Текст книги "Сердце шторма (СИ)"
Автор книги: Рая Арран
Соавторы: Нат Фламмер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 27 (всего у книги 52 страниц)
На капе ментора Лукаса блестел серебряный значок в форме крокодила.
Собираясь в Коимбру, Алеша иногда видел в кошмарах льва с безумными лиловыми глазами и не думал, что кто-то сможет перебить этот образ. Ментор Лукас смог, но и слово свое сдержал. Плавал Алеша теперь очень хорошо…
А заодно приобрел некоторое уважение в глазах сограждан-республиканцев, когда после последнего занятия ментор Лукас, протирая пенсне, вынес свой вердикт:
– Вы, сеньор Перов, обладаете выдающимися способностями. И дело даже не в оружии или скрытых ваших талантах. Сила воли и отношение к делу, за которое беретесь, достойно уважения в не меньшей степени, чем колдовская сила. Буду рад видеть вас на моих занятиях. Сеньоры… – Лукас уважительно склонил голову и чинно прошел мимо прижавшихся к стене студентов.
Почему к ментору-крокодилу студенты относятся с таким трепетом, пока оставалось для Алеши загадкой.
Безропотно преодолев очередной резко уходящий вверх переулок, Алеша вышел к небольшой открытой веранде перед ресторанчиком сеньора Фернандеша. Его уже ждали Вера и Ривера.
– Наконец-то, – Вера махнула рукой. – Я как раз показывала Ривере маршруты на следующую неделю.
Алеша кивнул и сел за столик. Он уже знал детали плана, предложенного Верой, чтобы выжить в игре. Идея была проста: передвигаться по тем улицам и переулкам, где внезапная атака невозможна или хотя бы затруднительна. И ходить по ним вместе.
Алеша не стал говорить подруге, что в его случае само хождение по этим проулкам хуже атаки реального демона, и решил молча понаблюдать за процессом.
Игра в демона была на слуху уже несколько недель, большинство студентов ждали ее с содроганием, и, судя по общему нытью, правило в ней было одно: не сдохнуть. Остальное детали.
– В этом году демонов будет восемь, – рассказывала Вера за несколько дней до начала «охоты». – По одному на каждый факультет, включая чародейские.
– Черт, в прошлом году было пять, и они задраконили нас до панических атак, – ворчала Ривера. – Чародеев-то за что? Раньше их особо не трогали…
– Думаю, логика проста: демону все равно, чародей ты или колдун, если он нападает, то на всех. А как защититься, это твоя проблема, так что чародеям тоже придется крутиться.
– А действительно, как защищаться? – спросил Алеша.
В прошлом году, приезжая на новогодние каникулы, Вера рассказывала, как на нее напал «демон». Тогда она не сумела отбиться от старшекурсника и два дня ходила с печатью на руке. Благо ее «сожрали» в последние дни игры и она не сильно потеряла в занятиях. Но Алеша по ее рассказам так и не понял, как в этой «охоте» должны вести себя колдуны.
– Не дать себя атаковать, – ответила Ривера. – Для «диабу» установлены правила. Первое: мертвые колдуны не разговаривают. Если тебя припечатали, выдать демона нельзя, и они сами не должны раскрывать себя живым участникам. Иначе игра теряет смысл. Поэтому если демон атакует, он будет стараться припечатать. Правило второе: нельзя атаковать дважды и начинать открытый бой. Поэтому они часто действуют исподтишка. И если атака проваливается, а жертва узнает демона, Педру забирает у них печать и назначает другого студента.
– Но лишаться печати никто не хочет, поэтому демоны придумывают всякие ухищрения: от чародейских личин, до дистанционных ловушек. Я как раз в такую и угодила в прошлом году, – сказала Вера. – Но ловушки только старшие курсы ставить умеют, так что это редкий случай.
– Ну и главное, за что большинство не любит эту игру, – Ривера назидательно подняла палец, – нельзя убить демона. Забрать печать может только ментор. И только при определенных условиях, в остальном бештаферы не станут помогать.
– Несправедливо, – заключил Алеша.
