Текст книги "Укрощая Сердце (ЛП)"
Автор книги: Пейсли Хоуп
сообщить о нарушении
Текущая страница: 20 (всего у книги 25 страниц)
Глава 52
– Тут всё оснащено по последнему слову техники. Там есть занятия йогой для мамы, сеансы терапии, консультации с психотерапевтом и отличная программа питания.
Я передаю Айви мороженое с сиропом, пока она сидит посреди моей кровати и листает сайт лечебного центра, куда отправится её мама. Она не сообщает мне ничего, чего я уже не знаю, но я всё равно внимательно слушаю её оживлённую болтовню.
– А потом, если она справится и выйдет, мне нужно будет проводить с ней больше времени. Раньше она работала вместе с папой, помогала с животными. Может, она смогла бы обновить знания и снова начать работать. Знаешь, она ещё занималась рукоделием. Очень хорошо делала одеяла, шапки…
Я улыбаюсь, глядя на неё сверху вниз, и надежда в её глазах заставляет и меня надеяться, что её мама справится.
Я снимаю футболку и забираюсь в кровать рядом с ней. До того как Айви начала здесь спать, моя спальня всегда казалась безжизненной. Стены хижины из тёмного ореха, деревенское изголовье из брёвен, которое мы с Коулом сделали прошлым летом. Тёмно-синее постельное бельё на моей огромной кровати калифорнийского размера. Всё было аккуратным и холодным.
Теперь, когда она сидит в самом центре комнаты, здесь появилась жизнь, стало теплее. И каждую ночь забираться рядом с её маленьким обнажённым телом и обнимать её – единственное место на этой земле, где я по-настоящему хочу находиться.
– Поддержка – самое важное. Мне лишь нужно понять, как успеть всё с предстоящим ювенильным сезоном Ангела.
Её красивые черты напрягаются, пока она размышляет об ответственности, лежащей на её плечах. Я хорошо знаю это выражение, потому что сам ношу его почти каждый день, желая, чтобы в сутках было больше двадцати четырёх часов и можно было успеть всё необходимое.
– Мы разберёмся. Было бы желание, а способ найдётся, верно? – спрашиваю я, большим пальцем стирая непослушную каплю взбитых сливок из уголка её рта, а затем слизываю её со своего пальца.
Она поворачивает ко мне глаза и улыбается.
– Ты запомнил слова моего папы?
Самое простое замечание, но я моргаю, глядя на неё. Я даже не задумывался. Мне просто кажется, что теперь мы проходим через это и через всё остальное, что ждёт впереди, вместе.
– Айви, я помню всё, что ты когда-либо мне говорила. На случай, если не очевидно – я, блядь, без ума от тебя.
Она целует меня в губы.
– Ну, ты ничего, – говорит она и хихикает.
Я уже забираю у неё мороженое и ставлю на столик, готовясь показать, насколько сильно она тоже на самом деле от меня без ума, когда телефон на прикроватной тумбочке вибрирует.
– Блядь, я кое-чего жду, – говорю я.
Айви снова садится ровнее и с удовольствием продолжает есть мороженое, читая сайт реабилитационного центра «Уолнат-Гроув».
И это именно то сообщение, которого я ждал.
Леди-босс: «Я поговорила с подрядчиками. Они приедут утром. Ты поступаешь правильно».
Я: «Знаю. Просто пока не хочу создавать никакого давления, поэтому до завершения всё остаётся, между нами,».
Леди-босс: «Одно я знаю наверняка, невозможно быть слишком преданным. Я знаю, ты не из тех, кто держит сердце на распашку, но, Уэйд, в какой-то момент тебе придётся попытаться поверить, что вселенная на твоей стороне».
Я: «Спасибо за выступление в стиле ТЕД».
Леди-босс: «Хватит умничать. Ей понравится. Вот увидишь».
Я: «Ты знаешь, потому что всегда права?»
Леди-босс: «Потому что между вами есть нечто особенное. Потому что эта девушка тебя любит».
«А ещё потому, что я всегда права. ;)»
Я откладываю телефон и смотрю на Айви. Она прислонилась к изголовью моей кровати, согнув колени, а на её коленях лежит планшет. Волосы высоко собраны одной из её резинок, а бретелька майки слегка сползла с плеча. Её рот раскрывается в одном из милых маленьких зевков, и в том, как она выглядит, есть что-то такое лёгкое, такое естественное.
