Текст книги "Укрощая Сердце (ЛП)"
Автор книги: Пейсли Хоуп
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 25 страниц)
Глава 47
Главный дом Эшби превратился в нечто вроде вечеринки после вечеринки. Парни вынесли все пятьдесят арендованных стульев и вернули их в магазин праздничных принадлежностей, а гору подарков загрузили в пикапы, готовясь отвезти всё к дому Нэша и Сиси. Мы, девочки, убираемся, доедаем оставшиеся сладости и подпеваем кантри-плейлисту Джо, вместе заканчивая дела.
Никогда бы не подумала, что сегодня днём здесь было семьдесят человек. Папа Дин возвращается после того, как подмёл для Джо крыльцо, делает глубокий вдох и бросает шляпу на ряд крючков у входной двери.
– Ну что, Джо? Закажем на ужин пиццу из «Малдон»? – спрашивает он, упоминая местную пиццерию, пока мы все начинаем опускаться на диваны, решив немного передохнуть перед уходом.
– Чёрт, да. Эта мамочка до конца дня больше пальцем не пошевелит. Кто остаётся на ужин? – спрашивает она, опускаясь на диван рядом со мной, улыбается мне и затягивает высокий хвост.
– Я остаюсь, – отзывается Коул. – Только заберу Мейбс от подруги, и мы вернёмся.
– Мы тоже, – добавляет Сиси.
Джо кивает и вопросительно поворачивается ко мне.
– Спасибо, но я действительно очень устала. Думаю, вернусь в свою хижину.
Это не ложь, но на самом деле я просто не могу дождаться, когда останусь с Уэйдом наедине после целого дня порознь. Я смотрю на него, пока он пылесосит в передней, и задаюсь вопросом, скучал ли он по мне так же сильно.
– Конечно. Спасибо тебе за всю помощь сегодня, милая.
Я киваю и улыбаюсь в ответ. Нэш и Сиси возвращаются в комнату как раз в тот момент, когда Уэйд заканчивает.
– Всё готово. Мы просто отвезём всё к себе, а потом вернёмся на ужин. Уэйд, поедешь за нами? – спрашивает Нэш.
Глаза Уэйда скользят ко мне через всю комнату. Я ожидаю, что он ничего не скажет, но он направляется прямо ко мне.
– Я вернусь через полчаса, – говорит мне Уэйд, наклоняется и целует меня в губы прямо перед всеми.
Один раз, а затем снова, задерживаясь на втором поцелуе немного дольше. Я думаю, что он сделал это неосознанно, но когда он смотрит на меня, понимаю – намеренно.
– Просто… блядь. – Он вздыхает. – Я не хотел ждать ни секунды дольше, чтобы поцеловать тебя, – говорит он, растапливая меня от макушки до кончиков пальцев.
Я смотрю на него, а затем обвожу взглядом комнату, где все дела полностью прекратились в ожидании моей реакции. Открываю рот, но не успеваю произнести ни слова.
– Слава богу. Теперь нам всем разрешено знать, что здесь что-то происходит? – выпаливает Дин, указывая по очереди на меня и Уэйда.
Все в комнате сдерживают смех, кроме Джинджер, которая откровенно хихикает, пока Уэйд ворчит.
– Что ты имеешь в виду, дед? Уэйд просто очень предан своей работе, – говорит Нэш, а Сиси шлёпает его.
Коул не произносит ни слова, но я замечаю его ухмылку, когда он поднимает последние пакеты с подарками и направляется к грузовику Нэша. Оливия и Джинджер начинают хихикать ещё громче, ничуть не стесняясь.
– Смейтесь, ублюдки, – говорит Уэйд, затем поворачивается ко мне и намеренно кладёт ключ от своей хижины мне в ладонь. – Иди ко мне, я встречусь с тобой там. Не обращай на них внимания.
Он поднимает взгляд на остальных.
