Текст книги "Прикоснуться к безмолвной ярости (ЛП)"

Автор книги: Р. А. Сэндпайпер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 28 страниц)

Я услышала шарканье шагов – но чьих именно, сказать не могла.

Потом принц заговорил снова:

– Вы свободны, Нить.

– Мой принц.

Я прижалась спиной к стене и только потом позволила себе облегчённо выдохнуть, когда шаги Грулина удалились по коридору в противоположную сторону, а не в мою. Другие шаги двинулись вперёд, затем дверь открылась и закрылась. Коридор погрузился в полную тишину – кроме моего собственного быстрого дыхания.

Я выждала целую минуту, считая каждую секунду. Даже после этого я постояла ещё немного, в тишине, успокаивая сердце и поправляя бусины. Нужно было, чтобы моё появление у его двери выглядело естественно.

Когда я вышла в коридор, сердце у меня остановилось.

Он не был пуст.

Драконий Принц стоял передо мной, как статуя, сложив руки на груди. Его холодное лицо было таким же острым, как и на помосте. Он был не бледнее остальных Братьев Земель Зрения, и всё же, с его тёмными волосами и чёрными одеждами, он словно светился в полумраке.

– Я достаточно времени провёл в Землях Звука, чтобы услышать, как двигается мышь, – сказал он. – А ты, странная девочка Братства, куда громче мыши.

Холодный страх пролился по телу, как ледяной дождь. Я опустила голову.

– Простите. Я не знаю, о чём я думала.

– Ты была любопытна, – сказал он. – Я не упрекаю тебя за это. Но если собираешься подслушивать, тебе придётся быть умнее.

Я держала голову опущенной, чувствуя, как румянец заливает щёки, и ждала, когда он меня отпустит. Я была уверена, что вскоре последует выговор от Нитей. Это было уже не просто неловко – я была совершенно уничтожена стыдом.

– Меня зовут Лангнатин, – сказал он. – А ты – Танидвен.

Он произнёс это так же, как и все Братья – быстро и одинаково выделяя каждую часть, словно читал имя с страницы, а не обращался к живому человеку. Ни капли заботы о «а», ни тёплого округления, ни растяжения первого слога. Я была уверена: будь я из Земель Вкуса или с Ароматных Холмов, он бы постарался. Но, как и всегда с выходцами из Земель Касания, даже наши имена не удостаивались от принца ни капли уважения.

Я всё же кивнула.

– Я просил об аудиенции, – сказал он, и в его тоне было что-то такое, что заставило меня поднять глаза. Он указал на себя двумя пальцами, приглашая подойти. – Давай зайдём внутрь. В этом зале могут быть не только твои уши.

Не дав мне опомниться, он развернулся и снова открыл дверь, шагнув внутрь спиной ко мне. Заинтригованная, я последовала за ним и закрыла дверь.

Его покои были куда роскошнее даже комнаты Сета. Мужчинам, связанным с островом – Нитям или тем, кто служил здесь, – полагались собственные комнаты. У меня тоже была своя, но это было скорее следствием моей женственности, чем какого-либо почёта. Моя комната была простой: узкая кровать и маленький стол. У Сета – мягкие простыни, более толстый матрас и недавно вырезанный стол.

У Драконьего Принца было две комнаты.

Та, в которую мы вошли, казалась предназначенной исключительно для сидения. Одно кресло стояло напротив узкой кушетки, между ними – небольшой столик. На серебряном подносе дымилась чашка с горячим напитком и стояли два пустых кубка. Через приоткрытую дверь в левом углу я увидела край большой, удобной кровати – простыни были разбросаны по матрасу, а подушка валялась на полу. Я мало что знала о правилах, касающихся встреч мужчины и женщины наедине, но мне казалось неправильным видеть его неубранную постель, и я невольно покраснела.

– Чай? – спросил принц Лангнатин, усаживаясь и взмахом руки указывая на дымящийся сосуд.

Я покачала головой.

– Нет, спасибо.