Все мои переживания из-за того, что я делаю ради неё такой большой шаг, исчезают, когда я устраиваюсь рядом с Айви в своей кровати. В нашей кровати. Её руки обнимают меня, и я мгновенно понимаю, что поступаю правильно.
И, блядь, моя мать всегда права.
Глава 53
В субботнее утро я встаю рано, готовая сначала отправиться в Джеллико, а затем в больницу, чтобы проводить маму в новый реабилитационный центр.
Когда я иду к конюшне, чтобы увидеться с Уэйдом перед отъездом, на ранчо тихо. Единственный звук – стук молотка, доносящийся из «Спирит», хижины через две от моей. В следующие несколько недель Уэйд нанял подрядчиков, чтобы отремонтировать некоторые обветшавшие домики на территории. Солнце ещё даже не взошло, а в воздухе уже чувствуется что-то весеннее. Моё любимое время для визита в конюшни. Я знаю, что Роуэн уже работает с Ангелом и Дасти на нашем тренировочном треке и уедет во Флориду раньше нас. Мой мозг гудит, когда я вхожу в офис в силосной башне. От стартовой карточки зависит так много.
И от мамы тоже зависит так много.
Все мысли улетают, когда я открываю дверь кабинета Уэйда и вижу, что он глубоко задумался. На нём очки, а между зубами зажат карандаш. Он изучает чертежи первой хижины, над которой сейчас работают. Ковбойская шляпа снята, волосы взъерошены. Его тёплый запах кожи и пряностей заполняет мои чувства, и мне внезапно хочется просто его обнять.
Когда он замечает меня, его взгляд скользит по моему телу, пробуждая во мне что-то, хотя он даже не прикоснулся. Уэйд улыбается, мы одеты одинаково – чёрно-серые фланелевые рубашки и синие джинсы.
– Мы теперь просто скучные и предсказуемые? – спрашиваю я, подходя к нему.
Уэйд снимает очки и кладёт их вместе с карандашом на стол. На долю секунды прикусывает пухлую нижнюю губу и смотрит на меня, а затем обходит стол с той самой кривоватой ухмылкой. Его сильные руки обхватывают меня, и он впивается в мои губы поцелуем, слишком жадным для половины седьмого утра и его рабочего кабинета.
Но я всё равно не могу остановить чувство, которое окутывает меня с головы до ног, когда желание проникает в каждый уголок моего существа.
Уэйд усмехается, проходит мимо меня и закрывает дверь кабинета, поворачивает замок и опускает жалюзи. Я застываю, пока его ладони скользят сзади вниз по рукавам моей рубашки. Он вытаскивает скранч из моих волос и бросает его на пол неизвестно куда.
– Последнее, чем мы являемся, – скучными и предсказуемыми, Беда, – шепчет он мне на ухо, отбрасывает волосы в сторону и целует шею.
Его дыхание и губы ласкают кожу, мгновенно распаляя меня изнутри.
– Ты правда думала, что можешь зайти сегодня утром ко мне в кабинет попрощаться в этой тесной маленькой рубашке, выставив напоказ идеальные грёбаные сиськи, и я не почувствую потребности их трахнуть?
– Я просто предположила, что ты сможешь вести себя профессионально, – шепчу я.
Его горячие губы касаются моей шеи сбоку, затем перемещаются к мочке уха. Он втягивает её в рот и сильно прикусывает. Моя киска пульсирует, и я сжимаю бёдра.
– То, что ты заставляешь меня чувствовать, не имеет ничего общего с профессионализмом…
Руки Уэйда скользят вперёд и накрывают мои груди, а затвердевшие соски умоляют о его прикосновениях сквозь ткань бюстгальтера.
Я поворачиваю голову в сторону, и его губы оставляют лёгкий поцелуй на моей щеке.
– Скажи, что я заставляю тебя чувствовать, Уэйд? – дразню я с лёгкой улыбкой.
Мне нравится быть причиной того, что он теряет контроль.
