Текст книги "Сердце шторма (СИ)"

Автор книги: Рая Арран

Соавторы: Нат Фламмер
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 52 страниц)

От дорожки, не обращая внимания на мокрую траву и слякоть, быстро шагали, почти бежали два человека.

– Соберись, – ментор резко развернул Веру к себе и посмотрел в глаза. – И постарайся не наделать еще больше ошибок.

– Как…

– Cala-te!!!* – угрожающе прорычал он, и Вера поежилась.

А ментор уже появился в нескольких шагах от приближающихся профессоров и опустился на одно колено.

– Педру, безумный ты бештафера, Пустошь тебя раздери, что ты творишь?!

Вера вздрогнула, когда на голову Педру обрушился усиленный щитом удар. Ментор только ниже склонился перед хозяином.

– Учу, повелитель.

Что вообще тут делает ректор Коимбры?

– Это как надо учить, чтобы мне посреди ночи звонили из Москвы с криком, что ты устроил шторм над Академией и утащил студентку?!

– На практике, конечно, – ответил Педру, и очередной удар припечатал его к земле.

Ректор быстро заговорил на португальском. Педру попытался ответить, но тут же замолчал. Вера уже достаточно хорошо понимала этот язык, чтобы уловить суть диалога и услышать, что цензурными в нем были только слова «повелитель» и «бештафера».

Подошел Меньшов. Алексей Витальевич внимательно посмотрел на Педру, потом поднял глаза на Веру и одними губами что-то прошептал. Вера поежилась. Рядом с ней появилась Инесса и принюхалась, глаза дивы то сужались, то расширялись.

– И совершенно не обязательно было будить его величество среди ночи, это вполне могло бы подождать… – тихо проворчал ментор на Меньшова, не поднимая головы.

– А разбудили меня не они, Педру! Разбудил меня мощный выброс силы с твоей стороны! Я проснулся в холодном поту, чувствуя твою жажду и совершенное безумие. Решил, что ты опять усвистал в Назаре. И тут раздался звонок! Да, я решил, что ты сожрал несчастную девчонку! Пришлось будить декана и седлать Розиту…

Вера заметила вдали огромную черепаху, раскинувшую крылья над небольшой поляной. Спешащие на пробежку студенты останавливались напротив, с любопытством оглядывая незнакомого дива и колдуна в черной профессорской капе. Черепаха меланхолично смотрела на Педру, не обращая внимания на собирающийся вокруг детский сад.

– Я бы ни за что не посмел…

– Да что ты?! А что же ты тогда делал, что меня на постели подкинуло?!

– Использовал силу, спасал жизнь, пил кровь.

Меньшов сорвался с места слишком быстро для человека его возраста, но Инесса оказалась быстрее: когда ректор подбежал к Вере, дива уже успела осмотреть руки девушки и, ничего не обнаружив на предплечьях, расстегнула кофту. Крючковатый палец указал на распоротую подключичную ямку.

Вера подняла глаза на ректора и почувствовала, что по щекам снова потекли слезы. Взгляд Меньшова стал неожиданно мягким.

– Тише. Тише, все хорошо. – Он быстро снял свой мундир и накинул его на плечи Веры, и только тогда она поняла, как сильно замерзла. – Инесса, проводи ее медицинский корпус. Передай Кадуцею, пусть лично посмотрит…

– Идем, – Инесса положила руку на плечо Вере и повела ее прочь, несмотря на слабое сопротивление.

– Педру! – Меньшов повернулся к ментору, все еще стоящему на коленях перед хозяином. – В глаза мне смотри! Это твоих рук дело? – Он указал на порез.

– Да.

Вера удивленно повернулась и вскрикнула, прижав ладони к лицу. На шее ментора сомкнулись путы, и ректор Коимбры рванул своего дива вверх, заставив того вцепиться руками в нити заклятия. Педру, извернувшись, бросил быстрый взгляд в ее сторону. «Cala-te!»

– Идем! Тебя надо срочно осмотреть, – потребовала Инесса.

И Вере пришлось идти за наставницей, но она до последнего оборачивалась и пыталась разобрать доносившиеся обрывки разговора. Инесса не торопила ее: видимо, слабость и измотанность были заметны невооруженным глазом, потому что дива лишь медленно шла рядом, легонько поддерживая Веру за локоть.