– Не скажи, – возразила Вера. – Бештаферы по определению сильнее людей, особенно студентов. Так что это скорее добавляет в игру реализма, чем является намеренной несправедливостью.
Ривера скосила взгляд на подругу:
– Ты быстрее признаешь, что в Пустоши тепло, чем то, что Педру может сознательно портить кому-то жизнь. Наивная.
Алеша с интересом наблюдал за девушкой, которую Вера выбрала в подружки. Она была совсем не похожа на привычную и приличную Верочку и не создавала приятного впечатления. Зато пару раз услышав, как Ривера отзывается о Педру, Алеша выдохнул с облегчением. Такая язва под боком не даст забыться.
– Вот уж чего не отрицаю, так умения ментора портить жизнь, – усмехнулась Вера, – но условия этой охоты действительно жизненно-несправедливы, а не просто жестоки. И, как в жизни, нужно придумать превентивные меры защиты. Это все.
– Договаривай до конца, – попросила Ривера и посмотрела на Алешу. – Это все, что мы можем. Добро пожаловать в Коимбру.
Неизвестно, кому ментор Педру выдаст печати и по какому принципу назначит демонов. Неизвестно, как эти мотивированные предатели будут действовать. Неизвестно, поможет ли придуманный Верой план действий. Но часы на башне пробили полдень и игра началась.
Алеша повернул к себе карты, часть маршрутов была отмечена красными крестами, которых раньше не было.
– Что это?
– Дороги с крутыми подъемами и спусками, они нам не подходят. Я вчера обошла все маршруты, и на этих ты окажешься в большей уязвимости, чем в безопасности. Так что будем ориентироваться на эти дороги, – Вера постучала пальцем по карте, – на них хотя бы лестницы есть.
– Ого, так вот чем ты вчера занималась полдня, изучала маршруты… А чего же не позвала с собой?
– Я их изучала специально, чтобы не тащить тебя по самым извращенным подъемам. Где логика?
Алеша согласно кивнул и присмотрелся к маршрутам. Сложный рельеф – хорошая тренировка. Но не на следующей неделе, в этом Вера права.
– Пойду узнаю, где наш заказ, – сказала девушка и скрылась за дверью ресторанчика.
– Когда она говорила, что у нее есть план, я подумала: «О, может она наконец-то нашла способ правильно состроить глазки ментору, чтобы он отменил эту дурацкую игру или хотя бы выдал имена своих демонов!» – Ривера подперла щеку рукой и с явным скептицизмом поворошила карты.
Алеша удивленно поднял брови, но даже сказать ничего не успел.
– Ой, перестань, – отмахнулась колдунья. – Считай, что поголовная увлеченность ментором это такой… культурный аспект нашей Академии. Парням к нему подключатся не обязательно, так что расслабься, барон, – Ривера побарабанила пальцами по столу и прищурилась. – Барон дю Валлон де Брасье де Пьерфон… – сказала она таким тоном, будто перечисленные замки представляли собой ямы с навозом и действительно принадлежали Алеше.
– Ты хвастаешься тем, что научилась читать?
– Хам!
Алеша усмехнулся и поймал полетевшую в него солонку.
– Я лишь интересуюсь, есть ли у твоих оскорблений реальная цель, или ты просто из вредности пытаешься задеть каждый камень в Коимбре.
– И чего оскорбительного, барон? Мне, между прочим, нравится само звучание, ты послушай: барон дю Валлон де Брасье де Пьерфон… – она протянула имя старательно копируя французский говор. – Ну красиво же, лучше по крайней мере чем д'Артаньян или аббат д'Эрбле. Хотя как герой мне все-таки больше Арамис импонирует.
– А мне всегда Атос нравился, – сказала Вера, опуская на стол поднос с тремя чашками кофе и целым блюдом пирожных. – И имя красивое: граф де ля Фер.
– Какая разница, как звучит, все они персонажи с альтернативной моральной ориентацией. – Алеша взял свою чашку и сразу потянулся за сахарницей. – Как ни старался Дюма их романтизировать, а из всей книжки только кардинал нормальный.
– Значит, книжка своей цели достигла, – улыбнулась Вера.
