди погибали целыми поселениями.

А спасать их прибывали исследовательские корабли всё той же компании Лу Бань Инжиниринг, от услуг которой из-за дороговизны сообщества ранее отказывались. Впрочем гуншуйцы занимались эвакуацией не из гуманизма. Они преследовали тем самым две цели. Изучение проблем помогало удосконалить собственные технологии, избежать похожих ошибок, а записи с рассказами и съемками всех ужасов неудачного терраформирования служили хорошим средством привлечь клиентов и выбить из них побольше денег.

Планету Такер в системе Мизес осваивали либертарианцы, анархисты и индивидуалисты различных направлений. Они хотели создать полностью свободный от власти мир. Территории Такера заранее поделили между колониями, а собранных общих средств вполне хватало на терраформирование. И все шло хорошо. Но внезапно проснувшаяся тектоническая активность наполнила атмосферу таким количеством пепла и сернокислотных соединений, что очистить это имеющимися средствами колонисты не могли. Приборы, оборудование жизнеобеспечения быстро вышли из строя, а к счастью пока еще небольшое население эвакуировалось на орбиту.

И тогда, не желая сдаваться, они создали станцию из временных орбитальных модулей и грузовых кораблей, на которых когда-то прибыли в систему. Так как строительство станции не планировалось, не рассчитывалось и осуществлялось впопыхах, Сад Теней представлял собой хаотичное нагромождение конструкций. Но они выжили и нашли свою нишу, основав крупнейший в секторе черный рынок.

* * *

– Что у либертариев по военным кораблям? – спросил Ивор, незадолго до выхода их гиперпространства.

– Предположительно есть не больше дюжины корветов и вооруженных транспортов, – ответил начальник разведки Марвин. – Но они принадлежат частным лицам и не сведены во что-то вроде флота.

– Каждый сам за себя?

– Не совсем, – возразил Марвин. – При общей угрозе они способны выступить вместе.

– Ерунда, – отмахнулся Баннистер. – Без командной и организационной структуры это будет просто толпа кораблей.

– Не стоит недооценивать противника.

– К счастью, они нам не противники. Их локация известна? – спросил Ивор.

– С этим сложнее. Возможно спрятаны в самых разных местах системы, возможно замаскированы под жилые модули.

– Ясно. ОКП! На всякий случай следите за станцией, вдруг от неё что-нибудь отделится.

– Да, сэр.

Не то чтобы Ивор планировал устраивать сражение с местными силами, но всегда лучше держать порох сухим.

– До выхода из гипера пять минут, – сообщил Рубольд.

* * *

Основная сложность операции заключалась в том, что времени оставалось мало. Вернее они вполне успевали прыгнуть к Мизесу на двух тысячах, однако, тогда им пришлось бы и дрейфовать на этой скорости, чтобы не выдать себя. Для сражения высокая скорость была неудобна, она сокращала сектор стрельбы и увеличивала время маневра. К тому же дезертиры, как и каратели Марбаса, могли появиться не сразу. И эскадра тогда оказалась бы в неудобном положении.

Идеальным Ивор считал подход на пятистах километрах в секунду. Но задержка с отправлением из-за проблем с союзниками сделала невозможным такой прыжок. Или им бы пришлось делать коррекцию в одной из соседних систем, что неизбежно привело бы к раскрытию замысла.

Выход нашла Марта. Она предложила воспользоваться одним из скрытых объектов для коррекции и торможения, чтобы появиться в системе Мизес в нужное время на нужной скорости. Дело в том, что Тимея уже исследовала ту часть Большого Гамильтона, где располагался Сад Теней. А «Птолемей» как раз проходил профилактику у станции Джон Говард. Так что Ивор без труда уговорил Тимею и её напарницу стать лоцманами на время операции. Учитывая, что Ивор с Мартой имели допуск к секретам королевства, все вместе они смогли провести тайными тропами три корабля.

Теперь оставалось лишь медленно дрейфовать в ожидании когда пожалуют дезертиры и каратели.

* * *

– Принимаем сигнал транспондера грузового судна «Марк Твен», – сообщил оператор секции связи. – Приписка к Тронше.

– Фиксируем одиночный джет, – добавили из ОКП. – Судя по сигнатуре это «Фрейдис». Торможение на шести метрах в секунду в квадрате. Скорость входа восемьсот километров в секунду. До выхода в ноль им потребуется… тридцать семь часов.

«Фрейдис» шел на одном двигателе с отключенным форсажным модулем и некоторыми другими изменениями сигнатуры, выдавая себя за коммерческое судно. Это было еще одной хитрой деталью их плана.

