Текст книги "Сердце шторма (СИ)"
Автор книги: Рая Арран
Соавторы: Нат Фламмер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 28 (всего у книги 52 страниц)
Глава 7. Демоны. Часть 4
Монастырь Санта Клара-а-Нова располагался недалеко от главного корпуса Академии, но на другой стороне реки. В отличие от Санта-Круш, он был не таким впечатляющим и известным, даже туристы захаживали туда не часто.
Последнее пристанище Святой Изабеллы, канонизированной королевы, жены короля-поэта и основателя Академии дона Диниша. В тринадцатом веке Изабелла основала Санта Клара-а-Велья, старый монастырь. Но он стоял совсем рядом к Мондегу и постепенно разрушился. Новый монастырь был возведен в семнадцатом веке и по сей день выглядел прекрасно.
– Это ведь один из немногих монастырей, что строили уже при Педру? – спросил Алеша, выбирая место для подъема на крышу. Хлипкую деревянную лестницу они притащили из ближайшей республики и, когда шли через мост, план казался хорошим. Врываться в церковь с главного входа было глупо, особенно если кто-то, сидящий внутри, ждет гостей, а вот пробраться через двор – это уже больше походило на продуманный штурм.
– Да. Может, поэтому он его так любит? Считает своим личным достижением.
– Будто сам строил…
– Поверь, если Педру интересовался проектом, ни один камень тут не положили без его ведома и одобрения, – в голосе Веры прозвучали странные нотки, похожие одновременно на гордость и насмешку, и не было понятно, как на самом деле она относится к столь скрупулезному подходу ментора.
Они выставили щиты и спрыгнули во внутренний дворик монастыря. Множество выходов вело в этот сад со скамейками и колоннами, тихое уединенное место для прогулок и молитв. За большинством закрытых дверей находились пыльные монашеские кельи, но через них можно было попасть во внутренние помещения и пройти к церкви.
Вера подняла барьер резонанса, и Алеша почувствовал, как стало труднее дышать.
– Не слишком заметно? – спросил он.
– Нет. Наоборот. Это же серебро. Бештаферы чувствуют его, когда оказываются близко, но на расстоянии барьер силу, наоборот, прячет. Ты помнишь, куда идти?
Новичков в рамках знакомства с городом и Академией приводили в Санта Клару на экскурсию и показывали и церковь, и капитулу, где хранился первый саркофаг Святой Изабеллы, и внутренние комнаты. Но пройти помещения в обратном порядке оказалось не простой задачей. Алеша обошел сад и выбрал дверь.
– Туда. Я помню эти выщербленные камни, в которых чуть не застряла трость.
– Зачем ты ее с собой таскаешь? – спросила Вера, легко вскрывая дверь серебряным ключом, сформированным прямо в замочной скважине.
– Сила привычки, – уклончиво ответил Алеша и сильнее сжал навершие, холод заклятий сразу пропитал пальцы. Дышать и двигаться стало легче. Раньше Алеша не замечал, что нахождение рядом с Верой, использующей резонанс, требует сил и сосредоточенности. Почему? Можно было бы заподозрить серебро: в большом количестве оно способно навредить и колдуну, но ощущение напоминало скорее ментальную борьбу, как в первые мгновения вторжения в разум дива, чем прикосновение к металлу.
– Ну, вперед. – Вера пропустила друга в келью, а сама вошла следом.
Тень и прохлада древних коридоров мгновенно окутали проникших в монастырь охотников, бесшумно ступающих по каменному полу. Алеша перехватил трость за середину основания, чтобы не задеть стены или не создать лишнего шума, по привычке оперевшись на нее. Монастырь казался пустым. Колдун сосредоточился, мысленно уходя вперед к основному церковному залу и поднимаясь под потолок. Никого. Ни один разум не отозвался на ментальный поиск. Конечно, если на деревянных скамейках сидят и обсуждают последний бой демоны-колдуны, Алеша при всем желании не почувствовал бы их присутствие. Но бештаферу нашел бы точно. Или серебро Веры создает настолько плотную завесу?