– Вот поэтому я никому из вас ничего не рассказываю.
Улыбка Сиси озаряет всё её лицо, когда она мне подмигивает.
– Незрелые мелкие придурки, – добавляет Уэйд, выходя через входную дверь, а дом наполняется смехом.
Как бы я ни старалась, не могу удержаться и тоже начинаю смеяться вместе со всеми.
Похоже, на этом ранчо секреты могут существовать лишь до поры до времени.
Глава 48
Когда девяносто восемь минут спустя я подъезжаю к дому, внутри темно. Просто чтобы поиздеваться надо мной, Нэш продержал меня у себя целый час, заставляя помогать со всеми мелочами, какие только мог придумать, прежде чем они вернулись в главный дом. Мы переставляли мебель в гостевой комнате, превращая её в нечто вроде комнаты для свадебных подарков.
– Давай просто вынесем диван в гараж. А, и занесём стол, чтобы поставить на него подарки.
И всё с самой самодовольной ухмылкой на свете. Я прекрасно понимал, что он делает. Теперь, когда увидел, как я сдался и поцеловал её, он пытался заставить меня признаться, насколько сильно я хочу вернуться к Айви и что между нами всё серьёзно.
Ну и пошёл он нахер. Мне почти тридцать пять лет, я могу целовать кого, блядь, захочу, и не собираюсь ему уступать. Как бы сильно мне ни хотелось кричать об этом с крыш, то, что происходит между мной и моей девушкой, касается только нас двоих. Пока мы сами не поговорим, я уж точно, блядь, не стану обсуждать ничего ни с кем другим.
Я открываю дверь и вхожу в тёмную прихожую, неся пакеты с продуктами, за которыми пришлось заехать по дороге, чтобы приготовить Айви ужин. Из кухни льётся мягкое свечение. Я стягиваю сапоги и захожу внутрь.
И вижу её.
Айви стоит совершенно, блядь, голая, только в моей старой потрёпанной ковбойской шляпе и туфлях на высоких каблуках.
– Упс, похоже, я забыла одеться, ковбой… – невинно говорит она, и это чертовски сексуально.
Она начинает идти ко мне, но каблук застревает между половицами, и она едва не падает, голая. Свободной от пакетов рукой я ловлю её и помогаю удержать равновесие. Она испуганно смотрит на меня из-под полей шляпы.
– Вот тебе и вся загадочность с грацией. – Она хихикает, пока я помогаю ей выпрямиться. – Я старалась, – говорит она, пожимая плечами.
Я улыбаюсь и целую её в губы. Они мягкие и приветливые.
На самом деле ощущается не просто как приветствие.
Ощущается как дом.
– Ты чертовски очаровательна, – говорю я ей.
– Подожди, я ещё могу всё спасти.
Она смеётся, отступает назад, выставляет бедро и позирует передо мной, демонстрируя каждый потрясающий изгиб.
«Ага. Сойдёт».
Мой член мгновенно твердеет от потребности в ней. Красивая, блестящая, чертовски смешная, дерзкая и всегда немного неуклюжая.
Вся она. До последней частички.
Мой голодный взгляд скользит по её пышным изгибам секунд десять, прежде чем пакеты выпадают из моих рук на пол и мгновенно забываются. Через секунду я уже пересекаю комнату, подхватываю её и усаживаю на столешницу.
Айви вскрикивает, когда холодное дерево касается её тёплой обнажённой кожи, а я прижимаюсь твёрдым членом к её горячей киске. Опускаю взгляд и вижу, насколько она мокрая, прижатая к джинсовой ткани моих штанов. Я стону ей в рот, пожирая его. Пробую на вкус её язык, сжимая ладонями челюсть с обеих сторон, и целую в том ритме, который сводит меня с ума, а её губы без усилий подстраиваются под мои.