– Так, – дон Криштиану тряхнул Педру, как нашкодившего кутенка. – Рассказывай, что ты устроил!

– И начни с крови! – добавил дон Меньшов. – А то я действительно начинаю думать, что ты мог ее сожрать.

– Да кто я, по-вашему, чтобы жрать студентов, – обиделся Педру, – я приличный бештафера, ментор.

– Ты черт крылатый! – дон Криштиану снова тряхнул его. – В тебе приличного только умение вовремя поклониться. Ты, что же, учил колдунью привязывать дива? На себе?!

– Нет.

– Был вызов? – спросил дон Меньшов.

Педру посмотрел ему в глаза.

– Попытка вызова на колдовскую дуэль. На случай незаконного вызова есть четкие инструкции и регламенты, которые должен соблюдать бештафера любой Академии. Мне как минимум пришлось бы сожрать потенциального демона, а я никого не жрал. И ни на какие ритуалы я колдунью не подбивал, хотя признаюсь, мне всегда было интересно, ядовита ли ее кровь, как серебро, да все случай не подворачивался проверить…

– Проверил?!

Путы стянулись сильнее. Каждое слово Педру приводило дона Криштиану во все большую ярость.

– Прошу, повелитель, если бы вы отпустили меня ненадолго, я бы мог объяснить, не прерываясь на попытки выжить.

Педру рухнул на землю, судорожно дыша. Путы исчезли с шеи.

– Рассказывай.

Дон Меньшов опустился на корточки и посмотрел ментору в глаза.

– И рассказывай правду, Педру. Без уверток. Экспериментатор хренов.

Педру медленно поднялся, поправил манжеты испачкавшейся рубашки и провел рукой по волосам.

– У девочки был нервный срыв. Неудачная влюбленность, – вздохнул он и умоляюще посмотрел на повелителя. – Она могла натворить глупостей. Я бы даже сказал, она собиралась натворить глупостей и вызвать обидчика на колдовскую дуэль. Да еще и в паре с дивом, чтоб наверняка… К счастью, я заметил ее прежде, чем она закончила все приготовления, так что за дождь уж извините. Мне пришлось действовать быстро. От мысли о дуэли Вера отказалась, можете не беспокоиться. Но я не мог лишить ее столь важного урока и решил показать, к чему может привести сильный шторм… Нет, до Назаре мы не долетели, – поспешно добавил он, поднимая руки. – Уверяю, волны были не больше трех метров.

Вокруг кулака дона Криштиану снова сгустился щит.

– Почему ты просто не связался с Дианой, заметив девочку ночью в парке? – спросил Меньшов.

– Это имело бы нулевой эффект для ее обучения.

– Это имело бы замечательный эффект для ее безопасности! Тебе не кажется, что это важнее?!

– Нет, – Педру выдержал взгляд дона Меньшова. – Вы для нее учителя и поборники правил. А я просто друг детства, который, однако, может взять на себя ответственность и преподать урок.

Он не надеялся, что ректор Московской Академии поверит в простоту мотивов и достаточно честные объяснения. Но вряд ли его подозрения будут опасны для девочки, скорее, наоборот, Вера только выиграет от этой ситуации, по крайней мере исключать и терять из виду талантливую колдунью с необычной силой никто не станет.

– Уверяю, – он посмотрел дону Меньшову в глаза, – ей ничего не угрожает, к ней никто не привязан, и по Академии не бродит незаконно вызванный демон, это был просто урок, контролируемый мною от и до.

Появилась Инеш.

– Видимо, плохо контролировал. Она очень сильно истощена и потеряла много крови. Намного больше, чем при стандартном вызове и привязывании. Кадуцей рвет и мечет.