Девушка молча шла за ним. Ни звука, ни шороха. Даже шаги ее не были слышны. И это вдруг показалось странным. Когда они вошли, несмотря на все старания двигаться бесшумно, Алеша четко различал их движение. Соприкосновение тяжелых подошв с полом отдавалось в ушах неприятным и неизбежным скрипом нанесенного песка и тихим стуком неловких человеческих движений. Раз, два, три, четыре.
Раз, два. Раз, два. Либо девушка идет босая, либо не идет. Но резонанс продолжал давить на голову, значит Вера точно рядом и двигается с несвойственной даже колдунам ловкостью. Захотелось выставить щит. «Да как так-то!» – всплыл в голове голос маленького припечатанного калойру. А ведь мальчишка тоже держал щит. Да, серебряная печать может пробиться через него, но с какой силой и меткостью ее нужно бросить? Или не нужно?
Алеша покрепче сжал трость и шагнул в маленькое заалтарное помещение, предваряющие выход в большой светлый зал с высокими потолками и длинными рядами скамеек. Пустой зал.
– Ну-у… видимо, ты ошибся, – прошептала за плечом Вера.
Колдун выдохнул и вышел на открытое пространство.
– Хватит, я знаю, что не ошибся.
Он, не оборачиваясь, пошел к широкому проходу между скамейками и сделал вид, что разглядывает высокие своды и узкие выступы арками и над рельефами. И почти не удивился, почувствовав, как рассыпается завеса резонанса.
Алеша ударил тростью раньше, чем успел развернуться, Вера отскочила так же бесшумно, как и приблизилась. Только серебряная печать со громким и неприятным звоном ударилась об пол в нескольких шагах от колдуньи.
– Стой, или припечатаю львом, наплевав на правила, – потребовал Алеша.
Вера растянула губы в усмешке, больше похожей на хищный оскал, и выпрямилась, всем видом показывая, что не собирается бросаться в сторону. Только левая ладонь ее едва заметно крутанулась.
И Алеша понял, как демоны умудрялись атаковать несколько человек разом. Вера дернула рукой, и печать со звоном взвилась в воздух, Алеша увернулся, но потерял мгновение для атаки, Вера тенью скользнула в проход и, заскочив на спинку скамьи, в пару прыжков оказалась вне зоны досягаемости. Алеша подавил желание выругаться. Без дистанционного оружия сражаться против русалки с серебряными иглами будет трудно.
Колдунья открыто призвала оружие и потянулась за печатью, готовясь к новой атаке.
– СТОЙ! – приказал Алеша, не дожидаясь, пока Вера завершит движение.
Девушка замерла на миг, в глазах ее загорелись грозовые молнии, а улыбка окончательно перестала походить на человеческую.
И тогда под сводами монастыря раздались негромкие аплодисменты.
Ментор Педру появился перед алтарем и еще несколько раз медленно свел ладони.
– Достаточно, не стоит доводить до реального сражения, вы все-таки в церкви. Сеньора Вера… – Педру поднял руку, и Вера, соскочив со скамьи, подошла к ментору. Тот положил ладонь ей на плечо и посмотрел на Алешу: – Поздравляю, сеньор Перов, вам удалось раскрыть и почти загнать в угол моего лучшего демона. Как вы поняли? И когда?
– Когда все свелось к Санта Кларе и к вам.
– Да, я слышал вашу теорию и даже почти поверил в ошибку.
– Я изучил правила: бештаферам запрещено помогать игрокам, лидером должен быть студент. У которого хватило бы азарта и смелости вмешаться в ваш привычный сценарий. Я еще не знаю многих местных колдунов, но глядя на знакомых, не смог допустить мысли, что у кого-то хватит духу на подобное. Кроме разве что нее, – сказал Алеша, указав тростью на Веру. – И оказался прав. Но вас это не оправдывает. Вы помогали.
– Нет, не помогал. Только наблюдал. Вы верно заметили, нарушений правил я бы не потерпел, но сеньора Вера их и не нарушила.
– Нельзя делать дополнительные печати!