– Ты о чем? – спросила Ривера с набитым ртом. Излишняя манерность не была свойственна этой колдунье. За последний месяц Алеша видел, как она размешивает пальцем чай, отправляет в рот целую горсть орехов, превращаясь в хомяка с раздутыми щеками, орет благим матом на ворону и пытается поколотить студента-чародея сушеной треской.
Вера тоже потянулась за пироженкой.
– Ну, то, что «Три мушкетера» обеляют и романтизируют историю, давно известно, но только главные герои совсем не там, куда все смотрят. Не мушкетеров облагораживали, а государственный аппарат, короля и кардинала. Реальных личностей, а не выдуманных. Да, у мушкетеров тоже были свои прототипы, и их можно считать условно реальными, но вот в чьем еще существовании не приходится сомневаться, так это миледи.
– Анна де Бейль, леди Кларик, Шарлотта Баксон, баронесса Шефильд, графиня де Ла Фер, леди Винтер, видите, вас так много, а меня так мало, – произнесла трагичным тоном Ривера.
– Ага, а теперь угадайте с одного раза, почему ее много, а его мало? – улыбнулась Вера.
– Личины… – Алеша даже отставил чашку с кофе. Он читал «Трех мушкетеров», и не раз. Книга напрочь игнорировала тему колдовства, а дивов и вовсе не упоминала.
– Да. Леди Кларик, Люси Хей… все это личины демонессы, которую называли Миледи или Кардинальская кошка. Есть несколько версий, как она попала на службу к Ришелье, официальная говорит, что ее подарил один из монастырей, и кардинал вполне законно владел дивой, но есть и другая. По слухам, демонесса действительно была призвана в качестве монастырской служки, но быстро подчинила хозяина, убедила того в своей влюбленности и подбила бежать. Уже на воле тихонько его сожрала и стала жить как свободный человек. Довольно быстро втерлась в доверие к нескольким дворянам, пара браков, поразительно несчастливых и трагичных, и вот в Париже блистает юная и очень богатая вдова. Миледи прослыла такой интриганкой, что привлекла внимание кардинала и стала ему служить, продолжая притворяться человеком. Успела стать лучшей и любимой шпионкой, подобралась вплотную и к Ришелье, и к Людовику, и плела интриги, пока кое-кто из дворян не признал в одной из вышедших в свет личин свою бывшую жену, лично им казненную в одном маленьком лильском монастыре за измену. Так диву вычислили, поймали и убили. Чем на самом деле оказали кардиналу большую услугу. Окажись дива живой и под допросом, он мог и не снести головы.
– С чего бы? – не поняла Ривера. – Ну использовал он бештаферу в своих интрижках, будто один колдун при дворе.
– Так-то оно так, но Миледи долгое время притворялась человеком и жила как человек. Кардиналу было проще сказать, что он не знал о ее природе, мол сильная бештафера, себя не проявляла. Леди и леди. Чем признать, что дал диве столько свободы.
– И в это поверили?
– Да, пока не выплыли документы, подтверждающие, что Ришелье не просто знал о природе Миледи, он знал, что она демонесса, и сознательно не стал привязывать, оставив на свободе. И хотя решение можно считать вполне хорошим для нуждающегося в шпионе Ришелье, по некоторым источникам, он был личностью весьма нервной и абсолютно точно, что болезненной. Можно сказать, он только на силе долга и умудрился прожить столько лет. Так что, думаю, он привязку сильной бештаферы просто по здоровью не потянул бы, ни физическому, ни нервному, а договориться вот смог. Только это все равно было нарушение всех мыслимых и немыслимых законов. Тогда и появился запрос на романтизацию эпохи и отбеливание некоторых личностей. Кому понравится идея, что священник заключил сделку с демонессой и подпустил ее к высшим кругам власти.
– Мне! – тут же подняла руку Ривера. – Я бы с куда большим интересом прочитала про кардинала и демонессу, чем про четырех алкоголиков и дебоширов.
– Тебе же импонируют эти герои, – напомнил Алеша.
– Ну так… ты насчет моей моральной ориентации тоже не обманывайся, барон, – колдунья растянула губы в хищноватой улыбке.