Мои пальцы теряются в её густых волосах, пока ноги Айви крепче обвивают мою талию. Она дёргает кнопки на моей фланелевой рубашке, проводит ладонями вниз по рукам и стягивает её с меня. Пальцы скользят по груди, и каждое её прикосновение словно обжигает кожу. Каждая клетка моего тела гудит от ощущения Айви. Потребность оказаться между её бёдер почти причиняет боль. Она стонет мне в губы, когда я зажимаю затвердевший сосок между большим и указательным пальцами, перекатываю маленький бугорок, а затем наклоняюсь и втягиваю его в рот.
– Я скучала по тебе сегодня, малыш, – хнычет она, прижимаясь ко мне, и от её слов грудь сжимается.
– Блядь… я тоже по тебе скучал.
«Так чертовски сильно, что даже не знаю, могу ли представить время, когда тебя здесь не будет».
– Покажи мне… насколько сильно ты по мне скучал, Уэйд.
В моей груди рокочет низкое рычание. Она понятия не имеет, что со мной делает, но кто я такой, чтобы не дать своей девушке то, чего она хочет?
Я провожу губами по её плечам, окутывая кожу горячим дыханием, скольжу по шее и соскам. На мгновение позволяю зубам задеть каждый из них, и она вскрикивает, прижимаясь ко мне бёдрами, бесстыдно умоляя о трении. Я глажу её бёдра и веду руки выше по внутренней стороне, к тесному влажному жару между ног. Большими пальцами широко раздвигаю половые губы, затем опускаюсь на колени и языком провожу дорожку вверх по центру.
Айви стонет моё имя в тишине хижины, и оно эхом отзывается внутри меня. Я стону прямо в неё, пока она вплетает пальцы в мои волосы и сильно тянет.
Это меня воспламеняет.
Я слизываю в рот каждую каплю с её сладкой, насквозь мокрой киски, наслаждаясь ощущением мягких бёдер, обхвативших моё лицо.
– М-м-м, я скучал по твоему вкусу… – говорю я и действительно имею это в виду, снова прижимаясь к ней ртом.
– На вкус как моя, – произношу я, втягивая её клитор в рот и пьянея от одной лишь её сладости.
Я скольжу рукой под задницу и притягиваю её ближе к своему лицу, удерживая на месте, пока начинаю пировать на её киске.
– Айви, я заставлю тебя кончить, но ты должна довериться мне и отпустить себя, когда придёт время, – говорю я.
Спина Айви выгибается, когда я ввожу в неё два пальца и загибаю их к тому месту, которое приведёт её именно туда, куда я хочу. Она двигает бёдрами по моему лицу, оседлав меня и находя нужный ритм. Я быстро провожу по ней языком, одновременно медленно трахая пальцами, лишь чтобы немного помучить, пока она не начинает так тяжело дышать, что я понимаю – она вот-вот развалится на части.
И я этого хочу.
Блядь, как же сильно я этого хочу.
Я проталкиваю язык глубже, и она вскрикивает, начиная дрожать вокруг меня.
– Уэйд, ощущается… я не знаю, что… я не могу, – говорит она.
– Можешь, Айви. Просто отпусти себя, доверься мне. Кончи… и залей мне лицо, когда это случится.
Я продолжаю трахать её пальцами, не давая ни секунды передышки, сохраняя ровный ритм, который должен её уничтожить. В тот момент, когда она сжимается вокруг них, начиная кончать, я резко вытаскиваю пальцы и переношу их на клитор. Она вскрикивает моё имя и кончает, заливая меня, именно так, как я и знал, что она сможет.
Я улыбаюсь, прижавшись к ней, и целую её киску, пока она содрогается, а затем провожу ладонью по лицу.
– Такая хорошая девочка, – бормочу я, пока она дрожит.
– Уэйд… что это было? Я…
– Да, сделала, и это было самое горячее грёбаное зрелище, которое я когда-либо видел.