– Но оружие и способности использовать можно, – возразил ментор с нескрываемой гордостью.
Девушка бросила на Педру короткий взгляд и склонила голову набок, не переставая улыбаться. Алеша почувствовал, как дрогнула его рука. Глаза Веры продолжали гореть серебряной сталью, черты лица словно заострились, и колдуну начало казаться, что он может разглядеть клыки, так хищно выглядела ее улыбка. А Педру стоял рядом, покровительственно сжимая плечо ученицы, и смотрел на Алешу по-человечески дружелюбно и заинтересованно.
Это была неправильная картинка. До странности опасная и жутковатая, и Алеша не сразу понял почему, а когда понял, прикусил губу, чтобы не наговорить лишнего. Если бы в монастырь вошел человек, не знающий этих двоих, именно Веру он принял бы за бештаферу. Юную и преданную колдуну-хозяину, вырастающую в подобие своего покровителя и наставника. Счастливую тем, что смогла угодить и справиться с заданием.
Педру исчез из виду и возник за спиной Алеши.
– Полагаю это причитается вам, – ментор протянул печать.
– Он меня не победил! – возразила Вера.
– Как и вы его. Ваша первая атака провалилась, и колдун вас раскрыл. Но это была смелая попытка пойти ва-банк.
Девушка скрестила руки на груди, но промолчала.
– Ты поняла, что я подозреваю не ментора? – спросил Алеша.
– Конечно. Хотя, когда я оставляла подсказки, ведущие к Санта Кларе, хотела создать именно этот эффект. Но если бы ты действительно подозревал ментора, поднял бы на борьбу всех охотников, а не тащился сюда только со мной. Ты мог меня выдать или легко поставить под подозрение, ведь знаешь больше других, но решил разобраться лично, со свойственным тебе благородством, так что грех было не принять эту игру. Но я, конечно, рассчитывала победить, уж извини.
– Вы почти пережили эту охоту, сеньора. И держались достойно. Но правила есть правила, – произнес Ментор и бросил печать Алеше. Тот рассмотрел ее и возмущенно ахнул:
– Она чародейская. Вы еще и печатями менялись?
– Ага! С самого начала, превентивные меры, – просияла Вера. – А как еще прятаться и отводить от себя подозрения? Как только вы начали охотиться, именно цвет стал главным ориентиром.
– И ничего не дал… Тогда, перед дворцом, это ты взорвала ловушку?
– Да, с расстояния. Как и в первый день, за рестораном Фернандешей. Демоны их только размещали и создавали шум. Остальное, – она щелкнула пальцами, – дело серебра. А видя, например, черный цвет боевых колдунов, никто не обращал внимание на маленькую чародейку, стоящую в толпе. И все же ты догадался. В чём я ошиблась? – Вера посмотрела на ментора.
Педру пожал плечами.
– Ни в чём, просто мозгами в этой Академии умеете пользоваться не только вы, что, признаюсь, меня радует. К Санта Кларе пришли многие, и несколько студентов даже попытались со мной поговорить. Это был очень интересный эксперимент, позволивший выявить способы мышления студентов. Кто готов бороться, кто невнимателен, а кто сознательно игнорирует подсказки.
Педру явно входил в раж, все больше наслаждаясь своей аферой и ее результатом. И Алешу это начинало раздражать.
– Тем не менее вы изменили правила игры, ничего не сказав участникам, – указал он на очевидный промах ментора. – Перевес и так на стороне диабу, а с лидером они обретали совершенную позицию силы. А мы на свой страх и риск шли против правил, чтобы хоть немного защититься! Охотники, хранившие печати, не спали по несколько дней, потому что боялись вас! Это низко с вашей стороны и просто несправедливо!
Педру мгновенно стал серьезным.
– А жизнь вообще несправедлива, сеньор Перов. Поэтому я и учу вас справляться с подобными условиями. И может, когда-нибудь вы скажете мне за это спасибо. А сейчас возвращайтесь в республику и принимайте от друзей заслуженную похвалу. Вы поймали Лидера. Игра окончена.
Алеша опешил от подобного заявления.