– Ваша Светлость, – его голос звучал лениво, но пронзительный взгляд был совсем не таким.

Я моргнула.

– Простите?

– Ты должна называть меня «Ваша Светлость».

Румянец стал ярче.

– Конечно, Ваша Светлость. Я не подумала.

Он прищурился, но не зло – это был внимательный, оценивающий взгляд. Мне он не понравился. Он потянулся к чайнику и налил себе чашку тёмной, горячей жидкости. Я не знала, зачем отказалась. Было холодно, и я действительно хотела чаю, но почему-то показалось вежливее не принимать его.

– Подойди ближе.

Я сделала несколько шагов вперёд и остановилась у второго кресла. Дрожащие руки я положила на его спинку, опираясь на мягкий бархат. Он смотрел на меня с такой сосредоточенностью, что мне отчаянно хотелось отвернуться, но я была уверена – это будет невежливо.

– Как давно ты здесь?

– Сразу после начала моего второго спана, – ответила я и увидела, как он напрягся. – Ваша Светлость.

Он расслабился и усмехнулся.

– Если ты собираешься на Остров де Курвин, тебе придётся научиться манерам.

– Если, – эхом повторила я, а потом хлопнула ладонью по рту, заставив бусины зазвенеть.

– Что это было? – спросил он, делая глоток чая.

Я сглотнула.

– Ничего.

– Ты сказала «если». Почему?

– У меня нет выбора, Ваша Светлость, – ответила я. – Я должна отправиться на Остров де Курвин.

– Ты недовольна своей Судьбой.

Лгать не было смысла – это и так было очевидно.

– Нет, Ваша Светлость.

– Мысль о том, что каждый мужчина на арене будет сражаться за твою руку, тебя не прельщает? – спросил он, наклоняясь вперёд и ставя чашку обратно на поднос. – О том, что они будут перед тобой заискивать?

Я рассмеялась, несмотря ни на что.

– Я уверена, если бы мужчины знали, что победа принесёт им ещё и меня, большинство участников просто бы сдалось.

Принц Лангнатин не рассмеялся. Он просто уставился на меня.

Я опустила голову.

– Простите, Ваша Светлость. Я сказала лишнее.

– Почему ты так думаешь?

Я покачала головой, не поднимая взгляда от ткани под моими руками и не зная, с чего начать. Он должен был понимать – он ведь Драконий Принц, а его отец – покровитель этого проклятого места.

Принц поднялся, и я невольно отступила на шаг. Его взгляд пригвоздил меня своей силой.

– Они всегда заставляли тебя это носить?

– Нет, Ваша Светлость, – ответила я. – Это из уважения к вам.

Он приподнял бровь.

– Подойди.

Я замялась. Я знала о прикосновениях мужчины и женщины только в самом научном смысле, но в его натуре, в жаре его взгляда было что-то такое, что приковывало меня к месту. Сердце глухо колотилось в груди.

– Я не причиню тебе вреда, – сказал он. Когда я всё равно не двинулась, он протянул руку. – Твоя сила работает через прикосновение. Я хочу, чтобы ты сказала мне, что почувствуешь, когда коснёшься меня.

– Вы хотите, чтобы я прочитала вас? – переспросила я. – Ваша Светлость.

– Да.

Принц Земель Зрения отдал приказ. С грохотом в ушах я обошла мебель и встала перед ним.

Я смотрела только на его протянутую ладонь, боясь поднять взгляд. Подняла дрожащую руку и коснулась его. Моя загорелая кожа прижалась к его белой, и я ощутила его чувства так же ясно, как вкус на языке.

Я сглотнула, кожа покрылась мурашками. Желание и тревога. Почти в равной мере.

– Что ты чувствуешь? – спросил он.

Дыхание сбилось, и я сосредоточилась. Под желанием, под тревогой – там были амбиции, но их затеняло что-то ещё. Страх или беспокойство. Любопытство. Тоска. Раздражение.