Я мог бы дать ей мгновение, позволить прийти в себя после того, что только что сотворило её невероятное тело, но я жадный ублюдок, поэтому вместо этого просто подхватываю её, несу в спальню и опускаю на свою огромную кровать. Избавляюсь от одежды, отбрасываю её в сторону, затем направляюсь к Айви и целую так, словно никак не могу насытиться.
Потому что не могу.
– Ты когда-нибудь на самом деле трахал женщину в своей ковбойской шляпе? – спрашивает она с лёгкой улыбкой, забираясь на меня сверху и снова оказываясь на шаг впереди, что мгновенно пробуждает во мне дикого зверя.
Я впиваюсь в её губы обжигающим, голодным поцелуем, а затем зажимаю нижнюю губу между зубами.
– Никогда, – отвечаю я. – Но раз уж ты сейчас собираешься оседлать мой член, думаю, это вот-вот изменится.
Айви стонет, когда мои пальцы находят её соски, и я играю с ними, пока она трётся о мой член, покрывая его своей скользкой влагой. Я позволяю пальцу скользнуть к её центру и обвожу клитор достаточно долго, чтобы она запрокинула голову. Когда происходит, она придерживает мою шляпу на голове, её сочные губы приоткрываются в стоне, и выглядит она как воплощение каждой грёбаной фантазии, которая у меня когда-либо была.
– Господи, Айви, ты такая чертовски мокрая, – бормочу я, садясь и покрывая поцелуями путь от ключицы до мочки уха.
Останавливаюсь, втягиваю мочку в рот и прикусываю.
Я стону.
Пальцы Айви вплетаются в мои волосы и тянут, а она шипит от ощущения моих зубов, впивающихся в её плоть.
– Тебе нравится боль, Уэйд? – шепчет она, зная, что да.
Низкое рычание вибрирует в моей груди, когда я зажимаю зубами вторую мочку и кусаю. Она вскрикивает, а я облизываю место укуса, после чего в ответ она ещё сильнее тянет меня за волосы.
– В эту игру могут играть двое… Я знаю один секрет, – шепчет она. – Тебе нравится ещё больше… когда я делаю тебе больно, ты становишься ещё твёрже.
Она резко запрокидывает мою голову, проводит зубами по челюсти и сильно кусает.
Блядь, эта женщина была создана специально для меня.
Она снова прижимается к моим губам. Я стону ей в рот, пока она целует меня, ещё крепче сжимает мои волосы, а её язык движется с моим в идеальной гармонии. Она кусает меня за губу, пока я разминаю ладонями её бёдра и задницу. Под таким углом пышность её бёдер кажется ещё более выраженной, и мне хочется искусать каждую грёбаную восхитительную частичку её тела.
– Было слишком больно, малыш?.. Пощадить? – стонет она.
– Никогда, – рычу я, проводя ладонью вверх по её челюсти и устраивая большой палец рядом с губами.
Айви издаёт тихий, почти злобный смешок, поворачивает лицо, втягивает мой палец между губами и кусает. Я резко втягиваю воздух, отчаянно желая трахаться.
Я тяну её тело вниз, чтобы взять то, чего хочу, то, что принадлежит мне, и вогнать в неё член, но она останавливает меня. Затем опускается губами к моей шее, оставляя на ней мягкие, сладкие поцелуи, прежде чем снова впиться зубами в плоть. Она удерживает мою кожу между зубами, двигая бёдрами на мне. Я рычу в ответ и слегка шлёпаю её по киске.
– Бля-я-ядь… – стонет она от жжения.
Моя девочка любит немного боли так же сильно, как и я.
– Я сейчас уничтожу твою тесную маленькую киску, Айви. Нежно не будет. Будет быстро и жёстко, – предупреждаю я, пока она двигается на мне. – Потому что ты сводишь меня с ума настолько, что я, блядь, просто не могу остановиться.