– Но еще завтра, – осторожно напомнил он.
– Считайте, это мой вам подарок, – улыбнулся ментор. – Оставшиеся в игре печати я соберу сам. Сеньора Вера, занятия, как обычно, в семь.
Педру, не попрощавшись, повернулся спиной к ученикам и пошел к выходу из монастыря.
Алеша недолго посверлил взглядом удаляющуюся спину, потом покачал головой и повернулся к Вере. Колдунья смотрела на друга с добродушной улыбкой, и ничего в ней не напоминало о бештаферской хищности, так внезапно проявившейся в бою…
Из всех историй, призванных напугать калойру и внушить священный трепет перед тайнами Академии, легенда о Святом короле была самой жуткой. Не страшной. Не пугающей. Просто жуткой из-за наличия в ней призрака и пустого храма. А еще из-за невозможности развенчать. Ведь плотоядный паук и черный фадишта очень быстро превращались в привычных менторов, пугающих разве что на лекциях. А король, что денно и нощно несет свою молитвенную службу пред алтарем, оставался незримым образом покровителя, благочестивого и ужасающего.
Вера слушала эту сказку уже третий раз, но трепет не внушался. Католические чудеса в принципе не вызывали особого доверия, и оттого хотелось доказать зазнавшимся студентам в черных капах, как сильно преувеличены их тайны и легенды.
В монастырь Вера пролезла перед рассветом, ожидая, что призрачный король явится нести утреннюю службу. Но зал был пуст. Девушка посидела на скамейке, обошла церковь и направилась к алтарю, когда неожиданно почувствовала знакомую силу.
– Диабу малваду… – прошипела она и виновато посмотрела на фигуру Святой королевы.
Опять проверка! И это в лучшем случае, а может, ментор просто отчитает и накажет за проникновение в монастырь. Один плюс от связи – она хотя бы не вздрагивает, когда Педру решает появиться за спиной.
Колдунья замерла в ожидании, но ничего не произошло. Только церковь начинала давить своей мрачной махиной, и от того становилось не по себе.
Легенда не стремилась внезапно ожить, но трепет древнего таинства неожиданно отозвался в сердце. И это испугало девушку. Она на всякий случай подняла барьер и решила в последний раз обойти монастырь перед уходом. Проходя мимо алтаря, заметила небольшую приоткрытую дверь, ведущую в капитулу.
Вера заглянула в темное помещение и ахнула, увидев одинокую фигуру на фоне зажженных свечей. Серебряные иглы мгновенно воткнулись в пол у ног «короля». Он медленно повернулся, выброс силы выдал смену личины, но Вера не успела ее разглядеть.
Ментор Педру скептически посмотрел на воткнувшиеся под ноги иглы.
– Сеньора, почему вы вечно оказываетесь там, где вас быть не должно?..
– Я искала Святого короля…
– Святые обывателям не показываются, – Педру снисходительно покачал головой, и Вера вдруг поняла, что рядом с ним и внезапный страх, и странный трепет отступили, сменившись привычным покоем. А ведь почувствовав близкое присутствие ментора, она поддалась раздражению…
– Ой, да бросьте, нет тут никаких призраков прошлого… – сказала она как можно беззаботнее. – А вы что тут делаете? Я подумала – это очередная проверка для меня, но вы не атаковали.
– Вы будете удивлены, но мир не крутится вокруг вас, сеньора Аверина.
– И что же вы делали в пустом храме?
Педру перевел взгляд на свечи и немного помолчал.
– …Я…Я тоже искал Святого короля…
Глава 8. Фигуры. Часть 1
1991 год, декабрь, Коимбра
Ана раскрутила врезанный в стену знак и с тревогой посмотрела на ментора, стоящего у дальнего конца просторного помещения. Педру кивнул, покрепче цепляясь когтями за колонну. Скорее из инстинктивного страха, нежели из-за реальной опасности. Коридор был окружен силовым барьером нового типа, и притяжения ледяной пустыни Педру практически не ощущал. Девушка быстро юркнула в боковую дверь, отрезанную от основного пространства защитными заклятиями и куполом тишины. Расставленные по углам знаки слабо полыхнули.