Одного резкого рывка за рубашку хватает, чтобы все кнопки расстегнулись, и груди выскакивают наружу, когда он снимает с меня бюстгальтер и отбрасывает его.
Его пальцы проводят по соску и сжимает его. Ощущение простреливает прямо в моё уже пылающее лоно.
– Ты заставляешь меня чувствовать… блядь… что я полностью, блядь, теряю контроль, Беда.
Я стону, запрокидывая голову ему на грудь. Уэйд не прекращает дразнить мои соски, одновременно опускает руку и прижимает ладонь к киске сквозь джинсы. От прикосновения я хнычу и прижимаюсь задницей к его твёрдому члену. Завожу руку за спину и обхватываю его сквозь джинсы между нашими телами, тяжело дыша от желания и мечтая, чтобы он избавился от всей нашей одежды так же быстро, как от моей рубашки.
Уэйд разворачивает меня и одной рукой поднимает, а другой сметает бумаги с нижней части стола, затем опускает меня на него. Одной рукой снимает с меня сапоги и джинсы, а второй запутывается в волосах, пока он глубоко целует меня, отчаянно исследуя каждый уголок моего рта. Я словно пластилин в его руках и без единого слова умоляю его.
«Используй меня, забери всё, что у меня есть, только заставь кончить. Пожалуйста».
Уэйд отстраняется и рассматривает меня, лежащую перед ним на столе. Быстро избавляется от сапог, расстёгивает джинсы, отбрасывает их, снимает рубашку и возвышается надо мной совершенно голый. Он словно бог. Такой красивый, с дразнящей ухмылкой на лице.
Его большой палец проводит по моей нижней губе, затем он нажимает им на уголок рта и проталкивает между губами. Я втягиваю палец полностью, глядя на него из-под ресниц.
Он стонет в ответ.
Звук рокота раздаётся в его груди.
– Будь моей хорошей девочкой и сожми свои идеальные сиськи вместе, – приказывает он.
Я прикусываю его палец, заставляя его зашипеть, а затем мило улыбаюсь.
– Тебе когда-нибудь говорили, что ты властный, Уэйд Эшби? – спрашиваю я.
– Да, и не притворяйся, что тебе не нравится.
Его губы встречаются с моими.
– А теперь закрой свой красивый ротик, делай, что тебе, блядь, велено, и прими мой член как хорошая маленькая шлюшка, – шепчет он прямо в мои губы, посылая по коже новую волну мурашек.
Я стону, когда его костяшки задевают мой сосок, потому что он прав.
Мне, блядь, нравится. Поэтому я делаю, что мне велено.
Блядь, я мог бы кончить от одного вида Айви прямо сейчас – глаза полуприкрыты, губы распухли от моих поцелуев, а задница прижата к столу. Её блестящая киска полностью открыта моему взгляду, и, как хорошая девочка, которой она так любит быть, она сжала груди вместе и терпеливо ждёт, когда мой член проскользнёт между ними. Я тянусь между её ног и провожу тремя пальцами по истекающей влагой щели. Она резко втягивает воздух, пока я покрываю себя её возбуждением, используя его как смазку.
– Трахай свою тесную маленькую киску пальцами, пока я трахаю твои сиськи.
Я сжимаю её груди вместе, а затем скольжу членом между ними. Она стонет так, словно это единственное, чего она хочет больше всего на свете.
– Обожаю, когда ты такая, блядь, нуждающаяся ещё до завтрака, – говорю я, начиная трахать пространство между её грудями.
От первого же прикосновения моя голова запрокидывается назад. Каждая часть её тела ощущается невероятно. Я смотрю вниз, туда, где она вводит в тесную киску один палец, затем второй, а другой рукой цепляется за мой стол. Её глаза закрываются, и она издаёт прерывистый стон, пока тело содрогается. Я наклоняюсь и сплёвываю между её грудей, а затем растираю между ними член. Она дрожит всем телом, когда чувствует.
– Блядь, Айви… даже твои сиськи облегают мой член так, словно были созданы, чтобы принимать меня.
– Уэйд… так горячо. Я уже сейчас кончу, – хнычет она, переходя от того, чтобы трахать себя пальцами, к круговым движениям по клитору.
– Нет, Айви. Ты будешь хорошей девочкой и подождёшь, пока я не разрешу тебе кончить.