Появление королевского флота с неизвестного вектора заставило бы обитателей Сада Теней задуматься о столь интересном феномене. А у них, как и у всяких противников государства, имелся пунктик на счет всевозможных заговоров и тайных операций. Даже не разгадав загадку, они бы обязательно распространили деликатную информацию по сетям.

Ивор желал избежать огласки. И придумал выход.

На крейсере проекта «Валькирия» стояли форсированные коммерческие двигатели. Они обладали большей мощностью, чем стандартные флотские. Нюанс заключался в том, что первый в серии образец не был известен никому за пределами королевства, а его сигнатура не была засвечена. Даже Марбас вряд ли знал подробности проекта, а уж Сад Теней и вовсе не распознает маскировку.

Снабженный фальшивым транспондером крейсер примут за обычного торговца. Он подойдет к станции, захватит систему слежения за пространством, расчистив поле битвы для основной группы.

Негативная сторона плана заключалась в том, что им пришлось привлечь к операции Пирсона. Согласно устава ему следовало замещать Ивора на командовании эскадрой. Но только «Фрейдис» Пирсона имел нужные двигатели, чтобы выдать себя за гражданский борт.

Поскольку и Вальтера на этот раз Ивор взял с собой, замещать командора на станции пришлось Типелису. А это вызвало недовольство среди союзников. Не то, чтобы они не доверяли йерскому барону, но все же считали его чужаком, а поэтому решили, что Ивор пренебрегает обязанностями.

Однако, снявши голову по волосам не плачут. Ивор и без того вошел в клинч с союзниками и лишний пункт в их противостоянии уже не мог ухудшить ситуацию.

* * *

«Фрейдис» тормозил больше суток и уже вплотную приблизился к станции, а другие участники действа так и не проявили себя.

– Каратели наверняка уже здесь, – предположила Марта. – Дрейфуют как и мы в ожидании добычи.

На проекции бледным розовым цветом были обозначены возможные вектора входа кораблей Марбаса. У повстанцев оставалось не так много времени для сложных маневров, а значит они прибудут по кратчайшему пути, который легко предвидеть. Три-четыре системы могли послужить транзитом и проекция отражала все возможные варианты.

Королевский флот при любом из них оказывался в лучшем положении.

«Фрейдис» лег в дрейф. Он в приготовился нейтрализовать узел контроля над пространством, но раньше времени делать это не следовало. Обитатели Сада теней постараются отбить узел или задействуют резервную систему. Пирсон ждал команды. Выдавая себя за шкипера, он торговался с разными модулями о цене стыковки и обслуживания. Это позволяло ему находиться на безопасной дистанции, с которой никто даже случайно не увидит люки ракетных шахт и другие военные штуковины.

– Фиксируем джеты. Всего в двадцати тысячах километрах от станции. Судя по сигнатуре один эсминец, предположительно трофейный, захваченный у флота Гебо в начале войны. Второй крейсер класса «Омега» квиринальской постройки.

– Старье.

– Вроде бы разведка докладывала о двух эсминцах Вайпера, – подумал вслух Билл Фармер.

– Возможно к ним присоединился кто-то ещё, – Ивор пожал плечами. – Что там с параметрами?

– Начальная скорость около десяти километров в секунду, торможение на одном же. Они выйдут в ноль через семнадцать минут. Но им придется дрейфовать некоторое время, чтобы достигнуть станции.

– Откуда они появились на такой скорости? – удивился Ивор.

– Вектор входа… ну, сэр, там ничего нет. По крайней мере на доступной дистанции.

– Корабли могли модернизировать, – неуверенно предположил начальник штаба

– Быть может они используют скрытые объекты? – шепнула Марта.

– Вайпер? Вряд ли. Да и скорость… это слишком мало даже для двойных звезд.

– Мне кажется, они просто находились на периферии системы и наблюдали за обстановкой, чтобы ничего не могло сорвать аукцион, – сказал начальник штаба. – А теперь прыгнули оттуда прямо к станции.

– Логично.

Очевидно, что дезертиры проявляли осторожность и прибыли раньше намеченного, чтобы разнюхать обстановку и не дать себе попасть в западню. Никто не доверял контрагентам на черном рынке.

Корабли появились незадолго до аукциона и сразу прыгнули к станции, как бы прикрываясь ей от возможной атаки.

Впрочем, Ивор не собирался воевать с Вайпером.

– Что ж, давайте подождем карателей, – произнес он.

На этот раз ждать не пришлось слишком долго. Едва дезертиры Вайпера вышли в ноль и начали переговоры о стыковке, как появились каратели.