Ана по требованию ментора заранее подняла купол над залом. Даже простой инструктаж помощницы не должен был покинуть этих стен. Ее задачи сводились к минимуму. Открыть коридор, продержать знаки, снова открыть коридор, чтобы делегация могла уйти. Никаких лишних знаний и неоправданных рисков. Ана даже не знала, кто именно должен прийти с той стороны, и лишних вопросов не задавала.
Она сама вызвалась помочь, случайно застав ментора за подготовкой.
– Ну что вы, – максимально серьезно и почти трагично покачал головой Педру. – Я не могу подвергнуть мою будущую дону такому риску. Сеньор Афонсу будет в ярости, если узнает, а я ведь обещал ему, что лично буду следить за вашей безопасностью, пока вы работаете со мной. Так что будет лучше, если вы немедленно забудете все, что тут видели, а я найду более опытного колдуна для помощи.
Ана скрестила руки на груди:
– Все необходимое высказали?
Педру поднял руку.
– Не делайте этого, прошу, умоляю. Уходите немедленно. – Он опустил руку. – Теперь все. Идемте, я расскажу, что нужно сделать.
Мелочь, но своей причастностью к столь важному проекту девушка гордилась и видела в работе прекрасную возможность для будущей карьеры и продвижения прав колдуний. И в общем-то была права.
Коридор засветился сильнее, и вместе с ледяным ветром из сияющего марева вышли двое.
Женщина аккуратно положила на ближайший стол сумки и повернулась к диву, сидевшему на полу в демонической форме. Кабанья голова бешено крутилась в попытках сбросить ошейник.
– Да не вертись ты так!
Рык и клацанье зубов. Удар по уху и щелчок ошейника.
– Каждый раз одно и то же, не надоело?
– Не надоест, пока я тебе руки не оторву. – Стратег поднялся на ноги и потер шею. – Мало того что ошейник чародейский на меня напялила, так еще и по уху лупит… ты хоть понимаешь, как это позорно?
– Так порви его. Тебе же это по силам. Не по силам только будет потом объяснить его величеству, почему ты испортил дорогую разработку.
– Ошейник! Ты это специально!
– Конечно! Специально забочусь, чтобы твоя поганая жизнь длилась подольше. Давай в следующий раз надену на лапу. Попользуешься до первого прикосновения со льдом! Ну? Или не возмущайся, пока не отрастишь крылья! – Она потрясла тяжелой кожаной полоской перед оскалившимся лицом.
Стратег клацнул зубами и мгновенно оказался в другой части зала. Около столов, ломившихся от снеди. И взгромоздился прямо между блюдами, руками хватая куски мяса с разных тарелок. У Педру дернулся глаз. Он потратил целый день, чтобы превратить одну из лабораторий в приличный приемный зал. Ковры, кресла, столы с едой и напитками. Даже камин и журнальный столик с шахматами поставил, чтобы сделать приятное императору. А чародейские иллюзии в пролетах на стенах имитировали окна и создавали впечатление, что зал находится на верхнем этаже дворца с прекрасным видом на Коимбру, а не в подвале, напичканном защитными чарами.
Помощник Александра в эту обстановку не вписывался и даже не пытался.
– Оденься! – Екатерина Френкель швырнула в Стратега одну из сумок.
– Зачем? Тебя что-то смущает, госпожа чародейка? – оскалился Стратег, расставляя руки в стороны.
– Оденься.
Дрожь прошла по позвоночнику.
Миг, и Стратег уже стоит рядом с Френкель полностью одетый, с убранными в аккуратную косу длинными волосами.
Советники низко поклонились вышедшему из коридора императору. А Педру получил возможность рассмотреть форму. Кроем она повторяла российские мундиры, но была очень яркой. Кто бы ее ни шил, он постарался на славу, создавая приличное сочетание желтого, красного и оранжевого. Такая форма хорошо заметна, но не смешна. На мундире Стратега выделялись дополнительные молнии, чтобы при необходимости трансформировать одежду под звероформу. Форма Френкель была проще по крою, но лычка на плече с изображением корон двух империй говорила о высоком уровне доверия.