А ещё глубже – нечто новое. Другая «прослойка» чувств. Там тоже было любопытство. Голод, жадность, ревность. Но вместе с ними – удивление, гордость и любовь.

Я отдёрнула руку и отступила на два шага. Я никогда не считывала столько с одного человека. Моргнула и подняла свои белые глаза к его кроваво-красному взгляду.

– Вы чего-то боитесь или сомневаетесь в выбранном пути. Вы знаете, что что-то должно случиться, но не уверены, что хотите этого.

Его челюсть напряглась.

– Что ещё?

– Вы стремитесь быть чем-то большим, чем являетесь, но что-то – или кто-то – удерживает вас, – слова вырывались сами, быстрее, чем я успевала их обдумывать. Я не могла остановиться. Братья так редко позволяли мне пользоваться даром, а мысли Сета я обычно угадывала ещё до прикосновения. – Вы жаждете приключений, но при этом чего-то боитесь.

Лангнатин всматривался в мои глаза.

– Я вижу, ты обнаружила больше.

– Вы и ваш дракон очень близки, – осторожно сказала я.

Он моргнул.

– Ты можешь «прочитать» её через меня?

Я замялась, потом медленно кивнула.

– Она пытается понять меня. И она голодна.

Драконий Принц запрокинул голову и рассмеялся. Этот звук меня встревожил, и я замерла, ожидая выговора.

– Ты говоришь слишком прямо, – сказал он уже серьёзнее.

– Простите, Ваша Светлость.

– Но в одном я восхищён твоей дипломатией, – добавил он.

– Ваша Светлость?

– Я знал, что чувствую, когда ты меня коснулась, – сказал он. – Ты не упомянула о моём влечении к тебе ради моего достоинства – или из собственного чувства приличия?

Моё лицо снова вспыхнуло.

– И то, и другое, Ваша Светлость.

Он шагнул вперёд, и я судорожно вдохнула.

– Посмотри на меня.

Я подчинилась, подняв подбородок. В его лице проступили чувства, которые он не успел спрятать – его интерес ко мне напоминал те первые месяцы на Ивенфолде, до того, как драконье пламя сожгло мою репутацию. Слышал ли он, что обо мне говорят Братья? Его глаза подсказывали – нет.

– У меня нет твоего дара читать людей, – сказал он хрипловато. – Но я из Земель Зрения, где мы превыше всего ценим красоту. И ты, странная Лунно-Касаемая мышка, от тебя трудно отвести взгляд.

Во рту пересохло.

– Мне очень хочется увидеть твоё лицо полностью. Без этого покрытия.

Он сократил расстояние, поднимая палец к моему лицу.

Я отпрянула.

– Ваша Светлость, я не думаю, что это разумно.

Лангнатин открыл рот, будто собирался возразить, потом моргнул и отвёл взгляд, уставившись на дымящийся чайник.

– Да. Ты права. Ты быстро учишься.

Я снова растеряла все слова, лицо пылало, а взгляд метался по комнате. Я сама не до конца понимала, почему остановила его. В тот миг, когда он потянулся ко мне, у меня всё внутри перевернулось, а кожа вспыхнула совершенно новым ощущением. Я хотела, чтобы он прикоснулся ко мне, чтобы снял бусины с моего лица – и в то же время я этого боялась. Я не знала, что это значит и к чему может привести.

– Было приятно познакомиться с тобой, Танидвен, – сказал он, и его непроницаемая маска вернулась.

Я тяжело сглотнула. Оттолкнув его, я, по сути, сама себя и отослала. Во мне поселилось странное разочарование, а следом – отрезвляющее раздражение. Я искала его одобрения и не понимала, зачем. Он никогда не был для меня принцем – я не знала Земель Зрения и не стремилась к одобрению их двора. Так почему же мне вдруг стало важно его мнение?

– И мне, Ваша Светлость.

Он больше не встретился со мной взглядом, и я направилась к двери. Уже положив руку на ручку, я замялась.

– Вы будете на Играх, Ваша Светлость?

Не знаю, что заставило меня спросить. Но мне хотелось знать.