– Да, такая история была бы интереснее, – согласилась Вера, – но книгу ведь писали для широкой аудитории, вряд ли обыватели захотели бы читать про демонессу около французского престола.
– Погоди, если эту историю так старательно переписывали, откуда ты знаешь про Миледи? – спросил Алеша.
– Мне ментор рассказывал, он ведь раньше не только Академией занимался, но и политикой.
Вопросов стало больше. Алеша покрутил в пальцах трость, думая, как правильно сформулировать следующие слова. Но не успел.
– Де-е-е-мо-о-ны-ы! – мимо веранды пробежала толпа студентов.
Щиты с треском сталкивались друг с другом, и звучавший над улицей смех свидетельствовал о том, что «демона» такая реакция устраивает. Из общего потока выбросило младшекурсника, который тут же забежал на веранду.
– Там! Демон! С ловушкой!
Алеша, Вера и Ривера вскочили из-за стола и подняли щиты. Мальчишка спрятался за их спинами.
– Ты его видел? Какой курс? – спросила Ривера.
– Не знаю. Он щелкнул чем-то и троих припечатал за раз! И остальные побежали. А демон засмеялся, и следом. Страшный, будто реально из Пустоши вылез!
– Чародей под личиной…
Можно было прочертить знак истинного зрения, но толпа уже скрылась за поворотом, и вряд ли демон остался бы стоять посреди улицы незамеченным. Сбросил маску и затерялся среди студентов?
Все затихло.
– Ух… пронесло? – спросила Вера. – Дважды ведь не атакуют.
– Угу. Черт, ненавижу эту игру…
Ривера раскинула над верандой слабо-мерцающую паутинку пут и пошла к столу. Услышав крик про демонов и резко вскочив, приятели опрокинули чашки с кофе. Колдунья грустно заглянула в свою, надеясь найти там последние капли.
Алеша повернулся к мальчику и увидел полные ужаса глаза.
Чуть выше локтя юного колдуна горела немного смазанная алая печать.
– Да как так-то? – взвыл мальчишка.
– Зато тебе уже бояться нечего, – попыталась успокоить Ривера.
– Я о другом. Печать не та! Тот, что гнался, был с чародейской синей печатью, а эта красная, – заныл калойру и едва успел пригнуться, когда путы, трость и иглы взметнулись в воздух.
– И кто демон? – спросила Вера, прицелившись в грудь друзьям. – Я же вам все маршруты рассказала!
Алеша стукнул тростью по игле, призывая опустить оружие. Ривера хмыкнула, и ее путы, словно змеи, замерли вокруг Веры и Алеши.
– Ты стоял ближе всех к колойру, – определилась колдунья.
– Демон, не способный быстро бегать? Ваш ментор бы не потерял хватку настолько. А ты?
– А меня бы в жизнь не поставил, я с ним вообще стараюсь не пересекаться.
Путы и трость прицелились в Веру, которая, убрав иглы, схватила за руку «сожранного» пацана.
– Красный – цвет военного факультета…
Она медленно повернулась и посмотрела на открытую дверь ресторана, в которой стоял молодой колдун и потягивал сангрию через тонкую соломинку, со стороны наблюдая за перепалкой на веранде.
– Что-то не так? – спросил он с безмятежной улыбкой.
Глава 6. Демоны. Часть 3
– У демонов есть лидер!
Собравшиеся в библиотеке студенты повернулись к вновь вошедшим. Алеша закрыл книгу по истории Португалии и сдвинулся правее по скамейке, чтобы слиться с компанией, к которой подошли колдуны.
– Демоны так не играют, – хмыкнула совсем юная чародейка. – Меня в прошлом году дважды пытались сожрать за один час. Они всегда сами по себе бегают. У них же соревнование, кто больше сожрет.
– Да. И эта их хаотичность давала нам хоть какую-то надежду. Но если восьмерка начнет действовать слаженно…
– Семерка, – поправил товарища колдун со значком дукса на капе. – Одного мы сегодня раскрыли, и в игру он больше не вернется. Демоном оказался второкурсник-чародей с сельскохозяйственного, попался на площади инков. Пытался поставить колдовскую ловушку, да не справился. Так и поняли, что нашелся умник, объединивший демонов. Да еще и обучивший хитростям даже калойру. Жалко, имя не узнали.