Александр, едва ступив на устланный ковром пол, облачился в парадный мундир и приветственно поднял руки.
– Конселейру! Отлипни от столба, уже можно.
Портал за спинами гостей действительно закрылся, Педру переместился ближе.
– Светлейший сеньор. Я уже начал беспокоиться, вас что-то задержало?
– Да, открылась яма с бесятами. Пришлось их припугнуть, чтобы не пережрали друг друга, и сообщить на станцию. Надеюсь, ты не расстроишься, что первое задание твои люди получили не от тебя, а от меня.
– Могу лишь поблагодарить, – проговорил Педру. – Расчетное время совпало?
– Нет, расхождение на несколько секунд. Екатерина, проверь коридор, возможно на этой стороне были какие-то скачки силы.
Чародейка достала несколько хитроумных приборов и принялась расставлять их перед знаком. То, что ямы с бесятами появляются не хаотично, Педру понял давно, еще во времена своих первых исследований, и было не удивительно, что люди, начав активно изучать Пустошь, почти сразу пришли к такому же выводу. Что бы ни заставляло лед выбрасывать на поверхность новую жизнь, оно делало это тогда и так, чтобы у новорожденных бештафер был шанс выжить. Поэтому все открывающиеся коридоры проверяли и изучали с точки зрения привлекательности для бесят. И одним из показателей было время, в течение которого рядом с коридором начинаются процессы ломки льда. Хорошо, что новый аванпост сразу займется делом. Очень хорошо.
Александр и Стратег отошли, чтобы не мешать Екатерине, и Педру жестом пригласил императора к столу.
– Вижу, ты прям расстарался, конселейру, – улыбнулся Александр, оглядывая пиршество. Педру распорядился приготовить все известные национальные блюда – от эшпетаду и бакальяу до паштель-де-ната. Кроме того, зная о пристрастиях императора, не обошел вниманием и русскую кухню: борщ, котлеты из осетра, несколько видов птицы и пирогов. Император безошибочно придвинул к себе изящно расписанную супницу, снял крышку и покачал головой, наслаждаясь видом и запахом медно-красного варева, которое Педру не понимал в принципе. – Однако зал пуст, – заметил он, садясь за стол. – Все еще держишь проект в тайне?
– Да. И, похоже, вы разделяете мои опасения. – Педру взглядом указал на массивный перстень, подчистую блокирующий силу императора.
– Более чем. Однако позволь начать с приятного.
Александр заметил, что Френкель закончила с коридором, и подозвал ее к себе. Чародейка подошла, держа в руках небольшую коробку.
– Подарок, конселейру.
Педру благодарно улыбнулся и принял коробку. Он знал, что в ней, а если бы и не знал, то по взгляду Стратега легко можно было догадаться. Ментор открыл коробку, оказавшуюся вполне приличной шкатулкой, покрытой изнутри серебряным напылением, и достал ошейник.
Чародейский артефакт, разработанный гениальной Екатериной, помогал сохранять физическое тело в Пустоши посредством накопления и постепенного вкачивания в дива энергии. Это позволяло перемещаться между мирами без жертв, но требовало массу усилий. Насколько было известно Педру, император напитывал «ошейники» своей энергией, что делало его подданных полностью зависимыми от него и требовало находиться поблизости для обновления заряда. Кроме того, производство было сложным и дорогим, потому имелся подобный козырь только у самых близких и ценных для императора советников.