Он всё-таки посмотрел на меня – и я ощутила крошечную победу. Один уголок его губ приподнялся в усмешке.

– Будем надеяться, ради нас обоих, что нет.

Я кивнула, пытаясь ответить улыбкой – и не сумела. Напряжение схлынуло с меня волнами, когда я вышла и быстро зашагала прочь от той комнаты и от этого человека – навсегда.

Я не понимала, что он имел в виду, но я видела тот отблеск в его глазах. И в нём не было ничего доброго.

Туман рассвета был гуще обычного – он прижимался к утёсам и стелился так близко, что я видела лишь ближайший край крутого спуска к мшистому причалу. Но какой бы плотной ни была пелена, она не скрывала пустоту. Здесь не было никого. Ни единой души.

– Пора, – Нить Эрсиммон коснулся моего плеча, и я вздрогнула, уклоняясь от его руки.

– Ещё нет, – сказала я. – Мне нужно попрощаться.

Сета не было. Я пришла к пристани незадолго до отплытия, и обычно друзья провожали уходящих. Но его здесь не оказалось.

– Здесь только сам остров, – неуклюже заметил Нить Эрсиммон. – Пойдём, ты простудишься.

– Смерть и брак – мои неизбежные судьбы, – пробормотала я, всё ещё глядя на тропу, надеясь, что Сет вот-вот выбежит из тумана. Наверняка забыл. Или проспал.

– Будет время на жалобы, когда будем в лодке. Игры через десять дней. Мы и так еле-еле успеваем, – сказал он.

– Мне всё равно.

– Тогда ты предпочтёшь стать Сломленной.

– Нет, – я наконец обернулась к нему, и раздражение вырвалось наружу. – Я знаю свою Судьбу и разблокирую свою силу. Но нигде не сказано, что я обязана встречаться с женихом до того, как он победит.

Нить Эрсиммон приподнял бровь.

– Ты бы предпочла остаться на этом острове ещё на неделю?

Он попал в точку, и он это знал. Я не хотела быть здесь ни секунды дольше – и никогда этого не скрывала. Я уже представляла, как мальчишки будут меня изводить, какие шутки отпускать, какие ядовитые намёки делать на мои мизерные шансы когда-нибудь «поймать» мужчину.

Мне нужно было уехать. Но я не видела Сета с тех пор, как сделали объявление. А вдруг я больше никогда его не увижу? И тут меня настигла мысль: а вдруг он сам решил не приходить? Может, моя Судьба Брака изменила его отношение ко мне.

Я простонала:

– Пожалуйста, ещё пару мгновений.

Матросы суетились вокруг лодки, загружая последние пустые поддоны. Все припасы этой недели уже давно унесли. Прозвучал рог, и Нить Эрсиммон снова коснулся моего плеча.

Кто-то подошёл сзади. Капитан уже подгонял нас однажды – я поняла, что ждать больше нельзя.

– Кого ты ждёшь?

Это был не голос капитана.

Я резко обернулась, испугав Нить.

– Сет?

И вот он – бледный Сет, с белыми прядями, падающими на глаза. Он осторожно улыбался мне, уже стоя на борту. Я в два шага пересекла трап и прыгнула к нему, обвив руками его плечи. Он поймал меня с приглушённым смехом.

– Клянусь своей кровью, Сет, – сказала я ему в шею, переполненная облегчением. Потом отстранилась, и мои ноги снова коснулись досок. – Почему ты на борту?

Кто-то звякнул в колокол, и матрос снял с кнехта мокрую верёвку.

Сет замялся, лицо его исказилось. Он был так же укутан, как и я – перчатки, плотный плащ, готовый к дороге. Я не могла прочесть ничего, кроме того, что было написано у него на лице. К счастью, я слишком хорошо его знала. Он что-то скрывал.

Нить прочистил горло, и я обернулась к нему.

– Его пригласили на Игры в качестве зрителя.

Я в изумлении и радости посмотрела на Сета. Не могла поверить своему везению. Я не буду одна?