Я опускаю лицо, втягиваю в рот розовый затвердевший сосок и провожу по нему зубами, прикусывая ровно настолько, чтобы она захныкала, пока я отчаянно пытаюсь сохранить контроль.
– Можешь, но пока ещё рано… – шепчет Айви с той лёгкой дерзостью в сладком хрипловатом голосе, которая доводит меня до грани безумия.
– Сначала я должна узнать, насколько сильно ты этого хочешь, – шепчет она. – Насколько сильно ты хочешь меня, Уэйд…
Её бёдра перемещаются, скользкая влага движется вверх и вниз по моему члену, но она ни разу не располагается так, чтобы позволить мне проскользнуть внутрь, как я хочу… как я, чёрт возьми, отчаянно желаю.
– Скажи мне, насколько сильно хочешь меня трахнуть… умоляй, – хнычет она.
Я уже почти готов кончить от одного лишь ощущения её киски, скользящей по мне, и её слов.
«Блядь…»
– Я ни о чём не умоляю… – сопротивляюсь я, цепляясь за контроль так долго, как только могу.
Ногти впиваются в мою грудь, пока она продолжает двигаться, приближается, а затем останавливается, повторяя движения, пока я не оказываюсь так близко к тому, чтобы проникнуть внутрь неё, что, блядь, сводит с ума. Айви глубоко целует меня, и из её горла вырываются самые сладкие звуки, говорящие о том, что она тоже отчаянно меня хочет. Она снова втягивает мою губу в рот и кусает, на этот раз достаточно сильно, чтобы я почувствовал на языке вкус крови.
Я шиплю в ответ.
– Тебе нужно лишь произнести это, Уэйд… и тогда я вся твоя. Скажи… – стонет она.
Звук вибрацией проходит сквозь меня. Айви приподнимается ровно настолько, чтобы головка моего члена вошла в неё, а затем замирает. Я хватаю её за бёдра, чтобы потянуть вниз, но, блядь, маленькая нахалка отклоняется назад ровно настолько, чтобы снова меня остановить.
– Айви, бля-я-ядь…
Она опускает лицо к моему, целует и ухмыляется мне в губы, пока проводит ладонями по волосам и царапает ногтями заднюю часть шеи, продолжая восхитительно двигать бёдрами. Я заворожённо наблюдаю, как она выпрямляется и откидывается назад, выставляя грудь вперёд. Её ногти опускаются на мои бёдра и расцарапывают по ним полосы, пока она трётся об меня. Её горячая мокрая киска – мой грёбаный криптонит, и от одного лишь того, как она скользит по мне взад-вперёд, я едва не кончаю себе на живот.
Я втягиваю воздух сквозь стиснутые зубы.
– Всего лишь слово, малыш… ничего особенного. Скажи его… умоляй.
Она перемещает бёдра, оседлав меня, но не впуская член внутрь.
Я стону. Её ногти болезненно проводят вверх по моим рукам, и она наклоняется вперёд, пока её рот не оказывается прямо над моим. Я пытаюсь прикусить её губы, но промахиваюсь, потому что она отводит голову ровно настолько, чтобы я не достал.
Я рычу на неё, а она шепчет:
– Скажи, и я позволю тебе трахать меня так жёстко, как ты захочешь, – шепчет она, пока я рычу на неё.
И в тот же миг мне приходит грёбаный конец, а слово, которое она хочет услышать, срывается с моего языка.
– Блядь… пощади… – шепчу я.
Она одобрительно хнычет, а затем я вонзаю в неё член так глубоко и уверенно, что мне кажется, будто сейчас потеряю сознание.
– Именно этого я и хотела. Такой хороший мальчик, шеф, – напевает она сквозь стон.
И, блядь, то, как слова отзываются во мне, я не понимаю и никогда не хочу забывать. Словно она одновременно унижает меня и возвращает мне всю власть. Услышать их вместе с ощущением её тесной киски вокруг меня – достаточно, чтобы меня пошатнуло. Глаза зажмуриваются, и я едва не кончаю, пока проталкиваюсь в неё глубже, миллиметр за миллиметром.