Три корабля начали торможение всего в двадцати миллионах километрах от станции, используя схему переменного отключения двигателей, чтобы очистить радары и сенсоры для наблюдения. Причем дистанция между кораблями была большой.

– Девять джетов, – доложили из ОКП. – Сигнатуры соответствуют крейсерам квиринальской постройки. Скорость тысяча пятьсот километров. Торможение на одном же. Присваиваем коды: Хищник один, два и три.

– Они не успеют затормозить до станции, – произнесла Марта. – Им нужно больше ста миллионов километров пробега.

– Значит, они не собираются тормозить. Во всяком случае не собираются выходить в ноль возле станции.

– И вряд ли они прыгнули сюда из другой системы без разведки. Скорее всего дрейфовали на окраине и прошли через гиперфазу, когда настал удобный момент.

– В этом случае мы вскоре получим сигнатуру активации контура.

Свет от вспышки активного контура мог дойти до наблюдателя через час и больше. И по большому счету это не имело значения.

– Объявите по эскадре боевую тревогу, – распорядился Ивор. – Передайте на «Фрейдис» сигнал о начале операции.

Вновь корабль наполнила рабочая суета. Крейсер Пирсона, как бы уладив вопрос стыковки, начал острожный маневр сближения.

– Люди Марбаса вышли втроем против двух, как мы и предполагали, – заметил Баннистер.

– Значит, тоже не собирались воевать с местными силами обороны, – сказал Ивор.

– И ничего не знают о нас, – добавила Марта. – Даже не выпустили эти защитные дроны.

Она умела выделять важное.

Обе группы шли по направлению к планете Такер, вокруг которой вращалась станция Сад Теней. Между их векторами было около ста десяти градусов. Тройка кораблей Райдо шла под большим углом к эклиптике, а повстанцы почти в главной плоскости системы. Высокая скорость противника не позволяла ему стрелять в сторону кораблей королевского флота. В то время, как низкая скорость и дальняя дистанция «Нибелунга» и его консортов давала возможность открыть огонь в любое время.

Стратегия Марты Монаган полностью оправдалась. Используя скрытые тропки, они оказались в выигрышной позиции, к тому же о их присутствии в системе никто даже не подозревал. Теперь Ивор мог выбирать любую тактику.

Даже если Хищники прыгнут на окраину системы, продолжив торможение там, и некоторое время обе группы не смогут стрелять друг по другу. Даже тогда корабли королевского флота намного раньше успеют погасить скорость или изменить вектор, чтобы открыть огонь. Правда в этом случае они раскроют себя перед дезертирами, которые стрелять как раз смогут и по тем и по другим, а скорее всего просто попытаются удрать из системы или затаиться на баллистической траектории. Именно по этой причине Ивор считал маловероятным такое развитие событий. Хищники сперва должны выполнить задание.

– Торопиться не будем, – сказал он. – Пусть эскадра Марбаса атакует отступников.

– Открытая передача на общих радиочастотах, сэр, – сообщила секция связи. – Исходит от Хищников. Вероятнее всего от Хищника-один.

– Выведете на громкую связь.

Представитель повстанцев говорил медленно, делая драматические паузы. Это позволяло людям на мостике «Нибелунга» да, очевидно, и по всему кораблю, обмениваться комментариями.

«Говорит капитан Финч, командир Шестой турмы, Левого крыла Первого легиона Доминации.»

– Доминации? – удивился Ивор. – Легион? Крыло? Турма? Кажется, мы что-то пропустили. Чем вообще занимается флотская разведка?

– Полагаю Доминация это что-то вроде империи, – сказала Марта. – Ну то есть они намерены доминировать на просторах Галактики. Им давно пора было перестать изображать повстанцев. Особенно после захвата десятков миров. Имперская терминология им больше подходит.

«Я обращаюсь к руководству станции Сад теней с требованием безотлагательно выдать нам дезертиров во главе с презренным капитаном Вайпером, вернуть корабли, ими угнанные, а так же все имущество похищенное у Доминации, ранее известной как повстанческое движение…»

– Он плохо подготовился. У либертарианцев нет единого руководства.

– И они очень не любят когда от них что-то требуют.

«В противном случае мы уничтожим все вооруженные единицы и высадим на станции десант морских пехотинцев. Мы будем проверять модуль за модулем, отсек за отсеком пока не выловим последнего изменника. Сопутствующий ущерб будет на вашей ответственности.»

– Н-да. Бедолаги. Чем они смогут ответить? – Марвин даже вздохнул от сочувствия.

– Меня интересует другое, – произнес Баннистер. – Почему Марбас просто не захватит их, как всех прочих, до кого дотянулся руками?