– Очень дорогой урок… – вздохнул Педру. – Вы сами видели, она вспорола ключицу, а не руку. Место сложное, девочка нервная. Она честно пыталась все сделать точно, но когда я появился за спиной, просто махнула лезвием. Мне следовало снять с нее все серебро, прежде чем предпринимать какие-то действия. Но я не хотел испугать. Порез получился не аккуратный и глубокий, кровь попала на кофту, и запах мог держаться долго, поэтому я не обратил на него внимания. Сосредоточившись на шторме, не сразу заметил… ошибку… так что потеря крови – это моя вина. Но в конце концов, мне удалось все исправить и закрыть рану. А перед возвращением я использовал чародейские знаки, направляющие энергию и внутренние резервы организма. Они подпитываются собственной силой колдуна. Вам известно, что я владею этой техникой, мои повелители считают ее полезной. И я попробовал кровь, чтобы немного почувствовать девочку и убедиться, что лечение подействовало. Это стандартная практика… в нестандартных условиях, – ментор невинно улыбнулся.

– Господи, – дон Меньшов провел рукой по лицу, очевидно вспомнив, как Педру может учить… особенно на воде… – не думал, что скажу это, но какое счастье, что ты взялся учить именно Аверину, а не любую другую девицу из чинно-благопристойной семьи…

– Вы настолько не уважаете Авериных? – хмыкнул Педру, за что тут же получил удар под ребра и подзатыльник от Инеш.

– Нет, уважаю. Очень. Особенно за то, что, получив звонок от ректора Академии со словами, – он приложил ладонь к уху, изображая телефон, – «здравствуйте, вашу дочь сегодня чуть не убил Коимбрский лев», они не прилетят сюда со скандалом. Вы хоть понимаете, что, если история выплывет, это поставит крест на сотрудничестве с Академией Коимбры.

– Вы не представляете, как часто я слышу эти слова, – дон Криштиану все еще сверлил Педру яростным взором. – Тебе есть что добавить?

– Нет, повелитель. – Педру снова опустился на одно колено. – Я все сказал.

– А Вера, ты расспросила ее? – спросил дон Меньшов, повернувшись к Инеш.

– Она отказалась говорить.

– Совсем?

– Цитирую: «он, ведь и так все расскажет… да? Я так не могу». Думаю, в ближайшее время ее лучше не трогать. Педру, ты подверг жизнь нашей студентки серьезной опасности. Ты хоть понимаешь, какое наказание тебе светит, еще и учитывая твое… признание? – наклонила голову Инеш.

– Ты уверен, что не хочешь рассказать еще что-нибудь? – прищурился дон Меньшов.

Педру протянул руки вперед, будто ректор лично собирался заковать его в наручники.

– Предпочтете бросить в подвал или подвесить на крючьях?

Дон Криштиану тяжело вздохнул.

– Вы можете написать официальное обвинение, я соберу коллегию и…

– …подвесите его на крючьях?.. – дон Меньшов поежился. – Я не буду ничего писать… предпочту быструю и надежную порку.

Педру усмехнулся от такого откровенного снисхождения, совершенно не подходящего холодному внимательному взгляду. Ох, аукнется ему еще эта «милость». Дон Меньшов никогда не был сентиментален и прост.

– Но я не обещаю, что завтра у вас на пороге не окажется фамильяр с этим самым официальным обвинением, заверенным всеми государственными инстанциями.

– Вы же сказали, что они не будут скандалить, – напомнил Педру.

– Они не будут скандалить со мной, Педру.

Дон Криштиану смерил ментора холодным взглядом. Ярость его не утихла, просто перестала полыхать неконтролируемым пожаром. Превратилась в ледяной жесткий расчет.

– Почему, Педру, когда я даю тебе чуть больше свободы, чем положено, ты обязательно ставишь на уши всех, кто оказывается в зоне доступности. Не думал, что буду скучать по тем дням, когда это было проблемой только нашей Академии. Удостоверение.

– Повелитель… – Педру округлил глаза, отразившийся в них ужас даже не нужно было отыгрывать. – Кафедра Международного изучения Пустоши…

– …прекрасно обойдется без тебя! Удостоверение! Быстро!

Педру переместился к дереву на берегу ручья и достал из дупла свою сумку. К повелителю он вернулся, уже протягивая заветный документ.

– Рубашку снимай, и на колени.

Дон Криштиану забрал удостоверение и разорвал на несколько маленьких частей. Обрывки обещанной свободы легко упали на траву прямо перед склоненным лицом Педру. Жаль. Ему нравились эти поездки. Но, может, со временем повелитель смягчится?