– Блядь, Айви… Господи, женщина, – ворчу я. – С тобой так чертовски хорошо.
Айви выдыхает стон, пока я растягиваю её. С ней не просто хорошо. Такое чувство, будто она создана специально для меня.
– Грязный маленький трюк. Теперь ты будешь умолять о пощаде из-за того, как я растягиваю твою сладкую киску, – говорю я, когда её груди оказываются у моего рта.
Я втягиваю в рот каждую из них, и вожу пальцем у её ануса, умоляя её тесную попку впустить меня туда, где, как мы оба знаем, я слишком большой, пока вколачиваюсь в неё. Её киска сжимается, а сама она кажется такой покорной и маленькой в моих руках.
– Пожалуйста, Уэйд… так глубоко… – стонет она.
Ещё как. Она наполнена до самого предела, и я люблю это сильнее, чем когда-либо любил что-либо ещё. Я даю себе всего мгновение, чтобы почувствовать её, одну секунду, прежде чем позволю себе по-настоящему её уничтожить.
Я бы продал душу самому дьяволу, чтобы вечно жить внутри неё.
Я снимаю её с себя и переворачиваю, оставляя ждать меня на коленях. Сбросив с её головы свою шляпу, я хватаю пригоршню волос и приподнимаю её бёдра, притягивая навстречу члену, пока ладони скользят по округлостям прекрасной задницы.
– Хватайся за изголовье, Айви, и держись, блядь, очень крепко, – предупреждаю я.
Она стонет и делает, что ей велено, крепко вцепившись в него. В ту же секунду я начинаю трахать её.
Я не сдерживаюсь – после её маленького представления просто не могу, у меня не осталось сил. Я вколачиваюсь сзади в её тесную маленькую киску, пока костяшки её пальцев белеют на дереве. Изголовье ударяется о стену, когда я трахаю Айви, крепко удерживая её тело прижатым к себе, пока она стонет и хнычет, а я беру то, чего хочу, что мне необходимо, что принадлежит мне.
Единственные звуки в комнате – отчаянное рычание, вырывающееся из моей груди из-за неё, шлепки наших тел и её сладкие вздохи удовольствия. Сзади я обхватываю рукой горло Айви, будто защёлкивая на месте её изготовленный на заказ ошейник, и продолжаю жёстко её трахать. Притягиваю спиной к своей груди и поворачиваю её лицо. Прижимаюсь ртом к её губам, чувствуя, как киска сжимается вокруг меня и всего через несколько минут она начинает дрожать.
– Уэйд… я сейчас… – хнычет она.
Уже сейчас.
«Мне нравится».
– Нет, малышка, ты будешь кончать медленно, – говорю я.
Я хочу растянуть её удовольствие, насладиться ею и каждой секундой внутри неё.
Я медленно двигаю бёдрами, позволяя ей почувствовать каждый толчок, пока вхожу и выхожу. Каждую клетку, каждый отдельный атом наших соединённых тел. Стоны Айви становятся глубокими и горловыми, когда ногти впиваются в мои бёдра. В её движениях есть порочность, говорящая – можешь причинять мне боль, пока и я могу причинять её тебе. Но мой член становится лишь твёрже, а каждый болезненный след её ногтей на коже приближает меня к оргазму. Мои яйца напрягаются, пока я снова и снова врезаюсь в неё.
– Кончи сейчас, Уэйд, и, малыш, когда будешь кончать, скажи, что ты мой, – стонет она последние слова.
И, святые угодники, я кончаю.
Сильно.
Моя хватка на её тонкой шее, которую так и хочется кусать, становится крепче, пока я её целую. Я попадаю в бесконечную спираль удовольствия, разрядка вырывается из каждого уголка моего тела и в замедленном движении собирается в самом центре, пока я балансирую на грани между поцелуем и удушением. С каждой накрывающей нас волной её ногти впиваются в меня всё сильнее.