Для кратковременного пребывания в Пустоши хватит собственной силы бештаферы высокого уровня, которой он зарядит артефакт перед путешествием. Это должно значительно упростить обмен информацией. Не придется отправлять с курьерами колдунов с запасом крови. Педру с интересом пригляделся к ошейнику и даже позволил себе слегка тоскливый вздох. Это было интересно. Пустошь Педру почти не помнил, и никогда не скрывал, что, имей он возможность изучать ее лично, вцепился бы в лед зубами. Но после прошлой неудачи коллегия относилась к его идеям с большим скепсисом, поэтому, пока Педру детально прописывал планы и методы исследований, проект новой португальской базы в Пустоши был засекречен даже от ректора. Педру оставалось лишь наблюдать за светящимся коридором с этой стороны, чтобы не выдать тайну. Да и волновать повелителя лишний раз не хотелось. Связь становится неощутима в Пустоши, и если Педру был готов, сжав зубы, потерпеть это временное неудобство, то причинять подобные страдания дону Криштиану было бы низко. Но, может, в будущем, когда ректором станет сеньор Афонсу, стоит вернуться к этому вопросу до того, как новая связь успеет пустить корни в сердце колдуна, обрекая на сильную ломку. И то лишь потому, что молодой наследник живо интересуется Пустошью и, скорее всего, сам не захочет оставаться в стороне, даже если его роль будет сведена лишь к тому, чтобы дать добро на опасный поход своему бештафере.
Педру думал, насколько было бы удобнее и проще, если бы он мог подключить к работе и Веру… Если бы мог использовать ее кровь. Она бы могла сработать. Наверное. Возможные перспективы сразу создавали дополнительные вопросы. Будет ли ощущаться в Пустоши жажда? Сможет ли Педру, подкрепляя физическую форму кровью не хозяина, сохранять обе нити связи? Как вообще связь непрямого типа будет проявляться в Пустоши? Все эти вопросы Педру записывал и под каждый разрабатывал план эксперимента, надеясь, что однажды сможет в полной мере реализовать задуманные исследования.
А пока сделает все возможное, чтобы вытащить максимум знаний и пользы из ледяного ада.
– Благодарю, – Педру мило улыбнулся чародейке и не заметил в ее взгляде и искры интереса. Это Пустошь на нее так влияет, или он теряет свое обаяние? Определенно, Пустошь.
– Простите, ментор, но тратить материалы на подгонку размера я не стала. Особо крупным дивам придется защелкивать амулет на лапу, что в общем-то даже удобнее – справятся без помощников, но не забывайте, что нельзя давать артефакту соприкасаться со льдом. Это сведет на нет весь эффект и может покалечить дива.
– Учту.
Педру закрыл шкатулку и убрал ее во внутренний карман мантии.
Император тем временем с блаженным лицом наслаждался третьей тарелкой борща. Стратег мрачной тенью стоял за его плечом.
– Это еще не все, – Екатерина протянула папку.
Император отвлекся от еды и вперил хитрый взгляд в Педру, ожидая реакции.
Ментор принял документы, пробежал их глазами, и брови его удивленно поползли вверх.
– Это же…
– Это запись моего разговора с Анастасией, – с улыбкой пояснил Александр. – Помимо тебя, она на данный момент единственный див, имеющий двойную связь. Я решил, что ее опыт может быть полезен. К тому же она бывший фамильяр, а ты мельком упоминал некоторые сходства вашего положения. Думаю, ты найдешь в ее ответах подтверждения или опровержения для своих теорий.
Стратег с интересом склонил голову, а Педру с трудом заставил сердце биться ровно и спокойно.
– Вы рассказали Анастасии…
– Нет, конечно, – император прищурился, явно довольный произведенным эффектом. – Ничего я не рассказывал. Просто задал несколько вопросов про ее сына. РИИИП тоже проводит массу исследований, направленных на изучение связи, а я непосредственный их участник. Мой интерес обоснован. Мы довольно мило побеседовали.
– Анастасия очень хитрая и умная бештафера. Вы не могли надеяться обмануть ее простой уловкой. Зачем вы нас выдали?
По лицу Александра скользнула едва заметная усмешка:
– Если под «нас» ты подразумеваешь себя и Верочку, то вас я не выдавал. Пока что. Хотя тебе, вероятно, придется ускориться: Анастасия действительно начала искать подвох, а Алеша так некстати как раз у тебя под боком. Но что поделать, ожидаемая польза больше риска, ведь так?