– Выдал бы он тебе, как же, за такое нарушение правил ментор Педру бы его до самого выпуска наказывал. Как он вообще вам что-то рассказал?
– Он и не рассказывал, только глазами лупал и на Клара-Нову косился, как на единственное спасение. Ловушка колдовская, со старших курсов. Второгодка-чародей бы не додумался ее использовать. И вчера бахнула такая же в другой части города и с другой печатью. И тоже у чародея.
– Несправедливо. Разве то, что демоны по плану действуют и ловушки ставят, не нарушение? Для них тоже правила есть. Они же дикие диабу! Почему ментор не реагирует?
– А разве в правилах есть запрет объединяться? – спросил Алеша. – А даже если есть, диабу могут обойти приказ, если найдут способ. Возможно, ментор Педру расценивает нарушение с их стороны как… находчивость?
Студенты зашумели.
– Нет. Так не пойдет. Если правила изменились для диабу, то и для нас тоже. – Дукс ударил по столу чем-то металлическим, а когда убрал руку, студенты увидели красную печать. Маленький круглый штамп, отобранный у "демона" сверкнул в отблесках солнца. Дукс недобро ухмыльнулся. – Поймаем засранцев.
– Мертвые демоны не разговаривают.
Припечатанный колдун растер печать по лбу и усмехнулся.
– И вот надо было тебе его в голову бить? – разозлился дукс.
– Будь он реальным демоном, ты бы порадовался, что я ударил в голову и попал! – возразил убивший демона колдун. – Печать.
Демон закатил глаза и отдал печать.
– Слушай, – дукс похлопал проигравшего диабу по плечу, – может, все-таки расскажешь. Хоть что-то. Без тебя демонов осталось четверо, и один из вас мутит воду во всей Академии. Кто он?
– Правила запрещают раскрывать демонов живым участникам, – колдун улыбнулся. – Верни мне печать, пара движений, и я все расскажу.
– Правила изменились.
– Нет. Ни на йоту, – улыбка демона стала шире. – Может, вы их просто плохо знали. – Он многозначительно покосился на шпили монастыря Санта Клары.
Алеша наблюдал за сценой со стороны. Его задачей было держать окружение, чтобы к охотникам не подкрались со спины. У демонов была нездоровая тяга к таинственному монастырю. Девушка, которую поймали два дня назад, пыталась перейти мост, когда поняла, что раскрыта.
А когда около дворца припечатали сразу несколько человек черными метками, едва не случилась откровенная потасовка. Оказавшиеся в компании боевые колдуны тут же стали главными подозреваемыми, и охотники кинулись на них с путами и щитами. Но поиск демона не увенчался успехом. Только разозлил и студентов, и вышедших с занятий профессоров. И все же кто-то услышал, как в среде разогнанных студентов прозвучали смех и имя Святой Изабеллы. Вечером у монастыря схватили демонессу.
Слишком очевидная ошибка. Провокация? Или полное отсутствие страха и чувство безнаказанности? Ведение игры с позиции силы?
Алеша не лез на рожон, не путался под ногами охотников и не выказывал подозрений и мыслей. Но очень кропотливо и внимательно собирал кусочки нового пазла.
Лидер следил за потасовкой из окна, улыбаясь и постукивая пальцами по подоконнику. Демонам удалось затеряться в толпе, и это радовало. Из дворца вышли профессора и сразу позвали своих бештафер. Ментор Розита с ворчанием схватила за ухо особо рьяного охотника, но не спешила озвучить наказание или отпустить. Нет, теперь все собравшиеся ждали появления главного ментора, чтобы высказать ему все накопившееся недовольство. Снова.
Он с интересом наблюдал. Студенты начали играть активно, но отставали на несколько шагов, и вряд ли им хватит оставшихся дней, чтобы разгадать все приемы и изловить всех «диабу». Как ловко, однако, получилось переиначить цель, подлив масла в разгорающийся огонь. Заменить раздражение и тревогу на азарт, немного приправленный праведным гневом. И ведь правила не нарушены, даже драки удалось избежать, благодаря «удачным обстоятельствам».