Она стонет моё имя, когда я запрокидываю голову и закрываю глаза. Сочетание того, как она трахает себя, и мягкого тепла её грудей вокруг моего члена тянет меня к самому краю. Я никогда, блядь, не смогу насытиться этой женщиной. Я заставляю себя продержаться ещё одну минуту в эйфории, но так мне слишком чертовски хорошо, и я не могу остановиться. Её свободная рука тянется и сжимает мою задницу, острые ногти впиваются в кожу, моё имя слетает с её губ, а жар волной прокатывается вверх по позвоночнику, словно плеснули виски в огонь.
– Пожалуйста, Уэйд… я сейчас.
Я хочу сказать ей подождать, но вид её обнажённого тела посреди моего грёбаного стола толкает меня за грань, когда она сильнее впивается ногтями в мою кожу.
– Смотри на меня, Айви, открой рот и высунь язык. Ты можешь кончить вместе со мной.
Она открывает глаза и смотрит на меня с той дерзостью, которую я, блядь, обожаю.
– Спасибо, сэр, – говорит она и разваливается на части, а меня окончательно добивает.
Моя сперма выстреливает ей на грудь, подбородок и губы. Блядь, великолепно. Член дёргается и пульсирует между её грудей, и я замедляю движения, пока её взгляд остаётся прикованным ко мне. Какое-то мгновение мы остаёмся в таком положении, пока наше дыхание не приходит в норму.
Я смотрю на неё, на прекрасный беспорядок, которым она стала, всё ещё не готовый отвести взгляд.
– Ты выглядишь… – начинаю я, впитывая открывшееся зрелище и не находя подходящих слов.
Айви смеётся и опускает взгляд на залитую спермой грудь.
– Немного грязной сейчас?
Я стону, провожу указательным и средним пальцами по её подбородку, обмазываю спермой её губы, и вожу ими из стороны в сторону, раскрашивая её собой. Ещё несколько секунд я просто смотрю на неё.
– Нет, малышка… Я хотел сказать, что ты выглядишь… блядь, я так чертовски тебя люблю, Айви.
Рот Айви приоткрывается.
Ладно, возможно, мне не стоило впервые признаваться ей в любви, когда вся она покрыта моей спермой, а мой член находится между её сиськами, потому что выражение её лица сейчас – чистый шок. Но, блядь, я ничего не могу с собой поделать. Я люблю её. Люблю каждую грёбаную мелочь в ней, а она просто выглядит такой красивой. Такой моей.
– Ты только что сказал, что любишь меня? – повторяет она, когда мы разъединяемся, а она всё ещё сидит неподвижно.
Я наклоняюсь и целую её в губы, ощущая там собственный вкус. Он смешан с ней, и вкус нас вместе невероятен.
– Да, я сказал «люблю». Я люблю тебя, Айви, и не разбрасываюсь этим словом. Я, блядь, люблю свой мир, когда в нём есть ты. Люблю работать с тобой каждый грёбаный день, люблю разговаривать с тобой, люблю ждать, какую рожицу ты скорчишь, когда я скажу что-нибудь, что тебя шокирует. Люблю готовить тебе кофе по утрам и ужин по вечерам. Люблю, когда твои губы изгибаются в самой красивой грёбаной улыбке, которая освещает всю мою вселенную.
Я снова целую её в губы, задерживаясь рядом.
– Больше всего я люблю то, какими мы становимся вместе. Я люблю нас, – говорю настолько просто, насколько могу.
– Я… Уэйд… – запинается она.
– Тише. Я сказал не для того, чтобы услышать то же в ответ. Я просто хотел, чтобы ты знала.
И я действительно это имею в виду. Я знаю, что она боится. Последний мужчина, которому она отдала сердце, причинил ей ужасную боль. Но я подожду столько, сколько ей понадобится. Я беру салфетку из своей личной ванной и вытираю её. Она одевается и лихорадочно ищет на полу скранч, выпавший из её волос раньше, но его нигде нет.
Она должна была уехать в Джеллико ещё тридцать минут назад, до того как я набросился на неё, словно лев на добычу. Я прекращаю её мучения, открываю ящик, достаю красный скранч из своей небольшой кучки и протягиваю ей.