– Возможно, черный рынок полезен даже диктаторам, – сказал Билл Фармер. – Хотя бы на первое время.

Наверное впервые Ивор и его люди оказались в роли зрителей. Это был не их бой, что позволяло неспешно изучать тактику и модус операнди, не рискуя собственной шкурой.

– Я хочу чтобы наши корабли записали каждый бит информации, поймали каждый фотон и радиосигнал. Разумеется, не раскрывая себя.

Ответа со станции капитан Финч так и не получил. Зато корабли дезертиров неожиданно начали разгон. Лучшим решением было бы разогнаться навстречу карателям и затем прыгнуть им за спину. Но Вайпер по какой-то причине выбрал иное направление.

– Обозначьте их как Балбес-одни и Балбес-два. Каков их вектор?

– С учетом суперпозиции не слишком удобный, фактически они уходят перпендикулярно движению Хищника. Скорее всего намерены прыгнуть к карлику Е992.

– Они не успеют разогнаться.

– Успеют, если будет прыгать каскадом, – сказал Баннистер. – Прыгнув на сто миллионов они гарантировано уйдут из-под удара. А у карлика их возможно поджидает второй эсминец. Который прикроет.

– Или он поджидает здесь же, на окраине системы, – предположила Марта.

Довоенные проекты боевых кораблей требовали гораздо больше времени на подготовку к прыжку. Этим и воспользовались каратели. Ивор заподозрил, что все корабли Марбаса были снабжены тайными маячками, которые активировались по сигналу. Или возможно на борту дезертиров нашелся тайный агент. Так или иначе Хищники открыли огонь не дожидаясь отрыва цели. И огонь этот оказался на редкость точным.

– Ускорение торпед значительно меньше стандартного, а эмиссия плотнее… раза в три, если не больше, – доложил ОКП.

– Толстые торпеды? – удивился Фармер. – Но с какой целью?

– Вспышка! Еще одна. И еще. Серия вспышек из… шести боеголовок. Судя по яркости дистанция ближе к нам чем к Балбесам. О, боги! Корректировка доклада. Дистанции взрывов от ста до пятидесяти километров от Балбеса-Один. Но, сэр! Мощность боеголовок по приблизительным подсчетам около ста мегатонн. Каждая.

– Сто мегатонн? Вот же чёрт.

– Балбес-Один прекратил существование. Фиксируем мощный выброс испарившегося метанола, утечку атмосферы, разлом основных конструкций. Выживших, похоже, нет, только крупные обломки корпуса.

– Такое впечатление, что Финч нарочно выманил их подальше от станции, чтобы наказать на глазах у публики, – предположил Ивор. – И не хотел задеть никого из непричастных.

– Кажется, только что всю нашу концепцию противоракетной обороны спустили в сортир, – сказал Билл Фармер. – Вот что меня волнует сейчас больше всего.

– Вы думаете? ОКП, проанализируйте воздействие поражающих факторов на цель, – запросил Ивор.

– Да, сэр. У нас уже готов первичный анализ. Основной ущерб Балбесу-один причинила не одна какая-то боеголовка, а весь каскад из шести взрывов Фактически первая сдула всю абляционную защиту, и вывела из строя периферийные устройства, вторая прожгла корпус, а остальные уже разрушили его полностью. Люди погибли скорее всего от рентгеновского излучения и потока нейтронов. Каскад взрывов на расстоянии в несколько сот километров и больше не причинил бы серьезного ущерба кораблю с военной защитой. Но гражданское судно…

Военные корабли обладали комплексной защитой из металлов, газов и полимеров эквивалентной примерно пяти сантиметрам свинца и пятидесяти сантиметрам воды. Экраны с абляционным покрытием, губчатые стены корпуса, наполненные газовой смесью и жидкостью, внутренние перегородки и композитные панели. Специально напыление бора, для защиты от жесткого излучения. Всё это предназначалось, чтобы выдержать стандартный ядерный взрыв в нескольких километрах от корабля и даже ближе (чтобы спасти людей за счет разрушения конструкции). Но значительно более мощные устройства могли изменить картину боя. А их применение каскадом усиливало эффект.

– Согласно таблице, при одиночном подрыве угроза для конструкции военного корабля класса крейсер или эсминец – пятьдесят километров; для внешних приборов и сенсоров до тысячи. Для экипажа при повторном подрыве после уничтожения пассивной защиты – сто-двести километров. Гражданское или вспомогательное судно будет уничтожено за несколько сотен километров.

– Ослепить, снести защиту, а потом расстреливать.