Лидер наслаждался результатом своих трудов и, что не менее важно, процессом игры. «Удачей» в партии и не пахло, только расчет. Было учтено даже время срабатывания ловушки, просчитан каждый взгляд на монастырь, выбранный «логовом».
Он отмечал каждого, заметившего связь. Каждого, пришедшего к Санта Кларе, но так и не решившегося войти. Он также делал выводы о тех, кто игнорирует подсказки и прячется за спинами «охотников» или предпочитает ходить, как прежде, с рассеянным щитом, не желая принимать новые условия игры. А ведь после такого «диабу» придется измениться навсегда. Демоны больше не захотят бегать как дички поодиночке, а студенты не примут своей беспомощности. И главный поборник традиций и постоянства, вовремя не остановивший эту заразу, тоже будет вынужден смириться с новым укладом. Иронично.
Лидер оставил наблюдение за площадью, на которой старая бештафера все еще отчитывала студентов, и легкой тенью выскользнул из кабинета. Чтобы оставаться вне подозрений, лучше всего быть на виду.
Алеша постучал тростью по двери и сразу вошел. Как всегда в субботу республика Розы пустовала, только Вера в розовой пижаме сидела за столом, с ногами забравшись на стул, и ковыряла ложкой в ведерке с мороженым.
– Привет, – кивнула она и указала на лежащее на столе письмо. – Как там Паша?
– Открой да прочти.
Алеша узнал почерк друга на конверте. Сам он получил такой же накануне и уже знал и как Паша, и как Алиса, и отписался, как они с Верой. Не знал только, почему подруга игнорирует эти письма вот уже несколько месяцев.
– А лучше еще и ответь. Он беспокоится.
А еще злится и банально ревнует… И Алеша не мог осуждать друга, особенно после того, как ментор не позволил Паше приехать в Коимбру. Без веских оснований. Без объяснений. Документы просто вернули, пропечатав отказом. Алеша и Вера пообещали расстроенному другу выяснить причину уже на месте. Но не достигли особых успехов. Ментор отказался отвечать на прямой и вежливый вопрос.
– Но почему?! – не унималась Вера. – Вы сами говорили, что Паша сильный боевой колдун, у него все предметы сданы не хуже, чем у нас. Он имеет право знать, в чем ошибается или не тянет.
– А разве ваши профессора не объяснили, когда возвращали документы?
– Нет, все промолчали как один.
– Именно, сеньора, и это должно было вам все объяснить. У вас нет доступа к этой информации.
Вера беззвучно открыла рот. Алеша попытался осторожно потянуть ее за руку к выходу из аудитории, пока разволновавшаяся от несправедливости колдунья не начала откровенно хамить ментору. Лучше он сам с ним поговорит, потом.
Вера не сдвинулась с места.
– Студенты не должны страдать от ваших интриг, что бы вы ни устроили. Паша имеет такое же право на обучение и справедливую оценку, как и другие.
Ментор удивленно поднял брови, но вдруг улыбнулся, встал из-за стола и подошел к студентам.
– Ах, обучение… вы, что же, действительно думаете, что его мотивация и интерес к программе обмена строится на новых уроках и полезных знаниях? Думаете, что для колдуна, который выбрал своей специализацией работу в Пустоши, разумно и полезно потрать год на обучение в Коимбре, в то время как в его родную Академию стремятся со всего континента именно ради этого направления? – ментор впился взглядом в Веру, и Алеша подавил желание выйти вперед, закрывая собой подругу. – Его интерес – вы, сеньора. Пусть вы и делаете вид, что не замечаете ухаживаний этого колдуна, поверьте, вам стоит меня поблагодарить за то, что он не здесь. Что касается справедливой оценки, – ментор перевел взгляд на Алешу, – владение оружием – это далеко не все. Осторожность сеньора Шанкова граничит с трусостью, это качество еще покажет себя так или иначе, и у меня нет уверенности, что ваш друг сможет качнуть весы в нужную сторону.