– С этого дня все перелеты только с моего личного дозволения. Даже к морю без четко озвученного разрешения ты не летишь. Это приказ.

– Да, повелитель.

– Инесса, напомни нашим студентам, что им пора на занятия, – сказал дон Меньшов, и Педру, повернув голову, увидел нестройную толпу около главной дороги. Дети с любопытством наблюдали за склонившимся ментором и двумя ректорами, у одного из которых в руке уже была плеть-семихвостка.

Вера, выглядывая из колец Кадуцея, наблюдала за манипуляциями чародея. Див обернулся вокруг нее пушистым мягким шарфом. Только нос и глаза девочки остались торчать над перьями. Ей нужно было… поспать… определенно. Но сон не шел, и чародей, видя устремленный в пространство бессмысленный взгляд, стал готовить отвар.

А Вера все думала и пыталась понять, что произошло.

Во-первых, исчез след от алатыря. Совсем. Ливень прошел не из-за внезапной непогоды. И кто-то в Академии это сразу понял. Педру стер следы… причем не только рисунка. Кровь, пролившаяся на прибрежные камни, запах жертвы и даже фон вызова, скорее всего и тот смыло…

Во-вторых: кровь. Кадуцей сказал, она потеряла много крови…

«Это твоих рук дело?» – «Да».

Порез открылся не из-за соли. А из-за того, что кто-то заново прошелся по нему… когтем.

И див! Убитый, но не сожранный.

«На случай незаконного вызова есть четкие инструкции…»

Перед глазами будто снова возникла насаженная на когти голова. Обычно дивы не церемонятся с сородичами. Но ректор почувствовал бы высвобождение своего бештаферы, если бы Педру сожрал дичка, это породило бы дополнительные вопросы. Ментор предусмотрел даже такую мелочь.

Получается, Педру с самого начала позаботился о том, чтобы Вере было куда вернуться. Спас ее…

Она вспомнила взгляды ректоров. Похоже, постоянное нытье ментора о том, что репутацию ему портит «девочка», были преувеличены. Какой послужной список нужно иметь за плечами, чтобы два ректора, один из которых – бывший разведчик, накинулись с ходу, даже мысли не допустив, что виновником беспорядка на самом деле была Вера?..

Кадуцей тихо зашипел над ее головой. Чародей отвлекся от своих склянок и возмущенно спросил:

– Что вы тут делаете?

– Хочу поговорить со студенткой.

Вера заворочалась, выбираясь из колец.

– Ей нужен отдых и покой.

– Я его не нарушу… надолго.

Ментор стоял в дверях, заложив руки за спину, и смотрел на чародея с самым смиренным видом и с дружелюбной улыбкой.

– Отпусти, пожалуйста, Пафнутий… – Вера с трудом, но выбралась из колец. – Я сразу вернусь, обещаю.

– Вы могли хотя бы не дергать ее, – продолжал возмущается чародей. – Нет, я решительно против.

– А вы сможете меня остановить? – вскинул бровь Педру.

– Пусть идет, – неожиданно разрешил Кадуцей. – Ей нужно успокоиться. И, возможно, этот разговор поможет лучше ваших настоек. У тебя три минуты, ментор. Вера, через три минуты вы здесь, – он указал пальцем на кровать. – Или я за себя не ручаюсь.

– Спасибо!

Педру не сказал ни слова, пока они не вышли на крыльцо. Несколько студентов с ушибами и ссадинами, сидевшие в коридоре, проводили их любопытными взглядами.

– Как ты себя чувствуешь?

– Уже лучше… Кадуцей шипел, но сказал, что нет ничего непоправимого.

– Хорошо.

– А вы? Ваша рубашка до сих пор мокрая…

– Лучше мокрая, чем грязная и с кровавыми пятнами.

Педру явно пытался привести себя в порядок, но этого было недостаточно, чтобы полностью скрыть последствия трудной ночи.

Совсем невысоко над Академией пролетел вертолет, машина снижалась над посадочной площадкой. Дон Криштиану решил проделать обратный путь в более спокойной обстановке?