– Вот, у меня есть несколько запасных.
Я улыбаюсь.
Глаза Айви встречаются с моими.
– Ты хранишь мои скранчи?
– Никогда не знаешь, когда тебе понадобятся ещё десять, – саркастично отвечаю я. – Поэтому держу их под рукой, когда ты оставляешь их здесь.
Айви подходит ко мне, забирает скранч, приподнимается на носках и целует меня в губы. Затем смотрит на резинку и снова поднимает взгляд на меня.
– Я так чертовски тебя люблю, Уэйд Эшби, – тихо говорит она, и в моей груди разливается покой, которого я никогда прежде не чувствовал.
У меня нет слов, поэтому я просто снова её целую.
Самое забавное, что мне даже не нужно было слышать признание в ответ.
Если она продолжит смотреть на меня так, как сейчас, до конца моей жизни, я смогу умереть счастливым мужчиной.
Глава 54
– Тут амбулаторная программа. Она полностью добровольная. Ты сама решаешь, остаться или уйти. Ты сможешь звонить своему наставнику, хотя здесь тебе назначат ещё одного, и сможешь пользоваться мобильным телефоном и принимать посетителей.
Мама кивает, и даже с опухшим, покрытым синяками глазом и ссадинами на лбу и щеке после раннего утреннего душа она выглядит свежей и готовой начать лечение, пока мы собираем вещи, которые я привезла ей из трейлера.
Я была потрясена, увидев, что там чисто. Растения политы, посуда вымыта. Миссис Поттер заверила меня, что будет заходить каждые несколько дней, включать воду, проверять отопление и следить, чтобы всё было в порядке. Из-за напряжённого графика тренировок меня почти не было рядом, я просто была слишком занята, но миссис Поттер рассказала, что с Рождества у мамы всё было тихо.
Чаще всего она видела, что каждый вечер свет у мамы гас рано. Сказала, что они почти каждый вечер вместе пили чай на крыльце. Я задумываюсь, как долго мама шла к трезвости, а затем напоминаю себе, что неважно. Сейчас она здесь и выглядит готовой двигаться дальше.
– В Уильямсберге ты будешь всего в сорока пяти минутах езды, поэтому я приеду к тебе, как только мы вернёмся из Сарасоты.
Мама похлопывает меня по руке, успокаивая мой тревожный взгляд.
– Айви, малышка, ты уже очень долго обо мне заботишься. Приезжай, когда сможешь. Подготовить лошадь к скачкам – твоя мечта, сосредоточься на ней. Живи настоящим. На этот раз со мной всё будет хорошо.
Она крепко обнимает меня, словно просит довериться ей и поверить. Я вижу проблеск той мамы, которую помню. Той, что обнимала меня, когда я болела. Той, что много смеялась вместе с папой. Той, что готовила нам ужины и помогала с домашними заданиями. После всего произошедшего и признания Уэйда сегодня утром мне впервые, возможно, за всю жизнь кажется, что я наконец нахожусь именно там, где должна быть.
Двигаюсь вперёд.
– Ваш транспорт приехал, Гленда, – улыбается доктор Эванс из дверного проёма. – Мы можем помочь с сумками.
Я улыбаюсь в ответ.
– Спасибо, что помогли всё для неё организовать, – говорю я, протягивая руку.
– С удовольствием, – отвечает доктор, поднимая мою руку.
Когда мама смотрит на меня, готовая уезжать, глаза начинает щипать от слёз. Я сдерживаю их. Оставлю на потом. Сейчас я хочу лишь, чтобы она уехала и прошла реабилитацию. Я беру последнюю мамину сумку и иду за ней к двери, обнимаю и ещё раз говорю, как сильно ею горжусь, прежде чем она скрывается на заднем сиденье микроавтобуса.
Когда машина выезжает из зоны посадки, я облегчённо выдыхаю.
«Пожалуйста, пусть в этот раз всё получится».
– Мисс Спенсер.
Я вздрагиваю, услышав за спиной голос доктора Эванса. Я даже не поняла, что он всё ещё здесь.
– Прежде чем вы уйдёте, я хотел бы поговорить ещё об одной вещи.
Я поворачиваюсь, а он указывает на два стула сразу за зоной ожидания.