– Это же чудесно. Кто тебя пригласил?

Он не разделил моего восторга. Вместо этого его лицо стало слегка зеленоватым – а корабль ещё даже не отошёл от причала.

– Драконий принц. Через посредника.

– Драконий принц? – повторила я, осторожно улыбнувшись. – Поднимаешься по лестнице мира, да?

На его лице снова отразилась тошнота.

– Не совсем.

Я моргнула и скрестила руки на груди.

– Я не понимаю.

Сет бросил взгляд на Нить Эрсиммона, потом снова на меня.

– Он мой… кузен.

Корабль дёрнулся, отходя от причала, и я потеряла равновесие. Сет потянулся к моей руке, но я отстранилась, шагнула в сторону и ухватилась за деревянные перила.

Над головой завыл ветер, а мне всё равно не хватало воздуха.

– Что?

Сет тяжело вздохнул.

– Драконий принц – мой кузен. Приглашение пришло от моей матери, принцессы Дериналлис.

Это не сделало происходящее хоть сколько-нибудь понятнее. Он вырос сыном «никого» и ненавидел Земли Зрения. Так он всегда говорил. Я уставилась на него. Как я могла знать его столько лет, так и не узнав по-настоящему? Разве моя сила не должна была помогать мне видеть правду, намерения людей? А он лгал мне годами.

– Ты племянник короля Браксторна?

Матрос протиснулся между нами.

– Всем пассажирам в каюты! – крикнул он. – На палубе не задерживаемся!

Я продолжала смотреть на Сета, пытаясь понять, почему он мне лгал.

Он поморщился.

– Пойдём, поговорим внутри.

– Почему ты мне не сказал?

Его гримаса стала глубже.

– Я не хотел, чтобы ты относилась ко мне иначе.

– Иначе? – я фыркнула. – Ты выставил меня дурой. Ты – дворянин, человек королевских дворов. А говорил, что ты никто, какой-то мальчишка из Затопленных Деревень.

– Он не лгал, – вмешался Нить Эрсиммон, и я вздрогнула, забыв, что старик стоит прямо за моей спиной. – А теперь, если вы не возражаете, я пойду перегнусь через борт, пока это проклятое море не останется позади.

Нить, пошатываясь, прошёл мимо нас, вцепившись побелевшими пальцами в борт. Сейчас он выглядел на несколько степеней более больным, чем пару минут назад.

Я снова уставилась на Сета.

– Это ничего не меняет, – сказал он. – Я всё тот же.

– А до того, как тебя привезли на остров, где ты жил?

Он поморщился.

– Во дворце в Драундхейвене.

Я покачала головой. Предательство и растерянность столкнулись во мне, как гром и молния – одно за другим.

– Почему ты решил, что я стала бы относиться к тебе иначе?

Губа Сета дёрнулась.

– Потому что так было всегда. Всю мою жизнь. Моя мать была не в восторге, когда узнала, что её единственный сын – Лунно-Касаемый. Она изгнала меня, когда мне было семь, желая иметь со мной как можно меньше общего. Но Нити прекрасно знали, кто я. Они относились ко мне лучше, чем к другим мальчишкам, надеясь, что мой дядя даст им за это больше золота. Остальные это замечали и ненавидели меня. А когда ты появилась около моего третьего спана, ты ничего об этом не знала. Ты была одна – как и я.

Он стянул одну перчатку и протянул мне руку. Я знала, что он предлагает – позволить мне прочесть его. Я тоже сняла перчатку.

В тот миг, когда моя ладонь коснулась его, я почувствовала его искренность.

– Но почему ты решил, что я тебя отвергну? – спросила я.

– Я столько раз хотел тебе сказать, – ответил он. – Думал сделать это после своей Церемонии Судьбы. Но потом меня связали службой с этим местом, и я не мог вынести мысли, что ты будешь ненавидеть меня до конца своего пребывания здесь. Это было эгоистично. Прости.