– Вы… пришли попрощаться? Перед отлетом?

Ментор кивнул.

– Подумал, ты все-таки захочешь меня поблагодарить, – губы его изогнулись в хитрой улыбке.

– Что это было вообще?! Как… как вы это сделали? Вы же врали в лицо колдунам!

– Не врал. Все до последнего слова – правда.

– Это ведь даже не обтекаемые формулировки это… Да вы саму реальность под себя переписали!

– Именно, – ответил он так, словно Вера дала правильный ответ на экзамене. – Любой див первого класса, даже первого уровня, при должном уме может научиться обходить вопросы и правильно формулировать ответы. Извратить правду проще, чем создать. Но именно второй вариант надежнее всего. Переписать реальность, как ты выразилась, – это высший пилотаж.

– Потрясающе… – искренне восхитилась Вера, и ментор приобрел совершенно счастливый вид.

– Но почему? Зачем вы так поступили?

– Я к тебе привык. В мои планы не входило твое попадание в скит. Я сумасшедший, и у меня выдалась свободная ночь. Это, в конце концов, оказалось весьма занятно. Какой ответ тебе нравится больше?

– Честный?

– Они все честные, я ведь и тебе не могу врать, только чистая правда, – он не переставал улыбаться.

– Издеваетесь? Это вообще не обнадеживает. Я же знаю, как вы говорите правду!

– Раз ты знаешь, как мы говорим правду, учись задавать правильные вопросы, – усмехнулся Педру.

– Вы сказали: только принимать. Сказали, мне придется отвечать, но взяли все последствия на себя.

– Все? О нет. Я лишь дал тебе возможность продолжить обучение. Даже до моего вмешательства ты успела нарушить львиную долю правил, и как только поправишься, Диана спустит с тебя шкуру и быстро найдет ей полезное применение в бытовых делах Академии. И уж тем более я не собираюсь решать твои проблемы с… социальным взаимодействием. Удар придется держать. Как? Найди способ. Только думай головой, а не… эмоциями. Нет, надуться на весь мир, как мышь на крупу, – это неправильный ход.

Он схватил насупившуюся Веру за плечо, не позволяя отвернуться. И протянул сложенный вдвое тетрадный лист.

– Это список литературы. Ищи. Способ.

Вера развернула лист и быстро прочитала названия.

– Это что? Как это… ну не-ет…

Выбранные ментором книги можно было отнести к трудам политической и социальной направленности. Обычно их изучали желающие сделать карьеру в государственных структурах или дипломатии.

– Где я и где политика?

– На одной доске, в одной партии. И тебе пора учиться играть, если не хочешь вечно быть в роли жертвы.

Вера опустила голову. Как хорошо было бы просто получить ответ. Четкую инструкцию, детальный план, в котором невозможно ошибиться. Но Педру бы никогда не дал ей такого простого ответа, он просто не видел в этом смысла, уж это она успела понять за годы своего ученичества.

Мимо крыльца прошли несколько колдунов, возвращающихся с утренней пробежки, и Вера инстинктивно попыталась спрятаться за спиной ментора, чтобы не попасться им на глаза.

– И не придавай такого большого значения своей нынешней… любви… – ментор даже не пытался скрыть усмешку. – Говорила «сильный колдун», а он чуть в обморок не свалился, заметив над головой бештаферу.

– Ох… он видел меня?

– Он видел меня. И то мельком. Так что заикаться перестанет уже через неделю. Наверное. И вообще, что ты в нем нашла? В Коимбре он бы едва ли дотянул до выпуска. Уверяю, перспектива быть сожранным для него не шутка. А реальная угроза.

Ментор говорил со всей присущей ему серьезностью, но Вера не смогла не улыбнуться.

– Похоже, вы все-таки умеете утешать, ментор Киса.

Зубы щелкнули прямо перед лицом. Вера, увидев на миг львиную морду, отскочила и ударилась спиной о металлические перила лестницы. А ментор уже снова стоял, заложив руки за спину, будто и не двигался вовсе.

– Не смей называть меня так! Никогда!

– Раньше вы не были против…

– Так и ты раньше была маленькой девочкой. Детям многое прощается по неразумию их. Но ты уже не ребенок. И спрос с тебя будет советующий. Я думал, вы поняли это сегодня, сеньора Аверина!