– Трус не полезет в Пустошь по доброй воле, – попыталась вступиться за друга Вера, но Педру только снисходительно покачал головой:
– Трусость бывает разная. И я не хочу брать на себя ответственность, за еще одного проблемного студента из Москвы. Полагаю, таких объяснений вам вполне достаточно, чтобы написать другу о том, какой в Коимбре ужасный главный ментор. Не смею задерживать. – Педру указал на дверь, и в этот раз Вера не стала пререкаться.
Студенты покинули корпус молча, дошли до перекрестка, и только перед тем, как разойтись, посмотрели друг на друга. Понимая, что ни один из ответов ментора Паше лучше не пересказывать…
Прямолинейное заявление ментора будто лишило Веру возможности притворяться. Только лучше от этой честности никому не стало.
– Я не знаю, как ответить. – Девушка смотрела на нераспечатанный конверт как на навозного жука, забравшегося на обеденный стол.
– Так же, как и остальным друзьям.
Вера вздохнула и посмотрела на Алешу.
– Ты же знаешь. Он хочет быть не просто другом…
– Это плохо? Прошло четыре года с той истории с Кириллом, ты не можешь вечно бегать от вопроса отношений. Еще пара лет и этот вопрос поднимет твоя семья. Сейчас иное время, более свободное, и силком тебя под венец не потащат, но мы не те, чью жизнь оставят без внимания. А Паша точно не обидит. Дай ему шанс.
– Я не могу.
– Тогда расскажи про испанца, – усмехнулся Алеша.
– Не хочу.
– Почему? Здесь же ты всем рассказала, в чём разница?
– Здесь лишних вопросов не задают. – Глаза девушки на миг сверкнули сталью, и Алеша решил, что ему не стоит выделяться среди местных.
Вера снова опустила взгляд на мороженое.
– А Паша потом не отстанет. И честно говоря, не хотелось бы портить многолетнюю дружбу дурацкими разборками.
– Если ты будешь игнорировать его письма еще полгода, то портить будет уже нечего.
– Ты прав… – Вера подняла и покрутила в руке конверт. – О, скажу, что за два года прониклась духом феминизма и не заинтересована в романтике…
– Только бантики не забудь снять, когда будешь такое заявление делать, феминистка.
В отличие от Веры, Алеша не выбирал республику по интересам или требованию ментора. Ему было по большей части всё равно, где коротать свободное время, которого зачастую и так не выпадало на долю студентов. Поэтому в первый же день в городе он вышел из студенческого дома, дошел до ближайшего дворца и попросился в граждане. И оказался в «Солнце пляжа», единственной республике в Академии, которой не претил любимый курс ментора Педру. Вдоль стен гостиной были выставлены доски всех мастей и размеров, а над столом висела гигантская акула, склеенная из картона. Дукс, совсем недавно вступивший в должность, оказался младше Алеши, но, принимая в ряды республиканцев великовозрастного калойру, смог и сам не ударить лицом в грязь, и новичка не унизить. Праш обещал провести после рождества, а поселиться во дворце разрешил сразу. Привыкший к тишине и одиночеству Алеша не стал отказываться от комнаты в студенческом доме, но в республике бывал каждый день и приложил все усилия, чтобы подружиться со студентами. Многие из них были боевыми колдунами и в игре сразу присоединились к «охотникам».
Именно «Солнце пляжа» загнало большинство пойманных демонов, но пойти на штурм «логова» никто не решился. Алеше, наоборот, казалось, что наличие логова или не заметили, или намеренно игнорируют… А может, указания на Санта Клару – всего лишь случайные совпадения и сам Алеша заметил монастырь только потому, что в руках оказалась нужная книга?
Томик с глухим стуком упал на стол.
– Я насчет лидера демонов. Не верю, что ты ничего об этом не знаешь. – Алеша требовательно смотрел на Веру.
Девушка облизала ложку и пожала плечами.
– Не знаю. – Она опустила взгляд на ведерко и принялась шкрябать ложкой картон, доставая последние кусочки мороженого. – Тоже посоветуешь состроить глазки ментору, чтобы выведать тайны? Не сработает, я пыталась. Ай!