Через наше прикосновение вспыхнули смятение и печаль, но вместе с ними – нетерпение и мольба. Привязанность, отчаяние. Я почувствовала всё, что он чувствовал в этот миг, и поняла, что не могу по-настоящему на него злиться.

– Я прощаю тебя, – сказала я.

Его глаза распахнулись.

– Тани.

– Но с одним условием.

В его сознании мелькнула тревога.

– Любым.

Я улыбнулась.

– Ты расскажешь мне всё о Драундхейвене. Ни единой детали не утаишь.

Сет усмехнулся, убрал руку из моей и снова обнял меня. Я прижалась к нему, а он уткнулся лицом мне в шею. И снова возникло это ощущение – что в нашем объятии есть что-то большее, что-то слишком нежное, о чём мы никогда не говорили вслух. Но мы оба сделали вид, что не заметили.

– По рукам, – сказал он.

Матрос снова заорал на нас, и мы разошлись, направляясь к двери каюты через палубу.

Мы уже отошли на приличное расстояние от причала, и туман начал вновь поглощать остров. Я видела лишь его край, тающий в облаках. Вернусь ли я когда-нибудь на Ивенфолд? Я надеялась, что нет, но даже сама эта надежда заставляла меня чувствовать беспокойство. Нити выбрали мою Судьбу, и, если повезёт, она больше никогда не приведёт меня к его продуваемым ветрами берегам.

Новый звук прорезал свист ветра и крики морских птиц. Глухой удар воздуха. Матрос на верхней палубе указал вверх и закричал.

Я подняла голову в тот миг, когда облака разошлись, и Сет схватил меня за руку.

Чаэтор парила в небе.

Её стреловидная шея расширялась у головы, покрытой рубиновыми чешуями, и длинную морду. Один её глаз уставился на нас сверху, и я почувствовала холод её тёмного взгляда. Она раскрыла пасть, пробуя воздух, пролетая над серым утром.

Она тряхнула головой, и красные чешуйки вспыхнули в свете рассвета. Затем она издала рёв, обнажив два ряда острых, как бритва, зубов. Мы все вздрогнули – но огня не последовало. Вместо этого она нырнула вниз, крылья накренились, и она ринулась к воде рядом с нами. В последний миг она выровнялась, её четыре мощные лапы повисли, а изогнутые когти чиркнули по вспененным гребням чёрных волн.

Её крылья надулись от ветра, свет пробивался сквозь красноватую перепонку между тёмными, похожими на пальцы, рёбрами. Хвост сужался, а затем расширялся, заканчиваясь шипастой булавой. Она была длиной с наш корабль, а с расправленными крыльями – куда шире.

На её спине, в кожаном седле, сидел Драконий принц. Снова в ездовых штанах и в дорогущей меховой накидке, закрывающей его от пояса и выше, Лангнатин держался без всякого напряжения, лишь одной рукой за петлю седла.

Вокруг нас матросы закричали и замахали руками – их страх мгновенно сменился восторгом, когда они узнали всадника и поняли, что это не тёмный кошмар Скирмтольда, а их собственный принц.

Мы с Сетом не махали, но его драконьи красные глаза всё равно нашли нас. Он посмотрел на нас обоих и слегка склонил голову. Потом что-то сказал – слова унесло ветром – и Чаэтор взмахнула крыльями, уходя вверх и вперёд.

Через несколько вдохов они снова растворились в облаках, и лишь кончик её хвоста скользнул из виду.

Сет посмотрел на меня.

– Нам многое нужно наверстать.

Я задумалась, вспоминая всё подряд: что я подслушала про оружие, которое появится через спан, про собственные силы, а потом – мою встречу с принцем. Какой неожиданной оказалась его череда вопросов – и его чувства. Мы с Сетом даже не успели толком поговорить о моей Судьбе. Я сама ещё не успела её осмыслить.

– Да, – нахмурившись, согласилась я. – Всё вот-вот изменится.

Сет взял меня за руку, и я почувствовала его тепло.

– Не всё.