Педру пролистал записи, в них было, за что зацепиться. Он и сам часто думал об Анастасии и ее интересном положении. Связь с Алексеем Перовым сохранилась после Пустоши, не исчезла из рисунка молодого колдуна и была явной. Пусть не такой сильной, как с Софьей, но нить была, и в ней вполне четко прослеживались фамильярские корни. Диве определенно стоило задать вопросы, но, даже имея шпионов в высших кругах власти, Педру не мог подобраться к Анастасии так, чтобы открыто поговорить и рассчитывать на честный ответ. И при этом не выдать своих тайн. А Александр мог. И воспользовался своим положением, несмотря на очевидную опасность заронить в разум дивы подозрения. Впрочем, он мог и специально обратить взгляд Анастасии в нужную сторону, чтобы заставить Педру работать быстрее.
Педру изобразил на лице самую искреннюю улыбку и поблагодарил императора.
– Отлично, раз ты доволен моей благосклонностью, поговорим о твоей стороне. – Александр откинулся на спинку стула и сплел пальцы под подбородком. – Как там наши ласточки?
Педру выдержал взгляд императора. Рассказывать об исследовании стоило максимально размытыми, но хотя бы частично правдивыми формулировками. Бештафера не может обмануть колдуна. Человек не может обмануть бештаферу, выдаст химия и физика. Но беседа между двумя сильными бештаферами, как и разговор между двумя людьми, допускает тайны и недомолвки, требуя концентрации и внимательности. Умышленно врать императору самоубийство, но вот позволить ему самому обмануться и придумать себе нужный интерес… Почему бы и нет? При прошлой встрече Александр предположил, что ментор «привязал к себе колдунью», основываясь на отношениях и чувствах в большей степени, нежели на крови и заклятии. Педру не стал разрушать соблазнительную иллюзию. Мысль, что подданные смогут влиять на людей и создавать дополнительные связки, очевидно привлекала Александра и заставляла сотрудничать, чтобы узнать больше. И чем дольше император пребудет в своих фантазиях, тем лучше. В конце концов, миру подобная идея мало чем грозит, а Педру в нужный момент сможет сослаться на то, что Вера «внезапно» оказалась русалкой и привязалась к диву исключительно благодаря ликантропии, которую, какая досада, изучать нельзя. Увы и ах, аdeus. НО. В свое время. А пока нужно поддержать интерес и не выдать лишнего. А это намного проще сделать, разговаривая наедине.
– Светлейший сеньор, – произнес Педру, склонив голову. – Я готов дать отчет, но… Я не предполагал, что разговор будет в присутствии посторонних.
– А что, не доверяешь? – тут же оскалился Стратег, отходя от императора. Что-то неуловимо изменилось в его чертах, и дело было даже не в когтях и клыках, которые он демонстративно не убирал даже в человеческом облике. Взгляд… едва заметная ухмылка, копирующая людское выражение дерзости. Стратег вступил в игру, а значит, вряд ли от него получится избавиться.
– Конселейру, – Александр миролюбиво развел руками, – ты же не думаешь, что мои приближенные рискнут раскрыть какую-то тайну без моего ведома.
– Мне скорее не нравится сама мысль, что они об этой тайне будут знать. – Педру подсветил глаза лиловым огнем, который отразился в зрачках Стратега.
Зал начинал наполняться силой, чародейка щелкнула чем-то, прицепленным к своему мундиру, Педру тут же повернул к ней голову.
– Это просто ментальный щит, – она указала пальцем на небольшой приборчик. – Даже чародеям тяжело в присутствии сильных дивов, демонстрирующих свою силу. Так что, если решите подраться, предупредите заранее.
Педру приложил руку к сердцу.
– Сеньора, вы мои гости, какая драка? – промурчал он. – Я лишь обратил внимание на необходимость сохранения тайны, прошу заметить, с моей стороны для этого сделано все возможное, – он перевел взгляд на Александра, – даже колдунья, открывшая коридор, ожидает завершения приема в отдельном помещении, отрезанном заклятиями и знаками тишины. Тут также подготовлены еще несколько подобных комнат, мы можем поговорить наедине. Без чужих ушей.