Конечно, любой военный корабль имел защищенные сенсоры и антенны, которые выдвигались только в момент использования, а также запасной комплект оборудования. Тем не менее мощная боеголовка наносила серьезный ущерб.

– Эти штуковины глушат корабли, как глубинные бомбы рыбу, – произнес один из операторов мостика.

– С какой вы планеты, мастер Дикенс? – поинтересовался Ивор.

– С Дезерета, сэр.

– Не думал, что у вас есть моря.

– Их и нет, сэр. Сплошная пустыня. Про бомбы я видел в старом кино, сэр.

– Хорошо, мастер Дикенс.

– Сэр! – вызвал узел связи. – Мы принимаем морзянку от Балбеса-два на аварийном канале. Экипаж запросил пощады и готов сдаться на милость победителя. Сообщает, что на борту вышла из строя почти вся электроника. Обещает включить транспондер как только техники переберут электрические цепи.

– Теперь их стратегия медленных передвижений стала более понятна, – сказал начальник штаба. – С такими боеголовками высокая точность будет не очень нужна. Стреляй хоть с места. Они испепелят любого за сто-двести километров, и создадут проблему за тысячу для электроники.

– Причем боеголовкам не нужно тратить время на наведение, – добавила Марта.

– А значит наши противоракеты не успеют их перехватить, – согласился Фармер.

– Зато их собственная ПРО, основанная на развертывании созвездия дронов, справится с задачей лучше. Им потребуется секунда на выстрел.

– Тут может не хватить и секунды. Тем не менее, есть от чего отталкиваться.

– Что ж, генерал времени не терял, – заключил Ивор. – Нам придется полностью пересмотреть тактику.

– И значит мы уже не зря мы отправились сюда, – добавила Марта. – Не вступив в бой уже получили ценную информацию. Теперь будет над чем подумать.

– Как так вышло, что мы не предусмотрели такого поворота событий? – подумал вслух начальник штаба.

– В училище мы много чего моделировали, – сказал Ивор. – Но… решили что слишком расточительно уменьшать количество торпед ради увеличения мощности заряда. Как видите, большие штуковины означают медленный разгон и скорость. А выигрыш… ну я бы не назвал его радикальным, хотя хлопот он нам добавит. Прежде всего…

Ивор не успел договорить.

– Активирован транспондер Балбеса-два.

И почти сразу же.

– Запуск торпед с медленным ускорением! Уход в гиперфазу!

На миг Ивору показалось, что стреляют по его эскадре. Ведь Балбес-два поднял белый флаг. Каким-то образом их вычислили…

Он не успел отдать приказ об активации системы ПРО. И хорошо, иначе их заметили бы по излучению радара.

– Шесть вспышек на дистанции от семидесяти до тысячи километров от Балбеса-два. Корабль получил повреждения. Вероятно на борту и среди обломков остались выжившие.

– Они же сдавались! – воскликнул вахтенный офицер.

– Показательная порка, – произнес начальник разведки Марвин.

– Похоже на то, – согласился с ним Ивор. – Какие будут предложения?

– Думаю, нам следует тихонько уйти домой не обнаруживая себя, – сказал Поль Баннистер. – Подождем, когда они уберутся, и смоемся сами. Нам будет что проанализировать в спокойной обстановке.

– Хищники продолжают торможение.

– Они не уберутся, – сказал Марвин. – Захотят проверить не остался ли кто на станции. Возможно Вайпер и другие главари уговорили драпануть на кораблях не самых умных из подчиненных а сами затихарились.

– В этом лабиринте найти их будет непросто, – добавил Баннистер.

– А у нас «Фрейдис» взял под контроль местную навигацию.

– ОКП, – запросил Ивор. – Когда Хищники выйдут из нашего сектора стрельбы?

– Если не совершат прыжок и сохранят нынешнее ускорение, то… через шесть часов пятнадцать минут.

– Что ж, я вижу только одни выход атаковать?

– Как?

– Как поступают боксеры, когда перестают выдерживать нокаутирующие дальние удары? Они сокращают дистанцию, даже вешаются на плечи соперника. Это то, что нам нужно. Навязав ближний бой мы лишим их возможности применить особо мощные, но не слишком точные боеголовки. И оружие ближнего боя будет иметь решающее значение.

– И раз уж они способны нейтрализовать нашу систему ПРО, мы используем противоракеты, как ударное вооружение на короткой дистанции.

– Очень рискованный трюк, сэр. Нам нужно выйти из гипера буквально среди их построения.

– Мы прыгнем, а затем будем дрейфовать, пока не окажемся в мертвой зоне их термоядерных устройств. И тогда атакуем всем что есть.