Вера удивленно посмотрела на дива. Все такого же непривычного, мокрого и встрепанного, как и пару часов назад. Ехидно ухмыляющегося и очень странно проявляющего заботу, через угрозы и резкие вспышки злости. И все-таки за демонстрацией превосходства чувствовалось искреннее желание научить. И защитить.

Вера не выдержала, закрыла глаза и шагнула к нему, не особо надеясь, что див даст приблизиться, но Педру не увернулся и позволил обнять себя. Вера уткнулась носом в мокрую рубашку.

– Спасибо вам, ментор, – тихо всхлипнула она.

Педру незаметным движением положил руки ей на плечи и опустил голову, касаясь подбородком макушки. И Вере показалось, что она снова чувствует холодный просоленный ветер на своей коже и слышит шум бешеного прибоя и запах моря. Она покрепче сжала пальцами мокрую ткань, будто наставник и правда мог обратится ветром, и, выскользнув из рук, исчезнуть, не попрощавшись.

– Возможно… не мне просить тебя не делать глупостей, – тихо сказал ментор. – Иногда мне кажется, что вся жизнь состоит только из глупостей и бесконечной череды ошибок. Так что делай, что хочешь. Но никогда не забывай, что за некоторые поступки будет назначена очень высокая цена, и платить придется всегда. А меня может не оказаться рядом.

Он отстранился и посмотрел на дорожку, ведущую к медицинскому корпусу.

– Кто-то уже пришел по вашу душу…

За высокими кустами мелькнула трость, и на дорожку вылетел колдун.

– Паша?

– Вера!

– Ты чего за кустами делал?

– Шнурки завязывал, – хмыкнул вышедший следом Алеша, – мы же никуда… не торопимся…

– Не нуди, а? И так тошно.

Алеша снова замахнулся на друга тростью, но промолчал и пошел к Вере.

– Вера! Слава Богу. Мы слышали… что тебя… ищут.

– Что случилось?! – Паша, опередив друга, подбежал к лестнице.

– Этим вопросом вам следовало задаваться вчера, – хмыкнул ментор, с любопытством оглядывая молодых колдунов.

Паша не был с ним знаком и не сразу сообразил, что рядом с Верой стоит див, и весьма сильный, а когда сообразил, то с тихим «ой» схватился за перила, чтобы не упасть.

– Ментор, – Алеша склонил голову в приветственном кивке.

– Сеньор Перов. Ваши шаги становятся все увереннее, делаете успехи в физической подготовке.

– Вы ментор? Див ректора Коимбры? Это про вас говорят? Что вас…

– Что говорят? – спросил Педру дружелюбно, но глаза его полыхнули лиловым пламенем.

– Н-ничего… – поежился Паша.

– Жаль, – задумчиво протянул ментор. – На моем счету много подвигов, вполне есть, о чем поговорить… Я вас оставлю. Сеньора Аверина, сеньор Перов, сеньор…

– Шанков.

– Сеньор Шанков… – взгляд ментора будто стал более заинтересованным, но за ним ничего не последовало. – Прощайте, – сказал он после небольшой паузы и исчез.

И мальчики сразу кинулись к Вере.

– Так, вся Академия говорит, что ты вычудила вчера на танцах. Рассказывай, – потребовал Паша и тут же схватился за плечо, по которому Алеша все-таки ударил тростью.

– Рассказывай, – передразнил он, – ты где был вчера? Обещал же присмотреть!

– Она с парнем туда пришла, что мне и за ним приглядывать?! – огрызнулся Паша с такой обидой и ревностью, что Вере стало неловко, и друг это явно заметил. – Я… прости Вера. Я правда обещал… а потом… ушел…

– Госпожа Аверина! Я вас сейчас силком потащу в палату! – раздался за спиной голос Кадуцея.

И Вера поняла, что очень рада его слышать, потому что решительно не знала, как объяснять произошедшее мальчикам. Пока что.

– Мы обязательно поговорим. Но позже. Немного позже. А пока… я очень хочу спать.

_______________

*"Cala-te!" – молчи!