Алеша махнул тростью, выбив из рук Веры пустую упаковку, и направил навершие прямо на девушку.
– Не заигрывай с бештаферами, – устало посоветовал он, – даже в шутку.
Колдунья закатила глаза.
– Ну что ты хочешь услышать? Твои сограждане планомерно отлавливают демонов, и, заметь, ментор им не мешает. А пока диабу бегают от охотников, мы мирно доживем до понедельника, – улыбнулась Вера. – Расслабься, чай будешь?
Алеша покачал головой. Вера с самым умиротворенным видом потянулась к вазочке с печеньем. Похоже, ситуация ее вообще не волновала. Так привыкла за полтора года к странностям Коимбры?
– Почему? – Алеша сел напротив нее. – Педру же помешан на соблюдении правил, а тут полная вакханалия. И он это терпит? Сомневаюсь.
Он достал из сумки старую книгу и положил на стол. Вера вопросительно покосилась на толстый том.
– К чему ты клонишь?
– Почему демоны стекаются к Санта Кларе? Ты слышала что-нибудь про этот монастырь?
– Ну… ходит легенда, что там можно встретить призрак Святого короля. Однажды я попыталась проверить и пробралась в храм во время заутрени. Там почти нет служителей, и из-за легенды никто не приходит, но службы все-равно ведутся. Жутковато, конечно, но призраков я не встретила.
– Но встретила ментора Педру. Ведь так? Не тебе одной пришла в голову мысль проверить легенду. Ее скармливают всем калойру вместе с байками про Черного ловеласа и плотоядного паука.
Алеша развернул книгу к Вере и открыл на странице с портретом Святого короля. Схожесть с ментором Педру была не слишком явной, но издалека, со спины… Капа сойдет за плащ, а свет алтарных свечей, перед которыми стоит черноволосая фигура, за корону.
Бештафера облюбовал монастырь. Поэтому туда никто не приходит, позволяя жить романтичной легенде о короле-мученике.
– У демонов может быть только один лидер, способный обойти все правила ментора. Он сам. Поэтому они стекаются туда. Дать отчет или получить инструкции, найти защиту. Ведь в присутствии ментора никто так и не решился заявить об украденных печатях и новых правилах. Словно тишина и молчание гарантируют неизвестность…
– Не гарантируют. Сложно представить, чтобы авантюра такого масштаба прошла мимо ментора. Ты можешь быть прав.
– Могу быть? И все? Еще раз, я не верю, что ты ничего об этом не знаешь.
– Почему? – Вера вдруг посмотрела на Алешу совершенно серьезно.
– А почему ты уверена, что Миледи была демонессой?
– Нашел, с чем сравнивать. Педру любит учить и ненавидит посвящать кого-то в свои интриги. Так что все, что могу сказать: ты можешь быть прав. А можешь ошибаться.
Алеша посмотрел на часы. Немногочисленные субботние лекции подходили к концу, а до вечерних занятий, на которых обычно пропадала Вера, было еще несколько часов. И большинство студентов проведут вторую половину дня в библиотеке или по домам, доделывая задания, чтобы высвободить хоть немного времени для воскресного кутежа. Завершение игры уставшие колдуны хотели отметить хорошей пьянкой.
– Собирайся, мы идем в монастырь. – Алеша встал из-за стола.
– Зачем? Чего ты хочешь? Благородно умереть за день до финала?
– Поймать с поличным. У Педру осталось три демона, которые наверняка придут в монастырь, чтобы скоординировать действия перед последним днем игры.
Вера потянулась и тоже поднялась, прочесала пальцами распущенные волосы и нахмурилась.
– Хм… а разве не проще со скоростью ментора лично посетить каждого и дать указания? Почему Санта Клара?
– Ты мне скажи.
Алеша впился взглядом в подругу. Она поджала губы и прищурилась, принимая игру. Алеша улыбнулся: победить в гляделки человека со стеклянным глазом довольно сложно.
– Ладно, – Вера вздохнула и всплеснула руками. – Он чертов романтик. Да, они там, пошли охотиться на демонов.