– Давайте присядем, – говорит он.
Я предполагаю, что он хочет рассказать о результатах анализов, и быстро прикидываю в уме, сколько денег у меня осталось на текущем счёте, решив, что, возможно, он хочет, чтобы перед уходом я оплатила часть маминого счёта.
Но он говорит не о счетах.
Вместо этого задаёт вопрос, от которого весь мой мир рушится вокруг меня.
– Вы знаете, что беременны?
Я моргаю и хватаюсь за край стула, чтобы не потерять равновесие, потому что комната внезапно начинает вращаться.
Беременна? Не может быть.
Моё дыхание учащается, когда я понимаю, что может. Я пытаюсь подсчитать дни после последних месячных.
«Когда они, блядь, были?»
Я та самая женщина? Та, что даже не понимает, что беременна, потому что живёт в сексуальном тумане с горячим властным владельцем ранчо? Я что, героиня грёбаного шоу? Возможно. Они были в декабре? Да, в декабре у меня были месячные. В самом начале. А сейчас второе февраля. Сердце пропускает удар, а затем падает куда-то к ногам. Мысль о том, что я ношу ребёнка Уэйда, – мечта, которую я даже не могу позволить себе представить.
– Я… нет, я не думаю… Я беременна? Вы уверены? – спрашиваю я, чувствуя, как в груди разрастается паника.
– Уверен, – улыбается он мне.
Сердце падает, уже разбиваясь из-за возможной потери ещё до того, как она произошла.
– Я была так занята, что даже не заметила задержку. Я принимаю противозачаточные, – говорю я.
Доктор Эванс выглядит невозмутимым.
– За последние пару месяцев вы принимали какие-нибудь лекарства? Что-нибудь необычное?
Я задумываюсь.
«Кроме невероятного количества секса?»
– Только витамины и несколько натуральных средств, чтобы поддержать иммунитет во время сезона гриппа.
– Дополнительный витамин C, коровяк, зверобой, эхинацею… и ещё несколько средств, потому что после Рождества у меня был желудочный грипп. Быстро прошёл, за сорок восемь часов, – поясняю я, пока он смотрит на меня.
Он кивает.
– Это могло повлиять. Иногда даже натуральные препараты снижают действие таблеток, а иногда сами таблетки просто не обеспечивают стопроцентную защиту.
– После того как вы рассказали о головокружении и тошноте, у меня появилось подозрение, поэтому при проведении анализов я решил проверить. И оказался прав. Судя по уровню ХГЧ, срок около семи-восьми недель. У вас также немного понижено железо. Поэтому мы подберём препарат железа вместе с хорошими витаминами для беременных.
Прежде чем я успеваю осознать, что вообще происходит, мои глаза наполняются слезами из-за ребёнка, которого я уже так сильно люблю и боюсь никогда не встретить.
– Полагаю, это стало неожиданностью. Вам нужно… с кем-нибудь поговорить? – спрашивает доктор Эванс.
– Нет, я… просто мне нельзя… Я не могу выносить ребёнка до срока.
Доктор Эванс хмурит брови и опускает взгляд на папку.
– Почему?
Я рассказываю ему всё, а он слушает и делает записи.
– Я хотел бы назначить вам ультразвуковое исследование. Проверить сердцебиение, состояние ребёнка и вообще всё тщательно осмотреть. Сейчас показатели у вас отличные. Вы когда-нибудь обращались за вторым мнением по поводу фертильности?
Я качаю головой, даже не позволяя надежде пробиться наружу. Не говоря уже о том, что сейчас ребёнок может быть последним, чего Уэйд хочет от жизни. Он говорит, что любит меня, но любит ли достаточно, чтобы пройти со мной через такую потерю?
– Мы можем связаться с вашим прежним врачом и запросить его записи?
Доктор Эванс протягивает мне коробку салфеток.
Я с благодарностью беру одну.
– Да, думаю, можем, – киваю я, вытирая глаза и делая глубокий вдох.
– Давайте назначим УЗИ. После него мы будем знать больше. Я принесу образцы витаминов и назначу время. Сейчас вернусь, – говорит он.
В ту секунду, когда он уходит, плотину прорывает из-за ребёнка, которого я ещё даже не потеряла.