– Господи, блядь, Айви. Я целиком и полностью, блядь, твой, – стону я как раз в тот момент, когда её глаза закатываются и закрываются.
Я ослабляю руку на её горле, позволяя вдохнуть.
Наше дыхание синхронизируется, пока мы спускаемся с вершины, словно только что вместе пробежали марафон.
Айви полностью откидывается на меня, устраивая голову под моей челюстью. Меня омывает гудящая эйфория. Я понятия не имею, как долго остаюсь неподвижно внутри неё.
Мгновения?
Минуты?
Её мягкость.
Это чувство.
Тепло.
– Уэйд? – спрашивает Айви, разрушая транс, в котором я парю.
Я открываю глаза и смотрю на её идеальное раскрасневшееся лицо, когда она запрокидывает его ко мне.
– Да?
– Мой ужин был в тех пакетах с продуктами, которые ты уронил?
Я опускаю голову к её щеке и целую.
– Да, Беда. Мне только нужно его приготовить.
– Хорошо, я теперь вроде как проголодалась. Можем поесть?
Я улыбаюсь у её плеча.
«Всё, что захочешь, малышка».
К тому моменту, когда я почти заканчиваю готовить блюдо, способное бросить вызов Бобби Флею, всё ещё наполовину существуя в эйфории, Айви уже приняла душ и свернулась на диване, натянув одеяла до своего милого маленького подбородка. Её волосы – единственная по-настоящему заметная часть тела, которую я вижу, пока натираю свежий пармезан на наши маникотти9. Закончив, я допиваю последний глоток бурбона из стакана и убираю наушники обратно в футляр.
Я продолжаю разговаривать с ней, направляясь в гостиную и жонглируя нашими тарелками, салфетками и столовыми приборами.
– Ты собираешься сесть, милая? – спрашиваю я.
И только обогнув угол дивана, вижу её полностью. Одеяла подтянуты под самый подбородок, а на лице самое расслабленное и прекрасное выражение.
Айви уже крепко спит, хотя мы ещё даже не поужинали. Её губы слегка приоткрыты, и она тихо дышит, как маленький спящий ангел. Я ставлю тарелки на журнальный столик и опускаюсь в кресло напротив, просто чтобы несколько секунд смотреть на неё, прежде чем разбудить поесть.
И тогда до меня окончательно доходит реальность, которая всё время была прямо перед глазами.
Вернётся Сэм или нет, я найду для Айви место здесь – любую работу, любое занятие, какое она захочет. Блядь, если бы она попросила меня перестать управлять ранчо, чтобы заняться этим самой, я бы согласился.
Что угодно, лишь бы каждый вечер, возвращаясь домой, находить её вот так уютно устроившейся на моём диване.
До Айви я просто существовал изо дня в день, механически выполняя привычные действия. Я не жил.
Она – моя недостающая часть.
Мне никогда больше не понадобится и не захочется ничего, кроме таких простых мгновений рядом с ней.
Жизни с ней.
Айви вплела себя в нити моего сердца. Всё время она укрощала его, а я даже не осознавал.
Что смогу снова любить.
Рискнуть, открываясь этому чувству.
Поверить в будущее – будущее с ней, каким бы оно ни оказалось. В то, где я позволяю себе быть счастливым и не боюсь позволить ей любить меня в ответ.
Сердце ускоряется и болезненно сжимается в груди, когда я понимаю – есть две вещи, в которых я никогда не был уверен сильнее, чем в эту самую секунду.
Первое – я безумно влюблён в Айви. Я не просто люблю её – она мне нужна, как луне нужно, чтобы солнце садилось каждый вечер, лишь затем, чтобы она могла взойти.
Второе – меня без неё больше не существует.
Она просто пока не знает.
